Царская Фрейлина

Глава 1

Санкт-Петербург, 1744 год

- Осип, подай воды.

Рука молодого мужчины, распростертого на смятых простыняхширокой кровати, безжизненно свесилась вниз.

- Поворачивайся, тетеха! Горит внутри!

- Держите, барин. – Жилистый, отменного здоровья малый, тридцатипяти лет отроду, в застегнутой на все пуговицы ливрее денщика, пряча осуждающуюухмылку, поднес, обтерев рукой дно, полный ковш. - Водица студеная, прямо из колодца.

- Сейчас поднимусь! – Мужчина, опираясь на ладони, попыталсявстать, но, не удержавшись, с глухим стоном рухнул назад.

- Эко, вас, Никита Сергеевич! Погодьте, подмогну. – Отставивковш в сторону, Осип подскочил к хозяину.

- Я сам! – отмахнулся тот и неуклюже перевернулся на живот. –Не подмогну, болван, а по-мо-гу. Сколько тебя учить! – Не сумев подняться, отчиталон денщика.

- Дык, словами кидать – не саблей рубать!

- В этом ты мастак. Но говорить научу, – прижав щеку кподушке, не открывая глаз, продолжал ворчать Никита, набираясь сил, чтобы встатьс постели. - Найму учителя словесности.

- Пошто такое наказание, барин? Не ребятенок какой, умишко понапраснунапрягать.

- Не перечь. Как-никак, у князя в услужении.

- Премного тем возрадован, ваше сиятельство, об ином и непомышляю.

- То-то же! Денщик гвардейского капитана многое уметь должен.

- Чай, не шибко покудова провинился! – обиделся слуга.

- Споришь по любому поводу.

- Сами отвечать велите! – снова не сдержался Осип.

- Какая необходимость так вопить? Канонада от тебя в ушах! –со стоном повернул голову Никита. – У-у-ух! Затяни окно – слепит, глазам больно.

- Может, яблочков моченых, аль ряженки? Верное средство, –без особого сочувствия предложил Осип, но приказ исполнил: задернул тяжелыйзанавес наполовину, так, чтобы солнечные лучи не хозяйничали на подушке собессиленной головой.

- Довольно болтать, подай же воды! – Никита, наконец, уселсяна край кровати, оттолкнув руку денщика, бросившегося помогать, свесил ноги и жадноприник к посудине.

- Хороша водица! Убери. – Он вернул слуге наполовину опустошенныйковш. – Нет, погоди! Еще напиться.

- Пойду яблочков принесу.

- Пустое. – Никита плеснул на лицо остатки воды. - Сказывай!

- Че сказывать-то?

- А то не знаешь! Мне из тебя клещами тащить?

- Зачем клещами? Вот, пожалуйте. – Осип, стянув с плечаполотенце, протянул его хозяину.

- Ну? – утираясь, потребовал тот. - Больно нерасторопен.Муштра по тебе плачет!

- Я, вашбродь, ту науку сполна ужо прошел!

- Могу батогами угостить, - для красного словца припугнулхозяин. - Говорят тебе, сказывай!

Услышав нетерпеливый окрик, денщик принялся докладывать:

- Стало быть так: аккурат к тому часу, как на улице кучерскийгалдеж да скрип господских саней, с балов по домам возвращающихся, стих, приволоквас на своем плече здоровенный басурман, весь чернявый, с кинжалом на боку. Вастащить, барин, недюжинная силища надобна. А человече тот крепкий малыйоказался, однова справился.

- Значит, под утро... Знатная была попойка, - довольно крякнулкапитан. - Дато – верный товарищ и храбрый солдат, справно службу несет. Хоть игорец, а почище тебя по-русски говорит. – Он пытливо уставился на слугу: -Поведал что человек тебе?

- Не с руки мне лясы точить с пришлым, - взбрыкнул Осип. -Басурман, он и есть басурман. Ввалился, без всякого разговору, скинул васна постелю, подушку подправил, да ушел восвояси. Правда, велел, будто без негоне разумеют, за капитаном.

- Так и должен поступать ординарец со своим командиром, - удовлетвореннокивнул Никита и прищурился. – А ты, братец, смотрю, жутко знатным заделался. Слюдьми и говорить тебе не с руки. Гордыню-то поубавь! Али, помочь?

- Чего вы гневаетесь понапрасну, помалкивал я, как инаказывали.

- Вот и теперь помолчи. Помоги одеться!

Не менее двухчасов ушло, чтобы привести в порядок взлохмаченного гуляку в надлежащий гвардейскомуофицеру вид. Завершающим штрихом Осип потянулся за напудренным париком, нокнязь отстранил его со словами:

- Чай не барышня аллонжи наверчивать. Да и ты не камеристка.Оставь как есть. – Он взбил пятерней непокорные пряди. Обойдусь треуголкой.Тащи. Да поторапливайся.

Хоть и покрикивал на слугу молодой хозяин, но жаловал его зарасторопность: тот, как истый служака, успевал управляться с делами лакея,привратника, конюха, вестового, при надобности - кухарки и плотника.

- Хорош, Никита Сергеевич! – оценил бравую выправку капитанаденщик, напоследок пройдя щеткой по мундиру. - Хоть сейчас под венец!

- А вот хомут надевать на меня не спеши, - приосанился Никита,поправляя бахрому на эполетах. - Непозволительная то для меня роскошь, точнеесказать, каторжная обуза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.