Линия ночи

– Ты это, рассказывай, что делаешь! – Предложил я широкой спине с шевелящимися под курткой лопатками.

– Меньше знаешь…

– Да не очень-то и хотелось!

– Я серьезно! – Сказал Миша. – Не в обиду!

Я промолчал.

– Отходим! – скомандовал Голубых.

– Куда? – спросил я. – Бежать-то?

– Никуда бежать не надо!

Мы отошли метров на пять, и Миша нажал кнопку.

– Бабах! – Крикнул он. Я послушно моргнул.

Ничего не произошло.

– Шутка! – хмыкнул Миша. И послышался звук, словно лопнул надутый полиэтиленовый пакет.

Заднее стекло рассыпалось неровными кусками.

Миша ногой расчистил проход, и заглянул внутрь.

– Ну? – не выдержал я. – Что там?

– Темно. – Лаконично сообщил Голубых.

Я оттолкнул его и заглянул сам. Действительно темно. Не так темно, как в автомобиле с затемненными стеклами, или в комнате с задернутыми шторами, а ТЕМНО.

Хоть глаз выколи.

Свет, падающий сквозь пробоину, исчезал в полуметре от входа. Там, где стояла иссиня-черная стена темноты.

Словно чернила в аквариуме.

Стараясь не задеть торчащие осколки, я протиснулся внутрь и осторожно сделал шаг вперед. И еще. Постарался коснуться этой стены. Ничего.

Я шагнул вперед, сквозь завесу тьмы, и оказался в странном коридорчике. Слабенькие лампочки освещения испускали неуверенный голубоватый свет, придавая обстановке какую-то нереальность.

«Словно в манге» – почему-то подумалось мне.

За моей стеной вставала та же стена, кроме света, не пропускающая также и звук.

Раздалось сопение, и словно из портала появился Миша.

– Круто! – сказал он.

Не оборачиваясь, я кивнул.

Пройдя метра два, коридор поворачивал в сторону. Это если бы автобус стоял. А так мне пришлось лезть вверх.

Я залез и… стал на решетку. В конце комнаты виднелась закрытая дверца. Благодаря своим новым способностям я прекрасно видел в этом, с позволения сказать, полумраке.

Весь пол был уставлен клетками. Такими, как в собачьем приюте. Только вместо собак в них сидели дети. Маленькие, лет трех-четырех. Или меньше, я в этом не особо разбираюсь.

И сейчас я стоял прямо на дверцах.

– Охренеть! – вслух подумал я.

Услышав мой голос, малыши завозились в клетках.

Некоторые заревели, другие стали протягивать крохотные пальчики вверх.

Согнувшись в три погибели, и осторожно переставляя ноги, чтобы не наступить им на ручки, я прошел вперед.

– Охренеть! – послышалось сзади.

– Осторожно! – сказал я.

Дети стали реветь.

– Если наш узнает, Посредникам будет полная жопа! – пробормотал Миша. – Не сразу, конечно…

– А если это не они? – спросил я, пробираясь вперед.

– В смысле, вслепую везут?

– Угу.

– Все может быть… – Миша включил фонарик, и светлое пятно дернулось, вырывая у скупого освещения перепуганные личики, наполовину скрытые сверкающими прутьями. – Нужно их отсюда как-то вытащить…

Он чем-то позвенел.

– А замки тут… Не знаю, как быть…

Его голос прервали срывающиеся крики:

– Ола! Ола!

Картавя, дети стали повторять это слово. Что, интересно, это значит?

Я аккуратно перебрался в конец помещения и попытался отворить дверь. Она не подавалась.

Миша светил мне.

Я подергал-подергал ручку, и вернулся обратно.

– Так, давай их вытягивать отсюда! – скомандовал я.

– Как?

Действительно, как? Но если замки такие сложные, может, проще вытянуть клетки?

Оказалось, не проще.

– Там, в джипе, должна быть болгарка! – поразмыслив, прикинул Миша и полез обратно.

Я осторожно потрогал торчащий сквозь прутья детский пальчик.

– Ю ола? – послышался тоненький голосок. На меня смотрели огромные глазищи.

Мальчик или девочка? Я всмотрелся. Похоже, что девочка.

Ужас.

Всего было восемь клеток. Одна пустовала. В первой сидела девочка, в остальных шести – мальчики.

Почти семь стариков и одна девушка. Или принцесса и шесть гномов.

Это было бы смешно, если б не было так страшно. И печально.

Куда могли везти детей эти нелепые уроды? На органы? На кровь? Еще зачем-то? Чтобы вырастить себе рабов?

Да что там! А сколько подобного творится сейчас в мире?! И не стоит обвинять чужих в своих бедах. Девяносто пять процентов зла творят сами люди. А плохие поступки по отношению к другому виду не так уж и ужасны…

И я твердо понял, что никуда не уйду, пока не вытащу отсюда всех до одного детей. И эту девочку первую!

Появился Миша, по грудь, словно бюст полководцу, выглядывая над выступом.

– Принес? – спросил я.

– Отойди.

Я взял девочку за пальчик, и просунул палец второй руки сквозь прутья. Она схватилась за него ручкой.

Теперь не сунется под диск.

Пила загудела и с противным воем вгрызлась в металл.

Дети дружно заревели.

Меньше чем через минуту дверца звякнула.

С трудом освободив пальцы, я подхватил девочку на руки. И почувствовал мокрые штанишки.

Видать, Посредники зажали даже на памперсы…

– Следующий! – вытирая пот со лба, сказал Миша.

– Погоди! – сказал я. – Они ж разбегутся!

– Точно, – пробормотал Миша. – Тогда ты пили, и передавай мне по одному…

Потом посмотрел на вцепившуюся в меня девочку и покачал головой.

– Лучше иди туда, а я буду пилить, и по одному тебе вытаскивать!

Стараясь не зацепить малышку, я выбрался в первую комнату, с голубыми лампами. Увидев их, девочка заревела.

– Тихо, тихо! – я погладил ее по голове, и осторожно выглянул наружу.

И зажмурился.

Когда глаза привыкли, я осмотрелся. Тишина. Я нырнул обратно.

– Принимай гостей! – За шиворот Миша вытащил маленького толстого мальчика, осторожно поставил его на ноги, и полез обратно.

Я осторожно взял толстячка на руки. Девочка сперва настороженно смотрела на него, потом, смешно сморщив носик, принюхалась, и успокоилась.

Тогда насторожился я.

И вытащив обоих детей на свет, пока они жмурились, закрываясь ручонками, осмотрел их.

Ну, супер!

Насчет мальчика не уверен, но у девочки ясно проглядывали маленькие клычки.

Ох-ре-неть!

– Миша! – заорал я.

IV

– Дела!.. – Широкой ладонью Голубых вытер вспотевший лоб. – И что теперь делать?

– А что делать… – машинально сказал я. – Дети тут не причем… И никто их не тронет!

– Никто, успокойся… – Миша похлопал себя по карманам в поисках сигарет, и ничего не найдя, вздохнул. – Ну и переплет!

Мы сидели на траве, метрах в тридцати от автобуса, окруженные перепуганными детьми. Один мальчик, видно, приболел, – он тяжело дышал, и лоб его был горячим.

Увы, какими болезнями болеют вампиры, и как их лечить, я не знал.

Все до одного дети оказались вампирами. Но этот факт скорее вызывал грустную улыбку, чем страх или отвращение.

Обычные маленькие дети. И ничего сверхъестественного. Это потом они вырастут, и может быть, начнут убивать людей. А может, и нет.

Но обидеть их сейчас, это преступление. Когда возле тебя толкаются малыши, и каждый норовит подобраться поближе, чтобы прижаться…

Короче, пускай Дайрон разбирается, что к чему…

Мы разделили на восемь частей шоколадку, половину пиццы, яблоко и две бутылки минералки.

На восемь – потому что во-первых, так делить было легче, а во-вторых, оставшуюся часть скормили больному мальчику.

Когда он допивал последний глоток, послышался шум двигателя.

Миша легко поднялся на ноги. Я, напротив, не пошевелился. Мне сейчас было все равно. Странная апатия овладела мной, и сейчас больше всего хотелось завернуться в огромное одеяло вместе с этими вампиренышами, и завалиться спать. Прямо в поле.

Двигатель замолк, хлопнула дверца и послышались легкие шаги.

– Твою мать! Ваша работа? – раздался голос вампира.

– И да, и нет. – Сказал Миша. – Есть курить?

Послышалось пыхканье зажигалки.

– Ну и какого хера вы так долго ехали? – затянувшись, поинтересовался Голубых.

– Да там наших было каждый второй… – нехотя ответил Джейсон.

– Каких – «наших»? Вампиров, что ли?

Я нехотя открыл глаза.

Вместе со мною зашевелились притихшие было дети, которых Миша прикрыл найденным пледом.

– Ну? – спросил Джейсон, опускаясь рядом на корточки. – Здравствуйте, малышня!

Малышня молчала, настороженно рассматривая незнакомого дядьку.

– Что, все до одного? – подходя, спросил Гарри, очевидно в ответ на какую-то Мишину реплику.

Джейсон пристально всмотрелся и кивнул.

– Такое когда-то бывало? – спросил Гарри. – Чтобы Посредники похищали вампиров?

– Если и бывало, я об этом не слыхал! – задумчиво сказал Джейсон. – Уж им-то зачем?

Сейчас вампир как никогда напоминал Тони Старка…

Художник поскреб бороду и встал.

– Н-да, хорошенький улов! И что теперь со всеми этими… яслями делать?

– Теперь нас больше! – сказал я и медленно, чтобы не растревожить детей, поднялся. – А они могут укусить?

Джейсон с укором посмотрел на меня.

– А человеческие дети умеют кусать?

– Ты понял, о чем я!

– Нет. До полового созревания вряд ли… Ну, лет до десяти…

– А клыки? физические показатели? – спросил Гарри, беря на руки одного малыша.

Вампир покачал головой.

– Клыки? Иногда бывает. А так, обычные дети. Как физически, так и психологически ничем от ваших не отличаются.

– А у кого из нас есть дети? – спросил я, и посмотрев на курившего вдалеке Мишу, замолк.

– Вы все там осмотрели? – деловито спросил Гарри, бережно опуская ребенка.

– Нет! Там была одна дверь закрытая, и еще в кабине этот…

Джейсон рывком встал, и на ходу становясь прозрачным, исчез внутри автобуса.

Вскоре он появился, качая патлатой головой.

– Заперто.

– Взорвать можно? – спросил я у Миши, подходя.

За мной хвостом тащились дети, волоча плед.

– Взорвать можно все. – Выпуская из носа клубы дыма, флегматично изрек тот.

– Так чего мы ждем? – удивился Гарри. – Давай!

Тем временем Джейсон заглянул в «Хаммер».

– Знаешь их? – спросил я.

– Одного видел раньше.

– Большого или поменьше?

– Поменьше.

– Миша его подстрелил. Семь раз. Почти всю обойму высадил! Выживет, как думаешь? – спросил я.

– А куда он денется? – безразлично махнул рукой вампир.

Вытирая руки обрывком бумаги, Миша вылез из автобуса.

– Готовы?

Мы с Гарри отвели детей подальше, и автобус дрогнул.

– А как насчет полиции? – поинтересовался Миша. – Сейчас кто-то стуканет и набегут!

– Автобус надо убирать, – вслух подумал я. – Лежит тут…

– Так давай убирать! – вмешался вампир. – Тут тонн пять-шесть, и скоро темнеть начнет…

– С каких делов? Не меньше пятнадцати! – возразил Миша.

– И что? – не понял я.

– Что? Мы с тобой его приподнимем, а кто-то из ребят внедорожником подопрет! – предложил Джейсон.

Миша покрутил пальцем у виска.

Я хотел было последовать его примеру, а потом осекся. А почему, собственно, нет?

– Давай попробуем, – сказал я, обходя автобус.

Все оказалось не так просто, но все же выполнимо.

К счастью, на ребрах, там, где сходились крыша и стены, по всей длине автобуса, на расстояние примерно метра друг от друга имелись пазы для крюков. И это здорово облегчило нам задачу.

Взявшись за них, мы с Джейсоном, став друг от друга шагах в пятнадцати, на раз-два-три с кряканьем оторвали край от земли.

Я стоял на асфальте, а вампир – на земле, и его ноги вдавило по щиколотку.

Тогда Миша сунул ему под ноги запаску из «Хаммера», и дело пошло на лад.

Со второй попытки удалось приподнять край примерно на метр.

Нефиг делать! Словно всю жизнь автобусы поднимал!

Сначала шло относительно легко, но на высоте груди дело застопорилось. Что поделать, жим от груди не мое…

– Твою… – сквозь зубы простонал вампир. – Ну же!!

– Активируй костюм! – пыхтя, посоветовал я.

– Заткнись!

Впрочем, этого оказалось достаточно.

Миша ловко загнал «Хаммер» в образовавшийся угол, и темное бронированное стекло со скрежетом придавило капот. Металл смялся на несколько пальцев, и в таком положении застыл.

– Выдержит? – тяжело дыша, спросил я.

– Должно, – сказал Миша, открывая дверцу. – Мотор глушить не буду… Ну вы блин, даете, братцы!

– Это витамин С творит чудеса, братец! – сказал я. – Что там автобус! Вагоны поднимать можно!

Выходит, автобус весил никак не пятнадцать тонн, а значительно меньше. Иначе, от «Хаммера» осталась бы только ручка…

В паз на противоположной стороне крыши Гарри продел крюк, и изящным сальто кувыркнулся вниз.

Респект тебе, чувак!

Другой конец троса Гарри прикрепил к фаркопу «Доджа», и приземистый автомобиль потихоньку стал трогаться вперед.

Дети завороженно следили за этим интересным зрелищем, а девочка даже сунула грязный пальчик в рот.

Трос натянулся, и крюк со скрежетом провернулся в пазу. Гарри озабоченно выглянул в окно.

Послышался неприятный скрип.

– Эх, петлю нужно было делать! – поморщился Миша с водительского сиденья и наблюдая за шевелящимся вверху крюком.

– Хватит болтать! – нервно оборвал его вампир, – жми давай!

Я хотел было ногой захлопнуть дверцу «Хаммера», но Миша придержал ее.

– Если сейчас придавит, я потом не выберусь!

Заворачиваясь задом, автобус стал медленно подниматься.

«Додж» взревел, из-под колес полетели облака раздробленной почвы.

Разумеется, на асфальте сцепка была бы лучше, вот только вектор тяги был перпендикулярен самому шоссе…

Сколько было возможно, мы с Джейсоном толкали, а Миша давил «Хаммером».

– А-а-а! – кричали мы с Джейсоном.

– А-а-а! – вторили дети.

Автобус медленно кренился, кренился и наконец, с грохотом стал на свои бутафорские колеса.

Вампиры позаботились обо всем: меньше чем через минуту вокруг автобуса стояли предупреждающие знаки, территория обтянута желтой лентой, «Хаммер» обзавелся мигалкой, а нам была предложена подозрительная форма.

Подозрительная – потому что я не знал, чья она и какие службы ее носят.

В джипе нашелся даже красный кружок на ручке – не знаю, как он называется, такие бывают у регулировщиков.

Теперь если появятся случайные автомобили, ничего страшного не произойдет.

И мы с Джейсоном залезли внутрь.

Комната за взорванной дверью напоминала склеп, без окон и дверей и была абсолютно пустой. Если не считать продолговатых, похожих на гробы, упавших ящиков. Я насчитал шесть.

На каждом виднелся странный, напоминающий пирамидку со вращающимися секциями, замок.

– Какие будут предложения? – устало спросил я, трогая замок.

Вместо ответа Джейсон попробовал приподнять ящик.

– Тяжелый, – признался он. – Фунтов триста – триста пятьдесят!

– Ты в килограммах скажи! – Пирамидка напоминала собой усеянный с трех сторон бронзовыми кнопками треугольник. Если надавить на любую, она утапливалась на миллиметр. При повторном нажатии – возвращалась на место. Сколько кнопок нужно для открытия замка, неизвестно. Нажимая все подряд, я все больше убеждался в безрезультатности своих усилий.

Вариантов была масса. Девять совмещающихся рядов, от одной до девяти секций в каждом. Причем на каждой из трех сторон.

– Ну, килограммов сто пятьдесят! Придется выносить… Другого выхода я не вижу!

– А залезть в кабину и допросить того? И самим сесть за руль? – спросил я, садясь на «гроб».

– Насколько я помню, кабины всегда автономны по отношению к кузову… Посредники не знают, что перевозят… И туда так просто не пробраться…

– А если он загнется там? И потом, вытащим мы их, и что? Везти-то как, на горбу? Хватит, я в свое время потаскал песок ведрами…

Вампир пожал плечами.

– Можно попробовать…

И в этот момент пол дрогнул под ногами. И послышалось постепенно затухающее басовитое гудение.

Автобус оживал.

– Твою мать! – Вампир метнулся к выходу.

Но он не успел добраться до выхода.

Сильно тряхнуло, я едва успел удержаться, и гул затих.

Когда я выбрался наружу, стало все понятно.

– Есть еще порох в пороховницах… – печально сказал Голубых, держа подмышкой плазмомет.

Я недоуменно посмотрел на него.

– Не обращай внимания, – вздохнул он.

Правая дверь водительской кабины, со стороны пассажира была взорвана. Или вырвана, не знаю, как правильнее сказать.

На траве лежал невысокий человечек с редкими клочками волос, одетый в серый комбинезон со множеством карманов, и подергивался.

– Контузия! – пояснил Гарри, пытаясь привести того в чувство.

Я мельком посмотрел на него и полез в кабину, стараясь не обжечься о горячий металл.

Кабина практически ничем не отличалась от остальных кабин, которых я немало повидал на своем веку. Разве что аппаратуры побольше. И…

– Эй, он в себя приходит!

Действительно, Посредник очухался и сейчас сидел, потряхивая головой.

– Чей был заказ? – без обиняков спросил его Гарри.

Человечек усмехнулся и поковырял пальцем в ухе.

– Вы думаете, я располагаю такой информацией? Это вы не по адресу!

– Так укажите адрес! – предложил Гарри.

Посредник печально покачал головой.

– Вы что, шутите? Никогда в жизни! И кроме того, заказ мы не выполнили. Благодаря вашему выстрелу, теперь наше семейство попало в очень неудачный переплет…

К моему удивлению, он не проявлял негативных эмоций – ни страха, ни агрессии. Просто вежливо констатировал факты.

– Это не мы. – Вмешался Миша, бросая трубу. – На вас напали вампиры. Мы, соответственно на них. И как оказалось, зря…

Человечек вопросительно посмотрел на него.

– Вы знаете, что везли?

Посредник улыбнулся.

– Вы шутите?

– Так вот, посмотрите! – Миша сделал широкий жест, и изумленному взору человечка предстали сбившиеся в кучку дети.

– Не может быть, – прошептал Посредник.

– Вы шутите! – возразил я.

– Выходит, их претензии все же были правомерными? – сказал Миша. – Или у вас нет разницы между перевозимыми грузами?

– Перестаньте! – Попросил водитель, неуклюже поднимаясь на ноги.

– Мы шутим. – Кивнул Гарри.

Повисла пауза, нарушаемая лишь свистом ветра, в течение которой водитель, поглядывая на кучку детей, пытался взять себя в руки.

– Автобус ваш на ходу? – подал голос я.

Посредник кивнул.

– Вот и доставите нас туда, откуда приехали. Если что, мы вас вынудили! Идет? – предложил я.

Человечек заколебался.

– Не забывайте, кто позволил всем вашим семействам, и вам в том числе, вести полноценную жизнь! – Мрачно сказал молчавший до этого Джейсон. – И я бы очень не советовал нас злить, если что. Намек понятен?

– Намек понятен, – согласился Посредник, вытирая лоб, и оставляя за рукавом зеленую дорожку.

Я забрался в кабину.

Нажатием кнопки Посредник открыл двери и Джейсон с детьми полез в автобус.

– Если что, – предупредил он, уже занося ногу над ступенями, – сверни ему шею!

Человечек нервно дернул щекой.

Спеленутых вампиров погрузили туда же.

Гарри и Миша расселись по машинам, бросив мятый «Хаммер» на обочине.

– А как мы поедем с такой-то дырой? – спросил я, бесцеремонно рассматривая лоб Посредника.

Перехватив мой взгляд, человечек достал из кармана тюбик с кремом, опустил козырек с зеркалом на тыльной стороне, и глядя в него, несколькими уверенными мазками вернул себе начальный облик.

Понятно теперь, чем они отличаются от нас! Без грима, ни дать, ни взять, магистр Йода собственной персоной! Разве что с человеческим лицом и повыше ростом…

Закончив приводить себя в порядок, Посредник почесал затылок и поколебавшись, защелкал необычной полукруглой клавиатурой маленького компьютера, вмонтированного в панель, там, где в обычных автобусах стоит магнитола.

Что-то едва слышно зашипело, и на месте дыры возникла новенькая дверь. Словно ничего и не было!

– Ого! – я потянулся к двери, и рука прошла сквозь мираж.

– Это камуфляж, – со вздохом пояснил Посредник, наблюдая за моей рукой.

– Хороший камуфляж, – похвалил я.

Автобус медленно приподнялся, и развернувшись, стал набирать скорость. Кресло Посредника медленно поехало вверх.

Водитель сильно наклонился вперед, почти ложась на руль, словно велогонщик, и в таком положении застыл.

– Можно срезать! – позволил я. Но Посредник покачал головой.

– Ваши друзья не смогут проехать через пески, – глухо сказал он. – Так что лучше не стоит…

– Не стоит, так не стоит, – согласился я. – Вас как зовут?

Теперь человечек колебался куда дольше.

– Я могу не отвечать? – наконец спросил он.

Я хотел было возразить, но вдруг вспомнил, что тогда придется представиться и самому. А кем быть? Рейденом?

– Это ваше право. – Признал я. – Вы вообще-то куда ехали?

– В Лос-Анджелес.

– А что там?

Человечек откинул голову и захохотал.

Я неодобрительно посмотрел на него. Странный он какой-то!

– Шучу, конечно.

– Да откуда же мне знать? – Смеясь, воскликнул он. – Я только отвожу груз. По указанному адресу.

– Так скажите адрес!

Человечек покачал головой.

– Нет! Его должны были сообщить, лишь когда я буду в городе. С этим все строго.

Он замолк.

– А скажите, – нарушил молчание я. – А я могу воспользоваться вашими услугами? За определенную плату.

Посредник покачал головой.

– Нет. Людям нельзя.

– Почему? – удивился я. – Я хорошо заплачу!

– Таково правило! – человечек поднял палец. – А правила нужно соблюдать!

Его бы нам в премьер-министры…

– И давно такое правило?

Человечек сморщился. Ему, похоже, было трудно отвечать на такие тупые вопросы.

– Недавно.

– Ну а если я не человек? – продолжил расспросы я. – Тогда как быть?

Оторвавшись от дороги, человечек изумленно воззрился на меня

– Как это – не человек? – удивленно спросил он.

– А так. Допустим, я Бог! – прищурился я. – А кажусь человеком. Поэтому и невозможно определить!

Посредник со страхом посмотрел на меня.

– П-прошу прощения, – пролепетал он.

– За что?

– За то, что был недостаточно учтив с вами!

– Вы что ж, и правда решили, что я Бог? – спросил я.

Посредник кивнул.

– Но почему?

– Но вы же сами сказали!

Я махнул рукой. Понятно теперь, почему Посредники в Собрании не участвуют!

Перед въездом в город нас обогнал «Додж».

– Думаю, что возле гостиницы светиться не стоит! – пропищал наушник.

– Согласен. – Сказал я.

– Ну так я за начальством! А вы меня подождите. Через квартал будет как раз парковка.

– Окей!

Через сорок минут прибыл «Додж» с Дайроном и Марго.

Мы собрались в салоне автобуса, наказав Посреднику не дергаться.

– Ну что, господин командующий? – спросил мальчишку Джейсон. – Каковы наши дальнейшие шаги?

Мальчишка выразительно посмотрел на Маргариту, окруженную обступившими ее детьми. Девушка одной рукой гладила детей, держа на коленях больного мальчика.

Джейсон прищурился.

– А что с ним? – спросил я. – Это серьезно?

На скулах у вампира заходили желваки.

– У него забрали много крови. А взамен влили какую-то гадость. Не знаю, организм пока борется…

– А если попробовать восстановиться? – спросила Марго.

Джейсон было вытащил сигарету, но натолкнувшись на взгляд девушки, спрятал ее обратно.

– Как? Они же дети еще! Я не знаю…

– Нужно отвезти их.

– Куда? – безразлично спросил Миша, смотря в окно на пустынную улицу. – В детский дом?

– Почему же? К Торну. – Произнес мальчишка.

– Куда? – переспросил Голубых, вперив взгляд в Дайрона. – А причем здесь Торн?

– Это дети Грионо. – Вздохнул вампир. – Ола – это воспитатель! На диалекте клана… Нет, я не поеду!

Мальчишка едва заметно пожал плечами.

– Великий считает, что это безопасно? – спросил Гарри, посмотрев на мальчишку.

– Это прежде всего, правильно. – Отрезал Дайрон.

– А Торн оценит наш поступок? – Тихо спросила девушка, прижимая к себе ребенка. – Или нам придется…

– А куда ехать? – перебил Миша. – Далеко?

– Тебе-то что? – поинтересовался я. – Если что, у нас есть телепортатор! В придачу к плазмомету.

– Это безумие! – воскликнул Джейсон, и возбужденно зашагал по кабине. – Торн нас сдаст Совету. Это как пить дать!

– Торн сейчас в сложных отношениях с другими кланами, – напомнил мальчишка. – Так что это вряд ли. Проблема может быть в другом…

Он не договорил.

– И как же мы будем торговаться? – спросил Миша. – Что просить взамен? Или это просто жест доброй воли?

– Посмотрим, – неопределенно сказал Дайрон.

– Так ты идешь с нами? – обрадованно спросил я.

Мальчишка кивнул.

Джейсон с сомнением покачал головой.

Одного из вампиров, того, которого я завалил, привели в чувство. Для этого Джейсон просто-напросто брызнул ему в лицо взятым в «Додже» освежителем воздуха.