Бог и человек. Парадоксы откровения
- -
- 100%
- +
Все это, конечно, занятно, только если Моисея так мотало по всему миру, когда он успел написать свое «Пятикнижие»?
Куда более правдоподобной выглядит «египетская» версия. Египет ведь гораздо ближе, чем Индия. Уже древним грекам Египет представлялся средоточием древней мудрости и тайных знаний. В диалоге «Тимей», там, где речь идет об Атлантиде, Платон приводит слова египетского жреца, называвшего греков детьми по сравнению с египтянами и похвалявшегося, что египетские предания «древнее всех»18. Считается, что у египетских жрецов почерпнул свои знания Пифагор. По словам Исократа, «прибывши в Египет и став их [египтян] учеником, [Пифагор] первым ввел в Элладу философию вообще и в особенности отличился рвением, с которым подвизался в науке о жертвоприношениях и торжественных богослужениях, совершаемых в храмах»19. Правда, у нынешних ученых Исократ доверия не вызывает. Он и сам не скрывал, что не заботится о правдивости своих писаний20, а в конце той самой книги, где он говорит о пребывании Пифагора в Египте, прямо признает, что говорит неправду21. Эти признания в полной мере относятся ко всему, что он пишет о заимствованиях греков в Египте. Вообще греки любили приписывать свои достижения другим народам. Например, о том же Пифагоре, теоремы которого мы изучали в школе, сплетничали, что геометрию он усвоил от египтян, числам и вычислениям научился у финикийцев, а астрономические теории перенял у халдеев22. Наверно, это тот самый комплекс, о котором говорил Иисус: «Нет пророка в своем отечестве». В Греции не находилось почти ни одного великого человека, о котором бы не шептались: «Он такой умный, потому что побывал в Египте».
Кто на самом деле бывал в Египте – это Моисей. Библия говорит, что Египет был его родиной. Согласно легенде, Моисей был посвящен в тайны египетских жрецов. Это дало почву для версии, объясяняющей монотеизм Моисея влиянием реформы фараона Эхнатона.
Нет ничего удивительного, что, услышав проповедь Иисуса, его современники решили, что он тоже заимствовал свое учение у египтян. Тем более что по свидетельству евангелий он действительно какое-то время жил в Египте: его родители вынуждены были скрываться там от репрессий Ирода Великого (Мф. 2:13–14). В Талмуде говорится, что он «вывез магию из Египта в царапинах на теле» (Шабб. 1046). А насмешник Цельс в своем «Правдивом слове» комментирует это обстоятельство более подробно: «Этот, нанявшийся по бедности поденщиком в Египте и искусившись там в некоторых способностях, которыми египтяне славятся, вернулся, гордый своими способностями, и на этом основании объявил себя Богом»23.
В свете такого рода гипотез Моисей и Иисус выглядят не как создатели оригинальных учений, а лишь как старательные ученики и подражатели – тибетских ли лам, японских мудрецов или жрецов Египта.
Но как объяснить, что религиозную реформу, подобную Эхнатоновой, предпринял император инков Пачакути (см. главу «Сущность Бога»)? И как могли Иисус и Конфуций дать одинаковую формулировку Золотого правила, если они жили на разных концах Ойкумены24 и даже не подозревали о существовании друг друга?
Что говорит об этом нынешняя наука?
В книге, посвященной пифагорейскому учению25, Л. Я. Жмудь отмечает: с ростом знаний о культурах Древнего Востока остается все меньше оснований связывать зарождение и последующее развитие европейской философской и религиозной мысли с импульсами, идущими с Востока. Подавляющее большинство гипотез такого рода автор считает неубедительными, а попытку объяснить появление сходных идей у различных народов «генеалогическим» путем (то есть путем заимствования) – «слишком простой и явно неудовлетворительной».
Необходимо подчеркнуть, говорит автор книги, что речь идет в первую очередь о самостоятельности и уникальности греческой философии и науки. Что же касается конкретных заимствований в некоторых областях знаний, то они были весьма скромными и не имели сколько-нибудь решающего значения в генезисе раннегреческой науки. «Греки не могли заимствовать философию и науку в готовом виде… по той простой причине, что в VI в. (до н. э. – Авт.) на Востоке не было ни того, ни другого, – резюмирует ученый. – В Индии философия появляется почти одновременно с греческой, но говорить о каких-либо контактах в этой области в VI в. (до н. э. – Авт.) не приходится».
Илл. 10. Моисей получает скрижали на вершине горы Синай
«Помимо непосредственной генетической связи, история культуры отметила ряд фактов соответствий между некоторыми явлениями в развитии античной философии и аналогичных явлений в развитии философии весьма отдаленных от Греции, Древнего Китая и Древней Индии», – отмечал В. Ф. Асмус в предисловии к книге «История античной философии». «Является ли преемственность культур или связи между ними единственным объяснением, единственной причиной сходства философских систем и открытий (откровений. – Авт.)? Такое сходство, наблюдаемое у отдаленных культур (Греция – Индия, Китай – Америка) – свидетельство противного. Даже и без непосредственного контакта люди в разных углах Земли пришли бы к одним выводам и открытиям, ибо причина, приводящая к ним, – одна и та же. Вот правило; контакты же – исключение, хотя (в европейском ареале особенно) на них следует делать серьезную поправку»26.
Вот как! Создатели священных текстов не переписывали их друг у друга (если такое и случалось, то лишь в виде исключения), они были перовооткрывателями новых, оригинальных истин.
Мудрому человеку не нужно далеко ходить, чтобы познать истину, потому что искать ее нужно не снаружи, а внутри себя.
«Не выходя со двора, – говорил Лао-цзы, – можно познать мир. Не выглядывая из окна, можно видеть истинное Дао. Чем дальше идешь, тем меньше познаешь. Поэтому совершенномудрый не ходит, но познает все. Не видя вещей, он проникает в их сущность. Не действуя, он добивается успеха» (Д. 47).
«По себе можно узнать о других; по одной семье можно познать остальные; по одному царству можно познать другие; по одной стране можно познать всю Поднебесную. Каким образом я узнаю, что вся поднебесная такова? – Поступая так» (Д. 54), – делится Лао-цзы секретом своей мудрости.
«Метание – признак больной души, – вторит ему римлянин Сенека. – Я думаю, первое доказательство спокойствия духа – способность жить оседло и оставаться самим собою»27. «Частые переезды – признак нестойкости духа, который не перестанет блуждать да озираться вокруг, не сможет утвердиться в привычке к досугу. Чтобы держать душу в узде, сперва останови бег тела»28.
Может быть, не стоит изображать Иисуса, Моисея, Будду, Мухаммеда и других пророков туристами, одержимыми охотой к перемене мест? Им, конечно, пришлось пройти немало дорог, но пути их пролегали не в заморские страны, а по родной земле, и целью их было не набраться чужой мудрости, а поделиться своей.
Какова же причина того, что все они независимо друг от друга пришли к одним и тем же выводам и открытиям? Почему евреи, индусы, китайцы, инки и прочие народы в глубокой древности возвели здания своих религий на одинаковом фундаменте?
Причиной тому не мог быть вымысел, ибо вымысел индивидуален. Это не могла быть традиция, поскольку у каждого народа своя традиция. Не может быть, чтобы это была случайность, поскольку налицо явная закономерность, прослеживаемая во всех Писаниях.
Очевидно, что все авторы Писаний черпали свои знания из одного источника. Каков этот источник? Ответ содержится в самих Писаниях.
Моисей утверждал, что заповеди, которым он научил людей, были сообщены ему самим Богом. Иисус свидетельствовал: «Мое учение – не мое, но Пославшего меня» (Ин. 7:16).
«Истина исходит от твоего Господа. Не будь из тех, кто сомневается», – уверяет Коран (2:142). «У Него ключи тайных дел. Он один знает их. Он знает, что на земле и в глубине морей. Без Его ведома не падает ни одного листа» (К. 6:59).
«Да будет благословенно имя Господа от века и до века! – восклицал еврейский пророк Даниил, – ибо у Него мудрость и сила; он изменяет времена и лета, низлагает царей и поставляет царей; дает мудрость мудрым и разумение разумным; Он открывает глубокое и сокровенное, знает, что во мраке, и свет обитает с Ним» (Дан. 2:20–22).
Вот и ответ: причина сходства основного содержания Писаний в их едином источнике; этим источником, по свидетельству Писаний, является Бог.
Бич и слово
Verber et verbum. [6]
Предположим, Бог существует. Тогда встает вопрос о Его отношениях с человеком.
Теоретически существует две возможности: Бог может либо взаимодействовать с человеком, либо не взаимодействовать.
Во втором случае не отмечалось бы никаких следов влияния Бога на человека, никаких свидетельств Его существования. Для нас было бы все равно, есть Он или Его нет.
Однако уже сам факт, что мы знаем о Боге, думаем о Нем, говорим о Нем, свидетельствует о том, что Он состоит с нами в некотором общении. Причем это общение, уточняют Писания, благотворно для человека: Бог предостерегает от ошибок, наставляет на правильный путь, открывает полезные знания. «Он научил человека тому, чего человек не знал», – утверждает Коран (96:5). Все священные тексты описывают историю взаимоотношений человека и Бога.
Каким образом Бог мог бы воздействовать на людей?
Для этого есть два способа.
Первый способ – воздействие извне, при помощи природных сил, стихий, природных или социальных катаклизмов, ожесточенных войн, землетрясений, неурожаев и тому подобного.
«Овогда отъ рати, иногда же отъ тлҌтворных вҌтр, овогдаже паденiе человҌкомъ, и скотомъ, сиречь смертная язва, иногда же великiя пожары, и иные многiя казни, наводитъ Господь Богъ къ нашему исправленiю», – так описывается этот способ в главе 33 постановлений Стоглавого собора29, состоявшегося в Москве во времена Иоанна Грозного.
Примеры такого способа воздействия во множестве приведены в книгах Ветхого Завета. Взять хотя бы историю о Всемирном Потопе. Разочаровавшись в первой возникшей на земле расе людей, сообщает Книга Бытия, Бог наслал на них великий Потоп, в водах которого «истребилось всякое существо, которое было на поверхности земли; от человека до скота, и гадов, и птиц небесных, – все истребилось с земли» (Быт. 7:23). Другой пример: разгневавшись на нечестивых жителей городов Содома и Гоморры, «пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь <…> с неба, и ниспроверг города сии, и всю окрестность сию, и всех жителей городов сих, и произрастания земли» (Быт. 19:24, 25).
Илл. 11. Гибель Содома и Гоморры. С гравюры Г. Дорэ
Это описание напоминает извержение вулкана. В арсенале Бога имеются и другие средства воздействия: нашествия саранчи, моровые поветрия, неурожайные годы, вызывающие голод, и т. п. Но эти средства – слишком радикальные, слишком грубые. Они годятся для уничтожения неисправимых, на случай если все человечество (или значительная его часть) действительно развратилось в такой степени, что «все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время» (Быт. 6:5, 6), и потому должно быть полностью истреблено.
Но попробуйте таким способом внушить людям, что такое хорошо, а что такое плохо! Вот, например, Бог поразил какой-нибудь народ разрушительным землетрясением. В чем провинились люди? То ли в том, что их царь погряз в разврате и силой отнимает жен у своих подданных, то ли в том, что во время последней войны недостаточно жестоко обошлись с побежденными, то ли в том, что едят свинину?
«Я поражал вас ржою и блеклостью хлеба; множество садов ваших и виноградников ваших, и смоковниц ваших, и маслин ваших пожирала гусеница, – и при всем том вы не обратились ко Мне, говорит Господь. Посылал Я на вас моровую язву, подобную Египетской, убивал мечом юношей ваших, отводя коней в плен, так что смрад от станов ваших поднимался в ноздри ваши; и при всем том вы не обратились ко Мне, говорит Господь. Производил Я среди вас разрушения, как разрушил Бог Содом и Гоморру, и вы были выхвачены, как головня из огня, – и при всем том вы не обратились ко Мне, говорит (скорее, даже жалуется. – Авт.) Господь» (Ам. 4:9-11).
Очевидно, нужны более конкретные указания, более тонкие методы воздействия. А для этого необходимо говорить с людьми не языком стихий, а нормальным человеческим языком. Чтобы поняли.
И тут Бог прибегает к другому методу – воздействию на людей, так сказать, изнутри, при посредстве самих же людей. Достаточно вложить необходимые указания в сознание одного человека – и он сможет растолковать волю Бога всем остальным, даст понять, как следует поступать, а чего делать не стоит, чтобы не навлечь на себя гнев Бога.
Пророки
Не было, чтобы Аллах говорил с человеком иначе, как в откровении, или позади завесы, или посылал посланника и открывал ему по Своему изволению, что желал.
Коран 42:50-51Авторство священных текстов приписывается особым людям – пророкам. Кто такие пророки?
Это люди, посланные Богом разъяснять Его волю. Это люди, в сознание которых Бог вложил свои указания, свои заповеди. «Ибо Господь Бог ничего не делает, не открыв Своей тайны рабам Своим, пророкам», – говорит Писание (Ам. 3:7).
В Коране сказано, что Бог направлял посланцев ко всем народам земли. Согласно исламской традиции, таких пророков было уже 124 тысячи – это символическое число подразумевает бессчетность30.
«Бог посылал пророков с поручением проповедовать и остерегать, – говорит Коран. – Он дал им книгу, содержащую правду, чтоб изъяснить людям предмет их спора» (К. 2:209).
В Коране самим Богом четко определена функция пророка: «Мы не посылали тебя над ними (над людьми. – Авт.) хранителем. На тебе только передача (людям того, что открывает Бог. – Авт.)» (К. 42:47).
«Он послал среди простецов посланника из них; он (посланник. – Авт.) читает им Его (Бога. – Авт.) знамения, и очищает их, и обучает их писанию и мудрости, хотя раньше они были, конечно, в явном заблуждении» (К. 62:2).
Илл. 1 2. Проповедь пророка. С гравюры Г. Дорэ
Явление пророка – событие того же порядка, что великий потоп или низвержение Содома и Гоморры. И столь же редкое. Оно надолго остается в памяти людей.
Религиозные традиции сохранили имена пророков, поэтому во многих случаях мы знаем, кому обязаны обретением знания.
К числу величайших пророков относятся Моисей, Будда, Иисус, Мухаммед – все они считаются основателями великих религий.
Но были и другие: безымянные авторы индийских Вед; еврейские пророки Исайя, Иеремия, Иезекииль и другие, чьи книги вошли в состав Ветхого Завета; создатель маздаяснийской религии Зороастр; основатель манихейства пророк Мани; автор «Книги о Дао и дэ» Лао-цзы; старший современник Будды, создатель джайнизма Вардхамана Джина и прочие.
«Вот – посланники! – говорит Бог в Коране. – Одним Мы дали преимущество перед другими. Из них были такие, с которыми говорил Аллах и вознес некоторых из них степенями» (К. 2:254).
Очевидно, пророки различаются своим пророческим даром или проповедническим талантом: есть «великие» пророки, есть «малые». Кто-то открыл одну частную истину, кто-то добавил свое слово к словам предшественников, кто-то предложил собственное религиозное или философское учение или толкование, кто-то реформировал прежнюю религию.
Илл. 1 В. Лао-цзы. Средневековый рисунок. Китай
«Дары различны, – говорит апостол Павел, – но Дух один и тот же; и служения различны, а Господь один и тот же; и действия различны, а Бог один и тот же, производящий все во всех. Но каждому дается проявление Духа на пользу. Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно» (1 Кор. 12:4-11).
Многие пророки известны не по имени, данному им родителями, а по прозвищу, присвоенному современниками и запечатлевшемуся в памяти потомков. Индийский принц Сиддхартха Гаутама известен как Будда, что значит «просветленный», то есть получивший свыше свет знания. Прозвище Вардхананы «Джина» означает «победитель». Имя «Моисей» (Мошэ) на древнеегипетском языке означало «ребенок», ибо он был подкидышем. Иисус именуется Христом; по-гречески это слово означает то же, что еврейское «Мессия» (машиах) – «помазанник». «Лао-цзы» – это тоже не собственное имя, а прозвище китайского мудреца Ли Эра, означающее «Учитель Лао». Причем Лао – это тоже прозвище; по одной версии, оно означает «старец», а по другой «младенец», то есть «Учитель-старец» или «Младенец-учитель».
Пророки, имена которых мы знаем, жили уже в историческое время и оставили после себя письменные тексты (или эти тексты были записаны их последователями). Но это не значит, что во времена доисторические не было пророков.
«Много ли времени прошло над человеком, прежде чем Мы вспомнили о нем?» – вопрошает Бог в Коране (76:1–3), имея в виду, что никогда не оставлял людей без внимания.
Всегда, с начальных времен, находились люди, получавшие информацию от Бога.
Дар и бремя
«Первыми пророками были, конечно, шаманы», – утверждает современная энциклопедия31.
С этим утверждением можно согласиться, но с оговоркой. Шаманы были первыми, если так можно выразиться, «профессиональными пророками», в том смысле, в каком пророчество считалось профессией у древних иудеев. Но они не были первыми, кому Бог доверил говорить с людьми от Его имени. Не шаманство первично по отношению к пророчеству, но, наоборот, пророчество предшествовало шаманству: шаманами становились те, в ком обнаруживалась пророческая способность.
Одним из отличительных признаков шамана считается общение с существами иного мира (духами, божествами) с целью получения от них знаний, что ставит шаманов в один ряд с пророками, духовидцами и иными посредниками между Богом и людьми. Другим признаком является избранничество.
Шаман отличается тем, что он священнодействует с помощью духов, более того – его избирают сами духи.
У многих народов существует поверье, что человек сопротивляется подобному выбору, не хочет возлагать на себя трудную обязанность быть шаманом. Российский исследователь Л. Я. Штернберг приводил слова знакомого шамана: «Шаманить тяжело, очень тяжело, легче лес рубить, чем шаманить». Сам Штернберг считал: «Талант шамана не дар, а бремя».
Это не просто избрание, подобное назначению на должность. Избранного в шаманы духи забирают в иной мир, и там душа его подвергается пересотворению (этот процесс называют также рассеканием, становлением, перерождением), после чего шаман становится человеком, наделенным необычными свойствами. Пересотворение происходит самыми жестокими способами. Духи могут варить шамана в котле, они освобождают его скелет от плоти, пересчитывают кости. Если обнаруживается лишняя, это значит, что из человека может получиться шаман, если же лишней кости нет, нечего и думать о шаманстве; по верованиям алтайцев-телеутов, кандидат в шаманы без лишней кости должен умереть.
Все это время тело шамана, естественно, остается в человеческом мире, но покрывается синяками, ссадинами либо испытывает все те ощущения, которые выпадают на долю души в мире духов.
Якутские шаманы рассказывают, что тело большого шамана трижды подвергается рассеканию, а маленького — один раз (заметим, что между шаманами, как и между пророками, отмечается некоторая дифференциация по степени их способностей). Все это время он сам лежит ни жив ни мертв. При рассекании голову его снимают и втыкают на верхушку шеста, чтобы он видел все, что будет происходить с ним дальше, а мясо его, разрезав на мелкие кусочки, делят между собой собравшиеся духи. Впоследствии шаман получает власть над тем духом, которому досталась та или иная часть его тела.
Когда кости пересчитаны и страшные мучения пережиты (например, божественный кузнец может заново выковать череп и кости будущего шамана, закаливая внутренние органы слабого человеческого существа), наступает черед следующих испытаний. Нганасанский шаман рассказывал, что даже после всех пережитых мучений он все равно не чувствовал себя шаманом, поскольку сердце его оставалось в ином мире, где над ним продолжали трудиться духи. Но однажды он ощутил, что «сердце вернулось к нему», только после этого он стал настоящим шаманом32.
«Шамана следует, без сомнения, считать первым мистиком. Как известно, мистицизм – это совокупность воззрений, при которых считается, что благодаря ритуальной практике человек сливается с божеством. Шаманский экстаз – соединение шамана со своими духами – совершенно мистический акт»33.
Общение шамана с духами – это ритуал. Он называется камланием (от тюрк, кам — «шаман»). Но камланием принято называть не каждый ритуал общения, а только тот, в ходе которого шаман впадает в транс, или экстаз. В науке сейчас чаще употребляется более точное понятие: «измененное состояние сознания». Находясь в этом состоянии, шаман может прыгать (иногда очень высоко), бешено кружиться на месте, брать голыми руками раскаленное железо, а может спокойно лежать на земле. Здесь важна не форма, а смысл. Когда шаман камлает, состояние его сознания разительно отличается от состояния сознания зрителей, тех, кто присутствует при ритуале. Один нганасанский шаман объяснял русскому исследователю А. А. Попову: «Из-за того что я имею три лишние части тела, одновременно бываю в трех местах… во время камлания, как бы имею три пары глаз, трое ушей… Хотя я еще до сих пор спорю со своими духами, что это неверно, под конец все же должен бываю признать справедливость их слов, что я действительно существую одновременно в трех состояниях»34.
Шаманство – одна из самых древних форм религиозной практики человечества.
Назвать точную дату зарождения шаманства невозможно. Уже наскальные рисунки палеолита, очевидно, изображают некие культовые действия, напоминающие практику шаманства.
Отдельные очаги шаманства сохранились и до наших дней, в первую очередь в тех обществах, которые менее всего затронуты современной индустриальной цивилизацией, где сохраняется родоплеменная структура, – среди сибирских и дальневосточных народов, у североамериканских индейцев, у аборигенов Австралии.
По-видимому, шаманство в той или иной мере было свойственно каждому народу на определенном этапе его развития.
«Шаманство – это универсальная стадия в развитии религиозных воззрений человечества. Указание на существование шаманства сохранились во многих мифологиях, во многих религиях. За фигурой средневековой ведьмы проступает фигура шамана. <…>
В Китае народные культы до сих пор хорошо сохранили следы шаманства. Азия в целом дает множество примеров шаманских культов. Шаманство процветает в Южной Корее, в Непале и Таиланде. Арабы знали шаманов во времена, предшествовавшие исламу. Этнографы отмечают шаманские культы у белуджей»35.
Интересно, что иудейские пророки ветхозаветных времен и пророки других народов сохраняли отдельные черты шамана. Например, в жизнеописании исламского пророка Мухаммеда можно отыскать следы шаманского «пересотворения». По легендам, ангелы разрезали Мухаммеда, очистили его тело, и только после этого он получил пророческий дар36.
Процедуру, подобную шаманскому пересотворению, описал А. С. Пушкин:
И он к устам моим приник,И вырвал грешный мой язык,И празднословный и лукавый,И жало мудрыя змеиВ уста замершие моиВложил десницею кровавой.И он мне грудь рассек мечом,И сердце трепетное вынул,И угль, пылающий огнем,Во грудь отверстую водвинул.(«Пророк»)Избранные к благовестию37
Между древними шаманами и классическими пророками много общего. И для тех, и для других характерно избранничество. Никто по собственному желанию не может вступать в контакт с высшими силами. Чтобы стать шаманом, надо, чтобы дух избрал тебя. Чтобы стать пророком, надо получить санкцию свыше.
Дару пророчества нельзя научиться, его нельзя заслужить, его невозможно перенять: это поистине дар Бога. «Этот Атман[7], – говорится в индийских Ведах, – не постигается ни толкованием, ни рассудком, ни тщательным изучением. Кого избирает Он, тем Он и постигается; тому этот Атман открывает свою природу» (Мундака-упанишада, III, 2:3).
Бхагаван Шри Раджниш говорит: «Никто не может достичь Бога. Всегда происходит обратное: Бог приходит к вам. Он находит вас, когда вы готовы. А готовность – это не что иное, как восприимчивость. Когда вы полностью готовы воспринимать, исчезает эго. Вы становитесь пустым храмом, в котором никого нет.