Любовь яд

Я его слышала, слышала – но не слушала. Через полчаса за мной должен был приехать Артур. Сегодня мы едем в новый клуб знакомиться с его друзьями. Разве могу я слушать Ивана Владимировича, когда я вся в ожидании. Каждая клеточка моего тела кричит от счастья, ведь я решила, что этот вечер будет особенный и у меня тоже есть подарок для Артура. Особенный подарок. Подарок, в котором я отказывала ему уже несколько месяцев.

– Вася, ты хоть ночевать-то придешь? – тихо спросил Иван Владимирович, и я пожала плечами.

Справиться со мной он не мог. Да и как справишься с подростком, у которого играют гормоны, а на глазах розовые очки? Кроме того, он мне не родитель и прекрасно понимал, что я уже совершеннолетняя, что хочу – то и ворочу. Я как всегда чмокнула его в щеку и убежала, оставляя после себя легкий запах "Шанель Мадмуазель". Самые первые дорогие духи, которые у меня появились – Артур выбирал.

Завидев мотоцикл Чернышева, я ускорила шаг, бросила взгляд на окно и отвернулась, увидев там силуэт. Иван Владимирович как всегда провожал меня взглядом. Артур сидел на мотоцикле, курил и осматривал меня с ног до головы, потом улыбнулся и подхватил меня на руки, закружил.

– Маленькая, ты красавица у меня, сегодня ты всех там за пояс заткнешь, споешь для меня?

Я кивнула и поцеловала его в губы, легко так, нежно, а он в ответ смял мои губы своими, жадно, по-хозяйски, пробуждая дрожь в моем теле. Неизведанные, темные желания. Прижимая меня к себе все сильнее, так, чтобы я почувствовала, насколько сильно он меня хочет. Краска бросилась мне в лицо, когда я ощутила твердую выпуклость у него в паху. Артур не скрывал, что желает меня как женщину и он знал, что я девственница. Он не давил, не требовал. Я прекрасно понимала, что рано или поздно это случиться, и я хотела, чтобы моим первым мужчиной был он.

Я выпила для храбрости, впервые позволила себе спиртное. После жалкого примера у меня дома к алкогольным напиткам я относилась плохо. Точнее, я просто считала их ядом. Но сегодня не удержалась. Для храбрости. Артур заказал мне шампанское, но я осмелела и потребовала рюмочку водки. Наверное, все же мне бы хватило и шампанского. После водки я почувствовала себя слишком хорошо, я летала, излучала энергию счастливой влюбленной девчонки, которой подарили всю вселенную. Артур смотрел на меня как нашкодившого котенка и иногда подсмеивался. Не злобно. Он всегда относился ко мне с грубоватой нежностью. В нем присутствовал тот огонь, эта сила, которую так любят женщины, даже такие юные как я. Я потянулась к его пачке сигарет, но он резко накрыл мою руку своей:

– Нет. Курить ты не будешь.

Беспрекословно и бесповоротно. Раз сказал – значит, не буду. А потом вечер испортился, приехали его друзья с девицами, которых явно на одну было больше, чем положено. Меня всерьез не принял никто. Так, сухо поздоровались и принялись разговаривать с Артуром. Девушка, которая села возле Чернышева, дерзко поздоровалась с ним поцелуем в губы. Меня передернуло, я нутром почувствовала, что этих двоих связывали далеко не дружеские отношения. Правда, Артур повел себя красиво, он остудил пыл красотки, представив меня как свою девушку. На меня тут же посмотрели по-другому, с интересом. Завистью и долей презрения. Я отличалась от них, несмотря на дорогие и модные шмотки. Я была не из их гламурного мирка. Эдакий гадкий утенок, имевший наглость отхватить одного из самых красивых парней. Та, которая поцеловала Артура, сморщила носик:

– Ты шутишь? Это твоя девушка?

Она посмотрела на меня как на мерзкое насекомое. Я было открыла рот, но за меня высказался Артур.

– Лиза, если тебя что-то смущает – двери вон там.

Девушка пожала плечами:

– А что я такого сказала? Просто интересно, а Алена об этом знает?

Артур смерил Лизу таким взглядом, что мне показалось – он ее сейчас ударит.

– Алена в прошлом, мы расстались, и я не считаю уместным обсуждать это с тобой. Уж тем более именно с тобой. Помнится, тебя не сильно волновала твоя подружка в тот последний раз, когда мы встречались.

Лиза закурила и обиженно надула губки. Кажется, я начинала соображать. Эта девка – подруга какой-то Алены, с которой раньше встречался Артур. Что ж, это было до меня, и я не должна волноваться, гораздо больше меня бесила именно Лиза, которая делала вид, что меня просто не существует, а вместе с ней и ее подружки. Когда в порыве беседы та нагло уселась к Артуру на колени, я плеснула ей в лицо шампанское и под всеобщие вопли остальных девиц и отборный мат Лизы выбежала на улицу. Артур догнал меня возле троллейбусной остановки, схватил за руку, резко развернул к себе и поцеловал. Я вырвалась, но он лишь крепче сжал мои плечи, заставил посмотреть себе в глаза.

– Маленькая, никогда больше не убегай от меня, слышишь? Я не люблю, когда от меня убегают.

– Обратно не пойду, – заявила я, и все же вырвалась из его рук. Артур снова привлек меня к себе, долго смотрел мне в глаза, а потом коротко бросил:

– Поехали отсюда.

От его хриплого голоса меня бросило в дрожь. Артур взял меня за руку и потянул к мотоциклу.

Впервые он привез меня к себе домой. Я с любопытством рассматривала его холостятское жилище. Идеальная чистота, даже странно. Я представляла себе квартиру парня, который живет один, совсем иначе. Потом я узнала, что это вовсе и не его дом, а съемное жилье, но тогда я была счастлива. Попала в святая святых, в дом моего любимого. Я считала, что мне оказана великая честь. Артур не дал мне опомниться, он прижал меня к двери и снова жадно поцеловал. Я поняла, что ЭТО произойдет именно сегодня, здесь, в этой квартире – и мне стало страшно. Артур почувствовал мое настроение, слегка отстранился и очень серьезно произнес:

– Здесь не произойдет ничего, чего бы ты сама не захотела. Ты можешь остановить меня в любую секунду, когда сочтешь нужным.

Я не ответила, сама нашла его губы и отдалась во власть его рук. Его нежных и страстных рук. Он целовал меня долго, так долго, что у меня уже подкашивались ноги и кружилась голова. Глядя мне в глаза, Артур расстегнул мое платье на груди, спустил его с плеч. Я увидела, как он судорожно глотнул воздух, сжал челюсти. Еще никогда я не раздевалась перед мужчиной, мои щеки залила краска стыда, но я не смела пошевелиться. Артур провел кончиками пальцев по моим ключицам, по груди, и дотронулся до сосков. Я дернулась в неосознанном порыве оттолкнуть его руки, прикрыться, но он наклонился и нежно лизнул мой сосок, пробуя его на вкус, пробуждая в моем теле неведомый пожар. Я тихо застонала, когда почувствовала, как он втягивает напряженную вершинку в рот, обводит языком, не торопясь, растягивая каждое мгновение. Внизу живота заныло, тепло расползалось все ниже, сосредоточившись между ног, причиняя почти физическую боль. Я не понимала, что со мной происходит, я горела в огне. Я хотела, чтобы это никогда не кончалось, и в тот же момент желала развязки.

Артур оторвался от моей груди и осторожно дунул на влажные, истерзанные его ртом вершинки, по моему телу растеклась сладкая дрожь, а соски напряглись еще сильнее. Он снова посмотрел мне в глаза, и я испугалась этого взгляда. Темного, безумного, страстного взгляда. Артур сбросил мое платье, стянул с меня трусики. Я зажмурилась от стыда:

– Открой глаза, посмотри, как я тебя ласкаю. Открой, ты не должна меня бояться.

Я несмело посмотрела на него и почувствовала, как его ладонь легла мне на живот, потом опустилась ниже, когда его пальцы скользнули к заветному треугольнику, я накрыла его руку своей и снова зажмурилась.

Артур тяжело дышал, словно пробежал стометровку, я чувствовала, как он весь напрягся, словно гранит, как окаменели все его мышцы. И я расслабилась, позволила его пальцам скользнуть между моих ног.

– О господи, какая же ты влажная.

Тогда я еще не знала, что это означало, влажная. Ведь там всегда влажно, или он имеет в виду другое. В этот момент его пальцы уверенно отыскали мой клитор. Я закусила губу, не давая стону вырваться на волю.

– Не молчи, не нужно сдерживаться, кроме меня тебя никто не слышит. Давай, маленькая, я хочу тебя слышать, давай же, не бойся.

Я застонала, впервые в жизни чувствуя, что такое настоящее вожделение, настоящие ласки. К тому времени я уже достаточно изучила свое тело. Да и книг прочитано мною было не мало. Только прикосновения его пальцев острее и приятнее моих собственных. Я вцепилась руками ему в плечи, опасаясь упасть, мои колени подгибались, дыхания катастрофически не хватало. Издалека нарастало нечто мощное, странное, порабощающее. Я начала сопротивляться, когда его он проскользнул вовнутрь, растягивая меня, подготавливая к вторжению. Я уже не сомневалась в том, что сегодня стану его женщиной. Его губы все еще терзали мои соски, пальцы быстро двигались внутри моего тела, и я уже не стонала, я вскрикивала, я забыла про стыд. Мне было хорошо, не просто хорошо, я сходила с ума, я чувствовала, что за нарастающим возбуждением последует оргазм. Но никогда не предполагала, что именно это значит. Артур поднял меня на руки и отнес на диван. Раздвинул мне ноги и продолжил ласкать руками, теперь он уже погрузил в меня два пальца, и я чувствовала наполненность, разрывающую меня на мелкие осколки. Он сознательно вел меня к наслаждению, и когда оно наконец-то затопило меня всю, я закричала от неожиданности, все мое тело пронзило током, с головы до ног. Я подалась навстречу его пальцам, приподнялась на постели, судорожно стягивая покрывало дрожащими руками.

– Вот так, маленькая, да, кричи, не стесняйся.

Его хриплый голос доходил до моего сознания издалека, я словно погрузилась в горячий кокон, тело еще содрогалось, покрылось потом. Я чувствовала, как мышцы моего лона обхватывают его пальцы, судорожно сжимаясь и разжимаясь. Артур расстегнул джинсы, ловко достал из кармана презерватив, разорвал упаковку зубами. Потом он навис надо мной.

– Ты можешь остановить меня прямо сейчас, – прошептал мне в ухо, но я обхватила его руками за сильную шею и потянула на себя. Остановиться? Ни за что.

Он погружался в мое тело осторожно, приспосабливаясь ко мне, растягивая меня изнутри. Он думал, что я боюсь. Нет, я уже ничего не боялась, я его хотела, хотела до безумия. Когда он замер в очередной раз, я притянула его к себе за ягодицы, побуждая проникнуть еще глубже, и тут же закусила губу от внезапной боли. Артур снова остановился, нашел мои губы, нежно обвел их языком, успокаивая, давая мне расслабиться, привыкнуть к нему внутри себя. Но мне хотелось познать его всего, мне хотелось большего, мне не нужна была его нежность, и я обхватила его торс коленями, приподнимая бедра, давая проникнуть на всю глубину. Теперь уже застонал он, и я почувствовала триумф, двинулась ему навстречу еще, и еще. Артур хрипло стонал мне в ухо, все сильнее сжимая мои бедра, его движения стали резкими, рваными. Я чувствовала, как его член внутри меня становиться все тверже, начала двигаться под ним, подстраиваясь под ритм, царапая его спину ногтями.

– Какая ты горячая, тугая, отзывчивая…  Замри, не шевелись…  не двигайся.

Но я уловила в его голосе перемену, Артур дрожал, он был невероятно возбужден. Инстинктивно я не послушалась, подалась вперед, раскачиваясь под ним. Он с такой силой сжал мою талию, что я вскрикнула, и в этот момент мужчина вздрогнул всем телом, громко застонал, я прижалась к нему сильнее, прислушиваясь к его шумному дыханию, к бешеному биению его сердца. Оказывается, чувствовать свою власть над ним еще приятней, чем погружаться в пучину экстаза от его ласк.

Мы уснули на этом диване, впервые я спала с мужчиной, с моим мужчиной. В ту ночь Артур не просто лишил меня девственности, он разбудил во мне пожар, я оказалась жадной до удовольствий. Теперь я знала, что могут дарить мужские ласки. Мне понравилось чувствовать его в себе. Мы занимались сексом как ненормальные, везде и всюду. Он брал меня жадно неутомимо, он превратил мои ночи в горячие часы неистовых ласк и жарких стонов, он учил меня любви. Я оказалась опытной ученицей, я схватывала все налету. Он давал, а я возвращала сторицей. Я любила его, для меня не существовало запретов. Артур называл меня ненасытной маленькой кошкой, своей кошкой. Мы проводили в его квартире ночи напролет, а потом он мчался на работу, а я ждала его дома. У нас дома. Я вообще не представляла, что можно быть настолько счастливой. Я жила в своей сказке ровно два месяца. День в день. Иван Владимирович видел меня все реже, я забегала, чтобы принести продуктов, чмокнуть его в щеку и умчаться с Артуром в клуб. По вечерам я по-прежнему пела. Всегда только для него. Артур заказывал самый ближний к сцене столик и смотрел, как я двигаюсь на сцене, а меня заводил его взгляд. Возбуждал до невозможности, сводил с ума. Я ждала, когда закончится этот вечер, и он снова накроет меня своим сильным телом, будет сводить меня с ума ласками.

В этот вечер он не пришел. Я смотрела на пустующий столик и незаметно начинала паниковать. Звонила ему на каждом перерыве, но его сотовый был закрыт. В конце концов я просто сбежала с работы. Поймала такси и поехала домой, к нам домой. Артура дома не оказалось. Я прождала его до утра, не смыкая глаз, я обзвонила его друзей и слышала насмешливые голоса и предложения приехать ко мне вместо него. Меня должны были насторожить их пошлые намеки, я должна была понять, что если они ко мне так относятся, значит, на то есть причины. Но тогда я этого не замечала, я все пропускала мимо ушей. Анализировала я уже позже, спустя годы. В то утро я обзвонила морги и больницы. Ближе к полудню я походила на живого мертвеца и чуть сознание не потеряла от радости, когда он вернулся. Как ни в чем ни бывало, мужчина сгреб меня в охапку, поцеловал в нос и спросил что у нас на обед. Я разозлилась. Артур был пьян, точнее он уже протрезвел, но чувствовалось, что ночку он провел бурную. От него разило спиртным и духами. Женскими духами. У меня потемнело в глазах. Я даже не заметила, что он зол, не заметила круги у него под глазами и сухой, холодный блеск в его зрачках. Я вспоминала об этом потом, когда у меня появилось время обдумать каждый его шаг и жест.

– Где ты был?

Вопрос прозвучал как насмешка. Извечный вопрос, на который мужчины так не любят отвечать.

– Только не начинай, маленькая, хорошо? Не нужно уподобляться скучным любовницам, ты ведь у меня не такая. Ну же? покорми меня, я проголодался.

Любовницам? Так вот кто я для него? Очередная любовница?

– Я просто спросила, где ты был и думаю, что имею право знать.

Он разозлился, на его скулах заиграли желваки и посмотрев на меня жестко спросил:

– Имеешь право? Ты? С чего ты это взяла? Потому что я тебя трахаю?

Я не поняла, как это произошло, но я его ударила. Моя ладонь запылала, начала зудеть. Артур медленно поднялся со стула, а потом дал мне сдачи. Я вскрикнула, скорее от неожиданности, чем от боли. Голова метнулась к плечу, волосы упали мне на лицо.

– Никогда. Не смей. Поднимать на меня руку! Поняла?

Я все поняла, развернулась, пошла к себе в комнату, быстро оделась. Я еще не плакала, внутри меня словно произошел щелчок. Я должна была уйти, сейчас, немедленно. Артур зашел в спальню, захлопнул за собой дверь и прислонился к ней спиной, скрестил сильные руки на груди и, прищурившись, за мной наблюдал.

– Куда? В свой гадюшник?

Я не ответила, демонстративно его игнорируя, попыталась дернуть ручку двери, но он оттолкнул меня:

– Я спрашиваю – куда собралась?

– Подальше от тебя, – процедила я, и с ненавистью на него посмотрела. Я была в шоке. Наверно поэтому со мной не случилась истерика, а еще, я привыкла к побоям с детства, и он меня не испугал. Обидел, оскорбил, но не испугал. Просто сейчас я еще не осознавала, что только что произошло. Как мой нежный и ласковый принц вдруг превратился в жестокого тирана.

– Раздевайся – уйдешь, в чем пришла. Где твои потасканные шмотки?

Он схватил меня за руку чуть повыше локтя:

– Я спросил, где твои шмотки? Где те тряпки, в которых ты ходила раньше? На помойке? Раздевайся наголо и вали, в чем мать родила.

Да пожалуйста. Я стянула с себя платье через голову, швырнула ему в лицо, осталась в лифчике и трусиках.

– Это тоже снимай.

Я стянула лифчик, нервно спустила трусики и с вызовом на него посмотрела. Его зрачки сузились, лицо побледнело, он двинулся на меня. Я попятилась назад, наткнулась на спинку кровати. Неожиданно для себя я поняла, что хочу его. От этого взгляда, тяжелого, исподлобья у меня по телу пробежала дрожь. Я не помню, как оказалась в его объятиях, он целовал меня неистово, грубо, проникая языком в мой рот, подавляя мое сопротивление. Я царапалась как дикая кошка, норовя выдрать ему глаза. Артур резко развернул меня спиной к себе, и я схватилась за спинку кровати, чтобы не упасть.

– Уйдешь, когда я разрешу, – сказал он и проник в мое тело на всю глубину, я изогнулась ему навстречу, чувствуя, как он толкается членом прямо в матку. Злость подстегнула мое желание, я чувствовала его толчки с утроенной силой. Каждый нерв на моем теле вибрировал. Нас обоих невероятно возбудила первая ссора. Я кричала, стонала, закусив губами свое запястье, а он, намотав мои волосы на руку, давил на мою поясницу, заставляя прогнуться и принять его еще глубже. Его пальцы теребили мой клитор, сжимали мои соски, он рычал мне в затылок, покусывал мою шею. Оргазм был невероятным, он смел и подгреб под собой все остатки разума вместе с обидой и злостью.

Чуть позже Артур покрывал поцелуями мое лицо, прижимал меня к себе, баюкал как ребенка. Он не извинился, а я уже простила. Тогда я впервые его простила, а потом это стало повторяться все чаще и чаще. Нет, он больше меня не бил, но урок я запомнила хорошо. Мы ссорились, кричали друг на друга, но больше я не смела его ударить. Именно с этого дня он начал позволять себе не приходить домой по ночам, и не давать мне по этому поводу объяснений. Пока не исчез на целый месяц.

Я тряхнула головой, стараясь избавиться от воспоминаний. В залу ресторана я все еще не вернулась. Стояла в темном коридоре и курила. Мимо меня проходили люди, никто не обращал на меня внимания. Я глубоко вздохнула, затушила сигарету о стену.

– Как поживает ваша "тойота"?

От неожиданности я вздрогнула. Артур стоял позади меня и улыбался. Нет, ну почему именно сейчас? Когда видеть его не просто невыносимо, а сродни маленькой смерти? Почему именно тогда, когда я позволила себе вспомнить?

– Так же как и ваша «ауди», – парировала я и попыталась пройти мимо него. Артур резко уперся в стену рукой, загораживая дорогу.

– Авария была настоящей или хотела познакомиться?

Он прищурился, изучая меня пристальным взглядом, а я слишком нервничала, чтобы оставаться спокойной.

– Не велика ли честь? Ради знакомства с исполняющим обязанности гендиректора? Похоже у вас мания величия. Дайте пройти.

Теперь он опирался на две руки, а я находилась между ними. Мне не нравилась его близость, она меня нервировала.

– Давай начистоту. Что тебе нужно, а? Зачем тебе компания? Разве такие как ты не должны постоянно позировать перед телекамерами и отвечать на звонки журналистов, раздавать автографы? Ну зачем тебе головная боль?

Я фыркнула и попыталась улизнуть, но Артур не дал мне сдвинуться с места.

– Давай договоримся, ты скажешь своему папику, что передумала, а я приглашу тебя в шикарную гостиницу и отблагодарю.

Я засмеялась ему в лицо, громко, заливисто. Он даже побледнел от злости.

– И что ты мне хочешь предложить, а? Мистер неотразимость! То, что у тебя в трусах? Я не думаю, что ты сможешь меня удивить или обрадовать.

– Ну не думаю, что пятидесятилетний старикан может удовлетворять такую горячую штучку как ты.

Я снова рассмеялась:

– Ты предлагаешь меня удовлетворить? Нет, ты правда думаешь, что твой член стоит дороже акций «ТрастингСтроя»? Мальчик, проснись, я таких как ты могу себе пачками купить. При том помоложе, да пошустрее, да покрасивее.

Теперь он сжал челюсти с такой силой, что я слышала, как скрипят его зубы. Это то, что я хотела. Он в бешенстве и сейчас начнет терять над собой контроль.

– Я превращу каждый твой день в компании в ад, ты ведь не думаешь, что я пущу тебя в свой кабинет и позволю собой командовать.

– В мой кабинет. Запомни, говорю по слогам – в мой ка-би-нет. Завтра освободи его для меня прямо с утра, договорились? И табличку с твоим именем не забудь снять. Я уже заказала себе новую. Кстати, шовинизм уже не в моде, а от головной боли у меня есть заранее прикупленное в аптеке лекарство.