Пашкины рассказы. Увлекательные истории для детей и взрослых

© Павел Котов, 2026

ISBN 978-5-0069-7111-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

БУГОРОК

Пашка привык просыпаться с ленцой и неспешно. Мама открывала дверь и говорила: «Вставайте, сир! Вас ждут великие дела!» От таких слов волей-неволей проснёшься. В запасе оставалось пары минут, дабы потянуться и вскочить ровно за секунду до того, как мама вновь заглянет к нему. Если он ещё будет в кровати, она ничего не скажет. Но её красноречивый взгляд в таких случаях заменит сотни слов. Так что Пашка судьбу не испытывал.

В тот день всё пошло наперекосяк. С шумом и криком в комнату ворвался отец: «Сорок пять секунд подъём! Мы проспали, опаздываем!» Пашка, не раздумывая, лихо выпрыгнул из кровати. Пока он чистил зубы, на него уже натягивали штаны и рубашку. Носки по карманам он распихал сам. Родитель сгрёб сына в охапку, подхватил башмаки, и они стремительно помчались в детский сад. «Аккуратнее там!», — услышали они вослед.

Дело в том, что Пашкин отец должен был ехать «на картошку». В те времена городских жителей, работников умственного труда, частенько отправляли по осени в деревню, помогать крестьянам убирать огромные поля картошки, свеклы, моркови и прочих даров природы. В деревнях не всегда справлялись с большим урожаем и на помощь приезжали городские жители. Организованно, все вместе, отправлялись они дружными рабочими коллективами подсобить колхозникам. Опаздывать было нельзя ни в коем случае. Но перво-наперво следовало успеть в детский сад, а уж потом стремглав мчаться на завод, дабы успеть к отправлению автобусов.

Отец нёсся сломя голову. Сына он держал на руках, крепко прижав к себе. Пашка обхватил папкину шею и с любопытством вертел головой по сторонам, радуясь тёплому дню и бешеной скорости.

Детский сад находился не так уж и далеко. За его оградой проходила железная дорога, по которой поезда дальнего следования шли к дальним рубежам Родины — к северным морям и сквозь сердце страны, через Урал и Сибирь, на край земли, к Тихому океану. Здешние жители любили гулять здесь с детьми и ласково называли это место «бугорок».

Отец решил срезать путь и выиграть несколько минут. Но именно там кто-то хаотично перекопал всё вокруг и повсюду раскидал водопроводные трубы. Первую яму он ловко обогнул, вторую лихо перескочил с разбега, перепрыгнул железяку непонятной формы, угодил ногой в небольшую выбоину, но устоял. Не сбавляя скорости, он сделал ещё десяток шагов и споткнулся об арматурину. Правая нога зацепилась за край, и он плашмя грохнулся на землю. В последний момент он крепко прижал сына к груди и, падая, выставил вперёд локти. Тот испуганно смотрел в отцовские глаза, полные ужаса, и улыбался. Казалось бы, всё обошлось. Но в самый последний момент голова Пашки вдруг резко откинулась назад. Тот ударился затылком об асфальт, грустно вздохнул, прикрыл глаза и затих. Отцу послышался оглушительный звук треснувшего черепа. В его голове вспыхнула фраза: «Хрусть и пополам!» Он в ужасе вскочил, издал дикий вопль и рванул к детскому саду. Ноги, будто ватные, подкашивались, а всё тело сотрясала жуткая дрожь.

Он ворвался в дверь, увидел людей в белых халатах, и, крикнув: «Я убил своего сына!» — рухнул в обморок. Кто-то ловко подхватил ребёнка. А Пашка уже вовсю вертел вокруг головой и никак не мог понять причин всей этой суеты и катавасии.

Вскоре отец пришел в себя, ему помог нашатырный спирт. Он приоткрыл глаза и трагическим голосов произнёс: «Что с моим сыном?!»

— Жив он, папаша, жив. Всё с ним хорошо, уже в группе играет с детьми. Вы сами как себя чувствуете? Ох, и напугали Вы нас! — сказала медсестра.

— Покажите мне его! Ему срочно надо вызывать скорую!

— Тут, похоже, папаше надо скорую вызывать, — произнесла заведующая суровым голосом. — Едет уже она, едет. Заодно и Вас осмотрит.

Тут Пашка забежал в комнату, увидел отца, бросился к нему на шею и уверенно произнес: «Пап, всё хорошо. Тебе же на картошку пора, опоздаешь. У нас там это… Я пойду, ладно?» И тут же умчался обратно в группу.

Приехала скорая. Бригада выслушала леденящую душу историю, осмотрела мальчика и не нашла ничего серьезного. Отцу, медсестре и заведующей предложили валерьянки, на всякий случай. Все дружно отказались.

— Вам, дорогой товарищ, нельзя так остро реагировать. — произнёс доктор, сдерживая улыбку. — Ну что ж, раз Вы торопитесь, прыгайте в машину, подбросим. У нас вызов в те края. А то нароют, знаете ли, ям, трубы разбросают, понимаешь ли…

В тот день вся бригада пребывала в недоумении. Пашкин отец знал много песен, любил и, главное, умел хорошо петь. Он вообще был весёлым человеком и душой компании. От него ждали искромётных шуток, затейливых историй и душевных песен. Всего того, что помогает дружному коллективу в работе. Но он всю дорогу сидел в углу автобуса, молчал и с тревогой смотрел в окно. Иногда в его глазах появлялись слёзы. Он вдруг хватался за голову и начинал раскачиваться из стороны в сторону, что-то нашёптывая себе под нос.

К нему подошла молоденькая девчонка, хохотушка и большая затейница. Бригада отрядила её узнать, что же стряслось с их товарищем. Он посмотрел на неё отрешенным взглядом и прошептал: «Я сегодня чуть не убил своего сына». Прошептал и заплакал.

— Не трогайте его, не надо. — сказала она, вернувшись к остальным.

День закончился. Отец пришёл в садик и безумно обрадовался, увидев сына весёлым, живым и здоровым. Тот с разбегу запрыгнул в распахнутые объятия и крепко-крепко прильнул к папке. Чуть погодя Пашка из них выбрался и потянул отца за собой. Ведь надо было немедленно рассказать все новости этого долгого дня!

— Вы уж, папаша, не бегайте больше, как угорелый. И ходите лучше по тротуарам. — произнесла вслед заведующая. Пашку в тот день провожал весь коллектив детского сада, включая сторожа.

С того самого события прошло более полугода. Наступила весна. Отец и сын решили сходить на бугорок. Им нравилось стоять на возвышении и смотреть на проходящие поезда. По табличкам на вагонах они узнавали пункт назначения, вместе придумывали интересные истории о путешествующих и приключениях, что ждут их в дальних краях. Отец рассказывал о своей молодости. Он хотел стать машинистом паровоза и даже учился в железнодорожном техникуме. Но жизнь распорядилась иначе.

Они уже возвращались домой, когда им встретился папкин знакомый.

— Вот вы тут ходите и ничего не знаете. А тут такое было! Один мужик бежал с ребенком в детский сад. А у него яма на пути. Он её не заметил, споткнулся и навзничь грохнулся\. Ногу сломал! А сын из рук вылетел и головой прямо о булыжник — бац! Череп сразу хрустнул, кровь пошла, ребенку тут и… сам понимаешь. Мимо поезд шёл. Родитель от горя, не раздумывая, под него сразу и кинулся. Не пережил такого… Представляешь?

Отец лишь хмыкнул, крепче взял сына за руку. Медленным шагом они пошли домой, обсуждая что-то своё, тайное и интересное.

МЕДВЕДЬ И ВОЛК

Пашка любил ходить в детский сад. Во-первых, там друг Женька. Да и воспитательница у группы новая — добрая, приветливая, знает много интересных историй. Ну и потом — а что дома одному делать?

Но бывали дни, когда идти туда не хотелось. Особенно зимой. Ударит мороз, сиди в группе и глазей в окно. В игрушки играть особого желания нет, неинтересно. Так ещё и спать уложат после обеда.

На улицу бы, на прогулку, там есть, где развернуться. Пусть там холодно, и мороз за нос щиплет и щёки кусает, не беда. Можно в снежки поиграть с друзьями, или в девчонок их покидать. Уж больно они смешно верещат и визжат. Ну или устроить настоящее сражение. Одни в крепости сидят, другие на них в атаку идут. Хотя такое вряд ли позволят, воспитательница пусть и добрая, но строгая. На крайний случай бабу снежную слепить, если оттепель будет. Тут и девчонок можно позвать, в таком деле они пригодятся — красоту наводить, они такое умеют.

Был и ещё один заманчивый вариант — забраться на крышу веранды и спрыгнуть в снежный сугроб у забора. Но взрослые следили за порядком в оба глаза и баловства не допускали. Так что на крышу залезть не было никакой возможности.

Но однажды у мальчишек получилось осуществить задуманное. Пашка и Женька скрытно пробрались за веранду и залезли на кучу снега, что скопилась в узком проходе у забора. Тот был твёрдый, под ногами не проваливался. С него они на крышу и перебрались.

Снега на крыше было немного, к тому же и скользко. Друзья осторожно, чуть ли не на четвереньках, добрались до самого края. Вид сверху открывался великолепный! На всех детских площадках играли дети. Справа, за голыми берёзами и тополями, виднелась железная дорога и по ней шёл поезд. Слева стояли небольшие трёхэтажные дома. Ну а прямо по курсу — кабинет директора. Та стояла у окна и с ужасом смотрела на детей. И немедленно грянул гром. Воспитательница увидела ребят и закричала: «Как вы туда забрались? Немедленно слезайте!». К ним уже нёсся сторож с лестницей. Из дверей детского сада выскочил главный повар. Пашка и Женька от неожиданности попятились назад, поскользнулись и кубарем скатились с покатой крыши. Хорошо, что высокий сугроб смягчил падение и они отделались лёгким испугом. Как только друзья оказались на земле, их тут же схватил за шкирку могучий повар и на вытянутых руках понёс в кабинет директора.

После того случая им строго-настрого запретили отходить от воспитательницы и велели всегда быть у неё на глазах.

Пашка сидел в группе и скучал. «Сейчас бы к бабушке махнуть, там совсем другое дело», — подумал он. Хорошо, что живут они недалеко. Там дел зимой всегда невпроворот. Снег выпадет, они с дедом двор и дорожки почистят и по бокам вырастут сугробы в два или три Пашкиных роста. И не сугробы это вовсе, а стены древней крепости. Там бы ворота устроить и через них в огород залезать, где снега по пояс, а то и выше. Сделать лабиринт и устроить тайное место. По бокам от входа башни соорудить. Залезать на них и смотреть окрест — не идёт ли враг, не пора ли собирать ратную дружину для защиты крепости?

Однако дед таких развлечений не одобрял. Пещеры рыть ещё ладно, а вот в огороде снег раскидывать — строго-настрого запрещал. «Земля без снега мёрзнет, — говаривал он. — Он её укрывает и согревает. А без снега, это всё равно, что мы с тобой без тулупа на улицу пойдём. Промерзнем до костей, какие из нас бойцы тогда будут?»

На днях Пашке купили его первые в жизни лыжи. Стоял он на них пока неуверенно и больше падал, нежели лихо мчался по лыжне. И с горки он так и не рискнул прокатиться. На выходных дед обещал пойти с ним в берёзовую рощу и научить всем лыжным премудростям. Но нет, надо сидеть в группе и ждать выходных, а они ой как не скоро настанут.

Тут ещё и Новый Год на носу. Праздник долгожданный, любимый. В детском саду обещали устроить сказочное представление и шумный карнавал. Придут Дед Мороз и Снегурочка. Пашка и стишок не прочь выучить и рассказать его с выражением. Расстраивало одно. Ему досталась роль медведя, а он с ней плохо справлялся. Вроде бы и его амплуа. Ростом он был повыше сверстников, да и чуток покрупнее. Ходить «по-медвежьи» у Пашки получалось мастерски и рычал он страшновато. За эти таланты воспитательница его и выбрала.

Как-то раз, на прогулке, Пашка и Женька решили напугать девчонок — притаились за углом и выскочили навстречу. Рычат, руками машут, глазами вытаращенными вращают, из стороны в сторону раскачиваются, аж самим страшно. Девчонки подпрыгнули, завизжали, брызнули в разные стороны, а одна из них в сугроб упала и затихла. Шум, гам, Пашка с Женькой за остальными гоняются, а те плачут и визжат так громко, что уши закладывает. Тут воспитательница подоспела, с ней и сторож на шум прибежал. Попало, конечно же. В угол «хулиганов» поставили. Родителям всё рассказали. Те, как водится, поругали отпрысков, но больше так, для порядка.

Воспитательница эту историю запомнила, и когда пришла пора готовиться к новогоднему представлению, указала на друзей: «Есть у нас кандидаты на роль медведя и волка». Это было лучше, чем прыгать зайчиком и водить хороводы с девочками-снежинками. Поначалу друзья ходили важные и гордые. Они свысока поглядывали на остальных, мол, знай наших. Но задирали нос мальчишки недолго, до первой репетиции.

Выход у Пашки был в середине представления. Он стоял за сценой и чем дольше смотрел на происходящее, тем больше нервничал и стеснялся. Коленки начали предательски дрожать, а в горле появился комок. Он представил, как на него все будут смотреть и от этого стало совсем не по себе. Тут кто-то мягко подтолкнул его и сказал: «Давай, твой выход». Пашка вылетел на середину, споткнулся и чуть не упал. Он растерянно стоял посредине и мучительно вспоминал слова. С трудом их вспомнив, он вскинул руки, что-то стал бормотать и потом зарычал. Голос дрожал и звучал всё тише и тише. Тут-то все и захохотали. Ну какой-же это медведь? Он же сам всего боится!

Первая репетиция закончилась. Воспитательница слегка пожурила Пашку, а всем остальным сказала: «В этом нет ничего страшного, дети. С каждым такое может случиться, особенно если на сцену выходишь в первый раз. Ещё пара репетиций и будет у нас решительный и грозный медведь».

Пашка только на это надеялся, но в следующий раз его вновь постигла неудача. Как назло, и у Женьки волк получался неубедительным и не страшным. Перед девчонками было ох как неловко. Недавно эвана как их по детской площадке гоняли, считай без продыху. А теперь что? Хоть от роли отказывайся и в зайчишки записывайся. Что с этим делать — понять было решительно невозможно.

Подошёл Женька и молча сел рядом. Приютились они в углу игровой комнаты и с грустью смотрели на окно, у которого весело и бестолково суетились мальчишки и девчонки. Они прильнули к стеклу и с увлечением рассматривали снегирей, что прыгали по веткам вокруг кормушек. Кстати, вон ту, левую, наши друзья сделали собственными руками. Помог им сторож — добрый, шутливый и рукодельный дядька. После уже, вместе с дедом и отцом, Пашка соорудил свою кормушку. Они повесили её на старой яблоне, в самом начале огорода. Мама насыпал туда семечек, а потом нанизала на нитку маленькие кусочки сала и подвесила их к дну кормушки. «Синицы его любят», — сказала она.

Друзья думали о том, как было бы здорово прямо сейчас всех напугать. Но, увы, никто уже не завизжит и не бросится с криками наутёк. «А, это медведь и волк, которые сами всего боятся», — обязательно скажет какая-нибудь вредная девчонка. И будет права. Авторитет друзей таял на глазах.

Когда мальчишки тренировались вдвоём, без посторонних, у них отлично получалось. На репетиции же всё шло прахом. Исчезал мощный рык, пропадала уверенность, голос трепетал и срывался на фальцет, походка становилась шаркающая и скованная, а руки отказывались подчиняться. Вот буквально за пару минут до того ну всё же было в порядке. Но нет, одна только мысль о публике сводила на нет все их старания.

Пашка и Женька набрались решимости, подошли к воспитательнице и без колебаний заявили: «Мы от ролей отказываемся». Она посмотрела на них строго, скрестила на груди руки и ледяным голосом ответила: «Нет никакой возможности отказаться, мальчики. Вы, и только вы можете сыграть эти роли. Пусть вам и страшно, но вы не должны идти на поводу у своего страха, вы должны его преодолеть. И, самое главное, вы не можете меня подвести, а группу — тем более. Наше представление должно быть лучшим. Медведь и волк — главные герои и всё зависит от них!». Сказала и пошла по своим делам. Ребята уныло побрели на полдник. Они сидели за столом и без аппетита жевали булочки, запивая их вкусным какао. До новогоднего праздника оставалось всего три недели.

По сценарию медведь и волк должны были спасти зайчат, ежат и снежинок от Бабы Яги и Кащея Бессмертного. Потом появится Дед Мороз и довершит начатое. А как напугать злодеев, если Баба Яга — это директор садика, а Кащей — главный повар, высокий, большой и страшный. Такой сам кого хочешь съест и не поперхнётся.

— Не бывает толстых кащеев, — сказал Женька.

— Наш много кушает. Другие кащеи небось в голодном лесу живут, где одни мухоморы и поганки, — ответил Пашка.

— Я вот директора нашего садика очень боюсь. И как мы её пугать будем? Она и на репетициях ещё ни разу не была. А как появится, что с нами будет?

— Что будет, что будет. Не знаю… Ты про нашего повара не забудь!

НЕИЗВЕСТНЫЙ ГРАЖДАНИН

Ещё часок — и закончится день в детском саду. Завтра утром Пашка с мамой поедут к деду с бабушкой. Целый день можно гулять и носиться по улицам со своим другом Димкой. Он тоже приедет к своей бабушке на выходные. Друзья не виделись целую неделю и у каждого накопился ворох новостей и событий, коими обязательно следует поделиться. Если же повезёт, то они отправятся на охоту за майскими жуками. Они уж проснулись и в огромном количестве летают повсюду.

Все группы отправились гулять, каждая на свою площадку. Понемногу стали приходить взрослые и забирать детишек домой. Кто-то убегал домой с радостью, другие, не доиграв и не закончив свои дела, капризничали и просили ещё чуток подождать. Были и те, кто стоял у края площадки и неотрывно следил за калиткой. Им было не до игр, они ждали своих родителей.

Пашка не ждал, что его рано заберут. Взрослым ещё работать и работать, так что есть время поиграть с Женькой во что-нибудь серьёзное. Их мамы работали вместе и за детьми они приходили вдвоём.

Мальчишки стояли у шведской стенки и собирались на неё залезть. План был таков — добраться до самого верха и взгромоздиться там. Пашка ухватился руками за перекладину и уже было занёс правую ногу, как его неожиданно позвали.

— Павлик! За тобой пришли! — прокричала старшая воспитательница.

Он не любил, когда его так называли. Звучало по-детски, будто он малышня какая-то. Хотя Пашка и догадывался, что воспитательница так делает нарочно. Та ещё вредина, что и говорить.

— Что-то рано за тобой, — сказал Женька. — Наверное и за мной скоро придут.

— Ага, — согласился Пашка. — Ну, я побежал, пока!

Он пулей рванул к калитке, пытаясь на найти и разглядеть маму. Однако её нигде не было видно. Рядом с воспитательницей стоял незнакомый дядька с усами. Он увидел Пашку, повернулся и присел, расставив руки. Он ожидал, что мальчишка с разбега прыгнет к нему в объятия. Но с какой стати, коль скоро Пашка его не знает?

Пашка резко остановился и застыл. Он настороженно смотрел на взрослых и не понимал, почему все так спокойны.

— Ну что же ты, сынок? Ну, беги ко мне скорее! — радостно воскликнул неизвестный гражданин.

— А где мама? — растерянно спросил Пашка.

— Павлик, за тобой папа пришёл. — произнесла старшая воспитательница.

— Мой папа уже давно в командировке. И приедет только через месяц. Так мама говорила, — испуганным голосом ответил Пашка.

— Ты что, сынок? Не узнаёшь папу?

— Нет. — выдавил из себя Пашка и сделал шаг назад.

— Павлик, не капризничай. Это твой папа и он пришёл за тобой. Я тебе точно говорю, я знаю. — строго произнесла воспитательница и вдруг подмигнула.

Прибежал Женька. Ему стало любопытно — кто так рано пришёл за другом?

— Здрасьте! А Пашка говорил, что Вы ещё долго будете в командировке! — радостно сказал Женька и, как принято у взрослых, протянул руку, поздороваться.

Отец облегченно вздохнул и ответил: «А мы всё уже закончили, вот и прибыли домой пораньше». Пашка решил, что Женька не может ошибаться и сказал не слишком уверенно: «Привет, пап».

По дороге домой отец пытался разговорить сына, пару раз порывался взять его на руки, но Пашка уворачивался. Он всё время молчал, хмурился и с недоверием посматривал на странного гражданина. Всё ж таки это был он, любимый папка, но что-то в нём было не то, что-то странное.

Дома их встретила мама, необычайно весёлая и радостная. Из кухни вкусно пахло пирогами. В коридоре, на полу, возлежала невероятных размеров дыня и источала небывалый медовый аромат. Мама потрепала Пашку по макушке, чмокнула в щёчку мужа и сказала: «Ну, скорей проходите, мойте руки».

— Представляешь, мой сын не узнал меня! — трагически воскликнул папа. — Всю дорогу молчал и даже не дал себя взять на руки!

— Не мудрено, — сухо ответила ему мама. — Я тебя предупреждала. И про усы тебе говорила. Сбрей ты их наконец!

Пашка вдруг широко улыбнулся, его лицо вновь стало озорным и весёлым. Он посмотрел на родителей, взял отца за руку и важно заявил: «Да, пап, усы надо обязательно сбрить!»

РЫЦАРСКИЙ ТУРНИР

Старшая группа детского сада очень любила тихий час и ждала его с нетерпением, чем сильно удивляла опытных воспитателей. Секрет, однако, был прост.

Ольга Витальевна недавно закончила учёбу и ей сразу же поручили старшую группу. Поначалу она готова была расплакаться. Дети не хотели её слушать, бузили, шумели и всячески изводили её своими шалостями. Особенно трудным оказался тихий час. Ну кому охота ложиться спать в шесть лет, когда вокруг столько всего увлекательного и загадочного? Вдруг ты проспишь самое интересное? Заведующая высказывала своё неудовольствие и настоятельно рекомендовала Олюшке (так она ласково и язвительно её называла) сменить профессию.

И вот однажды, когда дети особенно расшалились и с ними не было никакого сладу, Ольга Витальевна в отчаянии, чуть не плача, сказала: «Дети, а вы знаете, кто такая прекрасная Ровена и славный рыцарь Айвенго?»

В это время Женька уже собирался лупануть своего соседа подушкой, но, услышав слова воспитательницы, застыл на месте. И тут же получил от Пашки коварный удар в спину. Женька свалился с кровати, однако быстро вскочил и закричал: «Я, я знаю кто это такие!»

Вдруг все затихли и уставились на Женьку.

— Ты читал про Айвенго? — удивлённо воскликнула Ольга Витальевна.

— Нет! — гордо ответил Женька. — Мне папа говорил!

— А хотите я вам расскажу волшебные истории? О рыцарях и Прекрасной Даме, которой они служат. О подвигах честных людей и о коварном предательстве. О том, как в Шервудском лесу, пусть и недолго, но торжествовала справедливость. — сказала Ольга Витальевна и тут же сама испугалась своих слов.

Она с давних пор была очарована рыцарской эпохой. Её фантазия рисовала идеальный и благородный мир, тот мир, в котором если и есть место подлости, коварству и предательству, то лишь на краткий миг, ровно до того момента, как смелость и благородство решительно победят чёрное зло. И вот теперь она не знала, как поведать малышам историю Айвенго, да так, чтобы они всё поняли.

Группа угомонилась, мальчишки и девчонки лежали в свои постелях и готовились внимательно слушать чудесные истории.

Ольга Витальевна вздохнула и начала свой рассказ, который имел мало общего с тем, что изложено в книгах. Подлинными были лишь имена героев. А вот приключения, подвиги и путешествия, всё это рождалось по ходу повествования. В её рассказах смешивались эпохи и герои. Квентин Дорвард становился лучшим другом Айвенго и спасал Ровену от злодейских козней, пока Айвенго страдал от ран. Вольный стрелок Робин Гуд отправлялся во Францию и вставал на сторону Карла Смелого. Ну а сам Айвенго отважно сражался плечом к плечу с Квентином Дорвардом, дабы тот обрёл свое счастье с графиней Изабеллой де Круа. Чёрный рыцарь появлялся в самый ответственный момент и там, где следовало вершить справедливый суд над тиранами и угнетателями простого народа. Рядом с ним всегда были его верные помощники — отшельник Тук, Вамба и Гурт. Рыцари храмовники, во главе с благороднейшим Брианом де Буагильбером, отправлялись в Палестину, вызволяли из плена Ричарда Львиное Сердце и возвращались героями, покрытые славой. Прибыв в Англию, король Ричард Львиное Сердце изгонял злодеев из своих владений, после чего правил честно и справедливо. Освобожденный народ ликовал и славил своего монарха. Король Артур являлся ко двору своего лучшего друга Ричарда. Славные рыцари Ланцелот и Айвенго, заслышав о злодействах, отправлялись в поход. Добро торжествовало повсеместно. А после они собирались в замке добронравного Седрика Ротервудского и устраивали роскошные пиры в свою честь. Каждый из них служил Прекрасной Даме и беспрестанно скрещивал копья на рыцарских турнирах ради того, чтобы получить в качестве награды за свою победу платок Прекрасной Дамы и заслужить честь преподнести ей алую розу.