История Московской городской больницы им. С.П. Боткина. 1910-1965

Горянский Тихон Иванович

С открытием новых корпусов 2-й очереди в 1913 году в Солдатенковскую больницу был приглашен на должность старшего врача инфекционного отделения врач, коллежский советник Горянский Тихон Иванович. Родился Тихон Иванович 19 августа 1865 года. В 1896 году окончил Московский университет, после которого с 14 декабря 1896 по 7 октября 1898 года работал врачом-ассистентом в Бахрушинской больнице. С 1 января 1899 года поступил ординатором в Сокольническую больницу, где познакомился с Михаилом Петровичем Киреевым. До службы в Солдатенковской больнице был женат на Ольге Михайловне Горянской, родившей ему четверых детей: Антонину (1904 г.р.), Ивана (1906 г.р.), Александра (1907 г.р.) и Алексея (1911 г.). Проработал Т. И. Горянский в больнице до 1 сентября 1919 года. Умер в 1923 году от сыпного тифа.

Ординаторы

Для работы в отделениях больницы были приглашены ординаторы. Ординаторами считались опытные врачи, имеющие врачебный стаж, как минимум, несколько лет. Они самостоятельно вели лечение порученных им больных, и старшие врачи являлись для них лишь консультантами. С момента открытия больницы ординаторами работали врачи В. Ф. Рейсгоф (приемный покой), В. П. Пуштарский (терапевтическое отделение), С. И. Камсаракан (инфекционное отделение) и Константин Григорьевич Хрущев (хирургическое отделение), которому одновременно поручалось управление библиотекой.

Хрущев Константин Григорьевич

Для прохождения конкурса на должность ординатора в Солдатенковскую больницу подавались резюме или curriculum vitae. В таком документе, похожем на биографию, от 29 августа 1910 года К. Г. Хрущев о себе сообщал: «Происхожу их дворян (потомственный, почетный) Воронежской губернии, родился в 1870 году (26 июня). Окончил Воронежскую гимназию, в 1888 г. поступил на медицинский факультет Императорского Московского университета, который окончил в 1893 году со степенью лекаря. В течение зимы 1893-1894 годов, как и В. Н. Розанов, был экстерном Госпитальной терапевтической клиники (проф. А. А. Остроумова); весной 1894 года поступил на земскую службу в Землянский уезд Воронежской губернии и исполнял обязанности запасного врача. В октябре того же года был приглашен заведовать Новоуспенской больницей того же земства. В течение 12-ти летней службы при этой больнице три раза воспользовался четырехмесячными командировками для усовершенствования хирургии: в 1898 году занимался в Санкт-Петербурге в Еленинском институте для врачей и в Обуховской городской больнице (у доктора Троянова); в 1902 г. три месяца занимался в Лозанне у проф. Roux, в течение месяца посещал клиники и хирургические отделения больниц Берна, Женевы и Парижа; в 1906 г. вновь в течение 4-х месяцев работал в клинике проф. Roux в Лозанне. Хирургическая моя деятельность в качестве старшего врача Новоуспенской больницы, располагавшей 35 кроватями, начавшись со скромных размеров благодаря малой культурности населения, боявшегося всякого хирургического вмешательства, мало-помалу завоевала доверие населения и в последние годы достигла внушительных размеров: число оперативных пособий в первое время едва достигавшее сотни за год, в последние годы превысило 400…

Хрущев Константин Григорьевич (1870-1926)

Фото из семейного архива О. Хрущевой

Удобное положение Новоуспенской больницы – на границе трех губерний и у места пересечения двух железнодорожный линий – привлекало массу больных их окружающих районов: число посещений за год превышало 32 тысячи. Эта масса больного люда давала богатый и разнообразный оперативный материал, предъявивший хирургу серьезные запросы, удовлетворять которые можно было, лишь не отставая от быстро шагавшей вперед науки и совершенствуя свою технику. Достигать этого в известной степени удавалось благодаря частым научным командировкам в центры, о которых упомянуто выше. За этот период моей деятельности оперировать пришлось много и разнообразно. Из крупных оперативных пособий наибольшее число падало на долю так называемых полостных операций: операций на желудке было произведено около 100, на кишках 30, на печени и желчных пулях свыше 10, гинекологических чревосечений около 100, грыжесечений свыше 500 и т. д.

В конце 1906 года я оставил службу в Землянском земстве и в 1907 году был приглашен заведовать хирургическим отделением Земской больницы в городе Ельце Орловской Губернии с штатом на 60 кроватей. Хирургическая деятельность в Елецкой больнице была также в высокой степени интенсивна. Это единственное лечебное учреждение в уезде с широко поставленной хирургической помощью: число оперативных пособий за год превышало 600.

Весной 1908 пришлось оставить службу в Елецкой больнице и переехать в Москву для лечения светом кожного туберкулеза пальца, который я привил себе поранив руку во время одной из операций. С лета 1908 г. я был приглашен постоянным хирургом в лечебницу Рукавишниковой, а с марта 1909 г. одновременно работаю в Старо-Екатерининской больнице в качестве экстерна хирургического отделения.

Несмотря на порядочный опыт и значительный хирургический материал, мною собранный, (мною произведено свыше 4000 операций) перечень моих печатных трудов более чем скромен: причиною тому был недостаток времени для писания: весь рабочий день приходилось отдавать практической и организационной работе земского врача, а работать приходилось по 10-14 часов в сутки и чем больше собиралось материала, тем меньше оставалось времени на литературную его обработку». Ко времени поступления на работу в Солдатенковскую больницу Константин Григорьевич был женат на Маргарите Николаевне Хрущевой, которая родила ему трех сыновей: Григория (1897), Николая (1901) и Андрея (г.р. неизвестен).

Доктор Хрущев с сыном Григорием на фоне строящегося терапевтического (11-го) корпуса. Фото из семейного архива О. Хрущевой

Ассистенты

Ординаторам Солдатенковской больницы помогали ассистенты. Ассистентами служили врачи молодые, недавно окончившие медицинские курсы университетов. Их, как правило, принимали на 3 года и работали они под непосредственным руководством и контролем старших врачей, по указаниям которых производили все необходимые клинические исследования и проводили назначенное лечение. Нелегкими в больнице были условия работы врачей-ассистентов. По словам старейшего врача Солдатенковской больницы А. Е. Соловьева «ассистенты помимо утренней работы в отделении обязаны были проводить вечерние визиты своих больных (их число достигало 25 человек). Врачи-ассистенты жили при больнице в специальном общежитии. Чтобы эти врачи не отвлекались от своей работы, им не разрешалось в период прохождения стажа вступать в брак» (МФ. Очерк. А. А. Ремизов. С.4). Среди ассистентов, работавших в больнице, нам известно имена Михаила Николаевича Розанова, начавшего работать в Солдатенковской больнице с 16 марта 1911 года (с 01 февраля 1912 г. его заменил А. Д. Очкин), а также Б. А. Примака (заменен по состояния здоровья А. А. Бруханским в том же году). Амбулаторным врачом работал Н. С. Подзолов, которого на время отпуска замещали П. А. Юзбашев и Е. Е. Каммер.

Экстерны

Еще одной категорией врачей, работавших в больнице, были экстерны. Работа экстерна по сути являлась врачебной практикой. Они не получали денег. Их доходом была практика, с которой приходил бесценный опыт. Каждому экстерну полагалось обслуживать 5-8 больных. Количество желающих работать экстернами превышало возможности больницы, поэтому брали не всех желающих и даже сокращали их количество, так как старшие врачи больницы были не в состоянии обеспечить для всех необходимого внимания. Таким образом, в 1912 году в Солдатенковской больнице насчитывалось 24 экстерна (14 – в терапевтическом отделении, 8 – в хирургическом и 2 – в заразном).

В терапевтическое отделение в марте 1911 года экстерном был назначен Эйтвид Александр Августович (1881 г.р.), выпускник Московского университета (1906 г.). В мае 1914 года Эйтвид становится ординатором Солдатенковской больницы. Экстернами хирургического отделения начинали свою работу в больнице П. А. Юзбашев, Е. Е. Каммер, М. А. Петунинков, Н. Н. Тихомиров, А. Д. Очкин.

Очкин Алексей Дмитриевич

Жизнь Алексея Дмитриевича была переполнена событиями. А. Д. Очкин родился в Москве в 1886 году в семье железнодорожника.

Закончив 2-ю Московскую гимназию в 1905 году, поступил на медицинский факультет Московского университета. В декабре 1905 года был арестован на станции Перово за то, что являлся членом боевой дружины социал-революционеров. Отбывал срок в Таганской тюрьме. После заключения отбыл в Германию под предлогом сопровождения тяжелого больного, направленного Ф. А. Гетье в западные клиники, где прослушал один семестр на медицинском факультете Марбургского университета. Вернувшись в Россию, возобновил занятия в Московском университете. Будучи еще студентом 5 курса Очкин заведовал холерным отделением больницы Владикавказской железной дороги. В 1910 году Алексей Дмитриевич становится выпускником Московского университета со званием «лекаря с отличием» и поступает экстерном в Солдатенковскую больницу.

А. Д.  Очкин стоит в центре. Справа от него В. Н. Розанов, слева Н.Н. Приоров.

Фото 1914г.

С 1913 года экстернами служили Н. Н. Тихомцев, С. П. Померанцев, Р. И. Хаймович, М. П. Розанов, М. Ф. Лийскеров.

Госпитанты

Как и экстерны, подобную практику проходили так называемые госпитанты. Это молодые врачи, только-что окончившие учебные медицинские учреждения и не ведшие самостоятельно больных. В их задачу входило участие в обходе больных совместно со старшим врачом или ординатором и перенятие методик их обследования. Значительная часть госпитантов составляли земские врачи различных губерний, приезжавшие в Москву на время своей научной командировки. С 1911 года в терапевтическом отделении госпитантами работали М. В. Флеров, Н. О. Меликянц, Б. Н. Нейман и В. В. Куприевич. В 1913 году госпитантом работал Н. Н. Приоров.

Нейман Берах Иосифович

Все ступени, чтобы стать настоящим доктором, прошел Берах Иосифович Нейман. Он родился 19 августа 1888 года. Б. И. Нейман был адептом редкого типа монотеистического вероисповедания – караизма (См.: ЦАМД. Ф. 918. Оп. 1 лс. Д. 23 Л. 40). Окончив медицинский факультет Московского Императорского университета, Берах Иосифович продолжил свое образование в Солдатенковской больнице в качестве госпитанта. Уже через год на одной из научных конференций врачей больницы Б. И. Нейману, а также и другим вышеперечисленным госпитантам, было разрешено работать в больнице в качестве экстерна. Еще через год с 21 февраля 1913 года будущий терапевт принят на должность ассистента. Карьера Б. И. Неймана прервалась с началом Первой мировой войны. 16 августа 1914 года он был мобилизован в армию для обслуживания раненых. Только 15 декабря 1917 года, после двух революций, Берах Иосифович вернулся в Солдатенковскую больницу, где с другими врачами перенес все испытания последующих лет.

Курсы усовершенствования врачей

Системы обучения молодых врачей долгое время в больнице и в Российской империи в целом не существовало. Не было органа, который мог бы организовать специальные курсы для, как обозначалось позднее, усовершенствования врачей. Необходимость в подобных курсах возрастала с каждым годом. При этом многие опытные врачи были готовы поделиться своим опытом, полученным на богатейшем больничном материале. Среди них в Солдатенковской больнице консультантами работали врачи: В. А. Александров, П. Н. Березкин, П. М. Галли, В. А. Мещерский, А. А. Соколов и П. И. Яхонтов.

С 1912 года три раза в неделю давали консультации для госпитантов в терапевтическом отделении профессор В. Д. Шервинский, который за короткое время сделался, по выражению Ф. А. Гетье, «членом семьи врачей Солдатенковской больницы» (Отчет московской городской больницы имени К. Т. Солдатенкова за 1912 год. М. 1914. С. 12). О необходимости курсов повышения квалификации описан следующий случай в отчете больницы за 1912 г.: «к администрации… больницы обратилось несколько земских врачей, выражая желание познакомиться с клинической бактериологией и лабораторными методами исследования больных. По просьбе администрации один из экстернов больницы Г. М. Печерский, очень опытный в этой отрасли медицины, организовал требуемый практический курс, продолжавшийся полтора месяца и настолько удовлетворивший земских врачей, что они сердечно благодарили д-ра Печерского за ту пользу для себя, которую они извлекли из занятий. Не прошло месяца по окончании этих занятий, как в больницу явилась новая группа земских врачей, а затем и третья с просьбой устроить такие же систематические занятия, о которых они узнали от своих работавших в больнице сотоварищей» (Указ. отчет. С. 11). Таким образом было положено начало курсам усовершенствования врачей, которые в советское время стали самостоятельной организацией на базе различных медицинских учреждений.

Знак общины сестер милосердия «Утоли моя печали»

Средний медицинский персонал, низший персонал и немедицинский персонал

Выпускницы общины «Утоли мои печали» сестры милосердия Васильева, М. А. Строкина и Н. Я. Лабутина до работы в Солдатёековской больниницы служили во фронтовых лазаретах Русско-японской войны 1904-1905гг.

Уход за больными осуществлялся силами среднего и низшего медицинского персонала. К среднему медицинскому персоналу относились фельдшерицы и сестры милосердия городской общины «Утоли моя печали», созданной на средства княгини Натальи Борисовны Шаховской в 1871 году. Упоминаемый уже доктор Федор Петрович Гааз, главный врач Павловской больницы (в настоящее время РНИМУ им. Н.И. Пирогова), по просьбе Натальи Шаховской с целью улучшения качества ухода за пациентами заменил в больничном штате ухаживавших за больными отставных солдат женским медицинским персоналом. Он же основал первую Никольскую общину сестер милосердия в 1848 году. В 1863 в Никольскую общину вступила овдовевшая Н. Б. Шаховская. Основанная Натальей Борисовной община «Утоли моя печали» после смерти ее основательницы в 1906 году была передана в городское ведение и финансировалась из городской казны, так как наследства она не оставила. Поэтому городская управа и предложила Ф. А. Гетье использовать в качестве среднего медицинского персонала членов известной общины. Главной сестрой милосердия, а также бессменной и незаменимой помощницей главного доктора была назначена послушница упомянутой общины Мария Алексеевна Строкина. Она родилась 5 апреля 1880 года в деревне Омары Омарской волости Мамадышского уезда Казанской губернии. Там же училась в земской школе. 12 декабря 1897 года, переехав в Москву, поступила в общину сестер милосердия «Утоли мои печали». До работы в Солдатенковской больнице Мария Алексеевна служила сестрой милосердия в Сокольнической больнице, откуда 12 декабря 1910 года перешла работать в больницу Ф. А. Гетье. Всю свою оставшуюся жизнь Мария Алексеевна проработала в Солдатенковской (Боткинской) больнице. Её нелегкий труд был не раз отмечен грамотами и наградами от советского правительства. Одна из таких наград – «Орден Ленина» – присвоенный указом правительства СССР №209/128 от 14.04.1951 года.

Фельдшерицы вели работы по медицинской отчетности, в операционных, в водолечебнице и электролечебнице, в рентгеновском кабинете, делали массаж хирургическим больным. Первой на должость фельдшерицы в рентгеновском кабинете была назначена А. И. Чехова. Неизменной помощницей хирурга В. Н. Розанова во время операций с 1913 года стала Грешнова Клавдия Максимовна. Она родилась 8 января 1876 года. После гимназии окончила фельдшерскую школу в г. Туле. До поступления в Солдатенковскую больницу служила фельдшерицей при амбулатории городской железной дороге в Москве. В Солдатенковскую больницу зачислена 1 октября 1913 года на должность фельдшера при операционной. К. М. Грешнова проработала в больнице до выхода на пенсию в середине пятидесятых годов.

Весь уход за больными был возложен на сестер милосердия. Об их профессиональной подготовке красноречиво говорит, например, свидетельство «выданного [12 июня 1910 г.] Анчутиной Александре Петровне (в Боткинской больнице работала с 1910 года!) в том, что она, прослушав в течение семи месяцев теоретические и практические курсы по уходу за больными и ранеными в больнице Св.[ятой] Царицы Александры при Городской Александровской Общине сестер милосердия «Утоли моя печали» имени Н. Б. Шаховской, подверглась испытаниям и оказала вполне удовлетворительные успехи по нижеследующим предметам: а) анатомии и физиологии, б) хирургии и учению о повязках, в) внутренним и нервным болезням, г) заразным болезням, д) общей терапии и уходу за больными, е) фармации и фармакологии, ж) гигиене. Посему означенная в сем свидетельстве Анчутина Александра Петровна признается подготовленной к исполнению обязанностей сестры милосердия» (МФ. Личные дела уволенных в 1950-1953 гг. Л.190).

В задачу главной сестры милосердия входило распределение обязанностей для прочих сестер и обеспечение последних необходимым инвентарем и даже наем женской прислуги. К обязанностям старших сестер милосердия относились труды по обеспечению правильного ухода сестрами милосердия за слабыми больными, чистоты в отделениях и палатах, точного исполнения обязанностей младшими сестрами и низшим персоналом, бельевым и прочим инвентарем.

В обязанности младших сестер милосердия вменялось исполнять все врачебные предписания, касающиеся больных. Младшие сестры милосердия выдавали больным лекарства, измеряли температуру, ставили компрессы, банки и клизмы, делали подкожные впрыскивания и т. д. Помогали им в работе палатные служанки.

Палатные служанки должны были поднимать и переворачивать больного, помыть его или принести подкладное судно и т. д. Работа сестер милосердия не была легкой, а часто и опасной. Работая с заразными больными, они подвергались риску заразиться дифтеритом, дизентерией, брюшным тифом и другими. Выполняя свой долг заразилась и погибла старшая сестра милосердия скарлатинного корпуса А. А. Морковина от туберкулезного пиелонефрита. Морковина служила в больнице со дня ее открытия. Неутомимая в работе, строгая к себе и требовательная к другим, несмотря на свой молодой возраст, заслуживала общее уважение среди своих коллег и врачей. Также, работая в инфекционном отделении заразилась от больных брюшным тифом и умерла сестра милосердия Е. Ф. Петрова.

Уже с начала работы Солдатенковской больницы ощущалась нехватка младшего персонала, которая была обусловлена большим количеством увольнений (32% за первый год). По опросам сестер выяснилось, что часть увольняется по причине желания повышать свое медицинское образование, другие хотели быть независимыми от общины и жить самостоятельно (Отчет московской городской больницы имени К. Т. Солдатенкова за 1912 год. С.14). Но основной причиной увольнений среди сестер милосердия, на наш взгляд, стали тяжелые условия труда при незначительном денежном вознаграждении. Эта причина текучести кадров среди указанной категории работающих была основной и в годы революций, гражданской войны и последующих мирных периодов строительства социалистического общества.

Сестры милосердия, работавшие в незаразных отделениях, жили в квартирном корпусе (в настоящее время корпус №17) вместе с другими 17 служащими, помещаясь по две в одной комнате. Сестры заразных отделений жили в корпусах, где работали, как правило, по одной в отдельной комнате. Помимо жилья, сестры пользовались за счет больницы электричеством, отоплением, прачечной и столом, т. е. питанием. Весь медицинский персонал имел продолжительность рабочего дня одиннадцать-двенадцать часов в сутки и каждую неделю имели один суточный выходной.

Низший персонал (прислуга) набирался только из грамотных. Список должностей низшего персонала приведен выше в таблице. К ним, кроме служанок, прачек и прочих относился персонал амбулатории и члены артели кухни. Все работники, относящиеся к низшему персоналу, проживали на территории больницы. Семейные женщины, работавшие в больнице, могли жить в отдельной комнате в одном из корпусов учреждения только в случае, если их муж также служит в больнице. А работающие в заразных отделениях такого права были лишены. Несемейная прислуга размещалась в «жилом» корпусе в комнатах по 6-8 человек. На отдельную комнату имели право дворовый надзиратель, повара, слесари. Питание, электричество, отопление и посуда для низшего персонала оплачивались больницей. Питались они отдельно от общебольничного персонала. Пищу готовил артельный повар и «кухонный мужик», услуги которых также оплачивались больничной администрацией. Закупку продовольствия осуществлял выборный (артельщик) из числа низшего персонала. Продолжительность рабочего дня для прислуги в основном составлял десять часов в сутки, за исключением дежурных слесарей и привратников, работающих в три смены по восемь часов. Для низшего персонала была построена баня, которая топилась два раза в неделю. Один раз для мужчин и один раз для женщин.

При таких условиях в первый полный год [1911] работы больницы почти 2/3 прислуги уволились по собственному желанию. В 1912 году увольнений было почти в два раза меньше. Но при этом надо отметить, что за нарушение больничного режима были уволены единицы (в 1912 году – 7 человек). Увольняли за присвоение больничного имущества или вещей, принадлежавших больным; дерзкое отношение к высшим служащим, самовольное оставление дежурства и игру в карты по ночам. (См.: Отчет московской городской больницы имени К. Т. Солдатенкова за 1912 год. М., 1913. С.16).

Но вернемся к теме питания для больных. Было установлено четыре рациона. Один для лечившихся, не требующих диеты, второй для требующих усиленного питания, третий для «лихорадящих» и постный, по просьбе больного, если его состояние допускало такое питание. Для обеспечения данной задачи закупались следующие продукты: говядина тушами, баранина, телятина, свинина, печенка коровья, куры, севрюга, белуга, осетрина, судак, яйца, молоко, масло русское, хлеб ржаной кислый, хлеб ржаной сладкий, хлеб ржаной пеклеванный, хлеб белый, хлеб черствый, розанчики, калачи, разная крупа (гречневая, овсяная, перловая, манная, геркулес, пшено, рис), мука крупитчатая, мука картофельная, чай, сахар, картофель, капуста кислая, огурцы соленые, клюква. Используя вышеуказанные продукты, меню для питания больных и персонала старались разнообразить для каждого дня. К примеру, в 1912 году было составлено «расписание порций» для больных взрослых и отдельно для детей, куда входили следующие различные блюда: супы (пюре-картофельный, манный, свекольник, перловый, рисовый, рисовый молочный, рассольник), щи (кислые, свежие и зеленые), бульоны (манный, перловый, куриный), каши (гречневая, пшенная, рисовая, рисовая молочная, манная молочная.), котлеты, лапша, горох, печенка жареная, размазня (гречневая, пшенная), различный хлеб. Кроме того, в рацион входили молоко, яйца, кисель клюквенный, селедка, чай и сахар.

Помимо разнообразного стола для больных были созданы условия для их развлечения. Главным из них для взрослых больных незаразных отделений служило чтение книг и журналов, частью приобретенных больницей, частью пожертвованных. Больные играли в шашки и различные лото. Для детей в заразных отделениях организованы игры. Игрушки, пожертвованные для больницы родителями больных детей, служили немалым утешением страдающим детям. Для прогулок больных в холодное время года выдавались соответствующие костюмы. Многие больные, чтобы насладиться свежим воздухом, пользовались верандами, которые имелись почти в каждом корпусе, где в холодные месяцы лечащиеся лежали на кушетках по несколько часов, завернутые в меховые одеяла-конверты. С 14.00 по 15.00 (по выходным до 16.00) к больным допускались посетители, что поддерживало в них душевную бодрость и могло действовать благотворно на пациентов больницы. Однако уже через год после открытия больницы посещения больных родственниками и знакомыми стали «не только тяжелым бременем, но нередко серьезным злом, нарушающим в корень основные принципы, проводимые больницей. Не говоря о загрязнении больничных палат посетителями и производимом ими в них беспорядке, вызывающем необходимость производить после них генеральную уборку всех больничных помещений, не говоря о том, насколько посетители беспокоят находящихся в палатах слабых больных, за ними приходится следить, чтобы они надевали, как следует, халат, не садились на кровать к больному, не принесли бы ему чего-нибудь, что могло бы повредить его здоровью и т.д.» (Отчет московской городской больницы имени К. Т. Солдатенкова за 1912 год. М., 1913. С. 26). Но больше всего беспокоило то, ввиду бессилия проконтролировать, когда посетитель приносил с собой в палату вещи побывавшие в очаге какой-либо заразы, что приводило к распространению инфекционных заболеваний (См.: Там же).