Война ангелов. Игнис

– Я свой, я ловец Эварха, пропустите меня! – завопил он издалека, размахивая руками.

Наверное, его узнали, потому что под сень парящей скалы он влетел помятый, запыхавшийся, но живой.

Маги глядели мрачно и настороженно – растрёпанные, перемазанные копотью, а кто-то и кровью, а дружинников – тех осталось едва две трети. Эвархе очень хотелось бы думать, что часть их просто отправилась обратно, в свою благословенную Долину и куда-нибудь ещё, но, судя по увиденному бою, – это вряд ли. А ведь, если вспомнить удар, что забросил Эварху в Идиллию, сражение началось отнюдь не только что.

– Ну и ну! Смотрите-ка, кто к нам тут пожаловал! – Ричард д’Ассини насмешливо отсалютовал ловцу малиновым беретом. Сбоку в дорогом бархате торчал обгоревший остов пера. – Добрый ловец Эварха, собственной персоной! Какая честь, господа маги, какая честь! И где ж это тебя носило столько времени, приятель, а? И как ты сейчас вовремя появился!..

Ловец оглядел отряд Долины, сбившийся в укрытии под красной с чёрными прожилками скалой. Дружинники угрюмо молчали – и то верно, чему веселиться, коль в угол загнали?

Толстяк Динтра вместе с русоволосой Кларой Хюммель и ещё одной статной чародейкой, которую все называли валькирией, занимались ранеными – а раненых было порядком, и не только среди дружинников.

В стороне, отдельно от всех, Эварха заметил неподвижное тело на носилках, лицо прикрыто капюшоном дорогого плаща. Явно не дружинник – кто-то из чародеев. Вот и у вас пошли настоящие потери…

Остальные маги отдыхали, измотанные, перемазанные гарью и очень, очень злые.

Как видно, могучие волшебники Долины столкнулись с противником, достойным их сил. Сейчас они почти не сопротивлялись, позволяя ангелам замкнуть сеть – лишь двое или трое не давали крылатым скучать, проверяя их то молнией, то крутящимся вихрем. Ангелы поставили щит один раз, другой, а на третий сочли за благо оттянуться подальше, выйдя, надо полагать, из досягаемости обычных чар.

А ещё маги старательно обходили некий каменный обломок, на вид – совершенно обычный. Чар на нём ловец никаких не почуял, что, впрочем, ни о чём ещё не говорило.

Эварха кинул быстрый взгляд через плечо – не попёрся ли за ним дурак Ульф, с него станется! Нет, остался на месте. Потом, конечно, доложит обо всём своему князю, ну да ловец надеялся, что к тому времени Хаэльдис будет уже далеко.

– Прошу прощения, досточтимые маги. – Эварха поклонился, стараясь держаться как ни в чём не бывало; извлёк из-за пазухи кардинальский кристалл. Тот немедленно ожил, в тёмной глубине мерцали и метались багровые сполохи – совсем как в тех камушках, посредством коих ловец спеленал Древнюю богиню.

Не ошибся он, значит.

– Прошу вас, не гневайтесь, досточтимые, и выслушайте меня! – Эварха вскинул безоружные руки. – Вижу, дело тут у вас жаркое. Мню, что могу помочь – снастью своей ловецкой, а после и вы мне поможете – умением своим чародейским. Однако, коли промедлим – всё пропало!.. А потому – доверьтесь мне сейчас, очень прошу, а потом я всё и объясню. И пусть милости ваши меня судят.

Последнюю фразу, от коей за версту разило неприкрытой лестью, он вставил, вспомнив советы Пустошника.

Маги переглянулись, но, несмотря ни на что, соглашаться отнюдь не спешили. Динтра подошёл из своего лазарета, за ним – Клара. Ричард д’Ассини прищурился.

– Слишком уж ты вовремя появился, почтенный Эварха. Слишком уж вовремя помощь предлагаешь. Это, знаешь ли, веры тебе не прибавляет, приятель, отнюдь нет. И, помнится, ты-то как раз с этими милыми птичками и их создателями повязан был, разве нет? – Он кивнул в сторону ангелов, которые заканчивали оборачивать искрящей сетью скалу.

– Так вы на всю Межреальность шумели, как тут мимо пройти, – не удержался ловец, однако железо следовало ковать пока горячо и пока ангелы не замкнули сеть. – Да будет вам известно, с миром Игнис я никак не связан, только бывал там. Монахи тамошние меня наняли, что верно, то верно, а вот что «связан» – нет. И без того такую гору неприятностей заработал, что больше уж туда не сунусь, хоть сколько золота мне ни сули!..

– Ну, предположим; а теперь-то чего же ты хочешь? – Динтра глянул на него с интересом. – Сбежать от нас сообразительности у тебя достало, парень ты хваткий, выгоду свою видишь – чего ж теперь от нас понадобилось? Сам не справишься?

– Не справлюсь, – помолчав, признался Эварха. Лгать в глаза старому лекарю, так заботившемуся о нём в Долине, не хотелось. – Потребно мне немногое, сущие пустяки – помогите одного человека из темницы вытащить, в недалёком отсюда мире, где тот страдает безвинно. Вам, таким могущественным магам, это ничего не стоит, разок пальцем шевельнёте, и всё! А уж я расстараюсь, вам помогу.

– Это как же? – с прежней насмешливостью осведомился красавчик д’Ассини.

– Да вот так. Сами смотрите. – Ловец протянул чародею кристалл; в глубине под отполированными гранями уже вовсю плясали багряные языки.

Маг осторожно взял, пригляделся. Остальные волшебники Долины сгрудились вокруг.

Интересно, что они там могут увидеть, с их-то знаниями? Явно куда больше, чем сам Эварха!

– И чем это поможет? – резко спросила чародейка Клара. Она хмурилась – видать, ей больших тайн кристалл не открыл.

Эварха подавил внезапно возникшую дрожь, как сумел, растолковал, что артефакт может встроиться в сеть-заклятие. Что кристалл способен свернуть её в себя, а всё вместе – послужит крепкой ловушкой.

– Я этим только пользовался, – признался Эварха, – мне такого вовек не смастерить. Но вот что он сетку этакую развернуть и вновь собрать может – я знаю.

Ричард д’Ассини молчал, продолжая вертеть кристалл в пальцах. Что-то он там почуял – что-то такое, чего не поняли остальные, и теперь, кажется, пытался разобраться, что это такое и как с этим быть.

– Динтра! Как там Седрик с Гильомом, очнулись? Могут посмотреть? Тут действительно магия высших порядков, до конца даже я не могу разобраться.

– Очнулись, – ответила почему-то Клара Хюммель. Чародейка кусала губы, то закидывала косу на плечо, то отбрасывала обратно на спину. Она замкнулась, помрачнела по сравнению с той Кларой, какую Эварха запомнил в Долине. Наверное, не так-то легко проигрывать сражения, когда считаешь себя могучим чародеем. А может, было что-то ещё?..

– Раз очнулись, пусть выслушают досточтимого Эварху и скажут, возможно ли использовать его артефакт. – Д’Ассини явно был раздражён. Вот уж воистину, отправился по шерсть, да вернулся стриженый. – И побыстрее, пока нас тут совсем не удушили!..

Ангелы тем временем замкнули сеть. Скалу опутал серебристый мерцающий кокон – Эварха ощущал, что потоки текущей сквозь Межреальность силы истончились, словно обмелевшие в засуху ручьи. И впрямь в точности, как ловушка для Древней!.. Да, магам Долины сейчас несладко – удар нанести, считай, что и нечем.

Но, похоже, неудача давила на них куда сильнее, чем западня.

– Точно, господа чародеи. – Эварха даже руки к груди прижал, стараясь быть ещё убедительнее. – Тот же самый кокон, тот же принцип, что и в моей ловушке!..

Ответом ему была дюжина сумрачных взглядов исподлобья.

– Ничего не понимаю, – пробормотала седая Рита Рикарди. – Мы ведь всё рассчитали верно, ошибки быть не могло! Почему у нас ничего не вышло?!

Эварха сообразил, что язык Долины теперь совершенно понятен и ему, хотя Рита и обращалась не к нему, но к другим магам. Видать, сейчас чародеям стало не до запретов с ограничениями.

– Что значит «ничего не вышло»? – немедля вскинулся д’Ассини. – Мы не смахнули их, словно крошки со стола, это верно. Но скольких мы уже сбили, а, Рита?..

– Троих. И потеряли Джей, – отвернулась магичка. – И, Ричард, эта твоя вторая воронка…

– Она нам ещё послужит, – непререкаемо бросил тот. – Я рассчитывал бросить её на сетку, но, похоже, у нашего дорогого ловца есть идея получше.

– И всё равно я не понимаю, почему…

– Потому что, дорогая, они не просто магические конструкты, даже увешанные по самую макушку оберегами от элементальной магии, – наставительно заметил Динтра. Он один по-прежнему оставался спокоен. – Таких мы бы опрокинули играючи. Но этих ведёт не обычная сила, к какой мы привыкли. Это же магия веры, магия Спасителя, и она, гм… имеет дополнительные резервы, как и характеристики. Отныне нам придётся это учитывать.

– Если вырвемся, – буркнула одна из чародеек помоложе.

– Вырвемся, – непреклонно отрезал Ричард д’Ассини. – Сомнений быть не может. – Взгляд его упёрся в Эварху. – А поведай-ка нам, добрый ловец… что сталось в конце концов с той Древней, кою ты уловил посредством, как утверждаешь, похожего капкана?

– Я ж рассказывал, сударь маг… со счёту сбился, сколько раз… – развёл руками Эварха. Однако в животе отчего-то стало весьма неуютно.

– Рассказывал, верно, – кивнул чародей. – О том, как заказ исполнял, о том, как добычу доставил, о том, как переделывали её монахи на Игнисе; а вот что дальше с ней сталось? В кого её превратили?

Эварха открыл рот, закрыл и снова открыл. А потом опять закрыл, потому что уж слишком глупый вид у него получался.

В самом деле, всё, что он видел, – это магический кокон, заключивший в себя Древнюю. И всё, что он ощущал, – странные, пугающие чары, трудившиеся под его поверхностью, превращавшие пленённую богиню в нечто совершенно иное. Ричард д’Ассини был совершенно прав, задавая вопрос: превращавшие её… во что?

– Этого я уже не видел, господин чародей. Отцы святые со мной расплатились, да и выставили за порог… точнее, я сам ушёл, а они…

– Да-да, – нетерпеливо прервал Ричард, – я помню. А они тебя не остановили, хотя знали, что рана твоя смертельна. Не суть. Что случилось с Древней, ловец Эварха?

– Не могу знать, сударь д’Ассини, – беспомощно вздохнул ловец.

– Не можешь… – сощурился Ричард. – А не может ли быть, что её сделали одной из вот этих вот крылатых?

Маги зашевелились, запереглядывались, кто-то хмурился, кто-то заморгал недоумённо, кто-то, напротив, тут же принялся чертить какие-то формулы и руны.

– Вопрос, откуда вообще взялись эти конструкты, конечно, интересный, – протянул Динтра, – но откуда ты можешь знать, Дик, что Древняя…

– Такую, как она, словил только я, – сдавленно проговорил Эварха. – Она одна такая.

– И ловить, и в кокон запелёнывать пришлось посредством твоей крови, ловец? – не отступал Ричард. – Что ж, друзья, боюсь, что имеем мы дело как раз с этой тварью, только в ином обличье.

– Монахи её едва обуздали, и она им чуть весь монастырь не разнесла, – напомнила чародейка Хюммель. – Может, они и раньше переделывали в ангелов всяких магических существ – только не столь сильных, как эта богиня. Вполне разумная практика, кстати.

– Угу, вполне разумная – а откуда они взяли чары для таких трансформаций?! – Ричард нацелился в Клару пальцем. – Сами додумались?! Своим умом дошли? Допетюкали?

– Может, и сами, – пожал плечами Динтра. – Пренебрежение талантами смертных чародеев может дорого нам обойтись, друзья. Только не думаю, что стоит обсуждать это именно сейчас.

– Да. Да, верно, – отрывисто кивнул д’Ассини после краткой паузы, словно что-то обдумав. – Сейчас и впрямь неважно, как вышло, что слуги Спасителевы преуспели в данном разделе высшей магии, которым и в Долине-то владеют считаные единицы… Главное – я хочу понять, не с Древней ли, изловленной ли добрым нашим Эвархой, мы сейчас имеем дело? С Древней, превращённой в этого крылатого вожака!

– Может быть, – пожала плечами Рита Рикарди. – Но что с того, Ричард? Это нам как-то поможет?

– Пока не знаю, дорогая моя, пока не знаю. Но чует моя селезёнка, что помочь может, и в самый неожиданный момент.

– Слишком смелое утверждение, – не согласилась Рита. – Учитываешь ли ты, что…

Чем кончился спор, ловец так и не узнал, потому что Клара Хюммель весьма настойчиво потянула его к лазарету.

Ловец брёл в смущении и растерянности. Да, напрашивалось, что Древнюю превратили именно в вожака ангелов; напрашивалось, но строгое доказательство отсутствовало. Может, да, а может, и нет. Может, осталась пленённая богиня на Игнисе; может, именно через неё и делают других ангелов, «магических конструктов», как выразился старик Динтра. А может, это она сама сейчас крыльями машет…

Здесь ловцу стало вконец нехорошо, ибо он весьма некстати вспомнил горящий ненавистью взгляд Древней – за миг до того, как брошенное его рукой копьё ударило туда, где на лике богини оставила следы его кровь.

«Этого она мне не простит», – подумал Эварха.

Но, может, она и не помнит ничего? Или вообще всё это ерунда? Он как мог старался себя успокоить.

В полевом лазарете Эвархе, забыв до поры о Древней, пришлось снова излагать свои предложения двум братьям, похожим как две капли воды. Братья выглядели неважно – бледные, слабые, – но при виде тёмного кристалла заметно оживились, принялись перебрасываться непонятными терминами, втянули в спор Клару Хюммель, и как-то так получилось, что ловец очень скоро очутился не у дел.

Маги совещались, чертили на каменном полу какие-то схемы и расчёты, они словно забыли и о горечи поражения, и о серебристой сети, отделившей их от свободной силы.

Древняя и её судьба, похоже, тоже перестали их занимать.

Эварха отошёл в сторонку, сел на каменный выступ рядом с лагерем дружинников в глубине пещеры и задумался. Правильно ли он поступил? Может, надо было попросту мимо пройти? Пусть бы поубивали друг друга все эти маги, ангелы, вышние силы – что ему чужая война? На кой ему гадания эти – здесь переделанная Древняя или нет здесь? Исполнил бы поручение князя Валламорены, вернулся б в Идиллию, девчонку б забрал, да и увёл бы за руку в Вольный город. Нечего ей по Межреальности скакать, пусть дома сидит, кашу варит! Ну, или если уж сильно захочет, – пусть охотится вместе с ним, Эвархой, чтобы было кому прикрыть ей тощую задницу и проследить, чтоб не лезла в глотку к ракопаукам с ифритами.

Но нет, полез, полез, дурак, куда не просили, и теперь с Хаэльдис совсем скверно получается. Ульф наверняка постарается вернуться обратно – самому ему путь в Игнис не сыскать. Конечно, он не маг, и в Межреальности-то дышит только благодаря навешанным на шею амулетам, но человек решительный и бывалый, такой, пожалуй, обратную дорожку легко найдёт. И что тогда с Хаэльдис случится, даже и подумать страшно.

А ведь есть ещё кардинальская удавка…

Нет, правильно я полез, возразил себе Эварха. Такой вельможа, как Валламорена, понимает и уважает только силу, и ловец с девчонкой для него – сущие букашки. Из тех, что могут укусить, если не пришибёшь вовремя…

«Он бы нас всё равно убил», – подумал Эварха и неожиданно для себя вознёс молитву всем богам, сущим и павшим, чтобы дева Хаэльдис – так звать – осталась бы жива, дождалась бы его возвращения. Одно утешение – там, с ней, черепушка Адальберт. Не даст в обиду, насколько сил его хватит.

Я должен вернуться. Должен вернуться и вытащить её. И маги Долины мне в этом помогут, потому что, кроме них, некому – а значит, придётся мне или убедить их, или заставить.

Означенные маги Долины тем временем что-то высчитали и вы́меряли. Ричард д’Ассини сдвинул на затылок свой берет, прожжённый в нескольких местах, и разогнал всех на работы – кого чертить магические фигуры, кого проверять и расставлять кристаллы, кого – перетаскивать раненых вглубь пещеры. Заняты были все – и маги, и дружинники, и Эварха тоже принялся помогать с лазаретом, попутно приглядываясь к тому, чем занимаются чародеи.

Магические фигуры на этот раз совсем не походили на привычные многолучевые звёзды и окружности с дугами. Ясное дело почему – здесь почти не было свободнотекущей силы, нечего стало преобразовывать. Фигуры напоминали зигзаги и углы, остриями направленные к серебрящейся сети, – улавливать просачивающиеся крохи магии.

В опорных точках мерцали разноцветные кристаллы-преобразователи, а вот своего Эварха не заметил. Что, не годится, что ли? Или приберегают для последнего удара? Или решили прикарманить, а Эварху гнать взашей, как только вылезут отсюда?

Ульф наверняка не станет долго сидеть на месте, сутки-двое, и он будет на Идиллии…

Тут Эварху позвали – Ричард д’Ассини ждал его, держа в руке тёмный кристалл с пламенеющей сердцевиной.

– Досточтимый ловец, – сухо сказал он. – Время на исходе, сеть стягивается быстрее, чем мы ожидали, ещё немного, и наших сил не хватит её разорвать. Всех магов в дело ставим, всех, даже раненых. Рискнём сейчас. Отправим крылатым некий гостинец, надеюсь, он тоже поможет… Но нас мало, и тебе дело тоже нашлось – удерживать сворачивающее заклятие. Ничего сложного, встанешь здесь, через эти линии пойдут потоки силы от сети к кристаллу. Видишь? Следи, чтобы сеть не схлопнулась слишком быстро… – И д’Ассини добавил после паузы: – Если она, конечно, вообще будет стягиваться в твой кристалл. Но мои маги считают, что должна. Итак?..

«А если сеть сожмётся слишком быстро, то сожжёт незадачливого ловца», – подумал Эварха, а вслух сказал:

– Я согласен. Я смогу.

Спрашивать про «гостинец» он не стал – д’Ассини не вдавался в объяснения.

Начали вскоре, укрыв лазарет под красно-чёрными сводами в глубине скалы. Ричард расставил по опорным точкам всех магов, кроме лежачих братьев-близнецов, а ловец встал впереди, ближе всех к сияющей завесе.

Белые огоньки весело перебегали по тонким нитям, свитым из серебристого света, переливались, как роса на паутине, но Эварха всей кожей ощущал заключённый в них гибельный жар. Д’Ассини был прав – сеть становилась плотнее. Сквозь неё уже не видна была Межреальность, да и фигуры снующих ангелов едва можно было угадать. Похоже, крылатые не так уж хотели боя – зачем биться, если можно запереть врага в его укрытии и просто подождать пару недель? Что им, ангелам Игниса, неделя-другая?..

Судя по всему, в открытом бою уверенного перевеса не добился бы никто; но магам пришлось заботиться о раненых и об оказавшихся обузой дружинниках, с которыми чародеи явно просчитались.

Несколько магов, включая и самого Ричарда, возились с плоским камнем, тем самым, который волшебники так старательно обходили.

Короткий толчок силы – кто-то из чародеев задействовал амулет, – и плоский камень, на глазах Эвархи растворяясь в невидимости, заскользил к мельтешившим вдали крылатым фигуркам.

– Держись, добрый ловец, глядишь, всё ещё и обойдётся. – Ричард д’Ассини с нехорошей усмешкой стоял рядом, глядя на мерцающую сеть.

– Что обойдётся, досточтимый?

– Наш подарочек сработает, как я рассчитываю, и тогда, глядишь, рисковать с твоим камешком вообще не придётся.

– Почему «рисковать»? – чуть не обиделся Эварха. – Я и то с ловушкой справился, а уж вы, могущественные…

– Потому что, – остро взглянул ему прямо в глаза Ричард, – что очень непростой этот кристалл. Как я понимаю, непростыми были и те, о которых ты рассказывал. И чем обернётся это, кого капкан захватит – это ещё бабушка надвое сказала.

– Какая бабушка, высокопочтенный?

– Моя, – отрезал д’Ассини. – Ну а теперь молись всем богам, каких только знаешь, ловец Эварха, потому что для тебя же лучше, ежели твой амулет и в самом деле в ход пускать не придётся.

– Ну, силы благие нам в помощь!..

Плоский камень исчез, словно и не бывало. Маги замерли, напряжённо вглядываясь в окружающее пространство – видели свою посылку каким-то образом, что ли?..

Какое-то время ничего не происходило, однако затем Эварха разглядел сквозь стягивающуюся сеть, как ангелы заметались из стороны в сторону, ну точно муравьи, в чью кучу вонзили палку.

– Неужто учуяли? – пробормотал Ричард, так и оставшийся стоять рядом с Эвархой. – Что ж, посмотрим, как на сей раз вы управитесь!..

Ячейки раскинутого ангелами невода сжимались, и вдруг…

Смутно различимая огромная фигура взмахнула крылами, вмиг оказавшись почти у самой сети. Замерла на миг, дёрнулась – слепящий белый меч вырвался из её длани, протянулся через Межреальность, ударил – но лишь рассыпался облаком искр.

Ричард хрипло расхохотался.

– Совсем за дурачков нас держишь, крылатый! Не-ет, придумай что похитрее!

Заклятие невидимости спало, и Эварха видел теперь пламенеющую алым искорку, что подплывала уже к самой сети.

– Ну же! – выкрикнул кто-то из магов.

Однако ангелы не растерялись. Одна из крылатых фигурок поменьше вдруг прижалась к самой сети, забила крыльями – и, ломая их, протиснулась сквозь ячейки, ринувшись наперерез багровой искре.

Ангел не пытался атаковать, он просто падал на неё, да и изломанные крылья уже его не держали.

Ричард выругался.

Межреальность вздрогнула, Эварху подбросило, хоть и не так сильно, как в прошлый раз. Навстречу белой фигурке взметнулась раскрытая пасть воронки, словно атакующая змея, но крылатый даже и не подумал уклониться, напротив – запылал весь, засиял новорождённой звездой, да и канул со всего размаха в распахнутый зев ловушки.

Сноски