Сказание о героях 1000 поколений

Есть в России и другой, такой же древний как Аркаим, памятник истории. Это Ливенцовская крепость. Она построена за 17 веков до Рождества Христова (3,7 тыс. л. н.). С 1962 по 1970 г.г. здесь проводились раскопки археологической экспедицией Ростовского областного музея краеведения, в 1984 и 2001 г.г. – археологической лабораторией Ростовского государственного университета.

Ливенцовскую крепость археологи иногда называют Донской Троей, потому что в ее стенах обнаружено больше тысячи кремневых наконечников стрел – крепость кто-то штурмовал. Известно о крепости мало – просуществовала около ста лет, население – несколько сот человек, не кочевники. Как называлась крепость, как называли себя ее жители, кто ее штурмовал – пока неясно. Найденные черепа показывают, что в крепости жили европеоиды.

Раскопки Ливенцовской крепости начались в 1950-х годах и поначалу были весьма продуктивными. Тогда, полвека назад, над уровнем земли здесь возвышались полутораметровые древние стены. Сегодня их практически нет. Они пошли на фундаменты соседних дач. Остались только фотографии, их можно увидеть в учебном музее Ростовского пединститута.

За все годы археологических исследований была раскопана только небольшая часть Ливенцовской крепости. При этом крепость сама по себе является частью очень крупного археологического комплекса, занимающего площадь 8 га, в который входят поселения медно-каменного века, обширный некрополь бронзового века, скифские поселения с захоронениями.

Крепость, расположенная между поселками Ливенцовка и Каратаево, разделена на две части глубоким и таким же древним, как крепость, оврагом. Длина Ливенцовской части крепости по периметру – 280 метров. Каратаевская часть имеет размеры 170 х 100 метров. На территории крепости находились курганы и грунтовые могильники. О культуре поселенцев известно мало, обнаружено лишь несколько амфор.

Ливенцовская крепость и жившие в ней люди были современниками абашевской культуры. В ближайшем соседстве с Ливенцовской крепостью находился огромный и совершенно уникальный абашевский регион. Там, в верхнем и среднем течении Дона, археологами было открыто более десяти курганных захоронений абашевцев. В одном из погребений наряду с сосудами и другими вещами абашевской культуры находились навершие каменной булавы и роговая пряжка, обычно сопутствующие позднекатакомбным комплексам.

Своеобразным выглядит и набор вещей из другого погребения. Здесь стояли рядышком катакомбный и три срубных сосуда! К этому «ансамблю» примыкает каменное навершие булавы с четырьмя выступами, аналогии которому тоже можно найти в катакомбных древностях. Эти находки говорят о тесных контактах племен абашевской, срубной и катакомбной культур Подонья (к катакомбной культуре археологи относят жителей Донской Трои).

Известны поселения такой же древности, как Аркаим и Донская Троя, в Центре Восточной Европы, на сунгирской земле. Сунгирский холм люди покинули в период разрастания Осташковского ледника и не возвращались на него более 20 тыс. лет. Но в окрестностях этой древней стоянки послеледниковые поселения людей появились раньше. В 15 км. от Сунгиря в излучине реки Нерли археологи нашли крупные поселения людей времен неолита. Три из них находятся у села Воскресенская Слобода. Люди там жили в период 6-4 тыс. л. н.

В 5 км. от Воскресенской слободы, на берегу реки Нерли, у села Васильково в 1970-х годах было открыто многослойное поселение, охватывающее периоды неолита, бронзового века и века железного. Материалы о раскопках хранятся в фондах Владимиро-Суздальского музея-заповедника.

В 2014 г. раскопки древнего городища были возобновлены. В раскопе были найдены остатки обгорелых бревен, которые 4,5-4 тыс. л.н. были чем-то вроде забора. В те времена, когда в Египте строили первые пирамиды, эти бревна защищали поселение древних обитателей владимирской земли от не прошеных гостей.

Вокруг бревен были обнаружены обугленные кости, кремневое орудие с отжимной ретушью и несколько хорошо сохранившихся горшков со сложным орнаментом. По керамике археологи установили, что находки относятся к фатьяновской культуре бронзового века.

Рядом со сгоревшими бревнами укрепления археологи откопали остатки древнего рва, окружавшего поселение. Ров может свидетельствовать о том, что люди на месте раскопок под Васильково в бронзовом веке жили уже оседло, если они позаботились о фортификации.

По археологическим слоям в раскопе, можно сказать, что происходило с поселением дальше. Люди продолжали жить здесь и в железном веке, 3 тыс. л.н. Жители железного века расширили ров, над сгоревшим и упавшим забором фатьяновцев насыпали вал и поставили деревянные оборонительные сооружения. Эти сооружения также сгорели, оставив после себя тонкую прослойку пепла в земле. После этого валы еще несколько раз досыпались землей с полей. Похоже, жизнь людей на этой древней земле не была спокойной, завоеватели не обходили ее стороной.

К временам средневековья древнее поселение было заброшено, культурного слоя средневековья в раскопах нет. Но в селе Васильково и вокруг него появилось несколько славянских селищ и две группы курганных могильников.

Казны не считали.

В сознании наших предков окончание земной жизни не означало окончания существования человека. В представлениях о душе было место и представлению о загробном мире, жизнь в котором является точным отображениям земной. Погребальный обряд имел целью помочь человеку избавиться от всего, что задерживало его душу на земле и облегчить его переход к загробному существованию.

Даже в глубокой древности, в дремучем каменном веке, первобытные племена имели довольно сложные обряды захоронения. Мы с ними уже ознакомились в предыдущих главах.

Новое направление в развитии обрядов захоронения принесло начавшееся в Египте формирование и развитие государственности. Уже в период первых династий появляются специальные «дома после жизни» – мастабы – погребальные здания, состоявшие из подземной погребальной камеры и каменного сооружения над поверхностью земли. Сам термин относится к арабскому времени и связан с тем, что форма этих, похожих в разрезе на трапецию, гробниц напоминала арабам большие скамьи, называвшиеся «мастаба». Мастабы строили для себя и первые фараоны. Древнейшие царские мастабы, относящиеся ко временам I династии, сооружались из необожженных кирпичей из глины или речного ила.

А потом на смену «домам после жизни» пришли египетские пирамиды. Это величайшие архитектурные памятники Древнего Египта. Пирамиды представляют собой огромные каменные сооружения пирамидальной формы. Они использовались в качестве гробниц для фараонов Древнего Египта. Слово «пирамида» – греческое. По мнению исследователей, большая куча пшеницы и стала прообразом пирамиды.

Первая египетская пирамида была построена по приказу фараона III династии Джосера, она имеет ступенчатую форму и является развитием мастабы – традиционной гробницы знати в Египте периодов Раннего и Древнего царств.

Первая пирамида (пирамида Джосера) имела высоту 62 м. и размеры основания 121 х 109 м. Всего в Египте было обнаружено 118 пирамид. Самая большая из них (пирамида Хеопса) имела квадратное основание со стороной квадрата 230 м. и высоту 146,6 м. Для возведения таких грандиозных строительных объектов использовались десятки тысяч рабов, строительство каждой пирамиды велось десятилетиями.

Мода на пирамиды сравнительно быстро прошла. Их строительство происходило в период 4,6-3,8 тыс. л. н., а потом прекратилось. Никто из соседних стран и народов эту моду не перенял. Но предшествующая ей мода на «дома после смерти» (мастабы) широко распространилась на территории Европы. Правда, здесь строили их не из кирпича, а из обыкновенной земли, и называли не мастабами, а курганами.

Обычаи курганных захоронений в Европу принесли скотоводческие племена, вторгшиеся на Средний Дон с юга 4,5 тыс. л. н. В бронзовом веке, в период абашевской культуры, курганные захоронения распространились на весь бассейн Дона и на южные регионы междуречья Оки и Верхней Волги.

Широко распространены были курганные могильники в Западной и Центральной Европе в позднем бронзовом веке. Там культура курганных погребений датируется периодом 3,45-3,25 тыс. л. н. Курганы имеют каменные конструкции и окружены каменным венцом, иногда внутри есть деревянное сооружение. Умерший с сопровождающим инвентарем помещен либо на поверхности земли (по археологической терминологии – «на горизонте»), либо в яме. Встречаются также трупосожжения. Иногда попадаются повторные погребения: после того как мягкие части тела истлевали, останки переносили на другое место, хоронили и насыпали над ними курган. Отдельные совместные погребения мужчин и женщин обычно связывают с умерщвлением вдов.

Могильный инвентарь в основном состоит из украшений – булавок, подвесок и т. п. В швейцарских курганах погребения совершены в ямах, в деревянных гробах, тесно расположенных рядом и прикрытых насыпью из камней. В западной части Чехии встречаются под одной насыпью пепел и трупоположения с личным инвентарем, но без сопровождающих сосудов. Трупосожжения совершались вне кургана. Они представляют преимущественный обряд погребения.

На Днепре традиции курганных захоронений существовали до Х века н. э., до крещения Руси. Самый крупный для этого региона комплекс памятников с курганными могильниками и городищем расположен около поселка Гнездово на берегу Днепра в 12 км к западу от Смоленска.

Гнездово является крупнейшим курганным могильником не только для бассейна Днепра, но для всей Восточной и Северной Европы. Территория, занятая курганами, начинается сразу же по левую сторону Витебского шоссе. Курганы расположены и в лесу, и в поле. Город занимает территорию примерно 16 га, вокруг которого находится 3 тыс. сохранившихся курганов и несколько древнерусских поселений. По мнению археологов, общее количество курганов здесь доходило до 4—6 тысяч.

Археологические раскопки показали, что в центре поселения находилось городище – укрепленная часть города, рядом был расположен посад и кладбище (курганные могильники). В Гнездовских курганах погребены богатые воины с предметами вооружения или простые горожане с многочисленными бытовыми вещами и орудиями, которыми они пользовались при жизни. В 950 – первой половине 960-х годов Гнездово подверглось военному разгрому, сопровождавшемуся уничтожением высшего слоя гнездовской элиты.

После разорения раннегородской центр в Гнездове был быстро восстановлен и на следующие десятилетия приходится его расцвет, фиксируемый по археологическим данным. Новая элита представлена погребениями в камерных могилах, которые в совокупности датируются второй половиной X века.

Среди вещей, найденных в Гнездово, были бритвы и ножницы, серпы, подковообразные застежки-фибулы, подвески к ожерельям, височные кольца, языческие амулеты, восточные ременные наборы. При раскопках найдено большое количество восточных арабских монет – дирхемов, попавших сюда с арабского Востока по Волго-Балтийскому пути.

В отличие от Западной Европы, где традиции курганных захоронений существовали всего 200 лет (3,45-3,25 тыс. л. н.), в Европе Восточной эти радиции обосновалсь надолго и существовали более трех тыс. лет. Курганы здеь одинаково легко прижились и в сепях, и в лесостепях, и в лесах.

Особого разговора заслуживают степные курганы. Их очень много в Южнорусских степях. Только в Донецкой и Луганской областях обнаружено более сорока тысяч курганов. Есть среди них и очень крупные достопримечательности. Например, в Мариуполе есть курган под названием Дед высотой 6 м. В этом кургане раскопали пять погребений. Самое позднее из них совершено пять тысяч лет назад. Давайте вспомним, что первая египетская пирамида (пирамида Джосера) построена 4,6 тыс. л. н. Выходит, первые курганы Южнорусских степей старше египетских пирамид на 4 столетия. Они ровесники «домов после жизни», мастабов.

В Приазовье, на Кубани и Нижнем Дону в те далекие времена жили скотоводы. Это они первыми в Европе сформировали и развили традиции курганных погребений. 4,5 тыс. л. н., когда началась миграция приазовских скотоводов на север, обычаи курганных захоронений пришли и на Средний Дон. В бронзовом веке, в период абашевской археологической культуры, они распространились на всю долину Дона и появились в южной части междуречья Оки и Верхней Волги.

В Южнорусских степях наибольший расцвет курганной культуры захоронений приходится на период скифского владычества. С культурой скифов мы ознакомимся в следующей главе, а сейчас поговорим только о скифских курганах.

Геродот в своей «Истории» пишет, что когда умирал очередной скифский царь, его тело бальзамировали – извлекали внутренности, заполняли пустоты ароматическими травами, намазывали труп воском и

на траурной колеснице возили по всем подвластным племенам, а скифы в знак траура отрезали себе часть уха, расцарапывали рот, нос, протыкали стрелами левую руку. Так продолжалось сорок дней. После этого тело доставлялось на специально отведенное для погребения место. Могилу вырывали чаще всего в виде прямоугольной ямы. Сверху ямы или в самой яме над телом покойного возводили деревянный сруб. Затем следовали каменные или земляные округлые насыпи, образовывавшие высокий курган. Часто вместе с царем хоронили слуг и верховых лошадей. В богатых скифских курганах нередко находят скелеты убитых наложниц – они сопровождали царя в загробный мир. Геродотовское место захоронения скифских царей (Геррос) в некотором роде напоминает знаменитый древнеегипетский некрополь – тот самый, где отыскали сокровища фараонов. Царские курганы IV века до н. э. обнаружены ниже днепровских порогов. Это тот самый некрополь, который начал зарождаться еще во времена Геродота.

В Южнорусских степях сотни тысяч курганов, больших и маленьких. Большие курганы, высота которых более 8 м., учеными нанесены на крупномасштабную карту. Получилось семьдесят еще не раскопанных курганов: 23 из них можно с уверенностью назвать усыпальницами скифских царей. И оказалось, что кроме предполагаемого Герроса эти курганы компактно сосредоточены еще в двух местах: в предгорном районе Крыма и в восточной части Николаевской области (Украина). Выходит, у скифов было три царских некрополя, а Скифия была союзом трех царств.

Курганы скифской знати – многометровые земляные насыпи с диаметром основания более 200 м. Большинство из них относится к IV-III вв. до н. э. – периоду наибольшего экономического и политического могущества скифов. Погребальные сооружения состоят из глубокого колодца – входа и коридоров с подземными нишами – камерами. Знатных скифов хоронили в богатом уборе – на них надевали массивные золотые шейные гривны (украшения в виде обруча с несомкнутыми или же запаянными концами), бусы, золотые серьги, браслеты. Одежда, головной убор, погребальное покрывало были обшиты золотыми бляшками с различными изображениями.

В могилу воинов-мужчин обязательно клали большой набор оружия: железные мечи, украшенные золотом, копья, луки со стрелами в специальном футляре (горите), бронзовые панцири, пояса, шлемы. Часть предметов, найденных в погребениях скифских царей и знати, сделана самими скифами, но большинство из них изготовлены греческими мастерами их городов-колоний в Северном Причерноморье, Крыму, и даже в Малой Азии.

Когда умирал рядовой скиф, то покойника возили лишь к родным и близким, каждый из которых устраивал поминки. Этот обряд длился 40 дней, после чего происходили похороны. Курганы рядовых скифов – небольшие холмики, внутри которых вырыт колодец с катакомбой – нишей для покойника. Положенное с ним имущество обычно состояло из оружия: лука, колчана со стрелами, копья, дротика и меча, 1-2 горшка с едой и питьем.

Традиции курганных захоронений в Южнорусских степях исчезли с установлением на этой территории власти хазар. На могилах своих каганов хазары не строили ни пирамид, ни курганов и не устанавливали каких-либо памятников. Каганов и хазарскую знать они хоронили тайно и места их захоронения тщательно скрывали.

Никто из современных хазарам народов традиции тайных захоронений не воспринял. На соседних территориях, в том числе и в центральных областях России, основным обрядом погребения оставались курганные захоронения, появившиеся здесь в бронзовом веке в период становления абашевской и поздняковской археологических культур.

В более поздние времена из Центральной Европы в междуречье Оки и Верхней Волги вторглись славянские племена вятичей и кривичей. Путь кривичей по Волге прослеживается по их специфическим погребальным памятникам – длинным курганам. Цепочка длинных курганов тянется вдоль Волги от самых ее верховьев вплоть до района Ярославля. Эти курганы неоднократно исследовались. Под курганами или в их насыпях находили следы трупосожжений.

Рядом с городищем древнего Клещина находилось множество курганов, раскопанных еще в 1853г. Непосредственно у подножия городища и в радиусе 2-3 км. от него находилось 1565 курганов, несколько восточнее еще 362 и южнее, на южном и юго-восточном побережье Клещина (Плещеева) озера, – около 1000 курганов. Все эти курганы содержали следы трупосожжений.

Около устья р. Которосли подобные курганы составляли три группы, что говорит, очевидно, о трех селениях или трех группах селений. На могильнике у д. Тимерево имелось более 500 курганов. Приблизительно сколько же было их на Петровском могильнике.

Вокруг оз. Неро, главным образом на его западном берегу, также находилось много курганов железного века. Здесь раскопано более 400 насыпей в восьми пунктах. Значительная часть этих курганов, особенно в могильниках у сел Кустери и Шурскалы, содержала следы трупосожжений. Около оз. Неро найдено несколько монетных кладов тысячелетней давности. Дальше к югу много курганов с сожжениями и кладов восточных монет оказалось на р. Нерли Клязьминской, по всему ее течению выше и ниже г. Суздаля.

В Ростово-Суздальской земле курганный обряд погребения среди славяно-русского и обрусевшего мерянского населения исчез к исходу XII в., что было результатом христианизации. В Костромском и Кинешемском Поволжье имеются курганы XIII, XIV и даже начала ХV в. Это целиком совпадает с историческими данными. В границы Руси край был включен, как известно, не ранее середины XII в., а деятельность христианских миссионеров относится здесь главным образом к XIV в.

Главная русская летопись (Повесть временных лет) о славянах Севера Восточной Европы говорит, что радимичи, вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу, имели по две и по три жены, и если кто умирал, то устраивали по нем тризну, а затем делали большую колоду, возлагали на эту колоду мертвеца, и сжигали, а после, собрав кости, вкладывали их в небольшой сосуд и ставили на столбах по дорогам, как делают и теперь еще вятичи. Этого же обычая держались и кривичи.

Результатами исследований славянских курганов установлено, что все древние славянские племена, в том числе вятичи, радимичи и кривичи, имели традиции курганных захоронений. А летописные противоречия в этом вопросе легко сняли лингвисты.

Дело в том, что слово «столб» появилось в русском переводе Повести. В ее оригинале, написанном на старославянском языке, применено слово «столп», которое может означать разные виды возвышающихся предметов, в том числе и столб, и курган.

Ареал расселения вятичей русские летописи связывают с Окой. В летописях встречаются вятичские города: Козельск, Дедославль, Брянеск, Воробин, Домагощь, Мценск, Воротинеск, Колтеск, Мосальск и Серенск.

Территория расселения вятичей охватывала бассейны верхнего и среднего течения Оки. Западная граница вятичского ареала сначала шла по водоразделу Оки и Десны. В бассейнах Жиздры и Угры выделяется пограничная полоса шириной 10—30 км, где вятичские курганы сосуществовали с кривичскими. Далее вятичская граница поднималась на север до верховьев Москвы-реки, а потом поворачивала на восток по направлению к верховьям Клязьмы. Правобережье Москвы-реки целиком принадлежало вятичам. Вятичи заходили и на левый берег этой реки (на 10—50 км. севернее), но здесь вместе с вятичскими курганами встречаются и кривичские. Примерно около впадения Учи в Клязьму вятичская граница поворачивала на юго-восток и шла сначала по левобережью Москвы-реки, а потом – Оки.

Самым восточным пунктом вятичской земли считается Переяславль-Рязанский (это нынешний город Рязань, древнюю Рязань сожгли татаро-монголы). Отсюда юго-восточная граница вятичей шла к верховьям Оки, захватывая бассейн Прони, но, не достигая бассейна Дона. Бассейн верхнего течения Оки целиком был вятичским.

Среди наиболее исследованных курганных захоронений в земле вятичей назовем могильник, расположенный в урочище Игрище, в 0,5 км. к северу от д. Лебедка в бассейне Цона, левого притока Оки. В разные годы здесь раскопано 32 кургана. Все они содержали захоронения по обряду трупосожжения. В большинстве случаев собранные с погребального костра кости кучкой или в глиняной урне помещены прямо в курганной насыпи, в ее основании или верхней части. Многие насыпи содержали по одному захоронению, другие – от двух до четырех. Большинство погребений лишено вещей.

Во многих вятичских курганах с захоронениями по обряду трупосожжения зафиксированы кольцевые столбовые оградки. Это оградки-частоколы, сооруженные из столбиков, вкопанных в отдельные ямки или одну общую канаву. Столбовые оградки обнаружены в восточнославянских курганах, заключающих как сожжения, так и трупоположения, на широкой территории от бассейна Припяти на юго-западе до Суздальской земли на северо-востоке.

Вятичские курганы с трупосожжениями датируются в целом VIII—X вв., но отдельные захоронения этого вида могут быть отнесены и к XI— XII вв. Очевидно, в XI—XII вв. обряд кремации сосуществовал с обрядом ингумации. Это период христианизации вятичей. Киев тогда наконец-то сломил их столетнее сопротивление, вятичи были им окончательно покорены, их земли включены в состав Черниговского удельного княжества. Началось крещение вятичского населения. На первых порах – неудачное. В конце XI или начале XII в. около города Серенска был убит вятичами христианский миссионер, киево-печерский монах Кукша, прозванный церковью «просветителем вятичей».

Много археологических памятников вятичской культуры находится на территории Московской области и города Москвы. О раскопках одного из вятичских курганов на юге Москвы, производимых в 1950-х годах, сообщалось, что курган находится недалеко от платформы Чертаново Павелецкой железной дороги, на берегу Чертановского ручья. Всего на территории Чертанова выявлено 10 курганных групп, относящихся к XI- XIII вв.

Раскопки близ Чертанова и в нынешнем Битцевском лесопарке велись в XIX веке а также 1923, 1953, 1956, 1982 годах. Вятичские курганы обнаружены также в сельце Красное, в деревне Бирюлево и в селе Покровском. Сейчас эти населенные пункты находятся в черте города Москвы, застроены высотными домами, вятичские курганы имеют теперь вполне городские адреса, например: Северное Чертаново, 7Г; Варшавское шоссе, 93; Балаклавский проспект, 16; Сумской проезд, 17; Симферопольский бульвар, 29; Чертановская улица, 7; Северное Чертаново, корп. 105.

В погребениях с трупоположениями мужчин в вятичских курганах вещей нет или их очень мало. Наиболее частая находка – железные ножи. Встречаются железные и бронзовые пряжки, преимущественно лировидные, но нередко кольцевые и четырехугольные, а также поясные кольца.

Обычай класть в могилу оружие и предметы труда у вятичей не был pacпpocтранен. Лишь изредка в вятичских курганах попадаются калачевидные и овальные кресала, а в виде исключения – железные топоры и наконечники копий.

Довольно часто в захоронениях мужчин и женщин в вятичских курганах бывают глиняные горшки. Почти все они изготовлены при помощи гончарного круга и принадлежат к обычным древнерусским горшкам курганного типа.

Одежда вятичских женщин шилась преимущественно из шерстяной материи, но встречены также остатки льняных и парчовых тканей. Вместо пуговиц иногда использовались бусы и бубенчики, но чаще пуговицы были, по-видимому, деревянными.

Шейные украшения женщин состояли из гривен и ожерелий.

В вятичских ожерельях хрустальные шарообразные бусины чередуются с сердоликовыми бипирамидальными. К числу редких принадлежат нагрудные украшения, состоящие из ажурных цепедержателей и цепочек, на которых подвешивались бубенчики, пластинчатые металлические изображения птиц, ключей, гребней. Чаще встречаются бубенчики, служившие одиночными привесками к одежде.

Украшения рук представлены браслетами и перстнями. Перстни носили на пальцах обеих рук числом от одного до десяти. Кроме того, в отдельных курганах на груди умершей отмечены связки из двух-четырех перстней.

Христианские символы – кресты и образки – в вятичских курганах весьма малочисленны. Они свидетельствуют не о христианизации сельского населения земли вятичей, а о первом соприкосновении населения с новой религией.

Египетские пирамиды и евразийские курганы были культовыми сооружениями, прославляющими величие и могущество правителей, уже ушедших в мир иной. Это нужно было не мертвым, а живым. Власть живых правителей опиралась на величие их предков. Конечно, этого было недостаточно. Живым нужно было и свое величие создавать. Для этого существовало другое культовое направление – религия.