Имеем право

Девушка, стоя у зеркала, тщательно подводила глаза, и критически рассматривала себя. Ее щеки раскраснелись, а глаза блестели лихорадочным блеском от предвкушения сегодняшнего вечера, но тень сомнения в правильности того, что она задумала еще лежала печатью на лице и отражалась в зеркале. Но, как вы помните, Маринка же не привыкла себе отказывать ни в чем, ни в каких желаниях. Вот и сейчас, решительно затолкала все свои сомнения в глубину своего сознания. А на внезапно возникший в ее голове вопрос: – «А как же Таня? – тут же сама себе дала ответ: – За свое счастье нужно бороться!»

И вот с таким смелым настроем, положив в свою сумочку записку подруги для Виктора, девушка отправилась на свидание с чужим, по сути, парнем.

Подходя к трамвайной остановке, Маринка, неожиданно даже для самой себя, словно маленькая девочка, загадала: «Если сейчас трамвай придет сразу же, без ожиданий, значит, я все делаю правильно». И, о чудо! – трамвай «семерка», который ходил в их районе крайне редко – показался из-за поворота одновременно с подходившей к остановке девушкой.

Маринка обрадовалась такому совпадению, села к окошку и решила еще загадать: «Если куплю билет со счастливым номером, то я точно на верном пути!» Подошедший кондуктор взяла у Марины деньги и протянула девушке билет. Маринка даже глаза зажмурила от волнения, а когда открыла и, взглянув на цифры (371254) мгновенно их сосчитала, то сразу же успокоилась – билет был счастливым! «Замечательно! – подумала она.

Ну и чтобы закрепить свой успех, чисто по-детски, решила и в третий раз проверить свою судьбу и загадала: «Если Виктор встретит „меня“ цветами, то все будет хорошо!» – и, в волнении закусив губу, автоматически сделав пересадку на другой маршрут, в напряжении просидела всю дорогу до самого парка, боясь разочароваться.

Когда вагон остановился на нужной остановке, девушка на ватных ногах спустилась с подножки трамвая и направилась вглубь парка, к фонтану, туда, где Таню сегодня должен был ждать Виктор. Маринке было страшно, она отчаянно трусила, но упрямо шла к своей намеченной цели.

Летний августовский вечер был очень теплым, почти жарким, и даже старые тенистые деревья парка вовсе не дарили в это время прохладу, но Маринку била неприятная дрожь. Ей стало холодно. Она даже спиной чувствовала озноб, и руки оказались ледяными. «Что это со мной? Заболела, что ли?» – изумленно подумала Марина. Она посмотрела на свои часики и машинально отметила, что как раз успевает. А когда уже подходя к фонтану, огляделась и увидела сидящего на лавочке Виктора с букетом цветов, то выдохнула весь свой накопившийся страх и почувствовала как жаркая волна поднимается от пяток до самой макушки, согревая и успокаивая ее всю.

«Оказывается, это я мерзла от нервов и напряжения! А все три моих гадания оказались верными! Классно! Значит и я на верном пути!» – от радости Маринка заулыбалась и, гордо выпрямив и без того ровную спину, осмелев, ускорила шаг и помахала Виктору рукой.

Парень, заметив Марину, удивленно поднялся ей навстречу, ища взглядом Танюшку.

«Ах, какой он сегодня красивый! Одет модно, весь такой взрослый, крепкий, основательный!» – мысленно отметила Маринка, яркой птичкой подлетев к Виктору. Она чмокнула его в щеку и потянула парня за руку, увлекая его обратно на лавочку. Присев рядом с ним, с трудом сдерживая свое хорошее настроение, и попытавшись придать серьезности и трагичности в голосе, произнесла:

– Витюш, приветик! Я сегодня вместо Танюшки.

– Что случилось? Что-то с Таней? – обеспокоенно спросил парень, с тревогой вглядываясь в лицо Марины.

– Ну как тебе сказать…. – начала говорить Марина, судорожно пытаясь придумать с чего бы лучше начать и выдала: – Мне тяжело тебе это говорить, но видимо придется быть тем самым вестником, который приносит плохие новости, прости…. – и всхлипнула. Это у нее получилось почти натурально от страха и волнения.

Виктор растерянно посмотрел на сидящую рядом девушку, потом опустил глаза на цветы в своих руках и отбросил ставший ненужным букет цветов в сторону. Освободив руки, он, неожиданно для Маринки, крепко схватил ее за плечи и встряхнул ее со словами: – Да говори же толком, что произошло, почему Таня не пришла? И что ты тут вместо нее делаешь?

Марина ойкнула от испуга, увидев, каким страшным блеском, горят у парня глаза и, пытаясь увернуться из тисков его рук, заторопилась объяснить:

– С твоей Таней все в порядке. А здесь я потому, что она сама велела мне к тебе прийти вместо нее. Это она сказала мне, где и во сколько у вас назначена встреча. И что я сама могу принять решение – идти к тебе или нет. Вот такие дела…. – и она, освободившись наконец-то от его рук, сжалась на лавочке, потирая плечи и с вызовом глядя на парня.

– Прости, – испуганно прошептал Виктор, осознав, что своей хваткой причинил девушке боль и растерянно продолжил: – Прости, но я совсем ничего не понял. Давай как-то иначе, последовательней, что ли, расскажи – что там произошло за сегодняшний день.

– Ну, слушай тогда, раз сам просишь. В общем, наша Таня уехала… – Марина вздохнула, и как в холодную воду прыгнув, решительно закончила предложение: – … со своим одноклассником на море.

– Что? – изумился Виктор и даже отодвинулся в сторону и недоверчиво покачал головой: – Не может быть…

– Как видишь – может, да еще как! – с вдохновением продолжала выдумывать Марина. – Она сегодня рано утром примчалась на нашу работу и написала заявление без содержания по семейным обстоятельствам. Сказала, что пока на две недели, а там видно будет, – а отметив, что парень внимательно слушает и не перебивает, уверенно продолжила: – Я у нее спросила – вот как ты меня сейчас – «что случилось?» И прикинь, что она мне ответила?! Оказывается вчера, когда мы после встречи с вами вернулись домой, то возле их дома, у калитки ее дожидался одноклассник Димка. Он – Танина первая любовь. У них был сумасшедший роман в школе, но они по каким-то причинам расстались год назад и вот он неожиданно вернулся к ней и на коленях умолял его простить и начать всё сначала. И наша Танюшка не устояла. – Маринка вздохнула-выдохнула, с сочувствием глядя на то, как Виктор побледнел и как у него нервно сжимаются руки в кулаки. Но ее уже понесло, и она, набрав воздуху, смело продолжила: – В общем, она была такая радостная сегодня утром, выглядела счастливой и попросила меня, чтобы я вечером пришла сюда, вместо нее и все тебе объяснила. Ну, что она просит у тебя прощения и желает тебе счастья. Вот как-то так.

– Не верю…. Такого не может быть. Она не могла…. – парень растерянно посмотрел на Марину: – Почему она сама мне честно не сказала, а тебе велела прийти?

– Да потому что они уезжали срочно, утром! А тебя же дома не было сегодня. – Марина начала быстро и убежденно говорить, заглядывая Виктору в лицо. – Таня сказала, что ты должен будешь весь день командировку у себя в конторе оформлять, вот она мне и поручила все на словах тебе передать. Чтобы ты ее забыл, не держал на нее зла, и что она возвращается к своему любимому парню. – И тут же вскрикнула, возмущенно: – Ты что, мне не веришь? Я все дела бросила, к тебе через весь город примчалась, а ты еще в сомнениях каких-то насчет меня?! – И так вошла в роль, что даже слезы на глазах навернулись.

– Странно как-то все это слышать, – потерянно произнес Виктор. – Ты не обижайся, я и правда, поверить не могу. И не потому что, ТЫ это говоришь, а потому что такого просто не может быть. Это аксиома!

– Ну не знаю, «может или не может», но то, что заявление она написала – это правда, можешь прийти к нам на работу, я тебе покажу. – Марина уже успокоилась и взяла себя в руки. Она начала говорить спокойно и убедительно и сама в это отчаянно верила. – И то, что она уехала сегодня, тоже правда. У ее мамы можешь спросить, если мне не веришь. Ну и потом, когда Таня вернется – если вернется, – уточнила она, загадочно усмехнувшись, – то ты сам у нее все и узнаешь.

– Но она никогда мне ничего не рассказывала о своем парне. Как же так – ни с того ни с сего, вдруг взяла и уехала? – покачал головой Виктор.

– Вот ты странный какой! – удивленно воскликнула Марина. – А ты что ей обо всех своих девушках, с кем раньше встречался, рассказывал?

– Да, ты права, о прошлых увлечениях мы с ней не говорили… – парень согласно кивнул и, потерев висок, вздохнул: – Но все же, должна же быть какая-то разумность. Хоть бы письмо передала… – огорченно развел руками Виктор.

– Да какое там письмо! – Махнула на него рукой Марина. – Ты бы ее видел утром – глаза горят, щеки пылают, вся возбужденная, аж подпрыгивала от нетерпения – скорее уехать. Спешила она очень. Потому и такие скупые слова для тебя передала.

– Невероятно… Она мне такой милой, честной, наивной показалась… – Виктор вздохнул и судорожно глотнул. – Неужели, все так призрачно оказалось…. Расчетливо…. Не понимаю, почему…

Марина участливо дотронулась до его руки и, хлопнув ресницами, предложила-попросила хриплым голосом:

– Я и сама ничего не понимаю…. Давай купим воды какой-нибудь. У меня от переживаний за тебя во рту все пересохло.

– Да, конечно, извини, я как-то не подумал…. – пойдем, поищем, где тут продают что-нибудь выпить. – И, парень тяжело поднялся с лавочки и задумчиво шагнул в сторону, тут же совершенно забыв об оставшейся сидеть Марине. У него на лице отражалась такая боль, что Марине вдруг стало ужасно стыдно за свой обман. Но… дело сделано, обратно слова не вернуть и в шутку сказанное не обернуть. «Ну что ж, ладно, не буду руки опускать. Нужно его успокоить, отвлечь как-то, а там посмотрим – чья возьмет! Может и прокатит!» – настроила себя Марина, поднимаясь с лавочки и скользнув глазами на оставленные Виктором цветы.

Букет был очень красиво оформлен, в нем были и розовые герберы и веточки шикарной белоснежной гипсофилы и блестящие зеленые листья какого-то экзотического растения. И все это упаковано в светло-розовую бумагу! Маринке жаль было оставлять такую красоту, и она, прихватив с собой букет цветов, позабытый Виктором и предназначенный для ее подруги Танюшки, поспешила за парнем.

Она догнала Виктора и хотела взять его под руку, но парень вздрогнул от ее прикосновения и удивленно на нее посмотрел. А увидев в руках у девушки букет цветов, который показался ему сейчас таким глупым, неуместным и абсурдным, что Виктор резким движением выхватил у девушки букет и, шагнув к ближайшей урне, со злостью затолкал ни в чем не повинные цветы в самую ее глубину.

Маринка, не ожидавшая такого поступка от уравновешенного и всегда спокойного в общении Виктора, в страхе прижала руки к груди. Она оглянулась по сторонам, и ей стало нестерпимо обидно от того, что она оказалась сейчас участницей такой ужасной сцены, и что прохожие с любопытством и насмешливыми улыбками разглядывают ее, как якобы виновницу скандала, что от досады покраснела и… заплакала. Горько, навзрыд, закрывая лицо ладонями.

Ей сейчас совершенно не было стыдно за свою ложь Виктору и за свое предательство подруги. Ни капельки! Но вот от того, что она в глазах окружающих выглядит сейчас некрасиво, ей стало неприятно и ужасно обидно.

А Виктор, увидев рыдающую Марину, понял все по своему – он решил, что девушка очень переживает за Танюшку и за то, что та так поступила с ним. И он, чисто импульсивно, шагнул к Марине и как истинный мужчина, который не выносит женских слез, обнял рыдающую девушку и прижал к себе, успокаивая и поглаживая по плечам. И убеждая, что все обязательно изменится и наладится. Кого больше он пытался в этот момент успокоить – плачущую Марину или самого себя, это уже было не важным.

Парень сейчас абсолютно не понимал, что это такое вдруг вокруг него и с ним самим начало происходить и происходит. Он был в ступоре. Его математически устроенный мозг отказывался думать логически. Его успокаивало лишь то, что он пытался сейчас хоть как-то мыслить и что-то делать, пусть даже на автомате, интуитивно. Главное – не сойти с ума от ужасной новости, которую принесла ему сегодня подруга его «любимой Танюшки». Так он наивно называл свою девочку до сегодняшнего известия о ней.

Странная горечь утраты накатила на Виктора волной. Разочарование, смятение, досада, обида и даже ростки злобы – все эти чувства смешались в один жаркий комок, который начал пульсировать в умной голове парня. «Как же так? И что теперь? Ну, хоть плачь! Но…, но мужчины ведь не плачут», – стискивая зубы, убеждал себя парень, продолжая машинально обнимать Маринку за плечи.

А Маринка плакала и радовалась одновременно, находясь в объятиях парня. И такими сладкими и приятными показались ей крепкие объятия Виктора, которые совершенно не были похожи на жеманные обнимашки Витальки, что Маринка непроизвольно с силой сама обняла чужого, по сущности, мужчину, и с надрывом всхлипнув еще раз, затихла и уткнулась лбом в его плечо.

Виктор, видя, что девушка перестала плакать, отстранился и с удивлением и участием посмотрел в лицо Марине. А Маринка, испытывая страх, стыд и радость одновременно, робко посмотрела на Виктора и, не встретив в его глазах осуждения, улыбнулась ему с облегчением и прошептала:

– Витюш, скажи, что все будет хорошо… у всех. И у тебя и у меня и у Танюшки… и, даже у Витальки…. Скажи, а?! – и жалобно продолжая смотреть ему в глаза, удерживала его руки, ожидая ответа.

Виктор немного растерялся от таких слов, и осторожно освободив свои ладони из цепких рук Марины, взял девушку за локоть и отвел немного в сторону, чтобы не привлекать и дальше любопытные взгляды прохожих. И уже отойдя на приличное расстояние, спросил?

– А что ты имела в виду, говоря «и у Витальки»? С ним, что – тоже что-то случилось?

– Да нет, думаю, что у Виталия все в порядке. Это скорее у меня что-то случилось, – и тяжело вздохнув, отметив краем глаза, удивление и любопытство в лице Виктора, продолжила: – Знаешь, я решила с ним больше не встречаться, мы разные. – И опустив голову, как провинившийся ребенок, замерла в ожидании реакции.

– Да что ж такое происходит-то с нами! – воскликнул потрясенный Виктор. – А у вас-то, что не так?

– Да всё не так! – нервно ответила Марина, поднимая на парня глаза. – Мне не нужны легкомысленные отношения – ля-ля, тополя. Я семью хочу, детей, уют в доме. Понимаешь? – и даже руками взмахнула и отвернулась в сторону на миг. А потом посмотрела на Виктора, который от изумления не проронил ни слова и с вызовом добавила: – Ну, давай, скажи еще и ты, что, зачем, мол, мне это нужно? Что ж вы все такие толстокожие и непонимающие! – и опять ее глаза наполнились слезами.

Маринка сама себе верила в то, что сейчас говорила. От этого и заплакать было не трудно. Она словно видела себя со стороны и боялась переиграть. Поэтому устало махнула рукой, повернулась и пошла в сторону выхода из парка. Она очень надеялась, что Виктор не даст ей вот так уйти, он ведь очень порядочный и воспитанный! И она все правильно рассчитала – Виктор действительно, через секунды догнал ее и остановил, удерживая двумя руками. Он был настолько растерянным и сломленным, что Марина боялась произнести хоть слово невпопад. И она просто молча смотрела на него, вложив в свой взгляд всю вселенскую скорбь, на которую только была сейчас способна.

А у парня в голове в этот миг был целый калейдоскоп видений и мыслей, скачущих и перескакивающих с одной на другую без всякой логики. И он сам, пожалуй, впервые со времени их совместного знакомства, от отчаяния предложил:

– Слушай, я что-то никак не соберу свою голову в один целый механизм для умных рассуждений и не могу найти ответа на извечный вопрос «Что делать?». Давай перезагрузим сознание, пойдем, выпьем чего-нибудь покрепче воды, посидим где-нибудь что ли…

Марина недоверчиво на него взглянула, боясь радоваться такому неожиданному долгожданному предложению, но продолжая играть, нерешительно пожала плечами и произнесла:

– Ну, давай, раз ты так хочешь…. – и покорно вздохнула.

Виктор решительно тряхнул головой, взял Марину за локоть и, оглядываясь по сторонам в поисках кафе, повел Марину к выходу из парка. Далеко им идти не пришлось, на пути им попалось какое-то небольшое летнее кафе и они, не сговариваясь, направились к нему.

Виктору сейчас было абсолютно все равно, где и в каком месте они сядут за столик – ему впервые захотелось тупо напиться, хоть с кем-нибудь и забыть все ужасы сегодняшнего вечера.

А взыскательной и капризной Маринке, обожавшей пафосные и модные места, сейчас было все равно где посидеть, за каким столиком – лишь бы вместе с Виктором! Впервые их желания совпали.

Кафе оказалось простеньким, небольшим – такой, знаете, временный летний вариант. В этом маленьком кафе даже официанта не предусматривалось и они оба подошли к барной стойке, чтобы заказать что-то из напитков. Виктор, словно на автопилоте, попросил у бармена для себя графинчик водки и бутылочку пепси-колы, а потом, вопросительно взглянув на Марину, и не ожидая от нее просьб, принял собственное решение и начал заказывать, лишенным эмоций, голосом: «Красное вино для девушки, фрукты….». Но Маринка смело прервала парня на полуслове и, положив свою руку ему на плечо, и глядя Виктору в глаза, решительно сказала:

– Не нужно вина. Я, пожалуй, тоже выпью с тобой водки! – и, не обращая внимания на удивление парня, повернула голову к бармену и добавила уже для него: – Давайте нам вместо графинчика – бутылку хорошей водки. И лимон порежьте. И оливки, если можно, – и только после того, как бармен согласно кивнул, упрямо взглянула на своего спутника. И не давая ему опомниться, потянула его за руку к дальнему столику, в темном уголке кафе.

Виктор, который сначала несколько опешил от такого напора Маринки, всегда раньше казавшейся ему легкомысленной и почти гламурной, сев напротив нее за стол, впервые с восхищением осмысленно оглядел ее всю и воскликнул:

– Вот не ожидал от тебя! Но, черт побери, ты сейчас попала мне в настроение! Мне просто необходим единомышленник, чтобы снять стресс. А пить в одиночку я не привык. Так что спасибо за компанию и понимание.

– Да, не за что, – снисходительно ответила Марина, и, совершенно не улыбаясь и продолжая быть серьезной, сказала: – Мы же друзья, и должны спешить на помощь друг другу.

– Как Чип и Дейл, – невесело усмехнулся Виктор, а тут бармен принес им на подносе их заказ, и Виктор, помогая расставить все на столе, переключил свое внимание на стаканы и рюмки.

Когда водка была разлита, парень, ничего не говоря, просто поднял свою полную рюмку над столом и, кивнув Маринке с призывом присоединиться, молча выпил до дна. Девушка, глядя на парня, тоже лихо опрокинула в себя такую же полную рюмку и слегка сморщившись, потянулась за лимоном.

Виктор, не закусывая и изумленно глядя на Марину, налил по второй. Теперь уже Марина первой подняла свою рюмку, и, глядя на парня, молча предложила ему присоединиться. Виктор не отказался. Когда они вместе выпили и машинально взяли по оливке, закусывая, и глядя друг на друга, Маринке стало неожиданно легко, словно она находится на каком-то чудесном празднике с приятным молодым человеком, сидящим напротив.

«А что такого? – мысленно рассуждала и убеждала себя быстро захмелевшая девушка. – Ну и да, праздник у меня. Праздник борьбы и труда за свое счастье! Как-то вот так!» – Она мысленно улыбнулась и не заметила, что вдруг начала улыбаться на самом деле.

Виктор, угрюмо сидевший до этого, вдруг тоже криво улыбнулся и потянулся налить по третьей.

Парню неожиданно стало немного легче чисто физически – у него перестало тисками сжимать сердце, и ушла скованность из всего тела. Лишь в голове было пусто и горячо от роя мыслей, но и они понемногу выстраивались в подобие логической цепочки. На этот раз он вдруг прервал молчание и заговорил:

– Никогда не любил водку, но сегодня вдруг зауважал, представляешь?! Знаешь, полегче стало, помогает, оказывается, – и нервно поведя плечами, залихватски продолжил: – Давай выпьем за то, чтобы проблемы отступили. А там видно будет! – И протянул рюмку навстречу Маринке. А девушка, раскрасневшаяся и несколько осмелевшая, тут же добавила:

– И за решение всех проблем. Наших проблем! – и уверенно чокнулась своей рюмкой с рюмкой Виктора.

После этого тоста обоим действительно стало намного проще – в их головах исчезли молоточки, они дружно выпили пепси-колы и даже, пытаясь улыбаться, начали что-то бодрое друг другу говорить и наперебой убеждать, что все утрясется и обязательно наладится. Алкоголь творил чудеса с ними, им вдруг внезапно стало весело.

Марина потребовала еще налить и сказала, что у нее родился тост. И она, ощущая себя страшно умной, улыбаясь, восторженно произнесла:

– Витюш, а я предлагаю выпить за тебя! За то, что ты оказался моим другом. Классным другом! И не важно, при каких обстоятельствах мы сейчас с тобой вынуждены пить вместе здесь, в этом кафе – она обвела небольшой зал рукой и продолжила: – Но главное, что мы понимаем друг друга и поддерживаем. И лично мне тоже стало немного легче от накатившей горечи утрат и разочарований в людях. Спасибо тебе. Ты замечательный! За тебя! – и она подняла свою рюмку в ожидании.

Сама того не предполагая, она нашла правильный подход к сердцу парня. Любому мужчине приятно, когда о нем говорят и им восхищаются. Поэтому не верьте тем ребятам, которые убеждают всех, что им не нужны комплименты. Нужны! Даже если со стороны женщины звучит откровенная лесть, она греет парням душу и вселяет в них мужскую уверенность!

Виктор тоже попал в расставленные сети и, как истинный галантный и воспитанный мужчина, просто не мог не вернуть ответный тост. Он, выпив, как и было предложено – «за себя», благодарно взглянув на Марину, тут же разлил оставшуюся водку по рюмкам и без всякой паузы, с чувством произнес:

– Марин, а я в свою очередь, хочу выпить за тебя! Ты замечательная девушка – умная, красивая, отзывчивая. И настоящий друг. Красивый друг, честно! – парень, прижал руку к груди и слегка заплетающимся от выпитого, языком, произносил слова, которые будь он трезвым, никогда бы не сказал Маринке, но алкоголь, выпитый без закуски – коварен и непредсказуем в своих действиях. Так что… – И я всегда завидовал Витальке за то, что ему досталась такая прекрасная девушка. Ты подарок! Но раз у вас не сложилось, то ты не грусти. Ты обязательно встретишь свою любовь. Ты главное верь! – И он, кивнув головой в подтверждение своих слов, добавил: – За тебя! – И подняв рюмку, с трудом влил в себя всю водку в один глоток.

Маринка, от слов парня почувствовав себя невероятно счастливой и красивой, кокетливо ему улыбнулась, и, заправив пряди своих длинных волос за ухо, оптимистично тоже выпила до дна свою рюмку водки. За себя. Любимую! После этого взяла с тарелочки две оливки, одну съела сама, а вторую протянула Виктору. И он, послушно наклонившись, забрал закуску губами. Одновременно медленно жуя, они посмотрели друг на друга и внезапно расхохотались! Странно, но им стало смешно, легко и безбашенно!

Отсмеявшись и оглядев пустые бутылки на столе, Виктор удивленно моргнул (быстро, однако, они справились!) и спросил Маринку, будет ли она еще что-нибудь пить, на что девушка отрицательно замахала головой и предложила немного пройтись, а то у нее голова кружится. Виктор, согласно кивнув, слегка покачиваясь, пошел к бармену рассчитаться, а Маринка отправилась в тесную дамскую комнату «попудрить носик». Когда девушка увидела свое отражение в зеркале, с ней случился легкий шок – тушь размазана и ее глаза были подобны глазам панды. «О, ужас! И он еще называл меня красавицей! Ой, мамочки, как же это я так, впервые совершенно забыла о себе, кошмар…»

Маринка, слегка качаясь от опьянения, но абсолютно счастливая непонятно от чего, быстро привела себя в порядок и поспешила к парню. А он уже ждал ее у выхода из кафе. И когда Маринка, спускаясь со ступенек, неловко покачнулась, то уверенно подхватил ее под руку и уже не отпускал. Они пошли рядышком, покачиваясь, никого и ничего не видя вокруг, и болтая о какой-то смешной ерунде, как давние приятели или….

На город опустился летний вечер, повсюду зажглись приглушенные фонари, добавляя городу романтики. Эти двое, совершенно отмахнули от себя все недавние проблемы и наслаждались внезапно охватившим их неудержимым пьянящим весельем.

Еще вчера Маринка – даже в самых смелых мечтах не могла представить, что вот так, держась за руки, она будет гулять с Виктором.

Еще вчера Виктор – даже мысли такой не мог бы себе позволить.

А сегодня – вот они – вдвоем, идут по вечернему Краснодару, держась за руки и пьяно смеясь! И им было удивительно комфортно. Так странно…. Им стали по барабану все проблемы. И не хотелось даже думать, что и как оно будет завтра. Сейчас им было просто смешно. Им было хорошо, да и ладно.

Когда они проходили мимо нового высокого многоквартирного дома, Маринка вдруг, ни с того ни с сего принялась считать, сколько же в нем этажей и насчитала тринадцать. Виктор стал возражать и говорить, что «столько не бывает – либо больше либо меньше!» И он, запрокинув голову, тоже стал считать и насчитал пятнадцать. Тогда Маринка, смеясь, схватила его за руку и, водя ею по воздуху и хохоча и дурачась, начала громко считать вместе с ним. К ним присоединились прогуливающиеся любопытные прохожие и тоже, смеясь, принялись вслух считать этажи. Происходящее настолько веселило буквально всех участников, что Маринка с Виктором, почувствовав ощутимое единение, дружно вслух насчитали четырнадцать этажей, и, получив согласие и подтверждение любопытных зевак, смеясь и обнявшись в естественном порыве, отправились дальше, бродить по вечерним улицам Кубанской столицы.