Венганза. Высшая мера

– Мы с партнёрами тщательно изучили рынок грузоперевозочных услуг и, к моему большому удивлению, именно ваша компания обладает самыми положительными отзывами. У вас на бывает задержек, проблем с таможней, вы не обманываете клиентов, и ваши расценки вполне демократичны, – скопировал его движение, переплетая перед собой пальцы.

Улыбка Павла стала ещё шире, а складка между бровями практически разгладилась, придавая его внешности более приятный вид. Клюнула рыбка. Хищная, опасная, но точно не акула, а так…

– Что ж!– прокашлявшись, он придвинулся ближе к столу, положив руки на столешницу. – Не скрою, очень приятно слышать подобные отзывы и … не буду скромничать, но каждое сказанное вами слово – чистая правда.

– Господин Асадов. Я очень заинтересован в нашем сотрудничестве. И мне просто необходимо получить в компаньоны вашу перевозочную компанию. Я не могу позволить себе сотрудничать с плохо проверенными новичками в этом деле. Вы как никто должны понимать, как важна репутация в бизнесе. А любая задержка товара – это самая большая антиреклама. А в связи с тем, что моя компания в табачном бизнесе не так давно, я меньше всего могу позволить себе терять клиентов.

– Прекрасно понимаю вас… – теперь лицо Асадова без тени улыбки выражало абсолютное понимание. Всё то время, пока я говорил, он кивал головой, подтверждая каждое слово. Хренов лизоблюд! У него далеко не лучшие времена и я об этом знаю, а он держит высокую планку.

– Вот здесь вся интересующая вас информация, – протягиваю ему конверт.

Павел моментально подался вперед, протягивая руку за конвертом.

– Отлично, – довольным тоном ответил хозяин дома, просматривая планы, графики и сертификаты на продукцию.

– Перепроверьте, пожалуйста, все ли необходимые документы присутствуют, – дал ему время на ознакомление с содержимым конверта. – И не беспокойтесь о том, что мы относительно молодая компания. Я приложил список лиц, которые могут поручиться за меня и моих сотрудников, – сегодня играть пай–мальчика у меня выходит безупречно. Недаром Луис потратил столько денег и времени, обеспечив меня образованием, которым далеко не все из моих братьев по крови могли похвастаться.

Павел несколько минут изучал список.

– Всё верно. Теперь остается передать документы юристам для оформления сделки и мы с радостью будем сотрудничать с вашей молодой, но многообещающей компанией.

– Прекрасно. Думаю, через пару дней повторим наш разговор, – встал с кресла, протягивая руку Асадову.

– Рад был нашей встрече, – пожимает руку в ответ.

– А уж насколько мне приятно наше личное знакомство, вы просто не представляете, – дарю ему самую искреннюю улыбку.

– Как только договор будет готов, мой секретарь свяжется с вашим.

– Договорились, – замираю на несколько мгновений, рассматривая его серые, цвета полинявших джинсов, глаза. – Можете не провожать, найду выход сам.

– Всего доброго! – хозяин дома встал с кресла и проводил меня до двери кабинета.

***

К моменту, когда я подъехал к клубу, Хавьер ждал меня у входа. Шустрый подлец! С другой стороны, если бы он медлил или тупил, то не смог стать моей правой рукой. За то время, что я возглавляю Калифорнийский филиал, у меня сменилось… даже и не припомню, сколько приближенных. Но Хавьер, по всей видимости, насмотревшись на косяки своих предшественников, довольно стойко держится рядом со мной уже около трёх лет. Мы прошли мимо длинной очереди под возмущенные возгласы ожидающих и оказались внутри клуба. Я показал официантке золотую карту, после чего та моментально сменилась менеджером, который дружелюбно провел нас к ВИП–столику на балконе. Меня воротит от таких скользких жополизов, как этот! Никогда не держал подобных при себе. Они в три секунды могут продать тебя за кругленькую сумму. Он тут же начинает расшаркиваться, интересуясь, чем может угодить таким гостям. Бл*дь, если бы у нас не было этой карты, то он смотрел бы на нашу компанию, как на мусор. Впрочем, мне нас*ать, что в голове у этого ублюдка.

– Текилы и пусть нас развлекут девочки, – коротко информирую его.

– И к нам должен подойти гость, проведите его к нам, – напоминает Хавьер.

– Какие девушки нравятся джентльменам? Блондинки, брюнетки, рыжие?– снова пищит своим мерзким слащавым голоском этот слизняк.

– Ассорти! – делаю знак рукой, лишь бы он проваливал поскорее. Он учтиво склонил голову и удалился.

– Ангел, может травки? – достает из куртки пакетик с марихуаной Хавьер.

– Ты знаешь, я не по этой части, – ухмыльнулся в ответ. Ещё с самого детства я знал, что самое большое зло в этом мире – наркотики. В то время, как все мои друзья курили травку на заднем дворе школы, я прятался в спортзале, вымещая свои гормоны и злость на груше. Со временем я стал проще относиться к лёгким наркотикам, прощая эту слабость своему окружению. Но никогда не держал при себе наркоманов. Если кто–то сам выбрал для себя дорогу в никуда, то это совершенно не мои проблемы и моими никогда не станут.

Наркоманы – это ходячие живые трупы. Я даже мысленно чувствовал от таких запах разложения. Как физического гниения, так и морального. И меня начинало тошнить.

***

– Мама, мамочка, проснись …, – я тряс за плечи лежащую на полу женщину. Тогда я не понимал, что она не спит…а в полной отключке.

Весь день играл во дворе, не мешая матери зарабатывать деньги на приставку, которую она пообещала купить мне. Это сейчас я понимаю, каким способом она эти деньги зарабатывала и на что, а тогда я любил и боготворил ее. Сколько раз до этого она давала подобные обещания? Десятки? Сотни? И из раза в раз я слепо верил ей. Да и как по–другому может относиться пятилетний ребенок к своей матери? После того, как очередной обдолбанный мужик вышел из нашего дома, застегивая на ходу ширинку, я вбежал внутрь, чтобы скорее обнять маму. Стоило Луису уйти в школу или на работу, к нам беспрерывным потоком валили мерзкие, вонючие мужики. Я не любил, когда брат уходил из дома. Мне приходилось прятаться от этих грубых и шумных кобелей, трахающих мою мать. Но если дома был Луис, тогда мама могла пропадать целыми сутками, оставляя меня на попечение старшего брата. Хотя сейчас я понимаю, что ей было просто все равно, что с нами происходит. Когда она возвращалась домой, после дней, проведенных в каматозе, то сутками плакала, обещая нам с братом исправиться, крепко прижимая меня к себе и не отпуская от себя даже ночью. В такие моменты я был счастлив, несмотря на то, что страшнее всего для меня были её слёзы. Я прижимался к её нежным рукам и не мог надышаться любимым запахом. А потом все повторялось снова.

Мама просила не рассказывать Луису о том, что она «работает», иначе тот разозлится, я и не рассказывал. Посмотрел на кухне, в спальне, гостиной и не нашел ее. Мне стало страшно.

Почувствовал, как слезы защипали глаза. Луис всегда говорил, что мужчины не плачут – это слабость, и я старался сдерживаться изо всех сил. Я сильный. Я тоже мужчина. Вырасту и начну, как Луис, зарабатывать деньги. Они все будут мной гордиться. Обошел ещё раз весь дом. Мать я нашел в туалете, на полу. Она сидела на холодном кафеле, прислонившись спиной к стене, с задранной юбкой, растрёпанными волосами…

– Мама! – радостно вскрикнул. Она не отреагировала на мои прикосновения. Я принялся трясти её за плечи и дёргать за руки, умоляя подняться. Она приоткрыла затуманенные глаза и оттолкнула меня от себя. Я снова и снова подползал к ней, пытаясь обнять, но каждый раз она отталкивала меня, издавая странные мычащие звуки. Я сел рядом, на полу, охватил сбитые колени руками и раскачивался из стороны в сторону, ожидая Луиса. Мне было очень страшно. Я не понимал, что происходит с моей матерью. Долбаной наркоманкой, которая трахалась с мужиками за дозу…а я все равно любил ее. И Луис любил. Потому что кроме нее у нас больше никого не было, а в минуты просветления мать все же любила нас, мы это видели, чувствовали, но гребанная проклятая дурь, она меняла ее, превращала в зомби.

– Анхель! Анхелито, малыш! – раздался голос Луиса. – Анхелито, где ты? Смотри, что я принес тебе! Это новый комикс…Ниньо?

Луис появился в дверном проёме, загораживая собой весь свет, льющийся из гостиной. Он казался мне тогда огромным, сильным, невероятно сильным, и я фанатично обожал его.

– Мьерда! – зло проговорил он. – Мама, ты же обещала присмотреть за Ниньо!– прокричал брат, перешагивая через неё. Приложил голову к её груди, приподнял веки. Снова выругался, забирая с тумбочки шприц и какой–то пакетик. Луис вытрусил пакет в унитаз, выбросил шприц.

Он склонился ко мне, большие, сильные, горячие руки обхватили меня, поднимая вверх. Положил голову на плечо брату, тихо всхлипывая, но я так и не заплакал.

– Анхелито, я с тобой! Никогда, клянусь Богом, Ниньо! Никогда я тебя не оставлю! Ты моя семья! Запомни – семья!

***

К нашему столику поднялись шесть девушек в сопровождении официанта, с ромом и текилой. Всё, как и заказывали. Брюнетка, блондинка, рыжая, шатенка, мулатка, азиатка. Подстилочный ублюдок побоялся не угодить нам и решил перестраховаться, предоставив полный ассортимент.

– Кажется, сегодня будет отличный вечер, – хохочет, откидываясь на диван Хавьер, тут же притягивая к себе на колени рыжую.

– Сначала выпьем, – разливаю ром себе и помощнику. Телки переступают с ноги на ногу, ожидая, что я их тоже угощу. Достаточно с них того, что за них заплачено. Спаивать шлюх не в моих правилах. Они тогда становятся жутко неуправляемыми. Блондинка и азиатка окружают меня с двух сторон, тут же начиная поглаживать меня по бедру. Хватаю их руки и отталкиваю, показывая головой, чтобы танцевали.

– Сначала покажите, как вы двигаетесь… – они тут же начинают извиваться перед нами, проводить руками по груди, бедрам. Как же мне все приелось. Осточертело до невыносимости.

– Кажется, наш гость пожаловал, – скидывает с колен девку Хавьер, услышав шаги по лестнице, ведущей на балкон.

Откинувшись глубже на спинку дивана, перевожу взгляд на гостя. Все, что требуется, это как можно скорее послать этого типа и позволить себе расслабиться.

На балконе появляется высокий латинос, с довольной улыбкой на роже. Лишь по одной этой ухмылке можно понять, что, несмотря на цель его визита, я отвечу ему отказом. Ненавижу самоуверенных типов, не сомневающихся в своем успехе.

– Доброй ночи, Сеньор Диего. Хочу поблагодарить Вас за то, что согласились встретиться со мной,– самоуверенный протянул руку для пожатия.

– Кто такой? – проигнорировал его ладонь, продолжая по–прежнему сидеть, откинувшись на диван.

– Пабло Перес, – продолжил держать руку вытянутой.

– У тебя пять минут, Пабло Перес, – взял со стола сигарету, закуривая ее.

– Я хотел Вам предложить сотрудничество. Есть очень качественный товар… – выпрямился Перес, ухмылка которого частично сползла с его уверенной рожи. – Который не уступает тому, которым вы торгуете, но выигрывает в цене.

– Не интересно. У нас уже есть канал и он нас устраивает, – выдохнул дым, краем глаза рассматривая девок, крутящихся у перил балкона и думая, с какой из них начать веселье.

– Наши расценки более демократичны… – продолжил гнуть линию тип, раздражая всё больше своим присутствием.

– Слушай, Пабло. Качественного товара за бесценок не бывает. Либо ты хочешь меня конкретно кинуть, либо ты просто идиот. Ни первый, ни второй вариант меня не устраивает. Дер*мом я не промышляю, а с идиотами не работаю. Все просто… – наклонился вперед, чтобы лучше рассмотреть его глаза. На секунду в них промелькнул гнев, который тут же сменился безразличием.

– И все же, обдумайте мое предложение, – протянул он ладонь, в которой сжимал бордовую карточку.

– Обязательно, – кивнул ему, чтобы тот положил визитку на стол.

Секунду поколебавшись, он смотрел на меня, явно не ожидая такого исхода.

– Что–то еще?– налил в стопку текилу, поднося её ко рту.

– Нет, – улыбнулся он, – всего доброго.

Самоуверенный резко развернулся на пятках и ушел. Что–то в этом Пересе настораживало, только пока я не мог понять, что именно.

– Хавьер, пробей его.

– Без проблем, Ангел, – он схватил двух девок и заставил работать над своей ширинкой.

Что–то это веселье меня совсем не вставляет. Чертова ночь и не собирается становиться лучше.

– Пойдёмте, покажете, где у вас здесь закрытая комната, – дернул мулатку и азиатку за руки.

Мы спустились по лестнице. Боковым зрением увидел нечто, заставившее меня застыть и присмотреться лучше. Мьерда, моя знакомая троица.

Они танцевали возле барной стойки. Все те же девицы, что были сегодня у бассейна. Я уже думал, что на сегодня избавился от них. Меньше всего сейчас хочется на них отвлекаться. Для этого сюда и пришел, чтобы хотя бы на ночь выкинуть семью Асадовых из головы. Повернул голову к шлюхам. Мулатка открыла дверь одной из приват–комнат, и мы оказались внутри. Четыре руки одновременно принялись ласкать моё тело. Пальцы блуждали вверх и вниз по мне, пробуждая похоть, но внутри билось назойливое беспокойство.

– Займитесь друг другом и ждите меня, – скинул с себя жадные руки и резко раскрыл дверь комнаты, вышел в общий зал.

Бросил ещё раз взгляд на Чику и её подружек, которые были на том же месте у барной стойки и направился обратно на балкон, где Хавьер с расстегнутыми штанами затягивался марихуаной. Похоже, девкам всё–таки перепал алкоголь, запах текилы заполнил легкие. Напряжение и злость подогревались этим гребаным беспокойством. Притянул к себе блондинку, танцующую у края балкона, обхватывая ладонями её грудь. Девка активно завертела задницей, вжимаясь в мой пах. Чем больше она старалась, тем больше вызывала отвращение.

Оторвался от блондинки, подталкивая к своему помощнику, и посмотрел на кишащую массу людей на танц–поле. Всмотрелся внимательнее, пытаясь отыскать взглядом Марину. Зато отлично вижу, как её подруга зажимается с каким–то отморозком. Продолжил сканировать толпу. Твою мать. А вот и Марина. До неприличия красивая, до отвращения. Потому что взгляд так и липнет к ней. Светлые волосы волнами падают на плечи, идеальное тело, ослепительное кукольное лицо. Ни одного изъяна. Некоторым везет по жизни, этой суке везло по всем параметрам. Рядом с ней трется какой–то лох в драных джинсах. Значит, девочка отрывается на полную катушку, а сама притворялась такой невинной овечкой, не раздвигающей ноги перед каждым встречным. Такая же шлюха, как и все бабы. Заслуживающая только, чтобы ею пользовались! Но в мои планы входило, что пользовать ее буду Я. И в самое ближайшее время, а не какой–нибудь обдолбанный экстази придурок.

Приманил пальцем шатенку, курящую на диване. Она подошла ко мне со спины, плотно прижимаясь грудью. Твою мать, что я делаю, ведь это отличная возможность закрепить наше знакомство.

Непроизвольно снова посмотрел туда, где танцевала Чика. Она извивалась на столе, а на неё пялились слюнявые ублюдки, которые выстроились вокруг как кобели, почуявшие добычу. Один стащил её со стола и начал зажимать. Увидел, как эта сволочь лапает её, а его дружки окружают их плотным кольцом, и почувствовал, как кровь забурлила в венах. Я отпихнул шатенку в сторону, подошёл к перилам, внимательнее наблюдая за происходящим. Почему она не вырывается? Неужели ей так нравятся прикосновения этого упыря и были так противны мои? Она действительно не понимает, что они отымеют её по очереди? Перед глазами сразу же возникла картина распластанной Марины, окруженной голыми мужиками. Бл***! Сжал перила так до хруста пальцев. В этот момент гребаные ублюдки потащили её к двери. А вот и мой выход! Я моментально дернулся к лестнице. Пара секунд – и я уже вырубаю троих придурков, которые упорно тащили ее в сторону запасного выхода и пожарной лестницы. Увидел перепуганные глаза девчонки с выступившими на них слезами. Значит, всё не так, как я себе представил. Кулаком врезал в переносицу скоту, сжавшему её в своих лапах, освобождая Чику из его хватки.

– Иди к бару и жди меня там. Поняла? И не вздумай рыпаться! – подталкиваю её к барной стойке. Она испуганно кивнула.

Я вытащил ублюдка на улицу через черный вход и начал избивать, не делая перерывы между ударами. Его лицо превратилось в кровавую кашу, а из его горла доносились хлюпающие звуки. От осознания, что этот ублюдок с дружками хотел изнасиловать девчонку, красная пелена на глазах не желала спадать. Откуда–то внезапно появился Хавьер.

– Ангел, бл*дь, ты его сейчас убьешь. Нахрена нам эти проблемы? – попытался оттащить меня от лежащего на земле полутрупа.

Я оттолкнул его руку и принялся пинать ублюдка в живот. Тот уже никак не реагировал на удары.

– Диего! Пошли отсюда, – попытался привести меня в чувства помощник.

Я снова оттолкнул его, и, пнув пару раз стену клуба, вернулся во внутрь. Чика стояла там, где я ей и сказал. Переполняемый злостью ринулся к ней. В руках она держала бокал сока, который практически выплескивался из ёмкости от дрожи, сотрясающей её тело. Подошел ближе к девчонке и ударил её по щеке.

– Твою мать, ты чем думала? Какого хера приперлась сюда и без охраны? – заорал на неё, как на одного из своих провинившихся псов.

Марина как–то вдруг неожиданно кинулась ко мне, обнимая за талию. Сказать, что я охренел, это не сказать ничего. Меня будто сковало по рукам и ногам. Но я невольно сомкнул её руки в ответ, прижимая к себе.

Она продолжала рыдать, уткнувшись в мою грудь. Почувствовав тепло её тела и ванильный запах, окутывающий её, меня будто прострелило, я никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Я гладил её по спине. Отстранил немного от себя, посмотрев в её покрасневшие от слёз по–кошачьи раскосые глаза. Вытер слезы большим пальцем и снова прижал к своей груди, шепча:

–Тшшш, Котенок. Тише. Теперь всё хорошо.

Вся ситуация была в новинку для меня. Никогда ещё мне не приходилось никого успокаивать. НИКОГДА! Обычно я становился причиной чьих–либо слёз и боли, и это доставляло мне своеобразное удовольствие.

– Они тебя не ранили? Ты в порядке? – пробормотала она, не поднимая головы с моей груди.

Тихо засмеялся над её вопросом. Эти ублюдки были не способны ранить меня. Какая же всё–таки наивная эта девочка. Ещё совсем ничего не знает о жизни и людях.

– Со мной всё просто замечательно, – продолжил улыбаться, всё так же поглаживая по спине. Наклонился и глубоко вдохнул запах шелковистых волос. Внутри взорвалась волна наслаждения, как от дозы наркотика.

Она слегка отстранилась и встретилась со мной взглядом. Дьявол, я не мог перестать смотреть на нее, я запутался в ее глазах, как в джунглях. Сейчас от слёз они казались еще ярче, перевел взгляд на пухлые губы и снова в глаза. По телу ток в двести двадцать.

– Отвези меня домой, пожалуйста. Я немного перебрала, а где Линда и Лола ума не приложу. Мы на такси приехали. Я даже вызвать водителя не могу. У меня батарея села.

Она ещё спрашивает! Бл*дь, это самое лучшее, что она могла мне предложить сегодня. Ну, за исключением своего тела, конечно. Не ожидал, что принцесса сдастся так быстро. Эта девчонка постоянно удивляет меня. Её попытки прикрыть какими–то объяснениями свою просьбу заставили улыбнуться ещё шире.

– Пошли, – взял её за руку.

Повернулся к Хавьеру, который потягивал ром рядом с нами у бара.

– Хавьер, найдёшь подруг Марины. Проследишь, чтобы всё было спокойно, а потом отвезешь их домой. Усек?

– Яснее некуда, – усмехнулся помощник и двинулся на танц–пол.

Я крепче сжал ладонь Чики и потащил её к выходу.

Она переплела пальцы с моими, следуя за мной. Дрожь её тела передавалась мне. На секунду остановилась, замявшись на месте, высвобождая свою ладонь из моей. Я посмотрел на причину заминки. Она виновато улыбнулась и сбросила туфли.

– Жмут. Новые, – снова взяла меня за руку и пошла следом. Мы остановились возле байка. Увидев мой транспорт, она замялась, опасливо поглядывая на моего блестящего, мощного, железного зверя.

Чика обхватила себя руками. Посмотрел на её пальцы и обнаженные ноги, которые покрылись мурашками. Открыл багажник и достал кожаную куртку.

– Надень, а то совсем замерзнешь.

Марина не спеша надела куртку. А я смотрел, как эластичная материя платья натянулась на упругой груди, на ее шею, ключицы, и в горле резко пересохло. Когда–то, как и все темнокожие мальчишки из трущоб, я грезил о молочной коже, о белой груди с розовыми сосками, о длинных светлых прядях волос, раскиданных на подушке. Белую бабу хотели все. Богатую, холеную, недоступную для латиноса белую бабу. Я тоже хотел… потом прошло время, и я мог получить любую из них. Только сейчас у меня было чувство, что всё, что я получал ранее – второсортное. Вот он – первый сорт. Передо мой… и я его непременно получу. Очень скоро. Я сел на мотоцикл, ожидая, когда она присоединится ко мне.

– Садись! Или предпочитаешь пешком?– усмехнулся, глядя на то, как она переминается с ноги на ногу. Марина все же влезла на байк сзади и обняла меня за торс. Мы сорвались с места, Чика прижалась сильнее, впиваясь в мою футболку.

Я не мог сосредоточиться на дороге. Меня сводило с ума то, как девчонка прижималась грудью к моей спине, обхватывала длинными ногами мои бедра, её дыхание, щекочущее шею. Твою мать, я сейчас тормозну где–нибудь на обочине, разверну лицом к себе, раздвину эти стройные ноги, сорву с неё трусики и трахну! Бл*дь, тогда я для неё буду таким же, как те козлы, которые пытались утащить её из клуба. А у меня другая игра и иная цель. Я успею ее трахнуть. Потом. Чуть позже она будет сама умолять меня об этом.