Талисман огненного ветра

Оставалась одна проблема. Душа талисмана каким-то образом вселилась в эту девчонку со странным именем Анна-Мария. И Илларион первое время откровенно не понимал, как так получилось. Только когда он позвонил дяде и тот вспомнил о потерянной ветви рода в дореволюционное время при эпидемиях тифа и холеры в Поволжье, они поняли, что произошло. Во время этих эпидемий умерло много народа, и уцелевшие люди старались перебраться в более благополучные районы, уезжая из Казани в западную часть России. Этим и воспользовалась жена хранителя талисмана Стрибога, могущественного колдуна из их рода, когда тот помер от холеры. Решив сбежать от его родни, она прихватила сына и тайком отплыла на астраханском пароходе в Москву. Да сделала это так ловко, что когда ее хватились, то уже не смогли отыскать. Она и мальчик затерялись в безумном огне гражданской войны.

Родня колдуна искала ее долго и упорно, потому что вместе с ней исчез тот самый древний артефакт – талисман огненного ветра, сплав силы Стрибога и Ярилы. Той силы, которой владел умерший колдун. Но не нашли. Сначала думали, что она добралась до Москвы, и искали там. Потом решили, что в Москве она не задержалась и уехала за границу, как делали в то время многие богатые люди. К тому же талисман никак не проявлял свою силу, и о беглецах благополучно забыли. А оказались они вон где. Совсем рядом с Казанью, всего в 150 километрах от города. Судьба-злодейка порой преподносит удивительные сюрпризы.

У самого Иллариона было кольцо Посвиста, переданное ему дедом после преждевременной смерти отца, старшего дедова сына. Как произошел тот несчастный случай, никто не знал. Просто однажды, когда отец поехал на рыбалку, он больше не вернулся. Через несколько дней поисков нашли его тело, запутавшееся в чьих-то сетях, видимо оставленных браконьерами. Самым загадочным было то, что кольцо старшего сына Стрибога, которое отец никогда не снимал, перед своей последней рыбалкой зачем-то оставил дома. Илларион так и не узнал, почему отец так поступил. То ли они с дедом поссорились накануне, то ли отец решил отказаться от силы Посвиста по каким-то своим причинам.

Так с шестнадцати лет Илларион стал обладать этой силой. Младший брат отца, его дядя, с которым он сейчас работает в одном университете, долгое время не хотел с ним знаться. Как рассказал потом дед из-за того, что кольцо по наследству должно было перейти к нему. Но по воле Артемия, отца Иллариона, сделавшего с кольцом какой-то магический обряд, его сила могла перейти только к сыну. Может колдун что-то предчувствовал или знал о кознях брата? Поэтому дядя, зная о талисманах своего рода все, так и не смог прикоснуться к могущественной силе, которой всю свою жизнь хотел обладать. Но в какой-то момент сменил свой гнев на милость и даже устроил племянника преподавателем в свой университет. Илларион первое время наивно полагал, что в нем взыграли родственные чувства, и стал с дядей очень близок.

К тому же дядя всячески помогал племяннику осваивать полученную силу. И заодно пользовался силами племянника для решения своих, порой не совсем честных, дел. На археологических раскопках частенько пропадали ценные артефакты, которые на черном рынке пользовались огромным спросом. За исчезновением древностей почти всегда проглядывала цепкая дядина рука, а суммы, накапливаемые в банке на его счетах, соразмерно увеличивались. Однако рынком заправляли и другие господа, которые периодически, как говорили в лихие 90-е, наезжали на него. Вот именно в таких случаях дяде и приходилось пользоваться могущественной силой Посвиста, которую применял Илларион, чтобы напугать потенциальных конкурентов и крышевателей.

Но лучше обладать неимоверной силой самому. Поэтому обнаружение талисмана огненного ветра, найденного профессором Романовским три года назад в одном старинном доме, стало для дяди манной небесной.

Дядя Иллариона, после смерти деда ставший главой рода, хотя и не обладавший сверхъестественными способностями, дал поручение Иллариону артефакт у Романовского забрать. А он сглупил, решив, что это можно сделать обычным способом, не применяя силу Посвиста, и организовал травлю профессора в университете. Однако профессор оказался не так-то прост. Потому что прекрасно понял, что за талисман оказался у него в руках. Ведь вместе с ним в тайнике дома хранился и заговор, после прочтения которого в талисмане двигаются лучи солнц. Поняв, что ему в руки попало настоящее сокровище, Романовский напрочь отказался разговаривать с Колядиным по поводу передачи тому артефакта. А еще старый дурак узнал где-то, что талисман не должен служить темной силе, обладателем которой представился Романовскому Колядин, пытаясь напугать старика. И только усугубил тем самым дело.

Романовский твердо решил талисман не отдавать, а после организованной травли среди коллег, внезапно уволился из университета и уехал в другой город, не сообщив никому, куда уезжает. И вот только недавно дядя прочел в каком-то научном журнале статью профессора о славянских богах и мифах, выводы в которой подтверждались научными объяснениями профессора на примере найденного им артефакта. Дядя Иллариона тут же связался с редакцией журнала и выяснил, где поселился профессор, ведь он даже не удосужился сменить фамилию. Эта глупость и помогла его найти. А тут опять такой облом – сила ветра перешла к человеку.

Теперь Иллариону предстояло справиться с этой дурехой, которая опять тянет с чтением заклинания.

– Отпустить Славика? – переспросил он. – Почему бы нет. Он нам действительно больше не нужен. Но давай договоримся сразу. Как только ты увидишь, что Славик ушел, сразу произносишь заклинание.

– Договорились, – согласилась Анька. – Но вы должны перед этим развязать ему руки. А то как он пойдет по снегу со связанными руками? Вы тогда сможете спокойно его догнать и прикончить. А со свободными руками у него будет шанс спрятаться. И никак иначе.

– Согласен. Игорь! – крикнул он своего помощника. – Иди сюда.

Увидев, что голова боксера вынырнула из-за дверного проема, Илларион подошел к нему и что-то тихо прошептал. Боксерская голова кивнула в знак, что приказ понят, и опять исчезла за дверью. Через несколько минут он вернулся со связанным Славиком, который еле передвигал заплетающимися ногами. Ему было трудно дышать из-за скотча, облепившего рот, и боксер буквально тащил его за собой.

– Мы отпускаем тебя, – сказал Илларион Славику, когда они подошли к нему. – Но не вздумай делать глупости. При каждом неверном движении Игорь пустит тебе пулю в спину. И потом нам придется убить твою подругу. Так что ваши жизни теперь зависят от тебя. Ты все понял? – он посмотрел ему в глаза и увидел, что не ошибся в этом человеке, и тот сделает все, что ему скажут, ведь страх и безысходность читались там сразу. – Развяжи его.

Боксер вытащил нож и перерезал веревки. Славик вытащил руки из-за спины и потер запястья, сдернул с лица скотч. Хотел что-то сказать, но Илларион поднял вверх руку, останавливая его:

– Говорить ничего не надо. Все, что захочешь сказать своей подруге, сделаешь потом. Сейчас у тебя одна задача – идти домой и помалкивать обо всем. И да, я надеюсь, ты понял, что о деньгах придется забыть. Я дарю тебе жизнь. Этого достаточно. Игорь, проводи его.

– Стойте! – крикнула Анька. – Я хочу видеть, как он отсюда выберется. Такой был договор.

– Ух ты, – усмехнулся темный маг. – А я думал, мы так обойдемся, поверим в мое честное слово.

– Нет, не прокатит. Договор есть договор, – серьезно сказала Анька, не намереваясь уступать колдуну даже чуть-чуть.

– Ну, хорошо, идем все вместе. Посмотрим вслед беглецу, – Илларион показал рукой на выход. – Прошу.

Выбравшись наружу из ангара, Анька оглянулась назад и увидела, каких действительно гигантских размеров было заброшенное сооружение. Причем к основному корпусу картофелехранилища были пристроены еще какие-то строения. Вернее не столько строения, сколько их фундаменты с глубокими ямами. И кругом никого. Только снег и деревья. Вдалеке на приличном расстоянии были видны здания поселка, на глаз километров три-пять примерно. «Вряд ли он быстро доберется, – подумала Анька о Славике. – Полчаса не меньше пройдет, потому что вряд ли кто проедет тут в ближайшее время, несмотря на дорогу, по которой мы сюда добирались».

– Мне надо кое-что ему сказать, – произнесла она.

– Говори.

– Я хочу сказать ему без вас.

– Нет, говори сейчас и мы его отпускаем.

– Хорошо. Слав, – обратилась она к другу. – Иди по этим следам, выйдешь на дорогу, а по дороге иди туда к заданиям, это Медведево. Оттуда домой доберешься, но ни в какую полицию не звони. Не надо. Мы здесь свои дела порешаем, и я вернусь. Но если меня вечером в городе не будет, тогда в полицию звони. Договорились?

Славик согласно кивнул головой, не произнося ни звука. Он боялся что-то спрашивать, потому что не хотел злить похитителей. Он сам сдуру оказался в такой ситуации, не ожидая, что его и Аню свяжут и увезут неизвестно куда. Всего-то пообещал помочь Анькиному родственнику встретиться. Ну, не без денег, конечно, почему бы нет, если предлагают? Вот и влип, еще и Аню втянул. А она о нем еще заботится.

– Слава, – еще раз повторила Анька. – Сделай так, как я сказала. И еще. Если увидишь машину на дороге, лучше спрячься. Не попадайся никому на глаза. Понимаешь?

Он снова кивнул и услышав от нее «ну, иди», повернулся и пошел быстрым шагом, почти побежал в сторону видневшихся вдали домов.

– Игорь, садись в машину, ты мне больше не нужен, – сказал Илларион. – Мы теперь быстро закончим, да, Анна-Мария? – спросил он Аньку, когда боксер скрылся за углом картофелехранилища. – Кстати, если ты надеешься, что этот болван сейчас будет звонить в полицию, то ошибаешься. Телефона у него нет. Твоя сумка тоже у Игоря в машине.

– Даже не думала об этом, – ответила она. – Доставайте свое заклинание, буду читать.

Илларион вытащил листок из кармана, снова расправил его и поднес к Анькиным глазам, держа одной рукой. А она все это время пыталась придумать хоть что-то, чтобы не отдавать душу талисмана темному колдуну. И нашла правильное решение. Пока тот шарился в своем кармане, Анька осторожно, стараясь проделать это незаметно, приподняла низ куртки сзади и выпустила из ладони талисман в карман джинсов. Эта мысль пришла неожиданно, как-то сама собой. На улице было холодно и крепко связанные руки замерзли, а вдобавок к этому металлический талисман вытягивал из нее тепло. Избавившись от него, Анька стала потихоньку потирать ладони друг о друга в надежде согреться. Затем, пристально всматриваясь в листок, прочитала первую строку заклинания:

– Разгуляйся ветер бурь, разгуляйся…

Внезапно налетел сильный ветер и стал вырывать листок из рук Иллариона. Тот схватил его двумя руками, но листок продолжал трепыхаться, и Анька не могла разобрать, что там написано дальше.

– Я ничего не вижу, – сказала она. – А еще у меня сейчас слезы потекут от ветра. Совсем не смогу ничего читать. Сделайте что-нибудь.

– Что я сделаю? Идем обратно в помещение, там ветра меньше, – озадаченно проговорил темный маг.

– Идите вперед, а я за вами, а то я плохо вижу, куда идти.

– Идем, – согласился тот, считая, что никуда она не денется.

Он пошел в сторону картофелехранилища, закрываясь от встречного ветра плечом и подняв воротник пальто. Анька вслед за ним, продолжая еще сильнее тереть ладони. Придумав этот маневр, она хотела скрыть от Иллариона запах, который почувствовала только что. Запах жженой веревки, уносимый ветром в сторону. Кроме запаха было еще кое-что непонятное. У нее как-то странно стало обжигать запястья. Потом сильнее, потом стало жечь как в тот раз, когда она схватила мокрой рукой талисман, а он выжег у нее на ладони свой отпечаток. После этого и появился запах жженой веревки. Но сейчас она терпела эту боль, понимая, что у нее появился шанс избавиться от пут.

Через несколько секунд, пока они шли к входу в ангар, Анька почувствовала, что руки стали двигаться свободнее. Тогда она напряглась, дернула их в разные стороны, и веревка под натиском лопнула, потому что странным образом истончилась. Наверное, поджарилась от высокой температуры. Температуры чего? Рук? Анька хоть и не понимала, что произошло, но догадывалась, что так оно и было. Иначе никак не объяснить. Ну, держись Илларион!

Она взмахнула руками и завела ветер. Собрав между ладоней тяжелый сгусток воздуха, кинула его в спину колдуна. Того протащило несколько метров до стены, но не вдавило в нее, как было со Светкой. Илларион, ощутив движения сзади и смену направления потоков воздуха, успел повернуться к ней и защититься. В ответ он создал свой ветер, точнее бурю. Между ним и Анькой образовалась толстая прослойка темного грозового облака, которая не позволила переломать ему ребра. Анька старалась продавить облако колдуна, направив в его сторону обе руки и одновременно пытаясь сделать из двух потоков ветра один, чтобы получился щит Персея. Но щит не получался. Ее потоки все время разрывались, встречая сопротивление облака, а руки разъезжались в разные стороны.

Темный маг, выставив левую руку навстречу одному из ее потоков, постарался перенаправить его в сторону от себя. И у него неплохо получилось, что ничего хорошего не предвещало для Аньки. Ведь она больше ничего не умела, только запускать ветер и держать потоки в одном направлении. Он был прав, говоря, что ей нужно еще учиться и учиться. Испуская из себя ветер можно легко справиться с недалекой ведьмой, а вот что делать с опытным колдуном? Она не знала. Вскоре только один Анькин поток упирался ему в грудь, хотя все еще держал у стены. Или он просто специально не двигался?

Тогда Анька сложила ладонь в кулак, уменьшая поток, который ушел в сторону, и резко разжав, соединила ладонь с другой ладонью. Прозвучал негромкий хлопок, и из ее рук в сторону колдуна метнулся непрозрачный серый шар с поблескивающими искорками внутри. Она заворожено наблюдала за движением произведения своего искусства. Шар был как елочная игрушка на новогодней елке. Красивый и притягательный. С таким же изумлением смотрел на него и колдун. Но спохватившись, выставил перед собой новый щит из грозового облака, внутри которого замелькали небольшие молнии, и вокруг почувствовался знакомый всем запах озона. Анькино облачко врезалось в щит и растворилось в нем. Перемешалось маленькими сполохами с внутренними огнями, и молнии в облаке колдуна засверкали еще сильнее. Но тут же часть из них, не причинив никому вреда, ушла в землю.

– Может, хватит упражняться! – крикнул сквозь шум беснующегося ветра и грозы темный маг. – Сама видишь, тебе со мной не справиться! Последний раз даю тебе шанс остаться в живых и отдать мне силу талисмана. Иначе придется тебя убить!

– Нет! Ничего не получишь. Он к тебе не хочет, – Аньке показалось, что говорила не она, а кто-то изнутри, но после произнесенных слов на душе стало спокойно, как будто она точно знала, что победит.

– Ну как хочешь, – не стал больше уговаривать ее колдун, он понял, что стояло за фразой «он к тебе не хочет». – Сейчас будет по-плохому!

Он потряс волосами, и на Аньку посыпались крупные градины, стуча ей по голове и плечам, а когда она присела и съежилась, закрывая голову руками, то градины стали бить и по спине. Сильно и очень больно, словно ее били палками со всей дури. Она поняла, что долго так не выдержит и испугалась. Испугалась, что вот пришел он, ее конец. От страха ничего не придумывалось, кроме как отбиться от града, размахивая руками. «Пусть уж лучше руки будут битыми, чем спина и голова», – подумала она.

Анька резко встала, быстро-быстро махая руками над головой и отпихивая градины, которые колошматили ее по рукам. В этот момент над Анькиной головой начал закручиваться ветер и подниматься вверх в виде небольшого торнадо, который через мгновенье стал втягивать в себя падающие с неба градины и со свистом раскидывать их по сторонам. Досталось и темному колдуну, когда несколько градин на огромной скорости врезались ему в грудь и ударили по ногам. Это случилось так неожиданно, что он даже не успел закрыться и почувствовал, как на теле наливаются синяки.

– Да ты полна сюрпризов! – воскликнул он, приглаживая волосы, после чего град прекратился. – Буду знать, как пользоваться силой талисмана. Спасибо, что показала, – и дунул в ее сторону.

Его дуновение оказалось густым туманом, который тут же начал заполнять пространство вокруг мага, и, разрастаясь, стал обволакивать Аньку. Сквозь пелену тумана ничего не было видно, и Анька опешила, опустила руки и стала машинально махать ими вокруг себя, разгоняя воздух и пытаясь сделать его более прозрачным. Но ничего не получалось. Она как будто находилась в самом эпицентре внезапно обрушившейся лавины, когда вокруг только ледяная мгла, и ты не понимаешь, где верх, а где низ.

«Да что ж такое, – в отчаянии подумала она. – Когда ж это кончится? Как мне с ним справиться? Он меня сейчас убьет». Ей захотелось заплакать от жалости к себе, и одна крупная слезинка даже выкатилась у нее из правого глаза. Но вдруг она услышала в голове свое второе «Я»: «Не бойся, я тебе помогу. Вместе мы справимся. Доверься мне». Как ни странно Анька не удивилась, когда услышала этот голос. Почему-то ей сразу стало ясно, кто с ней разговаривает. Душа талисмана огненного ветра. «Что мне делать?» – спросила она. Но ответа не услышала, потому что в этот момент из тумана прямо перед ней выскочил колдун собственной персоной, повалил ее на снег, нажал коленом на горло и прошипел прямо в лицо:

– Говорил же, предупреждал. По-хорошему ты не захотела, теперь пеняй на себя. Читать больше не будешь. Хватит, поиздевалась надо мной, гадина. Недооценил я тебя. Повторяй теперь за мной. Если будешь путать слова или молчать, просто придушу. Говори: Разгуляйся ветер бурь, разгуляйся… Черт, где талисман?

Только тут он вспомнил, что талисман должен быть у нее в руке. Но его не было. А может и не обязательно его держать? Может. А так как ждать больше он был не намерен, то решил, что пусть девчонка сначала прочтет заклинание, а потом и талисман сыщется. Ведь Романовский как-то это провернул – прочитал заклинание он, а силу получила она.

– Повторяй, я сказал, – он сильнее нажал Аньке на горло, и у нее от боли выступили слезы на глазах.

– Я не могу говорить, – еле-еле прошептала она, и тогда он ослабил хватку.

– Повторяй, – он снова стал произносить заклинание.

Анька с неохотой повторяла за ним. Медленно, с трудом проговорила первую строку…

Туман постепенно рассеивался, и она увидела над собой яркое весеннее солнце. «Ярило, – подумала она. – Это же один из моих покровителей-предков. Он должен мне помочь. Ярило, помоги», – взмолилась она и уставилась, не мигая, на солнце. Странно, но на этот раз она не зажмурилась от режущих лучей, а только почувствовала, как солнечное тепло ласково касается ее лица. А через секунду, переведя свой взгляд на колдуна и посмотрев ему прямо в глаза, увидела, как тот внезапно закрыл лицо руками и повалился на снег рядом с ней.

– Я ничего не вижу, я не вижу! Ты ослепила меня, гадина! – дико заорал он и, выхватив из кармана нож, стал бить им землю около Аньки, пытаясь дотянуться до нее.

Она вскочила и отбежала от него подальше, услышав в голове: «А теперь смотри». Почувствовала, как заходили у нее руки, слушаясь чьего-то приказа, как закрутили над головой что-то похожее на вихрь и бросили этот торнадо в сторону поверженного врага. Когда торнадо долетел до темного мага, у нее из глаз сверкнул яркий свет, и колдуна поразила молния, вылетевшая неизвестно откуда. У того широко открылись глаза, но он уже ничего сделать не мог. Сердце его внезапно остановилось, и он умер.

Анька сначала не осознала, что для нее все закончилось, и долго не могла прийти в себя. Она села на снег, превратившийся в лед, и сидела так несколько минут, пока не ощутила, что попа начала примерзать. Только тогда она зашевелилась и медленно встала. Тело у нее страшно болело, везде чувствовались удары градин. Она пощупала голову и нашла там несколько болезненных шишек. Но все равно была рада, что осталась живой. Подошла к колдуну, пощупала пульс. Затем медленно побрела к машине, где своего начальника ждал Игорь.

Заглянула в салон, ища свою сумку, открыла заднюю дверь и забрала ее. Проверила телефон, но его там не было. Тогда она постучала в окно машины и разбудила крепко спящего помощника темного мага. Подумала: «Вот болван, все проспал».

– Твоему начальнику плохо, он сознание потерял, – сказала она, когда он открыл дверь.

– Где он? – в недоумении, еще не совсем проснувшись, спросил Игорь.

– Там, – она показала рукой на вход в картофелехранилище.

Боксер тут же выбрался из машины и бегом припустил в ту сторону. А Анька решила пошариться в салоне авто, надеясь найти свой телефон, вместо того, чтобы бежать подальше от этого места. Подумала: «Ну, сколько можно новые телефоны покупать? Так никаких денег не хватит». Она почему-то не боялась помощника мага, хотя и сильно устала. Телефон сейчас стал для нее важнее собственной жизни. Наверное, ей было все равно, что будет дальше, потому что после магической битвы на нее навалилась апатия ко всему. И на ее фоне на первое место вылезла потеря телефона, с которой она не хотела мириться. Анька нашла его лежащим на передней панели. С ним лежал еще один телефон, и она, подумав, что это телефон Славика, забрала оба. Положила в сумку и медленно побрела по дороге в сторону поселка.

Через несколько минут мимо нее проскочила, не притормаживая, черная Тойота, которая неслась на огромной скорости. Хорошо, что Анька успела отпрыгнуть в сторону. Похоже, что боксер сильно торопился, стремясь поскорее отвезти своего начальника в больницу, решив, что тому действительно было плохо.

А в голове у Аньки внезапно засмеялся чей-то голос:

– Ох, и повеселился я сегодня. Давно так не было весело.

– Я бы этого не сказала, – ответила Анька грустно. – Мне было очень страшно.

– Не бойся ничего, теперь я с тобой, – был ответ души талисмана.