- -
- 100%
- +
– Да ну на фиг…
– А куда тебе деваться? – окончательно припёр я пленника к стенке, причём его же главным аргументом. – Не умеешь – научим. Не хочешь – заставим. Ну и, конечно же, простимулируем материально и физически.
– Всё-таки бить будешь?
– Не исключено, – кивнул я. – Но в основном деньгами. Работа сдельная, по индивидуальным заказам. А там, глядишь, и сам втянешься. Тогда – возможно! – возьму на зарплату.
– А оно мне надо?!
– Матери пожалуюсь.
– Чёрт… – сник пленник, и сразу же просиял: – Да ты же понятия не имеешь, кто она!
– Думаешь, сложно будет отыскать по приметам? – хмыкнул я. – Порто-Либеро всего лишь большая деревня, все всех знают. Так что не тешь себя пустыми иллюзиями. Я тебе предлагаю взаимовыгодное сотрудничество, причём абсолютно законное, о чём такая шпана, как ты, может только мечтать! А ты отказываешься! Как думаешь, что она на это скажет?
– Вот ты урод… моральный!
– Нет, всего лишь психолог-практик, – отверг я грязную инсинуацию. – А ещё на моей стороне грубая сила и компромат. Ну и какое же будет твоё положительное решение?
– Да иди ты!
– А ты упорный! Продолжай, мне нравится.
– Пендехо!
– Повторяешься, омбре, – потерял я интерес к забаве. – Ладно. Вот тебе ещё один бонус: как насчёт того, чтобы вот эту вот раскоряку усовершенствовать? Самому-то не надоело с этакой порнографией по ночам шариться? Перед людьми-то не стыдно?
– А что в ней не так? – проследив за моим взглядом до самого краскопульта, изумился Хавьер.
– Всё! – отрезал я. – Можно сделать и проще, и легче, и компактней. И пневму могу поставить не ручную, как у тебя, а нормальную, с мини-компрессором от батарейки. Да и распылитель, честно говоря, так себе. Видел, какие потёки на табличках? Вот то-то же!
– И ты станешь такой мелочью заниматься?! – не поверил своим ушам пленник. – Бесплатно?!
– А что, все остальные от ворот поворот дали? – догадался я.
– Сказали, баловство.
– И что это меняет? Баловство, зато полезное! – помотал я указательным пальцем перед носом у парня. – Ты, например, не задумывался, что этой вот фиговиной очень удобно подкрашивать всякое? Те же траки, да в труднодоступных местах? Или любое другое оборудование? Дома? Заборы? А?
– Для этого нормальные краскопульты есть.
– И много ты таким в стеснённых условиях наработаешь? – привёл я убийственный довод. – Вон, у меня тоже есть! И не кустарщина, а корпоративный! И чего? Знаешь, сколько я с ним мучился, пока трак до ума доводил?
– Да им разве объяснишь!
– А им и не надо, достаточно того, что я понимаю, – подбодрил я пленника. – Ну как, договорились? Будешь со мной работать?
– И ты даже не спросишь, зачем я тебе ворота… разрисовал?
– Да мне вообще пофиг, – отмахнулся я. – Кто-то заплатил, ты сделал. Дай угадаю: «лос пескадорес»? Можешь не говорить, по глазам вижу, что они. Первые подсуетились. А там, глядишь, и ещё кто-нибудь подкатил бы… так не проще ли на меня работать? У меня задач много. Реклама… и реклама. И ещё реклама. И покраска квадов.
– А ты, гринго, гляжу, оптимист! – вернул былую уверенность Хавьер. – Думаешь, тебе… позволят?
– Ещё как позволят, – заверил я. – Человек-то нужный, что уже неоднократно доказал. Да и напарник мой не промах. Так что сам прекрасно понимаешь, вся эта суета со шпаной, мордобоем и мелкими пакостями всего лишь до поры, до времени. Как с фракцией определюсь, так всё и закончится. Буквально как по мановению волшебной палочки. Наверняка тебе не впервой подобным заниматься, так ведь? В общем, не катит отмазка. Ну и потом, старый добрый шантаж никто не отменял! По рукам?
– По рукам, – угрюмо вздохнул парень.
И демонстративно покосился на собственные верхние конечности, грубо прикрученные к подлокотникам: мол, и рад бы, да обстоятельства не позволяют скрепить сделку крепким рукопожатием, как то заведено у серьёзных мужчин.
– Ладно, ладно, развяжу! – буркнул я.
Впрочем, приближаться вплотную к истомившемуся пленнику благоразумно не стал – кто знает, в каком он состоянии? Ладно, если руки-ноги затекли, и он ещё минут пять кровообращение восстанавливать будет. А если каким-то чудом уже? Так ногу отвяжешь, а он тебя ею же в благодарность и пнёт. Понятно, что кто-то более-менее сообразительный дождётся, когда хотя бы одну руку освободят, но данный конкретный экземпляр производил впечатление типа порывистого и весьма эмоционального, так что ну его на фиг. Лучше за универсальным щупом-пробником схожу, он длинный, и у него на конце складные бокорезы предусмотрены. Самое оно проволоку перекусывать. И не только проволоку, но и, скажем, перемычки между отливками или ещё что-то подобное. Говорю же, универсальный инструмент.
Кстати, насчёт состояния клиента я ни разу не угадал. Бить меня он даже и не попытался, а вот сбежать – очень даже. Только ничего у него не получилось. Первый-то бросок вышел на загляденье, а вот потом сказалось длительное пребывание без движения – ноги подломились, а потом и руки, когда Хавьер рухнул на колени и опёрся на верхние конечности. Ну хоть плашмя не ляпнулся, и оклемался довольно быстро, после чего «рванул» к двери с черепашьей скоростью, с трудом орудуя сведёнными судорогой конечностями. И всё это на фоне подозрительно знакомого завывающего звука, доносящегося с улицы. В свете последнего обстоятельства я за этим непотребством наблюдал со стороны, не особо торопясь пресекать – пусть себе, чем ближе к финалу облом, тем сильнее разочарование. А тут вообще классический случай: с каждым пройденным миллиметром беглец демонстрировал всё большую уверенность во владении телом, а до двери уже и вовсе на своих двоих добрался. Я даже было собрался перекрыть ему путь к бегству, но как раз в это мгновение вой двухтактника стих, и уже буквально через пару секунд кое-кто решил проблему за меня: стоило только беглому художнику взяться за дверную ручку, как этой самой дверью ему и прилетело прямо в лоб. Новый визитёр за последние несколько дней у меня в мастерской бывал неоднократно, так что осторожность счёл излишней роскошью и дверь открыл чуть ли ни пинком. Ну или как минимум от души толкнул. В результате эффект превзошёл все ожидания – паренёк отлетел назад, рухнул на пятую точку и с выражением неподдельного изумления на роже уставился на Инес, которая даже при её субтильном телосложении умудрилась занять почти весь проём.
– Энри-и-и-ике!.. – пропела девушка, и тут взгляд её упал на неудавшегося беглеца: – Ксавье?! Братец, а ты чего тут?!
Оп-па! Вот это новость! Хорошо, что уже стою, а то ведь мог и со стула навернуться от неожиданности. Как мало, оказывается, я про собственную девушку знаю! Хотя пора бы уже уяснить, что Инес Альварес полна сюрпризов. С другой стороны…
– Ну всё, пацан! – даже не пытаясь скрыть торжество, заржал я. – Теперь-то уж точно не отмажешься!
–//-
Там же, тогда же
– Не отмажешься?! – поймала меня на слове Инка. – И от чего же, хотелось бы узнать? Ксавье, гадёныш, во что ты опять умудрился вляпаться?!
– Не переживай, радость моя, всего лишь в неплохо оплачиваемую работу, – успокоил я девицу. – Пока сдельную, а со временем будет видно. Но… братец?..
– Всего лишь единокровный! – огрызнулся Хавьер-Ксавье. – Отец у нас общий, и только!
– Ну да, а мамасита, которая тебя вырастила, не в счёт! – подбоченилась Инес. – Я ей так и передам! Запомни!
– Да ладно, уже и пошутить нельзя! – пошёл на попятный парень. – И вообще, эрманита, это не твоё дело! Хожу, где хочу, делаю, что хочу!
– За соответствующую плату, – хмыкнул я. – Или ты тоже?! В смысле, приревновал, как Хулио?!
– Мы ж брат с сестрой! – прифигел Ксавье от такого моего предположения. – Ты как это себе вообще представляешь, омбре?!
Ну да, аргумент. Хулио-то троюродный, а Ксавье, по сути, родной. Наполовину.
– По-братски и приревновал, – пожал я плечами. – Типа, она теперь какому-то мутному гринго будет больше внимания уделять, чем семье! Ну как, угадал?
– Про мутного гринго прямо в точку, – сплюнул себе под ноги окончательно оклемавшийся паренёк. – Ну и заплатили неплохо, отрицать не стану.
– А кто, если не секрет? – снова влезла в разговор Инес. – Дядя Эстебан? В смысле, его люди?
– Ну, чисто технически, если считать Хулио его человеком… – замялся Ксавье, – то, получается, дядя Эстебан.
– Вот дать бы тебе в лоб! – решительно замахнулась моя подружка. – Сколько раз говорила не связываться с этой шпаной! К демонам таких дружков!
– Эй-эй-эй! – прикрылся парень от фурии руками, и только сейчас обнаружил роскошнейшую ссадину на лбу. – Да блин! И что я теперь скажу мамасите?!
– Правду, эрмано, святую истинную правду! – злорадно пропела Инес. – Что это я тебе в лоб дверью засветила!
– Чтобы она подумала, что я за тобой подглядывал?!
– А что, рыльце-то в пушку?!
– Мне тогда двенадцать было!!!
– А разве это что-то меняет?!
– Инес!
– Ксавье!
– Брэк! – стремительным рывком вклинился я между не на шутку распалившимися родственниками. – Ну-ка, остыли, оба! Это что за балаган?!
– Не обращай внимания, Энрике, это у нас обычное дело, – чуть сбавила обороты Инес. – Правда ведь, братишка?
– Правда, сестрёнка, – сквозь зубы выдохнул тот и переключился на меня: – Чувак… э-э-э… Энрике, верно?
– Можешь и так звать, – великодушно разрешил я. – Но лучше, конечно, Генри. Или вообще Олег.
– Не, от последнего язык сломаешь, – сразу же отпёрся Ксавье. – Я это о чём? Типа, пойду? Мы ведь вроде бы уже обо всём договорились?
– Типа, иди, – кивнул я. – Только к вечеру возвращайся, буду тебя озадачивать более конкретно.
– А почему не сейчас, Эн… в смысле, Генри?
– А сейчас мне, мон шер ами Ксавье, типа некогда. Есть поважнее дела, – с намёком покосился я на Инес.
Паренёк, как видно, понял мои слова по-своему, потому что рожа у него порядочно перекосилась, а в глазах мелькнуло что-то вроде… ну да, братской ревности! Той самой, когда младшие братья по какой-то причине считают, что должны оберегать сестру от ухажёров. Потому что если не они, то кто? Отца-то, как я понял, нет…
– Не в том смысле! – рыкнул я, а Инес очаровательно покраснела. – Вон, видишь, квад стоит?
– Ну да, – проследил за моим взглядом Ксавье.
– Это её, – пояснил я. – Второй. И его тоже надо довести до ума. Сначала я им займусь, а потом и тебе руки приложить придётся.
– Чего?! – возмутилась Инка. – Ещё только этого не хватало!
– Успокойся, радость моя! – угомонил я зазнобу. И, что самое странное, подействовало. – Короче, парень! Сейчас дуй домой, успокаивай ста… – отставить! – мамаситу, только синяки не показывай, а то ещё подумает всякое!
– Да понял я уже!
– Не перебивай! В общем, приводи себя в божеский вид, отсыпайся, а часикам так к семи я тебя жду. Будем техзадание формулировать. Ну и заодно проверим тебя на вшивость: не явишься, заказ уплывёт к кому-нибудь другому. Инка, вон, наверняка подходящих людей знает.
– Ладно!
– Что ладно?!
– Приду! – уже от двери буркнул Ксавье, и от души приложил створкой по косяку.
– Придёшь, куда ж ты денешься! – хмыкнул я, наткнувшись взглядом на трофейный краскопульт. – Не столько за деньгами, сколько за инструментом. Усовершенствованным.
– Вот это сейчас не поняла! – снова упёрла руки в бока Инес. – А как же очередь?! А как же «Эль Бизонте»?!
– Не переживай, радость моя, у меня безотрывное производство. А ещё безотходное. Зигги, подтверди!
– Мля-а-а-а!
– Вот видишь!
– Хорошо, убедили! – сдалась моя подружка. Но сразу же снова встрепенулась: – Эй, а что этот типус для тебя должен сделать?
– Да так, мелочь! – отмахнулся я.
– Ну Энри-и-и-ике! – проныла Инка. – Ну пожа-а-а-алуйста! Интересно же!
– Помнишь, я тебе вчера про рекламную наклейку говорил?
– Ну!
– Вот Ксавье её и нарисует.
– Чего?! – не поверила своим ушам Инес. – А ты уверен, Энрике? У него же руки из задницы растут, кроме своей мазни да паркура ничего видеть не желает! Знаешь, как с ним мамасита намучилась, когда его в семью взяла?!
– Даже не представляю, – совершенно честно ответил я. – Но в Ксавье верю. Вывеску он мне испоганил довольно талантливо, так что с рекламой тоже должен справиться.
– Так это он?! – дошло, наконец, до Инки. – Что ж ты сразу не сказал?! Я бы ему ещё отвесила, для профилактики!
– Да ему и без того досталось, – попридержал я подружку. – Почитай, полночи просидел к стулу привязанный. Ты, радость моя, постарайся с ним помягче. Кстати, хочешь прикол?
– Ну давай, удиви меня!
– Вот, смотри, – вывел я на экран смарта первую фотку, ту, где табличка про овцу. – Ну как?
– Гениально! – восторженно выдохнула Инес. – Мне скинешь?
– Чтобы ты братца шантажировала? Не-а.
– Почему? – надулась девушка.
– Потому что я сам его шантажирую. А двое это уже слишком, не находишь?
– Не-а.
– Всё равно не скину.
– Ну тогда хотя бы остальные покажи, – выдвинула встречное предложение Инка. – А я тебе потом тоже кое-что интересное…
– Покажешь?
– Не-а, лучше! – заверила подружка. – Расскажу.
– Вряд ли это лучше, – сделал я вид, что задумался. И перелистнул следующее фото: – Ладно, смотри!
– Лихо ты его, – в итоге признала Инес. – Даже если бы он не оказался моим братом, к стенке припёр бы капитально. Но теперь в этом нет нужды, ведь правда, милый?
– Правда, правда, – не стал я спорить. – Да и это чисто на всякий случай, так, страховка. Мне ведь не надо, чтобы он работал на отъе… – отставить! – спустя рукава. Мне надо, чтобы он работал не за страх, а за совесть. Так что будем привязывать самыми надёжными путами – финансовыми. Он матери-то хоть помогает?
– Пытается, – фыркнула моя подружка.
– Поня-а-а-атно! Ну а теперь сможет.
– Дай-то бог!
– Кстати, Ин… извини, что спрашиваю… но тут столько интересных подробностей выясняется…
– Да давай уже! – подбодрила меня зазноба.
– А как так вышло, что Ксавье твоя мать растила? Если он тебе единокровный, да ещё, насколько я понял, младший брат, то это получается, что сначала твой отец жил с твоей матерью, а потом… ну, ты поняла?
– Ну да, свинтил он, – как ни в чём не бывало кивнула Инка. – К тётушке Марии.
– Фига се! – восхитился я. – Так это у твоей матушки мужика собственная сестра увела?!
– Бывает, – философски дёрнула плечом Инес.
– Вот это у вас страсти! Воистину латинские! Но это не объясняет, как Ксавье попал на воспитание к твоей матери.
– Осиротел он, – с ноткой печали пояснила зазноба. – Отец с тёткой, они на промысел ходили в море. Ну и однажды… не вернулись. Бывает такое. А Ксавье уже лет пять было, то есть сознательный возраст. Вот и пришлось мамасите, как ближайшей родственнице. Да и не чужой он ей, а, получается, родной племянник. Ну а мне двоюродный брат и одновременно единокровный. Знаю, звучит стрёмно, но как есть.
– Н-да… ладно, давай лучше о чём-нибудь приятном.
– Давай, – легко согласилась Инка.
– Ты там что-то интересное собиралась рассказать, – напомнил я.
– А, ты об этом! Тогда о приятном не получится, милый.
– Да и пофиг! Давай уже, жги.
– В общем, мой дядя Себастьян, ну, который компрессоры для кондиционеров делает…
– Да-да, помню, ты рассказывала.
– Не перебивай! Так вот, он посмотрел моего «Эль Торо» и сказал, что тоже может делать двухтактные двигатели внутреннего сгорания. Дескать, они от поршневых компрессоров недалеко ушли.
– Действительно? – заломил я бровь. – А как он это понял, позволь спросить? Или ты ему позволила… разобрать квад?!
– Прикалываешься, что ли?! – возмутилась Инес. – Ещё чего не хватало!
– Ну а как тогда?
– Да у него есть такая специальная штука, которая насквозь просвечивает. Я в подробности не вдавалась, знаю только, что больших денег стоила.
– Сканер?
– Вот-вот, он самый, – подтвердила зазноба. – А что? Нельзя было?
– Почему?
– А в чём тогда проблема, милый?
– Да ни в чём, – хмыкнул я. – И так-то он прав. С другой стороны, а что тут неприятного? Ну, собрался движки клепать. Так флаг в руки!
– А как же конкуренция?! – фыркнула Инка.
– Да пофиг! – отмахнулся я. – Если здоровая, то это даже хорошо. Но, если честно, то что-то я сомневаюсь, что он сможет со мной по качеству сравниться.
– Тут я не эксперт, так что спорить не буду, милый.
– И правильно! Не спорь со мной, женщина! А то, что сеньор Себастьян задумал со мной конкурировать, это даже к лучшему. Во-первых, снимет с меня часть нагрузки, во-вторых, мы с ним сыграем на контрасте. Кому нужно будет качество и надёжность, те пойдут ко мне. Ну а кому сойдёт подешевле, добро пожаловать к твоему дяде. Я даже буду так любезен, что подскажу уважаемому коллеге, в каком направлении двигаться.
– Хм… ты только ему самому об этом не говори, обидится. В смысле, про «сойдёт подешевле», – предупредила Инка.
– Хорошо, не буду… так где, говоришь, его мастерская? Мы же вроде к нему заезжали? – смутно припомнил я.
– А тебе зачем, Энрике? – с подозрением уставилась на меня Инес. – Бить его не вздумай! Он уважаемый человек, а ты тут без году неделя! Не додумайся одного из старейшин «лос макинистас» против себя настроить!
– И в мыслях не было, радость моя! – заверил я зазнобу. – Просто хочу поболтать о том, о сём… посоветовать кое-что.
– В плане?!
– Если у него серьёзное производство, привлеку его в качестве поставщика, – пояснил я. – Раз он компрессоры клепает в товарных количествах, то сможет и для меня блоки цилиндров лить.
– А тебе зачем?
– Как зачем? Чтобы силы и время не тратить – раз. И чтобы сырьё экономить – два. У него ведь наверняка уже поставки налажены, а мне ещё на нужных людей выходить…
– А, вон ты в каком смысле! – успокоилась Инес. – Толково! Пожалуй, я тебе даже помогу с контактами. Ну и с дядей Себастьяном поближе сведу, так уж и быть!
– Спасибо, радость моя! Дай-ка я тебя поцелую!
– На. И это, не увлекайся, милый!
– И в мыслях не было, пока ты не сказала.
– А я тебе сейчас ещё кое-что скажу, милый. Ты только не обижайся.
– В смысле?! – настала моя очередь возмущаться.
– Да я тут подумала… в общем, есть предложения по усовершенствованию квада. Готов выслушать?
– Не забывайся, женщина! – шутливо погрозил я Инке пальцем. И сразу же чуток сбавил тон: – Если только выслушать. Но ты потом тоже не обижайся, потому что я тебе одну умную вещь скажу. Или даже не одну.
– О-о-о! – восхищённо протянула девушка. – Челлендж! Обожаю! Ну, давай попробуем. Тебе как, на пальцах, или сразу на кваде показывать?
– Пошли, покажешь.
Что характерно, насчёт «потом не обижайся» я как в воду глядел – следующие полчаса, а то и все минут сорок прошли в жарких дебатах, причём я свою линию выстроил на сугубо научных основаниях, а Инес на эмоциях. Я имею в виду, эмоциях драйвера, а не сварливой девицы. На каждое моё «нерационально» или даже «неэффективно» следовал аргумент «зато в кайф». И тут крыть мне было попросту нечем. Однако же от доброй половины рационализаторских предложений (в основном тех, что подразумевали глубокое вмешательство в конструкцию) я отбился, а на остальные согласился сознательно, как на меньшее из бед. Ну и затрат практически никаких, а это ключевое условие. По крайней мере, ближайший месяц, пока мы с Вовой окончательно не укоренимся в Порто-Либеро.
Надо, кстати, отдать Инес должное: мою шитую белыми нитками хитрость она достаточно быстро раскусила и усилила нажим. И уже очень скоро мне было впору затягивать песню «Держаться нету больше сил», но, как это обычно и бывает, на помощь (пусть и не специально) пришли друзья-приятели. А конкретно Серхио-Серёга, который, на моё счастье, не утерпел до назначенного срока и заявился с утра пораньше. И не просто заявился, а деликатно сунулся в незапертую дверь и не менее деликатно позвал:
– Хозяева-а-а-а!.. Есть кто дома?!
И терпеливо повторил зов ещё до трёх раз, прежде чем я обратил внимание на появление нового действующего лица:
– Ин? Слышишь? Зовёт кто-то!
– А, это Серхио! – отмахнулась зазноба. – Ты от темы-то не уходи, милый! Говори, как на духу: сделаешь?!
– Ин, давай потом! – взмолился я. – Серёга наверняка за заказом припёрся, так что потерпи до вечера, радость моя!
– Ладно! – проявила обычно для неё не свойственное благоразумие Инес. – Но потом ты от меня так легко не отделаешься. Серхио, мы здесь!
– Да не надо уже, я их впустил, – сообщил Вова, аккурат в этот момент возникший в главном боксе. Прямо как чёртик из табакерки, право слово! – Профессор, ты давай-ка завязывай с такой беспечностью. Заходи, кто хочешь, бери, что хочешь… хоть бы дверку запирал, что ли!
– От кого? – хмыкнул я. – От будущих клиентов?
– И от нас в том числе, – солидно поддержал Вову Серёга. Заявившийся, кстати, в компании ещё парочки охотников, которых и представил незамедлительно: – Знакомьтесь, парни: это Ганс, а это Марио. Влад, Генри…
– Короче, мы втроём будем новинку осваивать, – пояснил Серхио, когда завершился обмен приветственными рукопожатиями. – Так что не подведите, парни, покажите класс!
– Да я-то тут при чём?! – незамедлительно открестился Вова от столь сомнительной чести. – Я всего лишь менеджер! Все претензии к Профессору, буде таковые возникнут!
– Яволь, мейн херрен, – ухмыльнулся уголками губ неестественно серьёзный Ганс.
Кстати, ярко выраженный тевтон. Я бы даже сказал, сумрачный тевтонский гений. И весьма впечатляющих габаритов, затмевающих и Серёгу, и итальянца Марио, которого, не будь явного указания на национальность, я бы не отличил от типичного латиноса. Хотя нет, если приглядеться, разница налицо – нос с горбинкой, римский профиль, смуглая кожа, порывистость в движениях… в общем, занятные типажи. Один только сутулый дылда Ганс чего стоит!
– Так где же наш заказ, дружище Олег? – продолжил наседать на меня Серёга. – Готов ли? Волнуюсь, знаешь ли!
– Готов, готов, – успокаивающе буркнул я и сунулся в пулемётное гнездо трака. – Вот, держи!
Первый экземпляр Серёга, против ожидания, себе не оставил, переправил угрюмоватому Гансу, в ручищах которого «шестнадцатый» показался детской игрушкой. Второй же ушёл Марио. И только третий достался самому Серхио.
– Ну что, на стрельбище? – расплылся охотник в сладострастной улыбке.
– Прямо сейчас? – удивился я.
– А что? – дёрнул плечом Серёга. – Быстрее выедем, быстрее испытаем! Мы, кстати, на колёсах. Хочешь с нами?
– Вов? – перевёл я стрелки на напарника.
– Почему нет? – хмыкнул тот. – Заодно с нашим сравним. Интересно же!
– Типа, плавает ли качество? – подал голос Марио.
– Нет, типа, кто лучше стреляет, – любезно пояснил Вова. – И какой патрон круче – русский или буржуинский. Или слабо?
– А вот этого не надо! – покачал головой Серёга. – Нас на слабо не возьмёшь, вышли уже из этого возраста! Но от честного соревнования бегать не привыкли. Так что погнали!
– Проф? – вернул мне любезность Вова.
– Да не вопрос, сейчас трак выгоню, – смирился я с неизбежным. – Радость моя, ты с нами? Только сразу говорю, не на кваде!
– А на чём? – озадачилась Инес.
– Со мной, в кабине.
– А… Влад?
– А Влад, лапочка, поедет на своём законном месте, – с гордостью пояснил Вова, – то бишь в пулемётном гнезде!
– А-а-а… ну раз Влад-лапочка в гнезде, – с улыбкой протянула Инес, – то я согласна.
– Ну тогда грузимся, – подвёл я итог переговорам и поплёлся к воротам – к сожалению, пока что подъёмный механизм у них с ручным приводом, самый элементарный цепной. Но со временем я этот недостаток, конечно же, устраню. – Парни, а вы пока тут не толпитесь, подождите на улице.
– Да не вопрос! – ответил за всех охотников сразу Серёга. И чуть повысил голос: – Кстати, Инес, а ты не знаешь, что с твоим братцем приключилось? Встретили его тут по дороге, весь такой в себе, ничего не видит, никого не слышит…
– Это такой тёмненький, накачанный? – уточнил я вместо зазнобы.
– Ну да…
– И в краске весь?
– Точно-точно.
– Не-а, понятия не имеем! – ухмыльнулся я.
– А, ну ладно тогда, – ответил такой же широкой ухмылкой Серхио, покосившись на забытый этим самым Ксавье краскопульт, который я так и не удосужился убрать с глаз долой. – Потом у него самого спрошу, если не забуду.
– Если забудешь, я напомню, – посулился Вова. – Всё, Серый, пойдём, не будем мешать Профессору. Кстати, а вы патронов запасли?
– А что, их в комплекте разве нету?..
– Насчёт расходников разговора не было, Серый.
– Да это понятно! Но предупреждать же надо!
– Об очевидном?
– Кому как!..
– Кажется, они нашли друг друга, – шепнула мне на ухо Инес, когда оба переговорщика в компании парочки молчаливых охотников таки вымелись из бокса, оставив нас с подружкой в одиночестве. – Влад и Серхио! Ну кто бы мог подумать?! Даже интересно, кто кого разведёт.