Верность
- -
- 100%
- +
– Увы, я знаю только байки и анекдоты!
– Ну, так с таким материалом вы не пройдёте экзамены. Я здесь работаю библиотекарем и много чего знаю. Сама хотела стать артисткой, да с такой внешностью, как у меня, даже работать в театральный институт не возьмут!
И опять Паше стало больно за неё. Наверное, у него был странный вид, и Тамара его подбодрила:
– Я вам дам почитать Шекспира и Чехова. Проштудируйте, время ещё есть!
С этого момента Паша стал читать классиков. Встречался он с Тамарой только в столовой и замечал в её взгляде интерес к нему: что он там, в серьёзной литературе, нашёл для себя?
Через десять дней Паша попросил Тамару прослушать его. В пустом зрительном зале в клубе он прочитал ей наизусть отрывок из «Гамлета» и «Ионыча».
– Ничего! Ничего! – похвалила его Тамара. – Но надо доработать движения, мимику, тон!
И она всю следующую неделю добивалась от Паши точности в выступлениях, характерной для людей, живущих в разных эпохах: Шекспира и Чехова. И когда достигла этого, проговорила:
– Пойдём на танцы! Только не оттопчи мне сапогами ноги! – и засмеялась.
В этот вечер они станцевали все танцы, что проиграл оркестр. А потом Паша провёл у неё в комнате всю ночь, и Тамара рассказывала ему всё, что знала обо всех писателях, поэтах и философах. И как-то получилось, что с этого дня они не расставались. И если она работала в библиотеке, он сидел рядом и читал.
А потом отдых в санатории закончился и наступило время отбытия. Тамара делала вид, что спокойна, но Паша видел, что это не так, и, поцеловав её, пообещал:
– Пришлю письмо по прибытии домой!
В поезде он всю ночь размышлял о Тамаре и о вступительных экзаменах в институт.
Дома Пашу встретили отец и сестра, которая вела хозяйство; мама давно умерла.
– Братец, – проговорила сестра, – ты вовремя прибыл! Завтра тебе подавать заявление в институт и сдавать экзамены!
А отец, как и прежде, высказался:
– Что тебе больше по душе, этим и занимайся!
Паша пошёл в свою комнату – отдохнуть. На следующий день он облачился в военную форму и вскоре стоял перед экзаменационной комиссией.
– Ну-с, дорогой, с чего начнём? – спросили его профессора.
– Могу и с Шекспира, и с Чехова!
– Того и другого! – ответили ему.
Петушков не заробел: видно, служба решительности научила и знания, что дала Тамара, и стал играть Гамлета.
Когда Петушков закончил выступать, комиссия высказалась:
– Нам все ясно!
– А я ещё кое-что из Чехова могу!
– Вы нам лучше скажите: кто вас так отлично подготовил?
– Моя невеста. Я её что ни спрошу – всё знает. Словно всю библиотеку, где она работает, прочитала!
– Через месяц начнутся занятия, вы с ней приходите. Она нас заинтересовала!
И Петушкову дали письменное приглашение для Тамары.
Вечером Паша написал Тамаре письмо, что сам он принят в институт, а её приглашают на собеседование. Вложил в конверт приглашение от профессоров и выделил крупными буквами: «Приезжай, жду!»
Тамара вскоре ответила: «Я приеду через месяц, надо доделать личные дела».
Месяц пролетел быстро. Тамара приехала неожиданно, когда Петушков собирался купить костюм на собранные сестрой и отцом деньги. Сестра сразу нашла с Тамарой общий язык, не замечала её сутулости и находилась с ней всегда. Паша даже обижался.
А Тамара ему сообщила:
– Узнаю, зачем меня вызвали, и уеду.
«И почему такая спешка?» – размышлял он.
В день начала занятий Паша привёл Тамару к профессорам.
– Вы нас очень заинтересовали! – поприветствовали они её и стали расспрашивать по истории театра. Паша понял, что это надолго, и решил, что, пока они беседуют, он успеет купить костюм.
Универмаг находился недалеко, и он пошёл пешком. Уже подходя к магазину, Петушков услышал громкий скрежет. На глазах у Паши автобус с пассажирами врезался в столб, в кабине начался пожар. Он опрометью бросился к шофёру, вытащил его, недвижимого. Огонь тем временем уже стал охватывать салон. А там были дети. Паша с воспитательницей стали выводить их.
Потом он её спросил:
– Тут все детки?
А она молчит, ответить ничего не может – в шоке находится. И тут девочка одна всхлипнула:
– Васи нет!
Паша снова бросился в автобус. Его обволокло чёрным дымом. В автобусе уже было жарко, копоть заполнила весь салон. Мальчика нигде не было видно. Но когда Петушков заглянул под сиденья, то нашёл его там свернувшимся калачиком. Схватив Васю, он выпрыгнул из автобуса. Вася оказался в полном здравии, только весь в саже, как и сам Паша. Тут подъехали пожарные, скорая, МЧС. А мальчик стоял, удивлённо смотрел на Петушкова и улыбался.
– Ты чему так радуешься? – поинтересовался Паша.
– Мы были в кукольном театре, там чёрт похож на вас!
– Ну, тогда ты – чертёнок! – ответил Паша.
Тут дети засмеялись, глядя на Васю, и даже не заметили, как автобус потушили, а шофёра увезла скорая.
– Петушков, ты как тут оказался? – вдруг услышал Паша.
Перед ним стоял друг детства. Он был спасателем, и это он раньше говорил, что Петушкову надо стать артистом.
– Да вот, как и ты, выручаю всех из беды! – пошутил Паша.
– Так иди служить к нам! Сейчас, как деток по домам развезут, мы с тобой пойдём в наше учреждение и там переоденешься. Грязным ведь не пойдёшь по городу.
– И правда, я, наверно, на чёрта похож! Надо привести себя в порядок, – согласился Петушков.
Находясь у приятеля в учреждении, Паша умылся, переоделся в форму МЧС, а свою сложил в баул.
– Вот, уже и зачислен в наши ряды! – весело произнёс вошедший начальник.
А Петушков потом шёл домой и раздумывал: «Может, это и есть работа по душе – быть спасателем?!»
Приближаясь к дому, он заметил возле подъезда отдыхающих на скамейке бабушек. Поздоровался. А одна из них хитро проговорила:
– Петушок ты наш любимый, а твоя курочка-то с цыпленочком ходит! Забеременела!
– Откуда вы знаете?
– Да у нас практика большая – деток полный дом!
Петушков оставил вещи на скамейке и помчался в сторону института. Тамара как раз вышла из вестибюля. Он подхватил её на руки и понёс. Со стороны казалось, что работник МЧС спасает девушку.
А Тамара обняла его и спросила:
– Паша, Пашенька, что с тобой? Ты узнал, что меня пригласили преподавать в институте?
Петушков был рад этой новости, но сейчас догадался, почему она хотела уехать: считала, что сама виновата в том, что будет ребёнок, а он, может, этого и не хотел.
– Какая ты у меня гордая! – рассмеялся Паша. – Да мы с тобой скоро свадьбу сыграем и ещё деток наплодим!
А дома Пашу ждала ещё радость: его пограничная форма была вычищена, выглажена, висела на видном месте, а сапоги, тоже начищенные, блестели. Встретили Петушкова отец и сестра. И как только его увидели, дружно произнесли:
– Это амулет вашего счастья – мы его сохраним!
Первая любовь
Рядовой Лебедев прослужил год на высокогорной границе, когда на заставу прибыло пополнение сержантского состава на место демобилизованных, отслуживших свой срок пограничников.
Начальник заставы им сказал:
– Я вас всех познакомлю с сослуживцами!
Рядовой Лебедев только вернулся из наряда и хотел было доложить о своём прибытии начальнику заставы, как один из сержантов радостно произнёс:
– А я одного уже знаю!
Лебедев оглянулся на знакомый голос и увидел друга по гражданке Андрея Шустрова.
– Здравствуй, Петя! – добавил тот.
Они радостно обнялись.
Потом Лебедев доложил начальнику заставы, что на границе без происшествий, и пошёл с Андреем в столовую подкрепиться, радуясь этой встрече, рассказывая о службе и вспоминая гражданскую жизнь.
Шустрова поселили со своим отделением в другое помещение. А Пётр, казалось бы, после тяжёлого наряда, пройдя дозором по каменистой тропе в гору несколько километров и обратно, должен был враз заснуть, но не мог. Ему вспомнилось далёкое прошлое, когда закончилась Великая Отечественная война и наступила мирная жизнь. Он и Андрей, получив аттестат об окончании средней школы, задумали поступить в военное училище. Родители одобрили их решение. Только вот в какой род войск пойти, они не решили. И как-то раз, прогуливаясь по городу и обсуждая это, Пётр и Андрей зашли в универмаг «Военторг», где уже бывали. Там на выставочных стеллажах всегда висела армейская форма. За прилавком стояла небольшого роста девушка с завитушками на лбу, с волосами цвет ржи и показывала покупателям желаемый товар. Делала она это как-то неумело, видимо, только проходила учебную практику. Пете захотелось с ней познакомиться и поговорить. Он попросил:
– Дайте мне вот эту зелёную фуражку померить.
Головной убор сразу подошёл ему по размеру: «Видно, у продавщицы опыт появился», – подумал Петя.
А она говорит:
– Фуражка на вас хорошо смотрится, – и улыбнулась.
Тут Андрей снял с Пети головной убор, надел на себя, покрутился возле зеркала, подошёл поближе к девушке и задал вопрос:
– А на мне фуражка смотрится?
– И на вас выглядит хорошо! – ответила девушка и засмеялась вместе с продавщицей, стоявшей неподалёку.
Та была удивительно похожа на девушку за прилавком.
С этого дня Андрей зачастил в «Военторг», но без Петра туда не ходил.
– Ты для меня палочка-выручалочка! – повторял он каждый раз. – Счастье мне приносишь. Я, кажется, в неё втюрился!
Честно говоря, она Петру тоже нравилась. И они гуляли втроём. Ходили по танцам, в кинотеатры, и так увлеклись, развлекаясь с девушкой – её звали Саша, – что перестали готовиться к поступлению в военное училище. И когда пришло время сдавать экзамены, им поставили неудовлетворительную оценку.
А через какое-то время им пришли повестки на военную службу. Провожали Петра и Андрея в армию родители и Саша. Друзья попали в одни войска – пограничные. Только Пётр был направлен на заставу, а Андрей угодил на курсы младших сержантов.
И вот теперь они опять вместе. Но виделись они редко, служба такая: то Лебедев днём на границе в наряде, а Шустров после ночного дежурства на отдыхе, то наоборот. При встрече Андрей делился новостями с Петром: что получает письма от Саши, при этом внимательно поглядывал на друга. И однажды Лебедев тоже получил от неё весточку. Правда, при внимательном просмотре он заметил, что почерк отличается. Но он решил, что это у Саши от волнения, потому что в письме были строки: «Петя, я хочу с тобой переписываться. Ты мне нравишься. Шура».
Конечно ему были приятны эти слова, но смущало имя Шура. Он показал письмо Андрею. Тот прочитал его и невозмутимо высказал своё предположение:
– Ничего тут страшного не нахожу. Саша – это то же самое, что и Шура. Она хочет тебе писать под этим именем, а мне под другим. Из-за этого пустяка не станем ссориться. Пусть у нас с тобой будет одна любовь на двоих. А для души попроси у неё фотографию.
Петя был в недоумении:
– Как это так?
Андрей также невозмутимо его успокоил:
– Знаешь, сколько есть романов о красивой любви? Вот и у нас такая же будет! – и ушёл проводить физподготовку с пограничниками.
Однажды Лебедев получил приказ проверить правый участок границы, по сравнению с левым флангом он был более опасным. В небольшом ущелье летом на вершине горы после дождя периодически возникал камнепад. К теплу он будто просыпался, с чужой территории мчался через границу и так же быстро прекращался. Отчего получил от пограничников прозвище «Нежданчик».
Чтобы от него уберечься, через ущелье проложили металлические трубы-перила, а на них кто-то смастерил из проволоки кольца, и пограничники пользовались ими. В какую сторону наряд шёл, туда их и двигали.
Пётр, приближаясь с напарником к ущелью, услышал грохот «Нежданчика». Прибавив шаг, они вскоре оказались возле ущелья. Там стояла тишина, словно ничего не произошло, только с вершины по булыжникам стекал небольшой ручеёк. На перилах кольцо стояло точно посередине, а должно было находиться в начале или в конце. Плохое предчувствие охватило Петра и, приглядевшись, он заметил в ущелье зелёную фуражку. Пётр выстрелил из ракетницы, дав сигнал «Тревога!», а потом быстро снял с себя автомат, боеприпасы, передал все напарнику и заскользил вниз по ущелью по мокрым булыжникам.
Подобрав фуражку у небольшого обрыва, Пётр заметил и торчащий из-под валуна карабин. Он спрыгнул вниз и стал раскидывать булыжники, под которыми оказалось небольшое углубление, где он обнаружил Андрея с его напарником. Оба с головы до ног были мокрые, но Андрей с невозмутимым видом спросил:
– Петя, давно ты меня ищешь? Я тут сорвавшегося напарника изловил. И удачное место нашёл спрятаться от «Нежданчика», ни одного ушиба нет! Заходи, с нами отдохнёшь!
Но тут подошла группа сослуживцев и вытащила всех. И только они это сделали, сверху послышался гул очередного «Нежданчика». На заставе начальник поблагодарил всех пограничников с выполненным заданием и дал указание быть на службе повнимательнее.
Утром друзья заглянули в дежурку, там их ждали по два письма, одно от родителей, другое – от девушки. Андрей читал, улыбаясь, а Пётр радовался и удивлялся. В письме было написано: «Петенька, здравствуй! Я очень счастлива получать от тебя весточки!»
Девушка рассказывала о своей жизни, просила её не забывать и приложила свою фотографию с подписью «Шура». Это была Саша, только вот на щеке у неё почему-то оказалась маленькая родинка. Петя от друга ничего не скрывал и показал фотографию Андрею. Тот посмотрел на снимок и невозмутимо высказался:
– Это брачок! – и показал, что ему прислала Саша.
Это было одно и то же лицо.
Друзья хотели ещё поговорить, но были вызваны готовиться для выхода в дозор. Одному нужно было отправляться на левый фланг, другому – на правый.
Так у друзей и шла служба. И если они встречались, то первым делом разговор шёл о девушке, ожидающей их обоих.
Петя как-то высказал Андрею:
– Я прекращаю писать. Ты ей больше нравишься, а мне она пишет из жалости.
– Ни в коем случае! – ответил Андрей. – Наша дружба испытана временем и невзгодами, проверена жизнью. И всё у нас будет хорошо! – и, улыбаясь, похлопал его по плечу.
Письма от девушки к ним по-прежнему приходили, а их дружба только крепла. Но пришло время демобилизации. За годы их службы, когда они охраняли границу, через неё не проскочил ни один нарушитель.
Пограничники шутили:
– Враг из-за вашей крепкой дружбы боится с вами на границе повстречаться!
Прощались с ними на заставе салютом. Стреляли разноцветными огнями из ракетниц.
А в округе вызвал их генерал и говорит:
– Благодарю вас за отличную службу и предлагаю вам два варианта поощрения: присвоение звания сержанта Андрею Устинову и ефрейтора – Лебедеву. Или рекомендацию обоим в военное училище.
– Товарищ генерал, а можно то и другое? – обратился Андрей.
– Идите и пришивайте лычки, – улыбнулся генерал.
В поезде друзья не спали. Вот где они вдоволь наговорились. О доме, о встрече с близкими и с девушкой. Пётр на это смотрел серьёзно и очень переживал, а у Андрея с лица не сходила улыбка и сверкали хитрющие глаза.
Поезд въезжал на вокзал медленно, словно получал от этого удовольствие.
Лебедев заторопился, взял чемодан. Андрей его успокоил:
– Как только пассажиры схлынут, нас с тобой встречающие заметят!
Тут вагоны застучали буферами и состав встал. Когда последний пассажир вышёл из вагона, друзья ухватили чемоданы и вышли на перрон, где стояли две девушки, очень похожие друг на друга. Только у одной из них была родинка на щеке.
– Я вот что тебе скажу, Петя, – заторопился высказаться Андрей, – это две сестрички-двойняшки – одна Саша, другая Шура. Я тебе об этом не говорил, потому что так интересней шла наша служба. А теперь можешь к любой из девушек подойти. Я тебе разрешаю!
И Пётр с Андреем рассмеялись.
А сестрички и сами знали, к какому из пограничников в зелёных фуражках броситься навстречу.
А характеристика от генерала пригодилась: друзей приняли в военное училище без экзаменов.
Мамино пожелание
Сёма Зорин, будучи ещё мальчиком, любил собирать разного цвета камешки, а когда подрос, то стал их шлифовать, превращая в красивые изделия. Он много читал о ценных камнях и знал о них все. Посещал разные выставки, музеи, разбирался в искусстве. Окончив общеобразовательную школу, Сёма пошёл работать продавцом в антикварный магазин. Там его дружно приняли в коллектив. Мама тоже была довольна тем, что сын будет зарабатывать. Она его воспитывала без отца, тот погиб в афганской войне, и ей приходилось сталкиваться с нелёгкими житейскими проблемами.
Однажды она услышала от сына слова:
– На меня девочки поглядывают, хотят познакомиться.
Мама ему ответила:
– Пока штаны не купишь, ни о каких девочках не мечтай!
Сёма не обижался на родительницу: знал, что она только на словах сердитая, а в душе добрая.
В тот же день, когда Сёма должен был получить первую зарплату, ему вручили повестку на службу в армию.
– Будем ждать! – сказали ему сотрудники магазина. – Сегодня мы тебя с почестями проводим, а завтра отправляйся служить. И не бойся: сейчас у нас армия мирная, и горевать ни к чему.
И они вечером в помещении накрыли стол с вином, закуской, чокнулись рюмками и пожелали Сёме благополучной службы.
Сёма попал в погранвойска. Застава находилась недалеко от города, а государственная граница проходила посередине моря.
Он сразу услышал новость: «Из городского музея был похищен Розовый бриллиант, очень ценный по размеру и цвету».
Все пограничники вышли на усиленную службу. А Сёму с другими новобранцами обучали навыкам молодого бойца: стрелять и уметь обнаруживать нарушителей.
Вскоре майор – начальник заставы дал Сёме указание:
– Солдат Зорин, вы с напарником должны дозором обследовать пляж, где отдыхают туристы. Заодно и ознакомитесь с участком границы.
Солнце уже скрывалось за краем моря, оставляя за собой на водной глади яркую дорожку, а со стороны берега была тьма-тьмущая. Только слышен был шум плещущих волн. Изучив маршрут, местность и не заметив ничего подозрительного, Сёма и напарник вернулись на заставу и доложили об этом майору.
В следующий раз Сёма пошёл в наряд ранним утром. Солнце всходило большое, яркое, и на берегу весь песок искрился. И тут Сёма заметил на песке большое золотое кольцо, а пройдя дальше, нашёл серебряную сережку.
Находясь уже на заставе, он доложил о находке начальнику и передал ему ценности.
Майор, смеясь, проговорил:
– Тебя, наверное, Зорин, надо отправлять на охрану границы только в светлое время! Может, и ещё что-то найдёшь!
Так он и сделал – из любопытства. И Сёма снова принёс ценности: золотой браслет и серёжку.
Начальник заставы удивлённо воскликнул:
– Служу много лет, но такого собирателя драгоценностей никогда не видел!
А Сёма поел, отдохнул и в личное время пошёл покувыркаться на турнике. Майор, проходя мимо, его похвалил:
– Молодец, пограничник, будь всегда в форме!
Тут Зорин попросил:
– Товарищ майор, а можно мне на курортный город посмотреть?
– Разрешаю, – ответил тот, – только не опаздывай, приходи вовремя. Завтра тебе с утра в наряд!
Сёма, довольный, вышел из части. В городе люди никуда не спешили, чувствовалось, что они отдыхают. Он подошёл к девушке в фартучке и с лотком, продававшей мороженое. Купил одно, присел на лавочку и с аппетитом его слопал. Взял ещё два – и их съел.
Потом посмотрел на девушку, а та смеется:
– Больше мороженого нет! Придётся вам прийти в следующий раз. Я здесь всегда нахожусь.
И, положив лоток в подъехавшую машину, стала удаляться. Голос у неё был приятный, да и сама она была хорошенькая: стройная, с золотистыми кудряшками на голове.
– Я обязательно приду! – вдогонку крикнул ей Сема.
Дальше идти в город ему расхотелось, и он вернулся на заставу. А утром, как только взошло солнце, Сёма получил приказ проверить с напарником левую сторону берега: не было ли там нарушений?
В эти ранние часы от моря веяло прохладой, вода была холодной, и никто не купался. Вдалеке на волнах Сёма заметил жёлтую лодку, уплывающую от берега, и решил: «Видимо, рыбак, любитель ранней ловли».
Он обошёл с напарником весь участок. Сапоги от влажного песка становились тяжёлыми, но не промокали, а в сушилке на заставе опять принимали свой прежний вид. На обратном пути погода резко ухудшилась (в этих местах так бывало). Пограничники медленно двигались к заставе, борясь со шквальным ветром. Волны выкатывались на берег и с шумом его хлестали.
Зорин ещё издали заметил знакомую жёлтую лодку. Подкинутая волной, она близко подошла к бую и, показалось, человек что-то на него накинул и быстро оттолкнулся. «Что он там делал?» – подумал Сёма. И только когда подошёл пограничный катер и взял лодку на буксир, он перестал за ней следить. Но чувство беспокойства не покидало его. «Что-то прицепил к буйку, или мне показалось? – размышлял Сёма. – Может, человек в лодке за него ухватился, чтоб от волны уберечься?».
Сёма продолжал путь к заставе, но так и не мог успокоиться.
– Вот что, – сказал он напарнику-пограничнику. – Давай-ка вернёмся. Я сплаваю к бую: узнаю, все ли там в порядке!
– Это не по инструкции, и нас с тобой накажут! – предостерёг его напарник.
– Тебя нет, а меня как старшего наряда – да!
И Сёма, скинув форму, вошёл в накатывающую волну и поплыл к буйку. Плавать Сёма умел, но раньше плавал всегда в спокойной реке, а тут было бушующее море. Доплыв до буйка, Сёма уцепился за него, отдохнул и оглядел со всех сторон. Но сначала ничего подозрительного не обнаружил. И только затем увидел сверху накинутую леску. Он подхватил её и с ней поплыл к берегу.
Это было труднее, чем плыть к буйку. Волной Сёму то и дело уносило в море. Но младший наряда изловчился, ухватил Сёму и выволок на берег. А тот потянул за леску и вытащил обыкновенную рыбу.
– Зря ты трудился, старшой, – сожалея, буркнул напарник.
Рыба была ещё жива и билась о песок, а крючок, который цепко держал её, почему-то был проткнут через обе губы. Рыба не могла открыть рот и должна была задохнуться и пролежать на дне возле буя, никем не съеденная.
– Давай пожарим! – предложил Сёма. – Чтоб труд наш был не напрасен.
– А нас повар не пошлёт подальше? – засомневался младший.
Но они всё же взяли рыбу и вернулись на заставу.
Там они, положив рыбу на газету, первым делом пошли к начальнику заставы. Честно и подробно ему обо всём рассказали. Майор нахмурился: видно, ему не понравилось, что пограничник в шторм плавал за какой-то рыбой и подвергал себя опасности.
Он спросил:
– А ты, рядовой, сам-то рыбачил когда-нибудь?
– Никак нет! – отвечает Сема.
– То-то я и вижу. Учти, рыба вряд ли нацепится всем ртом на крючок. Пойдём, посмотрим!
Начальник заставы оглядел рыбу, понюхал и вырвал крючок. Заглянул в широко раскрытый рот, залез туда пальцем и вытащил большой полиэтиленовый пакет. Развернул его, а там…
– Так это Розовый бриллиант! – воскликнул Сёма.
– Ты, Зорин, молодец, и меня всё больше и больше удивляешь! – воскликнул майор и добавил: – Пусть младший наряда отнесёт рыбину повару, а ты пока останься. Позвоню куда следует.
И он, набрав номер, кому-то доложил, что произошло на границе. По довольному лицу начальника заставы было видно: он гордился своими подчинёнными.
– Тебе, Зорин, за находку полагается огромная премия! А того, кто его украл, сейчас допрашивают. Он хотел доплыть до нейтральных вод, видно, там у него был сообщник, да шторм помешал. Вот он и спрятал драгоценность до поры. А ты его обнаружил. За грабителем, кстати, следили и задержали, но бриллианта у него не оказалось. Хотели даже отпустить. Ты отличный пограничник, Зорин! – ещё раз похвалил майор и предложил: – Если ещё раз захочешь пойти в город, отпущу на весь день. Тебя там, между прочим, видели с молодой особой!
Сёма засмущался, но от предложения майора не отказался. И когда на курортном пляже засветило солнце, он уже стоял перед девушкой и просил мороженое.
– Я больше трёх вафельных стаканчиков не дам! – улыбаясь, сказала она. – А не то заболеете, и мне придётся перед вашим начальством отвечать.
– А вы ведь моё имя не знаете, – произнёс Сёма и предложил: – Давайте познакомимся! Меня зовут Сёма.
– А я Лиза! – ответила девушка.
Он сидел рядом с ней на лавочке и рассказывал ей о себе: из какого города, что живёт с мамой и разбирается в ювелирных изделиях и искусстве.
Может оттого, что Сёма всё время ел мороженое, как бы его рекламируя, Лиза всё быстро продала и, довольная, произнесла:
– Сёма, я с тобой сегодня перевыполнила план!
Потом Лиза сняла фартучек и уложила в сумочку, а лоток оставила до прибытия машины. Зорин решил проводить её. Когда они проходили мимо строящегося здания, Лиза спохватилась: