Заместитель Генерального

Глава 5. Происшествие на заводе.

Ранее утро. В этом году осень выдалась приветливая и солнечная, но сегодняшний день был пасмурным. Припарковав свою машину на стоянке, Маргарита ритмично шагала на своих огромных шпильках к заводоуправлению. Настроение у нее было скверное. Сегодня она выехала по графику, но по дороге на работу не встретила его Прадо. Оставался шанс увидеться около офиса. Последняя их встреча была напряженной. Непонятно на какой ноте они расстались. С одной стороны полный страсти поцелуй, с другой стороны обвинения и слезы. Все прояснилось бы в одно мгновение, вот только бы ей увидеть его взгляд, она все прочла бы в нем.

Рита вспомнила их встречу на прошлой неделе. Вдалеке блеснули фары. Маргарита уже по одному звуку отличала шины Прадо от всех других автомобилей. Водитель не спеша проезжал шлагбаум. Для особо важных персон была предусмотрена отдельная стоянка. Около входа толпились кураторы, они курили и оживленно дискутировали. Маргарита поздоровалась и обменялась с ними любезностями. Тем временем боковым зрением она наблюдала, что автомобиль Берестина уже припарковался, и Рита оказалась на одной прямой с Прадо.

Идеально чистое авто сверкало на солнце, оно казалось еще объемнее и солиднее. Распахнулась пассажирская дверь. Из нее эффектно вышел мужчина, полы его пальто распахнулись. Это был Берестин. Марго почувствовав приятный запах мужского парфюма. Столько ассоциаций было связано с этим парфюмом. По телу пробежали мурашки. Она наблюдала все как в замедленном действии, продолжая приближаться к нему. Он заметил ее, прищурился, уголки губ тронула легкая улыбка. Вокруг было слишком много посторонних, чтобы позволить себе эмоции. Сердце Маргариты сорвалось в сбивчивый галоп.

–Здравствуйте, Александр Владимирович, – она не сводила с него глаз.

–Привет, Марго, – он тоже не отрывал взгляда.

Они разошлись. Так хотелось обернуться, но было нельзя. Ощущение радости и восторга наполняло Маргариту. Ей хотелось прыгать, словно маленькой девочке. Она не смола сдержаться и улыбка расползлась на ее лице. «Это, наверное, так глупо смотрится! Я иду и непонятно чему улыбаюсь» – думала она. Но не улыбаться было просто невозможно.

Вот бы сейчас увидеть эти улыбающиеся глаза.

Но возле офиса его машины не оказалось. Возможно, она опоздала, а может быть наоборот, он задерживался. Встречать его вот так неожиданно по утрам было подобно лотерее. Всего каких-то тридцать секунд и он могли разминуться. Всего каких-то тридцать секунд сейчас значили так много для нее.

На проходную уже подъехал служебный автобус, расселись рабочие и коллеги. Общаться с кем-то не было ни малейшего желания, и Маргарита включила плейер. Офис находился в противоположном конце завода, по дороге она успевала послушать пару тройку любимых композиций.

Музыка делала мир ярче, насыщенней. Величественные реакторы, высоченные трубы, парящие градирни и бесконечные эстакады, уходящие в горизонт – под музыку они восхищали Маргариту еще больше. Ей нравился завод, нравилось наблюдать за производством, нравилось чувствовать себя немного причастным к огромному и величественному. Как же сложно он был устроен, одна установка, вторая, резервуарный парк, множество цехов, все это было подобно органам в человеческом организме. И люди, мельчайшие крупинки, словно эритроциты и лейкоциты циркулировали в этой системе, несмотря на свой не великий размер, они были жизненно важны для нее, обеспечивали здоровую жизнедеятельность. Малейший сбой катастрофически опасен. Именно поэтому на заводе строго относились к требованиям техники безопасности. Незначительное нарушение, даже не затушенная сигарета, брошенная в неположенном месте, могли привести к катастрофе не только в масштабах предприятия, но и города, окружающей среды, угрожать жизни не только работников завода, но и горожан.

Свою работу Маргарита любила. Когда они получали новый объект, она всегда вместе с мастерами и начальником участка выезжала на место, чтобы осмотреть стройплощадку. Потом легче было, изучая чертежи, представить, как все это будет, легче составить смету. По мере выполнения работ ей нравилось наблюдать, как чертежи претворялись в жизнь. То, что вчера было пространной картинкой, сегодня можно было потрогать. Так площадка превращалась в котлован, в нем образовывались фундаменты, либо свайные поля. Потом площадка отсыпалась песком или грунтом, на фундаментах вырастали эстакады или ставилось оборудование. Иногда это были здания новых цехов или операторных. Как муравейник стройка была полна рабочими и техникой. Все этот взаимодействовало, двигалось, росло.

Строить, значит созидать, а созидание всегда приносило Марго радость и чувство морального удовлетворения. Рабочие делали свою часть работы – строили руками, это был тяжелый физический труд, а она делала свою часть – оформляла все документально, подписывала, защищала у заказчика и впоследствии по оформленным ею актам происходила оплата за выполненные работы.

Когда работы было много, время пролетало незаметно, некогда было переживать и думать о постороннем. Сегодня день выдался спокойный. Только что подписали все выполнение, казалось бы, можно и отдохнуть, но Маргариту это сводило с ума. Мысли постоянно возвращались к конфликту с Берестиным, она накручивала себя все больше и больше.

С этим надо было что-то делать. Марго собрала в кучу все вопросы, не решенные с прошлого месяца, и отправилась в седьмой цех, на территории которого находился отдел технического надзора за строительством. Решила пройтись по кураторам, обсудить замечания, оставить на проверку исполнительную документацию и акты.

Водитель торопился, механик выдал ему какое-то срочное поручение. Договорились, что он захватит ее на обратном пути.

И вот время снова бесконтрольно устремилось вперед. На генплане вместе с солидным подполковником в отставке они увлеченно отмечали маркером залитые фундаменты, спорили, смеялись, затем снова, насупившись, зарывались в схемы. Он курировал бетонные работы.

Затем в соседнем кабинете совместно с двумя молодыми весельчаками, кураторами по металлоконструкциям, высчитывали вес опор. Расчет не сходился на полторы тонны, но это никого из присутствующих не смущало, до истины они все равно доберутся. В компетенции друг друга присутствующие не сомневались, поэтому беседа была легкой и непринужденной.

Были и более сложные кадры. Смурной, пахнущий забористым табаком, куратор по земляным работам был серьезен и суров. Марго его побаивалась. Он имел колоссальный опыт, и как назло постоянно находил ошибки, и хотя эти документы составляла вовсе не Марго, сердился и ругался он на неё. Кто пришел, тот и отвечает.

Уладив все вопросы, она вышла в застеклённый вестибюль, набрала водителя, тот был все еще занят, и Марго отрешенно уставилась вдаль. Пожилой мужчина в заводской экипировке, сгорбившись, прохаживался по площади, очевидно тоже ожидая транспорт. Серое осеннее небо застыло, ни шороха, ни ветерка. Тишина звенела в воздухе, мир завис.

Вдруг мимо мужчины с ревом и включенными сиренами пронеслись три пожарные машины. Учения не редкость на заводе, но в душе в Марго неприятно заныло. Мужчина ошарашенно встрепенулся. Следом за пожарными проскочили две аварийные газоспасательные бригады и машина реанимации. Марго вгляделась в горизонт. В районе газофакельного хозяйства в сером полотнище неба показались еще более плотные серые тучи. Да нет же, это не тучи, клубы дыма. Марго набрала номер водителя еще раз, ощущение тревоги неминуемо росло. Однако разговора не получилось – все вокруг заглушил вой сирены.

«О боже, эвакуация» – Маргарите стало страшно. Толкая друг друга, из здания повалили люди. Им было наплевать на Марго, обгоняя и пихаясь, они загружались в заводской автобус. Пассажиров было вдвое больше, чем мест, однако это никого не волновало. Люди набивались до тех пор, пока не начали попросту вываливаться из дверок. Сильно накреняясь на бок, автобус тронулся с места. Потоком людей Маргариту потащило в непонятном направлении. Страх все сильнее стучал в висках и начал перерастать в панику.

Снаружи вспыхнуло яркое зарево, плотные клубы черного дыма повалили с удвоенной силой. Протискивающийся рядом парень больно двинул Марго локтем под ребра. Этикет в такой обстановке никто не соблюдал.

–Рита! – вдруг послышался знакомый мужской голос, и кто-то потянул ее за руку.

Марго ненавидела, когда ее называли Рита, но сейчас так обрадовалась, появлению кого то, кто может о ней позаботиться, что даже не придала этому значения. Сильные мужские руки сгребли ее в охапку и потащили за собой.

–Александр Владимирович?!– выдохнула она.

Вот они серые глаза, которые она так желала увидеть все сегодняшнее утро.

–Скорее, уходим отсюда! – Берестин был крайне взволнован.

Крепко прижимая Маргариту к себе, он начал пробиваться сквозь толпу к выходу. Приходилось достаточно резко и грубо расталкивать людей, которые все больше впадали в панику. Он закрывал ее собой будто телохранитель, защищая от возможных ударов. Хорошая физическая подготовка сыграла на руку, вскоре они оказались у заветного выхода.

Дым валил все сильнее, в воздухе пахло гарью. Пламя, подобно ужасающему закату разрывало небо. Берестин стал озираться и наконец, нашел вдалеке припаркованный Прадо. Водителя за рулем не было. Автомобиль был закрыт.

–Черт! – пнул по колесу А.В.

Он начал набирать водителя, как вдруг в глубине людской массы парень замахал руками. Это был Олег, водитель, в ожидании начальника он отошел в курилку и теперь, вовлеченный в толпу, не мог пробраться к машине.

– Александр, ловите!– он швырнул брелок с ключами над толпой.

–Не надо, Олег! – хотел было предостеречь А.В., но ключи уже парили в воздухе.

«Что если он не поймает их?» – с ужасом думала Марго.

Но Берестин поймал.

В этот момент раздался оглушительный хлопок. Он был настолько мощным, что люди попадали, инстинктивно прикрывая голову руками. Берестин повалил Маргариту на землю, закрывая их своим пальто. В ушах зазвенело. Взрывной волной вышибло стекла в цеховых окнах. Острые осколки посыпались на людей, и теперь толпа походила на кровавое месиво. Сверху опускалось серое облако пепла и едкой взвеси.

–Быстро в машину! Заводи и ставь циркуляцию в салоне!– резко скомандовал Берестин, поднимаясь с пола и стряхивая с пальто осколки стекла. – Я за Олегом и уезжаем отсюда!

Он отдал ключи Маргарите и рванул в кучу людей. Она трясущимися рукам вертела брелок, пытаясь найти кнопку открывания дверей. Прадо приветливо моргнул фарами. Марго села за руль, ее так колотило, что она никак не могла сообразить, что машина заводиться не с ключа, а кнопкой. Дрожащие руки, наконец, нажали «Старт», мотор заработал. «Где же ты?» – без него ей снова стало страшно.

Вглядываясь в толпу, она никак не могла его найти.

Вдруг среди людей она заметила мужчину, он тащил под руку окровавленного человека и сам был весь в крови.

Водитель сильно прихрамывал, точнее одну ногу вообще волочил за собой. Берестин шел, принимая вес раненого на себя. Было непонятно, в чьей крови он испачкан, ранен или нет.

–Что с вами? В скорую звонить? – испугалась Марго.

–Это не имеет смысла, все машины в эпицентре взрыва, а городские сюда не поедут, – он усаживал Олега на заднее сидение. – Помоги ему! Нам надо уезжать как можно быстрее.

Марго села назад. А.В. прыгнул за руль и резко рванул с места. Руки ее дрожали, но она понимала, что должна оказать человеку истекающему кровью первую помощь. Вспомнились стенды из кабинета ГОиЧС. Спасибо тебе среднее образование. Марго нашарила в сумочку дезинфицирующий спрей для рук, хоть какой то антисептик. Потом поняла, что в машине должна была быть аптечка.

–Алекс! Где аптечка?

–Что? – он вздрогнул, только определённый круг людей называл его так.

–Аптечка где?!

–В багажнике, – он, наконец, сообразил.

Останавливаться было нельзя. Марго сдернула шарфик и стянула ногу водителя. Хоть и не ахти какой, но все же жгут. Затем перегнулась через ряды задних сидений и нащупала аптечку. С трудом, преодолевая тряску, она вскрыла чемоданчик. Какое счастье: бинты, перекись, зеленка.

–Ты ведь Олег, да? – обратилась Марго к водителю.

–Ага – просипел тот.

–Олег, сейчас я что-нибудь придумаю. Все будет хорошо. Надо снять брюки.

Марго ловко расстегнула ремень, стащила окровавленные штаны. Смочила перекисью кусок ваты и обработала те места, где виднелись порезы. Из некоторых ран торчали куски стекла. Марго осторожно извлекла их влажной антисептической салфеткой. Приложила стерильную повязку на все самые крупные раны и примотала бинтом. На руке тоже обработала и, как смогла, перевязала порез.

Воздух становился тяжелым от дыма и химических продуктов горения.

–Это только первая волна. Если я правильно понимаю что произошло, дальше будет хуже – сказал Берестин.

На перекрестке образовалась жуткая пробка, Прадо воткнулся в длинный хвост из автобусов и легковых автомобилей. Центральную дорогу перекрыли, чтобы обеспечить быстрый и свободный проезд для техники МЧС к эпицентру пожара. Движение по оставшимся дорогам шло очень медленно. Берестин включил заднюю передачу и ловко объезжая соседние автомобили переместился в конец колонны. Территорию завода нужно было покинуть немедленно, находиться здесь без противогаза вскоре будет невозможно. Противогаз в машине имелся всего лишь один. Понятно кому он его отдаст, но хотелось бы обойтись без жертв. Резко развернувшись, Берестин свернул на территорию девятого цеха. Он хорошо ориентировался на заводе, и, в отличие от штатных водителей, следующих лишь по утвержденным маршрутам, знал практически каждый уголок. Въезд на территорию действующих установок посторонним был строго воспрещен, но его сейчас это мало волновало.

Берестин ловко заруливал по узким дорогам, петляющим, словно лабиринт. Вдруг на тротуаре он увидел Петра Никодимовича, того самого начальника службы безопасности. Он бежал в направлении северной проходной. В машине имелось свободно переднее сидение, как раз для еще одного пассажира. «Пусть он мразь, – подумал Берестин,– но я-то не такой!»

– Петр, садись скорее! – А.В. лихо преградил дорогу эсбэшнику машиной.

–О, Александр Владимирович, Благодарствую!

Машина вырулила на северную проходную. Очередь была огромной, при чем, как из людей, так и из машин. Все стремились поскорее покинуть территорию. Транспорт, в три ряда, в нарушении всех правил толпился у северных ворот. В здание проходной люди затолкались как кильки в банке.

–Едем на восточную проходную, – предложил Петр Никодимович, – у меня есть спец пропуск, да и вообще, со мной вас выпустят, откуда угодно.

Берестин кивнул. Дышать становилось все труднее. Едкий дым разъедал горло. Иванов зашелся в приступе кашля. Марго этот свистящий кашель показался до боли знаком. Петр Никодимович согнулся пополам. Так и есть, все признаки одышки.

–Вы астматик? – Маргарита осторожно тронула его за локоть.

–Да, – с трудом преодолевая приступ, произнес Иванов.

–Вот возьмите – она протянула ему синий баллончик.

Иванов перевернул баллончик, интенсивно встряхну, плотно обхватил его губами и сделал два глубоких вдоха.

–Сейчас станет легче, – мягко утешала Маргарита.

По газону Берестин объехал площадь проходной. Теперь они направлялись к восточным воротам. Он посмотрел в зеркало заднего вида. Марго закончила оказывать первую помощь водителю. Руки ее были в крови, лицо местами испачкано в серой пыли, видимо это произошло, когда он повалил ее на землю во время взрыва. Волосы растрепаны, косметика на глазах смазана. Однако такой она нравилась ему еще больше – испуганная, и в то же время такая отважная, беззащитная, и в то же время мужественная. Хотелось прижать ее к себе, защитить от всего. В такой чрезвычайной ситуации и мужчине не мудрено растеряться и поддаться панике, а она была собрана, слушалась, поручения выполняла исправно. С какой готовностью кинулась она помогать водителю. Пускай не профессионально, но оказала помощь. На нее такую маленькую и хрупкую можно было полностью положиться. Берестин испытал прилив новой, неведомой доселе нежности к Марго.

Иванов действительно перестал свистеть, и кашель был уже гораздо реже.

–Маргарита Павловна, вы просто спасли меня. Откуда он у вас? – он сжимал ей ладонь.

–Случайно оказался, – соврала Маргарита.– Я рада, что вам лучше.

На восточной проходной тоже было столпотворение техники. Объехать колонну даже имея, спец пропуск не представлялось возможным.

–Остаются только западные ворота, – констатировал Иванов, – подрядчики ими не пользуются, есть шанс прорваться.

–Только дорога идет через железнодорожный переезд, – вслух размышлял Берестин, – он закрыт, там ведутся строительные работы.

–Не проедем?

–Если только…– он нахмурился.

–Что? – оживился Петр Никодимович.

–Проехать по глиняной насыпи напрямик.

–Ну а что, устроим джип-сафари! – оживился Иванов. Идея не казалась ему такой уж не осуществимой.

–Увязнем к чертям собачьим, это же все-таки суглинок. Площадка то приличная квадратов триста.

–Триста восемьдесят, – подала голос Маргарита.

–Да верно, – пояснил Берестин, видя недоумение на лице Иванова, – это они ее отсыпали.

А.В. достал из бардачка генплан завода. Внимательно отследил маршрут.

–Это полный бред! Но, похоже, другого выхода нет, – он увидел на плане, то, что навело его на новую мысль.

Переезд был совсем рядом, через минуту они стояли возле защитного ограждения. Дальше дорожное полотно было вскрыто, здесь должна будет проходить линия трубопроводов.

Берестин включил блокировку колес.

–Все пристегнитесь. Маргарита, Олега тоже пристегни, нас немного потрясет.

Иванов неспроста провел аналогию с джип-сафари, огромная площадка и впрямь напоминала пустыню, суглинок имел приятный песчано-оранжевый цвет. Идеально ровное поле разрезало возвышающее полотно железнодорожных путей. На одной насыпе было две линии. Ширина соответствовала расстоянию между колес машины.

Берестин тронул автомобиль. Проехал за предупредительную ленту и выровнял машину на переезде так, что колеса стояли точно посередине путей.

Они с Ивановым переглянулись. Он понял замысел Берестина и одобрительно кивнул. А.В. осторожно начал движение вперед. Прадо переместился с ровного полотна переезда на сами пути. Машина подпрыгивала на шпалах. Ехать по рельсам было безумием, но сейчас двое образованных мужчин сочли это лучшим выходом из ситуации.

Преодолеть, таким образом, нужно, буквально пару десятков метров, а там дальше пересечение с автодорогой, по которой можно добраться до западной проходной.

В салоне царила полнейшая тишина. Берестин сосредоточен, остальные замерли, боясь помешать ему.

Вот передние колеса достигли ровной площадки. А.В. придавил педаль газа и Прадо вынырнул на асфальт.

–Ай, молодца! – Иванов похлопал Берестина по плечу.

–Благодарю, – сдержанно ответил А.В.. Он терпеть не мог панибратства.

Машина с пробуксовкой рванула вперед. Тут и там по пути их следования встречались вооруженные люди. Завод являлся режимным объектом. Начавшуюся панику начали локализовать силами внутренней охраны и прибывающей милиции. Въезды в цеха закрыли, движение по заводу строго ограничили. При неповиновении было разрешение вести огонь на поражение.

Наконец-то они достигли западных ворот. Подрезали подъезжающий КАМАЗ и проскочили прямо к КПП. Охранники вскинули автоматы и рванули к джипу. Иванов высунулся в окно, что-то крикнул своим ребятам и раскрыл удостоверение.

Охранник на мгновение замешкался, вытянулся в струну и затараторил что-то в рацию. Через секунду шлагбаум перед Прадо поднялся, выезду их машины больше никто не препятствовал.

–Спасибо, Александр Владимирович! И забудь о нашем разговоре. Не распознал я в тебе стоящего мужика. И вы, Маргарита Павловна, зла не держите, – он обернулся через сидение и снова отечески сжал ее ладонь. – Я надеюсь, вы ребята, между собой разобрались, в моем небольшом блефе? У меня к вам более претензий нет, у вас ко мне надеюсь тоже?

Петр Никодимович протянул руку Берестину. Тот пожал ее и утвердительно кивнул. Они выехали на площадь перед центральной проходной завода.

–И ребят, если что, я к вашим услугам! – Никодимыч вышел из машины, – Удачи! – Крикнул он и махнул рукой.

Над головой пролетела группа из нескольких вертолетов. Это прибывали МЧС. На площади был развернут целый лагерь скорые, пожарные, газовые службы, милиция. Пострадавших грузили в скорые и увозили. Некоторым оказывали помощь на месте.

Берестин направился к медикам, нужно было водителя сдать в надежные руки. Марго вышла из машины. Ее до сих пор колотило. Теперь уже не страшно и не так тяжело дышать, но они до сих пор в опасности. Да что там они, ближайший микрорайон, а возможно и весь город находились под угрозой. Она точно не знала, что именно произошло, какие вещества попали в атмосферу, насколько это опасно.

Через пару минут Берестин вновь бежал к машине.

–Рита, здесь дежурит мой давний приятель. Сейчас Олега заберут. Хочу, чтобы тебя тоже посмотрели врачи.

Опять он назвал ее Рита. Но Марго это не раздражало, а как будто даже наоборот. Домашнее имя, простое милое. Она устало улыбнулась.

Вдруг стало больше невозможно сдерживать эмоции, по щекам ее потекли слезы.

–Ну, ты что? – он отечески улыбнулся и сгреб ее в охапку – Все уже позади.

Маргарита уткнулась лицом ему в грудь и плакала. Берестин крепко сжимал ее в своих объятиях.

Люди прекрасны своей не идеальностью, своей искренностью. Тем не поддельным, что старательно скрывается за манерами и условностями. Шаблоны и клише, все те маски, окружающие нас повсеместно, так мешают разглядеть, что же человек представляет собой на самом деле. И можно полжизни идти рука об руку со спутником, пока судьба не подкинет испытание, маски спадут, и окажется, что люди совершенно чужды друг другу.

Им повезло, возможность снимать маски возникала в последнее время даже слишком часто.

Он видел Маргариту и в гневе, и в испуге, убедился в ее порядочности, в непростом темпераменте, и вот сейчас, она стоит и плачет навзрыд. Это никоим образом не отвращало его от нее, наоборот, переживая совместно такие острые эмоции, он все больше прикипал к Марго. Он сжимал ее сейчас в своих объятиях, не потому что должен, а потому что ему это было еще нужнее, чем ей. Чувствовать ее близость, ее дыхание. Произошедшая авария не оставила его равнодушным. Мужчинам, какими бы отважными они не стремились казаться, тоже свойственен страх. Он как никто другой сегодня понимал масштабы трагедии. Ему было страшно. Возможно страшнее, чем всем пассажирам Прадо вместе взятым. Но он взял на себя ответственность за их жизни и не мог допустить ошибку.

Берестин нежно гладил Маргариту по голове. Она потихоньку успокаивалась, всхлипывания доносились все реже.

–Спасибо, Александр Владимирович, – она посмотрела ему в глаза.

Размазанная тушь, красный нос и такой взгляд, настоящий, полный благоговейного восхищения. Между их губами оставалось всего пару сантиметров.

–Не стоит так официально, Маргарита, – он понимал, что не время и не место, но его губы неотвратимо тянулись к ней.

Он целовал ее. Губы были солеными от слез, но он боялся оторваться от них, чтобы этот бушующий внешний мир, вой сирен, бегущие люди не заглушили это теплое и приятно ощущение. Ощущение мира внутри.

Его мир сейчас был в ней.

Рита выдохнула и лучезарно улыбнулась. Она была счастлива.

Трое в медицинской форме подбежали к машине. Два мед брата стали вытаскивать водителя с заднего сидения. Мужчина в возрасте подошел к Берестину.

–Саша, дружище, вот так встреча! Да уж, не при таких обстоятельствах я хотел бы увидеть тебя. – Они пожали друг другу руки.

–Пойдемте! – скомандовал доктор.

Марго и А.В. проследовали в близлежащее здание столовой. Здесь медики на скоро развернули свой штаб. Кабинет заведующего на время отдали в распоряжение строгого доктора.

–Присаживайтесь! – врач указал на стулья подле шкафа, а сам сел за стол.

–Итак, сейчас я опрошу вас, осмотрю, и в зависимости от результатов будем решать, что с вами делать дальше.

Он достал специальный бланк, после заполнения стандартной информации, уточнил, насколько близко они находились к месту происшествия, хмуро покачал головой.

–До пояса раздевайся, – скомандовал он Берестину.

Тот без колебаний снял пиджак, бросил его на стул. Маргарита опустила глаза, Берестин расстегивал рубашку. Несмотря на то, что они уже имели определенный тесный физический контакт, без рубашки она его никогда не видела.

Тайком исподлобья Рита поглядывала на А.В.. Он послушно выполнял указания врача: вдох-выдох. У него был красивый торс, рельефные брюшные мышцы, она залюбовалась, ее взгляд блуждал по его фигуре, забыв об осторожности. Берестин поймал направление ее взгляда и довольно улыбнулся. Поняв, что ее разоблачили, Марго смущенно отвернулась.