На перекрёстке трёх миров. Книга 3. Встреча, или Летунец мне в…

Так что, зная теперь, какая связь особенная между ними, мне нужно быть особо аккуратной в высказываниях, и даже в мыслях.

Но для начала, я, как ни в чем не бывало, шла вперед. Но эти коварные строки крутились снова и снова в голове. Да уйдите вы, в самом деле, исчезните, растворитесь, иначе доведете меня до беды.

Дома меня снова закрутили бытовые дела. Я скребла, мыла, подносила, уносила. И одно меня тревожило, что я не приблизилась к своей семье ни на шаг.

Однажды я осмелилась подойти к хозяйке и начать разговор:

–Хозяйка, решила я в путь идти.

Та кивнула.

–Иди.

И все? Вот так просто? Я даже растерялась. То есть можно просто встать и уйти? Собственно говоря, меня же здесь никто силой не удерживает. Я сама сюда вернулась. Что же я тогда сижу?

Нужно же собираться?! Да мне и собирать- то нечего. И что, я завтра уйду отсюда? Я обвела глазами гостей, зал, в котором проработала долгое, как мне казалось, время, что здесь я провела всю свою жизнь. Так ведь и получается- жизнь которую я помню, я действительно провела именно здесь.

Среди моих размышлений, прозвучало:

–Не дойдешь.

–Что? Почему?

Но хозяйка лишь нахмурилась.

– Даже я одна не решилась бы идти одна. Хотя я тебя понимаю. Скажи мне кто сейчас, что где-то там, я смогу снова увидеть свою семью…-она сглотнула, покачала головой.

–Найди себе проводника, тогда есть возможность дойти целой и невредимой.

Проводника. Людей бессмысленно просить, значит стражников? Ой, мне же нужно будет заплатить за сопровождение. Я открыла свой тощий мешочек и тяжело вздохнула. Ну, ничего, заработаю. Обязательно заработаю! А сама в это время начала потихоньку присматриваться к стражникам.

В один из дней Урик сказал:

–А вам не кажется, что в последнее время гийоны стали у нас частыми гостями?

Хм, а ведь действительно. И что самое интересное, хозяйка частенько вела тихие беседы со старшим из них. Хотя, какая мне разница? Мои мысли были заняты лишь одним- предстоящим путешествием.

В один из тихих вечеров, хозяйка подозвала меня. Она села, отстраненно смотря в сторону. Я тоже молчала, хотя начала немного переживать, совсем немного.

– Начну с самого начала, пожалуй. Гийоны, как и мы люди, делятся на группы. Как мы люди делимся по месту обитания- живущие в долине, живущие за большой водой, живущие на высоте, ты их видела на ярмарке. Сарг и его семейство живут под нашими ногами, под землей то есть. А когда живешь долго с одними и теми же существами, начинаешь с ними приятельствовать. Ливейлы гийонов очень не приветствуют, считается, что их в мире ливейл вообще не должно было существовать, но им приходится мириться с тем, что они все же существуют. Не сладко им приходится, Шила. Сама видела, стражники, смотря на отношение к ним ливейл, и сами к ним стали относиться презрительно. Да и люди стали их сторониться. Даже побаиваться, но гийоны заставили себя уважать.

И не успела я задать вопрос, хозяйка опередила, продолжив:

–Камни, которыми мы расплачиваемся, они ведь в земле глубоко лежат. Конечно, людям никто не запрещает их искать, свободной земли очень много. Да только счастливчиков, что действительно нашли что-то стоящее и ушли с этого мира, по пальцам на одной руке пересчитать можно.

Я пожала плечами.

–Это не очень важно, я далеко от темы мыслями ушла. Возможно, я когда-нибудь я пожалею о том, что тебе рассказала, но именно Сарг помог нам в то, сложное время. Он еду, коренья всякие подбрасывал в дом, чтобы мы с Ррухом совсем с голоду не померли. А когда обыски были, он однажды спрятал моего мальчика у себя под землей.

Она помолчала, потом вздохнула.

–Конечно же, я понимаю, что это было сделано не по доброте, а чтобы хоть чем-то досадить ливейлам. Хотя мне иногда хочется думать.

–То есть вы с Саргом приятельствуете?– тихо спросила я.

Она качнула головой.

–Тут ведь как, уж если приятельствовать, то против кого-то. А в то время это именно так и было. Конечно, с тех пор время прошло, но я будто в долгу остаюсь. Платить -то мне нечем, камней у них и так полно.

Я понятливо кивнула.

–Есть у Сарга семья- пять дочерей и один сын младший. Дочери уже покинули отца, своих детей имеют. Дело в том, что право наследования передается младшему сыну. В отличие от ливейл, у тех передается дочерям.

Я уже набрала воздуха, чтобы все-таки спросить, но хозяйка остановила меня, взмахом руки.

–Сын Сарга, Мирц, серьезно занедужил. Он и так слабым был, теперь уж видно, конец его близок. Раньше, когда я слабеть начала, мы с ним разговаривали, я даже однажды попрощалась с ним и просила присмотреть за Ррухом.

Нуваш усмехнулась.

–Представляешь, гийон присматривает за стражником. В общем…

Хозяйка долго собиралась с духом, а потом произнесла:

–Помоги Мирцу.

Опачки! От неожиданности я качнулась на стуле. Вот это поворот событий. Хозяйка посмотрела на меня.

–Думаешь, я не знаю, что это благодаря тебе я все еще продолжаю свое существование? Ррух тебя домой перенёс, отмыл да на кровать уложил.

Вот блин!! Я так хотела, чтобы хозяйка не узнала об этом…. Я закрыла глаза, чтобы немного прийти в себя, успокоить дыхание.

–Шила- хозяйка осторожно дотронулась до моей руки.

–Я бы никогда не решилась просить тебя об этом, знаю, как ты это перенесла.

Я вскинула на нее свой взгляд.

–Неужели ты думаешь, я не знаю, что здесь твориться. Докладывали, как ты то спала по углам, то вела себя странно.

–Вот предатели!– невольно вырвалось у меня.

Хозяйка встала и подошла к окну.

– Так вот. Раньше я бы никогда не посмела просить тебя об этом, потому что сомневалась в тебе.

Что?? Во мне?? Во мне??!!! Да…

–Ррух всегда говорил, что ты странная, помнишь?

Я машинально кивнула.

–Избавлять от недугов могут только ливейлы. Понимаешь, что это означает?

Так, спокойно! Внезапно в горле что-то сжалось, не давая мне возможности свободно вдохнуть воздуха. Я начала судорожно кашлять, схватилась одной рукой за горло, второй рванула одежды на груди, будто это могло помочь мне вдохнуть. Сердце быстро застучало. Возник какой-то страх, я попыталась встать, но в глазах начало темнеть. Руками я хваталась за пустоту, чтобы не упасть. В голове возник какой-то звон, противный, от которого я, собрав последние силы, попыталась избавиться, тряхнув головой, но почувствовала, что падаю на пол. Ударившись об пол, я судорожно и глубоко вдохнула, потом еще и еще. Звон в голове исчез, теперь я четко видела встревоженную Нуваш. Сердце постепенно успокоило свой бег.

–Что же ты за дуреха такая? Ведь даже не дослушала. Воды принести?

А когда я глотнула прохладной воды, я попыталась встать.

–Лежи уже!– с досадой сказала хозяйка, проведя рукой по своему лицу.

–Ты же не дослушала, а уже начала на пол падать.

– Так вот, помнишь, как Ррух осматривал тебя, когда ты мылась. Затем вот это- она взяла мои руки в свои и провела пальцем по мозолям.

–Ливейлы никогда не будут выполнять грязную работу. Конечно, если учесть, что ты ничего не помнишь, то и это можно было как- то оправдать, учитывая, что оказалась в такой ситуации.

–Но!-хозяйка подняла вверх указательный палец.

– Ливейлы не едят мясо. Совсем! Даже если предположить, что ты забыла, но ты никогда не стала бы принимать в пищу то, чего никогда в жизни не ела. Ливейлы питаются только растительной пищей. Значит, ты все таки из наших- людей.

Оказывается, я все это время не дышала, поэтому выдохнула.

–Ммм, просто, как ты раньше и говорила, я странная?!

–Да.

–Тогда, как у меня получилось справиться с вашей болезнью?

Я опустила голову, задумавшись.

–Или же, некоторые люди это умели и раньше? Смотрите, хозяйка, вы говорите, что только ливейлы умеют это делать, и никому из людей не приходило в голову это попробовать? Как пример- это как гийоны, считается, что подземный мир это только их место обитания, и никто из людей ведь не лезет туда, чтобы попробовать? Так?

–Нууу- тут уж хозяйка задумалась.

–Значит я просто странная. Вот еще один пример- среди летунцов, живущих возле вашего дома, есть один, отличающийся от остальных. Помните, когда его заметили, мне его показали? Он без одного уха и без хвоста. Да и размерами заметно отличается от других.

Хозяйка кивнула.

–Но у вас же не возникло сомнений, что он действительно летунец? Вы же не сказали, что это гийон или ползунец какой-нибудь? Просто немного отличается от других, то есть странный. Не такой, как все. Вот и я, наверно, как тот летунец, отличаюсь от людей, но все-таки человек.

Хозяйка снова кивнула.

–Ну вот и разобрались- у с облегчением выдохнула.

–Так что с Мирцом? Пойдешь?

–Не знаю, хозяйка. Опасаюсь, вдруг в этот раз не получится? Как вспомню, как мне плохо было. Давайте я посмотрю, что у малыша, прощупаю.

–Пойдешь ночью, чтобы никто не знал.

Этой же ночью за мной пришел Сарг, отец мальчика. Вел в полной темноте за руку, а учитывая, что вдвое меньше меня ростом, я постоянно спотыкалась. Мы дошли до места и остановились. Я пыталась хоть как-нибудь сориентироваться на местности, но тщетно.

Внизу что-то заскрипело, и меня потянули за руку. Осторожно ощупывала почву под ногами, пока не почувствовала что-то твердое, похожее на лестницу. Сарг пошел первым, я шла за ним, подстраховываясь еще и руками, расставив их в стороны. Пальцы чувствовали землю, корни растений. А мы все спускались и спускались, пока не оказались на ровной поверхности. Раздался лязгающий звук и появился свет от огня. Не оглядываясь, он пошел вперед, а я за ним по узкому коридору. Мне приходилось нагибаться, чтобы не удариться головой, поэтому я могла видеть только то, что находится под ногами. Через некоторое время мы дошли до проема, с которого свисали сухие корни растения, видимо дерева. Сарг обернулся, посмотрел на меня, затем протянул руку куда-то в сторону. Раздался тихий щелчок и коридор озарился тусклым светом. Я невольно ахнула. До чего это выглядела необычно и красиво. Меня повели дальше, а я пыталась рассмотреть, что же является источником этого света?

Вспыхивали светом камни, по мере того, как мы к ним приближались. Я обернулась, оказывается, как только мы уходили на приличное расстояние, они гасли. Как же так может быть? Я была немного растеряна и заинтригована.

Сарг остановился возле очередного прохода, и снова посмотрел на меня, а затем мотнул головой в темноту. Я кивнула и прошла внутрь. Загорелся тусклый свет, и я смогла увидеть Мерца, свернувшегося клубочком на кровати из веток. Он словно закрывался от своей боли, и едва я легонько прикоснулась к нему, он вздрогнул и сжался еще сильнее. Тело дрожало от напряжения, мышцы были напряжены.

И как же мне посмотреть его?

–Можете сказать, что у него болит? На что он жаловался.

–Голова.

В это время Мирц протяжно застонал.

–Пожалуйста, оставьте нас одних. Сегодня хочу просто посмотреть, только не уверена, что получится. Поэтому, не возлагайте на меня надежду, ищите другой способ.

Сарг опустил голову.

–Завтра может быть поздно. Другого способа нет- и вышел.

Я села рядом с Мирцем, закрыла глаза, настраиваясь. Вспоминала те мысли, когда смотрела хозяйку, что при этом чувствовала. Мне бы только увидеть, да рассмотреть, то, что у него в голове.

Открыла глаза и внезапно вздрогнула. На меня словно смотрели десятки глаз. Успокоила дыхание, и снова всмотрелась. Это пятно совершенно не похоже на то, что было у хозяйки. Это было больших размеров и злее как – будто. Множество малюсеньких, но сильных лапок или клешней крепко держались за плоть ребенка. Как только пятно скукоживалось, присасываясь, Мерц стонал и сжимался в клубок.

Как только пятно расплывалось, ребенок расслаблялся. Как бы я не пыталась мысленно ухватиться за что-нибудь, пятно чувствовало и выставляло против меня свои острые клешни. Когда я в очередной раз сделала попытку, мне на миг показалось, что прищурились от злости множества маленьких глаз, пятно сгруппировалось и словно собралось броситься на меня. Я в ужасе отскочила от Мерца. У меня не получится! Я не справлюсь с этим злобным пятном! Оно разумно и чувствует угрозу для себя!

Справившись с дыханием, я отошла к двери. Но остановилась, и медленно обернулась. А как же этот бедный ребенок, скрюченный от боли? Он тоже не справится с этим пятном. Значит нужно подумать. Я села на пол, спрятав лицо в ладонях, анализируя то, что увидела. Нужно обмануть, но как? Думай, Шила, думай. В таком положении меня и нашел Сарг. Я подняла голову и отрицательно покачала головой.

–Очень сложно. Я думаю, что можно сделать, но пока что…– я снова покачала головой.

Сарг опустил голову, а потом бессильно опустился рядом со мной.

–Вот что, если я все же решусь начать, то мне нужно будет, чтобы вы вытащили меня наверх, к самому большому дереву. Эти корни, что я видела здесь, у вас под землей, отмирающие, они меня не спасут. И еще- меня нужно будет обратно домой каким-то образом доставить. Нуваш скажете, она уж позаботится обо мне. Идите, Сарг, я еще посижу, подумаю.

–Я вас умоляю, ничего не говорите- прервала я его желание что- то сказать поднятой рукой.

Он кивнул и вышел.

Так, поехали дальше. Значит, пятно чувствует, реагирует на угрозу, способно защищать себя. Кстати, оно чем-то похоже на ту дрянь- пожирателя из долины, разве нет? Так, так, думай Шила. Пожиратель приходит ночью и уходит с рассветом. Значит, боится света? Или же пока не приспособилось выживать при свете. Хорошо. Как можно пустить свет внутрь? Никак! Именно поэтому хозяйку пятно беспокоило даже днем, и судя по всему Мирца тоже. Так, если предположить, что мои мысли верны, значит нужно как-то запустить свет. Но как? Не знаю, клянусь, не знаю!

Спокойно, не паникуй. Вспоминай, как это было с хозяйкой. Я нашла нить и начала разматывать, так? То есть нас на тот момент связывала только эта нить, и ничего извне не могло повлиять на эту нить. А если пустить свет по этой нити? А где его взять, этот самый свет? Да понятия не имею!

Я от злости стукнула кулаком об землю, немного приводя себя в чувство. Посмотрела на Мерца, сжавшегося от очередной волны боли.

Ах ты, мерзость ты такая! Думаешь, сможешь безнаказанно высасывать жизнь из ребенка?

Так, свет, где его взять. Подожди- ка, если та нить была только в моем воображении, то есть в руки я ее взять не могла, значит можно по этой нити из себя запустить свет. Очень хорошо это представить, и запустить?

Я вскочила и подошла к ребенку. Закрыла глаза, настраиваясь. А потом, без всяких эмоций осмотрела пятно. Должно же быть у него слабое место? И как пятно не пыталось напугать меня, мне все же это удалось. Вот, где-то посередине, блеснула очень тоненькая нить, которую пятно всячески прикрывало лапками-клешнями. Я просто стояла, выжидая момента, а потом, когда пятно отвлеклось на мгновение на мальчика, я молниеносно ухватилась за нить. Сжала руки, словно эта нить была у меня в руках. Пятно развернулось ко мне, готовясь к нападению. Я быстро закрыла глаза, представила солнце, такое яркое, такое слепящее, что я даже прищурила глаза, словно действительно стояла сейчас под палящими лучами. А потом пропустила через себя этот яркий свет и мысленно направила его по нити.

То ли моё воображение так разыгралось, то ли действительно нить нагрелась от луча, что внутри меня стало очень жарко. Чуть приоткрыла глаза и увидела, свет проникал в самую середину пятна. Оно начало барахтаться, отталкивая от себя свет. Я же тем временем, пока моё воображение не исчезло, начала тянуть за нить. Моя голова буквально взорвалась от боли, я тихо застонала, принимая эту боль, и снова потянула за нить. Тянула до тех пор, пока не почувствовала, что не выдерживаю. Я начала сидя качаться от боли. Подожди, Шила, еще немного, еще чуть-чуть. Забрать бы еще немного, поделить ее с этим ребенком.

Все! Не-мо-гу. И последнее что я смогла сделать, прежде чем потеряла сознание, это набросить нить на пятно, обмотав ее вокруг, и затянула потуже, словно сковывая.

И отключилась, прежде чем тело рухнуло на землю.

Очнулась уже наверху от сильной рвоты, едва не захлебнувшись содержимым желудка. А потом обняла ствол дерева и снова погрузилась в беспамятство.

В следующий раз пришла в себя, когда меня несли. Судя по способу моей транспортировки, это был Ррух. Хорошо, что у него хватило ума дубинку с собой не брать в этот раз, а то… Меня вырвало прямо на спину Рруха. Я кашляла, избавляясь от содержимого желудка, вдыхала воздух, и желудок снова сжимался от спазма.

Когда показался силуэт дома, Ррух хотел занести меня в мою комнату, но я начала сопротивляться.

–Оставь меня здесь. Там я точно сдохну- собрав остатки сил, просипела я.

А когда почувствовала запах травы и шершавый ствол дерева, который я обхватила, я погрузилась в беспамятство.

Следующий раз я очнулась под утро, когда меня обмывали холодной водой. Нуваш, сжав губы, оттирала с моего тела засохшее содержимое моего желудка.

Это освежающе и приятно. Но я еще чувствовала в себе то, от чего нужно было избавиться.

–Хозяйка, оставь меня здесь. Воду тоже оставь.

Когда она ушла, я подползла к кадушке с водой, подтянулась на руках и погрузила голову в воду. Заставила себя выпить столько, пока живот не надулся.

Нужно избавиться от того что осталось во мне, то что еще причиняло боль, то что забирало мою жизненную энергию. То, что могло вырасти уже во мне, если не избавлюсь.

Сунула пальцы в рот, вызывая рвоту. И только почувствовав полное опустошение, откинулась на траву, раскинув руки.

Следующие дни я провела на улице, не заходя в дом. Хозяйка выносила еду, я бросалась на пищу, словно никогда не ела, и лежала, лежала. А еще я смотрела на солнечный свет, впитывая его в себя, запоминая каждую секунду, потом закрывала глаза и повторяла это в своей памяти.

Лишь через несколько дней, едва солнце зашло, я вошла в дом. Хозяйку и Рруха я нашла за поглощением пищи. Я молча села за стол, наложила себе большую миску и, не моргнув глазом, буквально проглотила ее содержимое. И лишь потом посмотрела на них.

–Зови Сарга. Снова пойду. Только помоюсь, да сил наберусь.

Хозяйка со стуком кинула ложку на стол.

–Не пойдешь больше. Возьми камни и не ходи.

Её губы сжались в тонкую нить, возле рта проявились морщинки. Я молча смотрела на неё. А ведь я её не послушаю. Вспоминая сжатого от боли в комок ребенка, я совершенно точно знала, что пойду туда снова и снова, пока эта битва не будет закончена. Пока не заберу себе последнюю каплю этого пятна, пока не буду уверенна, что Мирц окончательно выздоровел.

И сидящие за столом это тоже поняли. Хозяйка покачала головой, выдохнув. Я улыбнулась.

–Странная, да?

–Да ты не странная! Ты дура, летунец мне в зад!

Даже и не думай это представлять, Шила, даже не думай.

–Ведь стало ему легче! Сарг приходил недавно.

Я улыбнулась, ведь это была замечательная новость, и, не отвечая на слова хозяйки, пошла мыться. Вылила на себя целое ведро тёплой воды и замерла на месте, хорошо- то как. А когда приступила к мытью, снова замерла, заметив на теле множество синяков. То-то я думаю, чего болит все тело, будто меня палками били? Так, может, это когда меня Ррух домой нес? Исключено, ведь дубинки при нем не было. Значит, это Сарг меня по лестнице бесчувственную волок. Бедняга, и как ему удалось допереть моё тело, ведь он вдвое ниже меня.

Нет, так дело не пойдет! Утершись тканью, я пошла к хозяйке.

–Попросите Рруха пойти со мной. Нужно будет достать меня, когда я закончу.

И чтобы не возникло много вопросов, я просто оголилась, показав синяки на теле.

–Это меня наверх так тащили. Хозяйка, если кость какую сломают, это же сколько я проваляюсь без дела?

Нуваш кивнула и вышла из комнаты.

На следующую ночь меня и Рруха повели к больному мальчику.

Подходя ближе, я начала настраиваться на нужный лад. Мирц спал, раскинув руки и ноги. Это очень хорошо, просто замечательно. Вот только радоваться рано. Мне ли не знать, что пока остается хоть частица пятна, все может вернуться на прежнее место.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Пятно уменьшилось в размерах в два раза, а нить, которую я накинула в прошлый раз, словно действительно стягивала массу.

Внезапно Мирц открыл глаза и посмотрел на меня. Я приложила палец к губам и улыбнулась. Он кивнул и закрыл глаза.

–Потерпи, может быть больно.

Я ухватилась за нить, а когда почувствовала, что крепко держу её, представила солнечный свет и начала пропускать его через себя, затем в пятно. Оно начало дергаться, выпустило лапки-клешни, которые сжимались и разжимались, доставляя боль мальчику, ведь Мирц застонал. Терпи, малыш, по-другому никак нельзя от пятна избавиться. Подступила тошнота, я сглотнула густую слюну и продолжила. Внезапно я почувствовала в теле онемение. Сначала я подумала, что это от сидения в одном положении, но когда начали неметь руки, я поняла, что это пятно, поняв, что его ждет, пустило в ход свое последнее средство. Ах ты, дрянь ты такая, вот что ты напоследок приготовила для этого ребенка? Обездвижить, а потом высосать все соки?

Пальцев я не чувствовала совсем, но видела, что они крепко сжаты в кулаки, значит я не выпущу нить. Это хорошо. А теперь снова за дело. Сегодня я с тобой покончу! Не хочу встречаться с тобой еще раз. Мне бы только вытерпеть. Я перекачивала и перекачивала свет в самую середину, не обращая внимания ни на стоны мальчика, ни на свою слабость.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я почувствовала полную опустошенность. Видимо от слабости, я не смогла сразу посмотреть на результат своей работы, так как картинка расплывалась. Я несколько раз крепко зажмурила глаза, прежде чем смогла посмотреть. Чисто. Чисто?? Чисто!!! У меня получилось!! Я смогла! Смогла!

А теперь наверх. Да вот только встать я не смогла, так как все еще не чувствовала тела. Так и рухнула на бок. Потом наступило странное состояние- я не могла реагировать ни на прикосновения, ни на обращение, но умом понимала, что меня тащат по коридору. Слышала, как Сарг позвал Рруха, понимала, что тот одной рукой нащупал меня и за шиворот выдернул из проема. Понимала, что меня несут домой, как положили под дерево.

Потом я просто лежала в таком состоянии, не могла ни прийти в себя, ни отключиться. Хорошо, что Ррух оставался рядом, и отгонял любопытных летунцов.

Рассвело. Тело начало постепенно «оттаивать». Когда Ррух ушел, его заменила Нуваш, которая не оставляла меня в покое. Сначала она легонько трясла меня, потом начала растирать мое тело, помогая мышцам расслабиться.

Когда солнце было над головой, я смогла, при помощи хозяйки, сесть. Тело уже пришло в норму, кроме пальцев. Они остались скрюченными в неестественной позе, и сколько Нуваш не пыталась вернуть их в нормальное состояние, у нее ничего не получалось.

–Оставь- прошептала я.

Это сейчас не главное. Главное, это избавиться от того, что сейчас внутри меня. Но меня совсем не тошнило, в отличие от прошлых раз.

–Дай воды. Много.

Хозяйка практически вливала в меня жидкость, пока я не почувствовала, что больше не могу сделать ни глотка.

Я попыталась засунуть пальцы в рот, но мои скрюченные пальцы даже в него не влезли.

–Помоги. Мне нужно избавиться, иначе я умру.

Нуваш кивнула и принялась за дело, но, сколько бы она не пыталась, у нас ничего не получалось.

Неужели пятно победит? После стольких усилий, после моих маленьких побед.. Получается, я рано ликовала, оно все равно перехитрило меня?

Треснула ветка, и я повернула голову. К нам шел Ррух, со стороны смотревший на наши тщетные попытки. Он быстро подошел, сунул свои здоровенные пальцы в мой рот и сильно нажал на корень языка. Сначала мне показалось, что мой рот сейчас порвется, я начала отталкивать его руку. Но тот не обращая внимания на мои слабые попытки, рыкнул, подхватил и поднял за талию, от чего я свесилась пополам, словно сломанная кукла, и снова нажал на корень языка.

Моё вялое возмущение прервалось обильной рвотой. Густой, темной и кровавой рвотой.

В меня вливали воду, вызывали рвоту до тех пор, пока из меня не начала выходить чистая вода и я не почувствовала полное опустошение.

–Всё- успела сказать я, прежде чем потеряла сознание.

Очнулась уже в своей комнатке. Вошла Нуваш.

–Почему я не улице?

–Так, а сколько можно там валяться? Три солнца уж прошло. Бездомная ты разве- беззлобно ворчала она.

–Гости туда- сюда ходят, а тут здрасте, ты валяешься. Скажут, совсем Нуваш озверела, работников своих по улице разбрасывает.

Она ворчала и передвигалась по комнате, переставляя предметы, обметая пыль.

–Кушать хочешь?

–Очень!

–Что?

–Мясо!

Оно быстро вышла из комнаты. Я откинула ткань, накрывавшую меня, опустила ноги на пол. Нужно вставать, приходить в себя, да за работу браться. Признаться, соскучилась по залу, здороваться с посетителями, и даже- усмехнулась я- уворачиваться от нападок стражников.