Э(П)РОН. Книга 1. Прыжок веры

Экспедиция (Под)пространственных Работ Особого Назначения

Книга 1 Прыжок веры

Глава 1

Привет. Меня зовут Александр Завьялов, и через пять дней я должен умереть.

Интригующее начало, не правда ли? Сразу столько вариантов: неизлечимая болезнь, приговор суда, суицид, в конце концов. Но не торопитесь с выводами. На самом деле всё куда проще и намного банальнее: через пять дней наступит мое полное совершеннолетие, то бишь двадцать один год. И вот после этого знаменательного события мне однозначно не жить. Причины тому сугубо житейские: деньги и власть. Или же власть и деньги, не суть.

Почему именно сейчас? Да потому что раньше нельзя было – «детоубийство» в руководстве кланов, где заседают сплошь увенчанные сединами мужи от семидесяти и выше, воспринимается крайне негативно. Вовек потом не отмоешься. Проще уж подождать чуток.

Ну а инициатором цепочки событий, апофеозом которой должна явиться моя безвременная кончина, выступит не кто иной, как мой родной – и где-то даже любимый – дядюшка.

Тот самый, что сейчас стоял посреди каюты и неодобрительно взирал на меня через пенсне – весь из себя образцовый аристократ, от носков лаковых штиблет до напомаженных волос. Жаль только, ростом не вышел, равно как и общей комплекцией, чего не скомпенсировать ни классическим костюмом-тройкой, ни щёгольской эспаньолкой, ни изящной тростью. А вот голос не подкачал, хоть и изрядно контрастировал со щуплым телосложением –бархатистый низкий баритон, лишь самую чуточку не дотягивавший до баса. Голосом, да ещё уверенностью, дядька и привлекал людей. И я тут не исключение.

- Александр! Я не потерплю с твоей стороны подобного разгильдяйства!

Ч-черт! И далась ему эта примерка! Сам же прекрасно знает, что мне всего ничего осталось, ну неужели нельзя хоть эти последние деньки дать прожить в свое удовольствие? Вот к чему вся эта запланированная показуха – официальный прием, куча подарков, не менее официальная церемония чествования нового официального главы клана и камерная последующая гулянка? Кстати, именно на ней я и должен кони двинуть, по какой-нибудь неочевидной, но совершенно естественной причине – маслиной подавиться, скажем, или от внезапно проявившейся аллергии на игристое вино загнуться. Даже интересно, что именно они придумают…

- Александр, ты меня вообще слышишь?

- Да слышу, слышу, - отмахнулся я, не отрываясь от здоровенного изогнутого монитора – антикварного, а потому и страшно дорогущего. Впрочем, как и вся остальная обстановка каюты – бывшего личного кабинета моего отца. Тот всегда пренебрегал новомодными голографическими дисплеями, почитая их абсолютно бездуховными. Ну а я придерживался аналогичных взглядов, причём исключительно из упрямства. – Дядь Герман, давай потом, я занят.

- И чем же, позволь поинтересоваться? – подпустил яду в голос тот. – Хм… опять за старое? Сколько можно? Когда ты уже, наконец, остепенишься?

- Я при деле, - пожал я плечами. – Не гульбаню, не упарываюсь веществами, по девкам не шастаю. Даже – о ужас! – на шпагах не бьюсь. Чего же боле?..

- Вот это и настораживает, Александр! Тебе меньше чем через неделю предстоит возглавить клан, вершить десятки тысяч судеб, а ты всё какие-то графики да формулы зубришь! И ладно бы в экономику ударился, но ведь нет! Физику ему подавайте, видите ли!

- Что плохого в моём увлечении? – оглянулся я на дядюшку, сохранив изменения в графическом отображении концепции «ПВ-ВП», над которым трудился почти час. – Физика подпространства – прикладная наука.

- Не тем ты занят, Александр! – отрезал дядька. Ещё и зыркнул со значением. – Пойми, ты будущий… да уже настоящий глава клана! Ты должен интересоваться более глобальными вещами, ты же управленец высшего звена! А с прыжковыми генераторами пусть инженеры возятся, им за это деньги платят, и немалые!

- Меня не интересуют деньги! – набычился я.

Вот ведь упорный! Прекрасно же понимает, что всё это прожекты, что мне одна лишь дорога – на тот свет. И всё равно пытается самому себе зубы заговаривать. Не избавился ещё от остатков совести. А это для фактического главы клана, пусть и номинально регента при несовершеннолетнем сироте-наследнике, очень большой недостаток. Мужик он, если разобраться, сам по себе неплохой. Вот только пост занимает очень уж неблагодарный, зачастую диктующий предельно грязные решения. Вот как со мной, например. Он-то, может, и рад бы меня не трогать, да только собственные прихлебатели не поймут. А ещё вернее воспримут как слабость. Равно как и другие кланы. А последнее чревато весьма и весьма.

- Да знаю… и это меня ещё больше удивляет! Пять лет прошло! Пять! Пора бы уже смириться!

Я в ответ молча помотал головой, чем лишь усугубил ситуацию.

- В общем, мне плевать! – заявил дядюшка. – Все мероприятия пройдут строго по плану, поэтому хочешь ты, не хочешь, но сейчас придет Соломон Львович, и попробуй только ему чинить препятствия! Ты меня понял, Александр?!

- Понял.

Что ж, придется нарушить традицию и воспользоваться новомодной голографической техникой, пусть и насквозь бездуховной, зато оснащенной нейроинтерфейсом и практически лишенной такой физической характеристики, как масса.

- И не вздумай сбежать! – напоследок пригрозил дядька. – Степаныч проследит!

- Угу. Где там твой портной?..

- Сейчас будет! Соломон Львович!..

- Уже здесь, Герман Романович, уже здесь!..

Блин, как же я ненавижу все эти приготовления! И раньше, при живых родителях, терпеть не мог, вечно с папенькой воевал, ну а дядьку вообще грех не потроллить. Впрочем, сам Соломон Львович, престарелый хрестоматийный портной ярко выраженной семитской внешности, в моей нелюбви к данным процедурам не виноват, так что пусть его… тем более, что и Степаныч – доставшийся в наследство от отца личный слуга – бдел. А местами даже бдил. И с ним уже не забалуешь, хотя и очень хочется.

Так что пришлось пришлепнуть за ухо таблетку «нейра», выпростаться из кресла и встать посреди каюты, раскинув руки для пущего удобства портного. Ну, ещё ноги на ширину плеч. И пусть его возится, мне пофиг, я снова в работе…

Что за работа? Да так, халтурка. Небольшой доклад на завтрашней конференции. Я, если что, студент третьего курса Транспортной академии Протектората Росс, что вполне вязалось с моим социальным статусом, как текущим, так и будущим. Разве что факультет с точки зрения молодого аристократа, наследника торгового клана, выбрал сомнительный – предпочел физику логистике. Но на то у меня была очень веская причина, о которой чуть позже.

Ну-ка, где этот слайд? На мероприятии будет много первашей, плюс тема довольно специфическая – краткий экскурс в историю межзвездной навигации, так что не переборщить бы со сложностью… с инфографикой нормально, но вот текст…

«… переломным моментом в развитии человечества стало открытие в конце двадцать первого века способа межзвездных путешествий с использованием концепции «ПВ-ВП» – дуализма пространства-времени (ПВ) и времени-пространства (ВП). Пространство-время (ПВ), в котором обитают разумные существа нашей Вселенной, характеризуется системой координат, которую можно условно обозначить как П-П-П-В, то есть «пространство (длина) – пространство (ширина) – пространство (высота) – время». Его антипод, время-пространство (ВП, оно же «подпространство») имеет иную систему координат: одну пространственную и три временные – В-В-В-П. И если в пространстве ПВ положение любого материального объекта в конкретный момент времени можно описать тремя координатами класса П, то в подпространстве расположение объекта зависит от временных координат – T, t и τ, которые являются аналогами соответственно высоты, ширины и длины. Собственно пространственная координата П одна, и это «суперструна», то бишь объект, имеющий лишь одно измерение. В пространстве-времени (ПВ) чем больше разница в пространственных координатах между двумя точками, тем больше времени нужно для перемещения материального тела между ними. Отсюда (плюс теория относительности Эйнштейна) проистекает невозможность космической навигации – слишком долго. Но если суметь «нырнуть» в подпространство, то получится, что расстояние, то есть пространственная координата, в нем не имеет особого значения. На первое место выходят временные координаты. Чтобы преодолевать в нашем континууме огромные космические расстояния, достаточно «погрузиться» в континуум ВП на бесконечно малую величину, чтобы оперировать двумя координатами – одним из времен, в идеале тем, которое дает минимальные временные затраты в нашем континууме ПВ, и пространственной координатой П. Две оставшиеся временные координаты необходимо поддерживать постоянными, то есть, например, T=const и t=const, а τ – переменная. Временная координата t задает направление пространственной координаты П, сиречь суперструны бесконечной длины, а координата τ и определяет, собственно, длительность прыжка. Ну а поскольку пространственная координата одна, и она стремится к бесконечности, то координата τ в свою очередь стремится к нулю.

Итого, чтобы совершить подпространственный прыжок, необходимо «нырнуть» в континуум ВП и задать направление движения координатой t. При этом Т и τ являются бесконечно малыми величинами. Таким образом, остаются лишь две проблемы – ограничение дальности перемещения космического корабля по «струне» и опасность «вынырнуть» из континуума ВП, например, в недрах звезды. Опытным путем выяснили, что перемещение по данному методу зависит от накопленного импульса материального объекта, поскольку движение в подпространстве осуществляется исключительно по инерции. Чтобы прыгнуть, скажем, на тысячу световых лет, нужно разогнаться до 0,99 скорости света. То есть наблюдается прямо пропорциональная зависимость между разгоном и дальностью…»

Блин, всё равно слишком заумно… но проще не смогу при всём старании, и так уже в полную профанацию скатился… черт меня дернул связаться с махровыми гуманитариями! Это я про первашей, если что.

«… тем же способом установили, что гравитация массивных объектов в пространстве ПВ воздействует и на континуум ВП, отклоняя тела, имеющие отличную от нуля массу. Однако для этого гравитационные возмущения должны превосходить по величине инерцию означенных тел, в частности, кораблей, а данное условие выполняется лишь вблизи конечной точки траектории, то есть уже на выходе из прыжка…»

Нюансы, везде есть чертовы нюансы, которые меняют всё! Как, например, мою собственную судьбу: нештатный сход со «струны» яхты родителей отправил в небытие и их, и сестру. Возможно, они оказались в сердце звезды, или всего лишь налетели на астероид, или пронзили на субсветовой скорости газо-пылевое облако… а может и «утонули» в подпространстве, если вдруг изменилась координата Т… всё может быть, некоторые особенности функционирования прыжковых генераторов, обеспечивающих «подтопление» корабля в континууме ВП, до сих пор толком не изучены. А иначе зачем бы я вдруг в физику подпространства ударился? Дядя Герман прав, в жизни есть множество более интересных занятий.

- Ай, блин! Твою мать!.. Извините, Соломон Львович, вспылил! Но когда вы, наконец, начнете пользоваться нормальным лазерным сканером?!

- И думать забудьте, молодой человек! Только портняжный метр, только мел, только...

- ... только хардкор! Бли-ин! Больно же!

- Какой вы неженка, Александр Федорович! Подумаешь, уколол слегка! Зато вы посмотрите, какой это будет костюм! Конфетка, а не костюм! Уж поверьте старому еврею на слово!

Угу, блин! На слово. Старому еврею. Очень смешно. Но в мастерстве ему не откажешь, родной дядюшка тому ходячий пример – Герман Романович признавал исключительно костюмы работы престарелого мастера. Впрочем, лично мою участь этот факт никоим образом не облегчал.

- Да сколько уже можно! Бли-и-и-ин!..

- Извольте втянуть пузо, молодой человек! – остался непреклонен Соломон Львович. – И не надо на меня так жалостливо смотреть! Только портняжный метр! А все эти новомодные штучки оставьте безруким неучам, что исключительно по недосмотру Всевышнего смеют называть себя портными!

- Где вы у меня пузо нашли?!

- Таки вы сейчас будете убеждать меня, что обладаете фигурой Аполлона? И стойте смирно, молодой человек!

Да твою же! И чего он там возится?! Секундное же дело! Вот, пожалуйста: ткнул в иконку, голопроектор лучом пробежался, и готово – 3Д-модель меня, любимого, в полный рост и при параде. Н-да. Не Аполлон, прав Соломон Львович. А вот насчет пуза явно ввернул для красного словца. Среднестатистический парень двадцати лет от роду: средний вес, средний рост, среднее телосложение, сред... а вот тут фигушки – как говорит Степаныч, ума палата. До того умный, что аж очки нацепил. Тоже, кстати, больше дань уважения корням, нежели реальная необходимость. Принято так в аристократической среде – если есть выбор между современным средством и чем-то старинным, желательно хотя бы с тысячелетней историей, предпочтение однозначно отдается второму. Что ещё сказать? Запечатленным образом я остался доволен, как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Выглядел я форменным ботаником – худощавым, слегка обросшим и с утра нечесаным. Плюс позавчерашняя щетина. Ладно хоть русая, равно как и шевелюра, а то бы вообще беда. Добавить сюда растянутый свитер с оленями (это такие мифические существа с материнской планеты человечества), заношенные до дыр на коленях джинсы и потрепанные кеды – вот и готов фанат науки. Ах, да, легкую безуминку во взгляде забыл упомянуть.

И вот это вот всё дядюшка своим произволом собирался запихнуть в шерстяной костюм – темно-серый, в мелкую полоску. Со всеми сопутствующими аксессуарами, как-то: сорочка с запонками, галстук и выпендрежные оксфорды. И ничего не сделаешь – традиция! Помноженная на самое настоящее идолопоклонничество, потому что другого слова для слепого копирования стиля Протектората Бритт я просто не сумел подобрать. Джентльмен должен. Точка. И не важно, что я вовсе не Джон Смит или какой-нибудь Роберт Монтгомери, а всего лишь Александр Завьялов.

Всего лишь... пожалуй, теперь уже я загнул. Завьяловы, если кто вдруг не знает, один из пяти старейших торговых кланов Протектората Росс, ведущих родословную ещё с материнского мира. Немного найдется равных нам по древности во всём Протекторате Человечества, не говоря уж о более мелких политических образованиях. Почитай, тысячу лет марку держим. И ещё неизвестно, сколько до Рывка род Завьяловых существовал. Впрочем, тем сильнее контраст – никто во мне в здравом уме и трезвой памяти представителя столь славной фамилии не заподозрит. Чего я, собственно, и добивался эти пять лет. И вот, наконец, закономерный результат – даже Степаныч начал при виде меня морщиться, чего ранее никогда себе не позволял. То есть сработала задумка на все сто.

Я, если уж на то пошло, и перепалку со стариком-портным затеял лишь для того, чтобы получить законный повод запустить сканер. Ведь сам факт этого действия от системы «умного дома», подконтрольной людям дядюшки, никак не скрыть. А вот передачу по кодированному каналу, замаскированную под пакетный обмен данными системы наблюдения за так называемыми «покоями Завьяловых» – нехилым пятиуровневым комплексом в обитаемом секторе торговой станции «Савва Морозов» – отследить гораздо труднее. Чем я и воспользовался, под шумок отправив инфу и запрос на скрытый в глубинах даркнета трейд-сервер. Пригодится, причём очень скоро.

Главное, завтра не облажаться… и нормальный доклад для этого просто необходим. А я до сих пор не уверен, что сумел привести сумбурные мысли в удобоваримый вид – сам то и дело запинаюсь, что уж говорить о любом другом постороннем человеке. Проще надо быть, про-о-още!..

«… уже через десять лет после судьбоносного открытия ареал обитания человечества кардинально изменился – имел место так называемый Рывок, он же Новая Конкиста, ставший возможным сразу после отработки технологии производства межзвездных кораблей. Именно в те времена были заложены основы ныне существующей государственности, опирающейся на три столпа общества: торговую и промышленную аристократию с вассалами, а также на основной класс производителей-потребителей – вольных граждан, не принадлежащих к клановым структурам, но нанимаемых ими…»

Вроде ничего так, вполне себе обтекаемо. Я бы даже сказал, нейтрально. Никого не обидел, хотя по факту общество у нас выраженно кастовое. Причём промышленники самые главные, ибо могут взять торгашей за горло, создав искусственный дефицит на свои товары, которые, как ни крути, всё же поддаются специализации, а значит, далеко не каждый мир способен обеспечить себя всем необходимым. Особенно едой – сельское хозяйство чуть ли не самый стабильный сектор производства по доходности. Парадокс, но сельчане при этом и самые бесправные. По факту, жестко привязаны к планете и полностью зависят от промышленного клана, которому их мир принадлежит. Что тоже легко объяснимо: во-первых, попробуй, заставь вольного гражданина в земле ковыряться, а во-вторых, ещё и научи. По итогу аристократы восстановили институт вассалитета, законодательно привязав сельчан к средству производства, то бишь пахотным землям, и ограничив им сферы деятельности – где силой, а где и конскими ценами. До положения крепостных, конечно, не низвели, но и до этого уже недалеко. По сути, крестьянин всю жизнь оставался пленником конкретной планеты, поскольку все его знания и умения заточены под ее условия. И это отнюдь не навыки управления трактором или доильным автоматом. И в любом другом мире самый высококвалифицированный хлебороб превращался в никому не нужного работника низового звена, «оператора совковой лопаты», ибо нафига учить пришлого, если можно подготовить своего? За деньги, разве что. Но и тут легко такого «варяга» обломать, достаточно взвинтить цены. Или обложить дополнительным налогом для инопланетников. Естественно, это обидно. Потому аристократы и заморочились с вассалитетом – типа, вы не в рабстве, вы всего лишь демонстрируете верность клятве. А так, конечно, валите на все четыре стороны. Только кому вы там сдались?..

Совсем другое дело наемные специалисты, занятые в машиностроении и производстве прочих товаров народного потребления, вплоть до космических кораблей. Эти уже универсалы, которым одинаково рады в любом клане, на территории любого Протектората – что Росс, что Бритт, что Дойч. Да и в Кельтском Союзе таких привечали. Куда-то ещё соваться бессмысленно, слишком далеко. Ну и неудивительно, что эта братия была весьма легка на подъем, и постепенно сформировалась универсальная народность космополитов, не склонная к выпячиванию национальной принадлежности. Что незамедлительно сказалось на их взаимоотношениях с сельчанами – те, наоборот, традиции предков блюли, равно как и сами аристократы. Собственно, тут как раз прямое влияние правящего класса сказалось. Круто, в общем, получилось – аристо наверху, под ними сельчане и вольные граждане, одинаково ущемляемые в правах, но не способные договориться о совместных действиях. Принцип «разделяй и властвуй» на практике. И творили бы промышленники, что хотели, если бы не два «но»: первое – наличие фракций внутри уже их сообщества, и второе – присутствие в схеме связующего звена в лице аристократии торговой. То есть аграрии с фабрикантами хоть и договаривались в большинстве случаев полюбовно, но постоянно были на ножах: то одни начнут жрачку зажимать, то вторые обломают с техникой и удобрениями. Инь-Ян, право слово! Единство и борьба противоположностей. Диалектика, если хотите. А тут ещё и проклятые торговцы, прибравшие к рукам грузовой флот и все перевалочные базы в космическом пространстве. Можно, конечно, свой построить, но дорого, блин! Военный флот в копеечку влетает, а ведь он по численности на порядок меньше судового парка торгашей! Потому, собственно, и влетает, что всего лишь на порядок меньше. А иначе никак, соседи разорвут в клочья. В результате снова компромисс, но уже между производителями и перевозчиками. Такая вот у нас забавная система – всегда есть третья сторона. Схлестнулись, скажем, аграрии с фабрикантами – ещё чуть-чуть, и до открытой конфронтации дойдет. И тут как чертик из коробочки торгаши: а ну-ка, разошлись по углам! Удумали тоже! А не послушаетесь, перекроем кислород в торговле. И сразу же, как по мановению руки, находится устраивающий всех компромисс. Или торговцы что-то не поделили с фабрикантами, а аграрии их помирили. И ведь не поспоришь, потому что кушать всем хочется – и рабочим на заводах, и персоналу космических станций. Система сдержек и противовесов, как она есть. Сложно, громоздко, чревато неприятностями, но уже худо-бедно второе тысячелетие функционирует.

Вам интересно, как так получилось? Мне тоже. Вроде бы и образование есть, и сам не дурак, но по размышлению я всё же остановился на версии, озвученной моим безвременно почившим батюшкой. Было мне тогда лет двенадцать или тринадцать, но вот почему-то запомнилось. Наверное, потому что логично и очень похоже на правду.

А дело было так. Едва получив возможность свалить с загаженной и перенаселенной Земли, люди ринулись осваивать ближайшие окрестности Солнечной системы, а затем и более отдаленные секторы пространства. Сначала процесс шёл более-менее централизованно, под руководством национальных правительств, потому что только у них имелось достаточно ресурсов для постройки кораблей. Потом в это дело включился частный капитал, да и технические средства на месте не стояли, совершенствуясь с каждым годом. В итоге начальный период Новой Конкисты занял от силы лет пятьдесят. И за это время люди освоили под сотню миров, основав колонии.

Естественно, в каждой новой колонии переселенцы были вынуждены разворачивать то или иное производство – кому чего не хватало. С ростом населения производство тоже расширялось и увеличивало объемы, равно как и ассортимент, и постепенно мир начинал сам себя обеспечивать всем необходимым. Из управленцев высшего звена формировалась властная прослойка, из которой впоследствии вырастали кланы, владевшие средствами производства – промышленным оборудованием и землями. Ну а пока промышленность вставала на ноги, где-то нужно было брать необходимое, и это необходимое предоставляли торговцы, владевшие средствами передвижения, то бишь кораблями. На первых порах они главенствовали, диктуя условия колонистам, потом, по мере роста промышленности, их позиции ослабевали. Чтобы окончательно не лишиться влияния, торговцы шли на всяческие ухищрения, вплоть до прямых диверсий и убийств. Промышленники отвечали той же монетой. В результате всегда устанавливалось некое равновесное состояние, я бы даже сказал, паритет промышленности и торговли. Сначала в отдельной колонии, потом на уровне содружества нескольких систем, а затем и в масштабах целого политического образования – Протектората. Правили в новых государствах условные парламенты, куда выбирались представители от каждого клана – самим кланом, а не всенародным голосованием. И поскольку в таких случаях не обойтись без координатора, в большинстве «стран» вернулись к «конституционным монархиям». То есть в аристократической среде всегда имелся «первый среди равных» – Император ли, Президент ли, а кое-где и вовсе Почетный диктатор. Или Председатель, как в Протекторате Чжунго. В итоге промышленники сформировали систему, которую можно назвать неофеодализмом – правили кланы, в собственных владениях обладавшие всей полнотой власти. И творили бы что хотели, скатываясь в откровенный беспредел, если бы не торговцы, лишенные собственных владений как таковых, за исключением кораблей и космических станций. Они противостояли промышленникам, и поскольку все блюли собственные интересы, в конце концов, появились более-менее сбалансированные своды законов, ограничивавшие произвол промышленников в их владениях и наделявшие торговцев кое-какими правами там же. Ну и обычному народу кое-что перепало. По итогу мелкой тирании и тоталитаризма удалось избежать за счет системы сдержек и противовесов. «Страны» же продолжали существовать по причине насквозь прозаической: для нормального функционирования экономики обычной необходима экономика теневая. А откуда она возьмется? Правильно, из ограничений. Где есть границы, там всегда есть противоречия и пошлины, а ещё обязательно контрабанда. И уже на нее наслаиваются все остальные «прелести» преступного мира. Самое же главное следствие из данной системы – остановка в развитии. Никто не должен получить преимущество, потому что в этом случае нарушится баланс. В результате все следили за всеми и незамедлительно принимали меры к «оборзевшим». Как итог, технологии стоят на месте, общество застыло в неофеодализме, цветет и пахнет клановая система, промышленная и торговая аристократии ведут постоянную теневую войну. И что самое удивительное, всех всё устраивает, даже крестьянство.