13 аватаров. Первый – «Черепаший поводырь». От инициативы одного к переменам многих

© Сергей Павлович Ковтунов, 2024

ISBN 978-5-0060-0243-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Зов

Несколько лет я находился в состоянии самадхи. Все мироздание, все вселенные, превратившись в точку, стали мизерной частью бесконечного Ничто. Не было ни темноты, ни тишины, ни пространства, ни времени. Было только всесильное, абсолютное знание «Я есмь». Это чувство более реально, чем та действительность, которую вы видите. Но не было какого-то отдельного я, ибо все сущее и не сущее было частью меня. И в этом состоянии блаженства родилась мысль: – пора объявить ЗОВ!

И в это мгновение мир принял очертания земной жизни, и тело Сантьяго лежало на жарком песке пляжа. Через секунду ко мне вернулось мышление и персональное сознание. Ум лихорадочно пробовал объяснить необъяснимые переживания. Найдя спасительную мысль, что я перегрелся на солнце и испытал галлюцинации, ум успокоился.

Я попробовал встать, поскольку я осваивал тело Сантьяго заново, но мне не удалось это сделать с первого раза. Хорошо, что мои падения никто не видел, так как пляж был девственно пуст.

Осваивая ходьбу, я услышал крик о помощи – зов. Вернее не услышал, а почувствовал, так как, собственно, никто не кричал. Но сильный мысленный призыв словно звенел в пространстве.

Я огляделся и увидел двух черепашат. Маленьких, вылупившихся сегодня. Сезон рождения черепах закончился неделю назад. И эти двое заметно опоздали с появлением на свет. Они уже долго «нарезали» круги, очерчивая место своего появления. Малыши не знали, что ищут, но просто чувствовали необходимость двигаться. Впереди они увидели горку песочного бархана, и им казалось, что если они будут на вершине, то добьются успеха. Но, осилив очередной пик, они не чувствовали удовлетворения. Поставив новые цели, искатели отправлялись к следующей вершине, и эта гонка достижений казалась им бесконечной. Они уже не знали, что ищут, для чего родились, и существует ли кто-то, кто мог бы дать ответ.

Я помню, что все мы одно целое, боль и мольбы моих маленьких ипостасей своим страданием вернули меня в проявленность. Истинная среда существования черепашат – океан. Но, родившись на земле, многие существа, так же как эти малыши, забывают о своем истинном предназначении. Они бегут по кругу, берут вершины, дальше и дальше, снова и снова. Но то, что они получают, не является тем, что они ищут. Многие так и бегают по земле, не узнав, что Божественный истинный океан ждет их совсем рядом.

Я поднял обоих малышей и отправился к воде. Один из них почувствовал, что грести лапами стало легче и начал махать ими еще активней, а второй осознал, что от движений происходящее не зависит, и – расслабился. Опустив их на кромку набегающей волны, я отошел. Вода вытолкнула обоих дальше на берег. Но черепашек как подменили. С этого мгновения они поняли, что искали, и всем своим существом прочувствовали, где они должны быть. И «ленивый» и «трудяга» казались неудержимыми. Хоть волны и были сильны, но каждое прикосновение к воде давало маленьким существам еще больше сил. И они смогли своими усилиями прорваться в «божественный» океан блаженства!

Вот так, Сантьяго, – сказал я сам себе, – теперь ты черепаший поводырь! Отправляйся туда, откуда идет ЗОВ!

Возвращение

Кто сегодня будет использовать трансатлантический корабль для переезда из Европы в Латинскую Америку? Когда есть самолеты и долететь можно за несколько часов, вместо того, чтобы плыть больше недели.

Вот, например, Дон Сантьяго – герой нашего рассказа.

В окошко каюты современного трансатлантического лайнера показались колонны морского вокзала.

Дон Сантьяго давно уже не был на родине. Он улыбнулся знакомому виду здания, хотя оно было отреставрировано и сильно изменилось за время его отсутствия. Все же основной стиль узнавался, к тому же были неприметные мелочи, которые не менялись с течением столетий. Развешенные вдоль берега рыболовные сети, свалка отходов на окраине морского рынка, никогда не смолкающий шум и гвалт.

Дона Сантьяго должны были встретить его старший сын Хулио и племянник Ванесс.

В мгновение ока перекинуты канаты, и умелые руки пришвартовали белоснежный лайнер. Хлоп!

Легкий толчок вперед, двигатели затихли и корабль замер.

Казалось бы, столько дней плыли не спеша, а что же произошло сейчас? Как это и принято в обществе занятых современных людей, все пассажиры в спешке, торопясь, направились к трапу. Возможно, они и сами замечают, как это неудобно: стараться выйти раньше всех, в то время, как остальные хотят того же. Каждый получает толчки, волнение, суету и стресс. Но, не смотря на это, все стремятся успеть.

Поскольку Дону Сантьяго спешить было некуда, он спокойно сидел, глядя в окно своей каюты, любуясь, как приезжие и встречающие обнимаются и целуются на пирсе. Он вышел на палубу последним. Яркий солнечный луч так резко ударил глаза, что поневоле пришлось прищуриться.

Прибытие на родину вызывало у Сантьяго приятное чувство ностальгии: он слегка улыбался, проходя по трапу на пирс.

– Папа, папа! – Услышал он знакомый голос. Последние годы, после того как он покинул свою семью, его давно никто не называл отцом. Повернувшись, он увидел сияющую улыбку Хулио. Святая Дева Мария, как же он вырос! Лицо стало мужественным, широким, волосы кучеряво завивались большой «шапкой» вокруг головы. Освещенные солнечным светом, они напоминали нимбы святых, нарисованных на фресках христианских костелов. Он выглядел высоким юношей с достаточно развитой мускулатурой, но еще не грузно по-мужски, а поюношески стройно. Его мать всегда хотела, что бы он занимался танцами. И, похоже, её старания не пропали даром. Он действительно был грациозен.

Восхищенный Дон Сантьяго только развел руками. А подлетевший сын обхватил его за талию, приподнял и закружил вокруг себя.

– Папа здравствуй! – Еще раз поприветствовал отца Хулио, опуская его на землю.

– Здравствуй сынок, – и Дон Сантьяго прижал к своей груди сына. Скорее попытался, как это делают отцы, но, поскольку юноша был на полголовы выше, то такое объятие выглядело немного комичным. Но, тем не менее, искренним и душевным.

– Мы тебя давно уже ждем: пароход задержался на несколько часов. А где твои вещи? И это все, что у тебя есть? – По-юношески суетился Хулио, указав на заплечный мешок, висящий у Сантьяго на спине.

– Да.

– Привет Сантьяго! – Произнес подходящий к отцу и сыну молодой племянник Ванесс. Он всегда обращался к дяде немного фамильярно, и, видно, годы не поменяли эту привычку.

– Привет Ванесс, произнес Дон Сантьяго и пожал протянутую руку не как обычно – «кисть в кисть», а обхватив его запястье. Ванесс на несколько секунд отпрянул от неожиданности, после чего немного спохватившись, произнес:

– Если это все вещи, что у тебя есть, то давайте отправимся уже отсюда, а то мы торчим здесь полдня.

– Да папа! Мы торопимся, – подхватил инициативу брата Хулио. Мы хотели тебя отвезти сразу домой, но сейчас не успеем и поэтому, если ты не спешишь, сначала заедем по нашим делам.

– Возможно, поток жизни специально привез меня чуть позже, чтоб я поехал вместе с вами? – Философски ответил Дон Сантьяго на предложение сына. – Во всяком случае, я не тороплюсь.

Через пару минут все трое вышли на площадь перед вокзалом, на которой, за эти прошедшие годы появился фонтан, огромная стела с символом города и свежая брусчатка. Но время не тронуло ни здание католического храма, несколько веков назад построенного потомками великих конкистадоров, ни стоянку таксистов, ни их старенькие автомобили. Хотя рядом с площадью была парковка для встречающих, и оттуда выезжали очень современные и не привычные для Дона Сантьяго машины. Последние несколько лет он провел далеко от цивилизации. Хотя его родина и была всего лишь индустриальным городком так называемого «третьего мира», он был довольно современным по меркам латинской Америки. И огромные, сверкающие лаком и хромом автомобили были доказательством, что город живет зажиточно.

Троица подошла к старенькой машине производства последних десятилетий двадцатого века, сделанной где-то в стране «восходящего солнца».

– Сколько ей? Спросил Дон Сантьяго, обходя небольшую, много раз ремонтированную, машину. – Наверно десятка два лет?

– Да где-то так, – ответил Ванесс. И, усаживаясь за руль, добавил с оптимизмом: – зато в ней нет лишней электроники. Это – хоть и не мустанг, но проверенный боевой конь.

– Да, таких надежных автомобилей давно уже не делают, поддержал брата Хулио. – Я слышал недавно на лекции, что автомобильные концерны в начале двадцать первого века сменили свою политику качества. И теперь выпускают модели, способные проездить только срок гарантии. А после покупатель будет вынужден, чтобы не мучиться с бесконечным ремонтом, покупать новую машину. Так что таких надежных автомобилей теперь уже не найдешь на современном рынке, – блеснул своими познаниями сын.

– Я планирую купить немного «посвежее», – с оптимизмом высказался Ванесс. Вот только баксов сейчас подсоберем и купим. Не хватает то всего штук пять зеленых. Но сегодня мы заработаем. Да братишка?

И Ванесс многозначительно посмотрел на друга.

– Да, подзаработаем, – подбадривающее ответил Хулио. Он захлопнул дверь и откинулся на спинку переднего кресла. Дону Сантьяго, как гостю, досталось почетное заднее сиденье.

Всю дорогу он пребывал в тишине своего покоя, изменившийся за стеклом город хоть и был узнаваем, но все же не сильно волновал его.

– А как вы собираетесь сегодня заработать деньги? – Услышал Сантьяго свой спонтанно возникший вопрос.

– Нуууу…. Хулио повернулся к отцу и слегка замявшись, попытался объяснить свои планы. Я последнее время занимался карате и капоэйра. И сегодня мы устроим небольшой поединок на деньги, но это не какой-то там уличный бой. Нет. Все по-честному, в спортзале, с открытыми ставками, судьями, гонораром.

– Да, верная победа, поддержал Хулио Ванесс. – Заносчивые девчонки бросили ему вызов, но он сделает их в два счета. Они тоже занимаются карате, но девчонки они и есть девчонки, так что к вечеру планируем заработать пяток килобаксов.

– Планируете? – Ухмыльнулся про себя Дон Сантьяго и уже вслух произнес: – Посмотрим.

победить, если предрешёно поражение

Зал, в который вошел Сантьяго с молодыми людьми, был забит народом. В центре парни занимались парами. На них не было ни спортивной одежды, ни специальных кимоно, ни даже спортивной обуви. Они были одеты по-уличному: в коричневые кожаные куртки, брюки, и даже туфли из крокодиловой кожи. Правда, по тому, что почти все были одеты одинаково, можно было предположить, что это все же униформа.

Они отрабатывали серию ударов на поражение, которые заканчивались добиванием упавшего противника.

Там не было ни трибун, ни ринга, вдоль стен группками толпилась молодежь, некоторые переодевались в спортивную форму. Другие разминались. Несколько девушек, хотя их половая принадлежность скорее узнавалась интуитивно, так как их трудно было отличить от панкующих подростков, увидев Хулио, презрительно зашептались, и выкрикнули какое-то жаргонное словечко. Смысла последнего Дон Сантьяго не знал, но вряд ли это было что-то дружелюбное.

Хулио в ответ тоже фыркнул что-то презрительное.

Девушки, окинув взглядом самого Дон Сантьяго, разразились таким громким смехом, что инструктор, стоящий в центре зала, невольно повернул голову в сторону шумной компании. Он следил за подготовкой «группировки» в штатском и, видимо, был тут главным.

Проследив взглядом за объектом насмешек, он увидел чудного мужичка. Внешний облик Дона Сантьяго действительно был очень экзотичен для латиноамериканского городка двадцать первого века. Да, собственно, и для любого другого места на планете.

На голове устроилась меховая шапка со свисающим сзади песцовым хвостом. На плечи накинут выцветший мешок неопределенной формы, из-под лямок которого просматривались расшитые красной нитью узоры на рубахе в виде каких-то символов. Замысловатые свастики, кресты не по-христиански сложной конструкции, звёзды, знаки, похожие на руны. Великое их множество окаймляло ворот рубахи. Брюки чудака за всю свою долгую жизнь так и не смогли встретиться с утюгом… Висели они на нем бесформенно, но гармонично. А вот чистые кожаные туфли, как у модного денди, смотрелись очень солидно, но очень неожиданно в сравнении с остальным прикидом. И хотя начищенная новая обувь была коричневого света, на фоне всего наряда она сияла, как маяк в новолунную ночь.

– Хмм! Спонтанно вырвалось у инструктора. И в унисон смешку, по залу прокатилась улыбка. – Ааа, Хулио…, эти с тобой! Ты что-то заставляешь себя ждать. Уж не испугался?

Желваки Хулио напряглись в ответ на насмешку. Но голос со слегка смущенной интонацией, произнес: – Нет, просто мы задержались, встречали моего отца.

– Ааа… так это твой отец? Уж не в семье шутов ты родился? – Попробовал сострить инструктор. И его плоскую шутку поддержали девушки, стоящие в левом углу зала.

– Ну, так ты готов? – С вызовом произнес стоящий в центре инструктор. – Или сразу признаешь поражение?

Дон Сантьяго почувствовал, что его сын не на самом высоком счету в этом обществе.

– Я готов! – Поспешил заверить сомневающихся молодой Хулио.

– Ну, переодевайся, и в центр. Финка, а ты готова?

Из «женского» угла вышла молодая девушка чуть старше Хулио. Финка – это, скорее всего, прозвище, которое действительно соответствовало её внутреннему состоянию. Она была обоюдоострым кинжалом, который постоянно находится в состоянии войны с окружающим миром. От нескончаемой борьбы её тело превратилось в машину. Она выглядела как хорошо «прокачанный» подросток: короткая стрижка, рельефные мышцы, отсутствие груди, плоский живот, жесткие движения и такой же жесткий взгляд.

Она решительно вышла на середину и сделала стремительную серию коротких ударов руками и ногами по воздуху. Левый прямой рукою, правый на уровне головы, локоть, боковой удар ногой, блок, еще серия боковых ударов руками, локтем снизу, шаг назад и она застыла с беспощадным выражением лица. За пару секунд она успела нанести воображаемому противнику с десяток ударов.

– Готова!

Дон Сантьяго посмотрел на сына.

Молодой человек выглядел даже более женственно, чем эта мужеподобная девушка.

Он сделал несколько наклонов, потом серию высоких ударов по воздуху для разминки и начал надевать бойцовские перчатки.

– Эй, Хулио, выходи, не тяни, – раздались крики нетерпеливой толпы.

Букмекеры засуетились и кинулись принимать ставки. Ванесс прошел к инструктору и протянул скрученный рулон «гринов». Всё вокруг пришло в движение. Всё, кроме Финки. Она была как взведенная пружина. Сантьяго, глядя на нее, увидел её причинно-следственную картину жизни: сегодня первый поединок ей суждено победить, второй – проиграть.

– Подождите! Сказал Сантьяго достаточно громко, чтобы привлечь внимание инструктора. – Хулио еще не размялся, он задержался из-за меня, поэтому я предлагаю провести вместо него первый раунд.

– Еще чего! – Огрызнулась девушка.

– Папа? – Обернулся удивленный Хулио.

– Сынок, не переживай, только один раунд. Если помнишь, в молодости я тоже практиковал боевые искусства. И даже был чемпионом этого города в рукопашных схватках. Так что разомнись хорошо, а девчонки – они и есть девчонки, ведь так?

– Я тебе покажу, кто здесь из нас девчонка, – «зарычала» в ответ Финка.

Инструктор от такого поворота событий стал серьезен: – ты правда был чемпионом?

– Да, бывало такое…

– А сейчас не умрешь от физической нагрузки? Выглядишь немолодым..

– Сколько длится раунд?

– Две минуты или до момента чистого поражения.

– Две минуты продержусь. – И Дон Сантьяго сделал несколько шагов в центр зала.

– Точно семейка шутов. Ну что ж, у нас сегодня цирк! – Объявил во всеуслышание главный. Со скамеек послышались смех и шуточки.

– Но только один раунд. Финка, ты отберешь титул «чемпиона города» за две минуты?

– Я их обоих поррррву!

– Ну что ж, начинаем. Судьи по местам. Эй, там, заканчиваем со ставками. Деньги в кассу. Зрители, – отошли к стеночке.

Зал в мгновение ока стал просторным. В центре стояли две фигуры: боевой машины Финки и старика.

Главный судья произнес правила: в глаза и пах стараться удары не наносить. Если противник сдался, не добивать. Оружие и твердые предметы не использовать.

Он посмотрел в зеленые глаза Дона Сантьяго, не характерные для этой местности. Здесь у всех они были темные. В молодости и у Сантьяго глаза были коричневыми, но за последние годы их цвет изменился: они стали изумрудно-зелеными и лучились внутренним светом.

– Ты готов?

– Полагаю, что да.

Судья развернулся к девушке: – Ты?

– Готова.

– Начали! – Он выкинул между ними руку и сразу же поспешил убраться подальше от соперников. И правильно сделал, так как и мгновения не прошло, как боевая машина ринулась вперед, выбрасывая к цели молниеносные удары руками и ногами. Подшаг вперед, левая ступня плотно на полу, правая нога взмывает боковым выпадом в голову. Пока опускается нога, правая рука уже вылетает от талии боковым ударом с другого бока, потом прямой левой, локоть справа и отшаг назад, стойка, и небольшая пауза, чтобы увидеть, что там с противником.

Но, к удивлению Финки, старик стоял не в том месте, куда она нанесла серию ударов, а в двух шагах в стороне. Его глаза были внимательны, но смотрели словно сквозь девушку, а в теле не было и капли напряжения.

Финка делает шаг, другой и снова серия отточенных ударов сногсшибательной скорости.

Последний с громким выдохом, и она снова замирает в стойке.

Сантьяго на этот раз оказался за ее спиной, на расстоянии двух метров от соперницы.

– Черт, – огрызнулась Финка. Я тебя все равно достану…

И она снова ринулась на старика. Рука, нога, локоть, нога, другая, левой, правой, разворот тела с круговым ударом ноги, шаг в сторону, ступни уперлись в пол, выдох.

Старик все время исчезал с линии атаки. Она не успевала заметить, когда он это делал, и нещадно злилась.

Из зала донеслись выкрики: – Эй, старик, ты что, в штаны наложил? Так и будешь убегать от поединка?

– Да он девчонки испугался!

– Эй, клоун, ты чемпион по бегу, а не по бою!

Судья сделал шаг в сторону Дона Сантьяго: – Предупреждение за пассивное поведение.

В бой! – И он снова отскочил в сторону.

В этот раз девушка рванулась на пределе своей скорости, руки и ноги мелькали практически незаметно для глаза. И вот она ощутила, что её нога уперлась во что-то. Молниеносно она сменила направление ударов и по окончании второй связки обнаружила, что мужчина оказался на полу. Он сделал кувырок назад и встал на ноги.

– А, значит, тебя можно достать! – Зашипела раздраженная Финка.

Она решила сменить тактику и пустила в ход одиночные удары со сменой траектории и учетом места перемещения противника.

Выражение лица Дона Сантьяго не изменилось с момента начала поединка. Оно было спокойным, взгляд расфокусирован, руки согнуты в локтях и немного выставлены вперед. Вместо девушки он видел кокон бурлящей энергии. Вот из него вырывается лучи переднего, бокового, кругового удара, и следом за ними начинает двигаться тело. Дон Сантьяго делает шаг в сторону безопасного пространства, касается двумя пальцами точки на бедре ударяющей ноги. Сгусток энергии вырывается из его пальцев и входит в энергетический меридиан Финки. Видящий мог бы заметить, как яркий поток энергии побежал по каналам тела. И в тоже мгновение Сантьяго подставился под этот удар. И, словно плотина перекрывает собою русло реки, так и удар о тело Дона Сантьяго «захлопнул» канал потока энергии, и она откинулась в обратную сторону.

Тело мужчины от сильного удара отлетело на несколько метров в сторону и эффектно шлепнулось об пол.

Старик не шевелился. Раздался звон гонга, означающий окончание раунда. Хулио кинулся к телу отца, лежащему без движения. Он опустился на колени и наклонился поближе к лицу, чтобы проверить, есть ли дыхание.

– Когда она будет нападать, уходи в правый нижний угол, у нее там слепое пятно… – услышал Хулио тихий, но уверенный шепот своего отца. Он взглянул в лицо Сантьяго, который подмигнул своему сыну.

В центре зала ликовала Финка, она выкрикивала слова презрения старому и беспомощному «чемпиону». Девушки поддерживали свою подругу. А главный инструктор поощрительно похлопал её по плечу.

– Первый раунд закончен, минута перерыва… – огласил он на весь зал.

хакинг поединка

Второй раунд начался гораздо стремительней, чем первый. Два молодых тела, полные гормонов и возбуждения, сошлись в центре. Первая же стычка принесла несколько очков в пользу техники «боевой машины» девушки. И хотя Хулио сумел блокировать первые удары, но отработанная серия и силовой напор смели защиту молодого человека, результативно проведя пару ударов в тело. Не критическая, но ощутимая боль распространилась в области грудной клетки.

Бойцы замерли друг напротив друга, чтобы собраться с силами. Внутри головы Хулио прозвучал голос: «Вспомни, где у неё слепое пятно?». «Правый нижний!» – Прошептал про себя Хулио.

Трудно было понять, откуда взялся этот вопрос. Может отец произнес его вслух, а может Хулио просто вспомнил совет в отцовских интонациях? Времени на разбирательство не было.

В это мгновение тело Финки пришло в движение. Хулио ринулся в правый нижний угол, – он сделал это вовремя, так как молниеносная серия ударов противника снесла бы любую попытку защиты. Когда девушка остановилась, то обнаружила, что молодой человек, как и его папаша в прошлом раунде, куда-то исчез с линии атаки.

Вместе с удивлением в сознание ворвалась подреберная боль.

– Как все-таки парень сумел поймать меня на контратаке? И где он?

Она попробовала быстро развернуться, и новая «картина мира» принесла с собой не местоположение этого заносчивого мальчишки, а его резко приближающуюся ногу. Все произошло очень неожиданно, она даже испугаться не успела: в глазах потемнело, осознание себя вернулось лишь, когда над ней, столпившись, стояли её подруги, проверяя пульс, и ощупывая ушиб.

– С ней все нормально, – произнесла старшая из девчонок.

– Где он? Я порву его. Как долго я в «отключке»?

– Не долго: секунд тридцать, но победу уже все-таки отдали ему.

– Я уничтооожжу его! – расстроенная девушка рвалась выместить свою ярость хотя бы словами.

Мастерство

Дон Сантьяго одобрительно похлопал сына по плечу.

– Отец, а как ты узнал о её «слепом пятне»?

– Его сначала и не было, мне пришлось его создать.

– Хулио не понял, что имел в виду его отец, но в это мгновение подлетел Ванесс с пачкой денег в руках и начал восхищенно обнимать брата.

– Ты лучший, ты герой! Мы победили, теперь деньги у нас.

– Я не уверен, что я лучший, думаю, фортуна просто была на моей стороне…

И он неотрывно смотрел на своего отца. Старик и раньше-то был не понятен сыну, но тогда это только раздражало его. А сейчас отец был полной загадкой. После того как он покинул семью, мать объяснила его уход потерянностью. Вроде как, он не знает, что творит. Второй сын просто любил отца даже после его ухода и не верил ничему, что говорили окружающие. А Хулио вынужден был стать старшим мужчиной в семье, и об отце вспоминал, когда было очень трудно.

– Да, удача была сегодня на твоей стороне, – произнес спокойно Дон Сантьяго.

– Одевайся, поедем праздновать! – Разгорячено подгонял брата Ванесс.

Когда все трое выходили из спортзала, их уже никто не высмеивал. Практикующие продолжили свои занятия, а группа девушек уже исчезла. Остальные тихо обсуждали бой маленькими группами, периодически посматривая в сторону победителей. Несколько счастливчиков считали выигранные деньги.

На улице уже потемнело. И выход из зала был освещен только одним фонарем, освещавшим небольшой пятачок перед дверью. Дальнейшее пространство скрывалось вечерними сумерками.

Как только дверь захлопнулась, из темноты раздался уверенный, хриплый, но все-таки женский, голос.

– Сегодня мы оплатили чью-то победу, а кто заплатит за проигрыш?

И в освещенное пространство вышли несколько угрожающих силуэтов. Это были девушки из спортзала.

– Первая победа над стариканом была за Финкой, поэтому вы должны нам половину выигрыша.

В центр вышла главная из девчонок, она была крупнее остальных, подтянутая, сильная, уже оформившаяся женщина. Даже мужеподобный стиль одежды не мог скрыть её женскую красоту. Она была симпатична, но выражение лица демонстрировало, что она совсем «не в духе».