Невидимый тормоз: скрытая причина, по которой умные люди не могут прорваться и единственный способ её устранить

Джеймс Брэйд: человек, который дал гипнозу имя

1841 год. Манчестер, Англия. Шотландский хирург Джеймс Брэйд приходит на демонстрацию месмеризма – с целью разоблачить шарлатанство. Он был уверен, что всё это обман.

Но то, что он увидел, заставило его пересмотреть свои убеждения. Брэйд начал собственные эксперименты и пришёл к революционному выводу: никакого «магнетизма» нет. Происходящее – это физиологический процесс, связанный с концентрацией внимания и работой нервной системы.

Именно Брэйд придумал термин «нейрогипнотизм» – от имени Гипноса, греческого бога сна. Позже слово сократилось до «гипноз». Забавная ирония: позже Брэйд понял, что гипноз – это вовсе не сон, и хотел переименовать его в «моноидеизм» (сосредоточение на одной идее). Но было поздно – слово уже прижилось.

Брэйд стал, по сути, первым практиком психосоматической медицины. Он показал, что гипноз – это не мистика и не шоу, а научно объяснимое состояние, которое можно использовать для лечения. Он сам проводил безболезненные операции с использованием гипноза ещё до Эсдейла – начиная с января 1842 года.

С этого момента гипноз перестал быть «магией» и стал наукой. Пусть и молодой, не до конца понятой, вызывающей споры – но наукой.

* * *

Нанси против Сальпетриер: великая битва за гипноз

Конец XIX века. Два французских города. Две школы. Два взгляда на гипноз. И великое противостояние, которое определило будущее целого направления.

В Париже, в знаменитой клинике Сальпетриер, работал Жан-Мартен Шарко – один из величайших неврологов своего времени, учитель Зигмунда Фрейда. Шарко считал, что гипноз – это патологическое состояние, близкое к истерии, и что гипнотизировать можно только больных людей. Он демонстрировал гипноз на публичных лекциях, показывая впечатляющие эффекты: каталепсию, амнезию, паралич по команде.

В небольшом городке Нанси сельский врач Амбруаз-Огюст Льебо и профессор медицины Ипполит Бернгейм придерживались противоположной позиции. Они утверждали: гипноз – это нормальное, естественное явление, вызванное внушением. Гипнотизировать можно любого здорового человека. И дело не в патологии, а в психологии.

Нансийская школа победила. Именно её подход лёг в основу современного понимания гипноза: гипноз – это естественное состояние повышенной внушаемости, которое может быть использовано в терапевтических целях. Не болезнь. Не мистика. Не шоу. Инструмент.

Именно в Нансийской школе учился молодой Зигмунд Фрейд. Он был впечатлён терапевтическим потенциалом гипноза и начал использовать его в своей практике. Позже Фрейд откажется от гипноза в пользу свободных ассоциаций – и создаст психоанализ. Но фундамент, на котором он строил, был гипнотическим.

* * *

Две мировые войны: гипноз возвращается

В первой половине XX века гипноз переживал период относительного забвения в медицинском мейнстриме. Но две мировые войны вернули его на сцену – самым практическим образом.

Во время обеих мировых войн химические анестетики были в дефиците. Стоматологи, работавшие с ранениями лица, начали массово использовать гипноз для обезболивания. В окопах и полевых госпиталях, где не хватало морфина, военные врачи применяли гипнотические техники для управления болью и лечения того, что тогда называли «снарядным шоком» (сегодня мы знаем это как посттравматическое стрессовое расстройство).

Война показала то, что храмы Имхотепа знали 4000 лет назад: в экстремальных условиях, когда технологии недоступны, человеческий разум остаётся самым мощным инструментом исцеления.

* * *

Милтон Эриксон: революция, которая изменила всё

Мы уже встречались с Эриксоном во второй главе. Но его вклад настолько велик, что заслуживает отдельного разговора в контексте истории.

До Эриксона гипноз был преимущественно директивным: гипнотизёр даёт команду – клиент выполняет. Эриксон перевернул эту модель. Он показал, что каждый человек уникален, и то, что работает для одного, может не работать для другого. Он разработал подход, в котором гипнотерапевт не командует, а сотрудничает с подсознанием клиента.

Эриксон использовал истории, метафоры, парадоксы, юмор – всё, что обходило сопротивление сознательного разума и обращалось напрямую к подсознанию. Он разговаривал с подсознанием на его языке – языке образов и эмоций.

Его результаты были настолько впечатляющими, что коллеги не верили отчётам. Люди, которых другие специалисты считали безнадёжными, менялись за несколько сессий. Хронические фобии исчезали. Болевые синдромы, не поддававшиеся лекарствам, проходили. Поведенческие паттерны, державшиеся десятилетиями, растворялись.

Эриксоновский гипноз стал фундаментом для множества современных направлений: нейролингвистического программирования (НЛП), краткосрочной стратегической терапии, а также для подхода Тони Роббинса. Два создателя НЛП – Ричард Бэндлер и Джон Гриндер – прямо говорили, что их метод основан на моделировании техник Эриксона.

Сегодня эриксоновский гипноз – один из самых широко используемых подходов в мире. И именно его принципы лежат в основе работы с подсознанием, о которой мы говорим в этой книге.

* * *

Гипноз сегодня: от клиник до кабинетов CEO

Вот краткая хронология того, как гипноз вошёл в медицинский и бизнес-мейнстрим в последние десятилетия:

1955 год – Британская медицинская ассоциация признала гипнотерапию как законный метод лечения.

1958 год – Американская медицинская ассоциация официально одобрила применение гипноза в медицине и стоматологии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.