Исповедь жены военного строителя

О её муже мне рассказала вторая пенсионерка-полковница Галина Васильевна, что он всю жизнь берег здоровье – мало пил и все накопленные силы отдавал слабому полу. А Анна Ивановна всеми силами его дисциплинировала.

За то Анна Ивановна мне поведала о Галине Васильевне, что её муж уехал на север чтобы получить папаху, то есть стать полковником. А она с ним не поехала потому что у неё была дочь – десятиклассница и она не хотела оставлять девочку одну. Однажды Галина Васильевна решила порадовать мужа и прилетела к нему, пришла в общагу где он жил и на вопрос дежурного кто она – представилась. Получив ответ: "Как жена? Мы знаем его жену. Она тут живет и сейчас они оба на работе", надорвала свое здоровье навсегда. У неё на нервной почве отнялись ноги. Потом её долго лечили, и вот теперь она потихоньку работала здесь в бухгалтерии, а её дочь оканчивала в Москве университет. Дальше в рассказе Анна Ивановна делала вывод: "Чего она здесь сидела? Что стерегла? Конечно надо было сразу с ним ехать!" Я не стала спорить с выводами опытной женщины. Но будучи тогда достаточно молодой, то могла легко представить, что она стерегла. И на её месте все же тоже поберегла дочь, но и не ехала бы к мужу без предупреждения и обсуждения. Наверное потому что я не люблю получать стрессы сильнее, чем хочу знать одну только истинную правду.

И от Анны Ивановны я узнала, что в Нахичевани когда они в начале семидесятых приехали туда было много армян, а через десять лет, то их там уже практически не было – все уехали, их вытеснили.

Ну и об учебных тревогах она рассказывала смешно: кто откуда выбегал на ходу одеваясь.

Наша Герасимовна, которая с Украины, тоже не была счастлива в браке. Она развелась с мужем и они остались жить в трехкомнатной квартире как в коммуналке. Он пил и на выходные запасал с собой, чтоб уже не бегать. Детям своим не помогал и всё такое.

Вот интересный факт: у её мужа была группа инвалидности по сахарному диабету и он потреблял пиво в промышленных масштабах, утверждая что ему от этого легче. И я как раз в то же время услышала по радио передачу, где рассказывалось что лучше всего от диабета помогает пиво. После пива, но значительно с меньшим эффектом следует вино, а остальное уже совсем не тот эффект дает. То есть мужик самостоятельно подобрал себе лекарство, пока ученные с мензурками вошкались. С тех пор я отношусь к пиву с огромным пиететом.

У главбуха все было ещё хуже. Потому что у перечисленных женщин костры как бы и отгорели, а её – бушевал. У неё была маленькая дочь и муж – бывший прапорщик, которого выгнали за пьянство. Маслёнкин был с большими черными усами, смазливый и слегка похожий на Щелкунчика. Он часто прибегал к нам в бухгалтерию и о чем- то шептался с женой. Где и чем он занимался было окутано тайной, но официально он точно ни где не работал. Шустрый и наглый он завел себе вторую любовь, дарил там подарки чужому ребенку, а своему – ничего, и бегал между двумя жёнами.

Когда к ним в гости приехала его мамашка, то отметила что невестка замечательно похудела, рассказала какой у неё замечательный сын и тепло попрощалась. А невестка худела и таяла от большого личного "счастья".

Статистика ужасает. Всё таки 100% это 100%.

Когда я занималась начислением зарплаты, то пришлось столкнуться практически со всеми сотрудниками. И поучаствовать в некоторых конфликтах. Например, запомнился очень высокий и толстый водитель цементовоза по прозвищу Матрац, фамилия – Кузнецов. У него постоянно были вопросы к правильности начисления. Он становился над моим столом, слегка наклонялся и что-то на меня кричал. Это было со стороны комично, а из моей позиции страшновато. Впоследствии мне о нем рассказали, что он был замечательный светлой души человек. Однажды к нему прямо под машину шагнул маленький ребенок. Он абсолютно резко свернул, была дичайшая авария, цементовоз перевернуло, ему сначала ампутировали ноги, а потом он умер. И все время спрашивал жив ли остался ребенок. Ребенок тоже погиб, но ему этого не сказали. И он умер счастливый, что ребенка ему спасти удалось. Своих детей у него не было.

Были ещё два водителя, у которых каждый месяц в листе начисления почему-то значилось до 27 путевых листа. Вообще начислением заработанного занимаются диспетчера, потом это принимает плановый отдел. А задача бухгалтера – прямо обратная, вписать начисленную другими сумму, добавить надбавки, типа за классность, ночные, вредность и вычесть все налоги, сборы, алименты. Так вот, смотрю на эти начисления и что-то меня смутило в количестве отработанных дней. Бывает что дней по путевкам много, если водитель в предыдущем месяце затерял или не успел сдать какие-то документы. Но у этих двоих откуда из месяца в месяц? И прошлась я в плановый отдел, подняла реестры путевых листов и стала смотреть по дням. Выяснилось, что ребята вовсе не перерабатывали, а делали дубликаты путевых листов. То есть, например в мае сдают как бы запоздавшие несколько путевок за апрель, но в апреле они уже были. И такая не хитрая схема каждый месяц. Это было совместное творчество диспетчеров с водителями. Вот я и рассказала о своем первом реально вскрытом и доведенном до разоблачения экономическом преступлении. Бледная инженер по зарплате подняла путевые листы за обозримый период и народу всё поставили на удержание. Всё было абсолютно тихо и молча.

Ещё у нас появился удивительный солдат из Молдавии. Вернее, он и раньше служил, но до поры никто не знал что он удивительный. В Молдавии был завод по капитальному ремонту КАМАЗов, но чтоб сдать туда автомобиль, надо что бы он был полностью укомплектован правильными агрегатами: двигатель, колеса, кабина. Чтоб была полная комплектность. А у этого солдата оказался дядя на том заводе главным инженером. И пацан мог сдавать туда любой кривой лом. Этому замечательному парню выдали новенький КАМАЗ, загружали на него что-то похожее на нуждающийся в капремонте КАМАЗ и отправляли в Молдавию. И так он стал ездить постоянно, даже остался работать после дембеля. На каждую поездку у него уходил почти месяц. Надо было ждать когда машину починят чтобы везти её обратно. Всё это время парень вместе с нашим новеньким КАМАЗом был полностью предоставлен сам себе. У нас ему шли командировочные и оклад. По слухам он уже начал в Молдавии строить себе дом. Однажды он даже поехал в командировку со своей беременной женой, ей захотелось прокатиться по стране перед тем как засесть дома с ребёнком.

Был у нас очень само – организованный прапорщик Дёмин, который руководил складским хозяйством. Он очень подружился с моим Серёгой, который приходился ему начальником. Дружба основывалась на бочке спирта на складе. И это уже заходило за все предела. Бочка спирта это как целый большой курятник для лисицы. То есть неисчерпаемость наяву.

При этом вид Дёмина был прекрасен, в своем возрасте около сорока он был цветущий мужчина, который в жизни ничего тяжелее шариковой ручки не поднял. Очевидно что он просто методично спаивал Серёгу.

С Дёминым связана очень смешная наша бухгалтерская история. Он ежемесячно сдавал отчеты по складу и раз в год инвентаризацию. И у нас его документы по инвентаризации не нашлись. Мы ему горячо доказали, что он их нам так и не приносил. Он очень удивился и написал всё заново. Во время уборки на полках после годового отчета мы их обнаружили, но Дёмину уже об этом не стали говорить. Как говорила наша Герасимовна: "В бухгалтерии ничего не теряется, все подшивается".

Учёт естественно велся в ручную с калькулятором. И поиск арифметических ошибок был самым обычным делом. Герасимовна всегда с сочувствием говорила: "У тебя оно потом ещё подробится". Это означало что искомая сумма разобьется на несколько ошибок в разных местах.

В Загорске я остро почувствовала – наступают другие времена. Я случайно услышала сетования своего главбуха о том что начальник – мореман заставляет её делать документы о продаже списанных автомобилей каким-то кооперативам. Вообще движение основных средств вела Герасимовна, но с шефом общалась только Маслёнкина. Проблема была в том, что этих автомобилей на автобазе никогда в помине не было, то есть кооператоры их где-то уже раздобыли и покупались фактически только документы.

Жена моремана ездила на каком-то её личном маленьком автомобиле, что было в те времена в новинку. И мне объяснили что это «Ока», куплена как разбитая во время технических испытаний. В общем мореман шел в ногу со временем.

Для развлечения в Москву мы ездить перестали. Возможно что уже и наездились, и прошлись куда придумали, всё же шёл уже третий год. Да и в Загорске было где прогуляться один – два дня в неделю. Как-то мы вдвоем ходили на шашлык. Раньше, в Дуброво мы всегда ходили большой компанией и в ход шло любое мясо, куры, утки. А тут Серёга привёл меня на берег и сам сделал шашлык, то есть компании у нас действительно не было.

А однажды мы на электричке прокатились в какие-то сказочные места и там то ли гуляли, то ли грибы искали, но пошел совершенно дикий ливень. До станции Серёга меня буквально тащил, было что-то с увязшей промокшей обувью и сбивающими с ног потоками воды. Но как только мы добрались до дома, он открыл входную дверь, пропустил меня вперед, развернул к себе лицом и потоптавшись на входе сказал: «Я хочу есть». У меня были совершенно другие планы чем готовить еду, я хотела рухнуть спать.

В Загорске я прибарахлилась революционным красным платьем с драконом от новоявленных кооператоров, в нём и осталась на всех Загорских фотках. С верой в будущее я стала покупать цветную фотопленку чтоб можно было со временем делать цветные фотки.

Из новостей лета 1989 я узнала новое слово: "путана" из фильма "Интердевочка". Там еще и повесть была. И к нам пришел анекдот:

"На Ивановской швейной фабрике идет заседание профкома:

–Мария Ивановна, вы такая знатная ткачиха, кавалер ордена Трудового Красного Знамени, как же вы стали валютной проституткой?

–Ну что вам сказать… Да просто повезло!"

По проституткам в стране пошел бум. Про них стали петь песни. Газманов со своей: "Путана, путана, путана, огни отелей так заманчиво горят" вырвался впереди "Спрута" с его мафией, где тоже всё заманчиво манило.

Женщин с пониженной социальной ответственностью оказывается было много, у них была "карьера" продвигалась сверху вниз, их ставили на учет и штрафовали на символические для «ночной бабочки» сто – двести руб. Всех анекдотов я тут приводить не буду, но суть их сводилась к тому что сосет тот, у кого нет денег, а путана -звучит гордо.

По Сергиеву Посаду могу вспомнить ещё что мы действительно много ходили в кино. Действительно означает именно действительно. Там ещё в кинотеатре появилась первая на моей памяти комната – видеосалон, под него то ли кабинет выделили, то ли угол холла отгородили. Мы смотрели все подряд боевики и ужастики. Но в настоящем большом кинозале тоже ничего не пропускали и в частности смотрели фильм, в котором "она переоделась в мужскую одежду, чтоб попасть в мужской клуб, а потом за ними погнались…". Фильм мне понравился, но название в памяти не сохранилось. Да, через лет шесть мне пояснили, как он назывался – "Девять с половиной недель".

Сначала мне нравилось смотреть все подряд фильмы. Потом, конечно, надоело. Но спокойно и уютно сидеть в видеозале всё же приятно. И я придумала себе как правильно смотреть все эти повествования о жизни китайско-японских специалистов в области боевых искусств. Я смотрела на интерьеры, здания, одежду, разрисовку лиц. И тут обнаружила, что много фильмов снято вокруг одного и того же дерева, но с разных сторон.

Ещё заметила, что у нас с мужем не разная реакция на происходящее, а противоположная. Вот например, мы смотрим в кинотеатре боевик на тему установления советской власти в Средней Азии (кстати, очень рекомендую "Узбекфильм") и каждый раз когда я со скукой откидывалась в кресле, например, при виде драки или погони по крыше поезда, то в этот момент Сергей оживлялся и как раз наклонялся вперед.

А потом я научилась в кинотеатрах спать. Я засыпала примерно на третьем кадре и просыпалась странным образом за кадр до титров, может меня будил специфический шум в зале. Я смотрела последний кадр и начинала задавать вопросы. И мне довольно бестактно на это всегда отвечали: "Самой смотреть надо было!" И никогда не пересказывали содержание.

Но вот интересно, что засыпая на третьем кадре я все же лучше помнила какие фильмы мы смотрели. Может названий я и не помнила, но четко знала – тут я уже спала. И всегда безрезультатно пыталась доказать, что на этот фильм мы уже ходили (тут я уже спала). Так было например, с фильмом про автомобиль, который перелетает с небоскреба на небоскреб ("Восход "Чёрной Луны"), с фильмом в котором самурай в первом кадре несет на спине корзину, из которой выглядывает ребенок… Так что для меня осталось навсегда загадкой как воспринимал видеоряд сидящий рядом мой собственный муж.

Мы и дома таким образом вместе телевизор смотрели. На выходных при особо плохой погоде утром включаешь ТВ, ставишь на столик еду, и начинаешь проводить день по домашнему. Вот идет передача про животных – я смотрю, Сергей спит, потом начинается что то другое – Сергей смотрит, я сплю. И невероятно, но факт, мы таким образом могли сидя на одном диване за день и не встретиться. Об обсуждении увиденного я думаю упоминать уже не стоит.

На этой автобазе у меня зарплата с премиями стала больше чем у Сереги, у которого начали что-то высчитывать из денежного содержания за недостачу вещёвки. Это было совершенно обычным делом для старшин и командиров роты. Парадную вещёвку крадут, отнимают, покупают дембеля. И её постоянно не хватает. Дембеля хотят возвращаться домой во всем новеньком. А взять его можно только у вновь принятых на службу.

Мне было в нашей бухгалтерии хорошо, работу я делала на автомате, тем более в добром ко мне коллективе. А у Серёги не складывалось. Его начальник – мореман был ментально безгранично далек от него. И любой вопрос начальника приводил Серегу к озлоблению, которое глушилось из бочки спирта на складе, плюс его ещё и постоянно угощали.

Поводов было бескрайнее множество. Например, приехали родственники к солдату, отпустить солдата в отпуск, дни рождения, чьи-то звания. Всего не перечесть. Даже профессиональных праздников: 23 февраля, день автомобилиста, день строителя, день танкиста (каким-то боком, у Сереги были права на вождение трактора), ещё какие-то.

Он стал допиваться до дико агрессивных состояний. И однажды поздно вечером его притащили солдаты вусмерть пьяного. Он сопротивлялся и рвался обратно. Но они его держали и в таком виде просто засунули в нашу комнату в общаге. Он стал ломиться, но они держали дверь с обратной стороны. Тогда он повернулся и пошел на меня.

Я не помню хода битвы, но было где-то так: он меня повалил и нанёс несколько ударов сверху по голове, а потом не знаю как, но он оказался подо мной. Я вышла из комнаты и позвала соседа – мужа моей главбуха. Не помню где ночевала в эту ночь. На следующую ночь я ночевала у знакомой, а он приходил в себя, плакал и извинялся.

Не скажу чтоб я его прямо простила когда-нибудь вообще. Но мы типа помирились.

После этой дикой драки я поняла что соседи остались тайно очень довольны, потому что подозревали нас в идеальных отношениях. Мы им чем-то резали глаз. Мне такое не могло бы прийти на ум.

Не думаю что я когда-то упоминала об этом в своей дальнейшей жизни, заблокировав в памяти это случай. Сразу же после я что-то сказала Сергею. Но услышала от него интереснейшую версию: он почти меня не тронул, на мне нет ни единого следа, он был настолько пьян что не мог даже стоять и я его легко повалила, на нем куча рваных царапин и синяков. Я вот думаю, почему он меня именно бил по голове? Да он так привык – дубасить солдат чтоб не было следов.

Можно сказать, что этот случай оставил глубочайший след в моей психике, повлиял на формирование всей моей дальнейшей личной жизни и с Сергеем, и без него. Я просто не в состоянии кого-то подпустить к себе при малейших признаках агрессии. И скорее всего кинусь первая, если некуда будет сбежать.

Знакомая, у которой я провела следующую ночь, женщина лет под сорок, сказала мне, что с ним надо расстаться, потому что если он так относится ко мне в моем возрасте, не бережёт это молодое тело, то когда мое тело изменится, все только усугубится. Я запомнила эти красивые слова, но не для себя, а как красивую цитату, потому что для себя я сделала все выводы ещё раньше.

Родителям об этом я даже не говорила. Кому говорить? Отцу? Ну умрет он или его парализует. Что мне это принесет хорошего? Матери? Она –дура. Уйти? Вот куда? В лес к грибам?

Однажды, согласовавшись с картой и справочником Москвы, я предложила поехать в Ботанический сад. Мы там почему-то ещё не бывали. Серёга неожиданно быстро согласился. И вот в выходной мы туда отправились. Серёга весь такой деловой прихватил с собой чемоданчик – дипломат. Я ещё удивилась: "Нафик он ему нужен?" Я вообще даже сумки не люблю таскать, стараюсь всё по карманам распихать. Но не мне же его носить, взял и взял.

Приехали и гуляли. Там, конечно, не Крым, но тоже интересно: огромные деревья, их величие. Потом Китайский домик… А потом мы зашли на достаточно пустынную аллею с лавочками и Серёга очень обрадовался и довольный уселся. Когда он открыл этот дипломат, то я поняла, что от наивности не избавлюсь никогда. Там были пару яблок и две бутылки водки. Я поняла как Серёга видел своё путешествие в Ботанический сад. Но свежий воздух и тенистая природа помоги пережить и этот день. Плюс Серёгин алкоголизм уже перешёл в ту стадию, когда с двух бутылок с ним ничего особо не случалось.

******

Я, учась в институте на экономическом, практически по всем предметам должна была читать работы Ленина, если не Маркса с Энгельсом. Разве что только по вышке этого не требовалось. А так начиная от фразы: "Социализм это учет и контроль" и по любому предмету. К концу обучения приобрелась интересная эрудиция: по номеру тома называть год написания Владимиром Ильичом его работы. И когда в феврале 1986 года начался 27 съезд КПСС, то меня било мелкой дрожью что заставят ещё и эти материалы изучать, хоть мы уже были на дипломной практике. Но странным образом от нас "отвяли" и даже словом этот съезд не был ни где упомянут. Я на это только перекрестилась.

Но вот наступили новые времена, когда никого не надо было насильно гнать смотреть съезды. Но у меня-то испуг после института въелся. Поэтому я очень удивилась, когда пришла на работу, а все расселись на стулья, установили телевизор и приготовились смотреть съезд народных депутатов СССР. То есть люди реально в офисе не работали: сидели и смотрели.

Он шел с 25 мая по 9 июня 1989. Там я впервые разглядела Сахарова. Он как-то в самом начале бойко проскочил к трибуне и начал говорить какие-то невозможные для моего затраханного институтом мозга вещи. Там звучало то, что по смыслу для моего понимания звучать не могло. Просто потому что за такое "к стенке ставят", даже за сам факт споров с Генеральным. Основными персонажами кроме Сахарова были Лигачёв и Ельцын. Активное меньшинство хотело быстро и радикально нас реформировать.

И там я впервые столкнулась с "математической задачей" на выборах: по итогам голосования Ельцын не прошёл в Верховный Совет, а ведь он был такой популярный. Мне с бумажкой долго объясняли это чудо. И я в конце даже поняла как эта арифметика работает: это как на тебе нарисована мишень, а все остальные в сером.

============== ВСТАВКА . ПОЧУВСТВУЙ ВРЕМЕНА ===============

По Горбачевской звезде удачи в середине съезда четвёртого июня громыхнула крупнейшая в истории СССР железнодорожная катастрофа – с поездом, который вез вагоны детей из Башкирии в Адлер. Был траур. Прикидываете: каждый год по дикой аварии. Прошлогодняя под Арзамасом унесла в шесть раз меньше несчастных жертв.

===============

Какой-то солдат сбежал через полгода Серёгиной службы в Загорске, и шеф сказал Сергею что тот в этом виноват. Вот какая же разница что сказал тебе шеф? Это же не суд в конце-то концов. Серёжа рассказал этому мореману кто виноват с его точки зрения.

Солдата пару недель искали и нашли на чердаке соседней части. Шеф был не из тех, кто станет глубоко философствовать и принимать извинения. По итогам Серёгу перевели в Ступино, я осталась пока в Загорске. Ему должны были дать там какое-то жилье.

Именно в Загорске мое молодое здоровье начало сдавать. Видимо это постучалась из за окна болотистая местность. У меня начали по утрам болеть мелкие суставы в пальцах рук и ног. Я даже сдала кровь по этому поводу, но дальше не продвинулась, потому что Серёга начал переводиться в Ступино, а я без него особо не активничала.

На некоторое время я осталась одна. Когда я оставалась одна, то не только к каким-то врачам, но даже в продовольственный магазин не ходила. Помню как дня три практически голодала, потому что дома был только лук и сало (сало у нас было всегда, его в промышленных количествах поставляла Серёгина мама). И вот я хочу есть, но чувствую себя плохо и на перерыв ехать в магазин мне абсолютно не хочется. По дороге домой захожу в наш занюханый магазинчик и всё там мне тошнотворно, я ничего не покупаю. Иду домой и там опять сало и лук. Так было несколько дней, пока не приехал Серёга.

Даже не знаю что это было с моей стороны: лень, депрессия, пофигизм? Носить я стала Серёгин серый длинный свитер с отворачивающимся воротом, я как погрузилась в этот ворот и часто звонила просто так своей тёзке в Москву. Это были фактически наши единственные знакомые в Москве, их отец был близким другом детства моего отца и тоже родом из Луганска.

Так продолжалось где-то полтора месяца, пока Серёга не получил комнату в коммуналке, а пока он обитал в страшного вида общаге в комнате размером с кровать плюс коврик и в основном ночевал в батальонном медпункте, где по вечерам разряжался медицинским спиртом с начмедом Тимой, нашим будущим соседом по коммуналке. Однажды они разбили какое-то лекарство и вся Серёгина одежда провоняла как будто он больничный сотрудник.

Я пару раз ездила к нему в Ступино на выходные на денёк – посмотреть городок. Тут мне как раз дали на работе приличную полугодовую премию. И мы на неё купили Серёге джинсовую "варёнку": куртку и штаны – бананы от новоявленного кооператива. Как-то случайно зашли на рынок и мне все это понравилось. Мне мы ничего не покупали потому что у меня не было никакого желания что-то мерить.

Серега пробовал мне купить вязанную шапочку, натягивал их на меня и снимал. А потом сказал что на такое выражение лица конечно ни одна шапочка не подойдет.

Серёга же в этой одежде несколько лет по выходным смотрелся как пряник.

Через пару месяцев мы окончательно перебрались в Ступино, где я опять по переводу пошла работать на этот раз в Сбербанк, куда меня определил по блату новый Серёгин командир. Я за всю эту дикую траекторию ни разу не уволилась просто так. Всё время переводилась и на первый же день шла на работу. Это была моя позиция. Почти все жёны не работали. Я себя тоже сильно трудолюбивой не считаю. Но так было как-то легче жить, морально легче.

== 1990. Город Ступино ==

Ступино – это тоже под Москвой, но от Павелецкого вокзала мимо Белых Столбов, не доезжая станции Ожерелье, там ещё был значимый авиационный завод. Это хороший компактный городок без древностей.

В Ступино нас встретил очень спитый коллектив, им рулил рыжий комбат, который собирался в ближайшее время переводиться в Казахстан "за папахой", то есть чтоб получить звание "полковник". Квартира в Ступино оставалась за ним, и он планировал в последствие вернуться. Вся армия держится на мужском честолюбии, системе званий. И походы "за папахой" то на крайний север, то в дикую степь – тому яркое подтверждение.

Я переехала в Ступино по дате примерно на День Строителя. Это невозможно забыть, потому что была организована пьянка каких я в жизни не видела. Нас загрузили в УАЗики и вывезли на лесную поляну. С собой была водка, много водки и пару десятков бутербродов. Я даже сразу не поняла происходящего, потому что закуска во всех предыдущих случаях моей жизни всё же была в полнейшем изобилии. Тут я её не увидела. Потом УАЗик уехал и я думала, что поехали наконец-то за едой. Но нет. Привезли опять водку, ящик. Всё.

Я не помню сколько выпила, скорее всего почти ничего. Вспоминался рассказ отца, про то как они своему коллеге (мой отец был прорабом) ради шутки налили стакан водки и во второй стакан вместо воды для запить – тоже водку. Когда он залпом выпил оба стакана, то стал рвать вокруг себя траву и заедать. Так вот, чтоб не есть траву, я только делала вид что участвую в мероприятии. Комбат играл на гитаре, мой Серёга тоже. Я первый и последний раз в жизни видела его играющим на гитаре. Скорее можно сказать, что они оба бренчали.