- -
- 100%
- +
– Что ты здесь делаешь?
– Иду навстречу судьбе, – Бранк учтиво склонил голову.
Он явно не мог произнести дерзкие слова, и Великий магистр вновь покосился на статуи. Шальная мысль вертелась в голове. Боги уже послали знаки Амроку и мальчишке, почему они не могут одарить своей милостью и его, верного слугу Белого магистрата?
– Все пытаешься найти ответ? Их спрашивать бесполезно, – неожиданно продолжил Бранк. Великий маг, изумленный такой бестактностью, обернулся и обнаружил на лице послушника глупую ухмылку.
– Что ты несешь? – в голосе Ара-Бора прорезались грозные нотки.
Бранк не стушевался. Он шагнул вплотную к старику, но смотрел на статуи.
– Надо же, столько лет прожил здесь, а видел их всего-то пару десятков раз, – с некоторым удивлением посетовал айкен.
Ара-Бора взирал на Бранка с изумлением, словно тоже видел его впервые.
– О чем ты?
Бранк снисходительно посмотрел на великого магистра.
– Знаешь, я часто размышлял, как это произойдет. Ну, то, что сейчас происходит. Думал, как поступить, какие слова сказать – ничего в голову так и не пришло. Вот и болтаю что попало, – губы воина тронула противная улыбка.
Ара-Бора выбросил заклинание «Истинного вида». Послушник не тот, за кого себя выдает!
Ничего не изменилось. Перед магом стоял обычный человек, который восемь лет назад появился у ворот Цитадели, одержимый желанием спасти Хард от пришлых. Он повзрослел, заматерел, но ни тогда, ни сейчас в нем не сверкало ни капли магии.
– Ты очень силен, великий. Очень силен и умен. И, как ни смешно, добр, почти как Тарий, – вздохнул Бранк. – Мне не хотелось бить тебя в спину… Ха! Даже МНЕ не хотелось этого делать.
Ара-Бора ничего не понимал, но его губы уже зашептали защитное заклинание. Айкен все так же спокойно продолжил.
– Вы все обречены, потому что никто из вас не хочет перемен. Вас, людей и магов, устраивает роль ярмарочных кукол в ИХ руках. Вы никогда не пойдете против НИХ. К счастью, я не один из вас. Я вырвусь из этой западни, разомкну круг!
Речь Бранка становилась все громче, а последние слова уже гулко прокатились по храму. Великий магистр хотел одернуть его, но тут снаружи грянул гром магии. Ара-Бора почувствовал, как за стенами кто-то одновременно выкинул несколько боевых заклинаний. Старик не стал гадать, кто напал первым. Сон, Эльзевир, Амрок, урдаки, странное поведение Бранка – все эти кусочки мозаики еще не сложились воедино в его голове, но он уже понял, что перед ним враг. Понял и ударил первым. И не просто ударил, а страшно ударил.
«Черная рука». Заклинание, разрывающее сердце прямо в груди человека, мощное и безотказное. Даже самый искусный маг не всегда сможет противостоять ему, а уж тем более обычный человек.
Бранк поморщился, покачал головой, но остался на ногах.
– Ты мне нравишься, белый, но ты лишний в этой игре. Ты слишком силен, справедлив и прозорлив для куклы в ярмарочном балагане. Еще один Тарий мне не нужен.
Этого не может быть! Если только у самого Ара-Бора не поврежден рассудок. Человек не может устоять перед заклинанием…
Маг ударил вновь. «Медвежья лапа»! Деревянная статуя духа огня, оказавшаяся за спиной Бранка, разлетелась в щепки, громадная секира грузно ухнула вниз и обиженно взвизгнула, ударив свой железный зуб о камень.
Бранк даже не пошатнулся от удара, способного вышибить крепостные ворота.
– Меня нельзя убить, глупец.
В руке послушника блеснул короткий меч. Ара-Бора был настолько поражен, что даже не подумал защищаться. Если два смертельных заклинания не смогли остановить…
Острая боль пронзила его.
– Увы, великий. Твой путь закончится под равнодушным взглядом твоих богов, – пробормотал айкен.
Ара-Бора упал на колени.
– Кто ты? – струйки крови вместе со словами изумления вырвались изо рта старого мага. В этот миг его не волновали ни судьба Книги, ни будущее Харда, ни тень нависшей Лощ. Больше всего на свете ему хотелось знать, кто этот странный предатель, который обманул и его, и Дания.
– Кто я? Почему бы и не сказать! Ты заслужил.
Бранк, не вынимая клинок из груди мага, наклонился и прошептал. Глаза Ара-Бора расширились от непомерного удивления и ужаса.
– Но как? Ради… Неба… как это произошло? – прохрипел он.
– А вот этого ты никогда не узнаешь, – твердо сказал Бранк и выдернул клинок.
Ара-Бора ничком упал на пол, по древним плитам медленно потекла густая кровь.
Бранк огляделся, усмехнулся и подмигнул статуям Небесных Отцов.
– Я получу то, что хочу, как бы вы ни старались мне помешать! – с веселой злобой сказал он.
Глаза в прорезях золотых масок равнодушно смотрели на него.
Трелиний понял, что ошибся, когда восемь гонцов серых появились во внутреннем дворе. Блюстителей оказалось не трое – шестеро. Аура нескольких магов была очень слаба, или же они ее так удачно скрывали. Он невольно бросил взгляд на проход: двое вооруженных послушников быстро закрыли калитку и перегородили чужакам дорогу к отступлению. Остальные воины и юные маги выстроились вокруг гостей полукругом.
Во дворе находился и Даний. Хранитель традиций также прочел ауру чужаков, но внешне остался спокоен. Среди прибывших магистров не было: белые маги знали в лицо всех своих самых искусных соперников. Простые же блюстители их не пугали: с этими недоучками они справятся без труда. К тому же в храме дожидался Ара-Бора. С ним даже самому Амроку не совладать.
Серые чувствовали себя неуютно. Старший стражник, один из двух не магов среди гонцов, хмуро оглядел ряды защитников, затем неуверенно покосился на айкенов. Трелиний почувствовал, что тот боится, и усмехнулся. Серый ухмылку заметил и приосанился.
– Именем Раристада! Мы прибыли сюда по воле Круга, чтобы поговорить с великим магистром Ара-Бора.
– Путь неблизкий, да и погода паршивая. Что заставило вас так торопиться? – полюбопытствовал Трелиний.
– Об этом мне дозволено рассказать лишь великому магистру.
Серый перевел взгляд на застывшего в сторонке Дания.
– Великий магистр?
Хранитель традиций покачал головой.
– Велено говорить только с ним. Проводите нас к нему. Мы и так долго ждали на морозе.
– Хорошо, но только одного, – ответил Трелиний.
Стражник тяжело вздохнул, раздув ноздри, и вновь оглянулся на блюстителей. Трелинию это не понравилось. В отряде командует явно не этот дуболом.
Блюстители неподвижно застыли напротив защитников, их аура яркость не меняла. Вот только руки спрятаны в складках одежды. Нехорошо. Вязь многих заклинаний начинается плестись пальцами, а уже потом подкрепляется словом и силой воли. Руки мага должны быть на виду – первое правило во время разговора двух случайно встретившихся волшебников. Но вообще-то сейчас зима, они замерзли…
Трелиний посмотрел на Дания, тот кивнул. Ладно, хранитель традиций разберется с незваными гостями. Магистр сделал знак стражнику следовать за ним и направился к храму.
Они ударили молниеносно и слаженно. Сердце Трелиния пронзила острая боль, а в глазах помутнело. Ноги перестали повиноваться, и он рухнул на камень. «Черный плющ». Простое, но смертельное заклинание. От него не спасают никакие амулеты. От него вообще ничего не спасает, если только раньше ты не испытывал его на себе. Тогда есть надежда. Это как укус ядовитой кадмийской пчелы. Первый раз человека бросает в жар, начинает крутить суставы, накатывает рвота. Не каждый выживет. Зато тот, кто выживет, может кадмийских пчел больше не бояться. Отныне их яд, если только не лошадиная доза, хотя и будет вызывать неприятные ощущения, но к Лощ не отправит. С «Черным плющом» можно бороться таким же образом. Предусмотрительный Ара-Бора заставил всех старших учеников подвергнуться удару этого заклинания, разумеется, крайне слабой силы. Но даже от этого Трелиний тогда едва не загнулся. Несколько дней валялся в беспамятстве, а когда пришел в себя, долго не мог ходить.
Сейчас предусмотрительность великого магистра спасла ему жизнь, хотя бы на время. Трелиний на несколько мгновений потерял сознание, а когда пришел в себя, обнаружил, что лежит на ступеньках храма. Воздух вокруг был пронизан огнем боевой магии. Почти все защитники Цитадели уже лежали на земле. Амулеты послушников оказались слишком слабы, чтобы противостоять заклинаниям врагов. Это были не блюстители. Илонийцы! Маги-наемники из Приморья, вот чьи заклинания сейчас разрывали сердца белых айкенов. Трелиний много слышал об этих волшебниках, но никогда не сталкивался лично. Это и сыграло с ним злую шутку.
Однако даже илонийцы не могли справиться с хранителем традиций. Хороводы чужих разрушительных заклинаний вились вокруг Дания, но бессильно взмывали в небо, отражаясь от невидимых защитных барьеров. Старик же не только оборонялся: двое нападавших уже валялись на площадке.
Трелиний с трудом поднялся на ноги.
– Ворота!
Крик Дания окончательно привел его в чувство. Воспользовавшись суматохой, мнимый командир серых добрался до калитки и распахнул ее. Трелиний похолодел. Урдаки! Первые враги уже возникли в проходе. Как и все северяне, высокие, широкоплечие мужики в волчьих шкурах, вооруженные широкими плоскими мечами, более похожими на тесаки. Они бросились из своего укрытия к Цитадели, как только началось сражение.
Пальцы Трелиния поспешно соединили нужные магические нити, которые он сплел, идя к воротам, и через миг он метнул во врагов «Огненный шар». В узком проходе эффект от заклинания получился особенно сильным. Несколько воинов вспыхнули, как хорошо промасленные факелы. С громким ревом они стали кататься по снегу, тщетно стараясь погасить магическое пламя.
Один из магов-илонийцев обернулся к Трелинию. Врагу хватило смекалки не использовать повторно «Черный плющ», оказавшийся бесполезным. На этот раз он выбрал «Аркан». Шею белого мага захлестнула железная петля. Мышцы свело судорогой, он попятился, творя «Спокойное дыхание». Надо забыть о бое, представить себя на вершине горы, где так легко дышится полной грудью. Раз, два, три… Годы тренировок не прошли даром, петля ослабла.
Через тела первых павших урдаков уже перепрыгивали новые враги. Даний, на которого наседали сразу трое илонийцев, не мог ничего сделать. Старик пятился к храму, в котором находился Ара-Бора.
Великий магистр! Почему он не выходит? Он не мог пропустить начала схватки. Почему…
Хранитель традиций добрался до ступенек храма, когда дверь распахнулась. Трелиний видел это краем глаза, так как шептал «Страх». Он вложил в этот магический удар все свои силы. И он удался. Воины остановились в замешательстве. Призрак страха был настолько силен, что проник в души суровых и закаленных в боях варваров. Драгоценная передышка, которая могла бы спасти белых защитников.
Трелиний кинул взгляд на храм. Увы, это появился не Ара-Бора. Айкен Бранк с мечом в руках спешил на помощь. Где же великий магистр?
Дания тоже волновал этот вопрос:
– Где Ара?! Надо закрыть ворота!
Бранк сбежал по ступенькам, но вместо того, чтобы броситься вперед, остановился возле мага. Трелиний не слышал, что сказал послушник, но увидел, как изменился в лице хранитель традиций, как вытянул вперед правую руку, словно пытаясь схватить воина за горло. Бранк пронзил старика мечом.
Забыв о собственной защите, с диким криком Трелиний бросился к храму, чувствуя, как в его руках сам собой вспыхивает смертельное заклятие. Еще можно успеть, еще шаг, взмах руки…
Увы, враги не дремали. Для завершения вязи оставалось лишь одно слово, один жест, когда его настигла «Медвежья лапа». Трелиний услышал, как хрустнули его кости, мир завертелся перед глазами. Его швырнуло к самому краю скалы. Маг покатился по земле, попытался уцепиться за оледенелый выступ, не удержался и сорвался в пропасть.
*** *** *** ***Глава вторая
Магистр Хан вступает в игру, Каяру приходится менять планы, а Шантри впервые проливает чужую кровь
Двенадцать лет назад Хард отразил нашествие армии нелюдей, но все равно оказался на краю гибели. Столица страны лежала в руинах, король погиб, Белый магистрат пал, а по лесам и полям расползлись тысячи побежденных, но не уничтоженных пришлых. Почувствовав слабость королевства, зашевелились его старые враги: урдаки на севере, кочевники на востоке, Союз морских гильдий на западе. Спасать Хард вновь пришлось магам, но на сей раз тем, кто при Белом магистрате власти не имел.
В один дождливый день в замке наместника Раристада на севере Харда собрались два десятка волшебников. Многие из собравшихся при короле Пандории вообще были вне закона, работали на темные гильдии. В битве против нелюдей эти маги не участвовали, потому и выжили. Теперь пришло их время.
Собравшиеся учредили Серый магистрат. Кодекс Надежды короля Тария предали забвению, а взамен приняли Свод правил блюстителей порядка. На протяжении веков магия считалась божественным даром, который позволил народу Харда стать великим. Так учил Тарий Мудрый, так вслед за ним повторяли белые. Серый магистрат объявил, что магия может быть великим злом. Белый магистрат не увидел вовремя опасности разломов, дал слишком много воли королю Пандорию. Ошибки короля и белых волшебников привели к тому, что пришлые едва не завоевали Хард.
Власть новому магистрату досталась относительно легко. Королевство трещало по швам, люди были озлоблены, напуганы, а главное, разобщены. Серые объединили свои силы и потому смогли навести порядок. Они ловко играли на страхах простого люда и междоусобицах знати. Лояльные королю наместники были смещены, главу Лоорана, пытавшего сговориться с Союзом морских гильдий, обвинили в измене и казнили. Лояльность урдаков купили золотом, которое выгребли из особняков знатных семейств, поддерживавших Пандория. На кочевников бросили собранный по сусекам Восточный легион.
Когда власть Серого магистрата уже никто не пытался оспорить, маги занялись пришлыми. Уничтожить нелюдей сил не хватило, но рассеять, загнать в болота и леса удалось. На счастье, оказалось, что твари из чужого мира часто не ладили между собой и не могли вновь собраться в большую армию. Вероятно, в битве за Гаир-Ра они потеряли своих вожаков. Уже через пару лет Хард вздохнул свободнее, уничтожение ему не грозило, хотя о мире и процветании оставалось лишь мечтать.
Новой столицей Харда сделали Раристад, который не пострадал от нашествия пришлыхЗдесь собирался Круг серых, здесь готовили новых блюстителей – послушных и не очень талантливых магов. Серые магистры не хотели, чтобы кто-либо из молодых волшебников превзошел их в мастерстве. .
Особняк серого магистра Хана располагался в старой части Раристада, в квартале, где правили воровские гильдии. Выбор был сделан неспроста: в молодости магистр был торговцем смертью. Занятие для мага постыдное. Даже при Сером магистрате об этом не следовало трубить направо и налево, а при короле Пандории грозило тюрьмой. Впрочем, со старым ремеслом Хан порвал, а все те, кто знал его как наемного убийцу Белого Ворона, давно ушли к Лощ, многие – его же стараниями. Зато прежняя жизнь позволила Хану сколотить приличное состояние и наладить связи в воровском мире. Позднее это помогло добиться высокого положения и в Сером магистрате. Хан быстро нашел общий язык с преступными гильдиями Раристада, посулами и угрозами склонив их главарей на сторону новых правителей Харда. Круг оценил его заслуги, и великий магистр Амрок сделал его своей правой рукой. Потом, правда, пожалел. Новый помощник оказался своенравен и трудно управляем. Амрок подозревал, что Хан метит на его место.
Хан недавно разменял пятый десяток. Высокий, плотный, с окладистой бородой, он более походил на бывалого воина, нежели на мага. Однако мечом Хан владел плохо, в молодости своих жертв он отправлял к Лощ при помощи магии. При новом магистрате ему было разрешено иметь и обучать блюстителей. У Хана было шесть учеников. Особыми талантами они не блистали: в меру решительны, в меру сообразительны, в меру жестоки и без меры боятся гнева хозяина. Железная дисциплина и послушание – вот что отличало нынешнее поколение волшебников. Простые блюстители рьяно следили друг за другом и за чужими магистрами, старясь завоевать благосклонность своих учителей. Блюстители помогали страже охотиться на врагов Харда: смутьянов, разбойников, темных магов и, конечно,пришлых. Из шести своих блюстителей троих Хан отрядил выполнять поручения Круга. Двоих магистр всегда держал при себе. Последний из его учеников только что вернулся с охоты за темными магами.
Блюститель Гарлок почтительно склонился перед хозяином. Гарлок был одним из тех, кто при Белом магистрате в настоящие маги не выбился: ни таланта, ни решимости не хватило, был на подхвате у одного из магистров. Когда хозяин сгинул в разломе, Гарлок решил связаться с гильдией торговцев смертью в Раристаде. Там его и встретил Хан.
Магистру Гарлок нравился. Уже не юноша, но расторопен, исполнителен и, главное, настолько умен, что без колебания признает власть сильных. Для блюстителя – хорошие качества. Вот только Гарлок не умел принимать важных решений самостоятельно, привык жить с оглядкой на хозяина. Нынешняя охота – тому пример. Упустил ведьму и прибежал советоваться с учителем.
– Ты приехал доложить мне о провале? – нарочито сердито сказал Хан.
– Нам помешали. Опасный противник, мои заклинания оказались бессильны.
– Маг?
– Нет, но заклинания его не брали, даже «Черный плющ». Странный человек, называет себя Клинком короля и не признает власти Серого магистрата. Я счел своим долгом доложить вам о нем лично. Он опасен для Харда, – подобострастно сказал Гарлок.
Хан нахмурился. Клинок короля? Об их силе и преданности складывали легенды. Говорили, что Клинкам не страшна магия, Белый магистрат позаботился об этом. Магистр посмотрел на блюстителя. Этому псу все равно кого кусать, но ему, магистру, следует быть осмотрительным. Клинки не просто опытные воины, они герои Харда, хранители королевских традиций. Ходили слухи, что кто-то из них выжил в битве за Гаир-Ра и помогал легионерам охотиться на пришлых Что-то в рассказе ученика не складывалось. …
– Почему он помешал тебе?
– Он плел что-то про справедливый суд над ведьмой и забрал ее с собой. Но я проверил, он так и не сдал ее властям Лоорана. Значит, он заодно с ней, а эта стерва заодно с пришлыми. Я выяснил, она водит дружбу с миневрой. Я собирался использовать ведьму как приманку, чтобы убить эту тварь…
– Что значит «водит дружбу»? – насторожился Хан.
– Их видели вместе, миневра приходила просить о помощи, но я не успел выяснить, какие козни она замышляла, – с жаром заговорил блюститель.
Он пересказал магистру все деревенские сплетни про дружбу ведьмы и пришлой. Хан долго молчал, услышанное его удивило и взволновало. Миневра! Совпадение? Или же Небесные Отцы удостоили его знака? Может статься, что на сей раз именно ему, а не Амроку повезло. Какими бы талантами ни обладал великий магистр серых, он всего лишь первый среди равных. Он уже получил милость от Небесных Отцов: они послали ему вещий сон, сон, который изменил привычную жизнь Магистрата.
В прошлый приход ока Ярго Амрок спешно собрал Круг. Великий магистр рассказал об откровении богов, явивших ему легендарный Эльзевир. Хан легенду знал хорошо. Книга считалась таким же могущественным артефактом, как Копье гнева Тура. Тарий обладал ею, затем она пропала. Через несколько лет после смерти основателя Харда его ученики тайно вскрыли могилу учителя – искали Книгу, но тщетно. Впрочем, говорят, даже тела Тария в склепе не оказалось. В общем, ясно одно: книга в человеческие руки не попала, иначе бы миром правил сегодня тот, кто ее тогда нашел.
Серые поверили Амроку. Разломы научили верить в немыслимое. Наверное, даже Тарий не мог представить, что наступит день, когда миры начнут соприкасаться друг с другом. Но случилось же! Для целого поколения хардцев война с пришлыми уже стала таким же обыденным делом, как для их предков война с урдаками. Плохо было то, что Амрок точно не знал, где искать Книгу. Его сон был полон загадок. Маг долго брел в тумане и даже гору, к которой вышел, не смог толком описать. Она могла быть где угодно, хоть на севере, хоть на юге – страна большая.
Еще хуже было то, что этот же сон видели еще двое: маленький мальчик и миневра. Великий магистр хорошо их разглядел. Ну, миневры, они все на одну морду, но вот мальчик… Магистр заявил, что пацана надо найти. Эльзевир не должен попасть в руки врагов Харда. Точнее, он не должен попасть ни в чьи руки, кроме Серого магистрата. В этом магистры были единодушны.
Книга таила безграничную власть, настолько колоссальную, что даже у Амрока захватывало дух, когда он говорил о ней. Получи Серый магистрат Книгу, у Харда не будет ни врагов, ни забот. Она ключ ко всем тайнам Нума. Вот почему на поиски артефакта были отправлены лучшие блюстители и стражники, которые, впрочем, даже не подозревали, за чем ведется охота.
Хана оставили в Раристаде. Амрок наказал ему присмотреть за порядком в столице, пока он лично займется поисками. К тому же шпионы донесли о возможном заговоре в соседнем Дагенхолме. В такие моменты важно иметь в Раристаде надежного человека, сказал Амрок. Для непосвященного это выглядело как большая честь, но Хан понимал, что ему не доверяют. Амрок сам хотел найти сокровище.
Хан догадывался, что Амроку есть что скрывать. История с Нуар-Яром это подтвердила. Глава серых на собрании Круга заявил, что мальчик может быть учеником кого-то из белых магов. Белым книгу отдавать нельзя. Круг решил пригласить белых в Раристад: формально, чтобы попросить совета, но на самом деле, чтобы изолировать, пока ведутся поиски. Хан поморщился. Никто толком не знал, что произошло в крепости. Амрок вместе со стражниками послал к Цитадели наемников-урдаков. Он нередко пользовался их услугами. Лучше отправить на убой кровожадных варваров, нежели своих айкенов. Именно урдаки на восточной границе два года назад помогли разобраться с варварами-кочевниками. Дикие против диких. Тогда у Круга не возникло возражений. Сейчас присутствие урдаков должно было убедить белых в серьезности приказа магистрата. Напугать, но не более, утверждал Амрок. Что произошло, ведомо лишь Небесным Отцам. Сопровождавших отряд стражников-хардцев в живых не осталось, а урдаки ничего толком объяснить не смогли или не захотели. По их словам, выходило, что белые первыми схватились за оружие, и тогда осерчавшие варвары штурмом взяли Цитадель, осуществив мечту своих предков – покорить священную для хонтийцев гору. Схватка была яростной и кровавой. В Нуар-Яре не так много защитников, но среди них – магистры, чья сила велика. Урдаки взяли числом, устелив трупами весь двор возле храма Неба. В живых почти никого не оставили.
Круг пришел в ужас. На Амрока обрушились с упреками. В иное время он бы ответил за деяния своих псов, но в этот раз магистры не посмели ссориться с тем, кому боги раскрыли путь к власти над Нумом. К тому же, положа руку на сердце, трагедия на Нуар-Яре позволила серым облегченно вздохнуть. Проблема с белыми решилась сама собой. Старые магистры уже ничем не смогут помешать. Урдаки преподнесли Кругу Цитадель на блюдечке. Они подтвердили, что мальчик Амроку не померещился.
От немногочисленных пленных удалось узнать, что пацан, похожий по описанию на виденного магистром во сне, в Цитадели появился и с Ара-Бора разговаривал. Перед тем как разгорелась схватка, пацана тайно вывели из крепости в сопровождении пары молодых магов. Сейчас беглецов искали по всему Харду. Амроку было необходимо не просто поймать мальчишку. Он вбил себе в голову, что пацан знает точную дорогу к храму. Если так, то он первая путеводная ниточка, за которую следовало ухватиться.
Второй нитью была миневра, видевшая божественный сон. Но ее искать даже и не думали. Рассказ Гарлока заставил Хана призадуматься. Вдруг это та самая миневра? Пришлым дружбу с людьми, даже с темными магами, водить глупо, но и искать Книгу в чужом мире без помощи невозможно. Людской колдунье это сделать гораздо проще. Почему бы коварной миневре не найти союзника среди хардцев?
Мысль о том, что он, Хан, напал на след, бросила в приятную дрожь. Ситуацию надо использовать. Если ему повезет первым заполучить Книгу… До этого дня магистр никогда всерьез не задумывался о том, чтобы возглавить Серый магистрат, чего бы там ни измышлял Амрок. Но Эльзевир поманил его со страшной силой. Этот дар Небесных Отцов только для одного. Пример Тария доказал это. Великий маг сам решил судьбу Харда, ему не нужны были советчики. Рассуждения Амрока о том, что владеть Книгой должен Круг – не более чем красивые слова. Она для избранного!
– Мне нужна эта колдунья, – хрипло выдавил Хан.
Гарлок поспешно кивнул.
– Я найду эту мерзкую тварь и лично спущу с нее шкуру, мастер…