- -
- 100%
- +
– А зачем? Если не хочешь ничего, тогда просто игнорь дальше…
Конечно, когда слышу это из её уст, думаю, что логично, но я не привыкла, чтобы меня ненавидели или обижались на меня… Обычно парням стоит сказать «нет», так они просто вешают на тебя клеймо целки на всю оставшуюся жизнь и не подходят… А он отчего-то начал всё это…
Поэтому до конца пар я как не в своей тарелке… Жду, когда же будет большой перерыв, чтобы подойти к нему… И не знаю, как это сделать лучше, потому что у меня ладони потеют и всю трясёт, как только представляю наш столь тупой диалог… Однако, когда выходим из аудитории в очередной раз, я тащусь прямиком за ним… Больше нет сил молчать и держать в себе… Я взрослая и нужно отвечать за свои поступки…
– Артур, стой… – одёргиваю его за плечо и тут же ловлю взгляд его котлованов. Поистине это не глаза, а буровая установка… И прямо сейчас он проделывает во мне дыру. – Привет…
Скала молчит и недовольно раздувает ноздри… Представляю, как он злится на меня…
– Я… Мне так плохо из-за вчерашнего… Господи, – прикрываю я лицо ладонями и чувствую, что горю. – Прости, что я так сделала… Но и ты не должен был… Я не хотела… Потому так случилось… Не нужно было так поступать со мной…
От него не следует никакой реакции. Он как смотрел на меня, так и смотрит… Молчит при этом и приподнимает одну бровь.
– Я уже говорила, не люблю насилие… Я растерялась… Теперь мне очень стыдно перед тобой… Потому что я бы в жизни так не поступила… Господи… Артур… – застываю на нём глазами. – Ну, прости ты меня… Артур…
Я ещё даже не договариваю, а он уже хочет уйти. Роняю взгляд в пол и продолжаю тараторить.
– Нет, стой! Ты дослушай… Вот кто так делает, а?! Ты же сам накинулся! Ну чем я виновата?! Артур?! Это спонтанно вышло… Как мышеловка, знаешь… Стало обидно и очень страшно… И я вот так… На эмоциях… Я вообще не хотела… Да я и целоваться-то не умею даже… Ни разу толком не пробовала нормально… От страха задыхаться начала… И вообще… – поднимаю глаза, понимая, что уже наговорила на пол жизни вперёд, причём кучу лишнего, и вижу, что он ржёт надо мной. – Эй! Ты чего?! Артур, блин, скажи хоть слово!!!! – ударяю его ладонью в стальную грудь.
Он вдруг открывает свой рот, показывая мне растарабаненный вдвое язык и крутит у виска пальцем. Достаёт телефон и пишет на нём сообщение, показывая то мне. А я читаю вслух.
– Ты – дура. Сумасшедшая. Я тупо не могу теперь говорить, больно просто.
У меня глаза слезятся. Смотрю на него и начинаю дрожать.
– Прости меня… Я не думала, что так сильно… Ты у врача был?
Он пишет опять, вздыхая и ухмыляясь.
«Нет, нахуя?! Что я ему скажу? Девчонка, в которую влюблен, повела себя как собака на случке?!».
– Ты не влюблен в меня, – тут же делаю шаг назад и хмурюсь, а он так при этом смотрит. Мол аллилуйя. Дошло… И мне пофиг, даже если он назвал меня собакой. Важнее переубедить его, а то не отстанет никогда. – Нельзя быть влюблённым за пару дней! Так не бывает!
«Ещё как можно, блядь!», – толкает мне в лицо экран своего телефона.
– Артур… В общем… Ты простишь меня? – спрашиваю напрямую, хотя там внутри творится настоящий апокалипсис, особенно после того, что он написал только что…
«Если в кино сегодня пойдёшь со мной – да».
Читаю это и тут же вся напрягаюсь.
– Я не пойду с тобой в кино! Прощай просто так! – наезжаю, он начинает ржать, и я понимаю, что тупо, но мне важно услышать.
Однако мой собеседник безапелляционно мотает головой и через боль коверкает распухшим языком внутри. Настойчиво и категорично.
– Ки-но!
Блин, какой же он настырный, а… Я лишила его вербальной функции, а он до сих пор готов со мной куда-то там идти! Я вообще не понимаю… Вот что во мне такого, что его притянуло столь сильно? А что в нём такого? Почему меня вечно тянет посмотреть на него…?
– Блин! – выпаливаю, стиснув зубы и сжав кулаки. – Ладно! Одно кино и всё! Ты извинишь меня и отстанешь от меня! – дроблю, на что он довольно кивает и лыбится. Вот придурок, а… Одно радует, что теперь он точно не потянется ко мне целоваться…
Ну, во всяком случае я надеюсь на это…
Глава 8.
Артур Щербаков
Да похер мне какой ценой… Главное, что уломал. Да, без языка остался. Ночью, сука, лежал и не мог уснуть от этой болезненной пульсации во рту… Но даже это не смогло отвлечь с утра от мыслей о ней… Совсем уже крыша потекла. Как представил, что подо мной лежит и отчаянно всхлипывает… Так унесло куда-то. Пришлось дрочить, нахрен.
Отца дома не было, аж завыл на всю квартиру. Настолько её хотелось. Знакомы всего ничего, а уже вовсю фантазирую, словно наизусть знаю, как выглядит и как пахнет. Ранее никогда бы не подумал, что это вообще возможно.
А сейчас, когда смотрю на неё сверху на первые ряды аудитории… Мечтаю, чтобы это оказалось правдой. Настолько поплыл. Ведь даже в агонии губы распробовал. Захотел ещё… Ещё и ещё целовать… Пробовать. Оккупировать. Не стала бы сопротивляться, будь я чуть мягче, но у меня порой вспышками происходит. Если чего-то хочу, могу голову потерять. С ней, собственно, постоянно как всадник без головы…
До самого конца лекций сижу как на пружинах. Потому что она обещала мне, и как я понял, ей важно, чтобы простил… Но у меня свои условия. Правда теперь без языка ощущаю себя недееспособным, блин… Надеюсь, он в итоге не отвалится у меня… Тогда придётся всегда членом пользоваться… И на первом свидании тоже.
Едва препод говорит, что мы свободны, лечу вниз на эмоциональном подрыве. Лишь бы только из виду не потерять… Моя стоит и трясётся, но ждёт внизу, возле двери. Её подруги при этом хихикают, как всегда, наблюдая за нами. Мне кажется, они уже ставки делают, что она на этот раз выкинет такое… Ведь с особым энтузиазмом подходит к этому вопросу. Изгаляется качественно, будто её этому где-то специально учили. И, видимо, у них тут таких экземпляров до меня не было. Отбрили – слился. И чё, это пацаны, что ли? Ну нахер. Я бы никогда не сдался, наверное…
– Пошли тогда? – спрашивает она, и я киваю. Иду рядом, словно её пёсель… Никогда не понимал таких вот парней, которые ни на шаг от своей не отходят, будто каблуки, а сейчас сам себя в такого превратил.
Скажу сразу… В молчании что-то есть… Потому что общаемся глазами. На каком-то интимном уровне я ощущаю её неловкость и желание съебаться от меня в закат, но внешне она вроде как держится нормально. Понимает, видимо, что шутки закончились… Хватит уже бегать от меня, словно мы подростки, блин. Нам же не по шестнадцать, в конце концов.
Только лезу в приложение, как она кладёт ладонь поверх моего телефона.
– Тут неподалёку кинотеатр есть, идём…
Иду за ней… И опять, конечно же, молчание… Оба поглядываем друг на друга и у меня все мысли о том, что мы оба совершенно точно друг другу нравимся… Тогда в чём проблема, не пойму? Ну не слепой же я. Вижу по ней…
Доходим за пятнадцать минут примерно… На кассе она сжимает лямку своей тяжеленной сумки, в которой носит и ноут, и кучу книг, и смотрит на меня.
– На какой? – спрашивает тихонько, и я пожимаю плечами. Неужели ещё не поняла, что мне всё равно? – Я выбираю?
Киваю, после чего она называет фильм, я расплачиваюсь, и мы подходим к прилавку со всякими напитками и прочим дерьмом. Намекаю на пожрать, но она отрицательно мотает головой. Ну, а я как бы тем более не смогу сейчас… И так с трудом куриный бульон пил через трубочку, сука… Спасибо, драгоценная моя… Блондиночка… Ангел с клыками, блин…
Садимся на места уже затемнённого зала. Примыкая спиной к креслу, расслабленно сижу и бросаю взгляд на её зажатый вид. Положила сумку на колени, сжалась вся, будто боится темноты… И наши глаза встречаются. Я недоумеваю, естественно. Протягиваю руку, чтобы отдала мне сумку, но она продолжает удерживать её как восьмое чудо света, сжав лямку в кулаки. Тогда я чуть сильнее дёргаю. Кое-как отрываю с боем… Кладу рядом с собой. Тут вообще никого толком нет. На улице пять вечера… В зале пять человек… Чего опасаться-то?
Ловлю её испуганные глаза и показываю, как нужно кайфовать, полностью развалившись на своём месте… Она не реагирует даже… Зажавшись, что-то печатает в телефоне, после чего блокирует его и прилипает к экрану ещё на рекламе… Выбрала она, кстати, какой-то новомодный боевик. Хрен знает, чё там будет, да и мне не важно… Фильм уже идёт, а я всё на неё смотрю… Она замечает очень скоро и сразу же реагирует эмоционально.
– Щербаков… – шепчет угрожающе. – Кино!
– Угу, – бормочу с закрытым ртом, но улыбаюсь… Глаз не свожу…
– Ты обещал! Смотри свой фильм! – ворчит, вынудив меня усмехнуться… Отворачиваюсь… Увидев, что она тоже, снова прилипаю к ней взглядом… Вся такая сосредоточенная… Натянутая стрункой. Волосы аккуратно накрывают плечи. Рубашка застёгнута до самой верхней пуговицы. А сверху классическая тёмная жилетка, подчёркивающая тонкую талию… Которую, блин, так хочется сжать, но увы и ах… Минут пять я ещё смотрю, а потом, удручённый мыслями о том, что мне никогда не покорить эту крепость, отвлекаюсь на фильм… И-то мне кажется, что время сыплется как песок сквозь пальцы… Я не успеваю запомнить это…
Однако очень скоро понимаю, что она уронила на моё плечо голову… Свою голову, блин…
Я даже дышу как ненормальный от этого… После чего вообще вдруг осознаю, что она уснула… Блин, капец… Уснула со мной в кино… Чё ночью, интересно, делала? Вряд ли наш прекрасный поцелуй вспоминала, да же?
Но я так кайфую от происходящего… Чуть перекидываю руку за её спину и сжимаю плечо. А она так и спит, сладко прижавшись. Мне кажется, что слюнки готова пустить от релакса… Блядь, чистая эйфория, реально… Одурманен ею настолько, что любую мелочь принимаю за целое событие. Поход в кино и её такую чисто минутную слабость вообще оцениваю по десятибалльной шкале на все одиннадцать… Охеренно просто получилось…
У меня даже сердце в грудине зажало, будто в тисках. Что-то слишком приятное и такое опасное накрыло с головой. Потому что кажется, что чеку из гранаты вытянул и держу… Жду, когда рванёт… Ссыкотно.
Когда фильм кончается… И трое человек в зале расходятся… Повсюду загорается свет. И я не хочу шевелиться… Не хочу пугать. Мне так хорошо сейчас. Максимально просто. Словно вот так она показала мне, что доверяет наконец. Хотя бы немножко…
– Молодые люди на выход… – звучит голос женщины. Киваю, отмахиваясь ей, что понял.
– Лииииида, – шепчу через боль, чуть придерживая за плечо, а она прямо улыбается, блин. Мне аж смешно становится… Но как только голубые глаза распахиваются перед моим лицом, в них тут же приходит осознание, и она испуганно вытягивается передо мной, начиная рыскать повсюду в поисках своей сумки.
– Блин… Извини… Я вообще не собиралась. Не хотела… Не спала просто, всю ночь переживала…
Я только улыбаюсь, передавая ей её добро… Потому что и сказать-то не могу. Так бы обязательно поъебал… Как же можно терять такую возможность…
Из кино выходим сразу же после этого.
– Извини ещё раз, что уснула… Блин, это было тупо… – говорит она, нахмурившись, а я тяну ей руку. Смотрю на неё… Выжидательно и остро. Мне так нужно, чтобы взяла… На каком-то внутреннем уровне необходимо, чтобы убедиться, что я всё правильно почувствовал…
Её взгляд при том устремляется на мои пальцы… Испуганный и настолько уязвимый.
Она мотает головой, а я перебираю пальцы, настаивая.
Только тогда чувствую, что даёт мне ладонь. Свою маленькую прохладную ладонь… Подсознательно понимаю, что замёрзла, хоть и не говорит… Поэтому почти сразу же приземляю на её плечи свою тяжёлую куртку… Так и идём к ней домой…
Медленно, не спеша… И самое главное, молча… Кажется, что я снова вернулся в то время, когда мне было пятнадцать, и я боялся провожать свою первую девчонку. Уже и не помню, как звали… Потому что не ощущал такого ранее. А сейчас как влетело внутрь осколком. Настолько она мне понравилась.
Мы в таком формате до самого её дома добредаем. Она скидывает мою куртку с плеч и аккуратно передаёт, поёжившись.
– Спасибо… – роняет взгляд вниз, и я касаюсь её лица рукой. Чуть задеваю волосы, убирая те за ушко. Хочется сказать… Многое… Но ограничен сейчас. Только жесты, движения и сообщения. И она смотрит на меня с сожалением. – Пока?
Киваю, взмахнув пальцами… Лида отходит на два шага, бросает последний взгляд в глаза и тут же убегает в свой подъезд, оставляя меня стоять там и прислушиваться к порывам собственного сердца. Хз чё это такое. Ей сказал уверенно, что влюбился… Точнее, написал. А на деле не знаю… Впервые же.
Тащусь обратно к универу за мотом… На нём она ездить боится… Или её взаимодействие отталкивает. Прижиматься же нужно. Возможно, суть в этом… Хотя у неё охуенно так получается прижиматься во сне. Мне вообще сегодня понравилось. Аж всего молниями прошило, пока сидел. Кайф словил лютый…
Отца опять нет, так что можно гонять хоть до самого утра… Да вот незадача… Как только приезжаю домой, получаю сообщение от неё… И ехать уже никуда, нафиг, не хочется… Хочется утонуть в этом телефоне и потеряться там навечно.
«Знаешь, мне так стыдно за ту ситуацию… Я об этом столько думаю. И что уснула стыдно».
Разблокировала… Сама написала… Ёб твою мать. Я даже поверить не могу, что это случилось, нахрен.
«Всё в порядке. Мне понравилось. Очень даже».
«Ты про укус, я надеюсь?».
«Конечно», – отправляю со смайлом чертёнка. – «У меня квартира опять свободная… Но ты, конечно, не приедешь заниматься?».
С надеждой… А вдруг…
«Нет, Артур. Ни за что. Ещё раз извини за язык».
За язык, блин… Странные ощущения. Вроде и болит, и обмякает теперь во рту… От кайфа.
«Лида… Давай нормально вместе побудем… Поговорим. Когда я смогу говорить…».
«Зачем?».
«Ты знаешь, зачем», – настаиваю, и некоторое время карандашик вновь и вновь всплывает на экране. Нерешительная моя зазноба…
«У нас всё равно ничего не получится».
Опять двадцать пять, ёпту… Ей самой не надоело?
«Кто сказал? Фельдмаршал в твоей крови?».
«Артур… Ты же видишь, что я не такая, как другие. Не получится и всё».
Не такая, блядь… А какая? Вроде бы ничего инопланетного я в ней не заметил… Хотя, может, плохо смотрел…
«А я такой, как другие?».
«Ты ещё хуже», – отправляет, заставив посмеяться.
«Да? И чем это?».
«Ты вынуждаешь меня тянуться к себе».
«Я вынуждаю? А, может, ты просто тянешься сама? Потому что, блин, этого хочешь?».
Ответа больше не поступает. Хотя она прочитала… Ладно хоть не заблокировала снова… Но из сети пропала… Ссыкуха, блин…
До самой полуночи я жду, что всё-таки напишет… Хотя бы строчку… Но так ничего и не получив, беру с собой шлем и тащусь проводить время среди улиц и немого драйва… Чтобы хотя бы на миг выбросить её из своей воспаленной башки…
Глава 9.
Лидия Меньшикова
Даже не знаю, как просидела с ним в кино… Только то, что уснула, и помогло… Потому что рядом с ним всё слишком. Я не привыкла, и я не могу…
Но он никак не оставляет попыток. Пишет мне, зовёт к себе… До сих пор не пойму, что такой как он нашёл во мне? Психологические травмы?
Что ему мало проблем, что ли? Ведь видно же, что я не такая, как все… Что пока все играют в отношения, я не могу их даже представить… Просто в своей голове.
Дома еле прихожу в себя, и то благодаря маме, которая, кстати, замечает мои изменения…
– Лииид… Ты какая-то взбаламученная сегодня… Всё в порядке?
– Да, всё хорошо…
– Задержалась… – улыбается она. – Уж не с мальчиком была?
Мотаю головой в ответ как партизан. Потому что не хочу делиться тем, чего нет… Но по её хитрой ухмылке понимаю, что она не до конца мне верит…
В своё время я не смогла с ней поделиться, тем более, что она постоянно была занята работой… Одна ведь всё на себе тащила… А теперь, мне кажется, уже поздно рассказывать. Я это в себе задавила и не хочу вытаскивать наружу…
Мы ужинаем, я ложусь спать и это его…
«Я вынуждаю? А, может, ты просто тянешься сама? Потому что, блин, этого хочешь?».
Выбивает все здравые мысли из моей головы… Это меня дезориентирует. Я ни о чём не могу думать… Особенно, когда в районе часа ночи слышу рёв мотоцикла у себя под окнами… Понимаю, что это паранойя. Не может же он тут ездить и мотать круги, как сумасшедший… Это кто-то другой, но…
Сердце всё равно тянется посмотреть…
С высоты моего этажа плохо видно… Знаю, что в университет Артур обычно приезжает в рубашке, тяжёлой кожаной куртке и джинсах. А там вижу прям-таки байкера в экиперовке, носящегося туда-сюда по прямой дороге и поднимающего мотоцикл на дыбы… И как не боятся вот так ездить? Ненормальные…
Снова возвращаюсь в кровать и ложусь, поймав подушку. Мне кажется, что на его тёплом плече я выспалась на ночь вперёд. Теперь и не знаю, когда смогу уснуть… Думаю о нём. Постоянно думаю, и это всё начинает очень сильно меня тревожить… Мысли странные, тягучие… От поцелуя, так вообще скручивающие в районе живота. Раньше меня такие не посещали. Или же я просто точно так же их в себе давила, не знаю… Но Артур определённо вызывает у меня какие-то странные новые эмоции…
Ложусь на спину и сканирую потолок…
Снова хватаю свой телефон.
«Хочешь… Хочешь… Сама этого хочешь» курсирует перед глазами. Вопрос… Хочу ли? Может ли он оказаться прав, что действительно тянет меня к себе? Чувство, что я могу быть нормальной… Испытывать те самые эмоции к другому человеку просто разрывают меня на куски после всего.
Порой я вспоминаю момент предыдущей нежелательной близости и мне становится так больно… Как же тогда повезло, что дело не дошло до конца. Я бы сейчас никогда не смогла даже думать об этом, наверное… Даже предполагать что-то такое…
Вздыхая, я ещё долго не могу уснуть, но в конечном итоге всё же ловлю плюшевых единорогов, отодвинув свои дурные мысли на второй план…
***
– Привеееееет! Ну как с новеньким? М? Продвинулись дальше укусов? – издевается Каринка и ржёт, приобнимая возле ворот универа. Сегодня у меня двоякие ощущения с утра… Я проснулась и поняла, что хочу его увидеть… Но так же поняла, что боюсь этого. Просто безумно боюсь…
– Привет, нет. Это была единственная наша слабость, – смеюсь я в ответ, и она прям-таки иначе на меня смотрит.
– Ого… Ты сегодня не злюка… Кайф…
– А обычно я что злюка?!
– Конечно, – дёргает она меня за руку и тащит внутрь корпуса. – Не хочу о новеньком, прекрати, перестань и бебебебебе. – передразнивает она меня, показывая язык, а я возмущенно цокаю.
– Спасибо, блин, большое… Лучшая подруга!
– Чтоооо?! Что я сделала опять?! – смеётся она в ответ, а потом мы подходим к аудитории и… Путь мне тут же преграждает широкоплечая высокая фигура.
– Привет, – здоровается он вполне нормальным голосом, и я смотрю на него, ощущая тяжесть в ногах и онемение в грудной клетке. Я на его глаза просто не могу смотреть. У меня сразу тахикардия. И сухость во рту. В ушах звенит… почему он так глубоко ими достаёт? Как прекратить это воздействие?
– М-м-м… – мычу бессвязно. – Привет… – тихо, даже более чем, произношу в ответ.
– Слышала меня вчера? – спрашивает, чем заставляет меня пошатнуться.
– В смысле?
– В смысле, я носился перед твоими окнами до трёх ночи, – ухмыляется он, и я хмурюсь. Так и знала, что это он… Не только слышала, но и чувствовала… Вот же дурак, а…
– Как твой язык? – отвлекаю его от своих переживаний, чтобы не дай Бог по взгляду моему не прочитал…
– Нормально… Но повторять не станем, да, малышка? – ставит меня в тупик и вгоняет в краску своим очередным подколом.
– Артур… Сейчас пара начнётся…
– Но ещё не началась ведь… – парирует он. – Пойдём поболтаем немного… Пошли… – тянет руку, но я просто молча иду за ним, громко вздохнув. За руку его не беру, хоть и помню, как вчера с ним шли… У меня внутри всё кипело. Я же чувствовала, как он перебирает мои пальцы… Чувственно и совершенно не по-дружески…
Отходим мы туда, где никого нет. Я, как обычно, стискиваю лямку своей сумки, а он смотрит на меня, будто буравит взглядом. Никак не успокоится.
– Говори… Хотел же…
– Да я посмотреть на самом деле… Уже соскучился…
Молчу, потому что не знаю даже, что сказать… С ним мне не по себе. Он говорит всё так, словно ему ничего не стоит. Не боится даже того, что отошью. Мне кажется, Артур вообще ничего не боится.
– Завтра уже работу сдавать… – говорю я, специально сменив тему.
– Помню… Хотел предложить позаниматься всё-таки? Сегодня вечером?
– Ну… Можно, наверное… Только недолго… Ладно?
– Ладно, – улыбается он, опять касаясь моих волос. Я уже не могу от этих жестов… Понимаю умом, что внимание. Что он так пытается как-то соединиться, стать ближе, но не могу просто, потому что не моё это. Не хочу я всего этого.
Вижу, что приходит преподаватель издалека и указываю взглядом в ту сторону.
– Стой… – хватает он за руку, когда уже хочу уходить. – Почему не ответила-то вчера? Хочешь ведь… Я по глазам вижу, что хочешь общаться…
Хмурюсь и мотаю головой.
– Ты что-то не то видишь…
– Это ты что-то не то отражаешь… Дай мне шанс, блин… Лида… Я из кожи вон лезу…
– Но я не просила… Для меня всё это и без того перебор, пойми, Артур, – забираю свою руку. Почему-то глупое сердце при этом рычит на меня и показывает недовольство… Мол прекрати его отталкивать, а я нарочно стою на своём. Не будет, как оно хочет. Потому что тело никогда уже не примет этого… И обманываться даже не хочу.
– Не понимаю тебя… В чём перебор? Между нами, блин, ваще ничего ещё не было… Один поцелуй и то… Блядь, да… – опирается он на подоконник обеими руками и смотрит в пол. Вижу, что измучила. Уже думаю, что психанёт и уйдёт, но он же у нас с характером парень. Никогда, кажется, так не сделает. Просто стоит и пыхтит, а потом поднимает на меня взгляд.
– Давай сумку. Пошли в аудиторию… – настаивает, ожидая моих действий, но я схватила её намертво, как обычно. И пока он не выдирает… Так и не отдаю… А потом он вешает её себе через плечо и свободной рукой берёт мою. Нагло и бескомпромиссно… Не оставив мне выбора. – Пошли…
Донося мою вещь до места, оставляет, а сам молча направляется наверх. Карина при том замирает в тихом отчаянии, наблюдая за тем, как уходит.
– Что такое?
– Ничего… – отвечаю коротко и утыкаюсь в тетрадь.
Все лекции стараюсь ходить как мышь… Артур, правда, постоянно помогает мне и носит за меня сумку, блин… А я хожу за ним… Оба молчим…
К вечеру, когда остаёмся в одной из аудиторий, начинается ливень…
На каждой вспышке молнии, я вздрагиваю, покрываясь мурашками, потому что не люблю такие громкие звуки и эти всполохи, которые так или иначе пугают, конечно.
– Ты чего, трусишка? – улыбается, насмехаясь.
– Не люблю грозу…
– Я тоже… Потому что на мотике не погоняешь особо, когда так…
– М-м-м… Блин…
И снова долбит в окно… Звуки такие, что я вжимаю голову в плечи, но мы всё же сидим и делаем презентацию, а потом вдруг…
– Зашибись… – выдаёт Артур в темноте, когда в аудитории пропадает свет. Окно тут одно и маленькое, в итоге сидим напротив друг друга перед горящим экраном ноута, который показывает всего пятнадцать процентов заряда.
– Блин… Думаешь, надолго вырубило?
– Очевидно, да…
– Я тогда дома доделаю, – тут же встаю с места и начинаю собираться. А он смотрит таким сердитым взглядом. Уже начинаю чуять неладное. Не отпустит…
– Не… Не прокатит. Я тоже хочу принимать участие…
– И что ты предлагаешь? Как быть тогда?
– Поехали ко мне… Отца ещё нет, – говорит он, чем заставляет нахмуриться.
– Артур… Я говорила уже…
– Я помню всё. Но, смотри… Света нет. У меня болит язык. И мы не доделали презентацию, а завтра сдавать… Два часа у меня и всё будет готово, ты спокойно поедешь домой на такси… Я обещаю, что и пальцем тебя не трону, Лида…
Смотрю на него и не знаю, что делать. С одной стороны, он прав… С другой…
– Нет, я так не могу… – снова начинаю собираться.
– Нет, погоди… – останавливает меня, прихватив за плечо. Он никогда сильно не хватает… Просто настойчиво, что ли. – Можешь… Ты можешь, и нет ничего такого. Поехали ко мне… Отец задерживается… Приедет в десять, ты уже будешь сладко спать дома… Или… – достаёт он телефон, включает на нём фонарик и подносит к подбородку, подсвечивая лицо и состроив ужасную гримасу. – Я буду делать таааак…
Я начинаю смеяться… Потому что всё-таки он дурак, конечно.
– Не знаю, Артур.
– Поехали… – ещё раз повторяет, а потом показывает телефон. – Машина через две минуты будет… Пойдём…
Снова берёт мою сумку, помогает закрыть дверь, подсвечивая мне замок, а потом ведёт за собой, освещая нам путь… За руку. Снова… Ненароком я опять подмечаю, какие широкие и тёплые у него ладони. И мне нравится их держать. Нравится, что он сжимает мои пальцы, но предоставляет пространство, чтобы я могла забрать их, если захочу.