Боярышня. Дар ведьмы

Глава 5

Не в силах издать ни звука, я пыталась осознать услышанное.

– Призраки не сходят с ума! А я все видела и слышала! – категорично заявила боярышня. Подлетела ко мне, зависла справа.

Показалось, что взгляд Агриппины задержался на привидении. В горле моментально пересохло, пульс участился.

Неужели она увидела мою предшественницу? Если спросит, что сказать? Безвременно почившая сестра-близнец не желает уходить к предкам, потому летает рядом? Или сделать вид, что ничего не знаю? А вдруг завхоз еще и слышит ее? Эта призрачная дуреха в любую секунду сдаст нас с потрохами!

Сердце ухнуло в пятки, ладони вспотели.

Спустя несколько томительно долгих мгновений экономка наконец заговорила:

– Можно предположить, что имело место ментальное воздействие. Но тогда вы бы помнили и одежду, и лица, и запахи. Галлюцинации не только казались бы реальными событиями, они бы отложились в памяти. Точно так же, как у больных шизофренией, – женщина едва заметно усмехнулась. – Не волнуйтесь, с вашим разумом все в порядке.

– Агриппина Васильевна, еще немного, и мой разум перестанет быть в порядке, – пожаловалась я, засунув ладони между коленей.

– Пирожки были теплыми? – огорошила вопросом сотрудница академии.

– Да.

– Похоже это фантомы, – женщина потерла пальцами виски. – Чтобы организовать подобное представление, требуется колоссальный опыт и невероятное количество силы. Даже архимаг в одиночку не справится.

– Для чего это все?

Мой голос дрогнул от пугающей догадки: получается, кому-то очень понадобилась свежеиспеченная ведьма?!

Кадровик подошла к стулу, положила на спинку руки.

– А как вы познакомилась с Дмитрием Игоревичем?

Подозревает, что мой златоглазый спаситель замешан? Да вроде наша встреча случайна.

Прекрасно помня все детали «знакомства», я честно сказала:

– Бежала за проводником, упала в кусты. Дмитрий Игоревич меня вытащил. Спросил, иду ли я устраиваться на службу. Ну и решил донести: мои туфли развалились.

– Даже так, – кадровик удивленно хмыкнула.

– Думаете, он имеет какое-то отношение… – я намеренно не договорила, напряженно ожидая ответа.

Женщина с сомнением покачала головой.

– Вряд ли. Я искренне удивлена, что Дмитрий проявил такую заботу. На него это не похоже. А вот его вопрос к вам логичен: женщин в военные академии берут только на службу. Но, право слово, не понимаю, почему привратник пропустил вас территорию.

– Поясните?

– Вы же наверняка ему сообщили, что пришли устраиваться поломойкой?

– Да, сразу же. А что не так?

– Он прекрасно знает, что поломойки здесь не нужны, – женщина с силой сжала спинку.

– То есть и на него как-то воздействовали?

– Это в принципе невозможно. Привратник – высшая сущность, хранитель академии, – Агриппина поджала губы. – В нашем заведении учатся лучшие из лучших. Принимаются исключительно юноши шестнадцати–семнадцати лет. Исторически так сложилось, что вступительных экзаменов нет. Желающие поступить приходят к воротам двадцать девятого февраля, их встречает привратник. Он и выносит вердикт. Если у одаренного потенциал магического источника соответствует критериям, то предоставляет проводника. В обратном случае отправляет соискателя восвояси.

А жесткие у них правила! И прием раз в четыре года, и ограничения по полу, возрасту и еще куче критериев. Но я-то ни под одно из требований не подхожу, а проводника мне дали.

– Александра, зачем вам целитель? – прервала мои размышления Агриппина.

С чего вдруг такой интерес? Сказать или не стоит?

Приняв решение, я довольно холодно ответила:

– У меня поврежден магический источник и нет денег. Без дорогостоящего лечения проживу максимум полгода. Галина утверждала, что школьный целитель отрастил ей мизинец. Это основная причина, почему я пришла работать на ее место.

– Хм-м, – завхоз отпустила многострадальный стул. – Ни палец, ни другую конечность вырастить нельзя. Как и вылечить сгоревший полностью источник. Ни за какие деньги. Сожалею, но вас обманули не только фантомы.

– Отчим подло солгал?! – полупрозрачная фигурка взметнулась в воздух. – Отомстил за то, что я пыталась настроить против него матушку?! Негодяй! Мерзавец!

Согласна, Антон Леонидович редкостная сволочь. Все больше хочется дать ему по морде. Это ж надо было так изощренно отомстить восемнадцатилетней девочке! А главное – за что? Ну не нравится он падчерице – невелика беда. Особенно если супруге начхать на отношение дочери. И ничуть не сомневаюсь, что боярыня осведомлена о долгах мужа.

А если мотив не месть, а иной? Как-то уж экстренно боярышню попросили на выход. Хотя какая уже разница? По всей видимости, жить мне осталось мало. Пора думать о вечном.

Вздохнув, я понуро опустила голову.

– Все крайне неоднозначно. Но в одном я уверена: кому-то очень нужно, чтобы вы выжили, – патетический голос завхоза прозвучал как гром среди ясного неба.

Я посмотрела на женщину с искренним недоумением. Она издевается?

– Академия построена на месте природной силы. Пока вы находитесь здесь, смерть вам не грозит, – Агриппина подмигнула и будничным тоном продолжила: – У меня есть кое-какие идеи. Обнадеживать не стану, уж не обессудьте. Сегодня даю вам выходной. Погуляйте, осмотритесь. В семь вечера встретимся за ужином, – положив на столешницу женские наручные часики, она выпорхнула из комнаты.

Встав с кровати, я глянула на часы: пятнадцать минут девятого. В десять – наиважнейшая встреча в библиотеке, а я еще не умыта и не причесана. Да и поесть не мешает.

Уселась за стол, подтянула ближе принесенный Агриппиной поднос. Глотнула молока и взялась за булочку.

Угрюмо наблюдающее за мной привидение скрестило руки на груди:

– Как ты можешь есть? Да мне бы сейчас кусок в горло не полез!

Как-как? Стресс заедаю. И думать так проще.

***

Это же время. Кабинет ректора

– Агриппина доложила, что ты распорядился оформить в штат девушку-изгоя, еще и поломойкой. Разумеется, договор я подписал, – убеленный сединами старец отложил перьевую ручку. – Но, может, все-таки объяснишь, зачем тебе эта Александра Лаптева?

Сложив пальцы домиком, архимаг вопросительно посмотрел на сидящего в кресле преподавателя методов противодействия темным силам.

«Она изгой? М-да. Не повезло ей», – подумал тот и второй раз после встречи с грязнулей испытал что-то вроде сочувствия.

– Почему ты пошел против правил? Что в ней такого?

– Привратник пропустил Александру, выдал ей проводника, – безэмоционально ответил Дмитрий. – Спрашивать хранителя, почему он это сделал, не имеет смысла. Судя по всему, высшее существо разглядело в девушке огромный потенциал. Иного мотива не вижу. Однако при поверхностном сканировании я обнаружил у этой особы серьезные проблемы с магическим источником. Кроме того, за ней по пятам следует призрак. Их внешнее сходство с объектом привязки поразительное, связь кровными узами свежая. Как профессионалу мне стало любопытно.

– Сестра-близнец? – предположил ректор.

– А разве есть другие варианты, наставник?

– С тобой невозможно разговаривать. Весь в мать пошел, – на грани слышимости пробормотал старец. Повысив голос, он властно продолжил: – Раз тебя Лаптева заинтересовала, то сам и разбирайся. Потребуется совет – приходи.

Дмитрий поднялся.

– Мне пора на лекции. Студенты уже ждут. До вечера, наставник, – уважительно поклонившись, он вышел из кабинета.

***

Покончив с завтраком, я сидела за столом, рассматривая кусочек синего неба за узким окошком. Тревожные мысли кружили, не оставляли в покое.

За что мне это все?!

Чувствуя, что вот-вот разревусь, строго себя одернула. Нечего расклеиваться. Плечи расправила – и вперед! Если что, вечером поплачешь в подушку.

Решительно встав, подошла к шкафу и распахнула дверцы. На вешалке среди мужского набора одежды висело чистое, выглаженное платье. То самое, которое исчезло в ду́ше.

И откуда оно взялось? Домовые подсуетились? А белье где?

Желая проверить содержимое полки, я повернула голову и зависла как старенький компьютер.

На внутренней стороне створки шкафа красовалось зеркало. Еще пять минут назад его тут не было. Это сто процентов. Что за чудеса?

Растерянно оглядела свое отражение. Рассматривать полупрозрачную боярышню или фотографию в «паспорте» – это одно, а узреть новую себя вживую – совершенно другое.

Длинные темно-русые волосы всклокочены, одежда измята. А в целом вполне симпатичная девушка: стройная, зеленоглазая. Можно даже сказать – красивая. В прошлой жизни я была менее привлекательной. Но все же… жаль, что тело не мое.

Ну да какой смысл сожалеть об утраченном. Надо жить настоящим.

Взяла с верхней полки расческу, сняла с вешалки темно-синие брюки и белоснежную рубашку. Положив на кровать вещи, села с ними рядышком, начала расчесываться. Вернее, попыталась. Зубчики маленькой мужской расчески перманентно застревали в спутанных волосах.

Гадство! Не стоило засыпать с мокрой головой!

– Не смей надевать мужские вещи! – вознегодовала наблюдающая за мной боярышня. – Достань платье, приведи себя в пристойный вид и ступай к ректору академии!

– Для чего? – уточнила я и зашипела от боли. Да что ж все так запуталось!

– Упади ему в ноги, признайся, что ты ведьма, слезно попроси отпустить тебя. Пообещай уехать далеко-далеко и провести остаток дней в уединении да молитвах. А я смиренно разделю с тобой участь изгнанницы, – она протяжно вздохнула.

– И почему я должна так поступить? – прищурившись, я посмотрела на деву.

– Ты глупая?! Не поняла, что я тебе говорила?! – заорала боярышня. – Ведьмы – зло во плоти! Они пьют силу невинных!

– Зачем?

– Что зачем? – ошарашенно переспросила она.

– Зачем ведьмы пьют силу невинных? – я вновь занялась возвращение волосам божеского вида. Добравшись до намертво спутанного локона, сердито выругалась: – Да чтоб тебя восемь раз через коромысло!

– За такие мерзкие слова тебе следует рот помыть с мылом!

– Ты не ответила на вопрос: зачем? – напомнила я как можно спокойнее, однако в глубине души уже закипало раздражение.

– Затем!

– То есть не знаешь, – я хмыкнула и с облегчением поняла, что с колтуном разобралась.

Призрачная боярышня возмущенно фыркнула и резко отвернулась к окну.

Я же неторопливо заплела красивую косу, сняла измятые за ночь брюки, надела новые. Накинула свежую рубашку. Как только заправила ее в штаны, одежда села по фигуре.

А удобно: раз-два, и все впору.

Достала из шкафа высокие черные ботинки, обулась и начала их шнуровать.

– Почему ты не надела платье?! – гневный окрик привидения резанул по ушам. – Не знаешь, как подобает выглядеть приличной девушке, так слушай, что тебе говорят! Хватит уже вести себя как необразованная простолюдинка!

Да уж, штормит боярышню не по-детски. У нее, конечно, стресс. Но, ей-богу, мне ничуть не лучше. С какого перепуга я должна терпеть ее закидоны?

Выпрямилась в полный рост и веско бросила:

– Заканчивай.

– Что? – с недоумением выдохнула дева.

– Давай расставим точки над i. Мне было двадцать лет, когда я погибла. Все те навыки, которыми стоит обладать приличной, как ты выразилась, девушке, у меня есть. Я знаю этикет, владею четырьмя языками, десять лет серьезно занималась фигурным катанием, неплохо рисую, играю на фортепиано, прекрасно разбираюсь в анатомии, умею зашивать раны, накладывать повязки, ставить капельницы, – глядя на ошарашенную боярышню, усмехнулась. – С самооценкой у меня все в порядке, и ни тебе, ни кому-либо другому я не позволю диктовать мне, как поступать. Решения я всегда принимаю сама. Ну а захочу узнать твое мнение по какому-либо вопросу, то спрошу. Доступно объяснила?

Шокированная дева захлопала ресницами. Она определенно пребывала в ступоре. Может, зря я так с ней? Мир же другой.

Я про себя тяжело вздохнула, но продолжила говорить спокойно:

– Скажи, пожалуйста, какой сейчас год? В какой стране находимся?

– Тысяча девятьсот тридцать девятый. Российская империя, – словно на автомате оттарабанила боярышня. Отмерла и взглянула на меня с вопросом.

– Какие существуют средства передвижения, кроме автомобилей?

Я достала из шкафа осеннюю куртку. А вдруг в библиотеку придется идти по улице?

– Лошади, ослы, самокаты, велосипеды, мотоциклы, аэростаты, самолеты, – послушно перечислила дева.

– Телевидение, мобильные телефоны?

– Телевидение есть. Мобильный телефон – это как? Можно ли его из комнаты в комнату переносить? Зависит от длины шнура. Если короткий, то далеко не унести.

Представив эту картину, я с трудом сдержала улыбку. Идешь такая по улице, по телефону с подругой разговариваешь. Массивный аппарат под мышкой, трубка прижата к уху, а следом за тобой длиннющий шнур тянется. Прикольно.

О, уже без пятнадцати десять. Пора идти.

Но прежде чем звать любящего побегать кролика, решила кое-что прояснить:

– Революции в этой стране ведь не было?

– Нет.

– А кто сейчас император?

– Федор, – тихо ответило привидение. Подлетев ближе, дева опустилась на уровень моего лица и шепотом спросила: – Твоя душа, она?..

– Из будущего альтернативной России, – я грустно развела руками. – Мы с тобой невольно оказались в одной лодке. Давай уже грести в одном направлении. Иначе потонем.

Боярышня совсем по-детски шмыгнула носом.

– Прости, что я себя так веду. Мне страшно. Хочу как-то тебе помочь, но срываюсь. И вот, – она смущенно потупилась.

– Ну раз хочешь помочь, то приступай.

– Я готова! Что делать?

Глава 6

Выслушав мою просьбу, привидение кивнуло.

– Думала, будет что-то посущественнее. А тут просто молчать, когда рядом лишние уши. Легкотня! – обрадовалась дева.

Я усмехнулась и направилась к выходу из комнаты. Просто, если сам того хочешь. А вот когда вынужден это делать – та еще задача. Лично мне игра в молчанку давалась сложно. Так и подмывало что-то ляпнуть.

– Подожди, – остановила боярышня, подлетев ближе. – Почему ты об этом попросила?

– Сегодня мне показалось, что Агриппина тебя видит. Ты ничего не заметила?

– Нет, – девушка нахмурилась. – Не скажу, что эта Агриппина Васильевна мне так уж сильно не нравится. Вроде нормальная. Но такая… – не найдя подходящих слов, дева покрутила рукой.

Какая такая? Странная? Так для меня в этом мире все странное.

– Не хочу выглядеть навязчивой, но, может, все же наденешь платье? Штаны у нас девушки не носят. Это правда, – боярышня смущенно пожала плечами.

– Правда? То есть платья в сочетании с высокими военными ботинками и мужскими куртками – это модно? Если так, то немедленно переоденусь, – я широко улыбнулась.

– Что ты! Это вообще кошмар! – привидение замахало руками. – Забудь мое предложение!

То-то и оно.

Я открыла дверь, дождалась, пока боярышня вылетит из комнаты, вышла следом.

И остолбенела. Я точно не сошла с ума?!

Вчера коридор был узким и прямым как стрела, а первые ответвления появлялись метрах в десяти от моей комнаты. Однако сейчас я стояла на перекрестье пяти путей. Тусклый, непонятно откуда льющийся свет едва освещал каменные стены и пол, веяло холодом и стариной.

Что за наваждение?

– Вот это да! – выдохнуло шокированное привидение.

– Именно так, – пробормотала я.

И чего, спрашивается, сразу кролика не позвала? О чем думала? Явно не о том, о чем стоило бы побеспокоиться в первую очередь. А теперь чешу затылок в растерянности. Все пять коридоров абсолютно одинаковые, отличаются лишь направлением. И никакой не внушает оптимизма.

Как там в сказке на камне написано? Налево пойдешь – коня потеряешь. Направо пойдешь – женатым будешь. Ну а прямо пойдешь – смертушку свою найдешь. Две оставшихся дороги, видимо, сюрприз. И, чует сердце, мне он не понравится.

Пожалуй, лучше вернуться в келью.

Я развернулась на каблуках. И ошеломленно икнула. Двери в мою комнату больше не было. Предо мной красовалось еще пять коридоров.

– Пока ты не начала поворачиваться, дверь была на месте, – испуганно прошептало привидение. – Ой, мамочка…

Мама тут не поможет. Звать надо не ее, а зайца.

Набрав полную грудь воздуха, я крикнула:

– Проводник!

Через миг у ног сидел белый пушистик и смотрел на меня так, будто я его разбудила. В общем – сердито.

Наклонившись, подняла зверька. Совсем как живой: теплый, сердце бьется. Почему Агриппина говорила, что внешность фантома запомнить нельзя?

Присмотрелась к пушистому проводнику. Сейчас он выглядел иначе: не кролик и не заяц, скорее, что-то среднее между ними.

Опять меня не туда заносит. Необходимо срочно решать, чего хочу от кролика. Попросить проводить в келью? А смысл? Все свое ношу с собой, и делать мне там нечего.

Ласково погладила проводника по спинке и искренне сказала:

– Малыш, мне очень нужна твоя помощь. В десять часов у меня назначена важная встреча в библиотеке. Покажешь туда дорогу?

Зверек протяжно, как-то по-человечески вздохнул. Спрыгнув с рук, сел на задние лапы, поводил носом, словно принюхиваясь. А после шустро поскакал в один из проходов.

– Не отставай! – бросила я привидению и торопливо пошла за проводником. А вскоре и побежала.

Но уследить за провожатым не успела. Упрыгав далеко вперед, мелкий пакостник неожиданно сиганул куда-то вправо. Я что было мочи рванула за ним. Влетела в проем, пробежала по инерции еще несколько шагов и замерла в растерянности.

Кролик ждал у подножия широкой мраморной лестницы. Ее ступени заканчивались площадкой с установленной в нише статуей пожилого мужчины. И уже две другие лестницы, по бокам, вели на балконы второго этажа.

Тревога кольнула душу, и я резко обернулась.

Предо мной простирался роскошный холл. Коридор, из которого мы выскочили, пропал.

Да как так-то?! Что за чертовщина творится в этом замке?!

Осмотрелась. Все вокруг буквально кричало о роскоши: стены и высоченные колонны облицованы дорогущим голубым мрамором, белоснежный пол натерт до блеска, с потолка свисают умопомрачительные люстры. А уж окна! Широкие, украшенные поверху затейливым орнаментом, – не чета узким бойницам в моей комнате.

Висящая в метре от меня боярышня выглядела очумевшей.

Вот и у меня аналогичные ощущения.

Вздохнув, я направилась к проводнику. Тот сразу же встал и попрыгал вверх по лестнице. Пришлось опять ускоряться.

Поднявшись на второй этаж, кролик подвел меня к двухстворчатой резной двери. Стукнул по ней задней лапой и исчез.

На автомате пригладив волосы, я толкнула одну из створок. Задержалась, чтобы пропустить привидение, и вошла. Надеюсь, без неприятных сюрпризов обойдется.

В нескольких метрах от входа располагалась полукруглая стойка из красного дерева. За ней сидела светловолосая библиотекарша. Прижимая к уху телефонную трубку, женщина напряженно слушала собеседника.

Ей точно не до меня. Куда идти-то?

Посмотрела направо, затем налево. Две идентичные двери. Наудачу повернула направо. А едва переступила порог, поняла, что угадала: я зашла в читальный зал. Вдоль стен, до потолка уставленных открытыми шкафами с книгами, располагалось множество столов. Но лишь один оказался занят – тем рыжеволосым парнем из душа.

Ни в холле, ни по дороге в библиотеку я никого не встретила. Если это не очередной выверт за́мка, то, скорее всего, студенты на лекциях. Рыжик прогуливает или отпросился? Впрочем, не столь важно. Пришел – и ладушки.

Молодой человек встал, одернул полы форменного темно-синего кителя.

– Рад вас видеть, – он сдержанно поклонился.

Приблизившись к юноше, я села за его стол, заложила ногу за ногу.

– Взаимно, – ответила любезно.

Зря куртку надела. После пробежки неимоверно жарко. И не разденешься: наверняка на рубашке появились следы от пота. Придется терпеть.

Привидение подлетело ближе, зависло в проходе. Скрестив руки на груди, дева угрюмо взирала на юношу.

Молодой человек никак не отреагировал на призрачную боярышню. Он опустился на свой стул и с достоинством сказал:

– Разрешите представиться: дворянин Максим Павлович Рыжов.

Подходящая фамилия. Интересно, в их семье все рыжие? Или только этого парня солнышко полюбило?

– Александра.

– И все? – Рыжов вопросительно приподнял брови. Я промолчала. – Приношу извинения за бестактность, – румянец окрасил светлую кожу симпатичного парня. – Впредь постараюсь не задавать вам неуместных вопросов.

Пфф, таким меня не смутить. Но говорить об этом не стану. Не собираюсь и откровенничать. Пора переходить к теме собрания.

– При нашей первой встрече вы меня удивили своей осведомленностью о ведьмах.

– Я дворянин, и у меня две сестры, – выдал Максим.

Отличный ответ. Только мне он ничего не дает.

– Поделитесь тем, что знаете о метке ведьмы? Мне действительно интересно, – я подбадривающе улыбнулась, скрестив пальцы на удачу.

Рыжов ненадолго задумался и приступил к рассказу:

– Когда появились первые ведьмы, доподлинно не известно. Дар проявлялся исключительно у девушек из знатных родов. Они лечили травами практически любые недуги, могли превратить дурнушку в красавицу, сделать так, чтобы с полей собирали невиданные урожаи, коровы давали много вкусного молока, а куры неслись без перерыва. На первый взгляд, ведьмы приносили исключительно пользу. Но это не так, – на лбу парня пролегла глубокая складка, – Обладательницы этого дара уничтожали посевы, вызвали болезни скота, насылали порчу и проклятья. А еще они запросто убивали словом.

Мурашки побежали по коже. Ведьм, бесспорно, невинными не назовешь. Но вряд ли их невзлюбили лишь за перечисленные Максимом гадости. Уверена, есть другая причина. И догадываюсь какая.

Будто отвечая на мои мысли, студент произнес:

– После каждого использования дара, и неважно, примененного во благо или во зло, ведьма обязательно забирает силу. У простого люда – жизненную, у одаренных – магическую. И это еще не все. До активации дара юная ведьма кажется обычной, не считая метки на правом плече. Но стоит применить дар в первый раз, она начинает заимствовать чужую энергию. Чаще всего в небольших количествах, но обязательно регулярно. А порой человека выпивали досуха.

Внутри все свернулось в тугой узел. Мне что, грозит участь вампира? И пусть придется не кровь сосать, но все равно противно. До омерзения.

– Зафиксированы ли прецеденты, когда девушка с меткой ни разу не использовала дар?

– Это в принципе невозможно, – категорично заявил студент. – Когда велась охота на ведьм, немало женщин погибло в тюрьмах. Обладательниц меток, – Максим запнулся, вновь покраснел, – изучали. До наших дней дошел ряд документов, рассказывающих о том, что любой эмоциональный всплеск способен послужить катализатором дара. И самоконтроль в данном случае не помощник, наоборот – враг. А без активации способностей девушка долго не проживет. Она обречена ими хоть раз, но воспользоваться.

Я мысленно застонала. Не одно, так другое!

Выходит, на территории академии мне предстоит провести бог весть сколько времени, ведь за ее стенами я очень быстро отправлюсь к предкам. Неужели участи аналога вампира-кровососа не избежать, и рано или поздно я начну пить силу тех, кто здесь живет?

В памяти промелькнуло воспоминание. Посчитав про себя до десяти и обратно, я успокоилась, ровным тоном спросила:

– А что насчет еще одной категории ведьм? Я о тех, кто не пьет чужую силу.

– Самостоятельно я не нашел информацию и как-то на лекции улучил момент, задал вопрос ректору. Со слов архимага, в древности жила женщина, у нее была не изумрудная, а серебристая метка. Заемная сила ей не требовалась, своей хватало. По сути, она одновременно являлась и магом, и ведьмой. К сожалению, это все, что я о ней знаю.