Записки обывателя. Книга I

Глава 15

Владик быстренько оделся, свою охотничью экипировку приготовил ещё с вечера, умылся, наспех перекусил и взял в рюкзак тормозок приготовленный бабулей. Дед Петро дал напутствие охотнику:

– Если будете охотиться в Селянском лесу, который за школой, ты внучок, через сухое озерцо не ходи, лучше его обойди. Помни, что я тебе о нём когда-то поведал. А обратно с охоты возвращайся через наш огород и садок, там заяц живёт, может, хоть попугаешь, а то в прошлую зиму он ободрал всю кору на молоденьких яблоньках.

На место сбора за селом друзья собрались вовремя без опозданий.

Гончак Витька и Толяна по кличке Бим уже рвал на себе поводок и скулил. Чувствуя азарт предстоящего мероприятия, просился, чтобы поскорее его отпустили. Луна Мишани была без поводка и команды хозяина понимала с полуслова. Толян опросил присутствующих:

– Все заполнили отстрелочные карточки? У кого одноразовые?

– Да у нас сезонные, – за всех ответил Влад.

– Патроны, тормозки, согревающее и воду тоже взяли, – добавил Мишаня.

– Тогда с богом, – суеверно вымолвил Витек, отпустив собак обнюхивать местность и символически задудел в рог. – Рассыпаемся, дистанция сто метров, направление на перелесок.

Только скрылись из виду в лесу охотники, как собаки взяв след, звонко залаяли. Начался гон. Владик шел крайним, как, наверное, и другие охотники, стал за дерево, ожидая возможного появления зверя в его видимый сектор. Лай собак то приближался, то отдалялся, идя впереди за сто метров параллельным курсом. Из-за деревьев и кустов на таком расстоянии ничего не было видно. Приблизительно по характеру лая, можно определить какого зверя преследуют гончие. Влад прислушался: «Скорее всего, заяц, лиса, или коза, но не кабан убегает от преследования, это точно». Через минуту послышался выстрел, следом второй. Собаки на некоторое время смолкли, потом снова залаяли. Значит промах, кто-то из ребят упустил зверя. Вскоре послышался лай собак далеко в поле на одном месте. По-видимому, догнали раненую дичь, если лиса, то могла уйти в нору и оттуда её не выкуришь, разве только норными собаками.

Выйдя из лесу, охотники собрались на совещание.

– Кто стрелял? – спросил у присутствующих Михась.

– Я, – отозвался Николка, – лиса, летела как пуля, после первого выстрела перевернулась через голову, поднялась и метнулась в овраг. Второй выстрел был наугад по плохо видимой спине. Собаки кинулись за ней, нужно подняться в поле на пригорок. Они что-то смолкли.

Витёк задудел в охотничий рог. Гончие не возвращались.

– Сделаем так, – сказал Толян, – у нас с Витьком опыта побольше. Пока вы втроём сходите за собаками, мы по тропинке пойдём и станем на номера за терновыми зарослями на бугру за школой, там, где мы два месяца назад рвали грибы и видели выводок кабанов. А вы с собаками от дороги между лесами сделаете загон. Будете идти в нашу сторону.

Поднимаясь наверх, ребята по пути обнаружили капельки крови, оставленные раненым зверем. Он часто ложился, оставляя всё больше кровавых следов. Неподалёку возле лисьей норы лежали собаки, охраняя задавленную лису, не успевшую скрыться в норе. Николка был доволен своим успехом. Запрятал трофей в рюкзак, вытащил чекушечку и бутербродик:

– Ну что, пацаны, по традиции «на кровя» по полтинничку пропустим.

По очереди, быстренько выпив и закусив, взяли собак и двинулись на лес.

Вышли к исходному месту загона и, рассредоточившись вдоль дороги, ребята по сигналу с собаками двинулись в лес.

Пройдя двести метров вниз, слышно было, как собаки на что-то гавкали, не тявкали, а именно гавкали, учуяв крупного зверя, и бегали вокруг кустов терна. Подойдя метров на пятьдесят к этому месту, Владик переломил ружье и перезарядил патроном с пулей, показывая движением пальца, стоящему на видимом расстоянии Мишане, чтобы тот сделал то же самое.

– Луна, ищи, ищи! – начал давать команду Михась.

Собаки активнее начали обгавкивать терн. Послышался шум поднимающегося потревоженного зверя, и все стадо кабанов двинулось на противоположную сторону. Секач первым вышел на Толяна, тот ждал хладнокровно этого момента, точно прицелился и выстрелил. Слышно было, как пуля попала кабану в хребет, переломив его. Тот остановился, постоял секунду и, замертво упал в балку. Остальное стадо стало разбегаться во все стороны. Началась со всех сторон пальба по убегающему зверю. Мишаня выстрелил вслед убегающему кабану картечью. Он завизжал и скатился в овраг. Всё мгновенно смолкло, как и началось. Пока ребята собирались вместе, Владик спустился вниз к кабану оттяпать ему помидоры, чтобы при приготовлении мяса не было неприятного запаха исходящего от животного.

Кабан лежал с прижатыми к спине ушами, признак того, что зверь еще живой, на который Влад не обратил внимания. Только нож приблизился к его органам, как кабан, полулежа, извернулся и ударил Владу клыком в подставленную ладонь. Охотник в ответ мгновенно всадил свой охотничий нож в горло раненому зверю по самую рукоятку. Тот захрипел и стих. Хоть рана на руке была и не глубокая, но кровь сочилась не переставая. Рану промыли водой и продезинфицировали спиртным напитком из бутылки, не забыв промочить и горло, товарищи забинтовали ладонь, всегда имеющимся в рюкзаке бинтом. Толик начал размышлять:

– Таких здоровенных кабанов мы не сможем дотащить до села и за два раза, а разделывать здесь нет никакого смысла. Я видел в селе стоящую водотрестовскую машину, на которой приехал Петруха на выходные, пусть Владик сходит к нему домой и попросит приехать сюда. А мы к этому времени подтащим добычу к краю леса до дороги.

Владик пошел в село за машиной. Петруха был дома, собирался обедать.

– Привет сосед. Вот по случаю зашёл в гости. Как твое драгоценное здоровье и домочадцев? – начал Влад издалека, зная паскудный норов хозяина. Тот был на четыре года постарше и работал водителем в водотресте, а на выходные дни иногда домой приезжал на служебной грузовой машине – аварийке.

– Здоровье, если оно есть, можно и с утра подправить. Ну, выкладывай на стол, в гости с пустыми руками не ходят, не тяни кота за пятую конечность. Чего приперся? – начал форсировать событие хозяин, поняв, что сосед явился не просто так, а с какой-то важной информацией. Не зря же с утра чесался нос, и ладонь на левой руке. Хорошая примета – к пьянке, да ещё и к прибыли.

– Успеешь ещё пообедать, ты мясо любишь? – спросил Влад.

– А кто его не любит? Ложи вон на тарелку. Вместе и пообедаем, – вкрадчиво предложил Петруха. – Что у тебя с рукой?

– Я, как и ты, тоже мясо люблю, хотел кусочек отрезать свежины, но кабанчик почему-то был против. Заводи свою аварийку и поехали, погрузим дичину, а то чужие охотники набегут, придется с ними делиться.

У Петрухи загорелись глаза:

– А что я с этого буду иметь кроме «спасибо», от кабана уши?

– Да ты, Петюня, оказывается гурман, жареных ушей захотел, – начал подначивать водителя Владик, – становись в очередь, шестым будешь, когда привезём, освежуем тушки, может и достанется тебе требуха. Одевайся уже, ребята ждут, поехали поскорее!

Петруха живо засобирался, хотя и был тучного телосложения, но от такого предложения грех было отказываться.

Ребята к этому времени уже подтянули кабанов к краю леса возле дороги и по традиции уже обмывали трофеи, шумно обсуждая недавние приключения. Кабаны были тяжелые, пришлось брать толстые палки и по ним при помощи верёвок затаскивать их в заднюю дверь машины.

Выгрузив, добытую дичь во дворе у Толяна и Витька, ребята приступили к разделке туш.

Мишаня предложил:

– Влад, ты всё равно травмирован, нам здесь не поможешь, сходи, пригласи девчат, пусть приходят и готовят жаркое из грудинки и печени.

– Правильно, пусть сходит, пока мы полностью разделаемся с кабанами да поделим мясо, девчата уже накроют на стол.

Услышав о дележе, Петруха начал помогать охотникам снимать шкуры с застреленных кабанов и поинтересовался:

– А как будем делить, по честному или по справедливости?

– По братски, – уточнил Витек. – Снимем шкуры, отвезешь в лес и с Николкой закопаешь.

– Меня то зачем закапывать? – обиделся Николка.

Ребята начали смеяться.

– Если оставим шкуры здесь, то собаки на следующий день будут их таскать по всей деревне. Нам неприятности ни к чему, – ответил Витек.

Петруха удивлялся:

– Ого, тяжёлые шкурки, килограммов по тридцать будут, одна ворса да жира с три пальца, а сала нет.

– Это тебе не домашняя свинья, которая спит да ест, ну иногда хрюкает, как ты когда наелся, а дикий боров по двадцать километров ночами со стадом мотается в поисках корма. Поэтому сало под шкурой не откладывается, а накапливает только жир, посмотри в зеркало, и делай выводы, – упрекнул Толян своего ровесника.

В первую очередь вырезали печень, с грудинкой и отдали девчатам на сковородку, да не на одну. Разрубили мясо на шесть куч, приблизительно равных, поставили спиной к мясу Петруху, и Витек начал банковать, показывая рукой на одну из куч:

– Кому? – и быстро перевел руку на кучу с требухой, которая лежала у забора и её уплетали голодные собаки.

– Мне! – выпалил Петруха.

От такого казуса ржали все. Только собаки делали молча свое дело. А уже вернувшийся Влад прокомментировал такую ситуацию просто:

– Жадность победила разум, поаплодируйте.

В дверях появилась Наталья и с порога произнесла не длинную, но приятную речь:

– Охотнички, кушать подано, просим всех к столу.

Поделив добычу, которая еле помещалась по охотничьим рюкзакам, ребята беспрекословно пошли выполнять команду.

Глава 16

На выходные, за неделю до Нового года, в село приехали только Влад с Мишаней. Остальные ребята и девчата остались в городе завершить неоконченные дела перед праздником. Два дня шел снег. Деревья были покрытые инеем, стоял небольшой морозец. Гроздья калины и рябины привлекали своим красным цветом зимовавших снегирей с красными грудками. А синички с желто-зелеными животиками старались подлететь ближе к жилью, где могли поклевать оставшегося зерна, недоеденного домашней птицей. Стоя во дворе и подбрасывая семечек синичкам, которых норовили отпугнуть от корма воробьи, Влад уловил приближающиеся шаги своего друга по скрипучему снегу к его калитке.

– Привет, Владик, птичек хочешь наловить?

– Нет, просто их подкармливаю. Корма сейчас у них мало, на полях и в лесу всё засыпало снегом.

– Я видел у себя во дворе следы куницы, лазит по сараям и ворует курей, хорошо, что собака всю ночь гавкала, сидя на цепи, и отгоняла воровку. Бери ружьё, пойдем по следу, Луна быстро след возьмет, – предложил Михась. – Я вернусь за собакой и ружьем, а ты догоняй.

На снегу след куницы был хорошо виден. Но, зайдя в лес, ребята увидели, что след терялся где-то на деревьях. Собака начала лаять, подняв морду вверх.

– Отпускай собаку! – закричал Влад, подбегая к товарищу.

Тот спустил собаку с поводка и Луна начала обгавкивать близ стоящие деревья. На одном из деревьев появилась мордочка хищника. Мишаня вскинул ружье, раздался выстрел, промах. Куница начала перепрыгивать с ветки на ветку, убегая по деревьям от преследователей все дальше в лес.

– Ее необходимо застрелить раньше, чем она найдет какое-нибудь дупло. Потом оттуда её ничем не выгонишь, – сделал умозаключение Михась.

Пробежав по снегу за собакой еще добрых полкилометра, охотники увидели, что Луна остановилась возле высокой сосны и стала лаять. Куница сидела на самой верхушке и, раскачиваясь на ветру, смотрела вниз на лающую собаку. Мишаня еще раз прицелился и выстрелил.

– Эх, не попал, дробь крупная, боялся испортить шкуру, целился в голову, – пробурчал стрелок, перезаряжая ружье.

Куница по-прежнему, как ни в чем не бывало, раскачивалась на верхушке сосны. Не теряя времени, Влад хладнокровно прицелился и выстрелил. Куница, цепляясь за ветки, плавно падала в снег. Собака подбежала и хотела схватить зверька, но тот оказался только раненым, вскочил и попрыгал по снегу к ближайшей куче дров. Охотники подбежали к куче и начали по очереди растаскивать дрова. Когда дрова немного растащили, увидели куницу и Влад, наступив на бревно, прижал ее к земле. Собака в данном случае только мешала, обгавкивала зверька и пыталась его схватить.

– Бери ее, Мишаня, за шею и вытаскивай, только осторожно, а то может укусить. У нее зубы как иголки, – посоветовал Влад.

Товарищ вытащил куницу еще живую и хотел ей свернуть шею, но она изловчилась и прокусила ему палец, повиснув на нем.

– Ай, ай, – закричал пострадавший.

Влад выхватил нож и начал разжимать ей зубы. Куница оказалась проворней, отскочила в сторону, и, обессиленная после ранения, попыталась убежать. Влад вскинул ружье, прицелившись, но друг схватил свободной рукой ствол, поднял его вверх, произнеся:

– Не стреляй, теперь уже Луна её догонит.

Догнав куницу, собака просто задавила ее зубами, и, не отдавая хозяину, понесла домой.

– Протри палец снегом, я сейчас достану из рюкзака самогон и бинт, нужно его обработать и перевязать. У меня самого с неделю ладонь болела от раны, нанесенную кабаном.

Михась начал звать Луну, но она, не оборачиваясь, плелась со своей ношей домой.

– Давай, Мишаня, разойдемся, ты иди за ней следом, и прямо домой, а я сделаю крюк, пройду в балку до сухого озерца и поднимусь к дороге, посмотрю, чтобы собака не побежала в соседнее село. Потом приду, помогу снять шкурку с куницы.

– Иди, только не задерживайся, да на само болото, оно уже и не озеро, давно пересохло, не заходи, обойди его. Зверь на него даже не ступает, мистика какая-то, – порекомендовал товарищ, и пошёл следом за четвероногим другом.

Влад спустился вниз по заваленному буреломом склону, который никогда и никто не очищал, старые деревья валились от ветра, пухли с годами от сырости и полностью выгнивали. Так близко к болоту он никогда сюда не захаживал, хотя и был в этих краях несколько раз, собирая летом и осенью наверху на склонах немногочисленные грибы. Сухое болото со всех сторон было завалено деревьями, вокруг везде лежал снег, но посередине, приблизительно семьдесят метров в диаметре, как ни странно, снега не было, а зеленела густая прошлогодняя болотная трава. Это место было круглым, как будто его очертили циркулем, а в середине рос куст, покрытый мелкой зеленой листвой. Владик хотел, было ступить на болото, проверить, нет ли воды или влаги, откуда взялась зелень, но действительно, болото было сухим. Шаг так сделать и не смог, что-то держало его, ноги стали свинцовыми, и навстречу по всему телу действовала какая-то упругая противодействующая сила, которую он преодолеть не мог. Время как будто остановилось. На болото опускались сумерки. Но где-то наверху тучи рассеялись, и выглянуло яркое солнце, какое-то плоское, может двести или триста метров над лесом. Оно переливалось всеми цветами радуги и испускало на болото цветные светящиеся кольца. Потом кольца образовали дугу, вроде радуги и постепенно втянулись обратно в солнце похожее на диск, или, наоборот, в диск похожий на солнце. Мысли у Влада путались, были какими-то заторможенными, как во сне. Этот кроссворд не было смысла разгадывать. Видения или галлюцинации пропали, опять небо заволокло тучами, вокруг почти ничего не стало видно. Влад вдохнул полной грудью чистый морозный воздух, пропитанный озоном. В тело влилась какая-то небывалая легкость. Он не смог вспомнить, как оказался на дороге, ведущую в село. Вокруг, якобы, просветлело. Посмотрел на часы, они стояли. Мысли заработали с прежней скоростью. Вспомнил предупреждение деда, который рассказывал, как после войны в сорок шестом ездил в лес по дрова. Как переломилась оглобля, и лошадь никак не хотела спускаться к болоту, всё фыркала и не трогалась с места. Деду пришлось самому спускаться по снегу за скатившейся вниз к болоту оглоблей. Там он и увидел нечто подобное, но тогда Влад этой истории значения не предал. Думал дедушка на старости ударился в прострацию. Теперь самому придётся помалкивать, как объяснить увиденное явление, он не знал. Рассказать кому, так подымут на смех, подумают, что неадекватно воспринимает происходящее, пошлют в психушку на обследование. При худшем варианте ещё могут исключить из техникума. С невеселыми мыслями пришёл домой. Оставил пустой рюкзак с ружьём и поплелся к другу снимать шкуру с куницы. Каково же было его удивление, когда мать вышла и сказала, что его ещё не было с охоты.

– Время перевернулось, – уже вслух начал с собой разговаривать Владик. Вышел через сад на огород. Хотел было идти по следам искать товарища, как увидел из лесу вышедшую собаку, несущую в зубах куницу, а за ней следом выходил Михась. Который, подойдя поближе, спросил:

– Как ты Владик, так быстро успел прийти? Ведь ты сделал круг на два километра больше, чем я по прямой.

– На вертолёте, – буркнул Влад, и больше объясняться не стал, только добавил, – давай куницу, сниму чулком шкурку.

Резать кролей для Влада было не впервой. Бабуля с дедом их держали по тридцать штук каждый год. Так что руку он набил замечательно, да зайцы с лисицами иногда попадались на охоте. Не прошло и десяти минут как, шкурка куницы была уже распята на треноге для сушки.

– Если сдать в приемный пункт для пушнины, наверное, рубчиков на тридцать, тридцать пять затянет, – мечтательно произнёс Михась.

– Да, это точно, шкурка пушистая, зимняя, большая, на такие деньги потянет, подтвердил товарищ. – Выручим деньги, поделим пополам.

Вышла на порог опять мать Михася:

– Давайте ребятки к столу. Второй раз обед разогреваю.

– Пойдём Владик, да по чарке потянем, добавил друг.

«Мне сто граммов к такому моральному расстройству от сегодняшнего события для расслабухи никак не помешает», – подумал Влад и зашел в дом вслед за Мишаней.

Глава 17

Как-то Владику попался еженедельник «Аргументы и факты». В нем напечатали статьи с фотографиями наскальных рисунков с якобы изображением инопланетян, космодромов, сфотографированных со спутника, летательных аппаратов разных конфигураций, сделанных на одном из плат в горах Кордильер в Перу. В статье делалось предположение, что нашу землю несколько тысяч лет назад посещали инопланетные существа. Подобные статьи в нашей прессе никогда не публиковались, хотя таких фактов пребывания инопланетян и находок, подтверждающих их существование, по всем странам было предостаточно. Но информация эта была засекречена и в прессу не просачивалась, для того, чтобы не будоражить умы людей и не разрушать мировой политический и экономический уклад общества.

Неизвестно, чем может обернуться возможный контакт землян и пришельцев из космоса, если конечно они существуют. Все же некоторая информация от очевидцев, наблюдавших необъяснимые явления, начала по крупицам появляться в печати, но официальная пресса категорически отвергала существование инопланетян.

Влад с товарищами по учебе обсуждали эти статьи, делали разные предположения, да и только. Своё видение Владик ни с кем не обсуждал, зная, что физическими законами его объяснить невозможно: «Чертовщина какая-то, не поддающаяся никаким логическим умозаключениям», – думал он.

Началась зачетная неделя перед экзаменационной сессией. Как всегда нерадивые ученики сдавали лабораторные работы последними. Пришли подтягивать хвосты и Носов с Ником. С электротехникой они не дружили, как и с другими предметами тоже.

Преподаватель попросил собрать, из имеющихся приборов на столе, электрическую цепь для лампы накаливания, подключив её к электросети. Необходимо было измерить ток и напряжение на ней. Ребята быстро подключили измерительные приборы к цепи, перепутав их местами. Преподаватель удивился и спросил у одного из них:

– Как называется этот прибор, и что вы им собираетесь измерять?

Посмотрев в свой конспект и никак не найдя название прибора, Носов, почесав затылок, ответил:

– Это токометр, буду им измерять электрический ток в цепи.

– Ну, с вами мне все понятно. Смотрю в книгу, а вижу фигу, – с сарказмом произнес преподаватель. – А вы что скажете молодой человек о своих опытах? Вопрос тот же.

– У меня что-то, товарищ преподаватель, разболелась голова. Моя бабушка заболела, я боюсь ошибиться, но этим прибором меряют напряжение и он называется напряжометром, – тихо произнёс Ник.

Преподаватель, выдержал паузу, раздумывая над ответом ученика, чтобы не сильно его обидеть, спросил:

– Во-первых, это не медпункт, а храм знаний. Вы хотели, чтобы я вас проконсультировал, чем лечить бабушку? Это не по адресу. Во-вторых, у вашего товарища хоть конспект есть, правда он им неумело воспользовался. А из каких вы научных источников черпали, мой юный друг, такие открытия в теоретических основах электротехники?

– Я тогда болел и лекцию по этой теме пропустил, – оправдывался Ник.

На что преподаватель отреагировал:

– Для сдачи зачета слово болел, в расчет не берется. В техникуме только в двух случаях, возможно, его не сдавать. Это при условии или выбыл, или умер. При остальных случаях, для допуска к экзамену, зачет по предмету необходим. Так что, товарищи студенты, забирайте обе свои зачетки, и я вас жду повторно через неделю.

Так и ходили эти студенты пересдавать зачет преподавателю через день, беря его на измор, пока не выклянчили у него по трояке в зачетку.

Глава 18

Нарядив светящимися гирляндами и бумажными игрушками росшую елку у Зои во дворе, девушки поджидали парней к встрече Нового года.

Толян с Витьком приехали из города с однокурсницами Влада, с которыми они знакомились во время пребывания девчат здесь осенью в колхозе. Намерения у ребят оказались серьезными. Братья часто встречались с девушками, поджидая их после занятий в техникуме, теперь решили познакомить их со своими родителями.

Без десяти минут двенадцать по телевизору начали транслировать обращение генсека с поздравлениями к Советскому народу. Как никогда, изложив кратко достижения в строительстве развитого социализма, выполнения государственного плана нынешней пятилетки за прошедший семидесятый год, пожелал всему народу крепкого здоровья и успехов в труде в наступающем 1971 году. Куранты начали отбивать двенадцать ударов. Витёк открыл с выстрелом пробки бутылку шампанского, все двенадцать человек встали из-за стола и подняли с криками «Ура» наполненные бокалы. Владик подошел к телевизору и успел чокнуться с поднятым бокалом Леонида Ильича: