- -
- 100%
- +
С собаками у пингвинов не то чтобы не ладились отношения – отношений вовсе не было как таковых. Они друг с другом как бы существовали в параллельных мирах: собаки не отходили далеко от людей, пингвины, наоборот, к людям не приближались. В целом Пингвин к собакам испытывал если и не симпатию, то некоторую жалость: подневольные все же животные, неуютно им здесь у нас. Ну а то, что у некоторых из собак иногда срывало крышу, и они вдруг с лаем бросались на пингвинов, да еще и норовили схватить острыми зубами за крыло или и без того куцый хвост, – так то от нехватки витаминов, не иначе.
Еще Пингвин с завистью смотрел на симбиоз собак и людей. В экстремальных для жизни условиях они держались вместе, выручали друг друга. Несмотря на принадлежность к разным биологическим видам, собаки и люди жили как бы одной семьей. «А что пингвины? Мы сбиваемся в кучку, только когда холод становится совсем невыносимым даже для нас, чтобы хоть немного согреться. Это скорее инстинкт самосохранения, а не какое-то осознанное стремление к коллективному существованию. Семья… Да, мы считаемся однолюбами и верными партнерами, но опять-таки – это объясняется лишь заботой о потомстве, и семейная жизнь длится только в период высиживания яиц и в первый год выращивания птенцов. Да и как тут будешь неверным, когда нас на этой гребаной льдине всего несколько десятков и самки все наперечет?»
Пингвин вспомнил свою семейную жизнь. Он выбрал себе самку, повинуясь своим внутренним биологическим часам и согласно заведенному суровым антарктическим климатом порядку – то есть в начале местной короткой весны и достигнув половой зрелости. Самка была обычной – здоровой, половозрелой, достаточно крупной. В положенное природой время она отложила яйцо и время от времени подсовывала его ему для высиживания. В эти моменты Пингвин чувствовал свою ответственность как глава семьи, к тому же испытывал нежность и влечение к своей самке, если та при этом находилась рядом, а не уходила на ловлю рыбы. Он пытался, как мог, голосом выразить ей эти свои чувства в надежде, что самка их разделит, ну или хотя бы поймет его. Но самка в ответ выдавала лишь ограниченный набор информации: «Яйцо», «Птенец», «Жрать», «Голова болит»… И Пингвин вскоре оставил свои попытки поговорить с ней об абстрактном. А в конце прошлого лета, во время лова рыбы, его самку сожрала косатка…
Пингвин сосредоточил все свои чувства на птенце. И тот в благодарность ему вырос нормальным – крупным, здоровым и малообщительным. Вон, стоит в сторонке, один – нет чтобы подойти к отцу, прижаться, как в детстве… Поговорить с птенцом у Пингвина тоже не получалось – тот просто-напросто не понимал его. Ну да ладно – хоть научил его ловить рыбу. А вот у кого птенец научился клянчить еду у людей – непонятно. Его птенец подходил к людям на расстояние, которое уже нельзя было считать для него безопасным, и, когда люди обращали на него внимание, начинал выделывать ногами на льду какое-то подобие чечетки, неуклюже переваливаясь с боку на бок и смешно подергивая крыльями. Люди, глядя на это, хохотали и бросали птенцу что-нибудь съестное – хлеб, рыбу. Однажды налили из бутылки в миску для него какую-то жидкость. Птенец попробовал, поперхнулся, крикнул и побежал вприпрыжку прочь, вызвав у людей приступ совсем уж дикого хохота. Потом, наверное от выпитой жидкости, птенца тошнило, а наутро у него сильно болела голова. Пингвин тогда сильно осерчал на своего птенца и даже больно клюнул его в зад – туда, где слой жира потолще. Он надеялся, что птенец перестанет ходить к людям, но тот так и продолжал свои нелепые выступления. «А может, я напрасно волнуюсь? – думал Пингвин. – Уж во всяком случае танцевать перед людьми не намного опаснее, чем ловить рыбу в океане, кишащем косатками». И Пингвин успокоился. «В конце концов, пусть мальчик ищет себя».
Поиск себя – у Пингвина это была еще одна излюбленная тема для размышлений. «Ну вот чем я занимаюсь в своей жизни? – думал он. – Неужели я был создан лишь для того, чтобы высидеть яйцо, вырастить птенца и пойти на корм косаткам? Для чего Создатель наделил меня способностью к размышлениям? Я ведь, похоже, один такой на льдине пингвин-мыслитель. А что, если не только на этой опостылевшей льдине – а вообще во всем мире??? И разве будет справедливо, если эту способность так никто и не оценит?! Ну а кто здесь может ее оценить? Стоп… А люди?.. Нет, ну ты и фантазер… Люди… Они заняты своими делами… Ну и пусть! Пойти к ним, привлечь их внимание – они же заметили птенца! Нет, это опасно. И собаки опять же… Да что собаки??? Они бросаются, только если думают, что ты хочешь стащить их еду! Главное – сразу привлечь внимание людей! Ну, привлечешь – а дальше что? Сказать-то им ты все равно ничего не сможешь… Верно, не смогу… Может, тоже попробовать станцевать, как птенец? Да ну, выставлять себя на посмешище… Ну тогда не знаю… Ритмично махать крыльями, кричать азбукой Морзе… Не идиоты же они, должны обратить на это внимание! Ну хорошо, допустим, ты привлек внимание людей. Дальше что?» Что делать дальше, Пингвин не знал. Так далеко его фантазии еще никогда не заходили. «Вот бы они взяли меня с собой… Улететь с ними отсюда на вертолете… Ты сможешь бросить все? А что – все? Льдину? Безмолвных сородичей? А как же птенец?.. А что птенец? Он уже взрослый, не пропадет – вон как откаблукивает… Скоро я стану для него обузой, если он вообще будет вспоминать обо мне. Эх! Сесть бы с людьми в вертолет – и ебись она моржом, эта льдина! Полечу на большую землю!.. Да кому ты там нужен, очнись?! Как это кому? Да хоть в зоопарк устроюсь – под присмотром, еда по расписанию, бассейн, микроклимат… Красота! Ну и чем это существование отличается от теперешнего? Микроклиматом? Ну, не знаю… Когда люди поймут, что я особенный, они смогут меня научить каким-нибудь фокусам… Ну, там, вытаскивать клювом из колоды нужную карту, или счету обучат… „Скажи „три“! “ – „Кря-кря-кря!“ Аплодисменты! Публика в восторге! Да хотя бы – смертельный номер! Полет из пушки!!! А что? Я в блестящем шлеме стою у жерла огромной пушки, машу крылом публике – и залезаю внутрь. Барабанная дробь… Грохот!!! Рассеивается дым, медленно на арену опускаются перья… Тишину в зале нарушает только одинокий детский плач… Да хоть бы и так! Зато полетаю – в первый и последний раз в своей жизни! Все одно лучше, чем быть растерзанным косаткой… Так, успокойся, цирковой… Можно и без жертвоприношения обойтись – например, в том же цирке выступать вместе с клоуном. Вот потеха! Нарядят меня во фрак, а клоуна, наоборот, оденут как пингвина! Человек изображает пингвина, а пингвин – человека! Да публика валом повалит на такое представление! Афиши, гастроли, слава! Это тебе не чечетку танцевать перед горсткой неудачников на Богом забытой льдине! Ну ты и разошелся! Подожди, еще ничего этого нет! Ты хотя бы преодолей свой страх и подойди к людям поближе – а там уже посмотрим. Что значит – когда? Да прямо сейчас!»
– Хреновые дела, Паша. – Петрович затянулся сигаретой, выпустил дым в морозный воздух.
– Насколько хреновые?
– Ну, еще не полный пиздец, но близко к тому.
– Выкладывай.
– Короче, продуктов, что остались после пожара, хватит на пару дней максимум. Я связывался с землей – вертушку они смогут дать не раньше как через неделю, да и то если погода позволит. У них там сейчас метель такая, что…
– И что ты предлагаешь? Что жрать-то будем?
– Давай настреляем этих жирных недоптиц.
– Да ну… Пробовал я их мясо – такое… Жесткое, тухлой рыбой воняет…
– Да там в каждом только жира килограммов десять, если не пятнадцать, будет!
– Ну не знаю… Хотя – не снегом же спирт заедать…
– Есть еще вариант…
– Сразу говорю: собак жрать не буду! Они – друзья!
– Ну тогда… – Петрович ткнул собеседника пальцем под ребра, плотоядно облизнулся, заржал.
– Да пошел ты!..
– Ну так что? Решай, пока и у нас тут не замело: открываем охотничий сезон?
– Ладно, тащи ружье. Вон один как раз откололся от толпы, вроде в нашу сторону движется, пусть поближе подойдет, чтобы недалеко тащить было…
Пингвин двинулся в сторону станции – сначала мелкими шажками, как бы нехотя, потом слегка подпрыгивая. Подойдя к ближайшему человеческому строению, он увидел около него двоих людей. Люди смотрели в его сторону. «Заметили!» – обрадовался Пингвин, издал резкий крик, помахал крыльями и попрыгал к ним… Сначала он услышал сухой громкий хлопок, а спустя мгновение какая-то сила отбросила его далеко не маленькую тушу назад. Пингвин упал на спину и тут же почувствовал дикую, резкую боль во всем теле. «Что за…» – только и успел подумать Пингвин, как в тот же миг северное сияние, невесть откуда взявшееся на Южном полюсе, погасло навсегда.
Записки Седой Бороды
В свое время Сократ мне сказал: «Женись непременно. Попадется хорошая жена – станешь счастливым. Плохая – станешь философом». Не знаю, что лучше.
Из к/ф «Тот самый Мюнхгаузен»Я был женат. И не раз. И не два. Нет, не подумайте – в отличие от знаменитой истории про Синюю Бороду, все мои бывшие жены живы и здравствуют. И пожалуй, единственное, что нас с ним объединяет, это несколько пройденных циклов «женитьба – семейная жизнь (счастливая или не очень) – расставание по той или иной причине». И если отбросить влияние злого рока, изначально нечестивые или корыстные подходы к браку или же вообще предположения о моем природном дебилизме, то причина завершения каждого из циклов будет всего лишь одна: непонимание. Хроническое непонимание между двумя людьми – мужчиной и женщиной, мужем и женой. Мы не понимаем мотивы поступков друг друга, желания можем лишь пытаться угадать, одни и те же слова в устах мужчины и женщины вообще звучат по-разному и имеют зачастую противоположный смысл. Проблема эта вечная, и я далек от мысли хоть на шаг приблизиться к ее решению. Я хочу лишь попытаться честно (хотя бы насколько это возможно, чтобы никого не обидеть и не раскрыть случайно какие-нибудь страшные мужские тайны) рассказать о том, почему мы, мужчины, на самом деле поступаем именно так, а не иначе, когда женимся, живем в семье, разводимся. Я не возьму на себя смелость говорить от имени всех мужчин: еще классик писал, что «каждая несчастливая семья…», ну и так далее. Эти записки – моя попытка даже не оправдаться перед собой (этот шаг уже пройден), а зафиксировать основные моменты этого вечного непонимания с точки зрения мужчины, чтобы потом, если я вдруг решусь жениться еще раз, перечитать их и убедиться, что ничего с тех пор не изменилось.
Ну а если эти записки вдруг прочтет женщина, задумывающаяся о том, что не так в ее отношениях с мужем, и попытается прислушаться к мнению неизвестного ей автора (к мнению мужа она ведь уже не прислушивается, иначе бы не было этого вопроса – а почему у нас с ним что-то не так?), то я свою задачу буду считать перевыполненной, цель своей жизни – достигнутой, и меня долго будут с благодарностью вспоминать все счастливые мужья. Конечно, такого не случится, но помечтать-то хоть можно? Итак, всем философам, ставшим такими в браке, посвящается.
Почему мы, мужчины, женимся на вас, женщинах? Еще раз давайте договоримся, что не будем здесь обсуждать заведомо патологические варианты, такие как брак по расчету или брак между двумя людьми, один из которых – идиот в медицинском смысле этого слова. Все прочие варианты – и брак по залету, и всевозможные мезальянсы, и брак, заключенный под давлением (моральным или физическим) родственников одной из сторон, и брак «по приколу», и брак от лени или усталости заниматься поисками новых (как поначалу кажется) сексуальных удовольствий в пользу гарантированного и размеренного супружеского секса, и самый редко встречающийся сейчас вариант – когда два человека просто физически не могут находиться не вместе, и при этом им кажется, наивным, что брак гарантирует им это вместенахождение (на самом деле наоборот), имеют причиной только одно: мы любим вас. Только это помогает нам сделать последний решительный шаг в сторону семейного счастья и спокойствия. Не приставленный к обнаженным гениталиям будущего мужа острый кинжал джигита – родственника будущей жены, не блаженство, которое мы испытываем в постели с пока еще подругой, – только любовь! Даже если ваша подруга внезапно заявляет вам о своей беременности, вы, как по-настоящему честный человек, должны жениться, только если любите свою подругу – в ином случае бегите, исчезните навсегда, не портите жизнь ни ей, ни будущему ребенку. При принятии решения о браке для нас, в общем, не так важна, как ни странно, ваша к нам любовь: когда мы любим, наличие ответных чувств подразумевается как бы само собой, и даже очевидные для всех окружающих вещи и факты не смогут нас разубедить.
Не думайте, что мы принимаем решение о браке, основываясь на долгих, взвешенных рассуждениях. Да если бы мы думали хоть немного, хоть самую малость перед тем, как жениться, мы бы всю жизнь оставались холостяками. Посудите сами: если бы мы выбирали себе жену за красоту, ум, характер, сексуальность, умение и желание заниматься сексом, то мы бы не успокоились в выборе, пока бы не перепробовали все варианты, до которых только можно дотянуться, и до тех пор, пока у нас оставалось чем тянуться. Если мы хотя бы предполагали, как сложится наша семейная жизнь, мы бы отмахивались от мысли о браке, как от ночного кошмара. Решение вступить в брак для нас сродни приступу безумия. Или вере. Чистой вере – как вере в загробную жизнь или, наоборот, перевоплощение, кому как нравится. Пусть нам все вокруг говорят, что мы с нашей избранницей не пара, – мы верим, что это только из-за того, что они не знают, как нам хорошо с ней вместе. Пусть нас убеждают в том, что женитьбой нас пытаются развести, как базарного лоха, – мы лишь усмехаемся, мы ведь не лохи… Мы верим вам. Мы верим себе. Мы верим в нас. Мы верим… Как ни странно, у некоторых, как и у меня, эта вера после одного неудачного брака не только не исчезает, но и, наоборот, укрепляется. Ну как же – теперь-то мы стали еще опытнее и уже другой раз точно не допустим ошибки! «Дальше будет либо то же, либо хуже», как сказал один мудрый человек. Ну так это он просто был пессимистом!..
Представьте себе три диалога между воображаемыми Мужчиной (М) и Женщиной (Ж) о браке.
Первый.
М. Слушай, я, это… Ну, в общем…
Ж.?
М. Ну, я тебя, типа… Ну, люблю… Сильно… Очень…
Ж.???
М. Ну, в общем… Давай… Ну, это… Поженимся, типа…
Ж.!!!
Второй.
Ж. Знаешь… Мне кажется, что ты меня не любишь…
М.???
Ж. Мы уже давно вместе… Годы идут… Мне нужна определенность… Семья… А ты этого, похоже, не хочешь… Я так больше не могу…
М.?!?!?!
Ж. Нет, я не хочу на тебя давить… Каждый выбирает сам… Просто мне кажется, что если два человека действительно любят друг друга, то они стремятся быть вместе… Всегда… Ну а если нет – тогда лучше расстаться…
М. Я…
Ж. Подожди, не перебивай… Это на самом деле очень важно знать для меня… Ты меня правда любишь?
М. Я…
Ж. И я тебя люблю, мой милый!!! Давай поженимся?
М. Ну…
Ж.!!!
Третий.
Ж. Я беременна.
М.…
Ж. Если ты не хочешь ребенка, я сделаю аборт…
М. Нет, не надо…
Ж. Тогда что?
М. Давай поженимся…
Ж.!!!
Вопрос: в каком из трех случаев Мужчина действительно любит Женщину? Ответ: в каждом.
Это были трудные 20 лет, но я о них не жалею! … Чтобы влюбиться, достаточно и минуты. Чтобы развестись, иногда приходится прожить 20 лет вместе.
Из к/ф «Тот самый Мюнхгаузен»И вот свадьба состоялась, началось семейное счастье, к которому оба так стремились. Вряд ли найдется хотя бы один мужчина, который ни разу за всю свою семейную жизнь не задавал себе вопрос: «И на фига мне все это было нужно?» Нет, мы были готовы к тому, что придется отдавать всю (ну, почти всю… ну, часть ее, если уж быть совсем честным) свою зарплату на общие нужды. Правда, и тут крылся подвох, как потом выясняется: деньги в семье бывают либо общие, либо наших жен, но уж никак не наши личные. Мы были готовы к моногамным отношениям (ну да, мы ведь для того и женились. Хотя, как назло, после свадьбы почему-то резко увеличивается вокруг количество привлекательных и приветливых девушек…). Мы были готовы нести ответственность не только за себя. Мы даже были готовы (чисто теоретически, разумеется) к появлению детей. Но, черт возьми, мы не были готовы к появлению кучи новых родственников, которые к тому же пытаются всячески влиять на нашу личную жизнь! Мы не были готовы к новым ограничениям того образа жизни, который мы вели раньше, – уютный беспорядок в нашей квартире сменился чужим, непонятным порядком; вечер пятницы вместо пивной в компании друзей или коллег переместился на кухню в компании семейства. И главное, почему-то появляется то чувство, когда ты, прыгнув с парашютом, собрался парить над землей, но дергаешь за кольцо и с грустью осознаешь, что вместо парашюта у тебя за спиной оказался обычный туристический рюкзак. И вот земля стремительно приближается, а времени отрастить себе крылья уже нет…
Но мы летим (вернее, падаем, конечно, но нам кажется, что летим), утешая себя мыслью, что никто нас с самолета вниз не сталкивал, и даже парашют мы выбирали сами, просто по неопытности приняв за него рюкзак. И все равно ведь – сила воздуха давит на лицо, адреналин кипит в крови и выплескивается через уши, и даже напоследок можно успеть полюбоваться пейзажем внизу и вокруг! Да и к тому же рядом то и дело пролетают камнем вниз такие же, как и мы, незадачливые парашютисты, что, безусловно, утешает. И есть еще несколько секунд, чтобы успеть задать себе этот вопрос: «А на фига?..» – и самому на него ответить: «Ради любви!»
Именно ради любви к нашей теперь уже жене мы выслушиваем от друзей: «Нас на бабу променял». Ради любви к ней мы терпим ее маму (кстати, обратите внимание на то, как вы сами или ваши женатые знакомые говорят в отсутствии рядом жены – «ее мама» или «моя теща», – и сделайте вывод об их взаимоотношениях с новоиспеченной родственницей). Ради любви к вам, женщины, мы готовы отдавать вам все: наше время, наши силы, наше движимое и недвижимое имущество… Но! Почему вы считаете эгоизмом то, что мы взамен и от вас тоже ожидаем чего-то подобного? Хотите одной фразой убить навсегда любовь вашего мужа? (Внимание: не пытайтесь это повторить – этот трюк обычно выполняется профессионалками!) Ну хорошо, я вас предупредил. Так вот: скажите вашему мужу хоть в шутку, хоть всерьез: «Да ты обязан мне, потому что…» (дальше могут быть варианты: «Потому что я тебя люблю, потому что я такая охуительная, потому что я с тобой сплю, потому что у нас дети, потому что кроме меня ты нахер никому не нужен…» – и так далее). Никто никому ничего не обязан. Тем более не обязан любить. Любовь – это дар Божий, причем непонятно еще, кому больше повезло с этим даром: тому, кто любит, или тому, кого любят.
Так чего же мы, мужья, эгоистично ждем от вас, наши жены? «Немного любви, немного уважения, и чтобы кто-то гладил эти чертовы рубашки», как сказал Дьявол в одном старом голливудском фильме. Да простят меня боги, ну тут с ним трудно не согласиться. Почему немного любви? Потому что безграничная любовь напрягает. Мы начинаем либо испытывать неловкость за то, что не можем ответить так же безгранично, и начинаем чувствовать себя обязанными, тем самым убивая свою собственную любовь, либо не верим вам (причем, как правило, не без оснований). Почему немного уважения? Потому что мы хотим в браке быть с равной нам, оставаясь при этом чуть-чуть «равнее». Сильнее, умнее, успешнее – но ненамного. Любые перекосы разрушают брак. Если мужчина намного сильнее (не физически, разумеется, с этим и так все понятно), то вскоре он с удивлением обнаруживает, что в одиночку тащит не только свою жену и своих детей на своей шее, но еще и к нему пристегнута телега с родственниками жены и семьями детей. Так любой надорвется. Если мужчина намного умнее, ему быстро надоест общаться со своей женой – просто не будет общих тем. Чрезмерное уважение, тем более со стороны заведомо неравного тебе человека, раздражает (помните, «Закрой рот, дура, я все сказал»? ). Если мужчина намного успешнее, ему рано или поздно придет в голову мысль, что его любят только за его успех. Повторюсь, я никоим образом не собираюсь обобщать, скорее, говорю о себе. Есть и слабые, глупые неудачники, прекрасно существующие рядом с сильными, умными, успешными женщинами, – о таких браках здесь не идет речь. Ну и да, чтобы кто-то помогал нам – не только в быту (гладил рубашки, условно говоря), но и вообще по жизни был для нас таким надежным бэк-офисом. Мне могут возразить, что все бытовые вопросы сейчас легко решаются при помощи соответствующих сервисов. Скажу по секрету: да мы и сами в большинстве своем умеем стирать, гладить, готовить и в целом обеспечивать себе комфорт. И представьте себе ситуацию: порядок в доме поддерживает домработница, она же относит ваши вещи в химчистку, готовит вам повар (личный или в ресторане), с детьми сидит няня, сексуальное напряжение снимает профессиональная фея… Где здесь жена и зачем она здесь? Мы доверяем вам, наши жены, все эти и многие другие бытовые функции не потому, что хотим сэкономить. И не для того, чтобы вас чем-то загрузить. А потому, что мы доверяем вам. И считаем естественным, что вы это делаете. И если вы говорите нам, что «ты сидишь там на жопе целый день, в своем сраном офисе, а я дома корячусь, не присела ни на минутку», то мы, конечно, посочувствуем вам, но сами подсознательно отметим про себя, что естественный порядок этого мира дал трещину.
Короче говоря: мы живем с вами, если и пока нам с вами хорошо. И даже если когда-то было хорошо и мы еще не успели об этом забыть. И верим, что вы про нас думаете так же. Поэтому, если вы бурчите на нас, ругаете нас, жалуетесь на нас, но при этом не уходите, мы продолжаем считать, что вам с нами хорошо, а бурчите и ругаетесь вы так, для порядка.
Давайте вспомним наших воображаемых Мужчину (М) и Женщину (Ж) и представим их диалоги.
Первый.
Ж. Ты меня уже достал!!! Всю жизнь мне испоганил!!! Ты – урод, импотент, алкаш, дебил!!! Говорила же мне моя мама: «Зачем ты за него выходишь? Ты не будешь с ним счастлива!» Ну почему я тебе тогда поверила? Я с тобой разведусь!
М. Зай, ну что ты… Я же тебя люблю… Все у нас будет хорошо!..
Ж. Никакая я тебе не «зай»! Никаких сил у меня уже не осталось… Я измотана, я вся на нервах…
М. Ну малыш…
Ж. Отстань!
М. Ну моя хорошая…
Ж. Отстань, говорю…
М. Ну иди ко мне…
Ж. (Тяжелый вздох.)
Второй.
М. Ну е-мое, че за фигня??? Прихожу с работы, уставший, как собака, а дома жрать нечего!
Ж. Борща вон поешь.
М. Да я третий день уже его ем!
Ж. Еще котлет разогрею. И макароны доешь за сыном.
М. Да что ты меня остатками кормишь!
Ж. Так, или ты сейчас же жрешь, что дают, или…
М. (Обиженное чавканье.)
Третий.
М. Милая, ты, наверное, устала за день. Давай сегодня вместе поужинаем в твоем любимом ресторане?
Ж. Да, дорогой, ты такой чуткий… Я сама хотела тебе это предложить, но постеснялась…
М. Да пустяки, любовь моя!
Ж. Я тебя люблю, мой сладкий!
М. А я тебя, моя бесценная!
Поцелуи, объятья…
Вопрос: в каком из трех случаев Мужчина счастлив в браке с Женщиной? Ответ: в каждом. Примечание: третий случай встречается только в дешевых любовных романах.
И да здравствует развод, господа! Он устраняет ложь, которую я так ненавижу!
Из к/ф «Тот самый Мюнхгаузен»Наверное, я не ошибусь, если скажу, что из всей семейной жизни именно развод вызывает наибольшее количество вопросов, которые мы, мужчины, задаем себе. И главные из них – «Как такое случилось?» и «Хорошо или плохо, что такое случилось?» Да, мы задаем вопрос «Как?» после того, как развод случился и что-то изменить, как правило, уже невозможно. Да, мы слепы, глухи и глупы и не замечаем очевидных вещей, которые прямой дорогой ведут нас к разводу. Да, мы часто сами эти вещи и порождаем. Но все равно почему-то развод всегда ставит нас в тупик. Как? Почему? Ведь все же было так замечательно и привычно: скучные семейные ужины и веселые пьянки с друзьями, механический супружеский секс и якобы никому не известные наши интрижки на стороне, громкие ссоры и зловещее молчание… Дети опять же растут… Все так живут, и никто не разводится. Как же жить теперь, если привычный миропорядок вдруг резко изменился? Уже один этот вопрос способен повергнуть в уныние не стойкого духом бывшего мужа. И в голову закрадывается мысль: «А может, можно все вернуть?» Мы начинаем звонить (чаще всего изрядно выпив) своим бывшим, нести бред, унижаться и оскорблять, ехидно интересоваться: «Как дела?», держаться преувеличенно бодро и приукрашать свою новую жизнь – в общем, вести себя непоследовательно и недостойно философа. Те же из нас, кто прошел эту первую стадию и не вернулся в круг семьи на любых условиях, впадают в другую крайность. Нам начинает казаться, что вот как раз теперь, обретя свободу, мы наконец-то заживем! Никакого контроля, никаких обязательств, никаких ограничений в общении с противоположным полом – красота! Хотя на самом деле мы ищем того же самого, от чего только что ушли. Но, уйдя из прежней семьи, мы оставили там что-то – да много чего! – и далеко не очевидно, что на новом месте мы найдем хоть часть из этого оставленного. И вот проходит короткий период свободы и вседозволенности, и – вуаля! – снова мудрый Мендельсон (который сам, говорят, всю жизнь прожил холостяком) своим маршем отправляет нас на новый круг…