- -
- 100%
- +
А Вова, кстати, голова – даже такую мелочь при сборах учёл! Хотя не исключено, что это всего лишь совпадение. Тот самый случай, когда даже от его паранойи есть практическая польза.
- Идём, что ли? – прервал несколько затянувшуюся паузу мой напарник. – Или так и будем тут торчать?
- А может, мы с тобой говорить будем? – предпринял вялую попытку перехватить инициативу первый из секьюрити. – Как тебе такой вариант, кабро?
- Это вы-то, пендехос? – ухмыльнулся Вова. – Очень смешно! – И неожиданно перешёл на русский: – Олег, держи их на мушке! Чё-то слишком борзые! Пугнуть надо!
И знаете что? Сработало! Мне даже автомат в боевое положение переводить не пришлось, хватило непонятной, а потому и страшной, если не сказать зловещей, фразы, чтобы привести боевиков в чувство.
- Ладно, не кипишуй! – примирительно поднял руку вожак охранников. – Видим, серьёзные парни! Идёмте!
Секьюрити повернулся к нам спиной и зашагал по пляжу, однако Вова последовать его примеру даже и не подумал. Вместо этого он помотал головой, глядя на оставшуюся парочку, и молча указал тем, мол, тоже давайте вперёд валите. А чтобы лучше дошло, указывал пулемётным стволом. Надо ли говорить, что этот жест парни прекрасно поняли? И после небольшой заминки всё-таки подчинились. Правда, в свои штурмовые винтовки вцепились мёртвой хваткой, я это даже в сумерках разглядел. Впрочем, обошлось без инцидентов, потому что до абсурда ситуацию Вова доводить не стал, и зашагал практически вровень с боевиками, предоставив мне сомнительное удовольствие замыкать строй. Так, собственно, мы и шагали довольно долго, настолько, что наша собственная «надувнушка» с торчавшим подле неё Пекено скрылась из вида. В животе кольнуло неприятным предчувствием – как там Мелкий без нас в случае чего? – но поделать я с этим ничего не мог, поэтому расслабился и попытался получить удовольствие от теперь уже ночной прогулки по полосе прибоя. Хотя «прибой» это очень громко сказано.
… нашего будущего собеседника мы заметили издалека. Да и не мудрено тут заметить, если тот устроился с максимальным удобством – на раскладном кресле подле раскладного же столика. Да ещё и в круге света, который давала примитивная светодиодная лампа на регулируемой ножке, торчавшая ровно посередине столешницы. Правда, плафон всё же был повёрнут так, чтобы голова загадочного типа оставалось в тени, полностью оправдывая сентенцию о том, что она суть предмет тёмный. Плюс легендарный тёплый клетчатый плед, накинутый на ноги, так что никаких подробностей и не разглядеть. Помимо уже перечисленного из мебели наличествовало второе кресло, установленное так, чтобы потенциальные переговорщики сидели лицом к лицу (и вот гостю как раз свет бил бы в глаза), и ещё трое обломов при стволах. Итого шестеро против троих, если за нас ещё и Пекено посчитать. Конечно, не семеро против девятнадцати, как в легендарном романе про пиратов, но тоже расклад поганый.
- Вас ждут, - резко остановился вожак первой троицы, и подчинённые последовали его примеру.
- Не-а, - мотнул головой Вова. – Шагайте. Будете у меня на виду.
- Не обсуждается, - набычился секьюрити. – Сеньор Инкуртадо нервничает, когда рядом много народа.
Хм… если я правильно уловил на слух, то охранник явно имел в виду слово «encurtado», то бишь «укороченный», ну или «обрезанный». И нет, не в том смысле, что вы подумали. Не практикуют на архипелаге подобную гигиеническую процедуру. Тут явно о каких-то других частях тела идёт речь.
- Тогда валите отсюда! – отрезал мой напарник.
- Куда?! – растерялся секьюрити.
- Вон туда, - показал Вова стволом аккурат в том направлении, откуда мы только что явились. – И не останавливайтесь. Как только я вас видеть перестану, сразу к этому вашему… Ин… Ик…
- Сеньору Инкуртадо.
- Вот к нему самому! – обрадовался Вова. – В общем, так сразу к нему и подойдём. И не вздумайте в кусты запрыгнуть, я всё вижу! А стреляю вообще без предупреждения!
- Слушай, амиго, к чему такие трудности?! – взмолился охранник.
- Всё, я сказал! – остался непреклонен мой приятель. – Валите! И тем скажите, почему заминка.
- Слушай, амиго, а ты случайно паранойей не страдаешь? – прорезался голос ещё у одного охранника.
- Я ей наслаждаюсь! – сурово отбрил того Вова. – Валите, сказал! И не вздумайте возвращаться, пока начальство не позовёт!
- Си, омбре, - смирился с неизбежным главный секьюрити, и махнул рукой клевретам, мол, погнали. Но всё же не удержался и напоследок буркнул: – Умеешь же людей выбесить!
- На том и стоим, омбре! – радостно осклабился мой партнёр по опасному бизнесу.
Всё-таки хорошо, что Вова на себя инициативу взял! Я-то сам в таких делах ни бум-бум, а он вон как всё разрулил замечательно! Конечно, ещё не совсем, но хотя бы в процессе! Потому что я бы на его месте до такого и не додумался. Маловато у меня специфического опыта. А тут, глянь, реально побрели прочь, а главный ещё и по рации забухтел. И, судя по суете в стане нашего будущего собеседника, его услышали. По крайней мере, излишней нервозности не демонстрировали, хотя даже я успел порядочно заскучать, прежде чем Вова решил, что тыл наш достаточно безопасен, и махнул мне рукой:
- Идём, Профессор!
Ну а мне чего? Идём, значит, идём. Два раза повторять не нужно. Особенно когда собственным примером вдохновляют, задавая линию поведения вплоть до скорости перемещения. Тоже, кстати, оптимальной – и не ползём, демонстрируя неуверенность, и не бежим, выставляя себя суетологами, а в самый раз – размеренно переставляем ноги в среднем темпе. Говорю же, умеет Вова! Я до такой степени увлёкся, что чуть шаг чеканить не начал, хоть песок тому и не способствовал. И – удивительное дело! – мандраж постепенно куда-то улетучился. Испарился, как и не было его. Никакого адреналина, никакого усиленного сердцебиения. Одна лишь непоколебимая уверенность – по большей части в напарнике, хе-хе.
Однако же до загадочного типа мы так и не дошли – один из охранников, подчиняясь жесту начальства, встретил нас шагов за десять до стола. И вот его, с учётом расположенного поблизости источника света, я разглядел относительно неплохо. И про себя подивился, насколько близок оказался к действительности в собственных предположениях: среднестатистический островитянин-мулат, при «гавайке», просторных штанах и сланцах, а также с типовой винтовкой корпов в руках. Ну, как типовой? Именно что корпоративной, понятия не имею, каким путём попавшей на архипелаг. Впрочем, а чему тут удивляться? Контрабандисты же! То бишь люди, чья прямая профессиональная обязанность доставать и доставлять заказчику именно то, чего днём с огнем не найти в свободном доступе. Мало ли какие у них контакты в Мэйнпорте? Но вот в чём я уверен, так это в том, что механизм распознавания владельца по отпечаткам пальцев на данном конкретном экземпляре пехотного вооружения не только в полном порядке, но ещё и активирован. Я аж про себя присвистнул – фига се, меры предосторожности! Это что же получается, трофеями в случае чего и не воспользоваться? Надеюсь, Вова это тоже понял…
- Оружие здесь оставьте, - без лишних предисловий поставил нас перед фактом охранник.
- Ага, щаз! – осклабился Вова. – А болт с левой резьбой и мелкой насечкой тебе не нужен?
- С оружием к сеньору Инкуртадо нельзя, - не повёлся на подначку секьюрити. – Кладите тут.
- А если нет, то что? – с хорошо читаемой угрозой в голосе уточнил мой приятель.
- Разговора не будет, - ничуть не изменился в лице наш оппонент.
- Ну, как знаете! – пожал Вова плечами, и, развернувшись к опешившему охраннику спиной, спокойно зашагал по пляжу в обратном направлении. – Пойдём, Проф. Похоже, тут в общении с нами никто не заинтересован!
- И то верно! – поддакнул я, с готовностью последовав его примеру.
Вова переговорщик от бога, сомневаться в его замыслах нет причин, так что и сомнений у меня никаких не возникло. В отличие от принимающей стороны, которая на этот демарш таки повелась – мы и десяти шагов не сделали, как охранник нас окликнул:
- Стойте! Что вы предлагаете?
- Взаимные гарантии, что же ещё? – удивлённо хмыкнул Вова. – Если нам с оружием нельзя, то и вы тогда валите куда подальше. А если остаётесь, то стволы на землю! Я в присутствии вооружённых людей нервничаю, а Профессор вообще в ярость впадает. И очень не рекомендую вам видеть его в таком состоянии, омбрес!
- Местре Урсу, - понятливо покивал секьюрити, порвав мне шаблон, и потянулся за рацией.
А я еле сдержался, чтобы какую-нибудь глупость не сморозить, типа «да давно уже не местре» или «да ё-моё, даже бобры уже в курсе»! Кто я такой, чтобы лишать людей иллюзий? Живут они в своём выдуманном мирке, ну и пусть их. Тем более что из скороговорки на португальском практически ничего не понял.
- Ладно, сеньор Инкуртадо согласен дать гарантии, - закруглился с консультацией охранник. – Что конкретно будем делать? Но мы никуда не уйдём, сразу предупреждаю!
- Тогда тащи какую-нибудь тряпку типа скатерти! – велел мой напарник. – Или одеяло… да пофиг вообще! Плёнка даже сойдёт пластиковая.
- Чего?! – опешил секьюрити. – Зачем?!
- Э-э-э, стесняюсь спросить, милейший, а вы когда-нибудь «золотой дождь» практиковали? – ожидаемо (ну, мною ожидаемо) принялся валять дурака Вова.
- Чего?! – ещё сильнее полезли глаза на лоб у охранника. – А подстилка-то зачем?!
- А что я, по-твоему, пулемёт прямо на песке брошу, что ли?! – посмотрел на него Вова, как на идиота. – Постели во-о-он туда примерно! – показал он стволом нужное место. – Потом сами туда пукалки сваливайте, и можете к бугру возвращаться. А мы свои сгрузим, да и к вам подойдём.
- А «золотой дождь» чего?.. – продолжил тупить секьюрити.
- Извини, амиго, не сегодня! – покровительственно похлопал его по плечу Вова. – Да и не в моём ты вкусе, если честно. Тряпку тащи, говорю!
- Стрёмно как-то, - засомневался охранник. – А если вы нас перебьёте?
- Да на кой ляд?! – возмутился мой приятель.
- Обезглавить, обосцать и сжечь?! – не сдержавшись, вставил и я свои пять копеек… и осёкся, потому что во взгляде нашего оппонента мелькнула хорошо различимая безуминка.
Довели-таки мужика! Не, ну а чё он?!
- Чтобы потом нас ваши кореша завалили? – хмыкнул мой приятель, несколько разрядив обстановку. – Они же с тыла, да ещё и в тени! А значит, у них что?
- Что?..
- Тактическая инициатива, вот что! А нам вас валить никакого резона нет! – окончательно добил оппонента Вова. – Всё, тащи какую-нибудь подстилку, или мы уходим! Или у вас ничего подходящего нет?
- Скорее, никого, - хохотнул я.
- Ладно, сейчас! – сдался секьюрити.
И ведь не соврал – уже минуты через три справился. Правда, из подстилок нашёлся только тёплый клетчатый плед босса, каковой шустрый мужик и позаимствовал с полного начальственного попустительства. Впрочем, пока он его размещал на указанном чуть ранее Вовой месте, пока троица сваливала на него винтовки и пока мы с напарником проделывали то же самое, я то и дело украдкой бросал взгляды на поджидающего нас загадочного типа. Вернее, на его правую ходулю, отсутствующую по колено. С чего я так решил? Да очень просто – протез. И не какой-нибудь бионический или хотя бы модульный, с имитацией стопы и суставов, а предельно примитивный по конструкции, но столь же эффективный беговой «блэйд». Его ещё карбоновой серповидной ногой называют. Вот только по песку на таком рассекать то ещё удовольствие!
- Проф, не тормози! – поторопил меня Вова, аккуратно пристроив пулемёт рядом с винтовками охранников. – Клади, да пойдём! Человек уже весь на нервах!
- А пистолеты? – тупанул я, избавившись от «калаша».
- А про пистолеты уговора не было! – подмигнул мне напарник. – Ладно, не кипишуй! Щас всё уладим!
- Хотелось бы верить, - вздохнул я, но лапу от набедренной кобуры убрал. А потом еле сдержал довольную улыбку, которая чуть было не расцвела на физиономии, когда я скосил взгляд ниже, к лодыжке. – Если нас тут грохнут, я к тебе в кошмарах являться буду!
- Где?! – хохотнул напарник. – В аду, на соседней сковородке? Идём, говорю!
Да иду, куда ж я денусь! Главное, сильно не отставать, а то принимающая сторона и впрямь нервничает. Полным составом, хе-хе. По той простой причине, что наш манёвр с короткостволом незамеченным не остался. Впрочем, главный на это никак не среагировал, а клевретам возбухать не пристало, если босс не возмущается. Хотя тот мог просто посчитать, что суета ниже его достоинства. Как бы то ни было, возникшую неловкость Вова довольно быстро разрешил, протопав прямиком к столу и на ходу выудив из кобуры «глок». Ну да, не самый лучший способ – менять нервяк на нездоровый ажиотаж – однако ж местным деваться было некуда, те сами, добровольно разоружились. И теперь пожинали плоды собственной недальновидности, коими Вова и воспользовался, не отказав себе в удовольствии навести ствол обитателю кресла точно в лоб. Я бы даже сказал, меж глаз. Коими, насколько я со своего места сумел рассмотреть, тот даже и не повёл! Вот это нервы! Тут даже не сталь, тут что-то ещё прочнее. Я вот, например, застыл на месте, едва не споткнувшись от неожиданности, да и секьюрити дружно дёрнулись, но первый порыв, к чести своей, успешно преодолели. Да и попробуй тут рыпнись, если боссу сейчас пулю аккурат в переносицу всадят? Хорошо, что пока исключительно глазами стреляют – и Вова, и одноногий. Хотя я, если честно, приятеля бы с большим удовольствием придушил на фиг! Нашёл, блин, время для дурацких шуточек!
А ведь адреналина в крови по-прежнему нет. Даже странно. Тут все реально на измене, а мне хоть бы хны! Последствия пусть и не очень долгого, но плодотворного симбиоза с Эшу Урсу? Или с нервной системой какие-то проблемы? Последнего очень бы не хотелось, мозгоправы на Роксане есть только у корпов в Мэйнпорте, но с ними я на одном поле оправиться не сяду, не то, что собственное здоровье доверю! Хватит с меня. А ведь я всего лишь с двумя из их коварного племени в своё время пообщался. Но всё равно больше не хочется.
- Приветствую, уважаемый! – растянул тем временем губы в глумливой ухмылке Вова… и порывисто опустил руку с пистолетом, едва не спровоцировав у охраны групповой приступ медвежьей болезни. – Понимаю, что вам не очень уютно, поэтому мы с вами поступим вот так. – Мой напарник аккуратно положил «глок» на столешницу, чуть подтолкнул, чтобы тот проехался по довольно гладкой поверхности и уткнулся в подставку лампы, и протянул освободившуюся руку ко мне. – Профессор?
Я, чуть поколебавшись, вложил в его ладонь собственный пистолет, дождался, пока он проделает с ним аналогичные манипуляции, и шагнул к креслу, повинуясь очередному жесту напарника. Вова к этому моменту успел отшагнуть в сторону, обогнув столешницу, так что мне оставалось лишь пристроить на указанном месте собственную пятую точку, да поморщиться от яркого света, резанувшего глаза. Однако моего партнёра по опасному бизнесу подобное положение дел тоже не устраивало, так что он аккуратно повернул плафон, сместив световое пятно на пару «глоков», ободряюще хлопнул меня по плечу и отступил мне за спину, в тень. И только в этот момент секьюрити, осознав, что у нас снова сложилось некое подобие паритета, немного расслабились. И я даже мог их в какой-то мере понять: численное преимущество на их стороне, огнестрел в одинаковой доступности как у меня, так и у их босса, так что более-менее баш на баш. И не их вина, что они нас с Вовой плохо знают. Иначе бы догадались, что дело нечисто. С чего бы? Так у него теперь тактическое преимущество – ему обо мне заботиться не нужно. К тому же он зрение не засветил и сохранил за собой свободу маневра. Ну а задаться в подобных обстоятельствах вопросом, почему это у Вовы штанины в берцы заправлены, а у меня навыпуск, даже мне бы в голову не пришло.
- Энрике Форрестер, – тем временем бесцветным голосом констатировал одноногий.
- Не исключено, - медленно кивнул я.
Сейчас, ещё буквально чуть-чуть, и зрение адаптируется к текущим условиям. А это означает, что я наконец-то смогу рассмотреть физиономию загадочного типа. Потому что мою он прекрасно видит. А это нечестно.
- Он же Олег Сергеевич Лесничий, он же Энрике, он же местре Урсу, - похлопывая по столешнице в такт собственным словам, перечислил мой собеседник. – Всё верно? Ничего не упустил?
- Возможно, - дёрнул я плечом. – А кто интересуется?
- Ну да, чего же это я?! – спохватился одноногий. – Позвольте представиться, господа. Меня зовут Ли Тегуай. Ну или можно называть сеньором Инкуртадо.
Фига се! А ведь реально китаец, если мне собственные глаза не врут! Или, как минимум, с доброй толикой азиатской крови! Ну дела-а-а-а…
Глава 2
Акватория Илья-ду-Аманьесер, 13.06.24 г. ООК, вечер
… надо признать, а ведь весьма занятный типус! И дело тут не только, вернее, не столько в увечье, сколько в совокупности признаков. Насчёт китайца я, честно говоря, немного погорячился – не настолько хорошо я в расовых особенностях азиатской части человечества разбираюсь, чтобы что-то утверждать наверняка. А он ещё и полукровка, судя по довольно правильным чертам лица и не самым раскосым глазам. Не двухметровый китаец-блондин, как в одном старинном фильме, и ладно. Ориентальные корни прослеживаются? Прослеживаются. Имя типично китайское? А как же! Я даже больше скажу: этот самый Ли Тегуай – один из легендарных Восьми бессмертных даосского пантеона. И, если верить мифам, примерно так он и выглядел – одноногий неряшливый старик с круглыми глазами и железной клюкой. Между прочим, по тем же верованиям – врач и учёный. Ну и да, совпадения имеются. Возраст подходящий, хоть по азиатам и трудно судить. Но нашему собеседнику точно за полтинник, если уже не ближе к шестидесяти. Ноги, опять же, нет. Про глаза я уже упоминал. Волосы длинные, не очень опрятные, собраны в седой хвост. А вот бороды нет вообще. Не считать же за неё три волосинки, торчащие из родинки на подбородке? Вот и я о том же. Что ещё? Ну, рот не щербатый. Не воняет ничем, хотя от подобного типа вполне можно ожидать «восхитительного» аромата жжёных тряпок или ещё чего-то в том же роде. Не гигант, но и не совсем мелкий – точнее судить сложно, мужик в кресле сидит. Ах, да! Железная клюка в наличии, потому что при некоем допущении можно за таковую посчитать титановую палку, прислонённую к креслу справа. Реально палку, как-то ещё её обозвать затруднительно: для трости слишком большая, а для шеста наоборот. У адептов айкидо для такого форм-фактора есть специальное название – «дзё», но он обычно деревянный, а металлический называется «бо» или «рёкусякубо», то есть шест длиной в шесть сяку. Примерно сто восемьдесят сантиметров на наши деньги, хе-хе. А «ханбо», соответственно, половина «бо», то бишь чуть меньше метра. И снова мимо кассы. А вот китайское название даже и не припомню. Впрочем, не суть. Я вообще к этой приблуде привязался лишь потому, что… показалось, в общем. Видно плохо, статики нет, вот и мерещится всякое. Вроде подозрительных переливов металла, каковые я неоднократно наблюдал на заготовках, мною же и подвергнутых воздействию «мускуса».
Ну и апофеоз – фляжка из сушёной бутылочной тыквы, вещица явно древняя и цены немалой, но активно используемая по прямому назначению. В этом сомнений никаких. Потому что прямо сейчас, пока я обдумываю, как реагировать на такие вот громкие заявления (шутка ли, объявить себя одним из Восьми бессмертных!), самозваный Ли Тегуай к этой самой фляжке без стеснения приложился. Правда, надо отдать ему должное, ограничился одним небольшим глотком, да и спиртным из открытого горлышка не потянуло. Просто какой-то лекарственный запах, я бы даже сказал, усреднённо-больничный. К такому и захочешь, а не прикопаешься. Опять же, судя по тому, насколько умиротворённым стало лицо Ли Тегуая, я бы рискнул предположить, что в ёмкости содержится что-то болеутоляющее. Или хотя бы снижающее чувствительность нервной системы.
- Прошу прощения, господа, - убрал Ли фляжку в стильную мужскую сумку из тиснёной кожи.
Очередная незначительная деталь? Она самая! Я такие сумки много раз видел ещё в бытность свою на Беатрис, в академических кругах. Но и на Роксане, а конкретно в Мэйнпорте, мне подобные неоднократно на глаза попадались – у менеджмента Корпорации среднего звена. Ещё не портфель, но уже и не барсетка. И по форм-фактору скорее командирская «планшетка» из времён Великой Отечественной, только не в пример качественнее. Хотя и у этой ремень длинный, чтобы через плечо носить. Потёрта, кстати, очень хорошо, то есть давненько уже в деле. Не будь кожа столь качественной, или будь она не телячьей или бычьей, а шкуркой молодого дермантина, сиречь экокожей, давно бы уже дырами сквозными красовалась. Видимо, артефакт из довольно далёкого прошлого Ли Тегуая. Как бы то ни было, фляжка в ней разместилась как родная, а ещё мне показалось, что из главного отделения торчит уголок планшетного компьютера. Большего, к сожалению, разглядеть не удалось – Ли хоть и не суетился, но и содержимое закромов на всеобщее обозрение выставлять не собирался. Просто обычное, я бы даже сказал, рутинное действие, выполняемое с завидным постоянством. Это я к тому, что пойло из фляжки тип хлебает на перманентном основании. То бишь конкретно на какой-то «химии» сидит. Ну или на гомеопатии, но в данном случае хрен редьки не слаще.
Одет, в отличие от клевретов, в карго-шорты с множеством карманов и аккуратную тропическую рубаху. Только пробкового шлема не хватает, да мощных ботинок. Каковые ему в полном комплекте без надобности, да и жарковато всё-таки на архипелаге. Потому у него на левой ноге сандалета для рафтинга. Такая, знаете, на липучках, под любой размер лапы.
Что ещё? Пальцы на руках тонкие и длинные, прямо-таки порхающие – наверняка тип много работает на клавиатуре. Кожа на открытых частях тела жёлтая и сухая. Мышцы для его возраста… пожалуй, дрябловатые. Не дружит мужик со спортом, ох, не дружит! Ну и… всё, пожалуй. Больше сказать нечего. Надеюсь, что только пока. Потому что нежданно-негаданно что-то такое шевельнулось в груди, да и в голове стрельнуло. Пожалуй, обитай во мне до сих пор Эшу Урсу, он бы однозначно возбудился, причём до такой степени, что не постеснялся бы высунуться наружу… точно! Ещё артефакт в кармане кожу кольнул. И мысль – ускользающая, неуловимая, но крайне назойливая и надоедливая, как гудящий в темноте комар. Короче, по всем раскладам беседа предстоит, во-первых, не простая, а во-вторых, содержательная. Лишнего бы только не сболтнуть… а то я себя знаю, мне только дай с кем-нибудь интересным языками зацепиться!
- Итак, господин Лесничий… - начал было наш гостеприимный хозяин, но я его довольно бесцеремонно перебил:
- Называйте меня Генри. Мне всё равно, я уже привык, а вам так проще.
И ведь ничуть не погрешил против истины, между прочим, поскольку на инглише самозваный Ли Тегуай говорил практически без акцента, а вот со славянскими именами и фамилиями дело обстояло не столь радужно. Честно признаться, ухо режет, так что пусть уж лучше я буду безликим Генри, чем безбожно перевранным «господином Лесничим».
- Хорошо, Генри, - с явным облегчением кивнул Ли. И, чуть подумав, поменял позу – придвинулся ближе к столу и навалился на него локтями, сцепив ладони в замок перед лицом. Типа, прикрылся. А вот взгляд остался тем же – колючим и пристальным. – Я рад, что вы так легко идёте на контакт. Думаю, мы с вами договоримся.
- Ой ли? – исключительно из чувства противоречия хмыкнул я, и демонстративно принял позу максимальной закрытости, то бишь закинул ногу на ногу и сложил руки на груди. Ну и добавил в голос изрядную толику скепсиса: – Интересно будет вас послушать, господин Ли.
- А вот в этом я ни секунды не сомневаюсь, Генри! – широко улыбнулся тот. – Впрочем… позвольте, я зайду чуть издалека?
- Валяйте! – смилостивился я.
Ну а чего? Лично мне от этого типуса вообще ничего не нужно, наоборот, век бы его не видать. Мы с Вовой и присными здесь как бы по делу. Важному, хе-хе. А нас, понимаешь, от него отвлекают из-за каких-то мелочей. А если не из-за мелочей, так пусть сначала докажут, что дело стоит больше выеденного яйца. И да, настрой у меня такой, что придётся Ли Тегуаю изрядно постараться. Напрячь извилины и призвать на помощь ораторское мастерство. Ну а поза моя всего лишь недвусмысленный сигнал, что первая попавшаяся чушь не прокатит, и лапши мне на уши навешать не получится. Как сказал бы Вова, С – стратегия!
- Вы ведь, Генри, сейчас наверняка задаётесь вопросом, а на чём, собственно, вы погорели, верно? – хитро покосился на меня Ли. Но, не дождавшись внятной реакции, таки закончил мысль: – Имя Дамиан Марахо Сантос вам о чём-нибудь говорит?
Чёрт! Значит, всё-таки на долбаном утопленнике прокололся! Впрочем, к чему-то подобному я уже был морально готов, а потому умудрился сохранить совершенно невозмутимую физиономию:
- Понятия не имею, о ком вы, уважаемый.