- -
- 100%
- +
Мы долго шли к этой близости. Лариска была замужем по любви, я для нее – никто. Муж за ней почти не ухаживал. В свое время предложил вступить в брак, и она, не медля, дала согласие-любовь с первого взгляда.
Первое время попытки мои получить с ее стороны хоть какую-то благосклонность, увы, были тщетны. Лариска красавица и в то время была ещё влюблена в мужа. Теперь от той любви, у нее только ребенок.
По мне, она красива, как прежде, с той лишь разницей, что появились безобразные растяжки на животе и обмякла грудь. И нет уже светлости былой в ее лице поблекшем.
Через час, когда мой ожог, смазанный подсолнечным маслом, перестал зудеть, я хотел любить ее на коленях, но Лариска из-за стеснения отказалась: после тяжелых родов у нее образовался геморрой.
Вчера опять звонил Таньке, к весне она справила себе колечко с рубином, быстро оправившись после кражи. Танька, хоть и рожала, однако грудь у нее что надо, даже соски вверх, а на коленях ее любимая поза. Не знаю, почему я никогда не пробовал излить семя между ее пышных грудей?
Кстати: наконец, Танька влюбилась и выходит замуж за югославского строителя. Уезжает с ним куда-то под Загреб, день отъезда уже определен. Но до сих пор она так и не решилась признаться югославу, что в русской деревне у нее растет дочь.
Кругом задыхается от зноя лето. Раскаленный асфальт, горячие парапеты, чугунные решетки обжигают. Я не люблю томящую осеннюю слякоть или кусачий февральский мороз, однако августовская жара просто выматывает. Трамвайные пути приобретают какой-то резкий удушливый запах, рубашка на спине и брюки в паху прилипают, между ягодицами мокро.
Елена в своем роде уникальна, хотя рыжих женщин пруд пруди. Волосы на лобке ее ярко-красные, в отличие от рыжих на голове. Елена не бреет их ни подмышками, ни между ног. Елена худа и ненасытна (что в сексе, что в еде). Постельные игрища она чередует с поеданием всего. Всего, что съедобно, включая и то, что можно выжать из меня во время оргазма. Жующие пищу женщины отвратительны мне, но извращенная сексуальность Елены заманивала, заставляя периодически возвращаться к ней.
Мать Елены – прокуренная, рано увядшая дама. Елена рассказывала, что ушедший из семьи отец, любил совокупляться с матерью только тогда, когда на это кто-нибудь смотрит, хотя бы собака, но лучше человек. Бывало, отец сажал маленькую Елену в кресло и обладал мамой прямо перед ней, на ковре. Так же Елена рассказывала, что позже на этом кресле сидела мама и затравленно смотрела, как папа на ковре ублажает других женщин.
Слякотная зима переносится тяжело, также как и томление души. С небес сыплется какакя то кашица, под ногами, по самую щиколотку она же.
На мне рабочий костюмчик, плащь с тёплой подкладкой, на голове фетровая шляпа. А на ногах резиновые сапоги. В руках портфельчик, в нём нарукавники, бутерброды и пирожок для Дашеньки. Ах, да забыл, ещё мешочек, для сменной обуви. В нашей конторе, на полу ковралин, а толстушка Дашенька каждый день его пылесосит -уборщицей она у нас.
Под мальчишку стриженная толстушка Дашенька доступна всем, никому не отказывает. И я закоренелый холостяк туда же.
У их непутёвой матери пошлая начинка. Бросив на старого отца детей, она канула в неизвестность с очередным хахалем.
Братья у неё изгаженные бытом и корявой судьбой выродки -смрадная идиллия. В период полового созревания они сговорившись снасильничали сестру.
Дашеньку, как и её братьев воспитывал дед засиженный внуками. Дедуля был тупой жадный злой. Его основной словарный запас ДУРА – ДУРАК. Дашенька беззлобно вспоминала.-«Раз в жизни попросила у деда купить мне эскимо, а получила-говна на палочке. Но жить можно, потому как жизнь-день погана, день кохана.«Я потрясённый слушаю, а ей смешно.
Так вот какова патология человеческой сущности.-Размышлял я о встречающихся на моём жизненом пути женщинах. Складывалось впечатление буд то любовь их больше не тревожит. А в воздухе вокруг них, витает запах хамства и безнадёжности. Кто знает может быть мужчины умирают рано, для того чтобы не видеть как их любимые женщины превращаются в старух.
Я приболел: в носу корки, глотать больно, глаза боясь яркого света слезятся. Именно в такие моменты когда некому воды подать начинаешь понимать весь ужас одиночества.
Я смотрю на разбросанные по белой простыне пшеничные волосы своей новой подружки и машинально отвожу взгляд от умных, все понимающих глаз. Я надеюсь, это совсем не тот случай, когда долго ухаживал, ждал, добивался, а потом заполучив желаемую, в лучшем случае, проклиная всё смачно плюешься.
Очень хочется наконец то влюбится, да и пора уже создавать семью. В моём случае надо спешить, потому как женщины, по моим наблюдениям, в отличие от мужчин, увядают рано, а живут долго.
ПРИЧУДЫ ВЕТХОГО ЗАВЕТА
Глашатаи могут вывести в свет, но могут ввести и во тьму.
«Люди всегда мечтали больше узнать о звездах, о вечности, что будет после смерти и о нашем происхождении. Что такое Вселенная, что значит бесконечность, существует ли где-то разумная жизнь и какова она? Почему же мы об этом так мало знаем? Ответ прост: оказывается, почти каждому конкретному человеку нужно мало и только для себя. Жизнь наша -суета сует, а в суете люди лишены истиной веры.» -Разглагольствовал, приняв от шинкаря кувшин вина и употребив его, поп расстрига Семион.-Потому у меня ещё во младенчестве появилось такое ощущение, что меня специально берегут, отводят беду, учат, заставляют задуматься и меняться к лучшему. Такое ощущение, что меня господь готовит к человеколюбию. Вынуждает понять-жить надо не для себя, а для людейи великих дел. Думаю может, мне надо выполнить какую-то миссию, по спасению заблудших душ. Большинство из которых меня понимает, но еще не принимает душой и сердцем.-Продолжал вещать сидя в переполненной людом корчме поп расстрига отец Семион.-Может, это все для того, чтобы появилось желание спасать их: Бездуховных грешников, разбойников, душегубов и многих прочих подобных им. Однако беря грех на душу, заявляю: Ну уж нет, такого желания у меня нет и появится оно вряд ли. Я хоть и христьянин, но ежели увижу подобного злодея в беде, руки, прости господи, ему не подам. Ибо требует планета земля очищения от скверны.»
Эти разглагольстования выпившего расстриги слышал и Трифон, сидевший в самом тёмном углу.
Огромное пространство голубого неба быстро заполнялось темными тучами. Только что стоявшая тишина была нарушена неожиданными порывами ветра. Сверкающий мир потускнел, а после упавшего на землю крупного града изменился вовсе, стал неузнаваемым.
Вот и расстрига Семион, вчера еще суетился, радовался, был еще на ногах. А сегдня сжигаемый огнём болезни лежит и бредит в избе злодея и разбойника с большой дороги Трифона. Трифон не верующий не в Бога, ни в чёрта, не дал помереть Семиону в чистом поле.
«Пусть живёт, балабол, как не крути а тоже ведь тварь Божия.» -Подумал Трифон. На себе, он сам не зная почему и зачем, принёс в избу и отпаивая травами, выкормил и выходил расстригу Семиона- чем спас и сохранил ему жизнь.
ВЫРОЖДЕНЕЦ, ФАТАЛИСТ, ИПОХОНДРИК
Вот я какой, вот мы какие-это наша общая беда.
Ахмед, царство ему небесное, молод, удачлив, богат. Живи – не хочу. Зуб у него заболел. Болел-болел, мешает жизни радоваться, вынудил Ахмеда к стоматологу пойти. Ахмед, добрая душа, доктору много денег дал, чтобы зуб сгнивший удалили под наркозом.
Сделали Ахмеду наркоз, зуб удалили, Ахмед не почувствовал боли, но и разбудить его не смогли – остановилось сердце.
Я, по юношески почти фанатично любил её, и от этого наши товарищеские отношения складывалась хорошо. Любимая мной глупышка, порочно тянулась к женатому, многодетному, щедрому и богатому Ахмеду. Который был её первым мужчиной и щедро одаривал разным ширпотребом.
Наши с ней редкие совместные время препровождения проходили хорошо, разногласий никаких не было. Я, как сильно любящий человек, был уступчив, покладист, внимателен и нежен. Встречались бы не тужили, так ведь нет, пришло время и она после смерти Ахмеда тоже меня полюбила. Мы обвенчались.
Из следственного изолятора, моей тёще передали письмо:
Дорогая, пока мне не предъявили конкретного обвинения, пока приговор не вынесен, я не считаюсь преступником или осужденным, стало быть тушку мою тебе выдадут. Сегодня меня шибко обидел следователь. Я ему сказал, что ничегошеньки не понимаю, а стало быть ничего не знаю. Речь идет о двух трупах, которые якобы я заказал. А он мне не поверил.«У нас свидетели, неопровержимые доказательства, улики. А главное признание киллера.» Знаешь, что я ему ответил? -" Если вы мне не верите, тогда я и жить не желаю.«А он – мне.«Это, мол ваше личное дело».
Передавай привет нашим, не забудь поцеловать детей. Раз, суда ещё не было и вина моя пока не доказана, значит по закону я не виновен. А стало быть ту статью, включающую конфискацию имущества, применить не смогут.
Овдовев, тёща лежит в больнице. Придя с букетом и мандаринами, я обратился к медсестре-«Поставьте, пожалуйста, розы в воду». «Чудные цветы», – прошептала медсестра. Время спустя сестра, выходящая с судном в руках, увидела меня и говорит: «Не волнуйтесь, я поухаживаю за вашей мамой. Сейчас так редко увидишь любящего, заботливого молодого человека». Я с благодарностью улыбаюсь: Смотрю на часы и говорю – «Спасибо на добром слове но мне пора, опаздываю на день рождение. Можно забрать цветочки7». Забираю цветы и ухожу.
У меня появилась возможность печататься в женском журнале. Похоже, что мое писательское предназначение всеми средствами показывать другим, что такое мерзавец. Повторённая исключительность- это уже не исключительность, а плагиат. Критики пишут о моей исключительности. Говорят я злой писатель, я зол ровно на столько на сколько зла правда жизни.
Вышло из печати несколько журналов с моими рассказами о женщинах, и я тут же обзавелся массой почитательниц, восхищающихся моими рассказами. За короткое время я получил от своих почитательниц множество писем с признаниями в любви и предложениями встречаться. Слава, развращает. Пришла, пусть маленькая известность и тут же ушла скромность. С некоторыми женщинами я вступил в переписку, а позже и более того.
Мой самоубийца тесть, записал на бумажке имена тех, кого хотел пригласить на свои похороны. Я лично обзвонил и пригласил тех, чьего присутствия он особенно хотел. Чего только я ни услышал в ответ: кто не может, у кого то обстоятельства. Вопщем из списка приглашённых, никто не пришёл.
Моя теща захотела арбуза. В принципе я для неё и пальцем бы не пошевелил. Тем более, как сейчас помню, дело было примерно третьего января. Но я постарался и арбуз ей достал. Как она рада была! Надо видеть. А есть не смогла – умирала она от рака желудка.
Вы не представляете себе, какой грубой и нетерпимой, после смерти родителей стала моя жена. Придирается к каждому пустяку, каждой мелочи: это ей не подходит, то ей не то, то ей не это. В общем отношение ко мне хамское, просто издевается, упиваясь вседозволенностью. Плюс к этому у неё появился любовник и кажется не один. Наблюдая как в это неблагополучной обстановке растёт наш сын. Я всё чаще нахожу сходство мальчика с Ахмедом. Но тут же гоню от себя эти подозрения.
Начались сцены ревности упрёки подозрения, всплывали ранее невидимые пороки и недостатки. Выяснилось, если хочешь узнать, что о тебе думает человек, поговори с ним о его недостатках, ошибках, неблаговидных поступках. Выяснится, что и ты не так уж хорош для него, как ты думал.
С родственникам жены у меня тоже не сложилось. Ситуация была примерно такая же как наблюдаемая мной сцена: Мальчишки палкой и камнями выгонял с детской площадки бездомную дворнягу, которая, поджав хвост, жалобно визжала, трясясь от страха. Жалко, конечно животное, хотелось бы вернуться, урезонить, угомонить пацанов, но в прошлом году я видел, как такая же собака искусала маленького ребенка. Как быть, как жить, как поступать? Для меня лично множество жизненных вопросов остаются открытыми.
После смерти родителей жена стала богатой и независимой. Этот факт окончательно подорвал наши и без того хлипкие отношения. Мы развелись, нашего сына она забрала себе, изолировап от общения со мной.
Наверное, нельзя сказать, что мы с этим мужчиной были приятели. Мы жили в одном городе и часто встречались в казино, ресторанах, стриптиз-клубах и прочее. Мы всегда учтиво здоровались друг с другом, а объединяла нас страсть к азартным играм, интерес к дамам полусвета и то, что оба были женаты. Время спустя этот человек скончался от сердечного приступа и как положено, с венками, слезами был захоронен.
На улице я случайно встретил супругу усопшего. Поинтересовался, как у нее дела. -«Как вы сама? Как жизнь? Хотя представляю, глупый вопрос. У вас такое горе, простите ради бога». Вдова тряхнула копной рыжих волос-«Да нет, спасибо, у меня все хорошо. Выхожу замуж, собираюсь рожать. Короче, счастлива как никогда». Услышав такое я задумался, а ведь моя стерва жена ещё хуже этой вдовушки.
Мальчик кружился по просторной гостиной, держа в руках плюшевого медведя. Потом резко останавливался и ему нравилось, что мебель и другие предметы вроде как падали, передвигались. Пол уходил, ноги не держали.
Юноше нравилось, как стол со всей развеселой компанией ходил в его глазах ходуном, а убегающий стакан схватить было не просто. Голова юноши кружилась от обильно выпитого вина.
Молодому человеку доставляло наслаждение головокружение. Приняв наркотик, он стоял у подножия высотного здания и задрав голову, с замиранием сердца наблюдал, как небоскреб падает на него. Много позже я узнал, что наш мальчик умер от передозировки. Его мать и здесь, поспешила сделать меня виноватым. Для неё в порядке вещей обвинить другого в том, в чём виновата сама. Думаю, наш разрыв и отсутствие отца рядом, нанесли мальчику психологическую травму. Многие родители думают что их дети много чего не знают, тоже самое о родителях думают дети.
В порыве возлюбить ближнего своего я начал пытаться понять многих, тех, кто недавно вызывал у меня презрение. Поняв, я отбросил, поборол в себе гордыню, возлюбил и всех простил. А жаль, мне кажется гордыня была мне к лицу.
Моя холостая жизнь была абсолютно без нравственна: Целый день я обхаживал девушку. К вечеру, найдя предлог, она попрощалась, обещая звонить. Проснувшись один, я подумал-«И слава Богу, что ни делается, все к лучшему. И хлопот без девиц меньше, и проблем».
Пол дня я ухайдакал на желанную Лариску. Она нашла дурацкий повод на что-то обидеться и демонстративно удалилась. Лег спать один-«И черт с ней, с этой гонористой дурой. Баба с возу, коню легче».
Последующие дни мне с женщинами очень не везло. Утешался одним: от баб одни неприятности. Но когда сдал кровь на анализ РВИ, то понял, что повезло не мне, а всем, кто за последние дни мне отказал.
Моросил мелкий, занудный дождь. Не пугаясь мокроты, над крышами домов, позолоченными куполами церкви, над антеннами и не дымящимися трубами парили какие-то крупные светлые птицы. Похожие на морских чаек, и черные вороны, которых нельзя не узнать.
На открытой смотровой площадке двадцати пяти этажного дома торговли сидел я,в демисезонном пальто и фетровой шляпе. Я не реагируя на громкий смех трех девушек, куривших сигареты с марихуаной. Я писал прощальное письмо девушке, которую наверное заразил ВИЧ инфекцией. А может она меня-сейчас это не важно. Мне казалось, теперь жизнь закончена.
Домики, приклеившиеся к склонам пригорков, были покрыты влажной дымкой и имели грязный оттенок. Люди на улицах мокли, жались к серым стенам, обдаваемые брызгами проезжающих машин. Мужчина в пальто и шляпе, а это был я, оторвал взгляд от бумаги, закончив писать. Глаза мои были полны слез. Хохочущие девушки косились в мою сторону.
Положив записку в карман, в которой были слова прощания, отчаяния и боли. Я поднялся и, выйдя из-под защиты навеса, поливаемый дождем, подойдя к невысоким перилам, посмотрел вниз, где по бетонным плитам бегали маленькие от взгляда сверху люди. Голова закружилась, я покачнулся, почти потеряв равновесие. Оттолкнувшись от перил, я резко развернувшись, побежал к выходу. Одурманенные марихуаной девушки еще громче хохотали мне вслед.
Я, на какое то время раздумавший убить себя рассудил: Не обязательно умирать, чтобы попробоаать все сладости рая и ощутить ужасы ада. Всё это можно ощутить и прочувствовать при жизни, ибо всё это имеет место и на нашей грешной земле.
В начале весны, я бросил все: службу, квартиру, город и стал отшельником. Выстроил в лесу избушку и стал жить. Грибы, ягоды, рыбалка, природа, одиночество. Одиночество очищает от скверны. Там в лесу я обрел душевный покой и даже был счастлив. Лето пролетело быстро и мне показалось, что я очистился от ощущения, что в мире людей всё больше отсутствует здравый смысл. Вернувшись в город решил -Пусть всё будед, как будет. Окунувшись с головой в выживание, я уже скоро убедился, чтобы очистится от скверны, трёх месяцев увы мне бы уже не хватило.
В отличии от меня, Спиридонов Иван в своё время оставил жену, главную должность в сельсовете. Бросил троих детей, отлаженное хозяйство, добротный дом, благоустроенный посёлок. Купил квартиру в городе и стал жить один. Девочки, тёмные дела, выпивка, дружки, рестораны – свобода. Несмотря на то, что бытие его стало носить криминальный характер. Спиридонов, с его слов, наконец обрел душевный покой и был счастлив.
У него отличный нюх на возможность заработать денег, хорошо развито предчувствие опасности, прекрасное зрение для распознования лохов, сильная потенция для сооблазнения лохушек, злой, острый язык, и масса других достоинств.
Увы, в отличии, мне присуща прирожденная душевная доброта, развито чувство долга и имеется еще масса других недостатков. Мы познакомились в поликлинике, Спиридонов как и я ВИЧ ифицирован.
Спиридонов в отличии от меня человек деятельный. Из ВИЧ инфицированных, а особенно из тех у кого болезнь уже перешла в стадию СПИД. Он собрал группу и на квартире увешенную репродукциями с икон, облачившись в рясу изображал из себя то ли духовника-наставника, толи проповедника. Он внушал нам: Наша болезнь неизлечима, не надо бегать по врачам, а надо вымаливать исцеление у Бога. Спиридонов, утешал нас, как мог, предлагая и обещая тем кто отдаст ему все сои сбережения (якобы на постройку храма) обязательное исцеление.
«Не верте врачам, они от беса.-Говорил он.-Надейтесь только на Бога, ибо всё в его власти. Сдавайте золото и бесовские бумажки, мы с вами отдадим эти бумажки Богу. Молитесь, кайтесь, надейтесь. Просите и днем и ночью. Верьте – он услышит, снизойдет и исцелит.» Многие отдавали всё, что имели.
Стоя на коленях, наставник втихаря поглядывал на часы – не опоздать бы. Анализы он уже сдал и через два часа должен быть на приеме у самого продвинутого по этой проблеме профессора медицины.
Девочка-цыганка лет тринадцати стояла на лестничной площадке, недалеко от двери, где проживал Спиридонов и плакала. На руке девочки был неглубокий порез, из которого сочилась кровь. Увидев подходящего к двери Спиридонова, девочка подбежала: «Дядя, мне больно!»
«Где ж ты так? – засуетился открывший дверь Спиридонов. – Сейчас, сейчас». Открыв дверь, он впустил девочку к себе в квартиру.«Потерпи, сейчас, сейчас», и стал ковыряться в шкафчике, где у него были кое-какие медикаменты.
Девочка тем временем забралась на кровать и сдёрнула с себя заранее разорванные трусики, оставляя на постели алые пятнышки крови, сочившиеся из ранки.
Спиридонов, вздрогнув, испуганно обернулся от крика лежащей на его кровати девочки и бросился к ней. От удара ноги дверь открылась. В комнату влетели омоновцы. Спиридонов получил мощный удар в челюсть. Скрючившись, он чувствовал, как ему заламывают руки и волокут куда-то.
Спиридонов устал доказывать, что он не педофил и к девочке не прикасался. Устал от хронического недоверия следователя и хамского отношения охраны. Во истину против правды сильнее только ложь.
В камере, где на десяти квадратных метрах находилось двенадцать человек. Блатные сокамерники набросили на голову Спиридонова наволочку, скрутили и сделали с ним то страшное, чего больше всего боится полноценный мужчина. Ночью подследственные спали на полу и под нижними нарами. А Спиридонов спал у самого сартира. В шесть утра, его обязали влезать на унитаз и кукарекать.
Однажды в камеру на имя Спиридонова пришла посылка, якобы от сотрудников магазина. Спиридонов имел в городе два магазина торгующими химическими товарами. В посылке было ровно двенадцать яблок.
Когда утром открыли камеру, перед охраниками открылась ужасная картина. В камере лежало двенадцать трупов.
Неважно мёртвые они или жывые, трупы всегда воняют мертвечиной.-Подумал я, узнав о случившимся.
Присутствуя в небольшой траурной процессии, я подслушал как один из присутствующих шептал другому: Что он точно видел, как покойному за день до подставы, перебежала дорогу черная кошка.
Спиридонов в отличии от меня, принципиально не верил в приметы. Когда ему говорили: «Не свисти – денег не будет!», – он свистел, потому что в любом случае денег всегда было не достаточно.
«Не чеши кончик носа! – это к пьянке!» Чеши не чеши – Спиридонов всю жизнь пил горькую и при этом прекрасно себя чувствовал.
«Не рассыпь соль рядом с другом – поссоришься!» Спиридонов иной раз специально её рассыпал – ему без разницы, у него всю жизнь и так одни враги.
Меня долгое время мучал вопрос: Заразил ли перед смертью Спиридонов ВИЧ инфекцией, своих насильников?
К стати о врагах: у меня их нет. А у Сидорова было хоть отбавляй. Они сумели договориться с цыганами и грамотно его подставить. Был бы человек, а статья для него всегда найдётся.
За несколько минут до прихода Спиридонова домой, жених этой девчонки (тоже цыган) на лесничной клетке лишил её девственности.
В коварстве, я абсолютно бездарен. Диву даёшься, изощрённости тех кто умеет по настоящему ненавидеть.
С независимым видом, я гуляя вышагивал по улочкам городка, ведя на поводке пуделя. С ужасом осознавая, что медленно, но верно гуляющие по моей крови вирусы, планомерно уничтожают мой иммунитет.
Кумушки, полногрудые мамаши, детишки с дебильными лицами и миловидные девушки- все пытались с пуделем по сюсюкать. Лица людей становились сладко умиленными, голоса нежно писклявыми. «Какой красивый песик», – сюсюкали и шепелявили они. Не поворачивая головы, я обращался к собаке-«Не обращай внимания, на их лживую лесть. В этом мире добро лицемерно».
Особенно опасна зависть бездарных. Я тихо ненавидящий весь род людской, смотрю на здоровых людей, на тех у кого вся жизнь впереди и умираю от зависти. Потому как живущий в страхе боится ненавидеть по настоящему, он может только завидовать.
СВОБОДНЫЕ ВО ГРЕХЕ
Всяк человек есть ложь.
Все существо его было проникнуто чувством глубокого удовлетворения И благодарности судьбе. И все от того, что к нему ехала она. Она сама позвонила, значит он для нее – не пустое место, значит он ей для чего-то нужен, а может, даже необходим. И его совсем не смущает то обстоятельство, что он женат и у него двое детей. А извечный вопрос – чего мы боимся больше, грешить или ответственности за это-волновал Валерия мало.
Уйдя от него раним утром, захмелевшая и усталая, Эвелина, потом долго тряслась в электричке и думала: «Какой он на фиг любовник? На кой черт он мне нужен, если у него даже денег на такси попросить нельзя».
Саша забежал к Валерию на дачу за книгой и впервые увидел её. Она, как он узнал, бывает у Валерия каждую субботу, поскольку чаще не может – учится в другом городе. Да и Валерий тоже очень занят – дачей, женой и детьми. Саше она очень приглянулась. И он ей тоже. И зачастил Саша к Валерию по субботам, то книжку вернуть, то еще чего. Валерию это на руку, вдруг на дачу жена заявится. А тут Саша, будет на кого присутствие Эвелины свалить.
В условленный час Валерий с нетерпением ждал от Эвелины телефонного звонка, думая о ней с любовью. Она обещала дать о себе знать – он мучился в томительном ожидании. Ему самому было кому позвонить, но хотелось именно её, тем более, что она обещала. И не звонит. И он не может позвонить никакой другой, вдруг Эвелина объявится попозже.-Жертвовать одним удовольствием сейчас, ради такого же удовольствия потом глупо.
Валерий ходил по комнате из угла в угол. Кино не смотрелось, музыка не воспринималась, книга не читалась.«Вот сволочь», – ругал он её-.Дрянь необязательная, ладно, ладно, погоди, я припомню тебе этот испорченный вечер». Безразличие к его персоне воспринималась им как оскорбление.
В голове Эвелины роилось множество мыслей. Подруги в один голос говорили одно и тоже. Одна: Зачем менять шило на мыло, другая, что от перемены слагаемых сумма не изменится. Однако было видно. что завидуют обе. Ни у первой, ни у другой парней не было. А Эвелину не могут поделить два видных самца. Пусть завидуют, может это поможет им что то изменить в своей жизни. Ведь зависть на каждого действует по разному. Одних сжигает изнутри, других вынуждает действовать. Жизнь это движение, а движение приносит перемены. Эвелина с первого курса ушла и устроилась официанткой в хороший отель.