Герб вора

Вечерний улов

Тихий вечерний переулок столицы Герцогства Уэйленд Алфристона. Ничем не примечательный день, лишь осенний дождь стучит по крышам ветхих лачуг, да пара дворовых кошек прячутся под карнизами крыш. Весь этот покой разрушает Сет, шлёпающий поношенными ботинками по лужам. Его лицо скрыто под чёрным кашне, видны лишь сине-зелёные глаза, озирающиеся по сторонам. Сегодня не самый лучший день: он смог стащить из карманов лишь шесть медяков да пару бронзовых колец. Этого хватит на сегодня, но он бы хотел большего. Сейчас его интересует лишь одно: сможет ли он обменять кольца ещё на пару монет да поесть в ближайшем трактире.

— Будем надеяться, старина Эд даст мне за эти кольца хотя бы три или четыре медяка, — подумал про себя Сет, перебирая их в кармане дафлкота.

Его размышления прервали два стражника, идущие вдалеке навстречу ему. Сет знал, что нужно избежать их внимания, так как после захода солнца хождение по этой части города запрещено по указу лорда Ренли для снижения количества преступлений. Резко шагнув вправо, он скрылся в тени под небольшим деревянным балкончиком. Один из стражников лишь обернулся на шорох шагов, но вскоре поплёлся за вторым, продолжая обход района.

— Странно, раньше они здесь не появлялись. Интересно, что заставило их прийти сюда? — размышлял про себя Сет, глядя на светлый полумесяц.

Прождав ещё пару минут для безопасности, Сет выбрался из тени и отправился дальше, в лавку местного ювелира. Прошмыгнув мимо ещё двух патрулей по узким улочкам, спустя около получаса Сет оказался на месте. Перед ним стояла двухэтажная деревянная мастерская из просмоленных досок. Он постучался в сосновую дверь и, резко дёрнув, отворил её. Дверь со скрипом поддалась, и он вошёл в небольшую комнатку, освещённую тлеющей лучиной. Старина Эд — невысокий рыжий ювелир — сидел за своим рабочим столом, продолжая работу. На столе лежали гири, рабочие инструменты и книга с бухгалтерией. На краю стола возвышались рычажные весы, которые Сет, наверное, любил больше, чем их владельца.

— Ты бы смазал петли на двери, а то скоро к тебе люди войти не смогут, — поддразнивающе произнёс Сет, садясь на табурет, стоящий возле двери.

— Здравствуй, Сет, — произнёс слегка ворчливо Эд, заканчивая работу и откладывая инструменты. — Что ты на этот раз своровал? — спросил он, обернувшись на своего нежданного гостя и посмотрев на него из-под очков.

— Ну почему же своровал? Я так, взял то, чем люди не слишком дорожили, — сказал карманник, протягивая ему пару колец.

— Хм, интересно. А вот этот экземпляр даже неплох: гравировка и инициалы. Тот, кто им владел, явно не был беден, — произнёс Эд, перебирая кольца.

— Твоей работы, что ли? — усмехнувшись, спросил Сет, положив ногу на ногу.

— Нет, но, возможно, я знаю того, кто это сделал, — пробурчал Эд, после чего собрал кольца в кучу и положил на рычажные весы.

— Ты же помнишь наш уговор? Всё, что ты приносишь мне, идёт на переплавку, чтобы у меня потом не было проблем с бывшими владельцами украшений. Так что не выпрашивай у меня дополнительные монеты за кольцо с гравировкой.

— Да, помню я, помню, — промямлил Сет, наблюдая за тем, как ювелир взвешивает его улов.

— Тридцать семь граммов, — промолвил Эд, поправляя очки, когда чаши уравновесились. — Дам три медяка и не больше.

— Давай из-за нашей долгой дружбы ты накинешь один медяк, — предложил Сет, начиная торговаться.

— Хах, а почему же наша дружба должна быть выгодна только для тебя? Может, лучше ты попросишь у меня два медяка за эти кольца в счёт нашей долгой дружбы? — произнёс Эд, не желая так легко уступать.

— Ну же, старина, ты ведь и так покупаешь у меня эти кольца вполцены. В лавке на соседнем перекрёстке за десять граммов бронзы два медяка дают, так что четыре медяка за тридцать семь граммов — это очень даже выгодно, — продолжал напирать Сет.

— Ладно, так и быть, — тяжело вздыхая, произнёс Эд, протягивая ему четыре медяка. — Но помни мою щедрость.

— Спасибо, добрый друг, — радостно произнёс Сет, кладя монеты в карман.

— Погоди, — сказал Эд, протягивая ему кольцо с гравировкой. — Отдай его Люции, пусть у неё будет хоть что-то на чёрный день. Девочке в приюте и так тяжело, пусть хоть у неё будет какая-то ценность.

— Эд, это... не стоило... — сказал Сет, слегка потрясённый неожиданной милостью старого ювелира.

— Ничего. С таким старшим братом ей не помешает небольшая заначка, — слегка улыбаясь, произнёс Эд. — Увидимся, карманник.

— До скорого, ювелир, — произнёс Сет, выходя из лавки.

Выйдя на улицу, Сет глубоко вздохнул. У него в кармане было десять медяков. Хватило бы даже на тарелку гречки с куском говядины да на ломоть хлеба с хмельным пивом, но это было бы кощунством — проесть за раз все деньги и даже не купить ничего сестре. В его голове созрел план: взять себе похлёбку, а сестре на оставшиеся деньги купить что-нибудь. Пока он шёл к трактиру по извилистому лабиринту мрачных мощёных улочек, избегая стражников, то не мог не задуматься: с чего Эд проявил такую доброту? Дал на медяк больше, так и отдал кольцо с гравировкой. Обычно такого не происходило, так что лучше держать ухо востро и на всякий случай подержать кольцо у себя, прежде чем отдавать его Люции. На секунду остановившись перед входом в трактир, он достал кольцо и внимательно осмотрел его: на лицевой стороне были выгравированы орёл и инициалы «П. Т.», а на внутренней — потёртая надпись, как ему казалось, на другом языке. Из всех знатных людей, что он знал, под инициалы подходил только Парсифаль Телбот, но он был мёртв уже как несколько лет, так что Сет отказался от этого варианта. Решив не пудрить себе мозги, полуночный странник решил войти в трактир.

Отворив дверь, он услышал знакомый шум и гам, а также почувствовал запах еды и выпивки. Сет был здесь во второй раз, но в каждом трактире, где ему доводилось бывать, была такая же атмосфера. Проскользнув сквозь ряды столов, Сет оказался на кухне. Взглядом найдя трактирщика, он окликнул его сквозь шум:

— Что сегодня подаёте?

— Либо овсяная похлёбка за два медяка, либо щи на курином бульоне без мяса за четыре медяка, — крикнул в ответ трактирщик, даже не обернувшись на Сета.

— Давай тогда щи, — сказал Сет, положив нужную сумму перед трактирщиком.Услышав звон монет, тот сразу обернулся, схватил деньги и, довольно посмотрев на него, сказал:

— О, снова ты? Хорошо, сейчас наложу, и можешь забирать свои щи.

Буквально спустя пару минут он уже был за дубовым столом и уплетал слегка пересоленные щи, прислушиваясь к разговорам вокруг. Пока он ел, слышал, как за соседним столом два бородача говорили что-то о религии и богах:

— А я говорю тебе, седая башка, если ты будешь каяться за свои грехи, то боги простят тебя и сделают твою жизнь лучше, — фанатично произнёс рыжий бородач с крошками и кусочками капусты в бороде.

«Легко думать о грехах, когда хватает денег кормить и бороду», — усмехнулся про себя Сет, ведь он прекрасно знал, что богам плевать на людей и что ни одна молитва не поможет ни ему, ни кому-либо ещё. Закончив свою трапезу, Сет побрёл к приюту, в котором жила его сестра.

«С пустыми руками к ней идти нельзя», — подумал про себя Сет, проходя мимо лавки с фруктами и овощами.

«Я и так для неё редкий гость, нужно хоть как-то подбодрить её и напомнить, что я есть в её жизни», — тяжело вздохнув, прошептал он. Зайдя в лавку, Сет взял то, что она всегда любила, — сочное яблоко, деревья которого растут лишь в соседней стране. Он не задумываясь отдал за него пять медяков и спрятал в карман.

Преодолев по старому каменному мосту канал, Сет оказался прямо перед приютом. Он перебрался через его ограду и прошмыгнул внутрь, оставшись незамеченным, в комнаты. Пройдя на цыпочках по паркету, он добрался до кровати Люции. Ей было всего тринадцать лет; после смерти родителей Сет сразу отнёс её в приют, а сам остался жить на улице, не желая становиться обузой для других. У неё были длинные вьющиеся светлые волосы, белоснежная кожа и лицо как у ангела. Сет безмерно любил её и готов был убить за неё. Он положил яблоко на её прикроватную тумбочку, после чего убрал пару волос с её лица и нежно поцеловал её в лоб, так же как когда-то их целовали родители на ночь. Люция слегка вздрогнула от этого, но не проснулась; Сет же тихо вышел из комнаты и побрёл к выходу из приюта.

Выбравшись с территории приюта, Сет оглянулся по сторонам и побрёл прочь. Ему нужно добраться до «Крысиного логова» — тайного убежища гильдии воров, членом которой ему предложили стать за его «заслуги». Идя и размышляя о жизни, Сет почувствовал, что кольцо в его кармане будто задрожало; он остановился и услышал голос, доносящийся со спины:

— Юноша, кажется, у вас есть моя вещичка, — произнёс человек, стоявший примерно в пятнадцати метрах от него.

Прах и клинок

Сет медленно обернулся. Он увидел тёмную фигуру, медленно приближавшуюся к нему; под лунным светом он смог разглядеть лишь седые пряди волос и блеск серебряных пуговиц камзола.

«Чёрт, сейчас я был бы рад даже страже», — тихо выругался про себя Сет. — «Нужно как-то улизнуть от него, пока он не приблизился ко мне». Его раздумья прервала шпага, выскользнувшая из ножен неприятеля, когда тот был всего в паре метров от карманника.

«Чёрт, драться с ним я не намерен, бросаться с кинжалом на человека с мечом — плохая идея», — быстро понял Сет, медленно отступая от незнакомца.

— Молодой человек, постойте, я лишь хочу поговорить с вами, не нужно убегать, — промолвил незнакомец, мирно разводя руками.

— Обычно если хотят поговорить, то не тычут оружием в собеседника, — отрезал Сет, после чего рванул со всех ног.

Как только Сет побежал, то услышал раскатистый смех и громкое: «Беги, мальчик, я всё равно найду тебя!» Сет бежал, не оглядываясь. «Быстрее, нужно скрыться от него и выбросить это чёртово кольцо, оно точно как-то связано с тем ублюдком», — подумал Сет и полез в карман за кольцом.

Он был так увлечён бегом и поиском кольца в кармане, что не заметил, как навстречу ему вышли два стражника. Он успел остановиться в трёх метрах от них, понимая, что сейчас ему не сдобровать.

— Хах, Чед, смотри, кто к нам прибежал, да ещё и в комендантский час, — сказал полноватый стражник.

— Ага, Брон, похоже, он совсем заплутал здесь. Может, поможем ему и доведём его до темницы? — пробурчал низкорослый стражник.

— Несомненно, мой друг. Эй, мальчишка, иди к нам по-хорошему, а иначе вместо темницы нам придётся применить силу.

Их диалог прервало появление незнакомца с шпагой наголо. Стражники моментально положили ладони на рукояти мечей и крикнули:

— Эй, кем бы ты ни был, сложи оружие, иначе мы прережем этого мальчишку как свинью!

Сет воспользовался этим секундным замешательством и решил прорваться через стражников. Резко сократив дистанцию, он ударил ногой по колену толстого стражника и, оттолкнувшись от него, проскользнул между ними. Он бежал так быстро, что глаза начали слезиться; он не стал оборачиваться, но этого и не было нужно — резкий крик стражника, а потом и звук ударов металла о металл дали понять: у него есть время, чтобы скрыться. Следующие минут двадцать Сет был в полусознательном состоянии: он бежал и бежал, пока не очутился на другом конце города. Он поверхностно и часто дышал, его глаза бегали в страхе по всему тёмному переулку; на секунду он остановился и глубоко вздохнул, после чего потянулся за флягой с водой. Сделав пару глотков, он вернул её на место и сосредоточенно посмотрел вперёд. В его голове был ворох самых разных мыслей; он глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы собраться с мыслями.

«Чёрт с ними, либо я пойду туда, либо они найдут меня, а там искать никто не будет», — подумал Сет. Пока он проходил по одной из улочек, на него начала накатывать ностальгия — далёкие воспоминания, будто из прошлой, более счастливой жизни. Когда карманник вышел на небольшую площадь перед небольшой церковью, то он натянул капюшон посильнее, но не чтобы никто не увидел его лица, а для того, чтобы призраки прошлого не отвлекали его. После пары поворотов по мощёным улочкам он оказался на месте. Обожжённые руины большого деревянного дома с первым этажом из камня сурово смотрели на него.По спине Сета пробежал не просто холодок — это было словно ледяной порыв, пронизывающий до мозга костей. Слишком много хороших воспоминаний было с этим местом, не так много плохих и одно совершенно ужасное. Сет смахнул слезу с щеки. Сейчас не время вспоминать прошлое, нужно думать о настоящем. Он отодрал пару досок с одного из забитых окон и скользнул внутрь. Вернув доски на место, Сет пошаркал вглубь дома. На удивление, перекрытия между первым и вторым этажом неплохо сохранились; обугленные доски за долгое время даже почти не отсырели — похоже, дубовые доски и вправду неубиваемые. Сет двигался по большей части на ощупь и по памяти; он забрёл в одну из комнат и сел в самый тёмный угол. Он опёрся на правую стену головой. Тяжело вздохнув, Сет приложил ладонь к стене и тихо произнёс:

— Мам, пап, похоже, я снова встрял. Очень сильно встрял...

Его взгляд застыл на небольшом, на удивление не заколоченном окошке; его глаза стали постепенно слипаться, и ветка старого дуба начала расплываться, пока глаза совсем не сомкнулись. Последнее, что почувствовал Сет, — это знакомый запах свежего хлеба...

(За 7 лет до этих событий)

— Вставай, соня, пора просыпаться, — прозвучал нежный голос. — Отец уже ждёт тебя в мастерской. Ну же, тебе ещё позавтракать перед работой, вставай.

Сет вяло повернулся и посмотрел на мать, протирая сонные глаза. Он мог слышать звуки ударов о наковальню, свидетельствовавшие о том, что работа уже идёт полным ходом.

— Мам, сегодня же выходной. Я хотел сегодня поиграть с друзьями, да и Люция хотела поиграть с ребятами. Не всё же время ей сидеть за прялкой, — слегка недовольно произнёс Сет.

— Ничего, поработаешь, и после ужина ты можешь взять сестру и гулять с ней и друзьями сколько хочешь. Главное, чтобы вы вернулись до захода солнца, — нежно произнесла мама, потрепав макушку Сета.

— Ладно, мам. Так что сегодня на завтрак? — спросил Сет, уже почти проснувшись, лениво потягиваясь сидя на кровати.

— Я сегодня приготовила овсяную похлёбку и добавила в неё немного яблок и пару ягод клубники. Тебе очень повезло, что мне удалось уговорить Люцию не съедать всё и оставить похлёбку для тебя, — сказала она, вставая с кровати и направляясь к выходу из комнаты.

— Спасибо, — коротко сказал Сет, заправляя свою постель.

Накинув на себя котту, Сет спустился на первый этаж, где на обеденном столе уже стояла тарелка с похлёбкой и ломоть свежего ржаного хлеба.

«Ешь быстрее, отец ждёт тебя», — послышалось из соседней комнаты, где мать пряла вместе с Люцией.

Сет запихал в себя похлёбку с хлебом, протёр лицо рукавом и побежал вниз, оказавшись в отцовской мастерской.

— Доброе утро. Ну что, готов работать так же долго, как спишь? — с улыбкой произнёс отец, настукивая молотом по раскалённой заготовке.

— Да, отец, я готов, — сказал Сет, повернувшись к крючкам с кожаным фартуком и перчатками. Надев защиту, он был готов приступать к работе.

Несколько часов он помогал отцу в работе: закалял заготовки, нагнетал жар в печи мехами, даже немного поработал на точильном камне, затачивая один из заказов. Так неожиданно для него пришло время обеда. Он почувствовал руку на макушке, а мгновение спустя — лёгкий поцелуй на щеке со словами:

— Дорогие мои, пора подкрепиться, не всё же время трудиться в поте лица.

Отец отложил инструменты и, положив перчатки на наковальню, обнял мать и сказал:

— Хорошо, Мэри, мы скоро будем. Вы пока приготовьте всё к нашему приходу, — после чего нежно поцеловал её в губы.

— Еда уже ждёт вас, Уилл. Мы с Люцией уже всё разложили, — игриво ответила мать, смотря отцу прямо в глаза.Они простояли так пару секунд, влюблённо смотря друг на друга. Отец, вспомнив о существовании Сета, откашлялся и, положив ладони на плечи жены, сказал:

— Прекрасно. Сет, ты слышал маму, — снимай перчатки и фартук, время обеда.

После чего они отпустили друг друга, и мать скрылась на втором этаже, а отец повесил фартук и, похлопав Сета по плечу, проследовал вместе с сыном наверх.

Когда вся семья собралась за столом, комнату наполнил шум тарелок, беседы о соседях, об успехах Сета в кузнечном деле и Люции в ткацком.

Мама достала из кармана пару шерстяных варежек и показала Сету и Уиллу:

—Вот, смотрите, какую прекрасную пару варежек сшила Люция. Отец улыбнулся и сказал:

— Какая талантливая и умелая у нас растёт дочь! — Услышав это, Люция смущённо заулыбалась. — Но не только Люция у нас рукодельница, Сет тоже готовит кое-что, ведь так, сынок? — продолжил отец.

— Да, пап, я думаю, до вечера я сегодня всё закончу.

— О, милый, а что ты делаешь? — увлечённо спросила мать.

— Это пока секрет, мам. Это вещь лично для меня.

— Ну хорошо, тогда, когда доделаешь, ты всем покажешь, — сказала мама, тепло улыбнувшись.

Остальная часть обеда прошла более спокойно; лишь изредка Сет и Люция дурачились за столом. После обеда Сет вместе с отцом поблагодарили своих женщин за еду и направились обратно в кузницу. Сет залез под один из деревянных шкафов и достал свёрток. Он аккуратно взял его и перенёс на рабочий стол, после чего развернул, обнажая детали и механизмы.

— Ну что, думаешь, сегодня сможешь завершить? Лезвие ты выковал хорошее, думаю, и с механизмом у тебя не выйдет трудностей, — сказал отец, встав позади Сета.

— Да, отец, осталось вставить лезвие в механизм, и мой скрытый клинок будет готов, — произнёс Сет, увлечённо завершая сборку механизма.

— Конечно, я этого до сих пор не понимаю, зачем тебе этот скрытый клинок. Но с нашими условиями, что ты будешь, во-первых, надевать его только с моего разрешения и, во-вторых, будешь использовать его только при самообороне и только в крайнем случае, — то я не буду мешать тебе, — сказал отец, возвращаясь к своей работе.

— Я же сразу сказал тогда, что клинок мне нужен лишь для того, чтобы защитить Люцию от опасности, в случае угрозы, и не для чего более, — промолвил Сет, вставляя клинок в паз.

— Не всегда, чтобы защитить любимого человека от опасности, нужно прибегать к насилию, — резонно отметил отец, наблюдая за тем, как Сет надевает скрытый клинок на правое запястье.

Немного повозившись, ему удалось надёжно затянуть ремешки и надеть спусковое кольцо. С резким движением запястья клинок выскользнул; Сет был слегка удивлён и немного испугался — если бы он был менее быстрым, клинок бы пронзил его средний палец. Ещё раз дёрнув запястьем, Сет вернул клинок в безопасное положение.

— Поздравляю. Ты сделал не просто механизм с клинком, а целое произведение искусства, — воодушевляюще произнёс отец.

— Спасибо, пап. На сегодня, наверно, всё. Я схожу за Люцией, и мы пойдём играть, — говорит Сет, снимая клинок и отдавая его отцу.

— Хорошо, иди, отдохни, ты заслужил, — сказал отец, похлопав Сета по плечу и сворачивая клинок в свёрток, убирая его в один из ящиков.Сет начал подниматься по лестнице, но тут что-то яркое появилось перед его глазами. Он прищурился и, протерев глаза, проснулся.

На улице уже был рассвет, небо было нежно-оранжево-розовым. Сет понял, что провалялся всю ночь. Он был одновременно доволен и огорчён: за это время его никто не нашёл, но при этом он позволил себе роскошь — заснуть, не убедившись в отсутствии слежки или хвоста. Он медленно встал и, приложившись лбом к стене, сказал:

— Я тебя понял, пап. Настало время моего клинка.

Сет побрёл в другой конец комнаты; в полумраке он нащупал подвижный булыжник в полу. Подцепив его кинжалом, он всковырнул камень и переложил его в сторону. Достав небольшой свёрток, по рукам Сета пошли мурашки: он держал этот свёрток много раз, но с готовым клинком внутри — лишь единожды. Он осторожно развернул его и достал свой шедевр. Затянув ремни потуже, Сет надел кольцо на средний палец и резко дёрнул запястьем — клинок сработал как в первый раз. Ещё один рывок — и клинок тут же спрятался.

— Ну что ж, пора навестить Эда. Теперь мне есть что стоящего ему показать, — ехидно улыбнувшись, сказал Сет, убирая свёрток и камень на место и пряча клинок поглубже в рукаве.

Козырь из прошлого

Сет выбил доски на заколоченном окне и выпрыгнул наружу. Первые лучи солнца на секунду ослепили его после мрака заброшенного дома. Он протёр глаза и осмотрелся по сторонам. На его счастье, вокруг никого не было, и он смог спокойно вбить доски обратно. Задумавшись, он посмотрел на розовевшее небо:

— Идти к Эду?... Безрассудно, нужно дождаться вечера. Придётся немного поворовать, чтобы он ничего не заподозрил. Пусть считает, что я просто пришёл с очередным уловом, а в нужный момент лезвие окажется возле его горла. Люция Мне пока нужно держаться подальше от приюта, последнее, что я хочу, — это привлекать к ней ненужное внимание.

Сет сунул руки в карманы и с удивлением нащупал кольцо. Он достал его и, держа в пальцах, прищурившись, снова рассмотрел его:

— В чём же твоя ценность? — тихо спросил он у кольца.

— Хм Давай-ка поиграем в кошки-мышки, но на этот раз поменяемся ролями, — с ухмылкой прошептал Сет, надевая кольцо на средний палец левой руки. — Проверим слова нашего седовласого друга. Мне будет куда проще, если расправлюсь с ним побыстрее, не хотелось бы всю жизнь скрываться от какого-то убийцы.

Размышления Сета прервало какое-то движение на периферии его зрения. Резко дёрнувшись, он посмотрел на карниз соседнего дома. Он усмехнулся — это были всего лишь голуби, решившие перелететь с карниза на ветку старого дуба.

— Пора немного поработать, — отрезал Сет и побрёл прочь от своего убежища.

Он шёл уверенно, чеканя каждый шаг. Солнце уже понемногу заглядывало в узкие улочки, и люди начинали выходить на улицы. Сет старался идти, не думая ни о чём, он лишь смотрел под ноги, чтобы не вляпаться в случайную кучу лошадиного навоза, да прислушивался к разговорам прохожих. Сет настолько увлёкся этим занятием, что даже не заметил, как оказался почти в трёх метрах от группы из четырёх стражников, беседующих о чём-то.

«Чёрт, а если те двое, что вчера меня чуть не поймали, уже доложили обо всём? — судорожно подумал про себя Сет. — Или или наш новый друг их прирезал? Всё же у стражников всё просто: все, кто ходит с оружием, да ещё и не в ножнах, по ночам — преступник, и его либо притащат в темницу, либо убьют на месте. Так что либо он их, либо они его».

Сет старался даже не смотреть в сторону стражников, но смог уловить обрывок их диалога:

— Да, конечно, жаль Брона и Чеда, хорошие были мужики. Да и кто бы мог подумать, что кто-то покусится на жизнь стражника, да и ещё чтобы так открыто. Такого уже не было много лет.

— Ну да, обычно хоть тело пытаются спрятать, а тут просто два трупа, так причём ещё и с деньгами при себе. Убийца явно не какой-либо вор. Как думаете, может, это какой-нибудь лорд, которого стражники прижали ни за что?

Все четверо улыбнулись и слегка посмеялись. Один из них ответил:

— Ага, конечно. Будет тебе тут ходить лорд по этой помойке, да ещё и по ночам.

Сет был более чем доволен услышанным.

«Так значит, стражники мертвы. Что ж, тогда следует отдать должное — значит, наш друг неплохой фехтовальщик. А это ещё один аргумент в пользу того, что честная драка с ним — самоубийство. Нужно будет подпустить его к себе как можно ближе и вонзить ему клинок в сердце», — размышлял Сет, потирая кольцо на правой руке.

Спустя пару часов неторопливой прогулки Сет оказался на рыночной площади. Почуяв запах еды, в животе у Сета заурчало.

— Пора начинать рабочий день, — тяжело вздохнув, произнёс Сет, направляясь к торговым рядам.

Протискиваясь среди моря разнообразных людей, он искал своих жертв. У него было всего лишь два критерия выбора: не воровать у богатых, потому что может возникнуть проблема со стражей, и не воровать у бедных, так как эти бедолаги сами еле сводят концы с концами.

Проходя мимо лавки с овощами, Сет заметил первую жертву: мужчина с кошельком на верёвочке наклонился и рассматривал товар. Это был словно подарок — за одну кражу Сет мог бы добыть себе денег на несколько дней. Он скользнул между прохожими, и когда мужчина отвлёкся на что-то, Сет дёрнул запястьем, и клинок молниеносно оборвал верёвку. Спустя мгновение кошелёк уже был у него в рукаве. Не останавливаясь ни на секунду, Сет побрёл дальше через толпу народа. Он на секунду решил обернуться и узнать, на что же отвлеклась его жертва. Он не заметил ничего существенного — только разношёрстная масса людей хаотично двигалась по рынку: каждый лавочник зазывал к себе покупателей, люди копошились у каждого товара, стараясь найти что подешевле.