Ночь в Гефсиманском саду

ЦАРСТВОВАНИЕ СОЛОМОНА.

В Библии говорится: «И сел Соломон на престоле Давида, отца своего, и царствование его было очень твердо» (3 Цар. 2: 12).

Началось царствование Соломона, действительно, с очень твердого поступка. К нему однажды, вскоре после воцарения, пришла Вирсавия с просьбою от Адонии, братаСоломона. Царь оказал ей великую почесть, усадив ее по правую сторону трона. Подобного царского расположения она никогда не видела от Давида. Адонияне был ее сыном, но она была расположена к нему и нижайше изложила царю его просьбу. Адония, оказывается, хотел взять в жены Ависагу – ту самую Сунамитянку, что согревала своим телом последние дни Давида.

Мудрый Соломон мгновенно разгадал хитрый и коварный план своего брата. Женившись на Ависаге, последней жене Давида, он получал бы известные права на престол. Вирсавия вряд ли понимала, что просьба Адонии – часть политического заговора.

Адония был умерщвлен. Вместе с ним погибли и его сообщники, о которых, по-видимому, невольно, передавая просьбу, проговорилась ничего не подозревавшая Вирсавия.

Однажды Соломон так горячо молился на ночь, что в сонном видении ему явился сам Бог. Он спросил Соломона, чего больше всего хотел бы тот в своей жизни. Соломон ответил, что больше всего он хотел бы мудрости, чтобы правильно и достойно управлять своим народом. Просьба Соломона так понравилась Богу, что он в ту же ночь наделил царя израильского необыкновенной мудростью.

Доказательством этому послужило происшествие, случившееся уже на следующий день.

К нему явились две женщины. Одна из них держала на руках ребенка и упрекала другую, что та претендует на младенца.

«И сказала одна женщина: о, господин мой! я и эта женщина живем в одном доме; и я родила при ней в этом доме.

…Родила и эта женщина; и были мы вместе, и в доме никого постороннего с нами не было; только мы две были в доме;

И умер сын этой женщины ночью, ибо она заспала его;

И встала она ночью, и взяла сына моего от меня, когда я, раба твоя, спала, и положила его к своей груди, а своего мертвого сына положила к моей груди…» (3 Цар. 3: 17-20).

Женщины просили Соломона решить вопрос, чьим же сыном является ребенок, а вернее сказать, кто из них обеих подлинная мать младенца.

Соломон именно так переиначил для себя предложенную ему загадку: не чей сын, а кто мать?

И приказал стражнику поднять меч и разрубить младенца пополам – будто бы для того, чтобы каждой женщине досталась равная половина.

«И отвечала та женщина, которой сын был живой, царю, ибо взволновалась – вся внутренность ее от жалости к сыну своему: о, господин мой отдайте ей этого ребенка живого и не умерщвляйте его. А другая женщина говорила: пусть же не будет ни мне, ни тебе, рубите.

И отвечал царь и сказал: отдайте этой живое дитя и не умерщвляйте его: она его мать» (3 Цар. 3: 26, 27).

Двор Соломона поражал невиданной пышностью. Престол был сделан из слоновой кости и золота, а все выходы царя сопровождались необычайно торжественным ритуалом. Ни в одной из известных земель не было царя богаче Соломона.

Обладая поистине несметными сокровищами, Соломон решил осуществить, наконец, мечту своего отца, царя Давида – построить храм; достойный могущественнейшего из царей.

С царем тирским Хирамом, в земле которого произрастали кедры и кипарисы, он заключил договор, чтобы доставлять их в Иерусалим.

Ливанские кедры и кипарисы, а также другие ценные породы деревьев доставлялись сначала морем, а затем посуху. Их везли в Иерусалим не в виде стволов, а уже искусно приготовленными, выпиленными, обработанными и размеченными. В самом Иерусалиме их оставалось лишь собирать из «готовых деталей». Искусные зодчие, знатоки, резчики и ювелиры заранее приготовили и все украшения. На месте грандиозного строительства не было слышно шума и не было видно пыли. Храм вырастал как бы сам собой в торжественном и благоговейном молчании многочисленных зрителей, следивших за необыкновенной работой. За лес и украшения Соломон поставлял царю тирскому пшеницу, ячмень, масло и вино. На самом строительстве работали семьдесят тысяч подносчиков, три тысячи надсмотрщиков и восемьдесят тысяч каменщиков. Всем работающим после месяца труда полагалось два месяца отдыха. Хотя разнарядка была обязательной, но участие в строительстве храма многие считали высокой честью. А по спинам подневольных хананеян, военнопленных и рабов гуляла плеть.

Построение храма продолжалось семь с половиной лет, и было закончено в одиннадцатый год царствования Соломона.

Торжество освящения длилось семь дней. Были принесены в жертву двадцать две тысячи быков и сто двадцать тысяч овец.

Сам храм был невелик – тридцать один метр длиной и десять с половиной шириной, но оттого, что он был сооружен на холме Офел, укрепленном вертикальными обтесанными каменными глыбами, он казался огромным и как бы торжественно подъятым ввысь – к небу. Внутренность его поражала необычайной роскошью отделки. В глубине, за занавесом, стоял ковчег завета с двумя каменными скрижалями Моисея.

Впоследствии, и даже очень скоро, судьба великолепного храма Соломона оказалась печальной. Он был разграблен уже во время царствования его сына Равоама египетским царем Сусакимом, а затем неоднократно и другими захватчиками, пока, наконец, Навуходоносор не сжег его дотла во время разрушения Иерусалима в588 году до н. э.

Соломон остался в истории не только как строитель знаменитого храма. Он был мудр во многих своих начинаниях. Утвердив посредством храма культ бога Яхве и тем самым, сплотив племена и колена своего народа вокруг религиозного центра, он многое сделал для страны как исключительно талантливый, энергичный и дальновидный администратор. При нем страна была поделена на административные территории, как правило, не совпадавшие полностью с границами племен, что разумно ослабляло их обособленность и мешало заговорам. Кроме того, сеть административных учреждений давала возможность верховной власти править государством гибко и всеохватывающе.

Соломон оказался выдающимся дипломатом. Именно при нем были налажены и укреплены многочисленные культурные и торговые связи с самыми различными землями и государствами, в том числе и очень отдаленными. По-видимому, с целью укрепления связей он взял в жены дочь египетского фараона. Для нее был выстроен дворец, едва ли уступавший по роскоши самому храму. Впрочем, дворец самого Соломона намного превосходил размерами и великолепием, как храм, так и дворец дочери фараона.

Соломон совершил и еще одно – важнейшее и неслыханное в истории его народа – дело: он построил торговый флот, суда которого по Средиземному морю, как о том свидетельствуют документы, найденные в раскопках, ходили в заморские страны. Бывший пастушеский народ, странники пустынь, евреи стали мореходами.

Мудрость Соломона, которой он превосходил, по словам древних писателей, «всех сынов Востока», выражалась и в других сторонах его поистине гениальной по своей масштабности деятельности.

Сохранились, например, сведения о его занятиях по естествознанию. Правда, никаких точных данных на этот счет пока не найдено, но косвенных свидетельств достаточно много. О Соломоне говорили, что он описал растительный мир «от кедра до иссопа» (до мха), что он дал классификацию четвероногих, птиц, пресмыкающихся и рыб и что, изучив «свойства и силы трав, дерев и даже бессловесных животных», он тем самым создал основу для врачевания.

И сам он пользовался большой известностью как врачеватель. Причем древние авторы указывают, что Соломон лечил не только травами и зельями, но и с помощью внушения, входя для этого, как полагали тогда, в общение с демонами. Слава Соломона в этом отношении, как врачевателя-кудесника, была огромна и распространялась по всему Востоку.

Широкой известностью пользовались притчи Соломона, вошедшие в качестве одной из книг в Библию.

Притчи касаются, главным образом, нравственной жизни человека, но характерно, что, написанные государственным деятелем, они всегда тесно связаны с общественной и даже политической стороной человеческого бытия. Притчи – это краткие изречения, афоризмы и сентенции. Похожие по своей форме на народные поговорки и пословицы, нередко очень образные, экспрессивные и эмоциональные, они легко запоминались и столь же легко и плодотворно разносились по всему свету.

Вот хотя бы некоторые из его многочисленных притч: «Человек богатый – мудрец в глазах своих, но умный бедняк обличит его» (Притч. 28: 11).

«Как нехорошо есть много меду, так домогаться славы не есть слава» (П ритч. 25: 27).

«Лучше жить в углу на кровле, нежели со сварливою женою в пространном доме» (Притц. 25: 24).

Есть притчи и более обширные – в виде сценки или

описания, из которых следует мораль:

«Проходил я мимо поля человека ленивого и мимо виноградника человека скудоумного.

и вот, все это заросло терном, поверхность его покрылась крапивою и каменная ограда его обрушилась.

И посмотрел я, и обратил сердце мое, и посмотрел, и получил урок:

«Немного поспишь, немного подремлешь, немного, сложив руки, полежишь;

И придет, как прохожий, бедность твоя, и нужда твоя – как человек вооруженный» (Притч. 24: 30-34).

Притчи Соломона почти свободны от былой Моисеевой жестокости и нетерпимости, они гуманны и великодушны к человеку. В этом отношении они уже заметно предшествуют Новому завету, заповедям Христа, в том числе и знаменитым Христовым притчам.

Нельзя не вспомнить евангельские заповеди, читая, например, такую притчу Соломона: «Если голоден враг твой, накорми его хлебом; и если он жаждет, напой его водою» (Притч. 25: 21).

Такая сентенция, совершенно немыслимая в устах Моисея, будет естественною в устах Христа.

Чем ближе события, герои и отдельные «истории» подвигаются ко времени появления пророка из Назарета, тем больше в Ветхом завете отступлений от канонических, «уставных» Моисеевых требований, тем сильнее проступает нота гуманизма – любви к ближнему, маленькому человеку, бедняку и даже к врагу.

Соломон, унаследовав поэтический дар своего отца, царя-псалмопевца Давида, сочинял песни, гимны, покаянные и хвалебные псалмы. Он автор знаменитой, перешедшей в века «Песни Песней» (Правда, существует мнение, что «Песнь Песней» возникла позже.)– о любви прекрасной Суламифи и ее возлюбленного.

«Песнь Песней» – шедевр мировой литературы. Любовная лирика многих стран и разных времен обязана своим существованием этому непревзойденному лирическому произведению, приписываемому Соломону.

писала Ахматова.

Хотя Соломон и настаивал на том, чтобы идти – неуклонно и строго – «стезею добродетели», все же ему далеко не всегда удавалось неотступно следовать собственному мудрому правилу.

Как государственный деятель, он совершил ошибку, совершенно непростительную для его мудрости и оказавшуюся впоследствии роковой для израильского государства.

Он, как известно, разделил всю страну на двенадцать налоговых округов, что давало ему возможность гибкого и оперативного управления страной. Он был прав, когда при установлении границ по округам старался не следовать сугубо национальному признаку, так что в результате одно колено порой находило на другое. Это было мудро, потому что мешало национальным ограничениям и распрям. Однако бросается в глаза, что среди округов, платящих налог, отсутствует территория Иуды, то есть того колена, к которому принадлежало племя Давида и Соломона. Скорее всего, это было сделано для того, что бы колено царствующего Соломона не платило, в отличие от других, никакого налога. То была привилегия, вызывавшая, надо думать, немало обид и нареканий. Подобное выделение Иудеи способствовало впоследствии расколу страны на два отдельных враждующих царства.

Нельзя не заметить также, что высоконравственные «уроки» Соломона, высказанные им в притчах, находились в совершенно вопиющем противоречии с роскошью и развратностью его двора.

Все это, по-видимому, не могло не вызывать тяжкого разлада в душе всесильного царя.

Как ни странно, у Соломона, власть которого была поистине безмерна, а богатства неисчислимы, все чаще появляются – и в псалмах, и в книге размышлений «Премудрости Соломона», и особенно в Екклезиасте горестные и покаянные мотивы.

Ощущение тщеты бытия все сильнее охватывало стареющего Соломона. Чувство одиночества пронзает его сердце. «Бог на небе, а ты на земле», – говорит он в Екклезиасте.

«Все идет в одно место: все произошло из праха и все

возвратится в прах» (Еккл. 3: 20).

А потому: «Что пользы работающему от того, над чем

он трудится?» (Еккл. 3: 9.).

Все в мире идет по заведенному кругу и возвращается на круги своя. «Что было, то и теперь есть, и что будет, то уже было…» (Еккл. 3: 15).

Счастлив лишь тот, кто видит в таком извечном круговращении хоть какое-то добро и потому ест и пьет, не задумываясь о «круге». Но такое счастливое неведение просто дар божий, и он не всем дан. Кому же он не дан? Прежде всего, мудрецам.

Мудрец знает, горестно заключает Соломон, что все на свете есть суета сует.

Умер Соломон после сорокалетнего царствования в возрасте шестидесяти лет и был погребен в Иерусалиме.

ЦАРИ. ПРОРОКИ. ГЕРОИ.

Можно сказать, что со смертью Соломона кончилось более или менее стабильное, а в иные годы и вполне благополучное существование еврейского государства. Лишь короткое время оно по инерции представляло собой большую силу в тогдашнем политическом мире. Велики были его богатства, действовали налаженные и многообразные торговые и дипломатические связи. Страна находилась как бы под покровом огромного авторитета Соломона.

К сожалению, преемник великого царя, его сын Ровоам, с молниеносной быстротой испортил самые важные механизмы в государственной машине, отлаженной Соломоном. Правда, надо сказать, что он дотронулся до наиболее уязвимого места, о котором мы уже говорили, упоминая о странной недальновидности Соломона, наделившего Иудино колено незаслуженными льготами. Как мы помним, разделив государство на административные округа, он освободил Иудею от налогов, чем уже при своей жизни вызвал недовольство среди ее окружения.

Когда Соломон умер, то первой просьбой, обращенной к Ровоаму со стороны израильтян, была просьба об уменьшении огромных налогов, которые они платили. Уменьшить их можно было включением Иудеи в число налогоплательщиков. Увы, Ровоам, человек спесивый и неумный, не внял этой просьбе. Не помогли и советы бывших приближенных Соломона, умудренных опытом стариков. Поддавшись ожесточению своих молодых сверстников, он сказал собравшемуся народу: «…отец мой наложил на вас тяжкое иго, а я увеличу иго ваше; отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать вас скорпионами»(3 Цар. 12: 14).