Оружейники

Глава 2

Колония Пандора, борт исследовательского рейдера «Молния», 6 сентября 2135 года

– Эй, Дэнни-бой, проснись и пой!

– А?.. – Я вскинулся было спросонок, но, узрев довольную рожу Мака, снова уткнулся в подушку.

Идет он лесом! Я полночи не спал, выполняя задание дорогого господина финансового директора. Ему-то что, он в Локвуде с позавчерашнего дня зависает, а я, значит, отдувайся. Впрочем, я к нему немного несправедлив – получается, что пока только мистер Слоун действительно занят делом. Мне, скажем прямо, к роли «принеси – подай» не привыкать. Последние две недели только этим и промышлял – капитан Иванов решил, что раз я стажер, то и шуршать мне положено по полной. А потому на время перелета понизил в должности до мальчика на побегушках, аргументировав свой поступок тем, что я, видите ли, должен «вливаться». Куда или во что он, разумеется, не пояснил. Вот я и «вливался». И если с профом Куатье и его клонами-помощничками, равно как и с мадам Старковой (как я тут недавно выяснил, подпольная кличка – Мисс Лёд), особых проблем не возникло, то с обитателями мастерской не все так гладко. Ладно, со Свеном я вроде бы общий язык нашел, на почве укрощения навороченного пресс-штамповщика. Но вот его дочурка… Она, кстати, меня и подбила на авантюру… Но об этом как-нибудь потом, сейчас я слишком сонный.

– Дэн, выползай давай, – не пожелал угомониться Гленн. – Нам на выход через час.

– Чего?!

– Грегори рвет и мечет, старина Энди уже на чемоданах, только мы с тобой тормозим.

– А я-то тут при чем?! – Я в сердцах откинул одеяло и сел на лежанке, свесив ноги. – Мак, тебе приспичило? Я в три ночи лег…

– Ну тут уж ты сам себе Злобный Пиноккио, – ухмыльнулся Макдугал. – Подъем, через час вылет. Или ты хочешь отказаться от полевого выхода?

Я обалдело помотал головой, прогоняя сонную одурь, и уставился на Мака:

– И когда же это решилось?

– Полчаса назад, когда Грег капитану отзвонился. Да ты не переживай, мы быстро. Если все пойдет путем, к вечеру вернемся.

– А как же по девочкам?

– Обломайся, мы не в Локвуд.

Да? Занятно. И досадно – какая-никакая, а столица. То бишь по определению достаточно приятное место с магазинами, кафешками и прочими ништяками.

– А куда?

– В провинцию, мой мажористый друг, в провинцию. Я бы даже сказал, в глубинку. К земле и плугу. Впрочем, – подмигнул Мак, – фермерские дочки бывают оч-чень даже ничего. Во всех смыслах.

Ага. Кровь с молоком, типа Астрид. Сплю и вижу.

– Короче, у нас на сегодня предельно простая задача – побывать на местах проявлений аномалии и опросить свидетелей, – подвел итог Гленн. – Рутина, потому кэп и тебя приказал взять. Или ты отказываешься?

– Не-эт! – от души зевнул я и соскочил с лежанки. – Форма одежды? Снаряжение?

– Летим в деревню. Сам думай. Из снаряги инфор возьми, связь держать будем. Сотовые там только местные работают, но нам симки покупать некогда.

– Оружие?

– Тебе не положено. А я Милашку взял.

Я вновь окинул напарника заинтересованным взглядом, но демаскирующих признаков не обнаружил – затрапезная джинсовка с капюшоном, накинутая поверх клетчатой рубахи, нигде не оттопыривалась. Стало быть, за пояс ствол сунул. Рубашка-то навыпуск, как это среди лесорубов принято. Кстати, очень даже ничего – «лесоруб-стайл» Маку шел. Встреть я его в подобном облачении в деревенском кабаке, даже на секунду бы не усомнился, что он местный. Джинсы потертые, ботинки в меру замызганные, даже небритость минимум двухдневная – все по классике.

Одевайся так одевайся. На прошлой стоянке, когда мы торчали на станции Троя-7 в одноименной Колонии, мне пару раз удалось вырваться на самостоятельные прогулки, временно избавившись от опеки мистера Слоуна, и я таки умудрился прошвырнуться по дешевым супермаркетам. По рекомендации Мака. Он мне однажды, через несколько дней после моего появления на «Молнии», целый блиц-курс устроил на предмет экипировки мастера-рейнджера. Как сейчас вижу – развалился вальяжно на лежаке, мечтательно прищурился и вопросил:

– Ну что, салага? Будем учиться?

Я пожал плечами – а куда деваться?

– Уроки дядюшки Мака. Откровение первое: не выделяйся из толпы!

Угу. Открытие вселенского масштаба.

– Рассмотрим простейшую ситуацию: мы прибыли на место проведения операции. С клиентом все обговорено, руководство умыло руки, пришел наш черед действовать. Вот прямо сейчас нужно высаживаться на шарик. Ты что наденешь?

– Э-э-э… залезу в Ноосферу и поищу информацию по быту и нравам местных жителей. И уже потом буду принимать решение.

– Ответ академически правильный, – кивнул Гленн, – однако с практической точки зрения в корне неверный. Знаешь два основных признака присутствия человека на планете?

– Эмм…

– Не угадал. На самом деле это тараканы и джинсы.

Видимо, что-то такое на моей физиономии отразилось, как ни силился я сохранить спокойствие, и Мак, одарив меня сочувствующим взглядом, развил мысль:

– Джинса, как и тараканы, неистребима. Да не икнется на том свете Леви Страуссу. Поверь моему обширному опыту, более универсальной одежки, нежели банальные джинсы, не найти. Разве что на самых диких планетах в шкуры одеваются. Или в домотканщину. Но, как правило, тамошним обитателям наши услуги не по карману. Поэтому не ошибешься в девяноста случаях из ста, если влезешь в свои любимые потертые джинсы и старые ботинки. Считай, что это дресс-код на все случаи жизни. Такой прикид не вызывает удивления нигде – ни в тропиках, ни в какой-нибудь Новой Гренландии, где дубак и снег девять месяцев в году. У тебя джинсы есть?

– Есть.

– Покажи. Да не жмись, не отберу. И вообще, это для работы.

Пришлось лезть в шкаф. К тому же Мак попал в точку с сентенцией насчет «любимых потертых» – именно такие у меня и были. В меру заношенные, со слегка размахрившимися штанинами, давно утратившие былой лоск.

– О, самое то! Можешь, когда хочешь! – снизошел до скупой похвалы наставник. – Таких штанов в Колониальном союзе миллиарды, не побоюсь этого слова. В них ты невидимка. Такой же, как все. А непохожесть первый повод для подозрений. Никому не интересно, какие тараканы у тебя в башке, но если ты вызывающе выглядишь, то о-очень себе жизнь усложняешь. С тобой просто никто не захочет общаться. А могут и прибить где-нибудь в подворотне. Потому что непонятное подозрительно, а подозрительное, как правило, опасно. Прослеживаешь логическую цепочку?

Я кивнул.

– Тогда вот тебе домашнее задание: при первой же возможности наведайся в магазин. Джинсы, футболки поскромнее, ботинки позатрапезней и какая-нибудь неброская куртейка – необходимый минимум. Нынешний твой гардеробчик за сто шагов выдает в тебе мажора. А с такими простой люд разговаривать не любит. Так что запиши главный принцип: полевой агент не должен выделяться из толпы. И накрепко его зазубри.

Памятуя об этом разговоре, я и обзавелся предметами первой необходимости, которые как раз сейчас и пригодились. Влез в любимые заношенные джинсы, натянул футболку потемнее – кто знает, в какие… хм, дыры придется забираться, обулся – тут решил проявить принципиальность и предпочел уже проверенные пижонские «туристы», те самые, в которых на корабль впервые заявился, – и выжидательно уставился на Мака.

– Там прохладно, – хмыкнул тот, сокрушенно покачав головой.

Я молча полез в шкаф за курткой – среди прочего и имитацию пилотского реглана неброского серого цвета прикупил.

– Пойдет?

– Нормально. Инфор не забудь.

– Еще что-то?

– На твое усмотрение.

Ну, раз на мое усмотрение… Папенька с раннего детства меня учил, что настоящий мужчина не выходит из дома как минимум без двух вещей: ножа и спичек. На худой конец, зажигалки. И, как я впоследствии неоднократно убедился, был прав. Так что компактный мультитул «десять в одном» в один карман, неубиваемую «Зиппо» производства Колонии Рехау в другой, ну и КПК во внутренний карман куртки – чтобы был. Очень уж инфор – банальный браслет, из тех самых, со встроенным пикопроектором – малофункционален.

– Эй, Бадди, иди сюда, чувачок! – позвал Гленн, едва мы оказались в коридоре.

– Мак! Он что, с нами?! – не на шутку удивился я, узрев радостно ринувшегося нам навстречу пса.

Тот от избытка чувств повизгивал и, за неимением нормального хвоста, мотал на ходу куцым задом, обильно умащивая слюнями палубу под лапами.

– Ф-фу, отвали! – Я проворно спрятался за Мака, уступив тому сомнительное удовольствие общения со слюнтяем, но ритуала братания все равно не избежал – пришлось-таки потрепать бульдога по холке.

Можно сказать, легко отделался. Впрочем, перчатки без пальцев я снимал только за едой да во сне, так что в любом случае ничего страшного бы не стряслось.

– Да ладно тебе, Дэнни-бой, – вступился за приятеля Гленн. – Бадди хороший, Бадди умный. Бадди больше не будет пускать слюни…

Пес от такого обращения сомлел и развалился на полу, выпятив брюхо и сморщив страшную морду в потешной ухмылке.

– Все, все, погнали! – закруглился наконец мой собаколюбивый напарник и неторопливо зашагал по коридору.

Я двинул следом, для порядка оглянувшись. Пес немного повалялся в прежней позе, но, убедившись, что больше ничего не обломится, ловко извернулся и посеменил за нами. Даже несмотря на короткие лапы, обогнал, благо заблудиться было проблематично – коридор вел прямо к лифту.

Через три с половиной минуты неспешного «дрейфа» (капсула перемещалась в активной массе корпуса корабля, в которой в режиме реального времени протаивал тоннель) мы оказались в стартовом модуле малых пилотируемых аппаратов, от стандартных ангаров отличавшемся лишь сферической формой. В остальном же сплошная банальность: череда аппарелей с арками магнитных захватов, занятых разнообразной летающей техникой – от сверхлегкого двухместного глайдера до солидного орбитального тягача с хороший лимузин размером. Но нас интересовал конкретный образец – средний катер класса «борт – атмосфера», представленный в экспозиции лишь одним экземпляром. Обнаружили мы его сразу по выходу из лифта по стопроцентной примете – возле машины торчала сухопарая фигура пилота Чана. Славившийся немногословностью и азиатской невозмутимостью Энди при нашем появлении недовольства не выказал, лишь мотнул головой в сторону гостеприимно распахнутого люка пассажирского салона и нырнул в пилотскую кабину.

Мы забрались внутрь, не забыв пропустить вперед Бадди, и с удобством разместились в анатомических креслах. Пес, что характерно, проявил инициативу и тоже оккупировал одно из свободных мест, оставив без внимания сработавшую систему фиксации. Компьютер с нестандартной задачей справился блестяще, принайтовив негабаритного пассажира к сиденью парой ремней, но удивило меня вовсе не это, а реакция самого пса. Судя по всему, подобную процедуру он переживал далеко не впервые.

– Хорошая собачка! – не преминул похвалить соратника развалившийся в соседнем кресле Мак. И для полноты картины потрепал бульдога по холке, что, с учетом длины конечностей моего напарника, большого труда не составило. – Кстати, Дэнни-бой, давно хотел тебя спросить… а ты на фига все время в перчатках? Я бы еще понял, если бы они целые были…

На фига, на фига… Тренер дядя Коля посоветовал. Костяшки у меня слабые, вмиг стесываются, вот и вся отгадка. Но ведь не скажешь же напрямик? Еще приставать начнет, в спортзал затащит. А это, между прочим, самый простой путь запалиться. Посему я обошелся, так сказать, официальной версией:

– Привычка, еще с универа. Я все пять лет в студенческом научном обществе ударно трудился, где и убедился в справедливости первого закона работы в лаборатории.

– Ну-ка, ну-ка…

– Горячая колба выглядит точно так же, как и холодная.

Юмор до Гленна дошел далеко не сразу, но потом он все же хохотнул понимающе и на этом посчитал тему закрытой. Не обратив, как и многие до него, внимания на логическую нестыковку: в случае с горячей колбой перчатки без пальцев что есть, что нет – одинаково.

– Мак, а мы куда вообще? – поинтересовался я, переждав не самые приятные первые мгновения после старта – удар ускорения получился чувствительным, виной чему размеры нашей скорлупки, исключавшие установку нормального гравикомпенсатора.

– Грег дал наводку на пару мест, – пояснил напарник. – Побывать нужно в обоих, но очередность он велел самим устанавливать. Я решил начать с Вилсонс-Хоуп. Кстати, лови карту.

Вот с этого и надо было начинать! Я торопливо извлек на свет божий КПК и ткнул в мигающую иконку беспроводной связи. Через мгновение понятливый девайс развернул на весь экран кусок спутниковой карты, на котором я поначалу сумел рассмотреть только обширнейшие руины – все, что осталось от крупного города аборигенов Брахни. Потом в пару касаний прокрутил изображение и вывел на середину дисплея нечто более удобоваримое: кучку легко узнаваемых модулей, типовых, но уже успевших обзавестись индивидуальными чертами – где палисадом, где лужайкой, а один домик и вовсе притулился с краю затейливо изрезанной территории, в которой я с изумлением опознал поле для гольфа.

– Ни фига себе!

– А ты как думал! – хмыкнул Мак, правильно поняв причину моего удивления. – Это у местного мэра такая фазенда.

– Ворует?

– Вряд ли. Если только у самого себя – ему вся округа принадлежит, включая аборигенские развалины. А это настоящая золотая жила.

– Неплохо устроился.

– А то! Но не суть. Короче, здесь за последние недели участились аномальные явления. Наша задача – осмотреть проявления и опросить свидетелей.

– Поня-а-атно… А второе место?

– Парой сотен миль южнее, такой же городок, Саутспринг. Только там все перепахано аномалиями; народ, те, кто выжил, в бега ударился. Так что ловить там нечего.

– А зачем Грег нас туда посылает?

– Без понятия. Но я надеюсь, что после Вилсонс-Хоупа тащиться в эту глушь не придется.

На том разговор и заглох. Зато нахлынули воспоминания о событиях не столь давних – как раз тех, что и привели нас на Пандору, бывшее владение Предтеч Брахни, а я еще и бороды лишился в результате.

–//-

Территория корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп», Колония Троя, орбитальная станция «Троя-7», семь дней назад

Новый день, как я и надеялся, начался с сюрприза – в девятом часу утра по корабельному времени позвонил Грег и поставил в известность, что сегодня он отправляется по делам на станцию, к которой, оказывается, мы ночью пристыковались, а я его буду сопровождать, все в той же роли мальчика на побегушках. А так как посетить мистер Слоун планировал приличные места, то форма одежды должна статусу оных соответствовать. Не сообразив спросонок, я на вопрос о наличии «приличного костюма» ответил утвердительно, собираясь огласить весь список, но Грег сразу же отключился. Зато потом, когда я явился в слегка облагороженном туристическом прикиде, устроил мне разнос. Он, оказывается, и впрямь имел в виду костюм. То есть туфли, брюки и пиджак. Правда, выказал неудовольствие он предельно кратко:

– Стыдно, молодой человек. Придется из-за вас нарушать график.

– Эмм… Мистер Слоун?

– Да, Денис?

Надо отдать нашему финансовому директору должное, имя мое он старался не коверкать – видимо, из принципа. И, что характерно, у него это получалось. Думается, по той причине, что он вообще русским неплохо владел. Равно как и французским с немецким. По-китайски и по-японски он тоже изъяснялся, хоть и не так свободно. Уникальный человек, короче. Папенька таких ценил, и мне наказывал.

– Я должен купить костюм?

– Непременно. В нашем деле имидж далеко не на последнем месте. Как у вас, русских, говорится – встречают по одежке?

– Есть такое. А какие-то дополнительные требования будут? Я имею в виду фасон. Да и цвет.

– На месте разберемся. Или вы, молодой человек, думаете, что я этот вопрос на самотек пущу? Тогда вы явно не годитесь на роль моего помощника.

Вот так, коротко и ясно. Что ж, не будем возражать. Тем более что прибарахлиться не мешает. Грег далеко не первый, кто претензии к моему гардеробу высказал.

– Пойдемте, Денис, – напомнил о себе мистер Слоун. – Если поторопимся, успеем заглянуть к одному моему старому знакомому. Пора вам обзаводиться связями.

Хм… а вот это уже интересно! Папенька особенно предупреждал о пользе блата. И, если вспомнить кое-какие факты его биографии, можно убедиться, что он не так уж и не прав. Особенно если абстрагироваться от порочащих его доброе имя сомнительных знакомств.

И вообще, у Грега многому можно поучиться. Взять вот хотя бы место парковки. «Молния» пристыковалась к орбитальной базе в финансовом секторе, этаком городе в городе, куда путь простым смертным был заказан – наверняка это удовольствие влетело нам в копеечку. Однако мистер Слоун шел на такие затраты сознательно, стало быть, иной вариант был попросту неприемлем. Грег деньги считать умел и видел выгоду даже там, где ее по определению быть не могло. И таким нехитрым способом он показал заинтересованным людям, что игроки мы серьезные и дело с нами иметь можно. На транспорт тоже не поскупился – бесшумно опустившаяся у наших ног капсула при неброской типовой внешности могла похвастаться роскошным внутренним убранством. В отличие от той же STG-17 станция Троя-7 подразумевала использование индивидуальных средств передвижения – эргонианцы, ее создатели, предпочитали строить с размахом, так что данный орбитальный объект неподготовленного зрителя поражал как очертаниями, так и габаритами – этакий решетчатый куб с гранью в двадцать километров. Ячейки у решетки соответствующие – километр на полтора. Вся инфраструктура размещалась в «арматуринах», из которых и была собрана конструкция, а пространство между ними было занято причалами и открытыми складами, загроможденными в большинстве своем разномастными контейнерами. Где уж тут пешком ходить или общим лифтом пользоваться! Вот и придумали смахивавшие при жизни на изнеженных киношных эльфов алиены любопытную транспортную систему: совместили решетку материальную с решеткой из силовых линий, вдоль которых скользили индивидуальные капсулы. Наша, как я уже упоминал, отличалась роскошной отделкой и была всего лишь двухместной.

Через некоторое время, когда капсула сначала ускорилась до такой степени, что огоньки, усыпавшие «арматурины», превратились в размытые полосы света, а потом замедлилась до черепашьего темпа, я окликнул Грега:

– Сэр?

– Да, Денис?

– Где мы?

– Эта часть базы называется Даун-таун, – не очень понятно пояснил тот. – С позволения сказать, пригород Маркет-плэйс.

– А чем это место знаменито?

Грег вздернул бровь, но его характерного «Стыдно, молодой человек!» я так и не дождался.

– Это район мелких ремесленников.

– Рай для туристов? – рискнул предположить я.

– Скорее, для людей, знающих толк в качественных вещах. Все здешние обитатели настоящие мастера своего дела. Но сейчас нас интересует портной. Хороший портной. Мистер Ароновски как раз из таких.

На парковке, отделенной от остальной каверны все тем же силовым полем, сила тяжести оказалась заметно ниже привычной, что говорило о наличии индивидуального гравигенератора – вещицы хоть и распространенной (в том или ином виде они существовали практически у всех сгинувших цивилизаций), но отнюдь не копеечной. Да и чисто было вокруг, чего греха таить. В остальном же обиталище загадочного мистера Ароновски являло собой торжество строгого минимализма, по крайней мере, снаружи. Я даже дверь не сразу разглядел, ибо она почти полностью сливалась с серой стеной. И лишь приблизившись, удалось различить выгравированную прямо на массивной плите табличку: «Р. Дж. Ароновски. Платье на заказ». Никаких тебе финтифлюшек и рекламных слоганов – кто в теме, и так поймет. А другим и знать о существовании этого места не обязательно.

– Похоже, сэр, ваш знакомый не стремится к известности, – не преминул заметить я, остановившись у двери. Понятно, пропустив вперед Грега. – Он настолько в себе уверен?

– Ему не нужна дешевая шумиха. – Мистер Слоун смерил меня строгим взглядом, но отчитывать за бестактность не стал. – Надеюсь, со временем вы, молодой человек, все-таки осознаете, что репутация – великая сила. Зарабатывается огромным трудом, а теряется в считаные мгновения.

Вот-вот. Прям как мой папенька заговорил. Если бы не Грегова внешность, я бы уже заподозрил, что они родственники. Или из одного инкубатора вышли.

Грег потянулся ладонью к окну сканера, выделявшегося на дверном полотне лишь узкой каемкой, но остановился на полпути:

– И еще одно, Денис. Постарайтесь сдерживаться, что бы мистер Ароновски ни пожелал вам высказать. А еще лучше прислушайтесь к советам знающего человека. Я могу на вас надеяться?

Я нехотя кивнул – не самое обнадеживающее вступление, – и Слоун коснулся-таки сканера.

Коридор, скрывавшийся за дверью, оказался не сильно длинным, метров пять, не больше, и заканчивался такой же неприметной плитой, украшенной аналогичной табличкой, но снабженной еще и контактными данными мастера, а также расписанием рабочего дня. Судя по нему, заявились мы рановато, но открытая входная дверь вселяла надежду. Собственно, задержались мы лишь на несколько секунд. Грегу даже не пришлось прикладываться к сканеру, створка сама поднялась, открыв доступ в очередной проход – на сей раз коротенький тамбур, отделенный от торгового зала матовой силовой пленкой. Финансовый директор без колебаний протопал к прилавку, больше напоминавшему барную стойку, и сразу же сцапал – по-другому и не скажешь – объемный фолиант вроде древней амбарной книги. Торопливо раскрыл где-то на середине, перелистнул несколько страниц и впился взглядом в текст, игнорируя окружающих. Я удивленно хмыкнул (что же там такого интересного, что педант Грег так возбудился?), но сдержал любопытство. Не время сейчас лезть с расспросами. Вместо этого лишь ненавязчиво поинтересовался:

– Мистер Слоун, я тут осмотрюсь?

– Да, Денис… – рассеянно кивнул тот, не пожелав даже на миг оторваться от чтения, – определись пока с предпочтениями…

Хм… определись. Легко сказать.

Оставив Грега в покое, я огляделся. Насчет торгового зала не ошибся, разве что представление об оном у загадочного мастера несколько расходилось с общепринятым: одна плотно завешанная костюмами на плечиках вешалка вдоль стены, и все. Образцов этак под сотню, если не больше. На глаз не определишь, тем более что и выбор расцветок разнообразием не поражал – все оттенки серого с коричневым да банальный черный. Прямо даже и не знаю, с чего начать…

Все же разочаровывать мистера Слоуна не хотелось, и я шагнул к вешалке. Помял рукав первого попавшегося пиджака, задумчиво поковырял пуговицу и неспешно побрел вдоль длинного ряда костюмов, без всякой задней мысли пересчитывая их рукой на манер штакетин в заборе, как в беззаботном детстве.

– Кхм!..

Я резко развернулся на деликатное покашливание и поспешил спрятать руки за спину, как нашкодивший первоклассник. Очень уж укоризненно на меня смотрел хозяин заведения. Мастер Ароновски оказался абсолютным воплощением киношного образа лондонского портного: невысокий щуплый человечек в жилетке с нарукавниками и свисающим с шеи портняжным метром. Помятые брюки и не очень свежая рубашка явно из ближайшего супермаркета, как и потертые туфли. И для полноты картины большие квадратные очки.

– Позвольте представиться, молодой человек – Роберт Джойс Ароновски, владелец и единственный сотрудник данного скромного предприятия.

– Денис… эмм… Дэн Новиков.

– Очень приятно. Вы уже определились с выбором? Или желаете получить действительно хороший костюм?

– Э-э-э…

– Не примите за бахвальство, но у меня лучшие костюмы в ближайшей округе. А под ближайшей округой старик Ароновски понимает полтора десятка окрестных Колоний. Если бы вы только знали, Дэн, как сейчас трудно найти достойный костюм! Посмотрите на меня! Извечная проблема – я лучший портной, и потому шить одежду у других мне не позволяет совесть. Сшить же самому не получается по причине невозможности нормально снять мерку, а доверять этот ответственный шаг кому-то другому опять же не позволяет совесть! Видите, какая дилемма! А в супермаркете разве найдешь что-то приличное?! Про бутики вообще мне не напоминайте! Вот и приходится щеголять в этом! Я уже не помню, сколько лет работаю ходячей антирекламой сборища дилетантов, что возомнили себя портными! И вот что я вам скажу, молодой человек, – хороший костюм можно пошить только на заказ, по индивидуальной мерке. Нечего заглядываться на этот ширпотреб, проходите в примерочную! Оформим все в наилучшем виде. Старик Ароновски еще никого не обманывал!