Два сердца и мир

Прошло три дня.

Диана полностью поправилась, а граф готовился к свадьбе.

«И во всем виноват этот форт, – размышляла Диана, лёжа на кровати рано утром. Она уже проснулась, но встать с постели не хотелось. – Я не хочу за него замуж!»

Нежданно-негаданно Диана стала наследницей форта на берегах Америки после безвременной кончины дяди, о смерти которого она узнала месяц назад. Его поверенный привёз это ужасное сообщение как раз в день её именин, и то, что племянница стала хозяйкой форта «Артемида», названного так в честь греческой богини-охотницы, а в римской мифологии эту же богиню звали Дианой. И получается, что её дядя, барон Вильгельм де Белюярд, назвал форт в честь своей племянницы.

Мама оплакивала смерть брата целую неделю. Когда-то она была знатной английской дамой, но лишилась всего из-за любви к простому помощнику капитана торгового французского судна. Об этом как-то узнал де Виль и Эрик Лорени тут же разбогател, поставляя рыбу и морские продукты прямо к столу губернатора. И вскоре Диана удостоилась чести оказаться в фаворитках губернатора Ла-Рошели и получила предложение, повергшее в шок всё высшее общество города.

Постучали в дверь и мысли Дианы рассеялись.

– Войдите, – ответила она.

В комнату вошёл граф. Диана одарила его недовольным взглядом голубых глаз. Она видеть не могла этого двуличного человека. Она хотела исчезнуть из этого дома, но за ней неотступно следили слуги и лично приставленный к ней лакей, вполне похожий на конвоира из военного гарнизона.

– Мне сообщили, что ты проснулась, – граф закрыл за собой дверь. – Лекарь сказал, что твоему здоровью уже ничего не угрожает.

Диана молча осматривала нежеланного непрошенного гостя, а потом отвела взгляд в сторону.

– Почему ты молчишь? – спросил он, подходя к кровати. – Я третий день пытаюсь услышать от тебя хоть слово. Ты разговариваешь с матерью, с прислугой. А для меня у тебя нет слов?.. – он властно сложил руки на груди. – Очень жаль. Но я хочу напомнить, что на завтра назначена свадьба. И перед алтарём ты скажешь: «да».

– Нет, – ответила Диана, подняв на него глаза. – Я не стану вашей женой, ни завтра, ни послезавтра. Никогда, – властно пояснила она.

– Не забывайся, это я спас тебя от смерти.

– Я бы предпочла утонуть.

Граф подошёл вплотную к кровати и чуть склонился над ней.

– Вероятно тебе и маму не жаль. Её благосостояние тоже зависит от твоего решения.

– Вы не посмеете её тронуть, – испугалась девушка.

– Не заставляй меня прибегать к крайним мерам.

С этими словами он вышел из комнаты.

Диана уткнулась в подушку и заплакала. Теперь-то она точно знала из-за кого погиб папа. Граф сам распустил слухи о свадьбе, а потом под страхом смерти заставил Эрика Лорени согласиться на брак. Об этом отец рассказал только ей, во время этого злосчастного плавания. Он предполагал, что и в смерти Вильгельма де Белюярда тоже виновен де Виль. Отец собирался тайно увести свою семью из города, но морская буря решила иначе.

Тихо скрипнула дверь и в комнату вошла мать. Диана вздрогнула и подняв голову вытерла слезы с глаз. Женщина села на край кровати.

– Мама, обними меня, – жалобно простонала она. – Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

– Что ты, – женщина прижала дочь к своей груди и нежно гладила по голове. – Ради тебя я сделаю всё, что угодно.

– Нет, мам, нет, – Диана подняла голову и отстранилась от матери. – Не надо ничего. Я выйду за него замуж. И будь что будет.

– Боже мой, девочка моя, – мать вновь обняла дочь.

– Я боюсь этого человека, – всхлипывая проговорила Диана. – Столько сплетен об этой свадьбе: граф, губернатор Ла-Рошели женится на рыбачке. Чем я это заслужила? – она посмотрела на маму. – Но никому невдомёк, что причина в наследстве. Мам, зачем ты приехала сюда?

– Я была счастлива, – чуть улыбнулась мать, вспоминая прошлое. – Твой отец покорил меня с первого взгляда. Я никогда не жалела о выбранной судьбе.

– Прости мам, я всё понимаю, – она шмыгнула носом.

В дверь постучали и в комнату вошла служанка с подносом, на котором была чашка горячего шоколада, пиала с черничным вареньем и три маленькие булочки.

– Ваш завтрак мадемуазель, – горничная поставила поднос на столик, а потом обернувшись сказала, – Хозяин просил передать, чтобы вы были готовы к обеду в честь важных персон. Я принесу вам платье и драгоценности.

– Хорошо, – покорно кивнула Диана и тяжело вздохнула.

На обед собралось довольно большое количество гостей. Губернатор решил представить свою невесту уважаемой публике, хотя боялся, что она выкинет какую-нибудь неприятность, но надеялся, что его угрозы подействовали. Ему не терпелось вступить в права владения кусочком земли, на столь заманчивым континенте, и для этого были все средства хороши.

– Ну и где же ваша невеста, господин губернатор? – спросила миловидная дама.

– Не беспокойтесь леди Элен, она не замедлит появиться с минуты на минуту.

Он подошёл к одной из служанок.

– Молли, пойди узнай готова ли мадемуазель Диана.

– Вот и она, господин, – служанка кивнула на лестницу.

Де Виль поднял голову, на верхней ступеньке лестницы стояла Диана. По мере того, как она спускалась, гости в зале замолкали. Граф был поражён не меньше. Диана выглядела изумительно: платье по последней моде, на шее сверкало бриллиантовое колье, а волосы были уложены в красивую причёску.

– Представляю вам мою невесту! – величественно проговорил губернатор, когда Диана спустилась с лестницы. – Завтра она станет моей женой.

В груди у Дианы застучало от страха, но она заставила себя улыбнуться, смотря на гостей, которые все разом сделали ей реверанс.

Граф поцеловал ей руку и они вместе подошли к огромному столу, где были расставлены блюда с едой. Тут же весело заиграла скрипка.

Диана понравилась всем гостям. Она была вежлива и рассудительна со всеми. Она ни разу не была в подобном обществе, но старалась вести себя, как подобает в таких случаях. Ей даже удалось поговорить с любителем женской красоты, адмиралом де Брунелем, но его навязчивость ей оказалась не по душе.

Граф был не в себе от радости, красота невесты его пленила больше её наследство, но одно другому не мешает, стоит только найти правильный подход, не зависимо от его способа.

Обед затянулся чуть ли не до самого ужина. Гости стали потихоньку расходиться, не переставая восхищаться красотой юной невесты.

Маркиз подошёл к графу перед уходом.

– Я вас поздравляю мой дорогой друг, – восхищённо проговорил он. – Мадемуазель Диана великолепна. Она затмит всех красавиц в городе, да что там, в целом свете.

К ним подошла Диана.

– Я буду очень рад если вы, маркиз, станете посаженным отцом моей невесты, – сказал граф и прочитал удивление на лице Дианы. – Её отец погиб, мир праху его.

– Это великая честь, – адмирал поцеловал руку Диане. – Благодарю.

– Спасибо вам, – ответила девушка.

Вскоре все гости разъехались. Граф направился в загородный дом. От слуг, Диана узнала, что именно там он решил провести с ней брачную ночь.

«Завтра, завтра, завтра, – твердила она себе меряя шагами комнату. – Я погибла, я пропала. Что же делать? Кого позвать на помощь?..»

Она взяла со стола нож, лежащий возле подноса с фруктами.

– Нет, – испугалась она своих мыслей и отбросила нож обратно на стол.

Она упала на кровать и разрыдалась.

Диана не спала почти всю ночь. Мысли о её загубленной жизни не давали ей покоя. Утром она была рассеянна, кружилась и болела голова.

В комнату вошла Молли с белым, как снег платьем из атласа и бархата, расшитого мелким жемчугом. Застёжки и банты были украшены бриллиантами.

– Вот и конец моей свободе, – произнесла она тяжело вздохнув.

– Зачем вы так, мадемуазель, – горничная подала ей шкатулку с драгоценностями. – Господин граф очень щедрый и хороший человек.

– Да, знаю я какой он щедрый.

Когда она спустилась в зал, всё её тело болело, она дрожала, как осиновый лист и думала, что упадёт в обморок.

Граф улыбнулся, оценив красоту невесты. Диана присела в реверансе и смотрела в пол. Усыпанные бриллиантами банты на туфлях графа приблизились к ней.

– Зачем это? – спросил он.

Диана подняла голову. Граф был одет в роскошный костюм с огромным кружевным воротником.

В полдень, под перезвон колоколов, кортеж направился в сбор. Навстречу новобрачным на паперть вышел сам архиепископ.

Вопрос, заданный священником, словно молнией, поразил её тело. Но боясь за жизнь мамы, она спокойно, горделиво, и внятно произнесла:

– Да.

После обряда бракосочетания, Диана, по обычаю, шла от алтаря одна, а граф шёл впереди.

Возле церкви толпился народ. Диана не могла поверить, что вся эта шумиха вызвана её свадьбой с главой города графом де Вилем. Все взоры были устремлены на неё. Ей кланялись сеньоры с пылкими взглядами и дамы в ослепительных нарядах. Дробь тамбуринов и душераздирающий вопль труб оглушали её.

Когда она села в карету, к ней на колени упал огромный букет красных роз. Она представила их каплями крови на белом платье. От такого сравнения по телу Дианы прошла дрожь.

– Боже мой, как же ты красива, – восхищённо и страстно произнёс граф.

Диана посмотрела на мужа, но ничего не ответив, склонилась к цветам, чтобы не видеть этого человека, которого ненавидела всем сердцем.

В саду, у дома в тени деревьев, были расставлены длинные столы. Все знаменитые горожане были приглашены на этот праздник.

Диана ощущала себя словно в гостях, не зная, что ей делать. Кусок не шёл в горло, она лишь смотрела на бесконечные перемены блюд, которыми лакеи обносили гостей.

Нет ничего тяжелее, как знать, что выбор счастья зависит от других. Она мечтала о счастливой, взаимной любви, как у родителей. Теперь она понимала маму, что для взаимной любви нет преград. Диана так хотела обнять маму, наверняка находившуюся где-то в стороне, и не вправе подойти к ней. Защиты у ней больше нет. Ей уготована судьба жить с человеком, страшнее которого нет на свете. У церкви она видела своих бывших друзей, которым нет доступа в губернаторский дом, ведь они простые люди из рыбацкого посёлка. Бежать некуда, спасаться не у кого. Теперь только смирение и покорность.

Понемногу она приходила в себя и принялась пробовать кушанья. Внутри она дрожала от страха за свою дальнейшую судьбу, но гордая по натуре, она не показывала вида и улыбалась, для каждого находя приветливое слово.

Она дружелюбно беседовала с маркизом де Брунелем и соседними ей дамами, и старалась не выдавать свою злобу при разговоре с мужем.

Между тем, изнуряющая жара сменилась вечерней прохладой.

Скрипачи заиграли весёлую мелодию, которую она слышала ещё в детстве. Она улыбнулась, вспомнив давно ушедшее детство. Маркиз поднялся с кресла и протянул Диане руку.

– Разрешите пригласить вас на танец? – предложил адмирал.

Граф в это время беседовал с рядом сидящим к нему господином в огромном парике, но он тут же обернулся к жене.

– Маркиз, я думаю, первый танец моя супруга подарит мне? – сказал он.

– Вы опоздали, господин граф, – Диана улыбнулась и встав с кресла, положила свою ладонь на ладонь адмирала.

– Ну ладно, – растерянно усмехнулся губернатор и откинулся на спинку кресла.

Маркиз пожал плечами и повёл даму в центр дворика, выложенного каменными плитками, посередине которого шумел фонтан. Он обхватил её талию и закружил в танце.

– Вы будете чувствовать себя королевой в этих хоромах, – произнёс маркиз улыбаясь.

– Надеюсь, – ответила она, но после недолгого молчания спросила, – Над чем вы смеётесь?

– Мне интересно, где дочь рыбака научились так танцевать?

Диана уже сожалела о выбранном партнёре для танца, и, недолго думая, гордо ответила:

– На палубе. В папиной команде был знаток танцев.

Маркиз смутился такому ответу, но быстро нашёл новый язвительный вопрос:

– Не корзиной же с рыбой вы покорили губернатора? И это отнюдь не любовь, а наверняка деловое соглашение.

– Я не понимаю, о чём вы. Думаю, самый верный ответ, вам даст мой муж, обратитесь к нему за разъяснениями.

– Вы неподражаемы, – засмеялся маркиз. – Обожаю женские уловки, без них вы скучны и неинтересны.

Ещё несколько танцев она танцевала с другими гостями и почти забыла этот язвительный разговор с маркизом де Брунелем.

Она знала множество модных па, разученных с мамой, и не испытывала смущения перед этими светскими дамами и кавалерами, большинство из которых подолгу жили в Париже. 8

Она решила немного отдохнуть. Чтобы не попасться на глаза мужу, или маркизу, она отошла в тень большого куста. В эту минуту чья-то рука осторожно легла на её плечо, и она обернулась.

– Мама, – обрадовалась девушка и обняла её.

– Госпожа, – к ним подошла служанка.

Диана вздрогнула и отстранилась от матери.

– Господин граф приказал мне сопровождать вас в домик за городом. – ответила Мери и накинула на плечи хозяйки плащ.

Диана посмотрела на мать и увидела слезы на её глазах.

– Не плачь мама, не плачь. Молись за меня.

Мери и Диана проскользнули незаметно среди гостей и прислуги, и вышли к воротам, где стоял экипаж, кучер уже сидел на своём месте. Мери открыла дверку кареты.

Внезапно из темноты, в свет тусклого фонаря, висевшего на карете, вышел мужчина, ведя за узды коня. Он вежливо поклонился Диане. На нем была шляпа с широкими полями, из-за чего тень ложилась на лицо, и Диана не могла разглядеть его.

– Простите, мадам де Виль, – проговорил он. – Мой господин не смог прийти на праздник. Он передаёт вам этот подарок и желает счастья.

Мужчина протянул Диане маленькую шкатулочку. Не успела она её взять, как он тут же вскочил на коня, и галопом помчался прочь от дома, растворившись в темноте ночи. Удивлённая Диана даже не успела поблагодарить незнакомца.

«Если бы это оказалось спасением?» – меланхолично подумала она и села в карету.

Мери села рядом и захлопнула дверку кареты. Кучер стегнул кнутом тройку лошадей и экипаж тронулась в путь.

– Вы не хотите взглянуть, что там? – полюбопытствовала служанка.

Диана раскрыла шкатулку и достала золотой гребень, украшенный драгоценными камнями в виде маленьких цветочков.

– Какая красота, – ахнула Мери. – Я украшу им ваши волосы.

Мери аккуратно пристроила гребень среди ниток жемчуга, опутывающих причёску Дианы, и он смотрелся словно диадема.

– У меня есть зеркало, – служанка достала зеркало из кармана передника, и протянула хозяйке. – Замечательно, не правда ли?

– Да, – ответила девушка, хотя меньше всего сейчас думала о всяких безделушках, пусть и дорогих.

Миновав лабиринт улочек, карета выбралась за пределы города, и вскоре остановилась у маленького домика утопающего в деревьях фруктового сада.

Служанка провела Диану в комнату, где, в золочёном подсвечнике, горели три свечи.

– Оставь меня, – сказала Диана.

– Но госпожа, я должна помочь вам…

– Уходи! Я сама справлюсь.

– Слушаюсь госпожа, – горничная сделала реверанс и ушла.

Диана сняла плащ и положила его на пуфик. Она подошла к большому окну и откинула штору. На небе сияла луна, такая же бледная и одинокая, как она. Тишина дома давила на неё словно могильная плита. Она видела весь мир в чёрном цвете, яркий горизонт уплывал всё дальше и дальше. Она продала бы душу дьяволу, чтобы оказаться сейчас в родном доме.

Дверь в комнату открылась и вошёл граф, с довольным и властным видом. Сердце Дианы заколотилось и зазвенело в ушах, она боязливо отошла от окна, и сделала шаг назад.

– Как тебе мой маленький домик? – спросил он и подойдя к ней, взял за руку.

Диана вырвала руку и отскочила в сторону.

– Я вас ненавижу, – злобно выпалила она.

– Позволь спросить: за что? – хмыкнув спросил он.

– Вы виновны в смерти моего отца. Гнусным способом вынудили его согласиться на этот брак, а потом отправили в море. Отец мне всё рассказал. А ваш поверенный намеренно направил корабль к рифам, а потом он прыгнул за борт. Я это видела.

– Неужели, – хмыкнул де Виль, его глаза горели пьяной страстью. – Мой поверенный тоже погиб в этой буре. С какой стати мне убивать моих лучших моряков?

– Вы и дядю моего убили.

– Дядю? – удивился он. – Какого дядю? – Не притворяйтесь. Вы знаете о моём наследстве от Вильгельма де Белюярда. Неужели вы смогли пойти на убийство невинного человека из-за куска земли, где-то на другом континенте?

– Я никого не убивал. Я слышал, что шальная пуля попала в него на охоте, – проговорил он, схватив её за руки. – А из вашего наследства я извлеку больше пользы. Вы будите купаться в золоте. – Отпустите меня, – вырывалась она. – Мне не нужно ваше золото.

– Тогда монастырь, – он схватил её в охапку. – Но прежде ты будешь моей.

Он сжал её талию и запрокинув голову, прикоснулся губами к её губам. Она вырывалась и колотила его руками, дрожа от отвращения, она ущипнула его за шею. Он отпустил её и со всего размаху ударил по лицу. Диана вскрикнула и упала на пол.

– Дрянь! – рявкнул он, потирая шею.

Диана отползла назад, дрожа от страха, и прижавшись спиной к ножке кровати, смотрела на пылающее страстной злостью лицо графа. По её щекам побежали струйки слез.

– Нет, прошу вас, – жалобно прошептала она.

Де Виль одним рывком поднял её с пола и бросил на кровать, вдавив собой в перину. Он жадно впивался губами в её тело, а руки нещадно рвали платье, на пол полетели бусинки жемчуга с разорванного корсажа.

– Нет, прошу, – плакала она. – Не надо. Не надо. Отпусти.

Причёска растрепалась, гребень сполз на бок, царапая ей щеку. Она высвободила его из волос, и вложив всю силу, вонзила графу в горло.

Брызнула струя крови, его руки потянулись к собственной шее. Диана ещё сильней надавила на довольно острые зубья гребня, разрывая рану на шее. Он издавал глухие звуки, похожие на всхлипывание и шипение, пытаясь что-то сказать. Кровь стекала по его груди потоком. Девушка, не помня себя от страха, вскочила с кровати и отпрянула к окну. Граф выдернул из шеи гребень и скатившись с кровати, рухнул на пол, и затих. Кровь продолжала сочиться из раны, образовав на дорогом белом ковре ручной работы, алую лужу, по форме напоминающую силуэт розы.

Диана стояла, не шевелясь, и смотрела на безжизненное тело. В груди бешено колотилось сердце, её трясло от страха и ужаса. Она глянула на свои руки и платье, залитые липкой кровью, и не верила своим глазам, что она, именно она, которая не смогла бы и мухи обидеть, убила человека.

Наконец Диана пришла в себя, решая, что делать дальше. Она стянула с себя верхнее парчовое платье и нижнюю многослойную юбку, и принялась вытирать ими кровь со своих рук, шеи и груди. Она постоянно оглядывалась на дверь, боясь каждого шороха, хотя знала, что никто из слуг не посмеет появиться и в миле от этой комнаты.

Она потихоньку отворила окно и выглянула наружу. По стене струились ветви винограда. Диана пододвинула кресло к окну и ухватившись за ветку, вылезла из комнаты. Нога соскочила с подоконника, за ней последовала другая и она повисла на высоте трёх метров. Руки неудержимо заскользили вниз, девушка кое-как пыталась удержаться, упираясь ногами в стену. Но растение оборвалось, и вместе с ней, полетело на землю.

Охранники, обходившие территорию, услышали шум.

– Что это? – спросил один.

– Не знаю, – ответил второй. – Идём проверим.

Диана удачно упала на какой-то садовый кустарник. Было не так больно. Она уловила шаги и тихий разговор, и недолго думая, забралась внутрь большого колючего куста, плотно росшего к дому, и затаила дыхание.

«Нет, я не попадусь, вот так сразу, – твердила она себе. – Не попадусь».

Оба охранника прошли, чуть ли не под носом, но её не заметили.

– Похоже ничего. Наверное птица. Пошли обратно.

– Ты думаешь? – напарник оглядывался по сторонам. – Давай обойдём дом. Если господин узнает о чём-нибудь, нам не поздоровится.

Охранники ушли, Диана выбралась из-под куста и сняв туфли, чтобы не стучать каблучками, потихоньку пробиралась к воротам. Стояла стража. Она прижалась к каменному забору. Пройти возле стражи – это тут же попасться, и угодить на виселицу, за убийство губернатора. Диана пошла вдоль забора и в итоге оказалась возле небольшого деревянного сооружения, вполне похожего на сарай. Возле него валялись старые корзины, а к стене была прислонена огромная бочка с водой. Девушка перекинула туфли через стену, сложила один на другую корзины и залезла на бочку, а с неё на стену, и вскоре оказалась на другой стороне.

Сунув ноги в туфли, она, что есть силы, побежала подальше от этого места, к скалам, к океану, о чём подсказывал шум плещущейся воды.

Она бежала сама не зная куда, и только луна освещала ей путь. Она остановилась, мир ночной природы был однообразен. Она никогда не была в этих местах, всё было страшно незнакомо. Но тут Диана увидела искры огня и уже хотела спускаться вниз по склону, но что-то заставило её обернуться. И как только она это сделала, то вздрогнула от неожиданности – в паре метров от неё стояли двое мужчин.

– Что такая красотка делает в этой глуши? – спросил один, сделав к ней шаг.

Диана попятилась и запнувшись о камень, упала на землю.

– Дай я тебе помогу, – второй здоровяк, поднял её как пушинку на ноги и сжал в объятиях.

– Отпусти! – выкрикнула она и залепила ему пощёчину.

– Ух, ретивая, – присвистнул первый. – Дайка мне её сюда.

Здоровяк отшвырнул её, и она оказалась в руках первого.

– Отпусти! Я жена губернатора! – выпалила она первое, что попало на ум.

– Ага, а я король, – разразился бандит смехом.

Диана глядела на обоих и даже не знала, как выбраться из очередной ловушки. Всё было против неё. Она уже решила, что лучше бы её изнасиловал граф, нежели эти грязные верзилы, от которых тошнотворно воняло потом вперемешку с вином.

– И что же здесь делает госпожа губернаторша без свиты? – спросил тот, кто держал её, и его рука в мгновении оказалась под подолом её платья.

Диана вскрикнула и со всей силы царапнула его по щеке. Он отшвырнул её, и она снова оказалась в руках верзилы.

– Помогите! – что есть силы, выкрикнула она. – На помощь! Помогите!

– Кричи, кричи, – отозвался поцарапанный. – Тут никого нет. Никто не услышит.

– Мразь! – выпалила она и плюнула ему в лицо.

Мужчина ударил её по лицу с такой силой, что из левой ноздри появилась струйка крови.

Девушка вскрикнула, туман заволок её глаза, она из последних сил попыталась освободить руки, которые здоровяк скрутил ей за спиной, но всё оказалось тщетно. Она с ужасом чувствовала, как грязные руки пытаются разорвать её платье.

– Отпустите её! – раздался громкий возглас со стороны, и прозвучал выстрел.

Оба в страхе обернулись, явно не предвидя нежданных гостей. Диана, затуманенными от слез глазами, различила силуэт и с надеждой вздохнула.

В темноте стоял Ричард, его плащ развивался на ветру, а в руке был пистолет.

Двое мужчин пришли в замешательство, наверняка соображая, что делать.

– Следующая пуля будет предназначена одному из вас, а третья второму, – вновь проговорил капитан.