Блокпост

Опять пугающая тишина. В некоторых домах в селе начали включать свет услышав звуки перестрелки. Сашка посмотрел на часы – 3.15. До рассвета далеко. Верхний блок пост уже услышал стрельбу и наверняка связываться с нами по рации. Но раньше рассвета они не приедут. Надо что-то решать.

– Заманить бы его в здание и шваркнуть в окно из Шмеля, рассуждал Сугроб.

– На ранний завтрак пригласить? Стуча зубами то ли от холода, то ли от страха ответил Асламбек.

– У тебя рации нет?

– Есть дешёвая китайская на 300 метров, для движения в колонне. Нормальная осталась у старшего, они в горах ждут рассвета.

– Ну тогда звони в колокола, подытожил Сашка.

Сугроб начал замерзать. Страх и холод мешали думать и сковывали действия. Надо принимать решение и действовать. Иначе хана, он это знал по первой чеченской компании.

– Сейчас немного пошуметь, спуститься вниз и оставить люк открытым. Может он заберется на крышу и потом спуститься внутрь блокпоста через крышу. Наверное эта переросшая болонка так и попала внутрь, у нас ночью дверь постоянно закрытая. По ходу. когда началась бойня, кто-то хотел выбраться, вот и открыл ее… Мы должны выбежать на улицу, закрыть дверь, и с безопасного расстояния и попробовать выстрелить из Шмеля в окно.

– Он же за нами в дверь ломанётся, – безразлично ответил Асламбек.

– На дверях внешние петли, взять пару шомполов от автоматов и вставить в них, задержат.

– Ты отбежишь, выберешь позицию, на правое плече закинешь, – прервался , спросил– ты вообще стрелял из Шмеля?

– Нет, – спокойно ответил Асламбек,– только из обычного РПГ.

– Все тоже самое только снаряды разные. В этом термический заряд. Выжигает все. С предохранителя не забудь снять , и мы в дамках.

– Ага, в дамках, мертвых холодных дамках, все просто на словах. А если он кинется за нами через люк?

– У тебя другие варианты есть, нохча? -начал злиться Сугроб. – Пошли скептицист, – неожиданно четко выговорил Сашка редко употребляемое слово.

Не спеша подошли к большому люку, первый спустился Асламбек, Сашка стал на ступеньки лестницы ведущей внутрь блокпоста и посмотрел по сторонам. Несколько раз свистнул держа за ручку крышку люка, чтобы захлопнуть ее, если зверь сразу бросится за ними. Словно отвечая на его вопрос , зверь завыл со стороны леса, почувствовав их передвижения.

– Ну вот, а ты говоришь купаться, он около леса, – весело сказал Сугроб, есть время для маневров. Пошли к двери, позиции занимать.

Идя по телам людей, Сашка только сейчас начинал осознавать ужас происшедшего и масштабы трагедии – 9 – ть человек, плюс молодой старлей. Кровь начала застывать , образуя на полу большее темное желе. Повсюду стоял холодный запах смерти. Переборов нахлынувшую тошноту, сказал:

– Ищи автоматы, доставай шомпола, я прикрою пока люк.

– Есть,– ответил Асламбек и начал шарить в поисках автоматов.

Сугроб стоял и смотрел в сторону люка откуда врывался свет от прожектора. Опять накатил страх. Сашка вспомнил мать, которая осталась совсем одна после смерти отца в 1999 году. Мать, узнавшая что сын идет на вторую войну долго плакала и постоянно спрашивала – зачем, зачем? Я не переживу. Точно не переживет, думал Сугроб, надо выжить.

– Готово генерал, раздался за спиной голос Асламбека.

– Идем к двери, замрем как мышки и будем слушать. Прозеваем – пополним этот морг.

Подошли, Сашка взялся за засов и начал шепотом инструктировать Асламбека:

– Отбегай от света прожектора – глаза будет светить при прицеле и предохранитель, предохранитель. Посмотрел на Асламбека. Тот кивал головой. В одной руке у него был гранатомёт, а с плеча свисал подобранный автомат. Все замерли.

Время наматывало секунды в минуты. Асламбек вдруг вспомнил о платке, который он собирался подарить Набиле. Платок был в ЗИЛе. Главное ЗИЛ не спалить, а то дарить будет нечего, пролетела у него мысль, не вписывающаяся в общую картину происходящего.

Сугроб держался за щеколду двери, готовый в любой момент ее открыть, чтобы и выскочить на улицу. В другой руке он держал шомпола. Автомат висел на шее, превращаясь в пудовую гирю. Никто не двигался и казалось не дышал. Слух обострился до предела. Но зверь не шел.

Сколько прошло времени пока за окном не мелькнула тень, было непонятно. Казалось, что прошла вся жизнь. Напряжение переполняло, когда что-то тяжелое прыгнуло на крышу. Асламбек приподнял автомат. Сугробу было неудобно стрелять, но он перехватил АК рукой, которой держал шомпола.

Пауза. Казалось зверь понимал, что против него затеяли игру и перестал двигаться, оценивая обстановку. Ну вот раздалось шуршание на крыши. Пошел. Люди посмотрели друг на друга, словно поддерживая себя и желая удачи. Опять остановка. У Асламбека онемели руки, от тяжелого оружия, которое он держал не меняя позы.

Неожиданно возле люка раздался звук похожий на всасывание воздуха небольшим пылесосом. Подкрался к люку, понимает гаденыш, что засада,– промелькнула мысль у Сугроба. Опять началась смертельная игра в прядки. Рука, державшая щеколду на двери замерзла и казалось не своей.

Падающей лавиной зверь полетел вниз. Сашка дёрнул щеколду, когда чудовище оказался в спальном помещении. Асламбек выпустив очередь и выскочил на улицу. Задрожал автомат в руках Сугроба. Зверя немного задержали попавшие пули, и Сашка выкатился на улицу и захлопнул дверь. Время остановилось. Казалось, что все это происходит не с ним.

Асламбек бежал в сторону леса, уходя от света фар бензовоза, руки у Сугроба дрожали, но он успел вставить шомпола в петли для замка. В дверь ударило гигантским молотом. Но она выдержала. Один шомпол упал. Сашка метнулся в сторону леса, словно испуганная мышь. Еще один удар в дверь, и зверь завыл от ярости. Вой перешел в злобный хрип. Сейчас побежит на крышу, подумал Сашка, когда навстречу ему веселым фейерверком полетел кумулятивный заряд. Сзади грохотнуло Сугроба отбросило на три метра вперед, и он провалился в безмолвие…