- -
- 100%
- +
Зал завороженно слушал царя островитян. Они переводили взгляд то на него, то на Марона, то на Аристарха. Даже председатель уже не выглядел таким расстроенным. Один только Константин, улыбаясь, смотрел на Аристарха. Как змея на кролика.
– Потому, господин Марон, я обращаюсь к вам, как к самому разумному, – островитянин подмигнул первому консулу, – прошу для Аристарха Демидиса награды! Ни один человек, находящийся в здравом уме, не решится плыть на материк, где бушует армия великанов, в страну, которая обещала расстрелять его в подвале его же резиденции. Тем не менее, «Икосийцы – мой приоритет» и все такое. Потому единственным гласным условием, которое я буду обсуждать с вами в присутствии этой оравы дураков, будет требование вернуть город Кранос его законному владельцу.
– Мы давно переросли времена, когда городом мог единолично владеть один человек, Ваше Высочество, – вклинился магистр Константин, встав со своей лавки.
– Да мне плевать, что вы там переросли! – гаркнул Тэкера, гневно посмотрев на магистра. – Сделайте его наместником, вечным бургомистром, без разницы! Это достойный человек; подобных среди вашего сброда за все время, проведенное в Софии, я не заметил. Не будет Краноса у Демидиса – не будет даже обсуждения моего флота. Хотите биться в одиночестве? У меня на островах великанов нет, а в море их удержу, уж будьте уверены!
– Значит господин Демидис получит свой город назад под республиканским флагом. Там как раз в данный момент управляют его люди, да и мы уже организовали помощь с восстановлением обороноспособности после нападения великана, – сказал Марон Зеврас, явно довольный тем, что Шима окажет республике помощь на море.
– Но погодите, господин главнокомандующий, – вклинился Константин, положив генералу руку на плечо и посмотрев тому в глаза, – вы не можете решать в одиночку. Мы же Софийская республика. Мы должны голосовать, так положено.
Аристарх почувствовал напряжение. Магистр искателей Тени перечил главнокомандующему республиканскими армиями? На поверхность начала выплывать странная иерархическая лестница, возведенная в республике. Демидис пообещал себе в этом разобраться.
– Что здесь обсуждать? Нам предлагают помощь первого флота мира, и первым условием, без которого мы не сможем договориться, является Кранос для Демидиса.
– Генерал Марон, – произнес Константин Софийский таким тоном, словно хотел либо отойти с Зеврасом в другую комнату, либо прямо сейчас прострелить ему голову, – мы не можем отдать Кранос человеку, который до последнего был верен империи. Если вы считаете подобное действие допустимым, мы должны голосовать. Таков республиканский закон. Народовластие, помните?
Зеврас поморщился. Константину явно не нравилась подобная сделка и было очевидно, что дело далеко не в его республиканских принципах.
«Ты не нашел», – подумал первый консул и улыбнулся.
– Хорошо, – сдался Марон, – товарищи присутствующие! Если вы за то, чтобы вернуть Аристарху Демидису дом, в котором он родился, вырос и которым долгое время успешно управлял, который умеет оборонять – уж поверьте моему горькому опыту – и получить за это потенциального союзника на море в виде царства Шима, – поднимите правую руку. Всех, кто против или воздерживается, попрошу сидеть как сидели.
В амфитеатре, к удивлению Аристарха, поднялся лес рук. В голове консула промелькнула мимолетная мысль, что присутствующие в этом зале люди вовсе не полные дураки, как он считал изначально. Возможно им просто не хватало образования и культуры. Демидис уже заметил, что государственное устройство Софийской республики больно странное. Добавила странности одна неловкая деталь, которую он, несмотря на возраст, сумел заметить. Богато одетая женщина, сидевшая во втором ряду, подняла руку только после того, как ей кивнул Константин. Следом руки поднялись и в прочих местах, где изначально были воздержавшиеся.
– Замечательно! Можно сказать единогласно! – удовлетворенно подытожил Тэкера, после чего достал из кармана часы и взглянул на время. – Теперь попрошу вас, господин Зеврас, распустить этот сброд и провести со мной разговор в более тихой, комфортной и профессиональной обстановке. С настоящими дипломатами. И шимским чаем!
Тут же прозвучали громогласные приказы генерала. Чиновники начали расходиться. Марон вместе с Тэкерой и его гвардейцами удалились в переговорную. Председатель прощался с присутствующими и вслух оглашал дату следующего планового заседания. Судя по виду, он был несколько расстроен тем, что его не слушали так же, как слушают Марона. В какой-то момент Аристарх даже поймал себя на мысли, что ему будет неловко, если после сегодняшней сцены его лишат этой должности.
– Поздравляю вас с возвращением, первый консул! – сказал стоявший все это время рядом Константин. – Приятно, что к нам присоединился еще один грамотный человек.
– Мне казалось, что вы были против.
– Что? – магистр, усмехнувшись, махнул рукой. – Конечно нет! Я просто хотел, чтобы законы страны, в которой мой орден не пытаются безо всякой причины вырезать под корень, соблюдались. Главнокомандующий Марон иногда забывается, а я просто оказываюсь рядом, чтобы напомнить ему, кто мы, где и для чего.
«То, что ты знаешь где ты и для чего – я не сомневаюсь; вот знает ли ответы на эти вопросы Марон – большая загадка», – подумал первый консул, улыбнувшись в ответ.
ГЛАВА 3. ДМИТРИЙ
Зима в царстве Теосидов была суровее, чем Дмитрий мог себе представить. Дорогу замело; колеса увязали в каждом попадавшемся на пути сугробе. Пони, тянувший повозку, порядком устал и замерз, чего нельзя было сказать о Нори. Атаман-северянин чувствовал себя отлично, ведя повозку. Он напевал похабные песни, стуча ногой в такт, курил и умудрялся без дрожи в голосе расспрашивать Икосида о его прошлой жизни. Бывший император, конечно, отвечал не на все вопросы, однако все же старался быть вовлеченным в эти разговоры, чтобы отвлечься от шепота, который стал преследовать его с тех пор, как они с Нори нашли в руинах семинарии Трех Светил меч Немезиды. Голоса. Голоса не давали ему покоя ни днем, ни ночью, снова и снова напоминая о падении империи, смерти дочери и о том, что он путешествует со своим бывшим пленителем. Смерть дочери… Аврора с определенной периодичностью являлась императору во снах. Иногда это были кошмары, повторявшие падение Сомнии; иногда – прогулки в императорском саду, а иногда – ничего. Абсолютная тьма, в которой раздавался ее тихий шепот «Береги кольцо». Каждый раз, когда подобный сон обрывался, Икосид проверял, не потерял ли он перстень, подаренный дочерью. Последнее напоминание о ней – самая ценная вещь на свете, что была сравнима с мечом бога смерти по важности.
– О! – воскликнул атаман, прервав размышления Дмитрия и заставив того выглянуть из крытой повозки. – Мы почти въехали во Флод. Славная деревушка, там есть приличный трактир, где сможем заночевать. Раньше он назывался «Снежный великан», но, думаю, в связи с последними событиями название поменяли…
– Давай скорее, я тут скоро обледенею, – выдавил из себя Икосид, пытаясь не дрожать, – а то из-за этого снега вся одежда уже насквозь мокрая!
– Терпи, император! – усмехнулся Скальд. – Это далеко не самая холодная зима.
Через пару минут они въехали в деревушку. Рубленые избы казались низкими, будучи занесенными снегом по самые окна. Из труб валил густой белый дым, пеленой расстилаясь над деревней.
В безымянном трактире было достаточно людно. Помимо местных крестьян в нем обосновались имперские беженцы, дезертиры, а также теосидские солдаты. Дмитрий с Нори заняли стол в конце трактира и сняли верхнюю одежду, повесив ее на спинки стульев, чтобы она немного подсохла. Меч Немезиды Дмитрий оставил при себе – уж больно страшно было отпускать артефакт, который они нашли на краю света, в отражении драгоценного камня.
Вскоре к ним подошел целовальник:
– Утречка, люди добрые! Как дорога? Откуда будете? – спросил полноватый мужичок с внушительных размеров бородой.
– Путешествуем, приехали с Норте, – начал Скальд, пальцем указав на две кружки пива, которые целовальник держал в руках. – Хотим заглянуть в храм Трех Светил в Килосе.
– Нехорошее вы время выбрали для паломничества, друзья мои, – мрачно сказал мужичок, поставив кружки с пивом на стол. – Нынче на дорогах лучше не появляться.
– Чего так? – спросил наклонившийся поближе Дмитрий и отхлебнув пива.
– Недели полторы назад со стороны Сомнии к нам ломанулись великаны, – полушепотом сказал целовальник, садясь на свободный стул. – Причем до этого к нам ломились толпы икосийцев, и все было тихо. Да и Килос-то поближе для них будет, но нет – пошли на север…
– Полторы недели? – Дмитрий и Нори переглянулись. Примерно тогда они были семинарии, где и нашли меч. – А что они делают?
– Ясное дело что! Вытоптали несколько деревень, пожрали люду… Но к городам не подходят пока, ходят по правому берегу Мегалы.
– Принеси-ка нам похлебки, добрый человек, да комнату с двумя кроватями подготовь. Только ту, где потеплее, чтобы вещи просушить, – сказал Нори, положив на стол несколько серебряных монет.
Целовальник тут же схватил деньги, слегка наклонившись, после чего удалился в другую сторону трактира.
– Совпадение? Или они чувствуют меч? – серьезно спросил Скальд, бросив взгляд на артефакт.
– Не знаю… Все может быть. Что мешает чудищам из легенд чувствовать возвращение волшебного меча, созданного богом с целью убить отца и источник силы этих самых чудищ?
– М-да, – усмехнулся Нори, сделав пару глотков пива, – звучит как бред. Когда я в детстве говорил, что хочу жить как в сказке, имел в виду сказку о князе Вегге, что пьяным упал у подножия горы Теос и, шлемом расколов скалу, нашел в ней золотой рудник, тут же велев основать на этом месте город, а не вот это все…
Вдруг из-за соседнего стола вскочил пьяный икосиец, одетый в изодранную имперскую форму. Он поднял кружку пива над головой товарищей и на весь трактир закричал:
– Выпьем, мужики, за Амона! Подлюка эдакая, если бы тогда не предложил нам бросить Аарона, после битвы под Килосом, так и полегли бы все в Сомнии!
Дезертиры засмеялись, стукнулись кружками, после чего осушили их и начали хлопать своего товарища по спине. Мужик смущенно отнекивался, но отхлебнув еще пару глотков пива заявил, что теперь они обязаны скинуться ему деньгами, чтобы местная бабка заговорила ему болящие зубы.
Дмитрий кипел от гнева, видя, как люди, предавшие его, веселятся и хвалят того, кто предложил бросить страну и людей на растерзание сначала кагану, а потом и вовсе великанам. Он положил руку на рукоять меча Немезиды и вынул клинок из ножен на пару сантиметров, после чего его голову заполонил шепот:
– Как можешь ты смотреть на этих мерзких нелюдей, что бросили твою страну, всех икосийских женщин и детей, что бросили твою дочь на растерзание великанам? Убей их. Подчини. Убей. УБЕЙ!
Бесшумно подошедший целовальник поставил миски с похлебкой на стол, положив рядом большой кусок ржаного хлеба. Он заметил, что Нори напряженно держит руку на рукояти пистоля и смотрит на Дмитрия.
– Кушать подано, гости дорогие! – Басистый голос бородатого целовальника заставил Дмитрия отвлечься и вернуть клинок в ножны. Нори выдохнул и приступил к еде. – Ваша комната на втором этаже, дальняя, чтобы потише было. И по поводу путешествия вашего… Обождали бы вы в Вегге, тут недалеко, да и храмов красивых тоже тьма-тьмущая. Есть один прямо у подножия Теоса, с видом на Великое море Запада. Такого ни то что в Килосе, нигде не увидишь!
Дмитрий с Нори поблагодарили целовальника за совет и принялись есть. К удивлению императора, похлебка из квашеной капусты, сушеных грибов, гречки и брусники оказалась действительно вкусной.
Отобедав и порядком напившись, товарищи взяли свои вещи и поднялись на второй этаж. Дмитрий не знал, сколько конкретно денег Нори отдал за эту комнату, но она оказалась очень просторной, занимала чуть ли не половину всего второго этажа! Найдя в ней бадью с горячей водой, мужики обмылись, развесили вещи сушиться и улеглись в кровати.
– Так что будем делать? – спросил Икосид, так и не снявший с пояса ножен, из-за чего ему приходилось лежать на спине. – Ежели великаны действительно бродят по дорогам, наш бравый пони нам погоды не сделает. Да и повозка эта может застрять в первом попавшемся сугробе…
Нори курил трубку, глядя в потолок. Скальд и сам не знал, что им делать. Да, он был обязан императору жизнью, однако не намеревался путешествовать с ним под ногами у пятиметровых чудищ, пока у самого Дмитрия под рукой было оружие бога, кое, по мнению атамана, доселе не дало им ничего. Более того, забрало у Нори сон, заставив вечно просыпаться и проверять, не решил ли император его внезапно прирезать после «речей» Немезиды, кои сам Скальд никогда не слышал. Дмитрий даже предлагал ему подержать меч, будучи связанным, дабы Нори убедился в правдивости его слов, но в случае чего не прирезал его самого, однако Скальд каждый раз отказывался. Было в это мече что-то, что не давало ему покоя. Его мама при жизни часто говорила: «Люди – не боги, хотя в чем-то мы и похожи». Он был полностью с этим согласен. Потому и меча не касался.
– Можем доехать до Вегга и продать там и пони, и повозку, – наконец прервал тишину Нори. – После сядем на торговый караван какого-нибудь каганатца, в крайнем случае контрабандиста. Многие из них ходят через священный лес за горой Морте, хотя это и запрещено. В сам лес нам не обязательно, больно большой крюк придется делать. Доберемся поближе к горе и там по каемке, по аулам, доберемся до Килоса. Если великаны действительно пошли на север и разоряют деревни у Мегалы, лучше их обогнуть. И меч свой из ножен лучше не доставай! Если этот, с твоих слов, говорящий кусок божественной стали действительно привлекает исполинов, я бы хотел, чтобы он молчал.
Дмитрий согласился. Пока они не знали, как использовать меч, вынимать его из ножен не было смысла.
– По поводу самого меча же… Раз уж великаны не стремятся уничтожить все людские поселения разом, а бродят по полям малыми отрядами, в поисках невесть чего, думаю, добравшись до Килоса, там немного передохнем, а после двинемся в Софос. Иногда туда пускают паломников. Вербуют, конечно, насколько мне известно, но нам это только на руку. Проберемся в библиотеку искателей Тени, расспросим сектантов про меч, может узнаем чего полезного. Может даже найдем союзников. Выйдешь из тени. Император Дмитрий жив и явился с артефактов богов, чтобы покарать адских отродьев! Там пару сокрушительных ударов волшебным мечом – и вот тебе целая империя, люди кланяются, ты – святой спаситель, а я – твой верный подручный! А? Как тебе?
Дмитрий усмехнулся.
ГЛАВА 4. АНТОН
Баронет бродил по темнице Тифона, рассматривая фрески. Боги, изображенные на них, бились с кем-то могущественным, бились отчаянно. От их ударов тряслась земля, небо светилось ярче солнца от количества молний. Теос и Икос сумели повалить противника на землю, после чего Морте вонзил ему в грудь меч. Земля раскололась и появившийся в ней проем тут же начал заполняться водой… или, возможно, кровью поверженного существа? Тело противника богов рассыпалось и развеивалось ветром. Когда у него остался только торс, голоса и рука, неизвестный со всей силы ударил по земле. Поднялся высокий столб пыли, тут же подхваченный ветром и превратившийся в смерч, неподвижно стоящий на месте. Когда неизвестный рассыпался вовсе, из смерча вышел великан, жутко напоминавший Антону Тифона. Он вступил в схватку с богами. Боги наносили ему десятки, сотни ран, но там, где падала хоть капля крови великана, из земли вылезал новый, чуть меньший. Не сумев убить великана, боги в очередной раз ранили его. Морте отправился уничтожать чудищ, порожденных первым великаном. Икос поднял из земли монолитные глыбы и одним махом превратил их в крепость, заковав исполина в подземелье. Теос поднялся высоко над землей и, открыв свою книгу, сотворил какое-то заклинание. После боги ушли, а закованный цепями великан продолжал медленно истекать кровью.
– Пойдем скорее, хватит рассматривать эти каракули! – окликнул Фаросского Нестор, уже стоявший у ступеней подземной темницы. – Нужно выбираться, пока эта тварь не вернулась! Бежать с этой проклятой земли, вернемся к кораблям! Если повезет, за эти несколько часов он наигрался и убрел куда-то вглубь земли Древних.
– Ты не понимаешь, – Антон растерянно обернулся, – мы освободили… Это гибель рода человеческого…
Старик подбежал к баронету и ударил его ладонью по лицу, после чего схватил за плечи и встряхнул.
– Если мы сейчас отсюда не уйдем и этот Тифон решит вернуться, – Нестор Гривас кивнул в сторону лужицы, оставшейся от искателей Тени, раздавленных великанов, – повезет, если кончим как они. Теперь пошли. Бегом!
Они бросились к лестнице, но ступени были слишком высокими – приходилось подсаживать друг друга, чтобы забраться. Оказавшись на поверхности, товарищи обнаружили следы бойни. Искатели Тени, оставшиеся снаружи, были разметаны по руинам Архайи, словно детские игрушки. Всюду были лужи крови. Стиснув зубы и подавив рвотный позыв, Нестор огляделся.
– Святой Икос… – Следы великана, оставленные на сером песке, уходили в сторону, где причалили их корабли. – Нужно спешить! Скорее!
Дыхание Антона то и дело сбивалось, сердце колотилось так, словно вот-вот выскочит из груди. Он не осознавал, что происходит. Он – сын барона Фароса, бывший юнкер и солдат, пробежки ему не в новинку… Но бойня в подземелье Архайи… Она стояла перед глазами. Почему сектанты не послушали его? Неужели были настолько ослеплены своей верой в магистра, что без малейших сомнений высвободили говорящего на человеческом языке исполина. Неужели не боялись смерти?
На побережье стоял непроглядный туман. Великана было не видать, а из звуков был только шум бьющихся о берег волн моря Проклятых. Баронет еле поспевал за своим кастеляном, бежавшим без передышек. Когда солнце начало светить им в спину, товарищи перешли на шаг, чтобы передохнуть. Антон согнулся пополам и закашлялся.
– А я еще пока ты жил в Фаросе говорил, чтобы ты бросал курить! – Тяжело дыша сказал старик. – Плетешься хуже нашей престарелой клячи.
– Да я… В училище последний раз… – Баронет снова закашлялся. – Сердце выпрыгнет сейчас…
Нестор снял с пояса флягу и протянул ее Антону.
– Попей немного, нужно идти дальше. До кораблей еще полдня пути, а следы этой твари как назло никуда не свернули.
Дорога была долгой. Баронета мутило и болтало из стороны в сторону, руки тряслись, ноги подкашивались, в глазах рябило. Голова кипела. Если Константин знал, что в Архайе находится Тифон, а не меч, то зачем отправил их туда? Зачем отправил на дело идиотов, которые решили взорвать цепи, сдерживавшие исполина? Вопросы вихрем кружились у него в голове, не давая сосредоточиться на дороге. Старый кастелян же наоборот двигался очень бодро, даже несмотря на то, что ему знатно прилетело по голове рукоятью мушкета.
Вдруг они остановились. Нестор начал растерянно оглядываться, после чего пошел к берегу.
– Что случилось? – спросил Антон, видя недоумение товарища. – Почему остановились?
Нестор разразился проклятиями и пнул шедшую навстречу волну. Антон подошел поближе и сквозь туман увидел обломки кораблей.
– Потому что мы на месте… – разочарованно произнес старик, после чего начал снимать с себя одежду. – Нужно собрать припасы, пока все не унесло в море.
– Зачем? – безнадежно спросил Антон, глядя на плавающие обломки.
– Поищи что-то, что можно разжечь, нам нельзя замерзать, – кастелян сделал вид, словно не услышал вопроса и, войдя в ледяную воду, поплыл к обломкам.
К вечеру они развели костер. Только тогда Антон понял, как сильно замерз за время этой пробежки. На побережье Архайи не лежал снег, но ледяной морской ветер продувал беспощадно. Нестор сумел спасти несколько целых бочонков с соленьями, крупами и вяленым мясом, что заставило товарищей невольно улыбнуться.
Пока они ели, Антон размышлял об их положении. Да, у них есть еда, с которой, при желании, они могли бы протянуть пару месяцев, если будут соблюдать строгую диету, но в чем смысл? Ждать, пока явятся великаны, василиски или кто похуже? Жить на берегу в надежде, что Константин, не дождавшись вестей от Антона, пришлет еще корабли?
Доев свой кусок мяса, Антон встал с обломка доски и пошел поближе к морю, оставив Нестора сидеть у костра в одиночестве. Он не знал, что задумал магистр искателей Тени, даже предположить не мог. Мотивы этого человека были ему совершенно непонятны. Увиденный у Краноса великан не вызвал у него ужаса, наоборот, баронет видел в глазах магистра азарт в тот день. Он организовал убийство родителей Антона, его ссылку, отправил его в эту проклятую землю Древних – но ради чего? Фаросский не знал. Он был уверен только в одном – поквитаться уже не удастся.
Он взглянул на успокоившееся море Проклятых. Водная гладь была неподвижна, словно застывшее зеркало. Баронет вытащил из-за пояса пистоль, поднятый в подземелье Архайи и зарядил его. Руки тряслись. То ли от холода, то ли от страха. Успокоившись, он приставил ствол к виску, после чего его тут же выхватил Нестор, бесшумно подошедший сзади. Антон обернулся и получил уверенный удар в челюсть, после чего упал на песок.
– Сдурел что ли? Сливка общества, Икос тебя подери! – Кастелян разрядил пистоль и сунул его себе за пояс. – Совсем из ума выжил?
– А что нам делать?! – Заорал в ответ баронет, поднимаясь на ноги. – Мы на краю света, без возможности вернуться назад! Что нам делать, Нестор? Сколотить из этих обломков лодку и потонуть в километре от берега?
– Хватит ныть! – плюясь слюной прокричал старик. – Пойдем по следам великана. Они возят себе провизию, помнишь? Значит у них есть деревья, живность, города, порты и корабли. Попытаемся нагнать его, доберемся до поселения и проберемся на корабль. Если будем осторожны, то не попадемся. Мы для них будем не больше крыс, спрятаться на корабле сумеем.
– Это безумие!
– Это единственное, что мы можем сделать! Сделать, а не пустить себе пулю в висок. Мы должны попытаться. Должны предупредить людей! Магистру твоему треклятому, Морте бы его побрал, башку снести! Не себе – ему!
Вновь повисла тишина. Антон кивнул и они вернулись к костру. Нестор достал из кармана кисет с табаком и трубку.
– Ты же не куришь!
Нестор поднял взгляд на баронета, как бы спрашивая «Ты серьезно?», после чего набил трубку и закурил.
– Может орден прислуживает великанам? – задумчиво спросил кастелян, выпустив клубок дыма. – Хотя какой смысл? Им вроде никакого добра за это не достается… Треклятые сектанты…
Антон достал из полевой сумки сборник мифов своего отца, полученный от Константина. Яннис Фаросский никогда не уделял сыну должного внимания, но сейчас это было неважно. Баронет не знал, откуда отец узнал, что Тифон находится в Архайе. Он хотел выяснить, что еще знал Яннис. Что скрыто в этом сборнике мифов? Он перелистывал страницы, вглядываясь в пометки, но всюду находил на полях лишь нарисованные созвездия. Где-то их было больше, где-то меньше, а некоторые страницы были испещрены ими полностью. Местами они повторялись… Повторялись!
– Нестор! – Антон вскочил со своего места и протянул книгу кастеляну. – Смотри! Они повторяются!
Гривас непонимающе посмотрел на него, после чего вынул изо рта трубку и протянул баронету, попросив присесть. Антон не отказался.
– Сначала я думал, что это созвездия… Ну, вообще, это они и есть, но это не просто созвездия! Это шифровка! – Пока тот с интересом вглядывался в рисунки Янниса, баронет затягивался трубкой, чувствуя проблеск надежды. – Пока, конечно, непонятно, что они значат, но, думаю, что-то важное.
– Нужно будет изучить ее в дороге, – констатировал Нестор, – видимо твой отец знал что-то, что Константин пытался всячески скрыть. В том числе и о Тифоне.
Подбросив сухих тряпок и досок в костер, кастелян вернул Антону книгу и велел ложиться спать. Утром нужно было собираться в дорогу – им предстояло идти вглубь неизведанных земель, куда еще не ступала нога человека.
Баронет взял оставшиеся тряпки и постелил их на обломки. Он лег, размышляя о том, что неплохо было бы нарисовать карту местности на пустых страницах.
ГЛАВА 5. ШНАЙДЕР
За окном крупными хлопьями валил снег, а дети рыли в сугробах туннели. Среди них был и тот тощий бедняк, что гнался за каретой. Шнайдер бросил в окно мешочек с серебром, которые тут же затерялись в снегу. Оборванец тут же побежал их искать. Разгреб снег и нащупал мешочек со свертком, на котором был изображен знак, известный каждому уличному курьеру Фолио, после чего поднял голову и посмотрел на Шнайдера. Шпион усмехнулся и слегка приподнял бровь, после чего мальчик кивнул и убежал за дом. Искатель Тени отстранился от окна и подошел к столу, на котором лежало письмо с печатью магистра. Мысли о том, дойдет ли его послание до адресата тут же улетучились. Шнайдер вскрыл конверт. Константин сообщал о том, что скоро в Фолио прибудут еще искатели Тени и что его подопечному необходимо поторопиться с получением доступа в имперскую библиотеку, ибо в Каганате, по его информации, назревает мятеж, который может сильно осложнить задачу. Еще он попросил Шнайдера не самовольничать и избегать связей с заговорщиками.