Хроники Чеггорра – 2. Лабиринты космоcа

Свиток 2

Утро встретило Стивра занудным дождем, что было более чем удивительно. Особенно, если учесть ясную малооблачную погоду накануне. Мокрая пирамида мрачно темнела сквозь серую водяную завесу. Руки молодого Знающего стремительно защелкали по панели записывающего устройства. Получить такое устройство стоило платы более чем за почти полвитка работы. Зато теперь каждый шаг можно было подробно фиксировать на листах из специального материала, изготовленного тончайшей сердцевины некоторых растений.

Стивр устало потянулся. Знаки письма ловко выстраивались в ровные столбики. Еще немного, и… Кстати, а что «и»?

Лишь Стивр знал, зачем ему это нужно.

Главным молодой Знающий считал необходимость получить необходимые навыки работы на пишущем аппарате. Глядишь, и пригодится для осуществления заветной мечты по судьбе предыдущих цивилизаций… В планах Стивр видел себя не больше, не меньше, а именно Жрецом-Хранителем. И тогда он сможет постоянно находиться в главном Хранилище Дворца.

Знающий сложил исписанные листкиаккуратной полосой. По краю листов пролегла лента, скрепляющая разложенное в единое полотно. Пальцы привычно скрутили плотный свиток.

Взгляд Стивра с тоской обратился к окну.

– Что же делать? – проговорил Стивр, – не идти же в такой ливень.

А идти, вроде, как бы и надо. Намечались традиционные гонки на пторах, существах каменной формы жизни.

Насколько древними были каменные обитатели Ошк» -Г’ора, ни в легендах, ни в рассказах Дворца Знаний ничего не говорилось. Но на пторах гонялся еще и дед деда Стивра. Вот уж знаменитый на всю Родинию был Жрец-Хранитель. Однако ж, не смотря на свое столь высокое положение, он не пропускал ни одной гонки. Даже свой свисток-погонщик передал потомкам. При этом воспоминании Стивр бережно погладил висевшее на груди приспособление. Почему-то на Ваальбе его называют YUHKNO’M – сотрясатель. Что он там сотрясает? Уж не воздух ли неслышимым звуком. Свисток задорно отозвался блеском полированных граней, ярких даже при отсутствии просветов в тяжелых мрачных тучах.

Между тем наступило некоторое просветление в почти сплошных серых линиях бегущей с небес воды.

– Гонка должна состояться при любой погоде, – пробормотал Стивр, переодеваясь.

Традиционная одежда гонщика на пторах состояла только из набедренной повязки да сандалий с высокой, до колен, шнуровкой. Глубокий шлем защищал голову

Для этой гонки Стивр выбрал темно-серую, почти сливающуюся цветом с грозовыми тучами, и расшитую золотыми линиями, символизирующими молнии, набедренную повязку. Сандалии из тщательно выделанной темно-зеленой прочной кожи и темный матовый шлем завершали наряд молодого гонщика.

Стивр подошел к идеально полированной серебряной пластине. Ладони машинально поправили складки набедренной повязки. Заткнутый за расписной пояс традиционный узкий кинжал вдруг показался крайне неуместным.

Полог дверного проема колыхнулся. В комнату неясной тенью скользнула Фатта.

Стивр непроизвольно огляделся по сторонам в поисках Дуарха. Обычно эти двое не расставались. Хотя… Дуарх все-таки умчался на скалистое побережье Океана в обсерваторию Панг-Двану. Где-то там пенистые волны набегают на берег, без устали разбиваясь об острые камни. Наблюдение за далекими землями и солнцами для него оказались гораздо важней спутницы.

– Не ожидал, – с широкой улыбкой Фатта прервала размышления Стивра, – а вот и мы…

– Мы? – сказать, что Стивр удивился, ничего не сказать.

Удивление его рассеялось, когда из-за спины Фатты появилась Матра, еще одна из Воспитанниц Знающего.

– Мы собираемся идти с тобой на гонки, – затараторила Матра, преданно глядя в глаза Стивра.

«Этого только и не хватало, – обреченно подумал Знающий, – а ведь Фаренга предупреждала о такой возможности».

– Как ты тут оказалась? – обратился Стивр к Фатте, – ты же должна отдыхать в Ваальбе…

– И пропустить Всеродинские гонки на птарах?

Гонщик рассеянно почесал заросший редкой бородой подбородок.

– В давно-давно пролетевшие витки… – начал рассказ Стивр.

– —

…В давно-давно пролетевшие витки, которых уже не помнили предки наших предков, землю Ошк» -Г’ор населяли многочисленные племена пторов. Уже и тогда появление их терялось в немыслимом прошлом. Земля Ошк» -Г’ор в те времена получала много больше тепла от светила. Пторы рождались, росли и умирали как и любое живое существо на землях, появившихся из Первородного Шара. Просто жили. Питались солнечным теплом и светом.

Не знали каменные жители письменности в нашем смысле слова. Но как-то же они передавали имеющиеся знания.

Общалось между собой каменное население гористой земли Ошк» -Г’ор. Изредка ссорились, дрались, сшибаясь твердыми телами, из-за территорий, самок и для установления позиции в племени.

Прокатились над ними бесчисленные витки витков, когда вдруг появились на Родинии другие живые, уже не каменные. Они не стали враждовать с пторами. И именно на Родинии придумали использовать пторов, как одно из средств передвижения.

Еще пробежали витки и витки, сменяя друг друга. Появились и на Ваальбе новые пришлецы, сбежавшие с просторов Родинии. Гибкие тела вновь прибывших заполнили древнейшую платформу Ваальбы. Каменные глыбы пторов эти пришлецы разбивали в мелкие кусочки. Не сразу увидели они в них зачатки древнейшей цивилизации, истоки которой лежали еще в Первородном Шаре. Искусственно выращенныев Ваальбе существа, покрытые длинными мягкими чешуйками, напоминающими перьями, подняли пришлецов в воздух.

Кто первым взобрался на каменную спину птора, точно никто и не скажет. Но, скорее всего, это были детеныши… Ибо именно они способны на всякие подобные безрассудства…

– —

– Вот видишь – детеныши! – Матра высунула язык, обернувшись к сестре.

– Стивр сказал: БЕЗРАССУДСТВА, – строго предупредила Фатта.

– А вернуться из Ваальбы только ради гонок, не без-рас-судство? – отпарировала Матра, – сестра Логры тебя не слышала.

– Она ж еще совсем мелочь, – презрительно отмахнулась Фатта.

– Не вздумай это ей самой сказать, – усмехнулся Стивр, – она себя такой не считает.

В лица вышедших пахнуло свежестью. Ливень прекратился, оставив после себя лишь редкую изморось. От влажных после дождя плит улицы лениво поднимался пар. Прокричали в вышине одинокие к’ук’и, встречая очистившиеся от туч небеса. Солнечный луч скользнул по городу, вызвав яркое семицветное световое кольцо

Многоголосый гомон доносился с окраин. Зрители и участники уже собрались. По правилам принять участие в гонках, в принципе, мог каждый желающий. Главное, чтоб он умел пользоваться свистком-погонщиком.

Пторы, существа достаточно непредсказуемые. Они могут и еле заметно ползти, но могут и мчаться со страшной скоростью. Все зависит от мастерства гонщика, от его умения. Поэтому, крайне редко на Всеродинийских гонках принимали участие случайные гонщики. С большинством из них Стивр знаком не только по предыдущим гонкам. Некоторые уже даже удостоились памятной скульптуры на Храмовой Аллее.

– Háu, kȟolá! – приветствовал Стивра ближайший гонщик, – надеешься победить?

В голове Стивра промелькнула легкая тень зависти. Не удивительно. Ведь на предыдущих гонках именно Клыжр, представитель Ваальбы, обогнал всех соперников. Сильный удар, не только по остальным соперникам, но и по самой Родинии. Этот момент особенно напрягал Ставра. Молодой Знающий старательно упрятал недостойную мысль глубоко внутрь себя.

Пторы уже выстроились в неровный ряд. Живые камни, казалось, тоже приготовились к гонке. Стивру даже показалось, что они даже нервно подрагивают перед стартом. Неужели, и они волнуются?

Между тем, гонщики подошли к партнерам. Не называть же верховых камней животными. Все-таки они представители древнейшей на Ошк» -Гор’е цивилизации. Но во время гонок пторы и гонщики становились словно единым целым, единым организмом.

Стивр замедленно поднялся на спину отведенного ему каменного существа. Птор бережно принял тело гонщика, прогибаясь, принимая комфортную форму, подстраивавшуюся под его фигуру.

Надвинув шлем плотней, Стивр оглядел толпу зрителей.

Впереди чуть выделялась предстоящая трасса, петляя между острыми скальными пиками. Взревели сигнальные раковины, давая знак к началу гонок.

Практически одинаковым жестом гонщики поднесли к губам свистки-погонщики.

Живые камни бесшумно рванули с места.

Лидерство в гонке мгновенно захватил Клыжр. Стивр устремился в погоню, не обращая ни малейшего внимания на остальных участников гонки. Это и стало его ошибкой. Ближайший соперник с Райнука с разгону ударил в бок птору Знающего.

– Ты никогда не станешь лидером, – зло прошипел райнуканец, – и вся твоя Рдиния во всем всегда будет уступать Райнуку.

Стивр проиграл специфическую мелодию. Птор Знающего резко вильнул в сторону.

«Эх, если бы птор смог взлететь, – непроизвольно подумал Стивр, – я бы смог обогнать всех сверху».

«Это неправильно, – вторглась в голову посторонняя мысль, – так нельзя».

– Кто это?

«Я, – снова раздалась в голове, – ты в слиянии со мной».

– Птор?!

«Мы победим!»

Камень резко рванул вперед. Откуда и силы взялись? Птор мчался стремительными зигзагами, не давая райнуканцу даже приблизиться для очередного противодействия гонщику Родинии.

Впереди маячил ваальбец Клыжр.

«Держись! Меня зовут Шххх! Я вождь клана! Мы победим!»

Рев толпы на финише почти оглушил Стивра.

– Мы победили, Шххх!!!

– С кем это ты разговариваешь? – подозрительно спросила Матра.

«Не говори. Не нужно, чтобы еще кто-то знал»…

Свиток 3

– Давай быстрей! – торопила Стивра Матра, без устали прихорашиваясь перед серебряным полированным зеркалом, – Ты же обещал…

– Обещал? – Знающий растерянно посмотрел на нежданно заявившуюсяВоспитанницу, – Чего обещал?

– Ну, как же! – Матра возмущенно всплеснула руками, явно подражая старшей сестре, – Мы же хотели идти в горы.

Она кокетливо поправила волосы, заплетенные в косы.

– В горы? – Стивр озабоченно взъерошил бороденку, – Когда это?

– Да, вчера же. Сразу после гонок. Отпустил птора и заявил, что неплохо было бы прогуляться по горам. Сказал, что мы сможем увидеть диких пторов…

– Дикие пторы? – фыркнула у входа Фатта, – откуда они возле города-то? И, вообще, они существую ли?

Матра обиженно надулась. В уголках глаз у нее сами собой набежали слезы. Она вскинулась было, вероятно для того, чтоб возразить сестре. Но, по непонятной причине, сдержалась. Лишь еле слышно всхлипнула.

Стивр лишь переводил взгляд с одной сестры на другую. Восторженный взгляд Воспитанницы безусловно напрягал молодого Знающего. Хотелось бы такого взгляда заслужить все-таки от Фатты, а никак не от ее младшей сестры. А где-то еще и Логра с прилипалой Танрой. Как только их сейчас не оказалось.

Колыхнулась занавесь входа. Стивр беспокойно обернулся.

«Как бы не накликал», – шевельнулась непрошенная мысль.

Но нет. Во входном проеме совершенно неожиданно появился Клыжр – гонщик Ваальбы. На этот раз выглядел он совсем не как гонщик – в куртке и штанах. Разве что глубокий шлем в какой-то мере напоминал о его увлечении. Вот уж нежданный-негаданный гость.

– Я с вами! – с неистребимым акцентом проговорил ваальбец.

– С нами?

– Ну, да, – пожал плечами Клыжр, – ты ж после награждения и меня пригласил в поход.

Стивр звонко хлопнул ладонью по бедру.

– Ну, тут уж ничего не поделаешь. Пошли.

Он шагнул за порог дома. Шаркнули по песчаной площадке плотные подошвы сандалий. Душистый аромат цветущих розовых пушистых мирочарусов окутал Знающего и его спутников. В кудрявой зелени гироксил проглядывали яркие полосатые красно-синие ягоды, одним своим видом вызывая обильное слюноотделение. Матра с трудом удержалась, чтобы не броситься к плодовому дереву. Закурчавились уже висючки на кустах длинноплодки.

Ясные небеса пятнали рваные клочки подсвеченных восходящим солнцем облаков. В бледных оттенках разгорающейся зари мелькнуло ярким штрихом нечто неведомое.

«Хорошо бы спросить Дуарха. Он как раз Знающий Небесных Земель. Даже красную тунику своего высокого звания уже получил».

Но не ответит Дуарх. Далеко он теперь в своей обсерватории Храма Горы.

Над вершиной Куркуликве курился легкий дымок – знак близкого извержения. Хорошо еще, что гора эта все-таки не находится на континенте. Но все равно, последствия могут оказаться довольно разрушительными.

– Готовы? – спросил Стивр, скорее для очистки совести.

Рука привычно поправила пояс с оружием. Сверкнула в лучах появляющегося солнца бляха амулета, рассыпая блестящие искорки.

Запели на вершине пирамиды встречающие рассвет к’ук’и.

Светлой, с блестками, полосой кинулась под ноги тропинка, словно заманивая прочь от города. Площади и улицы города в столь раннее время выглядели пустынными. Основная масса горожан еще не поднялась. Обычно, день ремесленников начинался в тот миг, когда солнечный диск, поднявшись над Ошк» -Г’ором, лишь слегка цеплялся за изломанную линию виднокрая.

Через некоторое время город остался позади. Показались уляпанные разноцветным мхом скальные образования.

Многочисленные мелкие камешки с шорохом проворачивались под ногами путников. Мимо тянулись острия замысловатых сколов.

Еле заметное шевеление мелькнуло чуть в стороне.

– Ай! – вскрикнула Матра и плотно прижалась к Стивру.– За нами кто-то наблюдает.

– Не может быть, – тут же отозвалась Фатта, – опять тебе что-то мерещится. Сплошное блазниво.

Она не договорила. Прямо перед путешественниками с оглушительным треском столкнулись обломки скал. В разные стороны стремительно разлетелись острые мелкие осколки.

– Вот вам и дикие пторы, – свистящим шепотом сообщил Стивр спутникам.

«Остановись, – прозвучало в голове Знающего, – не надо вам сейчас идти дальше».

Стивр остановился.

– Ты чего? – Клыжр ухватил его за рукав туники.

– Дальше нам нельзя.

– С чего бы?

– Пторы не пускают.

– Кто?

– Разве сам не видишь? Они показали демонстрационные схватки – знак того, что нас просто-напросто не пропустят к местам стояний.

– Стояний, – теперь к нему обратилась и Фатта, – что за стояния?

– Понимаешь, – против воли рот Стивра расплылся в широкой улыбке, – так мы называем места их постоянного пребывания.

– Постоянное пребывание так близко к городу? А как же?

– Обычно они кочуют дальше от стойбища к стойбищу, и к городу не подходят. Видимо, что-то произошло.

«Ты прав, – снова прошелестел в голове Стивра мысленный голос. Знающий узнал Шххха, – нас ожидают страшные события».

– Страшные? – не удержавшись, Стивр произнес вопрос вслух.

– С кем это ты? – тут же подала голос Матра.

Фатта же молча помахала пальцами возле уха. И только ваальбец посмотрел на Стивра со странным напряжением.

– Ты говорил с пторами? – потрясенно пробормотал он.

«Можешь сознаться».

– Да, – пришлось подчиниться совету Шххха, – получается иногда. Но как ты догадался?

– Я сам, – осторожно огляделся по сторонам Клыжр, – давно пытаюсь наладить связь с ними.

Он медленно вытащил из кармана куртки странный продолговатый предмет, созданный, видимо, у них на Ваальбе. Раньше подобного видеть Стивру не доводилось. Щелкнув, выдвинулись тонкая рогатка антенны.

– Что это? – указала на неведомый прибор Фатта.

В глазах ее блеснуло нечто восхищенное, что почему-то не понравилось Стивру.

– Мы называем Chikin-pa’, – проговорил Клыжр, поместив прибор в еле заметную нишу шлема, – он должен услышать речь пторов…

– Ты тоже Знающий? – поинтересовался Стивр несколько растерянно.

– Нет, – показчал головой ваальбец, – я ношу звание pȟežúta wičháša.

Послушайте, прямоходящие, – из прибора Клыжра раздался чуть глуховатый колос птора. – 

– —

начал рассказ Шххх, – Жизнь шла своим чередом. – …Я – вождь клана Куахр, одного из крупнейших среди горных племен, — Наш клан издавна кочевал в тутошних горах. Рождались и вырастали наши дети.

– А откуда берутся у вас дети? – заинтересованно спросила Фатта.

– Из осколков от брачных игр, – в голосе Шххха послышалось некоторое подобие усмешки.

– Ага! – воскликнул Клыжр, – значит, мы видели совсем не поединок.

Ответа он не дождался.

– … Солнце, обходя скалы, посылало живительные лучи на все горные кланы. Крепло и процветало могущество кланов. Путники кланов прокладывали тропы в знак достижения брачного возраста. Воины состязались в умении и силе с воинами других кланов. Изредка вспыхивали короткие искристые схватки между представителями различных племен. Скалы, как старейшины наидревнейших каменных рас, благожелательно относились к путникам и охотникам кланов. Постепенно срастались они между собой, плотно скрепляясь, вырастая в кряжи и хребты. Прятался внутренний огонь под телами старейшин…

Птор замолчал. Вглядывался он в окружающее или просто с мыслями собирался? Не часто, видать, приходилось горным племенам с остальными расами беседовать.

И появились на земле мягкотелые двуногие, чешуйчатые и гладкие. Принялись они разрушать исконные охотничьи угодья кланов, оттесняя охотников все дальше и дальше. Стали проникать путники кланов в места последнего приюта старейшин. Прекратилось нарастание каменной брони над огненной бездной.

Из нашего клана путник или из какого-то другого, но потревожил он при прокладке тропы старейшин. И поведали ему старейшины о невнятном шевелении в недрах.

Собрались вожди племен и кланов на Общий Совет. Постановил Совет покинуть всем кланам места покоя старейшин и отрядил меня для связи с мягкотелыми этого камня. На камне за большой водой выделен другой представитель нашей расы.

Предупредить мы должны о предстоящем огненном всплеске недр.

А еще старейшины сообщили о приближении исходной земли горного народа…

– —

– Вот такая вот ситуация, – прервал внезапно повисшую тишинуСтивр, – надо им помочь.

В небесах по-прежнему беззаботно распевали к’ук’и.

– Может, пригласить их, – воскликнула Матра, – пусть поживут подальше от гор у нас в городе…

Свиток 4

– Получается, – задумчиво произнес Стивр, – что вся наша земля Ошк» -Г’ор – живая.

Клыжр недоуменно взглянул на Знающего Родинии.

– С чего это вдруг ты пришел к такому выводу?

– Сам вспомни, что рассказывал Шххх…

Сандалии вернувшихся из кратковременного похода в горы задорно шлепали по плотной, слежавшейся до твердости камня, дороге.

В ремесленном конце глухо постукивали молотки ваятелей. Далеко разносился звон работы мастеров по металлу.

Мимо путешественников неспешно проплывали рельефные стены зданий. Промелькнула вдали площадка для священной игры. Сверкнули солнечные лучи на бронзовых полированных изваяниях победителей различных состязаний, обрамляющих храм воинов.

– Скоро там появится и твое изображение, – проговорила Матра, бросив лукавый взгляд на засмотревшегося на них Стивра.

– Сейчас не до этого, – нетерпеливо отмахнулся молодой Знающий, – нам нужно встретиться с Тафром.

Солнце постепенно спускалось за острые колья западных гор. На мгновение показалось, что каменные исполины движутся, словно в такт дыханию. Небеса над ними постепенно окрашивались яркими полосами бледно-бордового цвета. Разрастались и фиолетовые мазки стремительно темнеющего небесного свода.

Грозно надвигалась массивная гора пирамиды Храма Короны, где как раз и должен был находиться Жрец-Властитель Тафр.

Вскоре впереди показалась своеобразная колоннада Храма Короны. Статуи Жрецов, изображающие колонны провожали проходящих равнодушными взглядами. Руки Жрецов-колонн напряженно сжимали неведомое остальным горожанам оружие.

Ваальбец, словно случайно, положил ладонь на рукоять заткнутого за пояс ритуального кинжала.