А я тебя нет

Пролог

Одиннадцать лет назад

– Ну всё, тормози.

Он даже не начал сбавлять скорость. Поля, редкие деревья, пустырь. Куда он едет? Элли развернулась в кресле и недоуменно уставилась на сосредоточенный профиль.

– Эй!

Он резко повернулся.

– Что? – Темные брови вопросительно изогнулись.

– Мы и так далеко заехали, вокруг никого. – Ее рука легла на мужское колено. – Можно тормозить.

Брови сошлись к переносице. Он покосился на ладонь, облизнул губы и снова перевел взгляд на узкую колею впереди.

– Да, прости. – Колено нервно дернулось. – Я сегодня туплю.

Старый ржавый пикап начал останавливаться. Наконец-то.

Элли практически подпрыгивала от нетерпения всю дорогу: пока они ехали по городу, по кольцевой, сворачивали в поля. Новости нужно рассказывать с помпой, иначе будет не тот эффект. А чтобы вышло с помпой, пора уже остановиться хоть где-нибудь и открыть шампанское. Пикап наконец свернул к деревянной изгороди и затормозил окончательно. Но парень за рулем не перестал выглядеть сосредоточенным и хмурым. Он от самого дома почти ни слова не сказал. Элли отстегнула ремень и попыталась заглянуть в мрачное лицо.

– Что с тобой, Хит?

Карие, с оттенком карамели глаза посмотрели на нее как-то рассеянно. Губы дрогнули в вялой улыбке.

– Ничего. – Хит положил пальцы поверх ее ладони и мягко сжал. – Со мной всё хорошо, не обращай внимания.

Не похоже, но он не расколется так сразу. В этом весь Хитклифф: не по возрасту серьезный и взрослый. Наверное, старший из пяти детей и должен быть таким. В такого она и влюбилась, так что…

– Ла-а-адно… – протянула Элли, рванула дверную ручку и толкнула вечно заедающую дверцу. Та нервно скрипнула. – Тогда выходим. У меня новости.

– У меня, вообще-то, тоже… – успел пробормотать Хит как раз в то время, когда она, схватив из-под ног пакет, выскочила на прогретый песок.

Но звон бутылок приглушил его слова, и она не придала им значения.

Элли вылезла из пикапа, и следом за ней над крышей появилась темная голова Хита. Они одновременно хлопнули дверями и двинулись в сторону кузова. В хорошую погоду это стало для них уже традицией. Торчать в кузове пикапа – всё, что они пока еще могут себе позволить. Но скоро это может измениться. Элли подняла пакет над головой, и бутылки снова звякнули.

– Мои новости надо отметить, – заявила она.

– Эль… – Хит снова хмуро сдвинул брови.

– Ладно, ты будешь сок. – Она закатила глаза. – А для себя я обворовала отцовский бар.

Не зря же она старалась не громыхать пакетом, когда уходила из дома. Это было сложно: отец в гостиной отложил газету и поверх очков проследил, как Элли схватила Хита за руку и вытащила вон.

Хит первым добрался до кузова, открыл задний борт и остановился, как-то неловко переминаясь с ноги на ногу. Будто это не его машина, не его девушка, а этот кузов не видел еще ни одного раздевания. Элли ухмыльнулась и толкнула Хита в тощую мальчишескую грудь.

– Садись.

Он опустил взгляд и послушно упал на край кузова. Элли поставила пакет на песок и прислонила к изгороди. Встала напротив бойфренда.

– В общем… – Она развела руки в стороны и подпрыгнула. – Я поступила!

Легкое летнее платье колыхнулось в воздухе. Карамельные глаза Хита округлились, солнце попало на радужку и сделало ее золотой. Смотреть на это превращение никогда не надоест.

– Оу… вау… – Хит скрестил руки на груди. – Круто! В Бристольский?

И это всё?

– Ты будто не рад. – Элли уронила руки, плечи сами собой поникли.

Что за идиотская реакция?

– Конечно рад! – тут же опомнился он. – Просто я и так знал, что ты сможешь. Ты же умница.

А это другое дело. Она сделала два больших шага, впечаталась в него и обвила его шею руками. Ждала этого весь день.

– Ура-ура… – пробормотала Элли и накрыла его губы своими.

А этого ждала еще больше. Из-за его работы они не виделись уже два дня. Два дня – маленькая вечность. Она подняла одну ногу и уперлась коленом в кузов, прямо возле бедра в джинсах. Платье немного задралось, руки Хита разомкнулись, легли на голые ноги. Знакомо согрели кожу.

– Подожди… – Теплый шепот пощекотал губы.

Подождать? Да ни за что. Элли на секунду отстранилась: подняла вторую ногу и окончательно оседлала колени в джинсах. Снова припала к горячим губам, запустила руку в темные волосы и сжала. Хит ощутимо вздрогнул и конвульсивно вдавил ее в себя.

– Скоро всё будет по-новому. – Элли улыбнулась и потерлась носом о нос. – Говорят, уже на первом курсе можно брать репетиторство. У меня появятся деньги, тебе повысят зарплату…

– Я всё еще посудомойщик, – оборвал Хит и попытался отстраниться.

Больная тема. Элли выгнула брови.

– Но шеф обещал поставить тебя на салаты. Напомни ему.

– Не всё так просто…

– Я уверена, всё получится. – Она снова подалась вперед и прикусила его нижнюю губу. – Мы оба станем зарабатывать, снимем какую-нибудь крохотную студию, больше не будет этого ржавого кузова: у меня на спине скоро рельеф от него проступит…

– Эль…

– Не могу дождаться, когда стану спать с тобой всю ночь.

С этими словами она плотнее прижалась к горячему телу, ощутила, как бешено бьется в его груди сердце, и закрыла ему рот поцелуем. Хит жадно ответил. Ну наконец-то… По коже побежали мурашки, кровь в венах разогналась, ускоряя пульс. Элли толкнулась вперед, попыталась опрокинуть Хита на лопатки, но… он вдруг уперся ногами в землю и решительно отстранил ее от себя.

– Элли, послушай.

Этого в ожиданиях не было. Элли попыталась проигнорировать поднявшуюся волну разочарования.

– Что? – Она выгнула брови. – Тебе не нравится план?

Глупый вопрос. Он же это всё и придумал, причем давно…

– Нет. Не нравится.

– В смысле?

– Я передумал.

Что за бред? Хиту никогда не было свойственно ребячество. Она нахмурилась.

– Не шути так. – Элли мягко провела пальцем по его шее.

Однако он дернулся от прикосновения.

– Это не шутка. Я… собирался сказать… – Хит глубоко вдохнул, запустил пальцы в волосы и шумно выдохнул. – Слушай, мне только двадцать, я к такому не готов.

По спине прошел озноб. Ладони похолодели. Точно, бред. Она попыталась всмотреться в загоревшее родное лицо. Он ведь не может говорить это на полном серьезе?

– Хит…

– Не смотри на меня так. – Он мягко, но решительно заставил ее спустить ноги на землю и отстранился еще больше. Вдруг стало холодно и пусто. – На самом деле мне нравится одна официантка с работы, так что… – вяло пожал плечами. – Нам с тобой лучше разойтись.

В ушах раздался оглушающий звон. Все кости скрутило болью, захотелось обнять себя за плечи и согнуться пополам. Элли уставилась в карие глаза. В них не отразилось ничего. Вообще ничего. Что он несет? Что он, мать его, несет? Колени начали подгибаться, но она осталась стоять на месте. Руки повисли плетями, мир вокруг потух.

– Но я же люблю тебя… – только и выдохнула она.

Вселенная начала рушиться. Хит поморщился и отвел взгляд в сторону.

– А я тебя нет.

Глава 1

Сейчас

– На этом, пожалуй, всё. Если у вас есть вопросы, я с радостью на них отвечу.

Элли оторвала взгляд от блокнота и медленно осмотрела аудиторию. Тишина. Ни одной поднятой руки, ни одного прямого взгляда, по которому можно определить, что человек хочет заговорить, но боится. Все смотрят куда угодно, только не на нее. Кто-то быстро пишет в тетради, кто-то отвернулся к окну, кто-то уже достал мобильник.

Иногда подбираются очень общительные потоки. Этот, очевидно, не из таких.

Тихий, унылый, неинтересный.

Раз так…

– Что ж, – Элли, захлопнула блокнот, потянулась к ноутбуку и выключила презентацию. – Если ни у кого нет вопросов, на сегодня закончим. Всем спасибо.

Картинка исчезла с большого экрана за спиной. Аудитория разом загудела: смесь голосов, скрежет стульев по полу, шуршание страниц. На сегодня наконец-то всё. Можно уходить. Элли и сама бы счастливо выдохнула и начала громко двигать стулья, но ей нельзя: лекторы уходят молча и сдержанно. Она вытащила флэшку из ноутбука, сунула в карман строгого жакета и подхватила сумку. Осторожно спустилась с кафедры.

Шесть часов вечера. Пора сваливать.

– Мисс Мейер! – прозвучало откуда-то справа.

Или не пора. Элли резко обернулась. Вообще-то, она доктор Мейер, но кого это волнует? Расталкивая толпу и на ходу перекидывая сумку через плечо сумку, к ней неслась девушка. Слегка растрепанная, в очках и в странной обуви вроде бабушкиных мокасин.

– Мисс Мейер, постойте! – Она подняла руку и для верности помахала.

Элли подавила вздох. Именно для таких в конце лекции всегда звучит фраза: «Я отвечу на ваши вопросы». Что ей помешало пару минут назад вот так же поднять руку и задать вопрос? Скромность? Боязнь толпы? Зато сейчас опомнилась.

– Не спешите, я жду, – бросила Элли и, прижав к груди блокнот, проследила за тем, как девушка пробивается вперед.

И вот она добралась. Правда, растрепавшись окончательно.

– Такая интересная презентация! – Мокасины энергично прошуршали по полу, девушка приблизилась и остановилась рядом. Нервно смахнула с лица облако волос.

Забавная.

– Спасибо, – Элли сдержанно улыбнулась.

– Мне понравилось, как всё разложено по полочкам.

– В этом и суть презентации, мисс…

– Джастис, – выпалила девчонка. – Кейт Джастис. Я старалась всё записывать, но пропустила пару слайдов…

О боже. Как тут не закатить глаза? Элли бесцельно обшарила взглядом аудиторию.

– Не стоило. Презентация была сугубо для ознакомления.

Толпа студентов поредела, люди медленно обтекали их двоих. Никто больше не интересовался презентацией.

– Но это ведь важная основа, база знаний! – Девчонка выпучила глаза. – Про изучение литературы, понимание техник и контекста… Правда, я не успела пометить про различия в литературном и повседневном языке, но цитата Томаса Грея, как мне кажется, очень точная. С ним я согласна на все сто. А вот с Вордсвортом можно поспорить…

Какой-то парень, проходя мимо, сильно задел девушку плечом, но та даже не заметила. Элли подавила вздох и снова осмотрелась. Хотя учебный год начался неделю назад, она все еще не влилась в рабочий ритм. Как эта Кейт так резво включилась в учебу? Это умеют только единицы.

– …но вот хронология «Грозового перевала» оказалась слишком длинной, и я не успела, хотя писала очень быстро…

Элли вскинула брови и заглянула в глаза девчонки. Пора заканчивать.

– Так у вас все-таки есть какие-то вопросы?

Девчонка сбилась с речи. Непонимающе моргнула, тоже осмотрела аудиторию. Уже опустевшую аудиторию. Кажется, до мисс Джастис начало доходить. Она снова смахнула с лица облако волос и попыталась улыбнуться.

– Я только хотела попросить сбросить мне файл презентации. – Улыбка вышла нервной. – На флэшку или электронку, если будет удобно.

Файл. Всего лишь файл. Мало кто о таком просит, обычно просто снимают слайды на мобильники, если презентация действительно важная, а не вводная, как сегодня. Элли раскрыла блокнот и достала из пружин карандаш. А все-таки интересно, сохранит ли Кейт свой энтузиазм хотя бы до середины курса.

– Напишите имейл. – Элли протянула карандаш. – Сброшу, когда смогу.

Девчонка энергично кивнула и принялась прямо на весу выцарапывать в блокноте округлые буквы.

Смешная она. Сама Элли была такой же. Возможно, одевалась получше, и ее светлые волосы всегда лежали на плечах прямыми палками, а не лезли в глаза, но в остальном… Такая же зацикленная на учебе тихоня. Все время что-то учила, пропадала в библиотеках, не ходила на вечеринки. Зато не хватало времени на самоанализ и самобичевание. Только к концу второго курса познакомилась с Айдой, бойкой американкой, и начала вылезать из скорлупы комплексов.

– Всё! – Кейт сунула карандаш в сгиб блокнота и отступила в сторону. – Буду очень рада, мисс Мейер!

Элли изломила губы в улыбке.

– Ваше рвение к учебе радует. До встречи. Если хотите обсуждать с кем-то прозу и поэзию, рекомендую вступить в литературный клуб, там бывает интересно.

И, не дожидаясь нового потока слов, захлопнула блокнот и двинулась к выходу. Стремительно понеслась по коридору, на ходу засовывая в сумку блокнот. Бежать, срочно бежать, пока поблизости не нарисовалась еще одна Кейт. Хотелось уже наконец выбраться из сковывающего костюма; от долгого стояния за кафедрой ноги начало ломить. Читать лекции сидя – вариант на троечку. Не каждый профессор может позволить себе такое, что уж говорить о младшем лекторе?

Элли на ходу перебросила русые волосы на одно плечо, одернула полы жакета. Дом на соседней улице, осталось недолго, нужно только немного потерпеть. И дурацкие туфли полетят в мусорку. При покупке стоило больше внимания обратить на подъем, но они показались такими хорошенькими…

Разговоры и смех студентов заглушили звонок мобильника. Но вибрация пробила задний карман брюк и заставила дернуться. Элли, не останавливаясь, вытащила смартфон, мазнула пальцем по экрану и прищурилась, пытаясь вчитаться во всплывающее окно.

Айда: «Если ты задержишься еще хоть на минуту, переодеваться будешь в машине».

О-о-о ч-черт! Черт-черт-черт!

Элли на несколько секунд непонимающе уставилась в экран. Но в следующее мгновение затолкала телефон обратно в карман и припустила бежать. Ее будто обдало льдом, а один кубик закатился за воротник белой рубашки и заскользил по позвоночнику.

Айда и вечеринка. Разве сегодня? Идиотский вопрос, конечно сегодня! Четверг, семь вечера, ресторан в Редклиффе. Когда это только затевалось, Элли наивно думала, что всё успеет. Идиотка! Надо было поставить напоминание! Она влетела в стеклянный коридор между корпусами, пересекла его за пару секунд, лавируя между студентами, выбежала в следующее здание. Еще спустя несколько мгновений оказалась на крыльце.

Затормозила.

Дыхание сбилось от бега, взгляд очень быстро нашел высокую стройную девушку: она вальяжно привалилась плечом к каменному столбу с указателем «Кафедра гуманитарных наук» и скрестила руки на груди. Ее несложно найти, если студенты расступаются перед ней, как косяки рыб вокруг акулы. Затянутая в белое платье-футляр, на четырехдюймовых шпильках, короткостриженая брюнетка. Диснеевская Белоснежка. Не хватает красного банта на голове. Несколько мальчишек, пройдя мимо, обернулись и оценили вид сзади, но она даже не поморщилась. Привыкла.

– Наконец-то. – Усталый вздох долетел даже с расстояния в десяток футов.

Элли шумно втянула носом воздух, выдохнула и побежала вниз по ступенькам крыльца.

– Я забыла.

– Я и вижу. – Айда отстранилась от столба и сделала шаг за территорию.

Элли обогнула две группы студентов, добежала, остановилась возле столба. В боку начало покалывать. Ну здорово…

– Год только начался, голова забита. – Она прижала ладонь к ребрам. – Еще и студентка задержала.

– Умная?

Элли поморщилась, не удержалась.

– Как я лет десять назад.

Губы Айды изломились в хищной ухмылке.

– Яс-с-сно. – Подруга круто развернулась и, больше ни на кого не глядя, двинулась вперед по тротуару. – Погнали, доктор Мейер. Опаздываем.

Хоть кто-то ценит докторскую степень. Пусть даже это американка-дизайнер, которая имеет к литературе очень отдаленное отношение. Элли устало вдохнула, отвела руку от ребер и полетела следом. Бегло осмотрела пустующую дорогу. Территория университета и так не бывала забита транспортом под завязку, но сейчас на улице стоял только серый седан заведующей кафедры. Никаких признаков красной «божьей коровки» Айды.

– Где машина? – Элли догнала подругу и приноровилась к ее уверенному шагу.

Та махнула рукой в сторону Тиндалс-Парк Роуд.

– Бросила за территорией. Платье там же.

Она же не имеет в виду то, о чем написала?

– Мне нужно заехать домой, – бросила Элли.

Если это вдруг так неочевидно…

– Тебе нужно засунуть себя в тачку и надеть мое платье.

Вот же черт!

– Айда!

– Что?

Они в ногу завернули за угол, и «божья коровка» предстала перед глазами. Подруга надавила на кнопку брелока, машинка моргнула. Элли остановилась посреди тротуара, ломота в стопах неприятно напомнила о себе.

– У меня был тяжелый день, мне нужно как минимум переобуться…

Боже, неужели это необходимо объяснять? Но Айда только решительно обошла машину, открыла водительскую дверь и поставила ногу в салон.

– Из нас двоих не я выбрала четверг. – Она мотнула головой, указывая на соседнюю дверцу. – Прыгай давай.

Серьезно? Серьезно, мать ее? Переодеваться в салоне тачки, в которой даже некрупному человеку негде развернуться? Элли беспомощно осмотрелась. Три стайки студентов выпорхнули из переулка, громко смеясь. Осеннее солнце уже начало прятаться за дома, скоро скроется совсем и наступят сумерки, но они не настолько темные, чтобы переодеваться в чужое платье в кукольной машинке.

– Если меня увидят студенты… – Элли бессильно подняла руки и тут же уронила их, хлопнув себя по бедрам.

Айда закатила глаза.

– Дождись, когда отъедем подальше.

И ее темная короткостриженая голова скрылась в салоне. Иногда с подругой невозможно спорить. Доктор наук здесь Элли и, по идее, должна бы легко подбирать аргументы и поворачивать любые споры в свою пользу. Но только не с Айдой. Элли вздохнула, в последний раз осмотрела улицу и приблизилась к машине. Открыла дверь, согнулась пополам и влезла на заднее сиденье. В этот же момент «божья коровка» сорвалась с места.

«Дождись, когда отъедем подальше» – отличный совет от человека, выбравшего маршрут через самый центр города. Обширная территория Бристольского университета успела исчезнуть из виду, но движения на улицах не убавилось. Машины, автобусы, люди, велосипедисты… Элли прождала пять минут. До ресторана оставалось еще десять, тянуть стало некуда, и тогда она стащила жакет и взялась за верхнюю пуговицу рубашки. Платье было аккуратно разложено на месте рядом. Красное, шелковое, с треугольным вырезом. Наряд под цвет тачки? Супер. Мечта.

Нужно было взять на работу какое-то из своих платьев. Нужно было обуть другие туфли. И надеть куртку. И все это Элли сделала бы с утра, если бы помнила о планах на вечер. Но она забыла, так что сейчас у нее вообще нет выбора.

Пуговицы закончились. Машина остановилась на светофоре, рядом затормозил черный седан, и Элли машинально повернулась к стеклу. Взгляд поймал в окне соседней машины лицо пацана-подростка… который во все глаза уставился на распахнутую рубашку. Элли мигом сползла вниз по сиденью. При этом пнула коленями спинку водительского кресла, но Айда, как ни странно, промолчала. Так ей и надо. Вечер только начинается, а уже напоминает дебильную комедию. Элли отбросила рубашку, подтянула к себе платье, и шелк остудил пальцы. Конец сентября, вечер, к ночи станет совсем холодно, а эта идиотка притащила красный шелк.

– Напомни, почему мы это делаем. – Элли нервно просунула голову в горловину. Волосы, конечно, завесили лицо.

Айда бросила на нее насмешливый взгляд в зеркало заднего вида.

– Потому что твоя сестра умеет шантажировать людей.

Да. Это была идея Кристи. Элли отфыркнулась от волос.

Кристи выходит замуж и думает, что по такому случаю ей все что-то должны.

«Я нашла классных организаторов быстрых свиданий! Вам нужно сходить, иначе на свадьбе посажу вас за столик для одиночек. Нет ничего унизительнее столика для одиночек, Эль!»

Повезло же с сестрой, господи! Ей двадцать семь лет, последние шесть из которых она встречалась с одним единственным парнем и в итоге за него же и выходит. Что она может знать об одиночестве? Элли с трудом просунула руки в узкие проймы и потянула вниз подол.

– Ты меняешь парней раз в месяц. – Она снова пнула водительское кресло. – Могла бы найти кого-то без этого фарса.

– А может быть, мне надоело? – Айда в зеркале поморщилась. – Тридцатник близко, хочется уже печь для кого-то печеньки по выходным.

– Ты не умеешь печь печеньки.

– Я научусь.

Так себе аргумент.

– И для этого нужны быстрые свидания?

Тесный подол застрял на талии. Брюки! Нужно еще снять брюки! Подруга нервно чмокнула губами.

– Ты рассуждаешь как зашоренная деревенщина. Куча людей находят друг друга на быстрых свидания.

Конечно-конечно. Элли видела статистику. Подготовилась.

– Я не стремлюсь к печенькам и в состоянии найти кого-нибудь самостоятельно.

– Твой последний химик – яркий пример того, кого ты можешь найти, – Айда едко хохотнула.

Черт… химик… Элли поморщилась.

– Гордон – неплохой человек… – Она расстегнула брюки и начала из них выпутываться.

– Это его единственное положительное качество.

– Айда…

Не соглашаться же с ней, хоть и хочется. Нужно было совсем отчаяться, чтобы пойти с ним на свидание. И на второе. И на третье…

– Опять «Айда»? – Глаза подруги в зеркале сузились. – Напомнить, как красочно он капал майонезом на рубашки? И как даже во время секса снимал трубку, если звонила мамуля?

Мать твою! Элли спустила брюки до щиколоток и в очередной раз пнула кресло.

– Я больше ничего тебе не расскажу, – прошипела она.

– Правильно, заткнись и перестань проламывать мне позвоночник. Мне нужно сосредоточиться и найти парковку.

Подруга перевела взгляд на дорогу. Элли оттянула подол до середины бедра и наконец села ровно. Волосы растрепались окончательно, и она резко смахнула их с лица. Вкупе с таким платьем ее голубые глаза и пухлые губы должны производить эффект дорогой проститутки. Элли поморщилась и покосилась на рабочий жакет. Обычный, черный, с воротником-стойкой, на одной пуговице. Может, хоть в нем удастся не выглядеть Мэрилин Монро на минималках? Она схватила жакет, набросила на плечи и откинулась на спинку кресла.

Старый Бристоль остался позади, за окном уже мелькала относительно новая многоэтажная застройка. Ресторан, который арендовали организаторы, уже совсем близко. Из груди вырвался обреченный стон. Боже, почему она позволила втянуть себя в этот бред? Элли уперлась локтем в дверцу и провела пальцем по губам. Невидяще уставилась на свое мутное отражение в стекле.

Кристи, мать ее. Во всем виновата Кристи. Невестам ведь не отказывают, перед ними прыгают на задних лапках даже самые близкие родственники. Сначала сестра уговорила Элли помочь с подготовкой (зачем в таком случае организатор?), потом подсунула должность подружки невесты, а сейчас еще и эти идиотские быстрые свидания.

– Скажу по секрету: Пол собирается склеить тебя к концу свадьбы, так что в твоих же интересах прийти с каким-нибудь парнем, – заявила Кристи примерно неделю назад.

Пол – шафер. Занудный, гнусавый налоговый агент, но при этом лучший друг жениха. Он пытается подкатить к Элли на каждом общем празднике, но она пока еще не настолько устала от одиночества (профессор химии с майонезом на рубашке не в счет, он правда был милым). Пожалуй, это единственная внятная причина, по которой Элли сейчас едет с Айдой. Отбиваться от шафера будет легче, если вцепиться в какой-нибудь мужской локоть…

Однако Элли даже не придумала, на какие темы разговаривать сегодня с десятью незнакомыми парнями.

Блуждания по улицам закончились прямо в переулке за рестораном азиатской кухни. Айда лихо заняла единственное свободное место на парковке перед средней школой, вышла, просочилась в узкий проем между машинами и остановилась, выжидая. Элли осторожно открыла дверь. Чуть не задела соседний автомобиль. Кое-как выбралась наружу и протиснулась к капоту, все-таки проехав локтем по машине. На жакете остался след. Класс! Почему они не вызвали «Убер»? И почему эта мысль пришла только сейчас?

Айда круто развернулась и зашагала к выходу с парковки, Элли последовала за ней. До ресторана пара сотен футов. До начала вечеринки – несколько минут. Элли покрутила головой, осматривая переулок: взгляд зацепился за объявление на столбе перед парковкой.

Вот же черт!

– Это частная парковка!– Она подлетела к ушедшей вперед подруге и вцепилась в ее локоть.

Айда равнодушно отмахнулась.

– Уже вечер, нас никто не прогонит.

– Айда…

– Успокойся, доктор. Мы всего на полтора часа.

Вечно у нее всё легко. Наверное, поэтому подруга бросила университет, не доучившись полгода, и прошла несколько дизайнерских курсов, в то время как Элли закончила бакалавриат, поступила в аспирантуру, стала доктором, получила должность лектора и всё это в пределах одного университета. Боже, даже в мыслях звучит скучно. И она хочет сегодня кого-то найти? Да что ей вообще рассказывать о себе? «Привет, я Элли Мейер, и я одиннадцать лет не вылезаю с гуманитарной кафедры Бристольского»?