- -
- 100%
- +
И вот примерно полгода назад я встречаю его возле своего подъезда. Он ждал меня. Я глазам своим не поверила. Прошло почти шесть лет. Как он меня нашел? Я стояла как вкопанная не в состоянии произнести ни слова. Сердце готово было выскочить из груди. Словно я ждала этого момента все эти годы. Он поцеловал меня в щеку, вывив тем самым из ступора. Я пригласила его в дом. Я была также влюблена, словно и не было этих шести лет. А он смотрел на меня и улыбался. Мы проговорили весь вечер. Он рассказал, что они с женой развелись три года назад. Она ушла к другому мужчине. Он на нее не сердился, даже понимал, потому что сам не мог меня забыть. И вот когда остался один, он решил меня найти. Ругал себя, что при расставании не спросил у меня ни телефона, ни адреса. Но тогда он не думал, что курортный роман окажется чем-то большим, чем простая интрижка. Он начал поиски, но тут неожиданно руководство фирмы, в которой он работал, направило его в свой филиал в Новосибирск, где он и проработал почти три года. Уезжая, он попросил своего друга Ивана продолжить поиски. Когда наконец его друг решил, что я именно та, кто ему нужен, он познакомился со мной. Начал за мной ухаживать, и однажды в разговоре упомянул, что когда то с другом отдыхал в Ялте и назвал имя друга, Владислав, друзья звали Владлен. Я тоже вспомнила, что шесть лет назад отдыхала там же и тоже была знакома с неким Владленом. Иван как то так построил разговор, что я рассказала о том своем отпуске, о романе с Владленом, о том, что расстались тепло, но безо всяких обязательств.
А потом Иван исчез, я даже почувствовала себя оскорбленной. Обычно я ставлю точку в отношениях, а тут ее поставили без моего ведома. А Иван убедился, что я это я, сообщил Владу и тот приехал в Москву. Так мы встретились. Ты знаешь, Валюш, мне кажется, я его люблю, и любила все это время, только сама себе в этом не признавалась. Он по-прежнему работает в Новосибирске, но через месяц возвращается в Москву. Он сделал мне предложение и я его приняла.
– Ветка, как я за тебя рада. Наконец-то твое сердечко оттаяло. Я обняла подругу и мы разревелись.
– Нечего реветь, – вытирая слезы, сказала Виолетта. Давай выпьем за то, чтобы ты не засиживалась в девках, а тоже нашла свою половинку.
– С удовольствием, вот только моя половинка где-то заблудилась, но я все равно за это выпью.
Мы чокнулись и выпили по целому бокалу вина. Нам стало очень весело и мы хохотали над всем, о чем бы не говорили. Но в конце концов, алкоголь сделал свое дело, мы начали зевать и решили, что обед плавно перешедший в ужин через чур затянулся и пора спать. Что мы и сделали.
На следующий день я проснулась рано. Разбудил меня крик петуха. Я лежала в кровати, слушала его кукареканье и мне было так хорошо, как не было уже очень давно. В окно падали первые лучи солнце, солнечные пятна лежали на полу и медленно передвигались. Я повернулась на бок и снова уснула. Разбудила меня Виолетта. Она старалась тихо убрать со стола, но у нее это не очень получалось.
– С добрым утром, – сказала я, вылезая из под одеяла. И чего тебе не спится?
–Утро хорошее, жаль тратить на сон. В городе выспимся.
– Согласна. А что мы будем сегодня делать? – поинтересовалась я.
– Сейчас позавтракаем и пойдем в лес. Так хочется просто побродить по лесным тропинкам. Когда я была маленькая, то летом часто бывала здесь. В пионерский лагерь я не очень любила ездить, с трудом отбывала смену, а здесь мне нравилось. С дедом часто ходила в лес. Он у меня был знахарь. Лечил травами, к нему постоянно кто-нибудь обращался за помощью. Я до сих пор помню, как и в какое время нужно собирать травы и какая трава какую болезнь лечит.
– Ну ты подруга даешь. А почему никогда об этом не рассказывала?
– А чего рассказывать. В городе собирать нечего, значит и лечить нечем. Сбор трав это очень тонкое дело. Нужно жить в лесу, чтобы вовремя каждую травку собрать.
Мы быстро убрали остатки ужина со стола, накрыли стол для завтрака, но рассиживаться долго не стали. Мне не терпелось пойти в лес. Меня не покидало ощущение покоя и радости, которое во мне пробудил крик петуха и мне хотелось, чтобы это состояние продлилось как можно дольше.
Мы бродили по лесу часа три. Виолетта собирала бруснику, а я пыталась составить букет из сухих веток и травы. Привезу домой и поставлю в комнате.
Из леса мы вернулись голодные и уставшие. В город решили возвращаться утром. У Виолетты была вечерняя смена, а я вообще в отпуске. Так что праздник у нас продолжился. Виолетта снова колдовала на кухне, а я решила прогуляться по поселку. Новые русские, скупившие здесь участки и построившие шикарные дома не поскупились на благоустройство поселка. Улица была заасфальтирована, дома местных жителей, чтобы не портили картину, были огорожены заборами из профлиста, трава вдоль дороги была пострижена. Я дошла до магазина. Ассортимент сельского продмага меня удивил. Как в хорошем супермаркете. И все свежее. Я купила бутылку вина и вышла из магазина. На лавочке сидели две женщины.
– Это ты чья же будешь? – спросила одна, обращаясь ко мне.
– Приехала в гости на выходные. К Виолетте Соколовой,– добавила я, так как женщина продолжала на меня смотреть.
– Это к Ветке, что ли, – уточнила вторая.
– Да, к Виолетте, – повторила я.
– Что-то редко она стала сюда приезжать. Пока родители были живы, они практически все лето здесь жили. А вот дочка не частый гость. А дом то она не собирается продавать? – продолжила разговор первая.
– Не знаю, – честно ответила я.
– Желающих много приобрести здесь участок. Так и снуют. Скоро нас местных совсем не останется, слово не с кем будет перемолвить.
– Как это не с кем, – удивилась я. Столько домов понастроено, они же не пустые стоят.
– Понятно, что не пустые. Да только там живут другие люди, мы для них пустое место. Мимо пройдут, даже не поздороваются.
– Видимо в детстве родители не занимались их воспитанием, – попыталась пошутить я.
– Вот именно, не занимались воспитанием. Тебя как звать то?
– Валя.
– А меня Александра Петровна, а это Нина Михайловна, моя соседка. Мы живем в конце деревни, почти на самом берегу. Нас там трое осталось. Еще дед Николай. Он тоже живет один. Жена померла, а дети живут в Питере, сюда не часто приезжают. Одолели нас эти риэлторы, продай да продай дом. Деньги хорошие предлагают. А куда мы поедем, если родились здесь. Здесь и помрем.
– А вы не боитесь, что в один прекрасный момент придете домой, а дома нет, сгорел? – спросила я Александру Петровну.
– Боимся, милая. Поэтому кто-нибудь из нас троих всегда дома.
– А дома у вас застрахованы? – продолжала я расспрашивать женщин.
– Дома то застрахованы, да стоят они копейки. На эти деньги по нынешним ценам разве что курятник можно построить. Вон смотри, опять приехал нас агитировать продать дома.
Я посмотрела в сторону, куда показывала Александра Петровна и увидела мужчину, приближающегося к нашей скамеечке.
– Здравствуйте, барышни, – весело поздоровался мужчина.
– И вам не хворать, – сердито ответила Александра Петровна.
– Ну как, надумали продать свои халупы.
– Тебе уже было сказано, что мы продавать свои дома не будем, – подала голос Нина Михайловна. И нечего к нам ездить. Вот помрем, пусть дети распоряжаются. А пока мы здесь будем жить.
– А вот дед Николай согласился продать свой дом. Я только что от него. Мы с ним и договор подписали. К сыну он уезжает, так что останетесь одни, страшно, поди будет, – ухмыльнулся риэлтор.
– Как продает, – воскликнула Александра Петровна. Нинка, пошли. Чего это старый хрен надумал.
Женщины поднялись со скамейки и быстро зашагали по дороге. Мужчина присел на скамеечку.
– А Вы тоже здесь живете, – спросил он.
– Да нет, приехала в гости к подруге на выходные.
– Не понимаю я этих стариков. Им такие деньги предлагают за участки, на которые они могут купить квартиру в Завидово со всеми удобствами и еще на безбедную старость останется. А они живут с удобствами на улице, зимой печки топят и не хотят никуда уезжать.
– Их можно понять. Они здесь родились, выросли, родили детей, и умереть тоже хотят на этой земле.
– Когда строили водохранилище, сколько деревень ушло под воду. Людей переселили, и ничего живут.
Мужчина поднялся и пошел по дороге вслед за женщинами. Я тоже поднялась и отправилась домой.
Стол был уже накрыт и Виолетта в нетерпении вышла на дорогу.
– Ну где ты пропала? Обед давно уже готов, а тебя все нет и нет, – сердито отчитывала она меня.
Я протянула ей бутылку. Она посмотрела на этикетку и удивленно посмотрела на меня.
– Ты где это взяла?
– Как где, в вашем магазине, – удивленно ответила я.
– Однако… Хорошо живет местное население, если в сельмаге торгуют французскими винами.
– Меня тоже цена удивила, – призналась я. Но дешевле не было. Это самое дешевое.
– Чего мы здесь болтаем, быстро к столу.
Мы уже собрались зайти во двор, когда мимо пронеслась машина. За рулем сидел мой недавний собеседник. Я автоматически посмотрела на номер и тут же его запомнила. Это у меня профессиональное, три года работы в розыске кое-что значат. Я не всегда была аналитиком, первое время выезжала с опергруппой на происшествия и приходилось многое запоминать и держать в памяти.
Мы уже заканчивали обедать, когда мимо дома проехала карета скорой помощи. Что-то мне подсказывало, что случилось несчастье с моими недавними знакомыми. Я вкратце рассказала Виолетте о разговоре с местными жительницами и о риэлторе, который приезжал к ним сегодня.
– Пошли, – Виолетта поднялась из-за стола. Я знаю и тетю Шуру, и тетю Нину и деда Николая. Отец дружил с Николаем, хотя и был младше его лет на пятнадцать. А мама поддерживала хорошие отношения с подружками. Шура с Ниной дружили с детства. Даже замуж вышли за братьев, чтобы еще и породниться.
Мы сели в машину и поехали в сторону водохранилища. Оказывается, деревня в свое время, была не маленькой. Пешком бы мы долго добирались, на машине минуты через три были на месте. Скорая стояла возле дома Николая. Александра Петровна и Нина Михайловна стояли возле палисадника и ждали врачей. Вскоре вышел врач и сказал, что деда нужно вести в больницу. У него подозрение на инфаркт, но он отказывается от госпитализации.
– Как отказывается, – всплеснула руками Александра Петровна. Сейчас я ему мозги то прочищу, – и она решительно направилась в дом.
Что уж она там ему говорила, но вскоре вышел санитар за носилками. Деда погрузили в машину и «скорая» уехала. Вышла и Александра Петровна.
– Ну что, теть Шур, не томи, – вцепилась в нее Виолетта.
– Да ничего хорошего. Он действительно подписал договор, пойдем покажу.
Мы вошли в дом. На столе лежали бумаги. Я посмотрела, действительно договор. Но это только договор намерений. Вроде бы Николай продает свой дом риэлтерской конторе, но может и передумать. Предоплаты он не брал, на этот счет в договоре нет оговорки.
– Это еще не договор продажи,– поспешила я успокоить женщин. Он может и передумать.
– Теперь вряд ли передумает. Сын наверняка заберет его к себе в Питер. Он давно его уговаривал переехать к нему, да Николаша не соглашался. На кого своих девчонок оставлю, смеялся он, – с грустью сказала Нина Михайловна. – Пойдем, Саш, домой. Давай я дверь закрою. Надо позвонить Игорьку, у меня дома где-то его номер записан.
Мы вышли на крыльцо. Александра Петровна заперла дверь и они пошли в соседний дом, где по всей видимости жила Нина Михайловна. А мы с Виолеттой направились к машине.
– Вет, а тебе не кажется подозрительным этот сердечный приступ. Может этот риэлтор подмешал что-нибудь деду, сейчас столько всяких лекарств, что можно отправить старика на тот свет, при этом все будет выглядеть вполне невинно. Переволновался дедушка, вот тебе и инфаркт.
– Все может быть. Надо на всякий случай проверить, подлинная это подпись деда, или нет.
– Я проверю. Пошли к подружкам. Нужно забрать договор.
Мы вернулись к дому Нины Михайловны. Виолетта пошла в дом, а я осталась ждать на лавочке. Вскоре она вернулась с ключами. Войдя в дом Николая, я внимательно осмотрелась. Но ничего подозрительного не заметила. На столе лежали только бумаги. Я проверила шкафы, никаких бутылок со спиртным не обнаружила. В мусорном ведре кроме картофельной кожуры, тоже ничего не было. Мы взяли бумаги и вышли во двор. Виолетта заперла дверь и мы снова направились к Нине Михайловне. Женщины сидели на диване пригорюнившись.
– Александра Петровна, а как вы обнаружили, что деду плохо? – спросила я.
– Так мы сразу к нему и направились. Хотели выяснить, правду говорит этот риэлтор, или врет. Заходим, а он лежит посреди комнаты. Мы испугались, думали умер. А потом поняли, что он без сознания. Ну, я тут же вызвала скорую. Наши «благодетели» сделали хорошую дорогу, поэтому врачи быстро приехали. Сделали ему укол, он очнулся. Пока делали кардиограмму, он рассказал, что приходил риэлтор, сказал, что вы подписали договора о продаже своих домов и даже показал их ему. Тут сердце у него и не выдержало нашего предательства, как он считал.
– Вполне возможно, что и этот договор липовый. Он его специально для вас оставил, когда увидел, что дед потерял сознание. То-то он так быстро уехал. Но я запомнила номер его машины, так что найдем злодея, – успокоила я тетушек.
– Найди, милая, – умоляюще посмотрела на меня Нина Михайловна. – Николаша хороший человек. Тяжело ему было одному после смерти жены, но он так и не женился, хотя Шура ему нравилась. Но он не хотел вставать между нами, так и жили по соседству как брат с сестрой.
Мы попрощались с подругами и поехали к дому Виолетты.
Время близилось к вечеру, погода стояла хорошая, было еще тепло, но чувствовалось приближение зимы. Виолетта взяла бутылку вина, которую я купила в местном магазине, бокалы и мы расположились на крыльце. Болтали о всяких пустяках, потягивая вино. Начало темнеть. Виолетта зажгла в комнате свет и через окно он падал на крыльцо. Становилось все темнее. Я только сейчас заметила, что в поселке не было уличного освещения. Нам было уютно и не хотелось заходить в дом. Неожиданно я заметила на улице какую то тень. Она остановилась напротив нашей калитки.
– Барышни, позвольте войти, – услышали мы приятный мужской голос.
– Заходите, – разрешила Виолетта.
Человек вошел во двор. Когда он приблизился к нам и свет из окна осветил его лицо, я увидела, что это был мужчина лет сорока довольно приятной наружности.
– Разрешите представиться, Артем Дмитриевич Лукин, ваш сосед, – и он кивнул на дом через дорогу. Я выглянул в окно и в кои-то веки увидел свет в окне напротив. Решил воспользоваться этим фактом и познакомиться с соседями.
– Виолетта, хозяйка этого дома, а это Валентина, моя подруга. Я редко здесь бываю, поэтому и не знакома с соседями.
– А я слышала, что вновь поселившиеся здесь господа не соседствуют с местным населением. Даже поздороваться считают ниже своего достоинства, – съязвила я.
– Не буду спорить. Есть такие экземпляры. Но они, по моему, вообще никогда ни с кем не здороваются. Это уж издержки воспитания.
Виолетта сходила в дом, принесла пустой бокал и предложила гостю присесть.
– Хороший у вас здесь магазин, – прервала я молчание. Такой выбор вин далеко не в каждом московском супермаркете есть.
– Да действительно, магазин у нас отличный. Выезжая из города не надо затаривать сумку продуктами, здесь есть все и всегда свежее.
– Кому же вы этим обязаны, – спросила Виолетта.
– Да вашему соседу справа, – кивнул он на солидный особняк. – Его хозяин владеет сетью магазинов в нескольких городах, весьма крупный бизнесмен. Этот магазинчик его. И нужно отдать ему должное, магазин пользуется большим успехом. Набор продуктов на любой вкус и достаток.
Мы еще с полчаса поболтали и распрощались. Завтра всем рано вставать. Артем тоже живет и работает в Москве.
– Как тебе мой сосед, – спросила Виолетта, когда мы уже укладывались спать.
– Какой-то он весь вежливый, аккуратный и речь у него не современная, как будто из начала прошлого века, этакий маменькин сынок. Вот только голова совершенно седая.
– На тебя не угодишь. Состаришься старой девой в своей адвокатской конторе.
– Ну, насчет девы ты погорячилась, – рассмеялась я. -Спокойной ночи, подруга и я погасила свет.
На следующий день меня снова разбудил петух. Но на этот раз я повернулась на другой бок и снова уснула. Разбудили меня громкие голоса на улице. Я выглянула в окно. Крики раздавались из дома напротив. Визгливый женский и спокойный мужской, который похоже принадлежал нашему вчерашнему знакомому. Виолетта тоже проснулась.
– И чего она так орет с утра пораньше, – недовольно пробурчала подруга. – Могли бы еще час поспать.
Я продолжала смотреть в окно. Распахнулись ворота и на дорогу выехала машина, марку я не разглядела, но похоже машина не из дешевых. Открылась дверца и из машины вышел наш вчерашний гость.
Он вернулся во двор, что-то тихо сказал женщине, от чего она похоже еще больше разозлилась, потом снова сел в машину и уехал. Ворота плавно закрылись. Представление закончилось.
– От такой жены не мудрено поседеть, – глубокомысленно изрекла Виолетта.
– А почему ты решила, что это жена? – удивленно спросила я.
– А кто же еще может быть. Любовница вряд ли будет закатывать такие скандалы.
– Может быть сестра, или мать. Насколько я смогла ее разглядеть, она выглядит старше Вадима.
– В конце концов, какая разница, кто она ему. Нам с ними детей не крестить. Пойдем, позавтракаем и поедем.
Но внутренний голос мне подсказывал, что эта встреча была не случайной. И он как всегда оказался прав. Но об этом позже. Мы позавтракали, помыли посуду, закрыли дом и тронулись в обратный путь. В старые добрые времена, когда «Жигули» можно было купить по большому блату или отстояв в очереди несколько лет, а о «Волге» простой смертный и не мечтал, от малой родины Виолетты до Москвы можно было доехать за два, максимум за три часа. Сейчас же этот путь мы проделали почти за пять часов. Это хорошо, что мы никуда не спешили.
Глава 9
Дома, распаковывая сумку, я спохватилась, что за два дня мне никто не позвонил. Я достала телефон. Так и есть, батарея села, а я даже не вспомнила про него. Надо же так расслабиться. Видимо сказалось напряжение, в котором я жила в последнее время. Поставив телефон на зарядку, я включила автоответчик. Звонков, которых я ждала, не было. Ни Карел, ни Денис не звонили. Значит можно пока жить спокойно. Не успела я об этом подумать, как раздался звонок мобильника.
– Где тебя носит, – услышала я взволнованный голос Дениса. – Иванцов сегодня утром вылетел в Москву. Ребята его уже приняли и следят за ним. Ты где сейчас?
– Дома, только что приехала. Была у Виолетты на даче.
– А дача где? – поинтересовался Денис.
– На Московском море.
– Не плохое местечко. Отправляйся немедленно снова к Виолетте, надеюсь ты ей еще не надоела, и не высовывай нос на улицу. Я буду держать тебя в курсе.
Мне ничего не оставалось делать, как позвонить подруге и снова напроситься к ней на постой.
– Приезжай, обрадовалась она. – Я уже привыкла, что не одна. А сейчас сижу как дура в полном одиночестве и так мне грустно стало.
Я быстро собрала вещи и отправилась на метро к подруге.
Денис позвонил на следующий день.
– Приезжай в отдел, есть разговор, – коротко распорядился он и отключился.
Я удивилась, странно, то велел носа на улицу не показывать, а тут, приезжай в отдел. Я решила не искушать судьбу и кардинально изменила свою внешность. Парик, большие очки без диоптрий, скучная одежда. Посмотрела на себя в зеркало, серая мышка. В таком виде я появилась в кабинете Дениса.
– По какому вопросу, девушка, – обратился ко мне Денис.
– Ты же сам велел мне приехать, – с удивлением ответила я, и только тут сообразила, что он меня не узнал.
– Валентина, ты, что ли? – Денис удивленно уставился на меня. – Узнал только по голосу. Значит, так. Иванцов прилетел вчера днем. Сразу отправился в Ивантеевку. Там встречался с одним типом, мы его сейчас пробиваем. О чем они говорили, выяснить не удалось. Но за тем типом тоже установили наблюдение. Иванцов вернулся в Москву, поселился в гостинице и пока больше ни с кем не встречался. Ждем, когда покинет номер, чтобы установить прослушку. Сегодня утром незнакомец крутился возле твоего дома. Выяснял у соседей, где хозяева, сама понимаешь, какой квартиры. Но видимо соседи ничего интересного ему не сообщили. Он съездил еще в три адреса и вернулся домой. Сейчас пробиваем и эти адреса. Я вот, что думаю. Если ты будешь прятаться, то этой тягомотине конца не будет.
– Ты предлагаешь мне вернуться домой? И чтобы меня там укокошили? – сердито спросила я.
– Да, предлагаю вернуться домой. Но из дома не выходить. Притвориться больной. У тебя в квартире постоянно будет кто-то находиться. Соседям скажешь, что была в командировке, простудилась и сейчас на больничном. Ждать Иванцову, когда ты поправишься, некогда. До суда осталось несколько дней. Значит, будет предпринята попытка проникнуть к тебе в квартиру и там тебя прикончить.
– Хорошо, похоже, это единственный путь прижучить Иванцова, – согласилась я.
– Сейчас поезжай к Виолетте, забирай свои вещи и возвращайся, якобы из командировки. Хорошо бы, чтобы тебя увидели соседи. С тобой поедет Сева. В квартире тебя уже будет ждать кто-то из охранников Скоробогатова. Дай ключи.
Я машинально протянула ему ключи от квартиры. – А при чем тут Скоробогатов? – удивленно спросила я.
– Не задавай глупых вопросов. У меня нет такого количества свободных сотрудников, чтобы дежурить у тебя круглые сутки. А Скоробогатов, когда узнал, что охота на тебя продолжается, с готовностью предложил свою помощь. Похоже, ты ему здорово понравилась, – с усмешкой сказал Денис. В его голосе прозвучала нотка ревности.
– Не говори ерунды, я никогда не давала ему повода относиться ко мне, как к женщине.
– Я в этом не сомневаюсь, нам ты тоже повода не давала, но мы по очереди влюблялись в тебя, – с грустью произнес Денис. – Мы отвлеклись. Иванцов зарядил кого-то на поиски киллера для тебя. Над твоей дверью установили видеокамеру. Так что гостя встретят во всеоружии. Бояться тебе нечего. Посиди, сейчас приведу Севку, – сказал Денис и вышел из кабинета.
Вскоре он вернулся с Севой и мы отправились к Виолетте. Я быстро переоделась, став снова самой собой и мы поехали домой. Сева высадил меня недалеко от дома и незаметно проводил до подъезда. На лавочке сидели жительницы нашего подъезда, которым телевизор заменяли посиделки перед входом в подъезд. Они знали все новости из жизни соседей. Я не преминула с ними поздороваться, поинтересоваться из здоровьем, пожаловаться на свое и вошла в подъезд. В квартире меня ждала молодая женщина, атлетического телосложения.
– Инна Райх,– представилась она. – Буду Вас охранять.
– Очень приятно, – обрадовалась я. – Признаться, я не очень уютно себя чувствовала представив, что в квартире круглые сутки будет находиться незнакомый мужчина. А здесь такая приятная неожиданность.
– Валерий Ильич тоже так считает, поэтому и отправил меня к Вам. Вообще то я работаю с его семьей, женой и детьми. Но в данном случае он решил, что Ваша жизнь и комфорт важнее, – с улыбкой сказала Инна. – Жена поворчала, но все таки меня отпустила.
– И что же они остались без охраны, – удивилась я.
– Ни в коем случае, Валерий Ильич очень трепетно относится к своим близким, просто временно с ними будет работать мужчина. У них большой дом, и посторонний мужчина там никому мешать не будет. А в Вашей квартире,– она оглянулась по сторонам,– кошке хвост протянуть негде, ни то что поселить постороннего мужчину.
– Так уж и негде, – обиделась я. – Две комнаты, все-таки. – Но в душе я была с ней согласна.
Я распаковала сумку, вещей у меня было мало, поэтому с этой процедурой я быстро закончила.
– Пойдемте, поедим, – предложила Инна. Пока я Вас ждала, приготовила обед.
Мы отправились на кухню. Инна быстро накрыла стол. Должна признаться, что поваром она была хорошим. С удовольствием поедая все, что она приготовила, я спросила: – А почему Вы выбрали такую необычную для женщины профессию?
– А чего здесь необычного? – удивилась она. – Если женщины наравне с мужчинами занимаются борьбой, боксом, совсем не женскими видами спорта, и это ни у кого не вызывает удивления, то работа охранника тоже не должна вызывать удивления. Я делаю то, что умею делать лучше многих.
– А как Вы к этому пришли, – продолжала я.
– Я с детства занималась восточными единоборствами. Меня в секцию дзюдо привел отец. Мы в то время жили в Люберцах, район, если помнишь, был не самый спокойный. Отец хотел, чтобы я могла сама себя защитить. Я увлеклась, потом стала заниматься карате, участвовала в соревнованиях, занимала призовые места, имею черный пояс по карате. После школы поступила в институт физкультуры, работала преподавателем в школе. Когда умер отец, мы остались с мамой одни. Она у меня сердечница, часто болела. А когда потребовалась операция, мне пришлось искать другую работу. Зарплата учителя, сама понимаешь, не позволяет заработать много денег. Со Скоробогатовым я познакомилась случайно, он с женой и детьми отдыхали на даче в Лошкарево. Я на выходные приехала к своей коллеге. Папаша у нее в то время работал в администрации центрального округа, семья состоятельная, а дочь пошла работать в школу преподавателем физики, хотя закончила МГУ. Мы валялись на пляже и вдруг на дороге остановилась машина. Из нее вышли трое молодых людей, спустились на пляж и стали вести себя весьма вызывающе. Вообще-то место там тихое, дачники народ респектабельный, никаких эксцессов никогда не было. Рядом с нами загорали две девушки. Вот к ним молодые люди и направились. Стали приставать к девчонкам, те встали и хотели уйти, но не тут-то было. Они их не пускали. А потом попытались затащить в машину. Мужчин, кто бы мог помочь девушкам, поблизости не было. Тогда я встала и подошла к ним. Я хотела по-хорошему уговорить их оставить девушек в покое, но куда там. Пришлось применить несколько приемов, чтобы отбить у них охоту приставать к девушкам, когда они этого не хотят. Пока я с ними разбиралась, появился Валерий Ильич с охранником. Видимо кто-то сообщил ему, что происходит на пляже. Мужчины продолжили урок, начатый мной. Потом затолкали их в их же машину, и подождали, когда те уедут. Так я познакомилась со Скоробогатовым. Потом он предложил мне перейти к нему на работу и назвал такую сумму моего денежного вознаграждения, что я не смогла отказаться. И не жалею об этом. Он оплатил операцию моей матери, дав мне деньги в счет моей будущей зарплаты. Так что я ему очень благодарна. А ты откуда его знаешь? – в свою очередь поинтересовалась она.