Лекарь. Второй пояс

Пролог

На эти тренировки я никогда не брал никого из семьи. Раньше всегда уезжал в лес один, теперь за спиной всегда маячила тень Золака.

– Не нужно так коситься на меня, старший. Ваше намерение столь остро, что заглушает ветер.

– Ты слышишь ветер?

– Это ведь моя стихия, старший. Уверен, что вы тоже… ну, не слышите, а ощущаете воду.

Я замедлил шаг, чтобы Золак поравнялся со мной и мне не пришлось оборачиваться, чтобы видеть его лицо. Ему бы казалось, что лицо. Меня же больше интересовали Указы.

– Слышал, что во Втором полностью окрашенные волосы не ценятся.

К удивлению, Золак ответил прямо, не изворачиваясь, как Шелеост:

– Так и есть. У старших фракций.

Один из Указов, трёхцветный, начал слегка пульсировать, то разгораясь, то притухая. Всего лишь. Хотя Шелеоста даже от байки перекосило. Силён Золак. Дальше я спрашивать не стал. К чему проверять границы разрешённого? Задумавшись, я продолжал оглядывать Указы Золака. Опомнился только когда тот нахмурился и спросил:

– Старший?

– Задумался.

Я отвёл взгляд. Странно я выглядел, в упор, не спуская глаз с идущего рядом. Задал вслух мучивший меня вопрос:

– Золак, как вышло, что ты так точно знаешь время своей жизни? На тебе Указ, который ты не собираешься выполнять?

– Нет, старший. Я хоть и стар, но не стал бы заключать такой контракт, – при этих словах я едва удержался от кривой усмешки. – А без моего ведома и крови такое не провернуть. Я отравлен.

Как бы я ни считал, но среди контрактов и Указов Золака и впрямь не нашлось ничего такого, что убило бы его. Разве что в трёхцветных, но где Золак и где вилорцы?

– Разве это не гораздо проще, чем Указы? За те деньги, что ты отдал мне, можно было купить лучшего алхимика Пояса.

– Старший ещё слишком молод. Лучшие не продаются за деньги. Только за услуги.

– Это как?

– Они требуют ответной службы. Можно ли отказать тому, кто способен тебя спасти? Жизнь гораздо важнее.

– Так что они требуют? Охраны?

– Реже всего. Большое везение, если в качестве платы эти мастера согласны принять уникальную вещь. Хуже всего, когда тебе приходится дать обещание выполнить когда-нибудь просьбу такого человека. Не люблю подобных скользких договоров.

– Но у нас с тобой именно такой.

– Вы слишком сильны, старший. Будь дело иначе, и я, конечно же, предпочёл бы контракт.

Я кивнул. Своим мыслям. Ведь в моём случае контракт бы не значил ничего. Ни-че-го. Работающий контракт на мастере Указов. Какая глупость. Поняв, что мы остановились и Золак всё ещё глядит на меня, успокоил его:

– Я выполню обещание. Зотар будет записан вольным. Хотя не думаю, что его удержала бы какая-то запись о служении мне.

– К чему сложности со стражей? К чему начинать жизнь во Втором с бегства? Никогда не знаешь, в какой момент тебя догонит такое прошлое. Вроде стал уважаемым купцом, а в ворота уже стучит стража с долговой распиской и набежавшими процентами.

Я вспомнил историю дяди Варо и снова кивнул:

– Ясно. Так значит никто из лучших алхимиков Пояса не захотел оказать тебе услугу.

– Неверно. Думаю, не больше одного, двух людей в Поясе способны меня вылечить. Я просто не могу тратить время на их поиски, – я не отвёл глаз и Золак сдался. – Это яд Второго пояса. Очень сильный яд с чуждой мне стихией, которая сжигает моё тело изнутри. Такие… вещи используют разные… люди во Втором. Те, у кого нет своих мастеров Указов или кто не хочет сообщать чужим мастерам Указов, что этот человек несёт на себе смертельный контракт.

– Больше похоже на средство теневых гильдий.

Золак усмехнулся:

– Старший сам сказал это.

– Удивительно, что подобная вещь оказалась в нашем Поясе.

– Ничуть. Через Врата чего только не попадает в Первый каждый месяц. Особенно среди вознаграждения фракций за таланты.

– От имперцев?

– От них тоже. Плохо то, что иногда эти вещи попадают глупцам. Тем, кто не знает, что к яду ещё нужно и противоядие.

Я промолчал. Мне нечего было сказать в ответ. Думаю, это и есть причина того, что Золак спасает внука бегством через границу. Он не простил того, что отравлен.

За разговором, незаметно, мы уже добрались до нужного места. Из вежливости я чуть поднял руки и приложил кулак к ладони:

– Я начну тренировку. Полагаюсь на тебя в охране.

Золак поднял руку, задерживая меня:

– Старший… Раз уж мы заговорили обо всём этом. Не хочу, чтобы одно из моих умений пропало зря. Прошу, старший, примите этот скромный подарок.

Я взял протянутый мне свиток, ставшим привычным за последние дни движением раскатал ткань.

Вуаль ветра.

Техника сокрытия.

Ранг: Человеческий, Качество: высокое, Созвездие: первое, Стихия: Воздух.

Условие: Открытый узел Тау-Ча-Ди… (шесть узлов).

Обращение к Небу…

Вливаемая в технику сила Неба окутывает идущего вуалью ветра, которая заглушает все звуки, что он издаёт.

Начальное освоение: вуаль окутывает только кожу идущего, скрывая дыхание идущего, но не его шаги и шорох одежды.

Мастерское освоение: вуаль окутывает одежду идущего, скрывая её шорохи и звук шагов.

Совершенное освоение: вуаль отходит на палец от одежды идущего, скрывая даже крик.

– Это скромная техника первого созвездия. Но Зотар скоро познает в совершенстве ещё второе созвездие и будет рад создать для вас свиток. К тому же на той стороне, во Втором, ему известно, где лежит свиток третьего созвездия… и оно уже сравнимо с земным рангом.

Я позволил свитку скататься. Золак всё ещё не доверяет мне, раз придумал этот трюк с техникой? Странный трюк на самом деле. И техника не настолько хороша, чтобы всерьёз заинтересоваться ей. И ранг её низковат. Земной? Даже в Первом я обладаю такими техниками, что уж говорить о богатствах Второго, которые ждут меня. Простой и дешёвый амулет Тигров полностью заменял эту Вуаль, позволяя мне не задумываться о нужде в подобном или возне с Умножением и остыванием меридианов. Да я даже Смарагдовый Ящер редко использовал. Но… Я понимал Золака. Он беспокоится о внуке. Свиток отправился в кисет, а я сложил у пояса руки в приветствии.

– Благодарю за подарок, Золак. Вместе с Зотаром мы обязательно выучим и третье созвездие.

– Спасибо, старший, за такие тёплые слова.

Золак, как всегда, остался под раскидистой Сономой, а я ушёл на поляну с камнем. Привычно прошёлся по всем Формам, позволяя потокам духовной энергии омыть всё тело. Едва она вернулась в средоточие, как всю её влил в три меридиана. Сегодня энергия двинется к последнему узлу тремя дорогами. Четырьмя. Я наполнил ещё и тело туманом силы, который тоже устремился к бездонному узлу в голове. Уже давно открылись те, что я начал наполнять силой позже, а этот всё не сдаётся, поглощая всё, что я только ни отправляю в него. Один узел отделяет меня от десятой звезды. Но кажется, настоящее название этого узла не Тау-Ча-Крон, а Бездна.

Только когда средоточие практически опустело, я коснулся кисета и в ладонях оказалось по шесть монет. Правая рука медленно и с трудом поднималась, повреждённые мышцы не хотели работать, но я уже привык. Мне главное поднять до середины пути, а к боли от нечётко выполненной Формы я уже привык. Первый круг, второй, третий, равновесие. Я давно не задумывался над всем этим, энергия в меридианах словно сама знала, что ей делать. Сколько этих Круговоротов за спиной? Сотня? Не меньше.

Миновало всего две недели с последнего открытия Врат. Сегодня ещё не самый бедный на энергию Неба день. Она послушно вливалась в меня нитями, рвалась в тело, куда её засасывали три круга Круговорота, наполняла меня силой Неба. И болью. К которой мне не привыкать. Шесть монет – это далеко до моего предела, ни к чему пугать родных окровавленной одеждой, иначе не избежать выговора от мамы.

Энергия рвалась к последнему триста пятому узлу по меридианам, сталкиваясь на пересечениях вихрями, ползла густым туманом силы к голове, всасываясь там в бездонный узел. Раньше бы я спешил, злился, рвался ускорить Круговорот и втянуть в себя ещё больше силы. Но это давно позади. Сейчас я спокойно и безостановочно вливал в узел энергию Первого пояса, Второго и монет, считая про себя вдохи.

В голове вдруг словно что-то лопнуло. Меня ожгла резкая боль, будто в лоб вбили клинок или Лезвие, разрубая голову. Вращение кругов Формы сбилось, когда я, рассыпав монеты, ухватился рукой за голову, стиснул её, крепко-крепко, словно пытаясь сложить по месту раскола. Правая рука даже не дотянулась, я сдвинул с виска левую, царапая себя остатками монет и проверяя, нет ли на лбу раны. А потом боль ушла, оставив вместо себя омытый слезами мир. Мир, который я видел так ярко и чётко, как никогда раньше.

Десятая звезда.

Не веря, я обратился духовным взором внутрь себя, ища последний узел, который находился как раз в середине лба и на палец вглубь. Тау-Ча-Крон. Узел ярко горел в моём духовном зрении, явно более крупный, чем его соседи. Я сделал это. Пора двигаться дальше. На ту сторону.

Глава 1

– Добро пожаловать во Второй пояс. Поздравляю с возвращением на земли предков.

Слова звучали вежливо, повод для них значителен, но вот тон, которым их произнесли… Безразличный, даже скучающий. Как будто этот старший по десять раз на дню их произносит. Но последний переход с нашей стороны был давно, как раз в месяц моего приезда в Ясень. И я лично наблюдал, как всё это происходило, расположившись на третьем этаже «Двух поясов». Тогда я, конечно, не слышал слов, но сейчас скука в голосе встречающего меня лишь радовала. Всё должно получиться. Я склонился:

– Спасибо, старший. Для меня это огромная честь.

– Самая сильная фракция Пояса – это клан Гарой. Моё имя Лир Гарой. Ты понимаешь, что это означает?

Я согнулся в новом поклоне, так что видел лишь полы сине-чёрного халата и сапоги Лира:

– Что вы из этого могучего клана, старший.

– И я вижу, что ты талант. Не припомню идущих твоего возраста. Обычно переходящие хотя бы на пару лет старше. Лучшие должны присоединяться к лучшим. Согласен?

Я сглотнул, глядя на спокойное лицо Лира, опустил глаза на вышитый белыми нитями на его груди мост, нерешительно произнёс:

– Старший… Я не смею обманывать столь могущественный клан. Я не талант, мне лишь выпал счастливый случай, который позволил прорваться на десятую звезду.

– Интересно. Прошлый Мастер расхваливал себя как мог, а ты… Впервые сталкиваюсь с такой честностью.

Меня обдало жаром, хотелось сорваться с места, чтобы избежать неминуемого удара. Я почти чувствовал, как шею рассекает безжалостная сталь. Но я ждал этого, готовился и не сдвинулся с места. Надеюсь, и лицо осталось бесстрастным, со всё той же подобострастной улыбкой. Бездарь не может обладать боевой медитацией.

Но вот обрушившуюся на плечи тяжесть я не заметить не мог. Испуганно прохрипел:

– Старший?!

Вместо ответа Лир взмахнул рукой:

– Крам!

– Здесь, господин!

– Насколько силён вот этот?

Подскочивший человек, одетый в такой же сине-чёрный, но без вышивки халат, всматривался в меня несколько вдохов, его ответ прозвучал неуверенно:

– Впервые такое вижу, господин. Он ничуть не опасней человека, что только создал средоточие.

Так и есть. Надо мной висят Указы. Один из них запрещает мне пользоваться всеми боевыми техниками. Исключение сделано лишь для первого созвездия Лезвия, Опоры, Покрова и лечебных техник. Ещё один Указ запрещает даже взяться за меч или копьё. Как я могу быть опасным противником?

Причём я довольно спокоен за свой план. Если в этом Поясе не любят таких, как я, мастеров Указов, то и вообще с мастерами Указов должны держаться настороже. Да и вряд ли таких ценных людей будут держать в крепостях перехода ради одного дня в месяц. Но даже если он здесь и найдётся, то в Указе запрета на техники нет ничего, что выдало бы меня. Отговорюсь капризом старого господина, который хотел, чтобы я только и делал, что лечил. А стоит мне увидеть здесь мастера Указов, как я сотру лишнее и в остальных своих Указах. Не зря же я так вычурно вписывал в них условия запретов? Без нескольких слов смысл поменяется полностью и лишь подтвердит мой вымысел.

Лир скривился:

– Рассказывай, как так вышло.

– Я родом из Ста Мостов.

Придумав план, я выбрал эти земли потому, что жившим там нет никакой нужды переться в Шепчущий через Орден. С ним они не ладят, да и путь слишком далёк. У Ста Мостов есть другой сосед, на землях которого своя крепость перехода. Здесь вряд ли найдётся тот, кто сможет уличить меня во лжи.

– Глава семьи… – я замялся, словно не желал называть имя, – взял меня в ученики старому лекарю, – искоса взглянув на Лира, с жаром продолжил. – Я служил верно! Делал всё, что мне говорили, смешивал все эти…

Голос Лира подстегнул:

– Ближе к делу.

– Простите, старший, – я поклонился ещё раз, пряча глаза. – Однажды глава семьи что-то не поделил с соседями и на поместье напали. Я помогал бежать молодому главе и… и остальным. Но в конце концов выжил только я один, – на миг я вскинул голову. – Я узнавал! Глава погиб. Госпожа… все старшие дети тоже.

Лир потёр лоб, спросил:

– Раз ты здесь, ты что, сбежал вместе с богатством семьи?

Я отвёл дёрнувшуюся руку от кисета на поясе.

– Все хозяева погибли, понимаете… погибли. Их нет больше.

– А кого ты тогда привёл с собой?

– Это моя семья. И парень, что заплатил мне. Мне… мне не хватало на переход родных.

– Семья, которой ты служил, была бедна?

– Она была и не богатой, и не бедной, старший.

– Ты мало украл?

– Я не крал, старший! – я осёкся, опустил глаза и глухо буркнул. – Мой талант плох, учитель всегда ругал меня и старшего господина… Я потратил на зелья больше, чем следовало.

– Выходит, ты не сумел спасти своего господина, так потом ещё и продал все его сокровища?

– Да, старший.

Лир шагнул ко мне, влепил такую пощёчину, что я рухнул ему под ноги. Испуганно вскрикнули тётя Ралио и Мара. У меня самого перехватило дыхание от неожиданности. Я ощущал себя сейчас слабым и беспомощным. Никчёмным. Опасность не обдавала жаром, но это не мешало сердцу колотиться в груди. Лир презрительно процедил, возвышаясь надо мной:

– Такие, как ты, точно не нужны моему клану. Если ты от меня что-то скрываешь, то моли Небо, потому что в таком случае я тебя убью.

Второй, тот, что Крам, быстро шагнул ближе к Лиру, склонился к его уху, но я услышал шёпот:

– Господин, Геор не упустит шанса обвинить вас. Какое дело вам до того, что за грязь поднимается из Первого?

– Эта грязь лезет на наши земли.

– Господин…

– Истину сюда.

Извиваясь под ногами Мастеров, я облегчённо выдохнул. Истина. Даже если она сильнее тех амулетов, с которыми я проверял задумку в Гряде, то должен справиться. Главное, что сюда не позвали мастера Указов. А амулет я научился обманывать, превратив в пыль почти десяток из запасов Равоя.

Спустя полсотни вдохов я сжимал треугольный амулет и затравленно глядел на Лира.

– Ты мог спасти молодого господина?

– Нет!

Амулет чуть нагрелся в ладони, не причинив мне вреда и не рассыпавшись, как изделия мастеров Ордена, а я с жаром продолжил:

– Старик вечно зажимал техники, называл бездарью. Раны молодого господина оказались слишком серьёзны. А я тогда знал только одну лечебную технику.

– Сколько знаешь сейчас?

– …Три.

– Мусор, – презрительно выдохнул мне в лицо Лир, стискивая мою ладонь. Задал новый вопрос. – Что с твоей рукой?

– Защищал молодого господина.

Лир дёрнул губами, шепнул:

– Плохо защищал, – и громко объявил. – Верность – лучшая из добродетелей идущего. Мне неприятно видеть, что сегодня к нам попал подобный отброс. Моему клану он не нужен. Слушайте все. Этот младший клана Гарой просит пришедших сюда об одолжении. Этот младший не желает видеть на нём герба. Что вы скажете?

Сначала послышались нестройные ответы:

– Хорошо, старший Лир.

А затем прозвучал насмешливый вопрос:

– А что, если нет?

Я бросил быстрый взгляд в сторону. Говорил мужчина в ярко-белых одеждах, нагло улыбаясь.

Лир даже не обернулся:

– Крам, позаботься, чтобы все наши союзники знали, что он ни к чему не годный отброс из Первого.

Я глубоко поклонился:

– Благодарю старшего за снисходительность.

Лир ещё раз оглядел меня, окружённых стражниками моих родных, скользя взглядом по нашей одежде и поясам. Я догадывался, что он там ищет. Кисет на поясе у меня и у Мары, за спиной дяди Ди висел мешок Путника. Лир протянул руку:

– Дай сюда кисет.

Ни разу никто из тех, кого я расспрашивал в Ясене, не говорил мне, что перешедших на ту сторону обыскивают. Сколько у меня было кисетов? Старшего Тарсил, старейшин теневиков, Мадов, Тигров, Киртано, Ария, Пратия, Угриоста. Почти всё, что лежало в них, я с помощью Ирама обратил в деньги, добавил к тем, что собрал по кисетам и в лагере Ордена, получил за работу от Ирала и Равоя. Большая часть ушла на оплату перехода через Врата, но и вещей, которые я не мог и не хотел продать, оставалось немало. Тот же Флаг Призрака или Цикад. Никто, даже Золак не рассказывал, что кто-то будет обыскивать перешедших. Впрочем… мало ли что происходило дальше, за стенами крепости Врат?

Крам снова шепнул:

– Господин, на вас смотрят.

Но Лир не опустил руки. И я протянул ему кисет. Тот, который когда-то принадлежал старейшине Мадов: тёмного атласа. Виски кольнуло резкой болью, когда Лир спрятал кисет в ладонях. Я не видел, чтобы он капал на него кровью, но через несколько вдохов его губы презрительно скривились:

– И впрямь, продал всё, что сумел украсть у благодетелей.

Поймать кисет я не успел, брошенный рукой Мастера, он свистнул в воздухе, влетел мне в грудь и заставил сделать шаг назад, так силён оказался удар почти невесомой вещью. Интересно, каково Возвышение Лира? Думаю, через пару дней я уже это узнаю.

Сейчас моя способность оценивать силу людей подводит меня. Так же, как в день моего проникновения в Гряду. Тогда я понизил своё Возвышение, и взгляд даже несильного Воина придавливал меня к земле. Сейчас Возвышение со мной, но не осталось возможностей сражаться. А моя способность очень зависит от моей мощи. Когда в руках сжат Пронзатель, и я стою напротив Тортуса – это одно. А когда я связан по рукам и ногам и лежу под ногами у Пратия – это другое. И снимать с себя эти путы сейчас не время.

Пока лишь радовался тому, что в последний момент передумал помещать в кисет на поясе простой Флаг призрака. Сначала хотел перестраховаться, если в этой крепости будет формация или массив, которые могут обнаружить моего Призрака, вернее, его Флаг. Но передумал. Решил довериться тем, кто говорил, что, по сути, большой разницы между Флагами нет. Ведь даже в лагере Ордена, где использовались знания Древних, не нашлось ничего подобного для их обнаружения. Выходило – поступил верно.

Как не ошибся и со своим представлением. Возможно, я слишком наслушался россказней Мириота, но и Равой во многом подтвердил все его слова. Почти никто из ушедших во Второй пояс не подавал о себе вестей. Я не раз представлял, как они приходили сюда, в крепость Врат. Вспоминал себя после границы Нулевого. Талант, который исполнил мечту предков и вырвался из тюрьмы. И поэтому решил действовать полностью противоположно. Они были таланты? Я представлюсь тем, кто случайно урвал шанс. Они прошли сотни схваток? Я стану мальчишкой, которому не доверяли даже перетирать травы. Другие приходили одни или с равными соратниками – у меня целая семья слабосилков.

И это тоже причина, по которой я забрал с собой старика и старуху. Только обратная. Надеяться, что в одиночку, пусть даже и с деньгами, две Закалки долго протянут в Ясене? Нет. В это я не верил. Особенно после встречи с Мириотом. Ясень добр только к тем, у кого есть сила. К западной стене крепости жмутся трущобы. В них живут сплошь Закалки, которым не нашлось места внутри стен. Не сомневаюсь, что рано или поздно старики оказались бы там. Это в лучшем случае.

Нет, такой судьбы для них я допустить не мог, каким бы вздорным ни был старик. Поэтому я и забрал их с собой. А ещё надеясь, что во Втором поясе сила Неба прибавит им несколько лет жизни. Но пока что, я не заметил, чтобы концентрация энергии здесь поражала меня. Да, явно выше, но разницы, которую я помню при переходе из Нулевого в Первый, не ощущаю. Выше, чем в Ясене на той стороне, гораздо выше, чем в Гряде. Но… Совсем не идёт в сравнение с предгорьями Братьев и тем более Миражным. Я бы сказал, похоже на середину пути между болотом и лагерем Ордена. Неожиданно.

Кстати, и про слабосилков со мной не совсем правда. Но Зотар идёт отдельным счётом, как оплативший переход моих родных. Хотя не думаю, что седьмая звезда Воина привлечёт много внимания.

Сквозь цепь стражи проскользнул Крам. Протянул мне чёрный шар и сухо приказал:

– Опусти ладонь. Ну?

Я знал, что передо мной. Та самая штука, из-за которой Тразадо не принял моего предложения, а Золак остался в Первом. Секрет чёрного нефрита принадлежит семье Гарой. Облизал губы и спросил:

– Что это, старший?

– Не бойся. Нефрит всего лишь сравнит твою духовную силу с теми преступниками, отпечатки которых в него помещены.

Я несмело кивнул. Ни у кого из поднявшихся во Второй нет способа избежать этого шара. Коснулся холодной гладкой поверхности. На несколько вдохов ощутил странное движение энергии, будто камень начал высасывать меня. Сила сама потянулась из средоточия по меридианам безо всякого моего участия. Но едва коснулась шара, как всё прекратилось. Крам сухо сообщил:

– Ты всё. Теперь остальные.

– Благодарю, старший, за вашу защиту.

Крам поморщился и отвернулся. Пускай. Может, я неправ, обманывая его вместе с его господином, но я свой выбор сделал. Верность, может, и лучшая добродетель для идущего, но где для Лира её границы? Насколько я должен был бы стать верен его клану?

– Как ты запишешь тех, кто пришёл с тобой?

И это мне известно из записей Равоя и слов старика Золака, но я снова согнул непослушную спину в поклоне. Лучше услышать объяснение здесь.

– Простите, старший?

– Мастер… – Крам оглядел меня, сморщился. – Мастер здесь только ты. Всем этим людям купил проход тоже ты. Только от тебя сейчас зависит, кем они будут внесены в налоговые списки. Семья, слуги, вольные. Если, конечно, у нас не найдётся старых записей о них.

Записи о Тразадо у них, конечно, были. Они попали в Первый через Ясень, хотя здесь неважно какие Врата: клан Гарой владеет чёрным нефритом во всех. Так что в этом шаре есть и запись о старике Золаке. А вот Зотар родился в Первом.

Под лопатку кольнуло. Оглянувшись, заметил прищуренный взгляд Зотара. Боится, что нарушу обещание? Зря. Я повёл пальцем, очерчивая круг:

– Моя семья, – теперь я указывал на Зотара. – Вольный.

Все по очереди подходили к шару, опускали на него ладонь. За стариков подняла их руки мама. Наконец Крам махнул, разрешая нам двигаться дальше. Я по-прежнему шёл впереди, оглядываясь по сторонам. Возникало ощущение, что стены Врат в Первом и здесь возвели одни и те же руки. Точь-в-точь такой же камень, те же лестницы наверх и навесы. Под ними, наверное, и сидели за столами все Воины в ожидании тех, кто перейдёт границу…

Я сбился с мысли. Нужно отвыкать от того, что Воины – вершина Возвышения. Вокруг меня Мастера. Даже если самый слабый из встречающих так же, как и я – первой звезды, то они всё равно могут оказаться сильней меня. Жаль, что сейчас, с запретами на техники не получается верно оценивать силу окружающих. Для меня они все бездонные озёра с мутной водой. Точно такие же, какими выглядели и Воины на той стороне границы. Я не вижу дна. И нет большой разницы сколько до него – локоть или два роста. Утонуть беспомощному хватит.

Так что сейчас я шагал мимо Мастеров. Привык, что в Ордене по цвету одежды можно было сразу понять, кто перед тобой. Но здесь всё не так. Лир одет в чёрный халат с синими узорами и вставками. Точь-в-точь, как и Крам, называвший его господином. Всё различие между первым и вторым в вышивке на груди. Все остальные одеты по большей части в разные цвета. Лишь ещё две группы людей, явно принадлежавшие к одним фракциям, одеты однотонно. Я не улавливал никакого смысла в их цветах. Это не ранги, но и не всегда фракции, потому что одинаково одетые люди иногда стояли слишком далеко друг от друга.

Пока я уверенно определял лишь простых стражников, что облачены в одинаковые доспехи. Их здесь большинство. Они окружили нас после перехода, стояли на стенах и на выходе из них. Но проход открывал Лир Гарой, а все те, кто без доспехов, выстроились, словно создав коридор, по которому нам нужно пройти к воротам. И чем дальше от границы, тем… Я задумался, пытаясь уловить то, чем эти люди неуловимо отличались. Богатство? Я мало в этом понимаю, весь опыт ограничивается покупкой платьев для мамы и Лейлы в Нулевом, одежды для молодого господина, когда у меня появились деньги в Гряде и неделей притворства попечителем Ордена.