Каникулы на планете "Счастье"

Но, вот сейчас, непонятная людям слепая сила бросили их на выживание к неизвестной планете у неведомого солнца. Какое-то тонкое, ещё малоизвестное человеческой науке взаимодействие трёхмерности и надпространства жестоко изменило судьбы людей. Выброшенные из комфортного мира человеческой цивилизации они внезапно очутились на орбите над неведомой планетой, как будто повиснув над пропастью.

– Какая красота, – воскликнула Полина радостно, – здесь мы будем жить!

Ей начала вторить вся компания туристов. Они оживились, уныние и апатия понемногу сходили на нет. В настроении пассажиров почувствовалась нотка оптимизм.

– Ещё не известно, можно ли там дышать воздухом, – послышалась отрезвляющая реплика. —Туда надо на самом деле отправить экспедицию.

Маликов восхищённо созерцал медленно вращающееся изображение на мониторе. В нём проснулся геолог-поисковик. Подумалось: «Вот где было-бы интересно побродить и поискать. Нехоженая планета! Сокровища несметные! А ведь для будущей колонии понадобятся железо и медь, и каменный уголь, нефть … и вообще всё … Вряд ли нас найдут …». Нашёл глазами Яковлева, обратился к нему:

– Игорь Сергеевич, а геосканер у нас на борту имеется? Было бы полезно хоть приблизительно просканировать поверхность континентов и сделать хоть какую-то карту, пусть даже крупномасштабную.

– Нет такого сканера, молодой человек, – ответил Яковлев, – ведь наш корабль всего лишь транспортник. Не положен нам такой прибор. Наше дело грузы возить, а не исследовать планеты. А почему вы спрашиваете?

– Я геолог по специальности, могу искать руды. Геологу для работы нужна карта. Сами понимаете.

– О, ты геолог! Вот ты-то нам и нужен! Ты геолог, ты умеешь ориентироваться на местности, имеешь навык жизни в полевых условиях, и, главное, искать руды. Карфлюг водишь? Как зовут тебя?

– Александр Андреевич Маликов. Я студент-геолог, перешёл на пятый курс. Карфлюг могу водить, и гракомб у меня свой, и лучевиком владею.

Яковлев явно обрадовался, что среди пассажиров нашёлся такой человек. Они отошли в сторонку, присели на угловой диван, начали беседу.

– Саша, понимаешь ли ты, как мала вероятность того, что нас найдут?

– Понимаю отлично. Вероятность исчезающе мала. И вот поэтому мы должны как можно скорее организовать экспедицию на планету. Ведь продукты скоро закончатся, и что начнётся? Голод, паника, конфликты и … агония.

– Всё верно. Разведгруппа должна выяснить: можно ли дышать воздухом этой планеты, наличие пищи – животные и растения, имеются или отсутствуют какие-либо опасности, (опасности – сам понимаешь – хищники), найти подходящее место для посёлка, оборудовать площадки для приёма грузового челнока, а потом и пассажирского. А для обеспечения прогресса будущих поколений нам станет необходима в первую очередь железная и медная руды, каменный уголь. Понятно, что человек, умеющий найти такие ресурсы очень даже пригодится для будущей колонии землян. Конечно, ресурсы корабля закончатся быстро. И надо будет делать инструменты и оружие. Имея железо и медь, кроме топора и меча можно сделать даже электродвигатель и электрогенератор. Кроме того, мне нравится твоя мысль о том, что необходима географическая карта. Геосканера у нас нет, единственно, что мы можем сделать, это фотоснимки с орбиты. Я распоряжусь, чтобы мои ребята сделали как можно больше подробных снимков под разными ракурсами. Ты сможешь сделать на основании этих снимков хотя бы приблизительные карты континентов? Ведь ты геолог и должен разбираться в картографии.

– Да, такую карту я сумею сделать, – отвечал Маликов. – Она будет приблизительная, на начать работать уже можно будет. Очень важно, чтобы как можно подробнее и крупно отсняли вон тот горный хребет и местности вокруг него. Уж больно он похож на наш, земной Урал. Это старые горы. Там уйма нужных ресурсов.

– Да, это слова специалиста. Как быстро мы поняли друг друга! Ты хоть и молодой пацан, а мыслить масштабно можешь, понимаешь задачу. Пойдёшь в разведгруппу? Я думал предложить кому-то из туристов. Но, раз нашёлся у нас геолог… .

– Эти туристы все филологи, лингвисты и историки. Я с ними познакомился. Сами понимаете, геолог нужнее. Конечно, пойду в разведку.

– Начальником экспедиции у вас будет Алексеев, третий пилот. Парень не слабый, водит карфлюг, оружием владеет. Надо бы кого-то третьего.

– Есть парень подходящий, Володя Щерба. Я с ним здесь познакомился. Он тренер по единоборствам и даже по шахматам. Человек, который профессионально умеет драться, очень пригодится в разведке. Давайте к нему подойдём.

Яковлев вызвал Алексеева из командной рубки. Подошли втроём к Щербе. Тот согласился:

– Понял, мужики. Вот только лучевика у меня нет.

– Найдём тебе лучевик, – ответил Алексеев, – и гракомб дадим.

Яковлев был доволен, что вопрос «кто пойдёт в разведку» решился так просто, и ему не пришлось вызывать добровольцев. Из членов команды он мог назначить только одного – третьего пилота. Сам он не имел права покинуть корабль, поскольку было необходимо держать дисциплину в аморфном коллективе пассажиров. Второго пилота, Острогова, и кого-то из членов команды тоже нельзя было отправить на планету, ведь системы корабля требуют обслуживания. И тут подвернулся этот парень, геолог Саша, студент, романтик, на вид не серьёзный, с гитарой и длинными патлами, развинченный какой-то, но, крепкий, сообразительный. Он ситуацию и задачу сразу понял.

Экспедицию на планету снарядили основательно. В аварийном комплекте грузопассажирских кораблей обязательно имелся карфлюг, с числом мест, равным численности команды. Лишние кресла сняли, оставили только три. Освободившееся место и грузовой отсек карфлюга загрузили запасными аккумуляторами, консервированными продуктами. Каждому участнику экспедиции дали по запасному гракомбу и лучевику. Карфлюг, эта антигравитационная машина, предназначенная для исследования планет подобных Земле, был оборудован множеством различных приспособлений, необходимых для выживания на планетах в аварийных случаях.

Исследование планеты Яковлев решил начать со Срединного континента, поскольку даже наблюдая с орбиты, было понятно, что там тёплый климат, много лесов, но также есть и степные безлесные участки, много источников воды. А это значит, что там могут обитать животные, на которых можно будет охотится. А вода и степи – это возможность ведения хоть какого-то сельского хозяйства. Место для будущего посёлка предполагали выбрать на мысу у слияния каких-нибудь двух рек средней ширины метров по сто. Такое место было-бы легко защищать от хищников или возможных врагов.

Маликов пытался предложить начать исследование всё-таки с Северного континента, и поселиться именно там, обосновывая это тем, что там присутствуют старые горы, в которых точно есть на поверхности любые руды, и леса там очень много. Ведь надо будет в близком будущем научиться плавить металлы. Ресурсы корабля закончатся быстро, и поселенцы просто будут вынуждены изготавливать орудия труда чтобы выжить. А что касается места для поселения, так там оно уже есть готовое: две крупные реки сливаются у южной оконечности горного хребта. Место удобнейшее, хоть столицу государства строй. Но, Яковлев ему возразил, сказав, что не понятно какой климат на Северном, а на Срединном он точно тёплый, да и время поджимает, скоро на корабле продукты закончатся, надо срочно высаживаться. Но, уж если на Срединном не получится, то продолжить поиски на Северном.

На том и порешили. Не теряя времени даром, загрузили в карфлюг всё необходимое оборудование, и трое разведчиков десантировались на неизвестную планету.

Глава 5. Знакомство с новым миром

1.

После первого сеанса связи с разведгруппой настроение счастливцев, (а именно так они стали называть себя) резко улучшилось. Такие факты, что на планете дышать можно, проблем с пищей не будет, климат тёплый, даже жаркий, успокоили людей. Чтобы познакомиться подробнее с условиями жизни на планете, решили прямо сейчас, после сеанса связи с разведчиками просмотреть видеофайлы, переданные Алексеевым.

На обзорном экране появилось изображение голубой планеты в белых завитках облачных массивов, которое укрупнялось по мере приближения к ней карфлюга. Оно заполнило весь экран. Стали различимы горные хребты на Срединном континенте, реки и озёра, острова возле океанского побережья.

Карфлюг снизился ещё, и летел уже на высоте полукилометра над невысокими горами, заросшими роскошным тропическим лесом. Верхушки отдельных деревьев цвели пунцовыми и сиреневыми крупными цветами причудливой формы. Среди ветвей и цветов летали и прыгали, лазили, скакали зверьки или птицы, а может быть насекомые – создания этого ещё неведомого людям мира.

– А какие, наверное, чудесные ароматы у этих цветов! – Мечтательно сказала Полина. – Когда же мы прилетим туда?!

Её тётя Зоя раздражённо прикрикнула на неё:

– Помолчи, Полька! Ты хоть понимаешь, сколько здесь микробов и грязи? Ты хоть понимаешь, что мы никогда не вернёмся домой? Как здесь жить? – она начала всхлипывать, сдерживая рыдания.

На экране открылось изображение широкой долины среди гор. По её дну текла бурная река. Машина снизилась ещё и летела в сотне метров над водой по течению. Горы по сторонам долины становились всё ниже, а долина расширялась. Река сделалась спокойнее и шире. Были замечены в её водах крупные животные, вроде дельфинов или тюленей. Они лежали на пляжах, плескались в водах реки. Впереди раскинулась обширная, до горизонта, равнина.

Алексеев поднял карфлюг выше, до километра – машину вёл он, а снимал панораму Маликов. С большей высоты стало видно, что леса тянутся по берегам реки двумя широкими лентами, а далее, влево и вправо простирается гигантская лесостепь с лесными массивами вдоль речек и вокруг озёр.

В записи послышался бодрый голос Маликова:

– А здесь можно жить! Смотрите, какие динозавры там скачут! А там дальше, левее, левее, что-то вроде крабов, но какие огромные! Это же мясо, ребята! Не пропадём!

– Мы ещё анализ воздуха не сделали, – ответил ему Щерба. – Надо где-то приземлиться, да и пообедать не мешало бы.

– Вон, рощица возле озера – сказал Алексеев, – там и приземлимся.

На этом первая видеозапись закончилась.

– La belega nova mondo (Прекрасный новый мир), – с энтузиазмом сказала мисс Хантер. – Kiel ne estas malĝoje, sed ni estas perditaj por Tero. Oni trovos nin dube. Ni estas devigitaj loĝi ĉi tie. (Как ни грустно, но для Земли мы потеряны, вряд ли нас найдут. Придётся нам жить здесь.)

– Боже, Боже, за что ты нас так? – шёпотом запричитала одна из женщин.

– Никуда мы не денемся, будем обживать эту планету, – бодро пробасил бизнесмен Кругляк. – Сейчас главное найти подходящее место для поселения, построить жильё, обжиться, а потом найти железную и медную руды, каменный уголь. На первых порах примитивную промышленность сможем организовать. А там, дальше, потомки будут развиваться. … Вот только женщин у нас маловато, – добавил он, улыбнувшись мисс Хантер.

– Ha vi gardu nin, viretoj, domaĝu (А вы берегите нас, мужчинки, жалейте), – среагировала на тонкий намёк мисс Хантер, – kaj la afero ne stopos kaŭze de ni (а за нами дело не станет).

Её быстрый прямой ответ с ироничным «мужчинки», вызвал улыбки, шутливые реплики. Немного посмеялись. Яковлев включил второй видеофайл.

Саша Маликов стоял в центре кадра, с широкой улыбкой на лице и без шлема. Ветерок трепал его длинные патлы. В согнутой левой руке он держал шлем гракомба, а в правой, высоко поднятой, лучевик.

– Здесь можно дышать, ребята! Этот воздух надо пить! В нём кислорода аж двадцать два с половиной процента. Остальное азот и чуть-чуть цэ о два. Жара нещадная, сейчас 35 градусов. Мясо здесь бегает стадами и сидит под каждым кустом. На первые лет пятьсот нам хватит. Вот, посмотрите.

Объектив переместился в сторону. Камерой управлял Щерба. Зрители увидели Федю Алексеева, тоже довольно улыбающегося. Он показывал в объектив два прута с нанизанными на них кусками жареного мяса. Поодаль тлели догорающие угли между двух рядов камней – такой импровизированный мангал. На заднем плане стоял карфлюг как символ и гарант безопасности землян на этой планете. Далее, за машиной, простирался широчайший пейзаж: озеро, рощи на другом берегу, небольшое стадо крупных птицеподобных животных, и синеющие далёкие горы на горизонте.

2.

А вот третья видеозапись была не столь оптимистична.

Карфлюг летел метрах в трёхстах от земли. Степные травы волнами играли под несильным ветром. Купы кустарников в извилистых долинах среди пологих холмов оживляли эту безмятежную картину бескрайней степи. Ближе к горизонту виднелось стадо каких-то травоядных гигантов. А ещё дальше, в небе над горизонтом, выстроившись журавлиным клином летели неведомые на Земле летающие звери, вроде драконов, но больше похожие на больших стрекоз. Мирная картина!

В записи голос Щербы:

– Смотрите, да ведь это люди! Чуть правее по курсу.

Маликов навёл объектив и укрупнил изображение. Действительно, сверху было видно: вдоль ручья, обозначенного зарослями кустарников и рядом высоких деревьев, выстроившись друг за другом, гуськом, пробиралась группа существ, особей до десяти, издалека похожих на людей. Фигуры примерно человеческие – туловище на двух длинных ногах, руки, голова. Ноги казались непропорционально длиннее, чем у людей, руки короче, но явно сильнее. Шея, несколько длинноватая по сравнению с человеческой, напоминала сильно укороченную змею. Кожа серая, отливающая голубизной, покрыта чешуйками, а на спине – довольно толстые роговые пластины. Одежда – пояс с прикреплённой к нему короткой юбкой.

Алексеев направил машину по указанию Щербы. Карфлюг завис сверху и невдалеке от этого отряда воинов. Не было сомнений, что это были именно воины: копья в руках, боевые топорики-томагавки и ножи у пояса, колчаны со стрелами за спиной и луки. Все эти предметы свидетельствовали о том, что земляне увидели воочию на далёкой планете картинку из своего же далёкого прошлого – отряд первобытного племени вышел на тропу войны.

Саша навёл объектив на голову одного из существ. Голова была удлинённая в высоту и как бы сжатая с боков. Венчал эту голову гребень ярко-синего цвета, косицей спускающийся на спину. Лицо? У существа было лицо! Глаза крупные, выпуклые, но спрятанные в глубокие глазницы, с пульсирующим зрачком, то круглым, то щелевидным. Нос, в человеческом понимании, отсутствовал. Вместо носа были два дыхала с дрожащими в них розовыми плёнками-клапанами. Ротовое отверстие с красными губами. Ушных раковин не было.

– О боже, какое страшилище, – громко прошептала одна из женщин.

– Господи, за что же это нам? – простонала тётя Зоя. – Нам придётся жить возле таких … о-о-о!

– Вероятно, они произошли от ящеров, – предположил Кругляк. – А, впрочем, я не зоолог, не буду гадать.

– А мужики они серьёзные, бойцы, воины, – высказался кто-то из туристов.

Далее произошло следующее. Из кустарников, с деревьев, на идущих воинов неожиданно посыпались стрелы, полетели копья, камни, пущенные из пращей. Нападавших было значительно больше. Вероятно, отряд разведчиков чужого племени выследили местные жители и решили дать отпор.

Маликов включил микрофон остронаправленного действия.

Зрители в кают-компании услышали свистящие, шипящие звуки, треск и нечто, похожее на птичий щебет, переходящий в надрывный вой. Все эти звуки были разной тональности и протяжённости. Шум битвы сливался в ужасную какофонию. Когда разумные убивают друг друга, они кричат, те, кого убивают, и те, кто убивает, каждый на своём языке.

– Поможем им? – голос Маликова азартно и восхищённо.

– Кому им? Кто из них наши? Я запрещаю! В местные разборки мы не вмешиваемся, – ответ Алексеева.

Битва продолжалась. Нападавшие были несколько иными, чем первые. Они имели кожу светлых коричневых оттенков и чёрный пятнистый гребень. Это явно две разные расы. Синие терпели поражение, хотя отчаянно защищались. Когда последний воин синих был добит, коричневые унесли своих убитых и раненых. Стали собирать брошенное оружие и срезать с голов убитых врагов гребни.

– Федя, вот теперь можно шугануть их гипнолучём, – предложил Щерба. Возьмём себе образцы их оружия, снимем место битвы.

– Да, попробуем. Если гипнолуч на них подействует. Включаю.

Гипнолуч подействовал. Гипнолучевая пушка рассчитана на отпугивание крупных животных, которые часто встречались на исследуемых землянами планетах. Также, можно было разогнать и стаю мелких хищников. Коричневые воины вдруг замерли, стали озираться от внезапно возникшего страха. Они, не видя никакой опасности, вдруг резко побежали в сторону кустарников один за другим. Некоторые из них, посмотрев вверх, вдруг замечали снижающийся карфлюг. На их лицах явно выражался страх и удивление. Один даже попытался метнуть дротик в неведомую для него машину, но его воля и сила были подавлены гипнолучом.

– Смотрите, а на их мордах отражаются эмоции. Они удивляются и боятся, гневаются! – в восхищении воскликнула Полина в кают-компании «Счастливца». – Удивительные создания!

– Ведь разумные, же, – ответил Кругляк. – Тоже чувствуют. Тоже имеют эмоции.

– Как всё это жестоко, – прошептала одна из женщин, – зачем они срезают гребни с убитых?

– Знак воинской доблести, – ответил Яковлев. – Предки наши тоже этим грешили: снимали скальпы, сушили головы, и кушали себе подобных.

Не выключая гипнолуч, Алексеев снизил карфлюг. Посадил машину возле места побоища. На мониторе в кают-компании обозначились крупным планом трупы убитых аборигенов с торчащими из их тел стрелами, дротиками, застрявшими в головах каменными топорами. Кругом также были разбросаны оружие, кожаные сумки, стрелы, непонятные для землян предметы – возможно амулеты.

Разведчики вышли из карфлюга, предварительно включив силовой купол. Он, мутноватой, но прозрачной чашей накрыл всю местность кругом, диаметром до пятидесяти метров.

– Быстро собираем образцы. Ты, Маликов, снимай видео. Делаем всё быстро. Такой большой силовой купол жрёт слишком много энергии, – распорядился Алексеев.

Гипнолуч Фёдор отключил, чтобы под его действие не попали они сами. Силовое поле надёжно защищает от проникновения внутрь круга посторонних тел. Снимать на видео трупы дело не интересное. Саша Маликов со своей задачей справился быстро. Потом, у самого края купола ближе к кустарникам подобрал красивый увесистый каменный топор. Он невольно восхитился умением мастера, который сумел так гладко и точно отполировать камень. Очень внушительного вида томагавк при взгляде сверху выглядел абсолютно симметричным. Лезвие было тонким и остро отколотым. «Это обсидиан, – определил Саша, ведь четыре курса геологического закончил. – Чем же они его полируют? Ну, ведь не алмазной же пылью». Удивило то, что в обухе было проделано овальное отверстие, и он был прочно насажен на деревянную ручку, покрытую затейливым выжженным узором и вскрытую лаком. «Красиво умеют делать, – подумал он. – Вот тебе и примитивные охотники».

– Сашка падай! – вдруг крикнул Щерба. – Падай!

Маликов упал, вжался в землю. В чуть мутноватый силовой купол прямо возле него, немного наискосок, ударился дротик. Он вскользь прочертил по силовой преграде и упал на землю. «Если бы не купол, был бы мне каюк, – понял Сашка. – Ну, не совсем, если бы в голову попал. Тело-то в гракомбе, но всё равно было бы больно».

Когда действие гипнолуча прекратилось, аборигены очнулись от наведённого страха. Они вернулись, и, увидев пришельцев, забирающих их добычу, в ярости атаковали.

Сашка схватил упавшую видеокамеру и начал снимать. Тяжело дышал от страха. Понимал, что копья и томагавки не пробьют купол. Но было страшно смотреть как разъярённые воины с огромными глазами, зрачки которых непрерывно пульсировали и меняли форму, мечут копья и боевые топорики своими короткими, ужасно сильными руками. Пасти издавали непрерывный свист и треск. Их длинные ноги придавали телу широкую амплитуду при броске. В результате копьё или топорик летело со страшной силой и точно в цель. Не будь защитного купола, никто не узнал бы о судьбе разведгруппы Алексеева.

В кают-компании «Счастливца» эта сцена при просмотре видеозаписи вызвала настоящую истерику среди женщин. Мужчины начали обсуждать между собой, как им обустроить своё будущее поселение.

– Всё, уходим! – раздалась команда Алексеева. – Маликов, в машину!

Сашка прекратил съёмку, побежал к карфлюгу, не забыв, однако, прихватить томагавк и сумку.

В карфлюге немного отошли от страха. Алексеев включил гипноизлучение на полную мощность. Оно отмело нападавших аборигенов опять в заросли. Сняли защитный купол. Взлетели метров на сто вверх и в сторону. Маликов продолжал снимать видео.

Аборигены, оправившись от действия гипнолуча, вернулись. В ярости бесновались, кидали дротики в висящую над ними машину. Пускали из луков стрелы, которые достигали карфлюга и подали, отскочив от корпуса. Убедились, что поразить врага не могут, а тот не причиняет им вреда, понемногу успокоились. Кто-то из них, вероятно вождь, дал резкую команду громким разнотонным свистом. Начали собирать разбросанное оружие. Потом, разделившись на пары, взяли за руки и за ноги трупы поверженных врагов, понесли их сквозь кустарники за ручей.

На «Счастливце» удивились:

– Зачем им трупы? Понятно было бы, если бы они их закопали.

– Наши предки тоже грешили каннибализмом, – догадался Кругляк. – Скушают их. Принесут в стойбище и схарчат за милую душу.

– Омерзительно! Надо передать Алексееву, чтобы подыскал место подальше от этих. Как же жить возле них? – сказал Яковлев.

Карфлюг подняли выше. Проследили, куда последовали аборигены. Их отряд направлялся через степь в сторону рощи, видневшейся у горизонта. Алексеев направил машину в ту сторону, обогнал отряд воинов. Скоро земляне увидели за рощей на холме, возле обширного озера земляной город. Маликов отметил на своей самодельной карте поселение аборигенов и зафиксировал координаты.

Высокий холм, увенчанный известковой скалой, был изрыт пещерами, гротами, норами, как и сама скала. Также виднелись несколько хижин, построенных из жердей и соломы. Ходили туда-сюда фигурки аборигенов. Курились дымы очагов и костров. Вокруг подножия холма была вырыта глубокая траншея с высоким валом на бруствере с внутренней стороны. По верху вала построен частокол из брёвен. Несколько сторожевых вышек с наблюдателями возвышались над местностью.

– Крепость! – восхитился Маликов. – Ребята не глупые здесь живут. Умеют воевать и защищаться.

– Крепости строят неспроста, – сказал Щерба. – И наблюдатели на каждой вышке. Значит, живут аборигены здесь в состоянии бесконечной войны.

– Смотрите, а вон там обработанные огороды. Ближе к озеру. – Алексеев подвесил карфлюг в пятидесяти метрах от земли.

Действительно, на берегу озера обширный участок был расчищен от кустарников и чётко разделён на делянки, на которых трудились согбенные фигурки. Другие фигурки носили в бурдюках воду из озера. Какие культуры выращивали местные жители, было не понятно, но, в данный момент не так важно.

Эти кадры мирного огородного труда воинственных аборигенов вызвали в кают-компании «Счастливца» некоторый шумок облегчения и одобрения.

– Вот, видите, огородами занимаются. Значит и мы сможем, – сказала тётя Полины. – А ведь у нас на складе семена есть. Колония заказывала.

– Да, и козочек разводить, – сказал кто-то из мужчин с улыбкой. – Смотрите, какие милые.

На следующих кадрах показалась идиллическая картина стада на водопое. Трое пастухов загнали в озеро десятка четыре монстроподобных созданий с шипами и рогами, растущих прямо из тел и с широчайшими пастями. Размерами они были меньше быка, но больше козы.

– Ну что же, с голоду на этой планете мы не помрём – сказал Яковлев. – Надо только местность найти, где нет аборигенов. Ведь нас мало, а их много.

Между тем, кто-то из трудящихся на огородах аборигенов заметил висящий над ними карфлюг и издал предупреждающий вопль, указывая вверх.

– Уходим, – сказал Алексеев, поднимая машину выше. – Не будем зря раздражать местных.

– А ведь, на огородах работают женщины. Мне через камеру лучше видно. У них головы без гребней. Да и на груди видны, ну, груди, сиськи, – говорил Маликов. – Да и в фигурах их что-то женственное. Видимо, они млекопитающие, но чисто внешне больше похожи на ящеров.

Щерба ответил:

– На Земле есть два отряда млекопитающих, броненосцы и панголины, в тропиках живут. Так вот, они внешне больше похожи на пресмыкающихся, ящеров, тело в чешуе, хотя на самом деле они млекопитающие. На этой планете эволюция шла несколько иным путём, чем на Земле. Но, однако, создала разумных гуманоидного типа: вертикальное тело, две ноги, две руки, голова.

Сделали несколько витков над всей местностью. Саша Маликов заснял с разных ракурсов городок аборигенов за примитивными укреплениями, огороды, «коз» вместе с пастухами.