История семи земель

– Богдан, расскажи, кто же такой загадочный Мастер, который выкопал вам подземное озеро посреди поля? – учтиво обратился к хозяину Кий.

– Великий мастер Данан Кохак! – задрал бородатый подбородок кверху Голова. – Не озеро то вовсе. Колодец, но глубокий, очень глубокий. Это так, – приостановился пожёвывать отец семейства, взялся за грудь, глубоко вздохнул и продолжил. – Шестерни, что крутятся по науке, верёвки могучие и бочки. И всё это Преисподнею зовётся самим мастером Дананом. В такую засуху, как нынче летом, погорело бы наше полюшко. Эх. А потом без хлеба… – не договорив, мотнул головой и закрыв глаза староста.

– И Мастер всех вас спас? – подытожил Кий.

– Как бы вам, добры молодцы, растолковать, – потупил взгляд в стол хозяин. – Мастеру до нас дела нет, мне думается. Да и видели мы его всего раз. А вот творить дивное это его работа и забава. Чего только не рассказывают про его чёрный замок.

– А Гинвил?

– А что Гинвил?

– Он ученик его?

– Не совсем, – опять замялся Голова. Было чувство, что ответы давались ему с трудом, потому что сам он до конца всего не понимал. – Гинвил слуга его. Самый преданный почитатель трудов Мастера. Он к нам за припасами съестными ездит. А учеников-то… – прервался вдруг хозяин и запихнул себе блин целиком в рот.

– Чего учеников? – стало интересно Горшку, который наоборот побыстрее дожевал набитый оладьями рот, чтобы спросить.

– Ась? – будто не расслышал Голова.

– С учениками чего? Интересно же! Княжа, пойдём учиться к творцу-кузнецу? – повернулся он к Кию. – «Мастер Князь Кий из Полян великих работ старатель!» Как тебе такое?

– Пожалуй, из этого я только «Кий» оставлю, – слегка улыбнулся князь новой придури своего друга.

– Ну как знаешь! А вот «Мастер Горшок – всея Руси знаток» звучит здорово! А, как тебе? – глянул он на хозяина.

Тот не нашёлся что ответить, лишь смущённо уставился на весельчака, вжав большую голову в узкие плечи.

– В деревне были такие, что к Мастеру уж ходили учиться, – выпучив глаза, тихо проговорил Голова.

– И где ж ваши телеги без коней? – удивился Горшок.

Хозяин продолжал молчать, видимо жалея, что поддержал разговор об этом.

– Говори как есть, Богдан, – спокойно произнёс князь.

– Э… Как бы это… Учеников Мастер себе никогда не собирал. Находились те, что сами к нему в подмастерья отправились… Вот.

Друзья, молча, смотрели на Голову. Ответы выпытывать надоело даже Горшку. Переглянувшись, они сцепили пальцы в замок и продолжили вопросительно глядеть на старосту.

– Ну… Пока не вернулся никто. Где там кто из них – неведомо мне.

«Кииии-кииии-кииии!!!» – послышалась звонкая птичья трель где-то в небе. Голова отчего-то побледнел и забегал глазами, прислушиваясь к звукам с улицы. В гостевую комнату быстрым шагом вошла хозяйка дома, жена старосты. Крупная, высокая, выше щупленького хозяина точно на голову, она остановилась в проходе, соединяющего комнату для гостей с прихожей и выходом из дома.

– Коршун прилетел, – только и сказала хозяйка.

Голова подскочил на стуле. Тяжёлый стол скрипнул резными ножками по полу, сдвинувшись от удара пузом хозяина и расплескав сбитень из блюдец. Побежав на кухню, он дважды там хлопнул деревянной дверцей и вышел, держа в руках ломтик вяленого мяса. Гости проводили его взглядом на выход. За дверью послышалось протяжное: «юррррль-ююрррль».

Головы не было совсем не долго. Ровно столько, чтобы ни начать говорить о чём-нибудь другом. Но повода для тревоги вовсе не было в уютном, хоть и большом, доме старосты деревни. Поэтому наши путники спокойно продолжили завтракать.

Дверь отворилась, и, неспешно прошагав до стола, Голова тяжело опустился на стул:

– Коршун послание принёс.

– Что там? – спросил Кий. Потому что, от кого это послание – уже всем было ясно.

– В когтях была железная чаша, – задумчиво покрутил староста небольшой вытянутый бокал из тёмного железа, больше напоминающий статуэтку.

– И что это значит?

– Это значит – Мастер приглашает в гости.

В дорогу наши странники выступили почти сразу же. Было очень интересно побывать у Мастера, про которого уже столько было сказано. И ещё какой-то чёрный замок.

Дорога, а точнее широкая пыльная тропа, вела прямо, почти никогда не сворачивая среди редких деревьев. Уходя дальше от Следицы, дорожек стало больше. Куда идти – не надо было знать, всюду на дороге встречались железные статуи, указывающие путь. По ним легко можно было понять направление. Железный гном, с длинной бородой, показывал топором на нужную тропинку. Блестящая баба-Яга, в ступе и с метлой – кривым длинным пальцем тоже помогала выбрать путникам нужную тропинку. Были там и зубастый волколак, и снеговик со здоровенной ледяной дубиной, и Старичок-Лесовичок на пеньке. Все из металла, отлитые да обточенные на славу, как живые.

Однако позже, на пути им повстречались сразу две статуи. Стояли они поодаль, на разных краях широкой тропы, разделяющейся сразу на три направления. Были то старик и мальчик, смотревшие друг на друга, расставив руки в стороны. После них лежало три пути: влево, прямо и направо.

– Поглядим, – протянул задумчиво Кий и подошёл к фигуре мальчика, – паренёк смотрит на дедушку, а тот на внучка. Дорогу показать никто из них не желает.

– Чего-то не похож он на его деда, князь, – не согласился Горшок, рассматривая старца.

– Это почему? Подойди и увидь сам. Похож ведь мальчик на старика!

– А чего мне смотреть. Я и так вижу, что своих внучат так дед встречать не станет. Стоит-то он в полный рост и на руки его брать не собирается.

Отойдя от мальчика, Кий подошёл к Деду:

– Верно. Печать на них одна и та же, – указал он на еле заметную змею на ладони старика. – Это один человек, в юности и старости.

– Так давай их, а точнее его, соединим. Чего им стоять врозь!

Кий зашёл за спину железного деда, а Горшок за статую мальчика. Удивительно, но, подавшись навстречу, фигуры заскользили по дорожной пыли. Были они конечно нелегки.

Сомкнув вместе старика с ребёнком, получилось так, что по-новому они стоят обнявшись. Неожиданно, скрипя металлом, оба они вытянули руки на тропу, ведущую прямо.

– Ты когда-нибудь видел такое?! – отпрянул от внезапности такого фокуса Горшок.

– Нет, но чувствую, что ещё не раз увижу, – не меньше удивился Кий.

И пошли наши путники прямой дорогой, как и было подсказано. Просто так долго идти не пришлось. Вскоре их встречала новая развилка с тремя путями. На развилке той стояла ещё одна стальная фигура. На этот раз ей оказался Ангел, держащий длинный меч двумя руками. Клинок крылатого небожителя, чьё лицо скрывал длинный капюшон, был направлен вниз и воткнут кончиком острия в железную подставку. Так стальной статный обитатель небес становился ещё выше.

– К оружию, – коротко произнёс князь, на ходу доставая меч из ножен.

– Согласен, – ответил Горшок под тихий лязг своего клинка. – Чую я, что этот обниматься ни с кем не станет.

– Я первый, – медленно двинулся князь к статуе.

– Ладно уж, только я второй и за мной не занимать.

Подходя ближе, Кий наступал аккуратно, слегка меняя положение меча с каждым шагом. Как и ожидалось от грозного вида крылатого воина, ангел замахнулся и ударил по Кию сбоку. Однако то, с какой скоростью он это сделал, заставило Горшка резко податься вперёд на помощь к другу. Но Кий, конечно же, отбил резкую атаку, заставив меч ангела отпрянуть далеко в сторону. Плавно скакнув несколько раз, не отворачиваясь от врага, князь попятился назад. Таинственный ангел сразу замахнулся ещё раз, но опустил меч обратно клинком вниз и опустил голову в капюшоне. Кий уже стоял позади. Следом двинулся Горшок.

– Мне бы тоже тут пройти не мешало, так что…

Резкий удар прервал болтовню нашего весельчака. Теперь ангел ударил мечом снизу, заставив Горшка подпрыгнуть вверх и в сторону, сжав ногу в колене. Лезвие пролетело мимо, не коснувшись до тела. Хохмач последовал примеру князя и быстро отступил за спину рубящей статуи. Высокая фигура рубанула ещё раз наотмашь, но опять безуспешно. Лезвие ангела встретило меч Горшка, который тот держал двумя руками, слегка наклонив клинок в сторону атаки.

– Мы прошли, дальше-то что? – обратился Кий к истукану, радостно встречая друга на другой части тропы.

– Указывай путь! – крикнул он стальному ангелу, в надежде, что всё закончится парой ударов. Тупить мечи о сталь вовсе не хотелось, тем более враг был проворен.

Статуя ничего не ответила. Убрав одну руку с рукояти меча, злой ангел указал путь направо. В ту сторону и продолжили свои поиски наши герои.

– Долго же эти железные молчуны нас по перелескам водить будут? – спросил ни то себя, ни то князя Горшок. – Так и заплутать недолго.

– Не заплутаем, дорогой друг, всегда можно свернуть своею дорогой, даже через бурелом.

Среди множества тропинок, путающихся среди редких берёз и сосен, приятели шли прямо, внимательно следя за направлением. Опять пройдя немного, перед ними на дороге появился металлический отблеск. Ещё одна статуя, ещё одна идея загадочного Мастера на тройном распутье.

На этот раз было не совсем понятно, кого повстречали Кий и Горшок. Железный лысый мужик, слегка склонившийся над чем-то впереди себя, встречал путников спиной. На жилете красовалась надпись из рун: «Второй состригатель». Одной рукой мужик замахивался раскрытыми здоровенными ножницами. Зайдя спереди, стало яснее. Оказалось, что он навис над пустым деревянным стулом со спинкой, грубо сбитым из толстых досок. Фигура пузатенького лысого мужика улыбалась широкими квадратными зубами.

– А он с нами будет ножницами биться? – предположил князь, скрестив руки на груди. – Если это второй, то неужели мы где-то первого пропустили? – подумалось ему уже про себя.

– Это вряд ли, княжа. Ему, видать, работа нужна.

– И что же мы ему состричь дадим для подсказки? – Кий оглядел, стоящие то тут, то там деревья и сломал сухую ветку, когда-то надломленную ветром. – Вот держи красот додельник, – поставил он на стул корягу из сучков, – подстригай покороче.

В этот же миг рука веселящегося состригателя пронеслась на волосок от щеки Кия, едва не распоров её острыми ножами, и врезалась в деревянную спинку. Со щелчком захлопнулись лезвия, из стула вылетели щепки. Шарахнувшись назад, как от огня, Кий выхватил меч и полосонул им по воздуху. Железный толстяк больше не собирался атаковать. Вырвав из дерева ножницы, Второй состригатель вернул руку на прежнее место.

Злости на хитрую статую у друзей не возникло. Даже у встававшего с пыльной дороги Кия. Все ждали знака, которого так и не последовало.

– Не годится в ремесло твоя ветка, князь. Видать придётся к нему на стул садиться, – немного подождав, предложил Горшок. – Теперь мой черёд быть первым.

– Ты чего! – посмотрел Кий на то место, где на спинке стула появилась глубокая драная царапина. – Не видел, как этот делец работу исполняет?!

– Видел. Думается мне, если бы Мастер тот хотел нас прибить, то сделал бы это ещё раньше. Точнее сказать попытался бы. А тут дело другое.

– Да брось, Горшок, давай ещё чего-нибудь подставим, вдруг сработает!

– Конечно сработает! – плюхнулся на стул Горшок, в прыжке повернувшись спиной.

Ножницы Второго состригателя пронзили воздух незамедлительно. Однако, к удивлению Горшка, лезвия щёлкнули гораздо выше его головы. От места новой дырки опять отлетели щепки. На плечо упал тонкий локон тёмных волос.

Удивился Кий, или нет, было не ясно. Он закрыл глаза, поднял голову кверху и стал медленно набирать воздух.

– И на том тебе спасибо! – подался вперёд невозмутимый весельчак и, упираясь в колени, резко встал с убийственного стула. – Всё готово, услужил ты мне, показывай дорогу, добряк с ножницами!

Кий открыл глаза, выжидающе посмотрел на железную статую и уверенно направился к стулу. Прислонив голову к спинке, он почувствовал, что обе царапины находятся ниже его макушки. В голову пришли плохие мысли.

Раздался удар об древесину и скрип металла. Ветерок сдул с головы молодого князя несколько светлых волос. Ножницы разомкнулись, и рука железного лысого толстяка указала ими влево. Кий, молча, встал, нахмурился и, ничего не говоря, двинулся дальше.

– Разрешите откланяться господин художник, мы пошли, – расставил в стороны руки Горшок и наклонил низко голову, шагая за князем спиной вперёд. – Ну и страшный же ты, – улыбнувшись, добавил он напоследок.

Шли они шли, всегда по намеченной тропе, никуда не сворачивая. Глазами наши друзья искали следующую забаву легенды здешних мест. Эту статую видать было издалека. Только теперь не статую, а целое железное дерево, стоящее среди прочих вдоль дороги.

– Сотворить, а потом притащить в лес тяжеленое металлическое дерево, и поставить его к другим деревьям. Хорошая идея, – подумал Горшок.

– Опять развилка и три направления. Тут нам у железной яблони путь выпытывать, – поднял Кий с травы тяжёлое железное яблоко.

– Надеюсь отведать такого яблочка вовсе не надобно, – подошёл Горшок к другу, глядя на дивный плод.

– Может внутри что-то есть, – попытался Кий разломить пальцами железный фрукт.

– А яблок вокруг я больше не вижу, всего одно выросло, или поел уже кто, – выдал пару версий весельчак.

– Ага, надел шлем, доспехи и натрусил себе на компот, – продолжил домыслы князь.

– От дерева тоже можно ждать чего угодно, княжа, – предупредил Горшок Кия, направляющегося к яблоне.

Князь остановился, присел и бросил яблоко по земле. Прокатившись немного, оно со звоном подпрыгнуло вверх, отскочив от вырвавшихся из-под земли острых корней дерева. Замерев на короткое время, железные кривые шипы спрятались обратно.

– Ну и дела, – присвистнул Горшок.

– Так просто не подойдёшь, значит подойти как раз и надо, – начал рассуждать Кий. – Яблоко уже есть, срывать больше нечего. Значит оно тоже нужное. У нас есть яблоко и неприступная яблонька, – взял он снова железный плод.

Посмотрев то на увесистый фрукт, то на металлические ветки, Кий подбросил яблоко ввысь. Раздался звон множества прочных блестящих листьев. Откуда ни возьмись, из-за ствола выполз ёж и начал обнюхивать траву под деревом, в поисках чего-нибудь съестного. Друзья замерли. Бедный ёжик и знать не знал, в какой он сейчас опасности. На его счастье и на облегчение наших путников, шипастые железки не выскочили наружу. Яблоко же так и осталось где-то на сучке, среди железных листьев. Затем вытянулась одна из веток в сторону одной из дорожек, ведущей вправо. Это означало, что загадка была решена.

– Сегодня везёт не только нам, – сказал Горшок, глядя на беспечного ежа, шуршащего в зелёной траве.

– Да уж, – слегка набок улыбнулся Кий, выдвигаясь в путь.

– Как думаешь, это всё? И впереди замок Мастера, или ждёт нас ещё какой истукан?

– Не знаю. Но его работа теперь мне кажется и правда удивительной. Хотя понять всё это нелегко.

– Да уж, целый безумный мир странного творца, поражающий и пугающий. Рядом с обычным полем, деревней, пролесками и дорогами.

– Для искателей приключений – лучше не придумаешь. Хотя ещё предстоит узнать, куда подевались все те, кто не прочь были научиться искусству, – вспомнил слова Головы Кий.

– Куда – это можно поискать. А что с ними случилось, я и так могу догадаться. Хоть по тому же ангелу с мечом! – показал большим пальцем себе за спину Горшок.

– …и может быть ещё по могучему чёрту, – продолжил мысль друга князь.

– По кому?

Вместо ответа Кий указал вперёд, где их ждала новая мощная скульптура, заслоняющая вторую пониже. Первый, перед ними предстал большой рогатый чёрт. Но не такой кривозубый, ушастый, худощавый страшил на козьих ножках, как в старых сказках. Этот оказался с человеческим лицом, немного грустным, поникшим. Из широкой спины распрямлялись длинные острые крылья. Своими сильными руками статуя обхватывала грудь, надавливая на неё когтями пальцев. За спиной печального истукана стояла молодая девушка, так же отвернувшись спиной. Если бы не тёмный цвет металла, её можно было бы принять за живую. Девица держала ладони лодочкой, словно наполняя их водой.

– Вот и наши новые испытатели-пытатели, – достал Кий меч на всякий случай.

– Думаю оружием тут делу не поможешь, – хитро улыбнулся Горшок.

– Ты о чём?

– О том, что так любовь не завоевать!

Кий ещё раз оглядел чёрта, потом девушку и спрятал клинок.

– Гляди, отвернулся, голову повесил, закрылся ото всех. Меча ему сейчас и не хватало, – пошутил Горшок над горемыкой.

– А ну-ка! – запрыгнул Кий на железную подставку и оказался за спиной у статуи. Схватив чёрта за руки, он начал изо всех сил размыкать их в разные стороны.

Горшок подбежал ближе, пытаясь рассмотреть, что же скрывают на груди когтистые ладони.

– Что там?! – напрягся Кий. Силы ему было не занимать. Но был бы соперник хотя бы человеком, пусть даже очень сильным. Ну, или даже чудовищем. А тут приходилось разводить руки стальному творению.

– Ещё немного! Сейчас достану! – вцепился во что-то рукой наш весельчак. – Бросай!

Кий отпустил железные руки, и те с глухим звоном ударили о туловище статуи. Горшок держал в руке увесистое сердце из светлого красивого металла. Что нужно было делать дальше, поймёт любой, кто хоть раз любил, или что-нибудь слыхал об этом в песнях. Кий взял сердце из рук Горшка и положил его в тонкие ладошки девицы. Статуи разом повернулись друг к другу, а лицо чёрта будто повеселело. Хотя наверно это было внутреннее чувство наших героев. Ведь счастливый чёрт поднял руку и когтем показал прямо.

На пути том лежал огромный камень, забираться на который пришлось, подсаживая Горшка; а тому, в свою очередь, подавать Кию руку, таща его вверх. С камня же спускались вырубленные ступени, ведущие путников в большой овраг, скрывающий узкую извилистую тропинку высокими земляными стенами. Идя под тёмным вечерним небом, среди торчащих по бокам корней, было совсем не видать того, что находилось сверху. Лишь редкие деревья подсказывали, что странствие наших героев всё ещё проходит по перелескам в краях дреговичей.

Наконец глубокий, длинный овраг закончился, и путники вышли на открытую землю. Перед глазами стоял он: черный замок. Тот самый, о котором, по словам старосты деревни, ходило множество слухов. Замок был поистине велик. Что бы посмотреть на самые верхние башни, стоя вблизи, приходилось высоко задирать голову вверх. В свете жёлтой луны можно было видеть треугольные крыши нескольких из них. Свет же в высоких окнах не проливался ни из одной. Позади замка громоздился дремучий лес, сливающийся с чернотой высоких каменных стен. В центре одного из выступов, украшающих могучую преграду, стояла опущенная металлическая решётка. К ней и подошли наши друзья.

– Хорошо гостей встречают! – положил руку на ворота Горшок, заглядывая во внутренний двор сквозь один из квадратных проёмов.

Приблизившись к другу, Кий стал рядом под овальной аркой. В этот момент под ногами раздался щелчок, и решётка поползла вверх, звеня движением цепи. Это уже нисколько не удивило навидавшихся парней. Подождав, пока высокие ворота не откроются полностью, путники ступили вперёд, оказавшись на небольшой площадке двора перед главным входом. Под ногами вновь где-то щёлкнуло, и решётка медленно стала опускаться, приближая острые железные пруты к каменному полу.

Посреди пустого пространства стояла уже знакомая Рубильня. Перед входом в высокие двойные двери возвышались квадратные колонны. Прошагав по множеству широких ступеней, друзья остановились у порога. Кий взял за висящий перед ним небольшой двусторонний молот и постучал. Звук ударов железа о толстую деревянную воротину гулко разнёсся внутри первого этажа ночного замка.

Спустя немного времени замок отворился, и тяжёлая красивая дверь медленно и тихо распахнулась холодным сквозняком каменных стен. Запахло горячим воском, перед ними стоял Гинвил с тройным узорным костяным подсвечником. Слуга встречал гостей довольной улыбкой:

– Здорова! Как настроение?

– Лучше, чем у ёжика под яблоней.

– Здравствуй, Гинвил.

Поприветствовали в ответ друзья.

– Проходите, мастер Данан ждёт вас, – пропустил он странников внутрь, освещая огоньками проход в огромный холл.

Внутри повсюду горели свечи, висевшие тут и там. Их висело много, но куда ни посмотри, везде плавал полумрак. В их свете можно было еле разглядеть кучу разного оружия, развешанного по стенам. Арбалеты, копья, палицы, булавы, боевые молоты и топоры, ещё, конечно же, мечи. На потолке, несколькими большими кольцами, громоздилась люстра. Потухших свечек виднелось на много больше, чем зажжённых. Перед лестницей, дугой, поднимающейся на верхний этаж, стояли стальные доспехи. В плохом освещении они казались замершим рыцарем, со щитом и широким мечом.

– Идём, – пригласил за собой Гинвил. Можно было подумать, что он ведёт себя немного сдержанней. Не то что бы тихо, но как-то спокойней, чем при первой встрече.

Укороченные сапоги, сделанные из бронированной кожи, как и вся защита наших героев, не издавали особого топота при ходьбе. Однако шумные удары обычных сапог слуги Мастера эхом прокатывались по прохладному холлу.

– А Маэстро не спит в поздний час, или нового добряка с топором вытачивает? – поинтересовался Горшок, идя по лестнице за Кием и провожатым.

– Давненько к нам никто не захаживал. А сам Мастер не помню уж и когда сам кого приглашал, – вместо ответа выдал Гинвил. – Будет чертовски здорово.

Длинная кручёная лестница вывела на второй этаж, в далёкий, ещё хуже освещённый, коридор. Оружия там висело на целую войну. Здесь ещё несколько раз повстречались тяжёлые рыцарские доспехи со щитами и мечами, охранявшие холодные стены с глубокими проёмами. И две двери с комнатами, расположенными за ними. Пройдя этот коридор, Гинвил повёл путников опять по лестнице. Ступени на третий этаж оказались ещё шире предыдущих. Замок был прекрасен своей тишиной, чистотой и мрачной таинственностью.

Поднявшись на третий этаж, троя витязей, оказались в большом зале, от которого опять вели наверх сразу две лестницы. Огибая стену с обеих сторон, они скрывались в темноте четвёртого этажа высокого замка. Зал же был освещён довольно неплохо. Однако только на уровне человеческого роста. Высокий потолок скрывала пелена ночи и отсутствие хоть каких-нибудь окон. Ни доспехов, ни развешанного оружия, ни украшений не было. Посреди стены находилась коричневая деревянная дверь, обшитая железными укреплениями. На ней металлом вырисовывался череп лошади, там и ожидал своих гостей таинственный Мастер.

– Мы пришли, – открыл дверь Гинвил.

Комната оказалась так же большой. Наверно небольших комнат и с низким потолком в замке совсем не было ни одной. Посередине стоял красивый гладкий резной стол, накрытый к приходу гостей. Стульев стояло четыре, для каждого, кто находился в этих стенах. На полу лежал широченный ковёр, сшитый из волчьих шкур, покрывавший всё до самых углов. Повсюду стояли книжные полки с тяжёлыми старыми книгами. Место было очень светлое и тёплое, нагретое камином в дальней стене комнаты. Сверху стоял железный сундук с висячим замком. Около огня и ждал странников Мастер.

– Добро пожаловать, – не поворачиваясь, поприветствовал он приятным мужским не очень низким голосом.

Хозяин замка был высокого роста, крепок, но не широк. Блестящие лёгкие серебристые доспехи красовались на нём как на настоящем царевиче. Густые светлые волосы, цвета свежей жёлтой соломы, спадали до самых плеч.

– Доброй ночи.

– Привет, искусник!

– Присаживайтесь, отужинайте со мною, дорога со Следицы ко мне не близкая, – с этими словами он повернулся и убрал руку с камина, на которую опирал голову, смотря в огонь. Лицо молодого мужчины, слегка вытянутое, красивое, смотрело уставшими большими зелёными глазами. Густые светлые брови придавали суровости правильным чертам носа и подбородка.

– Меня зовут мастер Данан Кохак. Народ же зовёт обычно Мастер, – представился он, медленно подходя к столу.

– Я Кий, сын великого князя Ория.

– Я Горшок, но простые люди зовут меня…

Не дав договорить пришедшую не вовремя в голову хохму, Кий обнял друга за плечо и дёрнул с собой к столу.

Переведя холодный взгляд с Кия на Горшка, а с Горшка на стол, Мастер слегка нахмурил брови и открытыми ладонями пригласил за стол. Вид у него был такой, что, казалось, у него сильно болит голова, либо он чем-то опечален.

Угощений разнообразных на столе не лежало, но хлеба и соуса, в большом глиняном чане, хватало всем. Сколько душе угодно. Запивать хозяин поставил высокий стеклянный кувшин в серебряной оправе, где в воде на дне плавала плоская рыбка из серебра. Первым заговорил Кий: