АТК: Начало

IV

– «Вилли Вомбат» и «Киберкар 8»?! – техник явно не одобрял покупку данных видеоигр. – Ты не думал сыграть во что-нибудь покруче?

– Слушай, о вкусах не спорят, – ответил Сэм. – Ты лучше скажи, как давно на вашем рынке «Староверы» завелись?

– О, эти любители старорусских имен тут с момента появления комплекса, но с недавних пор они значительно укрепили позиции, отбив оставшуюся часть рынка у банды мигрантов. А к чему вопрос?

– Да так… Что с Пулей?

– Жить будет. Ему очень повезло: пуля попавшая в грудь, не задела ни сердце, ни легкие, а снаряд в ноге – пустяковое дело. Пули из Пули я уже достал, осталось на месте пробития грудной клетки вставить металлическую пластину и залить это все кожным спреем.

Сэм вздохнул с облегчением. Для него было важно, что человек, который встал на его защиту, пускай и не по своей воле, будет жить. Тем более дополнительная защита сейчас ему явно не помешает. Он вышел из кабинета в главную комнату, где творился настоящий бардак: повсюду были разбросаны пустые банки из-под алкоголя и синтетического табака, на журнальном столике лежала целая коллекция пустых упаковок еды быстрого приготовления, а на диване скопилась огромная куча чипов с фильмами для «мозгового штурма». «Похотливые страховщицы 14? Да он явно ценитель», – подумал Сэм, рассматривая коллекцию чипов техника.

– Все сделано, Пуля должен прийти в себя в течении часа, – техник вышел из кабинета. – Хочешь перекусить? Я сегодня наконец-то успел приготовить нормальную еду.

– Давай, я не против, – ответил Сэм, который ничего не ел с вечера, перед тем как отправиться к Нельсону.

– А пивко хочешь?

– Вот это я уважаю!

Спустя несколько минут, техник вышел из кухни с подносом, на котором стояло несколько банок с пивом «Сибирское» и тарелка с лазаньей из искусственного мяса.

– Блин, офигенно вкусно! – Сэм не сдерживал восхищения. – Зачем ты жрешь еду быстрого приготовления, когда так хорошо готовишь?

– Времени нет, – техник был польщен словами журналиста. – Чтобы оплачивать эти апартаменты приходится много работать.

– А сегодня у тебя был выходной?

– То что вы пришли ко мне поздней ночью не говорит о том, что я не работал днем. Просто никак не мог уснуть и решил немного поготовить. Жизнь в этом городе – это не про выходные, сам знаешь. Да что мы только обо мне говорим: ты то как журналистом стал?

– Откуда… – Сэм так удивился, что чуть не подавился куском лазаньи.

– Да по лицу твоему вижу, – засмеялся техник. – Я то разбираюсь в имплантах: у тебя камера встроена в глаз, а еще дополнительный разъем для карты памяти есть. Да и модный микрокомпьютер на руке не каждой профессии необходим. Кстати, получается, ты снял, как Пулю ранили?

– Мне было не до этого в тот момент… Мы, конечно, можем посмотреть запись, но…

– Не вопрос, – техник не стал дослушивать Сэма, побежав в спальню за своим лэптопом.

Сэм вытащил карту памяти из разъема и вставил в лэптоп. Немного поработав над форматированием и безопасностью, он запустил отснятые материалы. Техник наблюдал за происходящим с неподдельным интересом, пускай Сэму и приходилось перематывать неинтересные моменты, ведь половина записи погони состояла из обычного наблюдения за дорогой. Запись дошла до момента, как журналист и наемник вернулись в бар. «Не может быть… Они устранили Нельсона…», – испуганно прошептал техник.

– Вы буквально несколько часов назад завалили туеву хучу наемников и приперлись ко мне?! – воскликнул техник, закончив просмотр записей.

– Скажу больше, – Сэм решил подлить масла в огонь. – Мы завалили наемников-«староверов»…

– Твою мать! Вы мне выдали черную метку! Я ж сдохну скоро такими темпами!

– Пень, твою мать, не ори и развяжи меня уже, – раздался крик из кабинета.

Очнувшийся Пуля все еще ощущал слабость из-за обезболивающего, которое техник ему вколол, но уже мог спокойно передвигаться на своих ногах.

– Пуля! Живой! – Сэм обрадовался возвращению наемника к жизни. – Объясни мне, где ты нашел силы на перестрелку? Ты там скакал как совершенно здоровый человек!

– Адреналин и инстинкт самосохранения творят чудеса, – довольно ответил Пуля, усевшись на диван.

– Слушай, я узнал, кто эти наемники…

– Дай угадаю: «Староверы».

– Как ты…

– Сэм, я знал это еще с самого начала. Я в этом районе часто бываю и прекрасно знаю, как они выглядят.

– Может объясните мне, что за херня творится?! – на технике не было лица.

– Это надо видеть… – сказал Сэм, достав из потайного кармана на ботинках карту памяти. – Если кратко: я был на презентации нового чипа «Сберкорпа»…

При просмотре записей из здания «Сберкорпа», с лица техника не спадал ужас. Оно и понятно: содержимое видеозаписи со смертью главы корпорации и морем из трупов уже вызывало чувство страха, а факт того, что рядом с тобой сидит единственный выживший свидетель, на которого посредством крупной банды какая-то влиятельная корпорация открыла охоту, добивает параноидальные чувства. «Я труп…», – периодически говорил техник, пока смотрел видеозапись.

– Пень, не скули! – Пуле надоело, как техник постоянно жалеет себя.

– Пень? – Сэм удивился, – Интересный позывной…

– Ха, позывной! У него это в графе «имя» в паспортных данных написано.

Журналист и наемник одновременно начали смеяться, но Пню было не до их подколов, ведь он осознал, во что его втянули.

– Почтальон, ты не в курсе, Лекса выжил? Он должен был выступать на презентации чипа, – спросил техник, когда пришел в себя.

– Кто выжил? – Пуля не понимал, о чём идет речь.

– Да современный поп-идол, – с отвращением ответил Сэм, – непонятное существо. То ли баба, то ли мужик. Поет сраные песенки про сраную любовь на потеху сраным корпоратам.

– Ты не ответил на вопрос, – техник выглядел взволнованным.

– Пень, я не знаю, честно. Мое дело было поскорее выбраться и продать эти материалы. Я не проводил перепись трупов.

– Мне нужно сделать звонок….

«Как себя чувствует Лекса?… В смысле почему спрашиваю?… Тут у меня человек, который был на презентации нового чипа… Я серьезно!… Хорошо, завтра тогда встретимся…», – доносилось из спальни Пня. Сэм не понимал, что происходит, но и лицо Пули выдавало непонимание.

– Завтра к двум часам дня нас ждут в башне Т4, – сказал Пень, выйдя из спальни. – Я связался со своим контактом из «Сберкорпа», он сказал, что Лекса тоже кое-что знает про случай на презентации.

– Пень, спасибо большое, – сказал Сэм. – Ты не обязан был помогать…

– Слушай, эти мрази убили Нельсона, а починка его наемников приносила мне большие деньги…

– Я тебя понял, ты в доле.

– Так-то лучше. Можете переночевать у меня на диване. Не люксовые условия, но хоть что-то.

– Да ладно, на войне и не на таком спали…

– Если спали вообще, – добавил Пуля уже лежа на диване с закрытыми глазами.

«Просыпайся, а то опоздаем», – Пень разбудил Сэма. Несмотря на непродолжительный сон, Сэм ощущал себя выспавшимся, но на всякий случай все же принял таблетки «Энерджайзер-3000» для того, чтобы привести себя в тонус. Позавтракав банкой готового кофе с бутербродами из автомата с едой, группа из трех человек направилась в Транскорпорационный район. Ехать решили на беспилотном такси «ВиКорп», чтобы наверняка не попасть в ловушку потенциальных заказчиков убийства главы «Сберкорпа».

– Вас приветствует искин10 «ВиКорп-Такси», – произнес встроенный в такси искусственный интеллект. – В целях безопасности, все ваши разговоры будут записаны. Активирован тариф «Эконом-плюс». Назовите пункт назначения.

– Башня Т4, парадный вход, – произнес Пень.

– Маршрут построен. После сканирования на наличие запрещенного оружия, веществ и имплантов машина начнет движение. Приблизительное время поездки – 20 минут.

«Спасибо, что выбрали «ВиКорп-Такси»! Стоимость поездки: 5 цингеров». Башни группы «Т» – настоящий рай на Земле, находящийся в Транскорпорационном районе. Данные сооружения были построены для спокойной жизни самых богатых и влиятельных корпоратов, светских личностей и служителей закона. Подобные комплексы совершенно не были похожи на те, в которых жила основная масса горожан: вместо рынков – зеленые аллеи, вместо дешевых забегаловок – роскошные рестораны, вместо куртизанок – элитные бордели с импортными «мозговыми штурмами». Все здесь было создано для того, чтобы полноценно жить, а не просто существовать.

Сэма, Пулю и Пня у парадного входа встретил коптер-сопроводитель – летающий экран, который можно было заказать для гостей комплекса, чтобы те не заблудились: «Добрый день, господин Пень и его товарищи, прошу проследовать за мной до апартаментов номер сто восемьдесят один». На входе в башню Сэму и Пуле пришлось оставить оружие в специальных ячейках, иначе их не пустили бы внутрь.

– Сэм, смотри, – сказал Пень, пока они шли до лифта, – видишь ту корпоратку? Обрати внимание на ее лицо.

– Блин, прикольный имплант, – Сэму действительно понравился декоративный имплант на лице у девушки.

– Моя работа.

– Врешь. Если бы ты действительно продавал такие импланты корпоратам, то жил бы в какой-нибудь из этих башен.

– Зуб даю, этот имплант разработал я! У меня даже чертежи сохранились. Правда толку от них уже никакого, так как корпораты сперли технологию и запатентовали ее… Так и живу: что-нибудь придумываю, а потом технологию прут.

«Апартаменты номер сто восемьдесят один. Приятного прибывания в башне Т4!», – сказал коптер-сопроводитель, после чего скрылся за углом широкого коридора. Двери в апартаменты открылись: на пороге стоял двухметровый робот-охранник, который начал сканировать долгожданных гостей. «Сука, на каждом метре сканируют…что за жизнь…», – возмутился сомнительному гостеприимству Сэм.

– Пропусти их, это свои, – послышалось из главного зала апартаментов.

– Эндрю, здравствуй! – воскликнул Пень, как только вошел внутрь. – Давно мы с тобой не виделись!

– Мой любимый техник! Добро пожаловать в апартаменты лучшей поп-звезды мира! Он скоро присоединится к вам, а вы пока проследуйте за мной на балкон.

Двухэтажные апартаменты впечатлили гостей: большой главный зал, восемь комнат, четыре ванных и широкий личный балкон – роскошная жизнь как она есть. Недовольным остался только Сэм, который: 1) не доверял корпоратам и пристально следил за происходящим вокруг; 2) чуть не блеванул, увидев огромную картину с полуобнаженным Лексой.

– Эндрю, знакомься, это Сэм, бывший рокер, а ныне журналист, а это Пуля – первоклассный наемник.

– Очень приятно! Я Эндрю, заместитель уполномоченного по делам заместителя главы департамента международных связей «Сберкорпа».

Эндрю – высокий и накаченный корпорат, который ведет довольно роскошную жизнь по меркам среднего корпората. Одет он был в официальный костюм, а на правом глазу у него был информационный монокль, который выдавал кучу полезной и не очень информации. Его лицо украшал декоративный имплант в форме двух вертикальных серебряных линий, проходящих через глаза по всему черепу. Ладони также были украшены несколькими имплантами-кольцами с драгоценными камнями.

Как только гости уселись за стол на балконе, в главном зале резко погас свет, а окна закрылись автоматическими занавесками. Сэм и Пуля переглянулись: оба были готовы снова вступить в неравный бой, но уже без оружия, однако лицо Пня выражало спокойствие – он точно что-то знал. Спустя мгновенье их ослепил загоревшийся прожектор, вокруг которого начали включаться разноцветные светодиодные фонари. Заиграла музыка, а у лестницы на втором этаже появилась фигура человека, который в такт мелодии начал спускаться вниз. Когда свет прожектора пал на него, перед зрителями предстал худощавый мальчишка с кристально белыми короткими волосами, кожей, которая переливалась разными цветами, и накрашенными губами. Вот он, идол современной молодежи – Лекса.

«Лучше бы убили…», – прошептал Сэм, зная, к чему все идет.

Лекса спустился на первый этаж под аккомпанемент своего хита «Больше, чем на час», когда главный зал уже наполнился маленькими роботами, которые танцевали с идеальной синхронностью. Встав в центре зала, Лекса запел:

Сколько одиноких глаз

Хотят любви больше, чем на час.

Нужно всем хотя бы раз

Обрести любовь больше, чем на час.

На одиноких бросит тень

Редкая любовь, больше, чем на день.

Поиски вести не лень

Для…

– Лекса! – Эндрю наконец-то докричаться до певца. – Это не встреча с фанатами, к сожалению.

– Эндрю, мы только познакомились, но я уже тебя обожаю! – с восторгом и иронией прошептал Сэм.

Музыка прекратила играть.

– А что же это тогда? – смеясь затюненым голосом спросил Лекса.

– Тут сидит человек, который был на презентации чипа в «Сберкорпе», – после этих слов Эндрю у певца резко сменилось настроение.

– Не может быть… Девочки, возвращайтесь на зарядную станцию, представления не будет.

Буквально за несколько мгновений Лекса превратился из жизнерадостной поп-звезды в угрюмого и уставшего обычного человека. В главном зале включилось стандартное освещение, а занавески на окнах поднялись. Лекса зашел на балкон и сел на свободное кресло.

– Ребята, будете сидр? – спросил Лекса у своих гостей.

– Я что, похож на пед…

– Нет, спасибо, – Сэма перебил Пень, которому уже надоели подколы журналиста.

– Хорошо. Эльза, один сидр для меня, пожалуйста, – Лекса подозвал к себе робота-домохозяйку. – А из остальной еды что-нибудь желаете?

Тут даже скептик Сэм не упустил возможности насладиться роскошной жизнью, заказав макароны с настоящими креветками под сливочным соусом и банку импортного пива из Евросоюза. Пень и Пуля решили сделать заказ поскромнее: горячие бутерброды из натурального лосося со сливочным сыром и одна бутылка виски «Панини» на двоих.

– Так кто из вас был на презентации чипа? – спросил Лекса, когда началась трапеза.

– Это я, – сказал Сэм, попутно уплетая за обе щеки деликатесное лакомство.

– Что ты там видел?

– Это допрос? Я видел, как у Гельфа расплавило мозг на сцене, а потом как наемники из «Староверов» расстреляли гостей мероприятия.

– Какой ужас…

– В смысле?! Мы приехали сюда не только песни послушать и питаться за твой счет. Мы ожидали, что ты нам тоже что-то расскажешь. Ты же был в здании «Сберкорпа», да?

Лекса залпом опустошил остатки сидра в бутылке, после чего начал свой рассказ: «Да, я был в ту ночь в «Сберкорпе», и должен был выступить после окончания торжественной части. Перед выступлениями я всегда испытываю мандраж, характерной чертой которого являются рвотные позывы. Когда началась торжественная часть, я забежал в туалет, но сделать «свои дела» я так и не успел: почти сразу после меня туда зашли еще два человека со словами «Надеюсь здесь нас никто не спалит». Услышав это, я решил не высовываться из кабинки и сидел предельно тихо. Они готовили оружие к бою, попутно обсуждая, как какая-то «богатая шалава» оплатила им операцию по устранению Гельфа…».

– Богатая шалава? – эти слова смутили Сэма. – У нас вроде нет корпораций, которые возглавляют женщины…

– Этим может заниматься не только глава, – поправил журналиста Пень. – На сколько я знаю, в правлении почти каждой корпорации есть хотя бы одна женщина. Да и что мы прикопались только к корпоратам?

– Ребята! – обратился ко всем Эндрю, которому пришло какое-то сообщение. – Вы должны это увидеть.

Он включил плазму, где ведущая с улыбкой на лице произнесла: «Исполняющим обязанности президента корпорации «Сберкорп» назначена Анастасия Гельф-Милнер, вдова Георга Гельфа…».

«Да ну нахрен…», – Сэм не ожидал такого поворота событий.

V

– Да почему это сразу она? – спросил Пень, который успел устать от продолжительной дискуссии.

– Сам посуди, – Сэм выглядел растерянным. – Устранить мужа, чтобы завладеть целой корпорацией! Не гениально ли?

– А может она любила его и сейчас горюет?

– Пень, дружище, ты такой наивный. Я думаю в браке главы новомосковского «Сберкорпа» и дочери главы питерского «Промгаза» любовь – самый последний из мотивов.

– Может быть, но нам все равно нужны доказательства.

– Их найти мы можем только в здании «Сберкорпа», где-нибудь в базе данных у этой Анастасии, – Пуля решил все же вступить в разговор. – Мы же не будем брать его штурмом?

– Да, это самоубийство… – Сэм нахмурился, но вдруг его осенило. – Пень, ты доверяешь этому Эндрю?

– Конечно! Он мне однажды очень помог в трудный момент жизни…

– Хорошо, можешь уговорить его нам подыграть или помочь с информацией? Силой здание «Сберкорпа» не возьмешь, но вот умом…

– Ты спятил! Зачем тебе это надо?

– Слушай, если мы найдем доказательства, что Анастасия убила своего мужа, то, во-первых, на нас все это время охотился «Сберкорп», во-вторых, мои материалы вкупе с доказательствами увеличивают итоговую прибыль. А если доказательств нет – то просто продаем материалы «сберовцам» и расслабляемся.

– Не расслабляемся, – Пуля нахмурил брови. – Охота на нас продолжится, а еще я хочу лично увидеть, как мразь, заказавшая устранение Нельсона, будет умирать.

– Более действенных решений проблемы я больше не вижу… Пень, так ты поговоришь с Эндрю?

– Я попробую, но никаких гарантий не даю.

Техник ушел на балкон к Эндрю и Лексе, а Сэм и Пуля остались сидеть на диване в главном зале. Журналист внимательно наблюдал за тем, как техник пытался посвятить в их план корпората. Лицо Эндрю одновременно выдавало как незаинтересованность, так и страх. Сэм не слышал, что корпорату говорил Пень, но понимал, что ему явно нужно прокачать навык убеждения. Спустя несколько минут, Пень вышел с балкона: «Вас зовут».

– Парни, я понимаю, вам это очень нужно, – сказал Эндрю, когда Сэм и Пуля зашли на балкон. – Но я ничем вам не смогу помочь, к сожалению…

– Вообще не удивлен… – Сэм как будто специально сказал это вслух.

– Что-то имеешь против?

– Да нет, ты что? Тут есть дело на миллион цингеров, которое позволило бы нам выжить в этом городе, но как всегда какой-то условный корпорат лишает людей возможности заработать. Добро пожаловать в Новую Москву, суки!

– Ты нарываешься на большие неприят…

– Да, что ты мне сделаешь? Пожалуешься начальнику на то, что какой-то сраный журналист тебя унизил? Или на то, что лишился доли в прибыльном деле?

– Купить меня пытаешься?!

– А ну прекратили! – неожиданно в спор вступил Лекса. – Эндрю, почему ты не хочешь им помочь?

– Не хочу потерять работу, ясен пень!

– Тебя же не просят самолично штурмовать здание. Просто помоги им информацией, или просто расскажи как пробраться внутрь – и все! А ребята «забудут» о том, как ты им помог, я прав?

Сэм кивнул, но все же не понимал, почему Лекса решил вступиться за них.

– Твою мать… – Эндрю облокотился на перила балкона. – Пень, будем на связи. Я пришлю тебе кое-какую информацию. А теперь идите отсюда, чтобы даже духа вашего больше здесь не было.

Выйдя из башни, товарищи по несчастью договорились встретиться у Пня на следующий день, чтобы обсудить детали предстоящего дела, после чего разошлись. Сэм решил вернуться в хостел: не только отдохнуть, но и повидаться со Сьюзи, по которой он уже успел соскучиться. До хостела пришлось добираться на такси, ведь в районе, где он оставил свой байк, высок шанс наткнуться на отряды спецов корпорации и полиции из-за перестрелки в «Угрюмом лисе». Вызвав «ВиКорп-Такси», Сэм отправился домой…

– Сэм! – вскрикнула Сьюзи при виде журналиста. – Как я рада, что ты жив!

– Откуда такое беспокойство? – Сэм не понимал, что происходит.

– По радио рассказывали про перестрелку в «Угрюмом лисе», а на следующий день сюда пришли люди из спецотрядов и начали обыскивать капсулы в надежде найти твою… Я уж не говорю о наемниках, которые весь день маячили у хостела.

– Твою мать! Они что-нибудь нашли?

– К счастью, ничего. Как только ты уехал, я решила спрятать все твои вещи от греха подальше.

– Ты ж мое золотце! – Сэм подошел к Сьюзи и приобнял свою спасительницу.

– Сэм, не надо… – смущенно сказала Сьюзи. – Мне кажется, нам обоим будет лучше, если мы какое-то время перестанем видеться…

– Как так?!

– Я боюсь, что из-за твоих дел меня могут убить…и тебя тоже…

– Понимаю… – Сэм отошел к стене и в гневе уперся на нее. – Но я даже не знаю, куда идти… Черт!

– Сэм, дорогой, мне очень жаль, но я в этом деле не помощница…

Журналист направился в кладовку для того, чтобы забрать свои вещи и на неопределенный срок покинуть хостел, который уже успел стать ему домом. Однако больнее всего ему далось расставание со Сьюзи. Формально они просто друзья, но Сэм боялся сам себе признаться в том, что испытывает необычные для нового времени чувства. Теперь им придется перестать выходить на связь какое-то время, а может быть и навсегда, что оставляло неприятный осадок на душе журналиста. «До скорого…», – сказал Сэм, выходя с сумкой из кладовки, как вдруг Сьюзи прижала его к стене и страстно поцеловала. Поцелуй при расставании – то, что долго не забывается.

– Пень, как связь? – Сэм набрал технику в надежде найти у него временное пристанище.

– Не поверишь, но я сам сейчас собирался тебе позвонить, – голос Пня выдавал беспокойство.

– Что-то случилось?

– Да не…просто, вернувшись домой, я заметил, как хренова туча наемников пыталась проникнуть в мои апартаменты. А ты что хотел?

– Не поверишь, но меня сейчас погнали ссаными тряпками из хостела…

– Вас понял. Встретимся через час на улице Корпораций-Освободителей в Хамовниках. Точные координаты сейчас скину. С Пулей я уже связался, так что ждем только тебя.

Сэм проверил координаты – бордель «Джули'с». Либо он так пошутил, либо там действительно что-то есть.

Сэм в третий раз за день использовал «ВиКорп-Такси», за что ему полагался бонус: приехала машина классом выше по цене заказанного тарифа. В случае Сэма это был тариф «Комфорт», включавший в себя бесплатный бокал шампанского и кондиционер. Журналист не любил раскошеливаться на такси, ведь какой тариф не закажи, все равно цель одна – добраться до пункта назначения. Бокал шампанского и кондиционер не были для него стимулом отвалить корпорации лишних цингеров. Журналисту однажды удалось прокатиться на тарифе «Люкс» в «Иньдекс-Такси», но даже просторный салон и покрытие расходов на доставку тела в морг в результате несчастного случая не изменили мнение Сэма о тарифах такси.

Сэм приехал к борделю «Джули'с» на полчаса раньше, но Пень уже стоял у входа и разговаривал с проституткой, которая вышла покурить.

– О, а вот и голос поколения! – сказал Пень, увидев выходящего из такси Сэма. – Помнишь Почтальона?

– Не-а, никогда о нем не слышала, – ответила проститутка.

– Как? Даже не слышала его хит «Город-тень»?

– Это же песня «Кибермонстров»…

– Достаточно! – Сэм решил вмешаться в разговор. – Где Пуля?

– Он скоро будет. Навещает свою возлюбленную, – сказал Пень, после чего попрощался с проституткой.

– Ого, даже бессердечные наемники могут любить?

– Лучше бы не любил…

– В каком это смысле?

Пень вздохнул, достал из кармана банку с синтетическим табаком и принялся рассказывать грустную романтическую историю:

«Когда Пуля приехал в Новую Москву, у него ничего не было: ни денег, ни связей. Одна добрая девушка разрешила ему пожить у себя, и…ну, ты понимаешь…у них завязался роман. Ее привлекала безэмоциональность и мужественность Пули, его – красота и грациозность. Да что скрывать, он фактически нашел себе «шуга мамми»! Только работа у нее была непростая и довольно опасная – кибернетическая модель. Знаешь таких: сексапильные красотки, которые шагают по подиумам, демонстрируя прелести модных киберимплантов…и своего тела. К сожалению, ее организм в один момент не выдержал постоянной смены хрома11, и она впала в кибернетический паралич12. Тогда Пуля и спохватился: страховки его барышни не хватило на полноценное лечение, только на поддержание жизни, а платить медикам-страховикам как-то надо было. Он устроился на работу к Нельсону, который по доброте душевной взял на себя обязанность оплачивать все медицинские процедуры. Пуля пару лет так и жил, не получая денег за тяжелый труд, но зато с еще живой любовницей…».