10 мифов о князе Владимире

Их очень много, этих мифов.

Мы попытались разделить основные на десять частей (просто число хорошее – 10).

1. Святой равноапостольный князь Владимир Святославич.

2. Выбор веры.

3. Крещение Руси.

4. Предки.

5. Братья.

6. Жены.

7. Язычник.

8. Сыновья.

9. Смерть.

10. Наследство.

Информация о князе изобилует таким количеством патоки, что продираться сквозь этот липкий слой неумного (понятно, что из лучших побуждений) восхваления очень тяжело.

Миф 1. Святой равноапостольный князь Владимир

По состоянию на февраль 2014 года в месяцеслове Русской православной церкви… 5008 святых!

Из них 2575 – святые непосредственно Русской церкви.

И это не считая месточтимых, то есть у каждой епархии помимо общих может быть не один собственный святой того или иного ранга.

Не многовато ли? За 1000 лет 2575 святых – по 2,5 за год получается. А если учесть периоды, когда вовсе не причисляли, то потом явно приходилось наверстывать упущенное.

Протестанты укоряют католиков и православных в идолопоклонстве, мол, развели святых, все стены в церквях иконами увешали. Внешне в укорах есть свой резон, иконостасы православных храмов таковы, что едва ли прихожане знают все иконы, в их состав входящие.

Но надо вспомнить, что иконам не молятся и не поклоняются, у святых просят заступничества перед Богом, просят помощи.

Как же мы надоели Господу своим нытьем! Многие ли приходят благодарить даже не за помощь, которую получили, а просто за то, что живы?

Но это к слову. Вернемся к самим святым.

Они тоже разные, есть самые первые – апостолы; потом праотцы (родители Марии, например), пророки; равноапостольные; святители; мученики; великомученики; священномученики; преподобномученики; страстотерпцы; исповедники; бессребреники; благоверные; блаженные; преподобные; праведные; столпники; чудотворцы; юродивые…

Не будем подробно описывать принципы канонизации, тем более они со временем несколько изменились, важно, что князь Владимир отнесен к равноапостольным. Это означает, что канонизирован за распространение христианской веры в своем государстве.

К равноапостольным относится и император Константин, сделавший христианство религией Восточной Римской империи, а также его мать княгиня Елена, разыскавшая немало христианских реликвий в Иерусалиме. Равноапостольным был царь Борис, крестивший Болгарию (правда, его наследник после отречения папаши от престола скоренько вернул все на свои места, пришлось отставному царю срочно покинуть монастырь, где он уже устроился с удобствами, вернуться в столицу, ослепить сына-ослушника и посадить на престол следующего). Как тут не назовешь равноапостольным после стольких трудов? Заслужил…

Сразу возникают несколько вопросов относительно Святого равноапостольного князя Владимира Святославича.

Равноапостольный – это понятно, получил сие признание за крещение Руси. О самом крещении и о признании позже, а пока об имени.

Владимиром будущего князя, а тогда нежеланного внука христианки княгини Ольги назвала его мама Малуша (о ней позже). Папа будущего крестителя был язычником и никакого христианского имени дать не мог (хотя он сынулей не интересовался совсем, если бы не бабка Ольга, Владимир так и остался, деревенским мальчишкой). Да и не было такого христианского имени.

Владеющий миром – Володимер.

Владимиром он жил до 988 года, получив при крещении имя Василий. Неплохое греческое имя, означающее «царственный», вполне себе замена Владеющему миром.

То есть князя-язычника звали Владимиром, а князя-христианина уже Василием.

Нигде и никогда он своим крестильным именем при жизни не пользовался, во всяком случае, на публике. Можно, конечно, все списать на опасение сглаза или порчи или еще чего-то, но!.. Во-первых, чего бояться князю, столь решительно порвавшему с прошлыми богами и получившему защиту нового? Во-вторых, новое имя подчеркнуло новый статус – христианина. Эффектно было бы сказать, мол, ребята, делай, как я – в купель с головой, крестик на шею и новое имя, чтоб не спутали.

Во времена, когда в десятке верст от Киева не все и старое-то имя князя знали, скорее по прозвищу его помнили – Красно Солнышко, а в самом Киеве новое имя только подчеркнуло произошедшие перемены, можно бы назваться на византийский манер Василевсом.

Не сделал. Почему?

Многие русские князья имели два имени – одно «повседневное», второе «выходное», то есть крестильное. Например, Иван Грозный при крещении тоже был Васей, а его отец Василий II, наоборот, Гавриилом (его мама Софья Палеолог так и звала Гаврюшей).

Иногда появлялось даже третье – если князь в последние часы жизни успевал принять постриг, чтобы получить полное отпущение грехов, и хоть на пару часов, но становился иноком с новым именем. То есть, чуя, что пришла костлявая с косой, оставлял свои грехи потомкам и представал пред Господом новеньким и чистеньким. Не будем сейчас говорить о греховности такой традиции, не о том речь.

Но это все православные примеры, то есть у князя Василия II Ивановича было второе имя Гавриил потому, что на день его рождения (или крещения) в святцах выпадали дни двух святых – Василия и Гавриила.

Первые святые, канонизированные Русской церковью, сыновья князя Владимира Борис и Глеб при крещении названы Романом и Давидом.

Но одно дело человеку дома зваться или перед дружиной, которая знает все грехи и грешки лучше, чем исповедник, совсем иное, если официально, да еще и потомки назовут.

Почему князь Владимир Святославич (как и его сыновья Борис и Глеб) канонизирован не под христианским именем, а под ЯЗЫЧЕСКИМ?

Почему князь, приравненный к апостолам за то, что сменил веру предков на христианскую, причислен к лику святых не под своим православным крестильным именем, а под языческим?

Канонизируют после смерти, откликаться на привычное имя уже нет необходимости. Можно объяснить стремлением облегчить потомкам восприятие, но та же супруга князя Ярослава Мудрого шведка Ингигерда, получившая при крещении имя Ирина, но в быту пользовавшаяся языческим именем, канонизирована как Ирина и как Анна (Анной она стала перед смертью, приняв постриг). До сих пор, кстати, спорят, одна эта святая или все-таки разные.

Вопрос ясен?

Повторю: почему Святой равноапостольный князь за отказ от языческой веры и распространение христианства канонизирован под ЯЗЫЧЕСКИМ именем?

И вообще, когда он канонизирован?

НЕИЗВЕСТНО.

Как такое может быть? Бывает. Все уверены, что канонизировали, его день – 15 июля, в день его смерти, в города и веси привозят частицы мощей святого, но достоверно утверждать, что это все так, не имеет права никто.

Вернемся к канонизации.

Равноапостольный потому, что как апостолы способствовал распространению христианства.

Равноапостольные, например, Мария Магдалена, император Константин и его мать Елена, чьими усилиями христианская вера стала государственной религией Рима, болгарский царь Борис, крестивший свою страну несколько раньше Киева, княгиня Ольга – первая христианка Киева (это не так, и при ней, и до нее христиан в Киеве было немало, даже церковь христианская была и кладбище).

По поводу распространения спорить не будем, что было, то было – распространял.

И все же Святым его следовало бы назвать не за распространение веры (без него распространяли), а за личный пример.

Попробуем разобраться.

Христианство – религия личного выбора, невзирая на общие собрания, моления, крестные ходы и прочее.

Почему же все-таки выбрал христианство лично для себя?

Рассуждая о выборе веры и вообще о князе Владимире, мы примеряем его действия и мысли на себя нынешних. Это неудивительно и неизбежно, каждый смотрит на мир собственными глазами из глубины себя. И живя в нашем нынешнем настоящем, мы никогда не сможем, как бы ни старались, влезть в шкуры тех, кто жил тысячу лет назад. Для этого понадобилось бы переродиться.

И есть истины, понять которые на первый взгляд совсем несложно, но очень трудно осознать. Однако если осознаешь, что-то внутри в корне меняется.

Чему была посвящена первая проповедь Христа?

ПОКАЯНИЮ.

При чем здесь князь Владимир?

Понимая, что совершил что-то неподобающее (или много «не того»), совестливый и даже не очень человек поспешит раскаяться и исповедаться в своем поступке. Но это словно бы низший уровень, когда верующий любой религии стремится задобрить Бога, «выкупить» у него прощение за свой грешок (или грех) – поведать о совершенном или грешных мыслях исповеднику, что-то пожертвовать (поставить свечу или дать средства на новый храм, новую машину своему исповеднику и пр.), что-то перетерпеть (не есть неделю сладкого или пройти на коленях большое расстояние)…

Это сродни своеобразному выкупу.

А бывает ПОКАЯНИЕ настоящее, оно случается очень редко и с малым числом живущих, не важно, какой они веры. Это когда человек доходит «до ручки» и вдруг понимает, что дальше так жить невозможно, даже если у него есть все мыслимые и немыслимые материальные блага или, наоборот, нет ничего, но отсутствие благ мало напрягает. И «так жить нельзя» касается душевного состояния, а не просчетов в бизнесе, не недовольства жилищными условиями, бесконечной нехваткой средств, неудовлетворенности работой, творчеством, поведением детей, изменами жены или мужа (жене или мужу), дураком-начальником, пробками на дорогах или полным отсутствием их (дорог, а не пробок), да мало ли чего еще.

Когда человек понимает, что почти все, что он делал до сих пор, «не то», даже если правильно по человеческим меркам.

Каждый в душе прекрасно сознает, где солгал сам себе. Себе мы лжем чаще, чем другим, обманываем себя, оправдываем (мы же в душе все хорошие, а совершать нехорошие поступки нас вынуждают обстоятельства, исключительно они!). И вот эти наши душевные маневры (что бы мы там ни изображали снаружи) Богу видны в любой миг.

Потому настоящее покаяние – это покаяние перед НИМ, а не перед людьми, даже перед исповедником (одно покаяние другому не мешает).

Если такое ПОКАЯНИЕ совершается, жизнь человека меняется в корне. Не важно, изменится ли она внешне (не может не измениться). Не важно, отдаст ли он свой «Гелендваген» местной епархии, вскопает ли бабушке грядку на соседской даче или просто улыбнется незнакомому человеку на улице, не страшась показаться неадекватным… Он может уйти в монастырь или остаться в миру, не важно, главное – отринет себя вчерашнего и примется создавать нового (думаете, это легко?).

Среди людей, которым стоило отринуть себя вчерашнего и измениться, князь Владимир Красно Солнышко в числе первых. Столько непотребных дел, преступлений, предательств и даже убийств им было совершено за первую половину жизни, что, честно взглянув на себя, князь не мог себя же прежнего не возненавидеть и не прозреть.

А теперь вспомните рассказ летописи, вернее, настоящую легенду о самом крещении князя. Все предельно просто и… вывернуто (нами, не летописцем!) наизнанку:

Князь ослеп (какая-то неведомая короста застила глаза), но потом по совету невесты (где это она ему советовала?) крестился и прямо в купели прозрел (короста вмиг спала с глаз). Из купели вышел другим человеком.

Причем эта Корсунская легенда появилась в летописях довольно поздно. Сначала бытовало мнение, что Владимир крестился в Киеве (или даже в Василеве), Корсунь захватил уже крещеным (и крест на груди ему не помеха). Причем осадил город, как и Полоцк, чтобы заполучить красивую дочку корсунского правителя, за отказ защитников города разметал (или благодаря предательству одного из жителей сумел перекрыть источник воды и вынудил горожан сдаться), девицу обесчестил на глазах у родителей, которых после того тоже убил. Рогнеда № 2 получается.

Обесчещенная девушка женой не стала, то ли красота оказалась неподходящей, то ли девица слишком строптивой, но у князя глаз загорелся на другую красавицу – сестру византийских императоров Анну. Наверное, та должна быть красивой, все же дочь знаменитой Феофано, сводившей мужчин с ума своей внешностью и грацией. Только вот возраст у царевны далеко не юный – двадцать пять лет для женщины того времени почти пенсия. У самого Владимира, который на три года старше, уже двенадцать сыновей было, а дочерям и счет не вели.

Кстати, это второй случай, когда девушку царских кровей, Багрянородную (это когда дитя рождено от папы-императора и непременно в императорской спальне), выдавали замуж за пределы империи. Императоры предпочитали держать сестер и дочерей в старых девах или отправлять их в монастыри, только бы не отдавать чужим мужчинам. Предыдущей считается супруга болгарского царя Петра Ирина, хотя Болгария тогда уже была одной из провинций Византии.