Кровь Достойных

Глава 5 – По два серебреника за брата

С памятного разговора прошёл месяц: мир преобразился, весна окончательно уступила место новому сезону. Держалась теплая, почти жаркая погода, небо изредка затягивало тучами, и шли дожди, но в основном над головой расстилалась чистая голубая гладь, с редкими перистыми облачками. Поля покрылись прекрасной зеленью и летними цветами. Деревья радостно впитывали солнечный свет зелёными листочками, а Верус с неохотой отмечал нарастающую боль в груди, время жертвы неумолимо приближалось.

Промотав серебреник, молодой охотник за Нигматическими камнями, уже неделю искал новое дельце. Но ни старина Вонг, ни антиквар, не спешили подбросить работу. В округе будто вся нечисть перевелась. Крестьянин радовался как никогда, не уставая благодарить Богов, Верус же всё сильнее впадал в уныние. Так в один из погожих деньков наш герой зашёл в любимую таверну, как обычно, поприветствовав хозяина, заказал пару кружечек медовухи. Отсалютовал его дочери, что в этот день разносила заказы, и прошёл вглубь зала. Устроившись за одним из свободных столов, дождался, пока девушка принесёт выпивку, и поднял первую кружку:

– Если так пойдёт и дальше, то придётся тратить запасы, – тихо пробубнил парень вместо тоста. – Куда же податься? Может на восток? Как же зовётся та деревня? Синий пруд или… ручей. Точно! Синий ручей, – рука вновь подняла кружку, опрокинув содержимое в рот. Терпкий напиток, согрел нутро, вместе с тем признаков опьянения не было. Не огорчаясь, Верус принялся за вторую.

Когда на столе в ряд встали три опустевших кружки, он немного пришёл в себя. Печаль отступила, оставив его один на один с затуманившимся рассудком. Таверна смазалась, лица немногих посетителей растворялись, стираясь из памяти, стоило лишь отвести взгляд, мысли замедлили свой ход.

– «Чёрт! Кажется, хватит с меня», – спохватился охотник и, ощутив первые признаки насыщения, тут же отодвинул кружку, развалившись на стуле. Он не ставил себе цель напиться, лишь немного расслабиться, не более. Последние дни его настрой куда-то улетучивался: прилипала-Людина, та самая полненькая простачка, согревающая по ночам, начала раздражать. Это случалось всякий раз, стоило ему задержаться в Триозёрье. Внимание и вечные разговоры об их будущем счастье, выводили его из себя.

Людина была хорошей, спокойной девушкой, но в свои двадцать так и не обзавелась семьёй, что по меркам общества считалось тяжким грузом. Как правило молодняк скреплял отношения узами брака в районе четырнадцати – пятнадцати лет. До двадцатилетия в одиночестве доживали совсем плохие или убогие. В случае его пассии проблема заключалась в отсутствие хоть кого-то приданного. Само собой, от девушек, обделённых даром крови, по большей части ожидали лишь детей, но круглая сирота без крыши над головой, совсем другое дело.

Второй преградой на её пути к счастью, оставалась его собственная персона. Девушка просто не обращала внимания на ухаживания других парней, поставив себе целью охомутать не кого-нибудь, а, как она думала, странствующего рыцаря, свободного от крестьянских повинностей. В целом идея замечательная, вот только сам Верус лишь играл на чувствах доверчивой девы, совершенно не планируя ограничивать себя семьёй и детьми. Такая чепуха, совершенно его не интересовала.

– «Неотёсанная деревенщина! Какое может быть счастье с такой, как ты?! К тому же, мне по-прежнему нельзя останавливаться!» – опустив затуманенный взор на собственную грудь, охотник за камнями Скверны коснулся её рукой. Мысли стремились в прошлое, туда, где он являлся одним из сотни учеников ордена Проснувшихся. Во времена «беззаботного» детства, когда проклятые Богами камни не были ему нужны.

– Так ведь? – печальный вопрос не удержался в клетке мыслей, вырвавшись на свободу, тихим шепотом. От чего молодой воин усмехнулся, как вдруг:

– … рус? – послышалось слева. Резко убрав руку от груди, он вскинул голову по направлению к говорящему. Рядом со столом замер странный тип. Он, не отрываясь, смотрел на него, чего-то ожидая.

– Тебе чего? – буркнул мечник, размышляя, в самом ли деле видит кого-то, или же третья кружка оказалась лишней.

– Я спросил вы ли тот, кого зовут Верусом? – витиеватая манера речи, мгновенно выдала в пришельце, человека высоких кровей. А одежда, напротив, словно умоляла принять за местного селянина или бедного торгаша. Удивившись такой странности, наёмник пригляделся к нему получше. Под грязной накидкой из грубой кожи виднелась опрятная рубаха и кафтан серых тонов. На ногах у незнакомца красовались самые настоящие сапоги. В общем без труда можно было узнать в нём того, кто пытается выдать себя за низкокровного дворнягу, но не знает как. Что говорить, мужик не додумался поменять кожаные сапоги на что-то вроде лаптей или деревянных колодок, что носили большинство простолюдинов. Крепкие ботинки или тем более сапоги могли позволить себе странствующие рыцари, богатые купцы или высококровные. Но точно не простой странник в грязной, грубой накидке.

– «Что за нелепица? Припёрся в таверну, где каждая собака знает друг друга в лицо, да ещё и вырядился как шут?» – пронеслось в голове парня, но вслух он сказал совсем другое:

– Да, это я.

В ответ незнакомец кивнул и, указав на стул напротив, спросил:

– Присяду к вам?

– Валяй.

Оглянувшись по сторонам, чем привлёк ненужное внимание окружающих, странный гость отодвинул стул и сел. До воина донёсся знакомый, неприятный запах. Но он быстро отбросил это, гораздо сильнее волновало ненужное внимание, которое привлекал глупый высококровный каждым неловким движением. Поправив неудобно сидящую накидку, тот сам задрал её, из-за чего край серой рубахи на миг выглянул на всеобщее обозрение. Но мужик даже не заметил, облегчённо вздохнул и вновь раскрыл рот:

– Мне посоветовал вас местный антиквар, расхваливал ваши не дюжие таланты и умение сохранять тайны. Что, в свою очередь, побудило меня прийти в это… – бросив презрительный взгляд на таверну, гость подобрал нужно слово, – … место. В ваших поисках, разумеется.

– Ага, – кивнул Верус, разрываясь между желанием выбить из идиота всю спесь и рассмеяться ему в лицо. Если бы существовал неписаный свод правил для начинающих убийц и воров, рассказывающий как надо маскироваться и не привлекать внимания, то этот мужик непременно нарушил бы каждый из пунктов! Просто смешно! К тому же, с чего высококровный решил сам прийти в такое место, как он сам выразился? У него закончились слуги или что? Пока быстро трезвеющий охотник размышлял, гость, удовлетворённый кивком, заметно просветлел лицом:

– Отлично! Тогда вы тот самый человек, что мне нужен!

От громкого вопля Верус едва не придушил его. С горем пополам сдержавшись, показал жест рукой, призывая соблюдать осторожность.

– Ох, простите, не привык говорить шёпотом, – неожиданно смирно извинился высококровный, чем ещё больше удивил мечника. Чтобы кто-то из родившихся с серебряной ложкой в заднице оказался так мил? Да, не в жизнь! А тот тем временем продолжал: – Видите ли, дело в том, что я не могу обратиться в церковь Шестерых с прошением. Хотелось бы сохранить инкогнито, если вы понимаете, о чём я. Как бы то ни было, дело не терпит отлагательств, а обычный наёмник или группа рыцарей с низким даром крови, могут не справиться.

– Судя по всему, вы – человек высоких кровей, я прав? – перебил его Верус, однако тот и бровью не повёл, легко проглотив оскорбление и ответив:

– Вы поняли верно.

– Тогда почему бы вам не воспользоваться правом знати на сохранение тени? Церковь не может потребовать от вас подтвердить личность.

– Да, без сомнения, и в обычных обстоятельствах я бы так и поступил, не раздумывая. Но прямо сейчас дело обстоит иначе, я могу рассчитывать только на наёмников или господ вашей профессии.

– Охотников за Нигматическими камнями? Значит, дело в чудовищах? – потянулся к кружке мечник, но вовремя спохватился, все три давно были пусты. Заметив движение, замаскированный дворянин поднял руку, подзывая служанку. Уже через десять секунд рядом с их столом остановилась дочь Вонга:

– Чего вам, господа?

– Ещё одну кружку моему другу, – улыбнулся мужчина, безбожно раскрывая свой маскарад. Если бы девушка была поглупее, то не смогла бы сдержать удивления и начала бы откровенно пялиться на потрясающую дух одежду, скрытую под грязной накидкой. От лицезрения происходящего Верус едва ли не сполз с табурета. Весь этот разговор, да и ситуация в целом начинали напоминать ему бредовый сон. А «гениальный лазутчик» продолжал: – Мне бокал вина.

Тут служанка не выдержала и вопрошающе посмотрела на ёрзавшего на стуле знакомого. Тот прекрасно понял её немой вопрос, в таверне отродясь не водилось никакого вина. Пиво, медовуха, сидр – всё, что нужно после тяжёлого дня или долгого пути. Поэтому, воин решил спасти положение, вклинившись в разговор:

– Ему тоже медовуху, красавица. Человек устал с дороги, мысли путаются.

– Хорошо, две кружки медовухи. Сейчас принесу, – благодарно улыбнувшись парню, дочь Вонга исчезла среди столов.

– Я сказал что-то не то, верно? – тихо спросил дворянин. Судя по морщине, пролёгшей на лбу, он всё же занервничал.

– Ага, вроде того. А ещё она сразу же заметила ваш… маскарад… милорд.

– Не может быть! – громче, чем следовало, воскликнул гость, удивлённо расширив глаза, – Но как? Я ведь специально надел это, – он резко сбавил тон, спохватившись. Правда вместе с тем неловко вскинул руку и приподнял подол грязной накидки, вновь выставляя напоказ край рубахи.

– У ворота видно, – окончательно махнув рукой на идиота, ответил наёмник и напомнил: – Что на счёт задания? Дело связано с чудовищами?

Высококровный незнакомец спешно оглянулся по сторонам, чем снова привлёк парочку удивлённых взглядов и взбесил собеседника. Затем пододвинулся чуть ближе, нависнув над столом, и прошептал:

– Да… Они, несомненно, чудовища! Только монстры способны на такое. Видишь ли, мои братья… они с детства были неудержимы. Вечно попадали в передряги и тянули меня за собой, но я, слава Вечной Шестёрке, сумел сохранить самообладание. Никогда не лез в авантюры, прилежно следовал наставлениям отца. Учил арифметику, чтобы продолжить его де…

– Стой! Меня это не волнует. Что за чудовища? Где они? Сколько заплатишь? На этом всё, – почти прорычал Верус. После чего схватил кружку, только что принесённую служанкой и опрокинул терпкий напиток в рот. Насколько ему не хотелось этого делать, но чёртов гад так напрягал мозги, что небольшое помутнение оказалось просто необходимо!

Тут дворянин не выдержал:

– Да как ты… – начал было, он возмущаться, но быстро подавил гнев, закрыв глаза и рот. Пару секунд высококровный так и сидел, приходя в себя, затем открыл их и строго произнёс: – То, что я скрываю свою личность, не даёт право низкокровному, вроде тебя, переходить границы дозволенного. Я – дворянин, а ты обычный наёмник, пусть и с даром крови. Так что попридержи язык.

– «Да ты, верно, издеваешься?! Если цена окажется мала, выпущу тебе кишки до наступления ночи, грязный ублюдок! Посмотрим, какова твоя кровь на цвет!» – подумал Верус, едва не раскрошив ручку кружки, всё ещё сжимаемую пальцами. Умом он понимал, что, совершив нечто подобное, закажет себе путешествие в следующий город без возможности вернуться сюда в ближайшие пару лет, но это умом. Дрянной же характер и медовуха говорили иначе. Не догадываясь о нависшей угрозе, гость продолжал свой «увлекательный» рассказ:

– Что ж, пока оставим это. По поводу чудовищ, мои братья и есть чудовища! Эти подлецы вернулись в отчий дом после очередного приключения переплюнув все прошлые разы. Где-то раздобыв странную книгу, они были будто сами не свои. Поднялись крики, я вышел на лестницу… Они стали монстрами! П-прежде я никогда такого не видел, – голос дворянина упал до тихого шёпота, глаза блуждали, но Верус чувствовал проступающую сквозь все щели фальшь. А мужчина продолжал жуткий рассказ:

– Эти безумцы… они убили собственного отца! А вместе с ним и всю прислугу. Я сам на силу выжил. Если бы не подвиг рыцарей, что охраняли меня… Ажно думать не хочется.

Наступила тишина. Неудачливый дворянин смолк, опустив взгляд в кружку с медовухой, вот только охотник жил на свете не первый день. Кем бы ни был человек сидящий перед ним, он наверняка не жалел о смерти отца. Единственное что его заботило – это братья, выгнавшие его из дома. Но, тем не менее, воин продолжал слушать, терпеливо дожидаясь цены за свои… мучения.

– Я и несколько верных слуг бежали из поместья под покровом ночи. Преодолев долгий и трудный путь, я прибыл в Триозёрье. Ища поддержки у старых друзей и коллег по ремеслу, но в итоге нашёл вас, – мужчина расплылся в светлой улыбке, будто превозмогая боль. – Помогите мне очистить родовое гнездо от подлых захватчиков. Изведите зло, проникшее в доселе прекраснейшее место. Помогите вернуть покой почившему отцу и предкам! Да будет их путь светел в царстве Вечной Шестёрки!

– «Ох, какая красота, да от его речей, должно быть, вянут цветы в полях… хотя меня скорее блевать тянет… лживый поганец…»

– Твои братья, во что они обратились?

– В монстров, дорогой друг, в монстров!

– «Чёртов кретин!!!» – на лице терпеливого наёмника задёргался мускул. – Внешность, – едва не прошипел он. – Как изменилась их внешность?

– О, вы об этом? Когда я спасался, они были всё теми же.

Услышав такое, Верус чуть не схватил идиота за грудки и не выволок из таверны на людную площадь, где непременно вспорол бы последнему брюхо. Однако, ангельское терпение и присущая с рождения доброта, остановили, было, поднятые руки. Опустив их на стол, боец протяжно вздохнул и, улыбнувшись самой прекрасной и доброй улыбкой, уточнил ещё раз:

– Так почему же вы считаете их монстрами, милорд? Что если они просто решили подвинуть теб… вас с насиженного места и захватить… чем вы там управляли с отцом?

– Я из семьи Воно́, мы – вассалы Лорда Триозёрья, младшие князья. Мне принадлежит часть леса и обширные охотничьи угодья в районе деревни Бави. Кроме неё на моей земле расположены ещё три деревеньки поменьше, но Бави, несомненно, ближе всего к поместью.

– О! Прошу простить мою грубость до этого, господин, – обозначил Верус поклон лёгким кивком головы. Собеседник в ответ лишь повёл подбородком, благосклонно приняв извинения. – Получается, вы не просто купец, что же ясно. С этим разобрались, но что насчёт первого?

– Я понимаю вашу обеспокоенность, дорогой друг. И всё же они, несомненно, жуткие монстры. Ведь из странствия братья вернулись вместе с выводком низкорослых тварей. Те разорвали рыцарей, охраняющих наш покой, в мгновение ока. И, простите, сожрали! – печально опустив голову, новоиспечённый бездомный вассал, позволил паузе затянуться. Подчёркивая его печаль. Затем поднял грустный взгляд и продолжил. – Мой отец пал от их руки. Братья повелевали этими жуткими существами, пока те разрывали его на части.

– «И пока ты наблюдал за этим. Какая прелесть, чу́дная семейка».

– Ладно, я понял, – кивнул Верус, переходя на серьезный тон. – Они похожи на одержимых или культистов. Карлики, судя по всему, лесные старички. Рыцари, что служили у вас, обладали даром крови?

– К сожалению, нет, кроме тех, четверых, что героически спасли меня и пытались спасти отца, но не преуспели.

– С этим понятно, но я до сих пор не вразумлю, от чего вы не пошли в церковь Шестерых? Ведь таким обычно занимаются апостолы?

На мгновение высококровный замер, размышляя над ответом. Его глаза изучали Веруса, а пальцы ритмично постукивали по столешнице. К слову, мужчина так и не притронулся к заказанному напитку. Медовуха сиротливо стояла перед ним, привлекая внимание воина, успевшего опустошить четвёртую кружку. Разговор с высококровным шёл до ужаса тяжело и нервно. Пока тот молчал, молодой охотник вновь ощутил странный запах. На этот раз он определённо доносился от одежды собеседника. Навязчивое чувство опасности, ожило на краю сознания, неопределённые образы трепетали на грани восприятия, напоминая эффект паров Скверны.

– «Знакомое чувство. Неужели это Скверна? Этот идиот всё ещё воняет ей, хотя прошло несколько дней? Насколько же плотна завеса в его доме? Или…»

– Всё дело в книге, – прервал молчание мелкий землевладелец, возвращая Веруса к разговору. – Я хочу забрать её, чтобы изучить и оградить себя от подобных бед в будущем.

– Изучить, значит? Твои братья уже изучили, – лихой наёмник вновь забыл вежливое обращение, сосредоточившись на странном вельможе. – Как видишь, ничего хорошего из этого не вышло.

– Они глупы от рождения, – высококровный проигнорировал грубое обращение, так же, как и Верус, сосредоточившись на важном. – Вечно встревали в похожие неприятности. Я же поступлю умнее, найму специалистов, хорошо разбирающихся в подобных реликвиях прошлого. Кто знает, как дорога эта книга?

– Понятно, – протянул Верус, допустив, что, возможно, всё дело в деньгах. – К слову о звонких монетах. Сколько я получу за помощь?

– Это зависит от результатов. Скажем, если вам удастся избавиться от чудовищ, и сохранить реликвию, я заплачу… шесть серебряных монет, – наниматель отстранился от стола, выпрямив спину и приосанившись. – Ну, как? Достойная плата за ваши труды? – по его виду было понятно, что он считает названную сумму едва ли не подарком для жалкого наёмника, что лишь по стечению обстоятельств одарен божественной кровью.

– Пожалуй… – расплылся в ехидной усмешке мечник. Названная цена и близко не перекрывала возможную опасность, но, когда дело касается порождений Скверны, всегда можно рассчитывать на дополнительные источники монет. Камни Скверны ещё никто не отменял. Да и шесть серебряных, прямо скажем, на дороге не валяются. Ему хватило одного, чтобы целый месяц развлекаться с Людиной. – А если я не смогу спасти книгу?

– Что же, лучше бы ты об этом не думал, – нахмурился наниматель. – Но не будем исключать непредвиденное. Если Боги будут жестоки и такой ценный артефакт пропадёт в пожаре борьбы чудовищ. Думаю, четырёх серебряных монет тебе хватит.

– Четыре? Как вы милостивы, добрый господин. Целых две монеты, на голову брата.

– Потеря книги, для меня всё равно, что поражение. Если бы я не хотел сохранить её, то нанял бы отряд рыцарей за те самые четыре монеты, а может и того меньше.

– «Как же недорого стоят ваши жизни», – подумал Верус, протягивая руку через стол. Двое скрепили договор крепким рукопожатием.

***

Наутро следующего дня охотник с новоиспеченным нанимателем выехал в сторону деревни Бави. Сначала путь экипажа лежал строго на юг по широкому тракту, на нём часто встречались люди: торговцы, крестьяне и пешие путники. Когда же тракт свернул на восток, вдоль берега озера Жжёные топи, от него отделилась узкая, кривая дорога. Она сильно забирала на запад, огибая озеро по левому берегу. Деревня расположилась южнее Триозёрья, поэтому предстояло долго ехать вдоль берега.

На третий день пути, миновав две мелкие деревушки, даже не нанесённые на карты, и множество полей, странники оказались в лесу, растущем как раз вдоль берега. Тут дорога начала ещё сильнее отклоняться на запад, постепенно уходя от озера. Высококровный, едущий в повозке вместе с парочкой рыцарей и новым наёмником, встревожился, всё чаще поглядывая на подступившую с обоих сторон чащу.

– Что такое, господин? Дурные мысли мучают? – поинтересовался Верус из-за дорожной скуки.

– Почти приехали в Бави, сразу после опушки, увидим её на пологом холме, – невпопад произнёс вельможа. Хотя воин сумел сложить два и два:

– Переживаете, что братья уже наведались туда?

Высококровный мужчина повернул к нему голову, удивлённо хмыкнув:

– А вы достаточно прозорливы, друг мой. Что навело вас на эту догадку?

– Да, тут, вроде, всё просто… – Верус прямо смотрел на нанимателя. В отличие от разговора в таверне теперь тот выглядел по-настоящему. Грязная накидка исчезла, оставив после себя элегантный кафтан, пошитый серебром и серую льняную рубаху, свободно ниспадающую с хлипких плеч на живот. Ро́ман Воно́, так звали дворянина, не являлся толстяком, всё ж таки небольшой животик торчал, когда он сидел. Не то чтобы Верусу было, за что его ругать. Ведь тот жил обычной жизнью дворянина до этой недели: званые ужины, пиры, всегда полный стол еды и практически никакого стресса. Будь у него самого такая жизнь, он бы тоже имел брюшко.

– Вы говорили, что едва спаслись. Не думаю, что порождения, вызванные вашими братьями, так легко отпустили вас. Скорее преследовали, пока не потеряли из виду или же не вышли из зоны контроля фолианта. Бежали вы наверняка в эту самую деревню. На месте ваших братьев, я бы обязательно наведался сюда. Выяснить, где вы и не прячетесь ли среди крестьян.

– Знаете, чем больше я беседую с вами, мой друг, тем страшнее становится, – с притворной паникой произнёс высококровный. – Если все низкокровные похожи на вас… нам, дворянам, стоит начинать беспокоиться за наш образ жизни.

– Не переживайте. Я такой один, – усмехнулся мечник.

А в следующее мгновение возничий огласил округу:

– Господин, деревня! Великие Боги, что же случилось?

Все пассажиры без исключения прильнули к прорезям в рогожи. Верус слегка отодвинул грубый материал в сторону, высунув голову наружу. Перед ним предстал вид широкой опушки леса, от которой земля начинала плавно подниматься, образуя низкий холм. Зелёная трава устилала его, кое-где виднелись цветы. Пели птицы, стрекотали кузнечики и прочая живность. Чуть дальше, на вершине холма стояла деревня. Редкий чёрный дым медленно поднимался над ней, закручиваясь в вышине.

– Боги и Твари… – только и сказал охотник за камнями Скверны.

Глава 6 – Клинок вдовца

Высокий частокол, возведённый вокруг поселения, был почти уничтожен. Часть брёвен превратилась в несуразную кучу на вершине холма, а другая – скатилась к подножью: обгоревшая и повреждённая древесина продолжала тлеть. Сизые изгибы дыма поднимались ввысь. Повозка, везущая наших героев, плавно замедлила ход на пути к вершине. И чем выше она забиралась, тем большая разруха представала глазам.