- -
- 100%
- +
– Валентина Георгиевна, – вступил в разговор Артем, – когда Вы занимались моим делом, то нанимали детектива. Игорь тоже хочет его нанять.
– Хорошо, я свяжусь со Смоляниновым, думаю, что он возьмется за это дело. А я чем смогу, помогу.
– Большое Вам спасибо. Вот мои координаты, -Игорь протянул мне визитку, – я должен вернуться в Питер. Но приеду по первому требованию.
Артем с Игорем ушли, а я набрала номер Анатолия Викторовича. Он ответил почти сразу. Рассказав ему вкратце суть дела, мы договорились встретиться на следующий день.
Я предупредила шефа, что задержусь и с утра отправилась в контору к Смолянинову. Он встретил меня во всеоружии. Оказывается, старый сыщик не терял времени даром и связался со следователем, который вел дело Сапрунова Николая Ивановича. Информации было собрано мало. Фамилия и имя риэлтора, который приезжал в деревню, оказались липовыми. И риэлтерской конторы такой в природе не существует. Фоторобот, составленный со слов соседок, ничего не дал. Отпечатки пальцев, которые сняли в доме Сапрунова, тоже ничего не дали. В базе таких нет. Так что, пока никаких зацепок. Даже не знаю, с какой стороны подступиться.
– Я тоже видела этого риэлтора, – сказала я. И рассказала о моем разговоре с Александрой Петровной и Ниной Михайловной. О договорах, которые он им подсунул. А еще вспомнила, что он был на машине и я тогда запомнила номер его машины. Придя домой к Виолетте, я его на чем-то записала по привычке фиксировать всю информацию. Но вот куда записала, надо вспомнить. Прошло много времени. Но я съезжу в дом к подруге и постараюсь найти эту запись.
Вечером я созвонилась с Игорем, и сообщила, что Смолянинов берется за его дело. Ему необходимо подъехать и оформить договор.
Потом позвонила Виолетте и сказала, что мне нужно побывать в ее доме. Она обрадовалась возможности проведать свой дом и побывать на природе. В субботу утром раздался звонок в дверь. На пороге стоял Артем.
Я удивленно уставилась на него.
– Вы готовы? Машина к подъезду подана, – произнес он и улыбнулся. – Когда Виолетта сказала мне, что вы в субботу едете на дачу, я вызвался быть вашим водителем. На вашем маломерном транспорте туда зимой не проехать. Дорогу периодически чистят, но иногда бывают и сбои. Он подхватил мою сумку и мы спустились вниз. Виолетта уже сидела в машине. До поселка мы добрались благополучно. Артем остался у себя прогревать дом, а мы направились к дому Виолетты. Дорожки во дворе естественно никто не чистил, снегу было по колено. Мы с трудом разгребли сугроб у калитки, хорошо Артем догадался снабдить нас лопатой, прочистили дорожку к крыльцу и наконец попали в дом. Я стала озираться по сторонам, соображая, где бы я могла записать номер машины риэлтора. На глаза мне попался календарь, который висел на стене. Я вспомнила, что вернувшись в дом, я поискала, на чем бы записать номер, ничего не нашла и записала на календаре. Я подошла поближе, точно, вот эти цифры. Переписав их в записную книжку, я направилась к двери.
– Нашла? – спросила Виолетта.
– А как же, мы не зря сюда приехали. Можем идти.
Виолетта закрыла дверь и мы вышли на улицу.
– Пойдем, проведаем наших знакомых, – предложила я.
– Пойдем, – охотно согласилась подруга.
Женщин мы застали у Нины Михайловны. Они пили чай и смотрели телевизор. Увидев нас, очень обрадовались. Усадили за стол, предложили чаю и поинтересовались, каким ветром нас сюда занесло. Я рассказала, зачем приезжали и спросила, что у них интересного, никто посторонний здесь не появлялся.
– А как же, появлялся. Не далее как на прошлой неделе приезжал мужик, – начала рассказывать Александра Петровна. – Сижу я дома, смотрю телевизор. Слышу на улице шум, выглянула в окно и вижу, как к дому деда Николая подъехала машина. Я сначала подумала, что сын приехал. Но нет. Из машины вышел солидный мужчина, а с ним еще двое. Мужчина подошел к дому, но войти во двор не смог, снегу по колено. Постоял, посмотрел, потом они сели в машину и уехали. Я на всякий случай записала номер машины.– Она подошла к комоду и достала листок бумаги. – Вот, – и протянула его мне.
– Спасибо. А Вы молодец, – улыбнулась я. – Это может пригодиться.
Мы еще немного посидели, женщины погоревали, что без соседа им тоскливо, Нина Михайловна даже всплакнула. Но уезжать отсюда они все равно не хотят.
Распрощавшись с подружками, мы вернулись к Артему. В доме было уже тепло. Электрические батареи быстро нагрели первый этаж, а Артем накрыл стол и разжег во дворе мангал. Все-таки хорошо на природе. Вечером, сидя у камина и потягивая мартини, мы разговорились и проболтали до глубокой ночи.
Мне приятно было наблюдать за этой парой. Чувствовалось, что их тянет друг к другу. Но они боялись сделать шаг навстречу. Что удерживало Виолетту, я понимала. Неудачный опыт семейной жизни вызывал у нее страх ошибиться снова. А вот почему Артем так себя ведет, мне было не понятно. Он никогда не был женат. И старым холостяком его тоже назвать было нельзя. Когда я увидела его в первый раз, то решила что ему лет сорок. На самом деле он гораздо моложе, а в заблуждение меня ввела его абсолютно седая голова. Что-то произошло в его жизни, отчего он так рано поседел и это что-то удерживает его от решительного шага.
Вернувшись в Москву, я связалась с Анатолием Викторовичем и рассказала все, что узнала от соседок Сапрунова.
Глава 15
Пролетел январь, подходил к концу февраль. Однажды вечером раздался звонок телефона. Звонил детектив.
– Здравствуйте, Валентина Георгиевна. У меня для Вас есть новости. Мы нашли убийцу Сапрунова, и вышли на заказчика. Я пока ничего не сообщал Юрию Николаевичу, хотел сначала поговорить с Вами.
Я удивилась, причем здесь я.
– Давайте встретимся и я все Вам подробно расскажу.
Я не возражала и мы договорились встретиться в его конторе на следующий день во второй половине. Меня разбирало любопытство, что такое раскопал сыщик, что ему надо обсудить это именно со мной. На следующий день после обеда я подъехала к его агентству. Перед входом стояла скорая и полицейская машина. Я вошла в здание, но в офис детектива меня не пустил полицейский, который стоял у входа. Ничего не понимая, я спросила, что случилось.
– Здесь произошло убийство, – ответил мне тот.
– Кого убили,– продолжала я допытываться.
– Смолянинова, ответил сержант.
– Кто ведет расследование?
– Круглов Денис Сергеевич.
– Странно, это не его район, – подумала я.
– Мне нужно с ним поговорить. Я ехала на встречу со Смоляниновым, он мне сам вчера ее назначил. Доложите капитану.
– Майору, – поправил меня сержант. – Сейчас доложу. Как Ваше имя?
Я назвала, и сержант вошел в офис. Через минуту вышел и пропустил меня в помещение.
Денис сидел за столом, на полу возле окна лежал человек. Кровавое пятно вокруг головы не оставляло сомнений, что это труп.
– Рассказывай, каким боком ты связана с детективом, – обратился ко мне Денис.
Я вкратце рассказала, по какому делу я была с ним связана и про его вчерашний звонок.
– Завтра с утра придешь в отделение и там все подробно расскажешь, вот адрес. Он протянул мне листок с адресом отделения полиции, куда мне надлежало явиться.
Я вопросительно посмотрела на бывшего коллегу.
– Меня перевели сюда начальником оперативно-розыскного отдела с присвоением звания майора, – Денис кивнул на звездочку.– Мой предшественник ушел на пенсию, а из местных, почему то никого не поставили. Завтра жду в девять ноль-ноль, – и Денис снова уткнулся в протокол.
Ничего не понимая, я вышла на улицу. За что убили Анатолия Викторовича. Связано это с делом, которое он вел по просьбе Игоря, или нет. И что такое он хотел мне рассказать, о чем не хотел говорить Игорю, не переговорив предварительно со мной. Я терялась в догадках. Вернувшись в свою контору, я занялась текущими делами, но сосредоточиться не могла, мысль об убийстве детектива не давала мне покоя.
На следующий день ровно в девять я сидела в кабинете Дениса.
– Понимаешь, мы не нашли никаких документов, подтверждающих, что он занимался делом Сапрунова. В компьютере тоже ничего не обнаружили, – сказал Денис.
– Этого не может быть. Он накануне мне звонил и сказал, что хочет поговорить со мной, прежде чем что то сообщать Юрию. А что говорят его сотрудники? Они должны что-то знать, ведь не сам же он вел розыск.
– Этим как раз занимаются мои ребята. Они опрашивают его помощников. А ты садись вот за тот стол и подробно опиши все, что знаешь по этому поводу.
Я подробно описала все, что знала. Указала номера машин мнимого риэлтора и мужчины, который в январе приезжал к дому Сапрунова. Денис прочитал, и попросил никому пока не говорить о смерти Смолянинова.
– Никто не должен знать, что мы связываем его смерть с этим делом. У него в разработке было еще три расследования. Мы их тоже тщательно проверим. Но учитывая то, что документы по этим делам не пропали, фигуранты по ним не причем. Кто знал, что Смолянинов расследовал убийство Сапрунова?
– Знал Артем. Он меня и познакомил с сыном Сапрунова. Я занималась делом его сестры по поводу фиктивного брака. Смолянинов был нанят мной, чтобы проследить за мужем сестры. Я периодически обращалась к его помощи, когда мне это было нужно. Он классный сыщик, был. Жаль старика. А кто еще знал, нужно поинтересоваться у Артема и Игоря.
– Поинтересуемся. У тебя случайно нет знакомого хакера, который мог бы покопаться в компьютере детектива, возможно удастся что-то восстановить из того, что было удалено.
– Почему нет, есть, – улыбнулась я. У моей приятельницы сын настоящий хакер. Ничего противозаконного он не делает, но достать может любую информацию. Я иногда прибегаю к его услугам, но это между нами.
– Ты можешь привести его сюда?
– Ни в коем случае. Он сюда не пойдет, да и я не хочу, чтобы о нем узнала полиция. Я сама отвезу ему жесткий диск, если ты конечно позволишь.
– Ладно, не буду спорить. Вот, бери, – и он протянул мне жесткий диск с компьютера Анатолия Викторовича.
– А теперь расскажи поподробнее, как ты сюда попал, – попросила я Дениса.
–Бывший начальник ушел на пенсию, вернее его ушли. Вместе с ним уволили еще четверых сотрудников. Водились за ними грешки, а в связи с переводом милиции в полицию, провели небольшую чистку. В отделе осталась одна молодежь. Сама понимаешь, опыта ноль, их еще учить и учить. Хочу забрать к себе Севку. С Егорычем я уже договорился. Он сначала ни в какую не хотел его отпускать, но когда я рассказал, с кем работаю, он скрепя сердцем согласился. Так что ждем приказа о переводе Севки. А ты не хочешь вернуться к живой работе? – спросил Денис и посмотрел на меня.
– Упаси бог. Мне нравится моя работа и возвращаться к тому, с чего начинала, не хочу. Извини, друг.
– Я и не надеялся. Это я так спросил, на всякий случай, – Денис улыбнулся.
– Ну, если у тебя ко мне больше нет вопросов, я пойду. Если что-то обнаружится на диске, сразу сообщу.
Мы попрощались и я поехала в свою контору. С сыном приятельницы, Виталием, я созвонилась вечером. Рассказала, какая у меня проблема и он тут же приехал ко мне. Вставил диск в мой компьютер и стал колдовать. Провозился он часа три. Наконец с чувством исполненного долга встал из-за стола и сказал:
– Готово. Можете принимать работу. Все, что я смог восстановить, собрано в одной папке.
После его ухода, я открыла папку и стала просматривать файлы. Много было материалов, не относящейся к нашему делу. Но вот наконец промелькнула знакомая фамилия. Все файлы, которые хоть как то могли касаться расследования, я снова сгруппировала в одной папке и стала внимательно их изучать.
Детектив по номеру машины установил личность риелтора. Им оказался некий Олег Смирнов. Ни в каком риэлтерском агентстве человек с таким именем и фамилий не значился. Установив за ним наблюдение, детектив выяснил, что Олег связан с группой лиц, которые занимались поиском привлекательных для застройки загородными домами мест для весьма обеспеченных людей. Это должны быть участки, расположенные на берегу водоема, желательно в лесу и не сильно заселенные вновь появившейся элитой нашего общества. Они уговаривали владельцев таких участков, а это были в основном местные жители весьма преклонного возраста, продать дома. Некоторые соглашались и переезжали к детям, так как старикам трудно было одним управляться с хозяйством, а дети жили не близко и не могли часто навещать родителей. Но были и такие, которые категорически отказывались покидать родные места, тогда на них начинали давить. Запугивали, поджигали дома, но до убийств дело не доходило. Дед Николай оказался первым. Руководил этой группой Венедиктов Егор Семенович, в прошлом прапорщик. Он отслужил сверхсрочную службу, вышел на пенсию и оказался безработным. Гражданской профессии у него не было. Устроился в риэлтерскую контору, но проработал там не много. Из-за конфликта с начальством, ему пришлось уволиться. Вот тогда он и решил создать свое подпольное риэлтерское агентство. К работе он привлек своего племянника, который недавно вернулся из армии, и еще двух бывших своих сослуживцев. Олег Смирнов и был одним из них. Во время прохождения срочной службы он был в подчинении Венедиктова.
Сам Егор Семенович с жителями не встречался. Он находил участки по разным деревням, которые могли бы вызвать интерес у будущих владельцев и размещал в интернете объявление о их продаже с фотографиями местности, но без указания населенных пунктов. Как только появлялся потенциальный клиент, начиналась обработка владельцев участков. Дома покупались за бесценок, а участки продавались по весьма приличным ценам. Стало модно строить загородные дома в глухих местах. Отсутствие электричества, водопровода в наше время для этого не помеха.
А вот с Николаем Ивановичем и его соседками получилась осечка. Они ни в какую не хотели продавать свои дома и уезжать из родной деревни. Венедиктов нашел покупателя на участок Сопрунова, а дед Николай уперся. Но и покупатель хотел заполучить именно это место. К тому же покупателем оказался бывший бандит, который выйдя на свободу три года назад, занялся легальным бизнесом. Но повадки бандитские остались. Он пригрозил Венедиктову, что если он не получит это место, то единственным видом транспорта для него будет инвалидная коляска. Егор Семенович струхнул. Он вызвал к себе Олега и рассказал о том, что клиент настроен весьма решительно. Вот тогда они и решили расправиться с дедом. Тридцать первого декабря Олег поехал к деду. Он хотел еще раз с ним поговорить и попытаться уговорить продать дом. Он взял с собой спиртное, закуску. Но дед даже разговаривать с ним не стал. Он попытался вытолкать Олега из дома, тот схватил бутылку, которую сам и принес и ударил Николая Ивановича по голове. Дед упал, но был жив. Тогда Олег еще раз ударил его по голове уже топором, который лежал возле печки. Собрал осколки бутылки, стер отпечатки пальцев с топора, налил себе водки и выпил, потом вымыл стопку и ушел. В Новогоднюю ночь во многих домах горел свет, стояли машины у ворот, поэтому на его машину никто не обратил внимания, тем более, что он оставил ее не доезжая до дома Сопрунова.
А вот владельцем машины, номер которой мне дала Александра Петровна оказался клиент Венедиктова. Именно он хотел получить этот участок и ни какой другой.
Я скопировала эту информацию на флешку и отправилась к Денису.
– Вот жесткий диск, а вот то, что удалось выяснить по этому делу Смолянинову, – сказала я, протягивая Денису и то и другое. – Откуда Венедиктов узнал, что детектив следит за ними? Ведь он опытный сыщик, или кто-то из его команды слил информацию?
– Возможно прокололся кто то из его сотрудников, его начали прессовать и он не выдержал, все рассказал. Мы это тоже проверяем.
– Я поеду, мне на службу надо, если что – звони, – попрощалась я с Денисом и отправилась в свою контору.
Глава 16
На следующий день предстоял судебный процесс по поводу развода моей клиентки с мужем, весьма известной в определенных кругах личностью. Дело было скандальное, клиентка моя еще та штучка. Но она обратилась в нашу контору, дело поручили мне и никуда не денешься, нужно защищать. Я еще раз просмотрела собранные мной документы, созвонилась со свидетелями, убедилась, что никто не отказался от выступления в суде и отправилась домой. Боцман как всегда уже ждал меня у двери с поводком в зубах. Мы пошли гулять. В сквере было темно. Почему то не горел ни один фонарь. Прохожих тоже не было. Я спустила собаку с поводка и медленно шла по аллее. Вдруг сзади раздался какой то шорох. Я быстро обернулась и увидела человека с занесенной над моей головой палкой. Реакция бывшей спортсменки вновь меня не подвела. Я резко отклонилась в строну и удар пришелся вскользь по руке.
– Боцман, ко мне, – закричала я. А нападавший снова замахнулся, но в это мгновение пес повис у него на руке. Мужик заорал благим матом.
– Убери собаку, сволочь, – орал он.
– Ничего, потерпишь. Вот приедет полиция, тогда и уберу, – говорила я, набирая ноль два.
Патрульная машина приехала довольно быстро. Сотрудники полиции окольцевали нападавшего, вызвали скорую. У меня, хоть удар и пришелся вскользь, рука не поднималась. А вот злодею повезло больше. Боцман только прикусил ему руку. Следы от зубов остались, но не более того. Врач скорой прошел со мной в квартиру, осмотрел руку. Сказал, что нужно сделать рентген. Возможен перелом. Я оставила Боцмана дома и поехала в травмпункт. К счастью перелома не обнаружили. Просто, сильный ушиб. Но, порекомендовали несколько дней постараться обеспечить руке покой и сделать поддерживающую повязку. Я вернулась домой. Боцман сидел под дверью, услышав мои шаги, радостно залаял. Лает он очень редко, но видимо сегодня был особый случай. Он скакал вокруг меня, норовя лизнуть в лицо. Я обняла его и поцеловала в нос. Если бы не он, то неизвестно, чем бы все закончилось. Завтра я должна быть в суде. Раздеться я кое-как смогла. А вот одеться одной не получится. Придется звонить родителям, чего мне делать очень не хотелось. Подумав немного, я решила их не волновать и позвонила Татьяне, моей коллеге. Рассказала о том, что случилось, и попросила утром приехать ко мне.
Татьяна приехала не было еще и восьми. Пока я одной рукой готовила завтрак, она погуляла с Боцманом. Потом мы позавтракали, она помогла мне одеться и в девять часов я уже была в суде. Бывшие супруги делили совместно нажитое имущество. Договориться по хорошему они не хотели. Оба обвиняли друг друга в супружеской неверности и хотели получить все. Детей у них не было, хотя прожили в браке почти пятнадцать лет. Женились по большой любви, не смотря на то, что родители с обеих сторон были против. Но потом смирились, помогли организовать бизнес. Делами занимался муж и весьма в этом преуспел. Жена сначала тоже работала, была бухгалтером в их фирме, но потом бросила работу и стала домохозяйкой. Начала вести светскую жизнь, благо доходы от их фирмы это позволяли. Появился любовник, потом другой. Муж тоже не хранил супружескую верность. Так бы все и продолжалось, но тут вдруг муж решил разводиться. Его любовница забеременела, а он созрел для того, чтобы стать отцом. Но делиться с женой, нажитым непосильным трудом, он не хотел. Бывшая супруга подала в суд на раздел имущества, и мне пришлось стать ее адвокатом.
Чтобы не вызывать лишних вопросов, перед тем, как войти в зал заседаний, я сняла повязку, но руку старалась держать согнутой в локте. Малейшее движение вызывало острую боль в плече. И обезболивающие таблетки не помогали. Казалось, заседанию не будет конца. Вызывали свидетелей с той и с другой стороны. Бывшие супруги такого наговорили друг про друга, что послушав их, мне совсем расхотелось выходить замуж. Но всему приходит конец, и этому заседанию тоже. Мы с моим коллегой, адвокатом другой стороны, посовещавшись со своими клиентами, пришли к соглашению. В результате раздела имущества, моя клиентка получила машину, квартиру, виллу в Греции и счет в банке, которого хватит ей на всю оставшуюся жизнь. Бизнес, загородный дом под Москвой и еще кое-какое имущество перешел к бывшему мужу.
Вернувшись домой после процесса, я без сил опустилась на диван. Родителям все-таки звонить придется. Они примчались очень быстро. Мама начала причитать над непутевой дочерью, которая выбрала себе не ту профессию.
– Сначала я ночей не спала, переживая за тебя, когда ты работала в милиции. Слава богу, стала адвокатом. Но и здесь тебе неймется. Вечно ты ввяжешься в какую-нибудь разборку. Плечо сильно болит? – без перехода спросила она.
– Болит, – вздохнула я.
– Поедем к нам. Поживешь пока у нас. Ты же с Боцманом гулять не сможешь, да обслужить самой себя трудно. Надеюсь, что ты взяла больничный? – мама посмотрела на меня.
– Да, в травмопункте выписали. Но нужно обратиться в свою поликлинику.
– Отец тебя завтра отвезет. Покажи, что тебе нужно взять с собой, я соберу сумку. Мама стала укладывать в сумку вещи, которые я называла.
Приехав к родителям, я ушла в комнату, которая раньше была моей, и позвонила Егорычу. Нападавшего на меня должны были привезти в его отделение.
– Так это ты пострадавшая? А я читаю сводку, смотрю знакомая фамилия, но мне и в голову не пришло, что это ты. Решил, что просто однофамилица.
– Леонид Егорович, а Вы выяснили, почему он напал на меня? Ведь это же не ограбление. У меня в руках ничего не было.
– Именно ограбление. Это наркоман. Он увидел одинокую женщину в сквере, а женщины, как правило, всегда имеют при себе сколько то денег, вот и напал на тебя. Он собаку не видел. А если бы не твой Боцман, неизвестно, чем бы все закончилось.
– Да если бы не собака, я вообще бы в этот сквер не пошла, тем более вечером. А я грешным делом подумала, что это бывший муж моей клиентки нанял бандита, чтобы попугать меня.
– Должен тебя разочаровать, он здесь ни при чем, – засмеялся Егорыч. А как рука, сильно пострадала, – уже другим тоном спросил он.
– Терпимо. Перелома нет, сильный ушиб. Плечо болит. Но врач сказал, что до свадьбы заживет. А учитывая мой возраст, должно зажить скоро.
– Ты что, замуж собралась? – удивился Егорыч.
– Да нет еще, но годы идут и пора подумать о детях.
– Наконец-то в твоей голове появилась здравая мысль. Хочешь, познакомлю с молодым человеком?
– Леонид Егорович, с каких пор Вы стали свахой? – я от изумления сначала даже потеряла дар речи.
– Ну, почему сразу свахой. Сын моего друга, Алешка, недавно вернулся из Швеции. Он там работал переводчиком. Хороший парень, вот только с женой не повезло. Она закрутила роман с одним из сотрудников посольства, скандал, и Алексею пришлось уехать на родину. С женой он развелся, с работы ушел. Сейчас устроился преподавателем в институт. Занимается литературными переводами.
– Я подумаю.
– Подумай, доченька, подумай. А то со своей работой останешься старой девой, – снова засмеялся Егорыч.
Действительно, мне уже за тридцать, а я по настоящему еще ни разу не влюблялась. Романы были, но они так и оставались романами, ни один из них не имел продолжения. Все девчонки мечтают о любви, а я мечтала сначала закончить школу с золотой медалью, закончила. Потом мечтала стать юристом, поступила в университет. Мечтала посмотреть мир, два раза в год ездила куда-нибудь, в основном за границу. А вот о большом и светлом чувстве почему-то не мечтала. Вот оно ко мне и не приходило. Жила по принципу, если судьба, то и на печке найдет. Но что-то не находила. Судьбе нужно помогать. И я решила, заживет рука и я позвоню Егорычу, пусть знакомит.
У родителей я прожила неделю. Когда смогла самостоятельно одеваться, вернулась домой и вышла снова на работу. Шеф сразу передал мне два дела, и я совершенно забыла о своем намерении позвонить Егорычу. Он сам мне позвонил и пригласил в субботу к нему на дачу. Я с радостью согласилась, так как и раньше бывала у него в гостях. Его жена, Антонина Васильевна, потрясающе готовила. К тому же был повод. Егорычу присвоили звание подполковника и он пригласил весь свой отдел. Я созвонилась с ребятами и мы договорились о времени встречи на вокзале. Ехать решили на электричке, чтобы можно было расслабиться и позволить себе выпить вина, тем более что от станции до дачного поселка было не более километра. Мне было поручено купить Егорычу подарок и я накануне моталась по магазинам в поисках чего-то необыкновенного. Какая же это головная боль, купить подарок мужчине. С женщинами все гораздо проще, положил в конверт энную сумму, она сама решит, что ей необходимо. Я объехала несколько подарочных магазинов, но глаз положить было не на что. Выйдя из очередного магазина подарков, я увидела на против антикварный салон. Вот там-то я и нашла то, что так долго искала. Это было старинное кресло-качалка. Я сразу поняла, что это то, что нужно. Но возникла проблема, как его доставить на дачу. Однако, хозяин салона заверил меня, что эту заботу он возьмет на себя. Я записала адрес, куда нужно будет доставить кресло и время. Он меня заверил, что все будет исполнено в лучшем виде.