Сильномогучее колдунство
- -
- 100%
- +
С последними словами поляну залило нестерпимым сиянием. Фигура Ричарда вспыхнула белым светом. И всё кончилось.
Илая проморгался. И уставился на капитана. У того на лице было такое выражение, словно к нему спустился кто-то из светлых богов.
– Д-д-да, мой лорд, прошу простить меня, мой лорд, прошу, возьмите всё, возьмите меня всего, м-мой лорд… – капитан Уорел поспешно снимал с себя одежду.
– Вот если не знать, так сказать, контекст – это крайне компрометирующе выглядит, согласен? – доверительно прошептал Рей, подойдя к Илае поближе. В этот момент Уорел с восторгом на лице поспешно сдёргивал с себя штаны.
– Бельё себе оставьте! – поспешно закричал Ричард, который, кажется, и сам был не рад происходящему. Уж очень безумно смотрелся сейчас мужчина, что минуту назад его застрелил.
– Э-э-э… если в результате ответа вам придётся меня убить, пожалуйста, промолчите, но что сейчас произошло? – задал вопрос Илая, стараясь не повышать голос.
– Ричард поклялся душой, и на клятву ответил свет, – охотно пояснил Салех, тихонько посмеиваясь. – Всегда отвечает тьма, сколько я таких клятв ни видел. А мы как-то город спасли от прорыва реальности и пару демонов укокошили. С тех пор на наши клятвы отвечает только свет. Словно мы не два ублюдка, а какие-то там светлые паладины из сказок. Бедный мистер Уорел, вот же его накрыло!..
Мистер Уорел тем временем пал ниц и попробовал поцеловать Ричарду ступню. Смотрелось это довольно отвратно.
– Мистер Салех, пожалуйста, спасите меня от несчастного! Кажется, наш капитан сделался скорбен разумом! – взмолился Гринривер, отбиваясь от агрессивного обожания.
Чтобы привести в чувство капитана, потребовалось несколько раз макнуть его в вонючую лужу, а потом ещё и дезинфицировать изнутри с помощью содержимого фляги, что висела на поясе у Рея. В итоге выяснилось, что мужчина принял Ричарда за Светлого Лорда. Была такая мифическая фигура в некоторых религиозных доктринах империи. Мол, должен явиться светлый лорд, что кого-то там спасёт. Кого спасёт и от кого (или от чего), толком никто не знал.
В конце концов, спасли самого кандидата в Светлые Лорды, и экспедиция направилась обратно.
Двигалась компания в тишине, прерываемой восторженными причитаниями капитана и шипением Ричарда, которому пришлось все же снять с трупа сапоги. Капитанские оказались ему маловаты, а обувь с трупа изрядно покоробило огнём, и она немилосердно натирала графские ступни.
Внезапно раздался громкий крик, и вся компания вздрогнула. Источником шума оказался небольшой зелёный попугай. Птица села на ветку дерева и издала пронзительное верещание. С другой стороны болота ему вторили.
– Мне казалось, мы всех убили, – озадаченно пробасил Рей, смахивая с носа крупного жука.
– А, так это особенность здешних краёв, – охотно стал пояснять Илая. – Тут ведь почему люди не живут? Не из-за фауны. На любого, самого страшного зверя всегда найдётся способ охоты. И даже не из-за климата. Здешние почвы весьма плодородны, если провести осушение. К тому же где-то тут обнаружена магнитная аномалия, такая массивная, что полностью отклоняет стрелку компаса.
– Прям новая земля завета, – иронично хмыкнул Ричард, слушая репортёра; тот опасливо покосился на собеседника.
– Ага, а ещё в этих лесах обитает дух жизни запредельной мощи. Говорят, он сравним силой с младшим богом. И, в отличие от богов настоящих, не стесняется являть свою силу в реальный мир.
– И в чем эта сила проявляется? – Рей отмахнулся от большого светящегося таракана. К его удивлению, таракан растворился в воздухе и тут же возник на прежнем месте.
– Он даёт силу всему живому! – получив порцию недоумённых взглядов, репортёр пояснил. – Ну, так пишет профессор Стильвег. Он может вдохнуть жизнь в убитое животное. Весь лес есть его место силы. Оживить дерево, зарастить рану, превратить мёртвое в живое… Профессор объясняет, что у всего живого тут есть душа. Но, она, как бы это сказать понятнее, одна на всех.
Сумрак в кронах светлел. Светящихся тараканов становилось всё больше. Илая споткнулся и едва не улетел в очередную яму с водой.
– И местному духу, чтобы оживить одного из обитателей, не нужно его воскрешать. Он словно заращивает царапину.
– И что, нет никакой управы на этого духа? – полюбопытствовал Гринривер, попытавшись утянуть светящегося жука в чёрную сферу. После применения атрибута светляк возник на том же месте, чем изрядно озадачил молодого аристократа. Так, что тот даже остановился.
– Почему же? Есть! Но смерть такого существа гарантированно превратит данную территорию в мёртвые земли, – ответил Илая.
– А откуда такие подробности? – уточнил Рей, отмахиваясь топором от не такой уж мелкой твари, что высунула уродливую голову из воды.
– Я успел все дневники прочесть за последние дни. Ну, когда не пил… – смутился Эджин.
– Вы продолжайте, продолжайте, не отвлекайтесь, – Ричард возобновил движение. Опасливо обходя по кругу большой красный цветок, что метким выстрелом пестика схватил и сожрал попугая.
– Короче, профессор пришёл к выводу, что лучше подождать несколько сотен лет, пока дух не обретёт разум. Была даже идея организовать культы, наподобие друидических. Духу дали имя – Великий А! – репортёр оказался неплохим рассказчиком.
– То есть, правильно ли я всё пониманию? В этом лесу живёт дух, которому мы только что отдавили яйца. Он способен оживить любого обитателя леса, и с ним решило не связываться самое агрессивное государство на материке? – со странной интонацией протянул Рей, глядя, как очередной светляк влетел в тушку мёртвого тукана, и тот подскочил, недовольно хлопая крыльями и добавляя возмущённый вопль в усиливающуюся какофонию леса.
– Всё верно, – подтвердил Илая, заворожённо глядя на крупную бабочку, севшую на его рукав.
– Быстро валим отсюда! – рявкнул гигант, срываясь с места. Затормозил, чертыхнувшись, подхватил под мышки Ричарда и Илаю – и ломанулся через лес в сторону стоянки.
Пришедший в себя капитан рванул следом, стараясь не отставать.
Несколько раз им пытались преградить путь различные существа, определить которых затруднился бы и профессор Стильвег. Салех, перехватывая нанимателя за ногу, отбивался от них. Чёрная сфера в руках Ричарда всё-таки уничтожала кого угодно. Правда, этого хватало только на расчистку дороги. Лес стремительно наполнялся жизнью, и доброжелательной её никто не смог бы назвать.
На пригорок, где был заякорен дирижабль, экспедиция влетела под слитный рёв десятков монстров, что неслись следом.
– Все на борт, взлетаем, взлетаем, сучьи дети! – рявкнул капитан, первый хватаясь за верёвочную лестницу.
– Аа-а-а-арх! – раздался рёв, ненадолго заглушивший рёв монстров. Это был Рей, который, размахнувшись, закинул на палубу дирижабля сначала Ричарда, а потом и Илаю. Восемь метров те преодолели, громко вопя. Илая каким-то чудом не разбил свой аппарат.
Матросы стремительно рубили канаты, и буквально через несколько минут дирижабль, сильно кренясь на левый борт, оторвался от земли.
Место посадки заполонила волна животных. А потом холм задрожал и зашевелился, сбрасывая с себя обитателей леса. Крупные камни пришли в движение, и огромный глаз уставился на взлетающий дирижабль. Грянул выстрел. Глаз превратился в кратер, заполненный кровью. Холм подёрнулся странной рябью. Светлячки валом ринулись из леса, и из них начала собираться гигантская фигура.
Один из матросов внезапно сорвался с палубы и со страшным криком рухнул навстречу светлячному гиганту. Но не долетел. Часть светлячков окутала падающее тело, остановила… и матрос разлетелся огромной стаей разноцветных бабочек.
– Балласт за борт! – в крике капитана сквозила паника. Судно пару раз дёрнулось…
– Балластный трос зажевало! – упавшим голосом доложил один из матросов.
– Все на верхнюю палубу! Живо!
Через полминуты вся команда оказалась под обшивкой дирижабля.
Призрачная фигура была уже в нескольких метрах от аппарата, когда капитан вжал перстень на указательном пальце в доски палубы – и по опорным стойкам прогремели взрывы. Гондола рухнула вниз, а резко потерявший в весе дирижабль рывком устремился вверх. Гигантская рука зацепила лишь обрывки канатов. Те покрылись цветами и начали изгибаться. Несколько ударов топора обрушили оживший такелаж на землю.
Но радоваться было рано. Дух перехватил падающую гондолу, размахнулся и метнул её вслед удирающему в небо воздушному кораблю.
С прицелом у духа оказалось так себе. Импровизированный «снаряд» просвистел стороной. Но стоило всем выдохнуть, как гондола отрастила десятки крылышек и рванула к дирижаблю, по пути отращивая лапки и глазки. Она всё больше походила на диковинное насекомое, только ростом с пару слонов.
– Ой, да ну нахер! – в отчаянии простонал вцепившийся в канат Ричард, разглядывая огромные жвала на месте рубки навигатора. – Подавись!
Графёныш метнул в странную тварь связку рунной взрывчатки. Матросы успели вытащить весь выживший багаж на верхнюю палубу, и в нём обнаружилось изрядно этого полезного в хозяйстве вещества.
И тут магическое создание доказало, что мозги у него всё-таки насекомые. Очень не факт, что Ричард добросил бы до него связку. Дважды не факт, что к этому моменту шнур догорел бы до детонатора. Но экс-гондола выстрелила длинным тонким языком навстречу летящему «подарку» и втянула его в пасть.
Грянул взрыв, разворотив голову бывшей гондоле. Убить это её не убило, но обижено верещащая живая конструкция развернулась в воздухе и устремилась к горизонту.
Дирижабль продолжал набирать высоту.
Снизу за ним следил разочарованно стонущий дух, у ног которого вилось непонятное нечто.
В чувство всех привёл раздавшийся щелчок фотоаппарата и радостный вопль его владельца.
– Сенсация! Это просто восторг! Божественно! Фото воплощённого духа! Монстр затопленных лесов! Живой! Господа, вы понимаете, что мы единственные кто видел это воочию? – орал Илая, приплясывая и потрясая камерой.
– А развидеть это как-то можно? – устало протянул Гринривер, всё ещё судорожно вцепившийся в ванты. Вид он имел бледный и несчастный.
– Бедный Томас! Пусть твоё посмертие будет добрым, – капитан осенил себя знаком светлых богов. – Ты умер не зря, своей жертвой мостя путь Лорду Света, что очистит этот мир от скверны… – начал Уорел.
– Капитан! – Рей, заботливо обнимающий винтовку, внимательно уставился на него.
– Да, мистер Салех? – Уорел оглянулся на голос громилы.
– Заткнитесь уже! – бывший лейтенант был раздражён до крайности. – Из Гринривера такой же Светлый Лорд, как из Илаи штурмовой пехотинец. Вся его светлость заключается в том, что им подавился высший демон. Вы бы ещё меня в светлые паладины записали!
– Так ты и есть светлый паладин, – ехидно протянул Ричард. – Кто постоянно Амакартой Верус светится? – встретив непонимающие взгляды, Ричард пояснил для зрителей: – Это татуировка служителя светлых сил. Позволяет игнорировать тёмные заклинания. А ещё постоянно растёт и обретает новые свойства. Овеществлённая благодать. Лишь доказавший делом достоин её носить. Живая медаль за заслуги в деле света.
Теперь уже и на Рея капитан взирал в немом обожании. Инвалид только злобно сплюнул за борт. Гринривер глумливо заржал.
– А как мы теперь доберёмся до цели? – задал животрепещущий вопрос репортёр. – Там же двигатель, ну, в гондоле. Был…
Взгляд капитана потяжелел. Он поднялся на ноги, оглядываясь. Висящий в воздухе дирижабль, превратившийся сейчас в большой воздушный шар, медленно дрейфовал на восток.
– С трудом! – буркнул он. А потом выругался. Протяжно и со вкусом.
Очень странная экспедиция продолжалась.
Глава 4
Земля медленно отдалялась. Похолодало, и дышать становилось всё труднее.
Газ под оболочкой остыл, и подъём прекратился. Аппарат завис на высоте трёх с лишним километров. Все тяжело дышали, кислорода не хватало даже привычному к перепадам высот экипажу. А из-за перепада температуры все ещё и сильно мёрзли. Тем более, что согреться под солнцем мешала туша дирижабля, закрывавшая наглухо всю верхнюю палубу.
– Господа, не хочу давать лишней надежды. Кажется, мы обречены, – голос капитана был мрачен. – На такой высоте мы долго не протянем, нужно снижаться. Но чтобы была хоть какая-то возможность двигаться в нужном направлении, необходимо менять высоту и искать воздушные потоки. Карта ветров для этого региона отсутствует. Сейчас мы можем только снижаться, причём без возможности опять подняться. А до границы этих джунглей не менее тысячи миль.
– И что, совсем никаких шансов? – Рей сохранял присутствие духа. В первую очередь это, видимо, было связано с тем фактом, что во всей тряске каким-то чудом уцелело два ящика патронов к Регине. А ещё полцентнера взрывчатки.
Что сказал капитан Уорел, когда увидал такой багаж, осталось тайной, капитан был очень культурным человеком. Впрочем, его благодарственные молитвы за то, что винтовик влетел в каюту Ричарда, а не Рея, были не менее красочными. Настолько красочными, что какой-нибудь жрец легко бы различил малую печать благодати на его ауре.
– Разве что кто-то из вас способен повелевать ветром… – невесело усмехнулся он.
Наступила тишина. Взгляды всех присутствующих скрестились на Ричарде.
– Что? Почему вы все на меня так смотрите? – юный Гринривер поёжился.
– А как работает ваша способность? Которая чёрная сфера? – в голосе капитана прозвучала такая надежда, что молодой человек смутился.
– Сфера абсолютного ничто диаметром тридцать сантиметров, – начал официальным тоном Ричард. – На каждой руке. Всё, что попадает в эту сферу, исчезает. Будь то какой-то предмет, магическая энергия или вообще любая материя. Воздух тоже исчезает, и потому сфера втягивает его. Она соприкасается с моей ладонью на пятнадцать процентов своей площади.
– Бумага, мне нужна бумага, надо кое-что посчитать…
Как оказалось, уцелела не только взрывчатка, но и личные вещи Гринривера, саквояж и трость. Там обнаружилась пара блокнотов и пяток карандашей.
Воцарилась полная тишина. Слышались только посвист ветра и скрип писчих принадлежностей.
– Это должно сработать! – лихорадочно просипел капитан, поднимаясь с палубы. – Сэр Ричард, можно вас попросить залезть в носовую рубку, и прижав ладони тыльной стороной к поверхности дирижабля, активировать ваш атрибут? По моим расчётам тяга должна быть достаточной, чтобы развить необходимую скорость!
Ричард хотел было возмутиться, но во взглядах окружающих было столько надежды… Ну, кроме Салеха. Тот смотрел ехидно. Потому со своим телохранителем Ричард старался взглядом не встречаться.
Когда дирижабль двинулся с места и стал набирать скорость, раздались приветственные вопли. А потом покалеченный воздушный гигант начал крениться по курсу. Выяснилось, что с рулём надо тоже что-то делать, без силовой установки рули не поворачиваются…
Капитан снова засел за расчёты.
В итоге носовой пост наблюдателя обзавёлся несколькими лестницами, по которым ползал Ричард, активируя способность. Ну как ползал…
– Я боюсь высоты! Чего в этом непонятного?! У меня паническая атака! – рычал Гринривер, примотанный к доске.
– Ричард, это нелепо! Ты же бессмертный! – увещевал нанимателя Рей. По итогу расчётов между ним и Ричардом был натянут парус, который что-то там делал, увеличивая тягу.
– Ты видел, что с тем беднягой матросом случилось, когда его достал этот дух? Ты можешь поручиться, что мой атрибут справится с таким? – окончательно растерял спокойствие молодой аристократ и нна всякий случай забился в истерике.
– Я могу это проверить! – злобно рявкнул Салех, взбираясь по лестнице и пристёгивая карабин страховочного пояса на место первой пометки, которую десятью минутами раньше нанёс капитан.
– Тогда мы сдохнем все вместе! И в отличие от меня, вы сдохнете с гарантией!
– Ты у меня прямо сейчас тоже сдохнешь с гарантией, я тебе это обещаю! Живо включай свой атрибут! – рычал инвалид.
– Меня мутит! А-а-а-а-а! Урод, ты что творишь, сука, убери шило, я тебе говорю, убери шило! Всё, я согласен, всё! Кишки первоматери, боги, обычно проклятие не ходит на двух ногах, говножор, хуепутало-о-о-о-о!
В это время, десятью метрами ниже.
– А о чём они кричат? – капитан отвлёкся от расчётов; он пытался сориентироваться на местности – в рундуке верхней палубы обнаружился секстант.
– Общаются… Кажется, цитируют что-то из классической поэзии, – вдохновенным тоном дал объяснение происходящему Илая. Он уже разобрался в несложных правилах игры за выживание. – Сразу видно, образованные и культурные люди. Ну кто в такие моменты стихи читает? Меня бы на их месте скрутило медвежьей болезнью!
– Да уж, настоящие джентльмены! – одобрительно покачал головой капитан.
Дирижабль набирал скорость.
В итоге путешествие заняло ещё четверо суток.
Корабль достиг конечной точки – Обсидиан-тауэра, удивительно красивого города на холмах, возвышающихся над устьем полноводной реки. Река и была той самой Мата-Каратой.
Собственно, разглядеть, где кончается река и начинается море, было непросто. Вода в дельте была слабосолёной, светлой и мутноватой, поскольку её регулярно перемешивали довольно высокие приливы. Но сама по себе бухта, образованная устьем реки, была полноценной частью моря, и глубина её составляла не одну сотню метров. Порт раскинулся без малого на милю вдоль левого берега.
Сам город окружали высокие стены, по которым через ровные промежутки стояли мощные артиллерийские установки, прямой наводкой направленные в окружающий лес. Только спуск от городских стен к воде был не просто свободен от леса, но и застроен домишками всяческого морского люда, от рыбаков до портовых работников. Народ побогаче всё-таки предпочитал обитать за стенами, внутри города.
Команда приветствовала появление Обсидиан-тауэра на горизонте радостными воплями. Путешественники успели изрядно отощать. Полдня ушло на приземление. Пока в городе подняли один из пришвартованных дирижаблей, пока смогли зацепить неуклюжий огрызок, пока посадили…
Начальник воздушного порта вышел встречать новоприбывших в гордом одиночестве. Он был облачён в тонкую белую рубаху, широкие шаровары и титанических размеров плетёную шляпу.
– К чёрту формальности! – закричал он, едва добрался до сползающих на землю путешественников. – Господа, как вы вообще выжили?!
– Мы уничтожили пиратскую эскадру! – гордо заявил капитан, поднимаясь с поверхности взлётного поля, куда он рухнул, стоило ему ступить на землю.
– И дали по зубам этому вашему великому духу А! – добавил спрыгнувший на землю Рей, на плече которого покоился бессознательный Ричард, свалившийся в обморок, когда закончилась его работа в качестве двигателя.
– А ещё мы всё это сфотографировали! – добавил Илая, который всё ещё был на палубе.
– Я насру на ваши могилы, – болезненно прогундел очнувшийся Ричард. – Я продам вас всех в самый дешёвый бордель, я сожгу ваши дома и изнасилую ваш скот…
– Бедняга перегрелся и все ещё грезит жаркой схваткой, – любезно пояснил слова нанимателя Салех. Он неловко оступился и приложил Гринривера головой о пальму, отправляя того обратно в нокаут.
– Господин… – начал было капитан.
– Шекель, Феликс Шекель! Начальник воздушного порта, – представился служащий, восхищённо разглядывая гостей.
– Господин Шекель, мы не ели четыре дня…
– Ни слова более! Следуйте за мной, за столом и поговорим! – махнул рукой начальник.
Капитан и пассажиры искалеченной «Эсмеральды» расположились в просторном обеденном зале за большим столом. Команда корабля отравилась в набег на кухню, минуя официоз. С ними едва не удрал Рей, но очнувшийся к тому моменту Ричард мстительно остановил приятеля.
Впрочем, мистер Шекель не стал мучить своих гостей, и вскоре стол был заставлен всевозможными закусками.
Начальник порта оказался тощим жилистым мужчиной. Загоревшее до черноты гладко выбритое лицо украшала широкая белозубая улыбка. Ёжик седых волос довершал образ отошедшего от дел авантюриста.
– Господа, прошу, обязательно попробуйте эти восхитительные дыни. К ним настоятельно советую куснуть ломтик солонины. В этих краях очень жгучее солнце, так местные жители с его помощью готовят удивительные блюда. В цивилизованных землях вы такой вкусноты ни в жизнь не попробуете! – давал советы хозяин дома своим гостям. – А вот эта странная штука – местный острый сыр, они его сушат в перце. Это он на материке драгоценный. А тут местные его разве что в чай не заваривают. Хотя, что это я – заваривают!
Перебивать мистера Шекеля никто не торопился. Хотя стук вилок и ложек прерывался непродолжительными репликами, что описывали короткое, но крайне насыщенное приключение.
Молчаливый темнокожий слуга принёс блюдо, в котором свернулось в спираль нечто змееподобное. Одуряюще запахло мятой.
– А это речной угорь в мятном соусе! Сейчас к нему подадут лепёшки, оцените дары местной природы – выпечка из хлебного дерева. Тут плохо с пшеницей, но нельзя сказать, что это такая уж проблема. Когда местные джунгли не едят тебя, они крайне недурственны на вкус и весьма обильны.
Огромную запечённую крысу, несмотря на восхваления, есть стал только Рей. Пряный суп с крохотными птичками путешественники уже смаковали, утолив первый голод. Копчёных фазанов, напоминающих простых кур, вообще не доели, а до десерта в виде сырных шариков, варёных в патоке, добрался только Салех. Когда принесли большой чайник густого, пахнущего землёй чая, мистер Шекель самолично разлил его гостям по чашкам.
– Ферментированные листья чайного дерева. Крайне рекомендую, это позволит вашим желудкам справиться с незнакомой пищей.
Гости, изрядно осоловевшие от съеденного, безмолвно выпили.
После чая перед каждым образовалось по большому фужеру со спиртным. Явно крепким и весьма душистым.
– А это лекарство. Дезинфекция. Настойка на корице и апельсиновых корках.
В лекарстве было градусов шестьдесят.
После приёма «национального дезинфектора» Илая отрубился прямо за столом, капитан Уорел, похоже, заснул с открытыми глазами, и хозяин дома остался наедине с графёнышем и его телохранителем. Озадаченный взгляд встретил два слегка осоловелых, но полных молчаливого одобрения.
– Так, хорошо – план «бэ»!
Произнеся этот тост, начальник порта налил себе «лекарства» и парой глотков осушил высокий бокал. Расстегнул пуговицу на рубахе и тоже отрубился.
Воцарилось крайне задумчивое молчание.
– И что это было? – наконец вопросил Ричард.
– Кажется, хозяин дома передумал с нами общаться, – озвучил свои наблюдения Рей и потянулся к тарелке с закусками.
– Мистер Салех, вы запомнили, в какой момент попытка нас накормить стала вот этим? – Гринривер не смог сформулировать свои мысли, и потому обвёл сцену за столом руками.
– Он прочёл наши бумаги. И что-то шепнул слуге. После началась эта кормёжка, – ответил Салех. – Кстати, вкусно.
– Не нравится мне это всё… – Ричард начал подниматься из-за стола.
– Ты так говоришь, словно когда-то было иначе! – Салех захрустел косточками недоеденной крысы.
– Как только вы можете это есть? – скривился Ричард, которому стало не перед кем демонстрировать манеры.
– Между прочим, вкусно! Большую часть своей сознательной жизни я ел куда менее съедобное мясо, – пояснил Салех, не отрываясь от сочащегося куска.
– Так вы же были офицером, кормёжка должна быть… – начал молодой аристократ, но душехранитель его перебил.
– Вот-вот, всё ты правильно сказал. Кормёжка должна быть. Она и была. А если не было – приходилось обеспечивать. Обугленная на костре драконятина или ошпаренные кипятком лапы гигантской сколопендры – тоже кормёжка, – Рей собрался было ещё поделиться оригинальными рецептами, но графёныш брезгливо скривился.
– И что будем делать? – задал вопрос Рей, налив себе ещё настойки.
– Я видел фонтан во дворе. Бери мистера Шекеля. Если он думал, что таким оригинальным способом сможет уйти от разговора, это была его большая ошибка.
Когда темнокожий слуга увидел, как гости тащат куда-то хозяина дома, он поднял крик и начал что-то поспешно говорить на незнакомом наречии. Впрочем, не предпринимая никаких враждебных действий.
Рей внимательно послушал незнакомую речь, кивнул и молча врезал слуге в челюсть. Тот рухнул как подкошенный.
– Вы понимаете, о чём он говорил? – удивился Ричард, переступая через свернувшегося калачиком беднягу.
– Нет, – ответил Салех, пожав плечами. Мистер Шекель колыхнулся, едва не влетев головой в косяк.
– Тогда зачем били? Он же не лез особо! – удивился молодой человек, подставляя лицо горячему ветру, что пах специями.
– А вдруг он мне что-то обидное говорил? – признался пыхтящий громила. Он взял курс на журчащий фонтан, выложенный мраморной плиткой.
– Да, именно такая дипломатичность необходима для успешного выполнения миссии. Мистер Салех, если что, там целый народ говорит на непонятном языке. Планируете бить всех? – Ричард развеселился. – Как-то не слишком красиво.