Эффект бумеранга
- -
- 100%
- +
– Меня сейчас стошнит, – закрыла рот рукой побледневшая Даша.
– Когда спасенную малышку вернули матери, та отказалась от нее. Говорила, что не может взять то, что принадлежит духам. Улиания выросла в семье Муравьевой. Так вот, после того, как Черной Шаманке вынесли смертный приговор, она вновь попала в родные подземелья. И ученые внедрили ей вирус одичания. Шло время, но с Шаманкой ничего не происходило. Тогда вирус внедрили снова, но никаких результатов не принесло и это. Шаманку исследовали вдоль и поперек, изучили ее мозг, ее ДНК – ничего! И тут до ученых дошло, что перед ними мощное оружие против их многолетней работы. К тому же выяснилось, что при задержании кровь Шаманки попала в кровь Муравьева. И плазма с иммунными клетками не только остановила заражение, но и обратила его вспять. Каким-то образом, произошло то, что мы сейчас пытаемся создать. Ученые не стали разбираться в то время, они устранили Муравьева. И об этом случае у нас сохранилось ничтожно мало информации. А вот Шаманку вирусологи убивать почему-то не стали. Они изучали ее долгое время, экспериментировали. Потом бросили умирать вместе с остальными Дикими Людьми. Именно поэтому Екатерина Федоровна и приходила сюда, когда в 2004 году научный центр законсервировали. Одиннадцать лет она поддерживала жизнь в этих пещерах.
– Н-да, – вздохнул Костик, – прям сказка на ночь.
– А Улиания не помогала Муравьевой? – спросила Василиса.
– Нет. Она ушла от Муравьевых в 16 лет. И строила свою самостоятельную и независимую жизнь. Они совсем не общались, даже когда стали жить на соседних улицах деревни.
– Муравьева знала о торговле с террористами?
– Конечно. Она самая первая мне про это и рассказала, а потом показала ученых на тех самых фото с экспедиции Велесова.
– Она была ценным свидетелем. Вам не кажется, что ее смерть не случайна? – продолжала расспрос Василиса.
– Вы намекаете, что толпа действовала по чьему-то заказу? – задумался Чернышев, выходя вслед за гостями и закрывая за собой решетку Шаманки.
– Ну это уж слишком, – не замедлил возразить Костик.
– Я намекаю, что толпой кто-то управлял в момент нападения, – ответила Василиса.
– И мы уже выяснили, кто это был. Их вина доказана, и они ожидают суда, – раздражался Костик.
– А мне кажется, что настоящего лидера всех этих беспорядков мы упустили. Ты знаком с психологией толпы?
– Изучал в академии, – кивнул парень.
– Когда толпа начинает бить машину тирана-начальника, в ход идут и остальные автомобили, стоящие рядом. Так было и с Уланским. Он подвернулся под руку. Но в первый день погромов сожгли только дом Муравьевой.
– И торговый центр, про него не забывай.
– Вот именно. Зачем? Мы упускаем что-то важное. Сначала руками толпы сожгли дом Муравьевой, потом этими же руками убрали саму Екатерину Федоровну, как только она приехала в деревню.
– Она же выпустила убийцу, – махнул рукой чопик на Дарью.
– Конечно. И это было вполне ожидаемо. Возможно, и Дашку кто-то подставил, чтобы убрать Муравьеву.
– Вполне логичная цепочка доводов, – кивнул мальчик.
Они вышли к вертолету.
– Один вопрос только не клеится: зачем сожгли торговый центр? – не унимался Костик.
– И тут все логично: скрыть улики на видеонаблюдении. Дом сожгли затем, чтобы мы не смогли просмотреть записи камер, так?
Костя и Чернышев кивнули. Дарья рассматривала Долину Дельты.
– И торговый центр сожгли из-за этого же.
– Говорил я Ершову, что это плохая затея – сеть видео наблюдения.
– Так расставить камеры по всей деревне разве не ваша идея?
– Мне не доставляет удовольствия следить за личной жизнью людей, – ответил Илья. – Это все Ершов. По его мнению, вид камер на улице заставит людей вести себя послушно: не крушить остановки, не мусорить, не купаться в фонтанах и так далее и тому подобное.
– А в домах зачем тогда видео?
– Чтобы отвадить воров. Человек знает, что любые его незаконные действия будут наказуемы, поэтому он не станет совершать преступление – вот идея начальника охраны.
Они вновь вошли в холл "Пирамиды". У ресепшена стоял Максим с ноутбуком под мышкой и о чем -то болтал с девушкой за стойкой.
– О! – Дарья дернула за рукав Василису. – Смотри, это тот самый парень, что спас меня из гостиницы.
– Макс?! – удивилась Василиса.
Девочка кивнула. Они прошли через вестибюль, и вышли на площадь «Пирамиды».
– Мне кажется, мы пошли не по тому следу, – продолжила свои мысли Василиса. – Вы знаете, что кто-то отключает видеонаблюдение два раза в неделю на несколько минут?
– Нет. Я этого не знал, – мальчик остановился у лавочки перед парковкой.
– Что-то не так? – с тревогой спросил Костик.
– Да. Этот камень, – Илья подошел к красивым плоским булыжникам, – он стоит не на своем месте.
– В смысле? Его двигали? – подоспела Василиса.
– Перенесли. Он стоял ближе к той урне.
– Надо быть здоровым громилой, чтобы это сделать, – вставила Дарья.
– Камни не настоящие, – мальчик без труда приподнял булыжник, – для декора.
– А ну-ка подождите, – Василиса подняла и поставила камень.
– Да-да, – заволновалась Даша. – Это тот самый булыжник, что стоял у меня за спиной, когда я стреляла.
– Обопрись, – следователь стояла за камнем и придерживала его.
Дарья прислонилась спиной и застыла на несколько секунд, как бы прислушиваясь.
– И как из-за него стреляли? – усомнился Костик. – Он ростом с тебя.
– Там был пень, – вспомнила девушка. – Второй стрелок стал на пенек, сделал четыре точных выстрела и присел, придерживая камень. Именно поэтому остался незамеченным. А когда Дарья вышла на полянку, настоящий убийца спокойно ушел из своего укрытия.
– Нам нужно посмотреть камеры, – всполошился Костик.
– Это невозможно, – спокойно ответил мальчик. – Тут нет видеонаблюдения. Нигде. Я запретил Ершову устанавливать в моем научном центре камеры.
– Опять тупик, – вздохнула Василиса. – Но у нас есть другие камеры. Нужно их отсмотреть.
– Понял, – кивнул Костик.
– И еще, – Василиса при помощи Даши взобралась в машину, – мне нужна систематичность отключения видеонаблюдения: дата, время и период.
– Будет сделано, – козырнул Костик.
– Хорошо. Отвези меня домой, – попросила девушка. – Ты со мной? – обратилась она к Дарье.
Та кивнула. Они поблагодарили господина Чернышева за экскурсию, машина тронулась.
– Подожди, – вдруг вспомнила Василиса. – Значит, – она опустила стекло, – у вас есть вакцина от вируса одичания?
– Нет, – остановился мальчик. – Есть иммунные клетки, но у них столько побочных эффектов. Вы же видели человека, который обладает иммунитетом.
– Черная Шаманка, – кивнула Василиса, – значит, вы не прививаете своих работников?
Мальчик отрицательно покачал головой.
– До свидания, – Василиса подняла стекло. – Поехали.
Когда Костик уехал отсматривать камеры, Дарья принялась готовить ужин. Василиса пыталась ей помогать, но двигаться в корсете было тяжело. В итоге, она села за барную стойку и стала вслух рассуждать:
– Значит, Максим спас тебя из гостиницы и направил ко мне. Он любит Пантеру и делает все, что она прикажет. А Пантелеева уверена, что вершит справедливый суд. Есть над чем подумать.
– Макс работает в «Пирамиде». Он по просьбе Пантеры ночью приносит камень с площади в лес.
– Почему ночью? – удивилась Василиса.
– Не попрет же он среди бела дня огромный булыжник через всю деревню.
– Логично, однако Макс не знал, зачем ей этот камень в лесу, – продолжал рассуждать Василиса, – а когда понял, пытался увести следствие в сторону, поэтому и подсунул мне ту папку с волхвами, богами и прочей мутью, обставив все это дело мистическим свиданием на кладбище. И за планшет Антона Реброва взялся только затем, чтобы мы не нашли там ничего ненужного.
– А где планшет?
– У Костика дома. Мне не дает покоя вопрос: зачем Влад Колпаков зарядил и поставил под дерево ружье? Зачем все четверо гнали тебя к этому месту? И куда делись биты? Смотри, ты выходишь, видишь убитых, затем появляется Пантера. Ты оставляешь ее там и идешь домой. По дороге выбрасываешь ружье. Приходишь домой. В это время Пантера сообщает охране об убийстве. Они собираются и едут к тебе. Через десять минут – максимум, охранники забирают тебя из дома, а на площади уже стоит огромная толпа. Не материализовалась же она из воздуха.
– Ты смотрела фильм Бондарчука «Притяжение»?
– Ну да.
– Там очень хорошо показана техника организации толпы при помощи соцсетей и смс-рассылок.
– И ты думаешь, за десять минут возможно собрать толпу, направить ее в нужное русло? Нет, это подготавливалось заранее. Откуда у человека в первые же секунды была информация об убийстве?
– Если он сам не стрелял.
– Тут действовала хорошо организованная команда. Но какой во всем этом смысл? Я не понимаю. Жертвы сами зарядили ружье и подогнали убийцу к нему. Ты видишь какую-то логику?
– Нет. Мы ведь женщины, у нас нет логики. Надо спросить об этом лучше Костика.
В этот момент к дому подъехала машина чопика.
– Вспомни солнце, вот и луч, – выглянула в окно Даша.
– Я знаю другую поговорку, – вздохнула Василиса, сползая с высокого барного стула.
– Что нарыл? – встретила девочка вопросам.
– Ничего особенного, – Костик кинул на стол пачку фото.
Василиса и Дарья подошли к снимкам.
– Вот это за два дня до убийства, – парень вынул черно-белые кадры. – Два часа ночи, крытый пикап едет от «Пирамиды» до гостиницы. Дальше камер нет. Я пробил номер Форда: принадлежит Дмитрию Ивановичу Фролову.
– Отцу одного из убитых Дениса Фролова?
– Да. Камень не влезет в обычный автомобиль. Так что это единственный вариант. Я показал эти фотки Дмитрию Ивановичу. Он сказал, что никуда не ездил. Машина всегда стоит в гараже. Ее никто не угонял. Во всяком случае, Фролов ничего такого не заметил.
– Странно, – Василиса задумалась.
– Мишин?! – Дарья держала крупный кадр толпы в ночь после убийства.
Чопики оглянулись на Хопрову.
– Какого черта тут делает Марат Мишин?!
Глава 24 Потеря
– Откуда ты его знаешь?
– Он учится в одной школе со мной. Перешел в одиннадцатый класс. Но что он делает в Партизанах?
– Что он делает в толпе, которая сожгла дом твоей бабки? – спросила Василиса, потом задумалась. – В первую нашу встречу ты говорила про девочку, над которой издевалась. Марат знал об этом?
– Он меня и сдал директрисе. Чертов борец за справедливость, – Дарья бросила снимок на стол. – Это из-за него я тут оказалась.
– Расскажи нам эту душераздирающую историю, – Костик шарился по кастрюлям на плите.
Дарья рассказала о своей стычке с Мишиным в столовой, потом в кабинете директора.
– Ну это вообще отстойно, – сделал вывод Костик, поедая из сковородки жареное мясо с картошкой.
– Да уж, хвалиться нечем, – согласилась Дарья, отобрав у парня вилку, накрыла жаровню крышкой. – Не готово еще.
– Значит, Марат Мишин запустил цепочку событий, – сказала Василиса рассудительно.
– Нет, цепочку событий запустила Дашка, когда плюнула однокласснице в тарелку. Фу-у-у, это же мерзко.
– Смотри, как бы я тебе в тарелку не плюнула, – рассердилась Дарья.
– Ребята, когда… «воспитывали» тебя, они упоминали о твоей однокласснице?
– Нет, ни разу.
– То есть о ней они ничего не знали.
– Вроде, нет.
– А где кадры толпы в гостинице? – Василиса ворошила кучу фотографий, раскладывала их по событиям. – Это ночь костров, это гостиница, это стадион. Ищи Мишина на всех трех событиях.
Дарья внимательно просмотрела снимки толпы в гостинице:
– Вот он, – она ткнула в лицо своего знакомого.
– Хорошо. Теперь стадион.
– Вот он, – Даша отдала следующий снимок.
– Рядом Степка и Денис, – сказал Костик, рассматривая фотографию.
– Это те охранники, что погибли? – уточнила Василиса.
– Да. Те самые.
– Подожди, – Дарья внимательно присмотрелась. – Я где-то видела одного из них.
– Запросто, Степка работал в Тайнике.
– Точно-точно. Он меня сопровождал на психологические тесты. Вспомнила.
– А Денис?
– Стоял на КПП.
– Скорее всего, они были в чем-то замешаны или что-то знали. Поэтому их и убрали под шумок.
– Или затеяли шумок только затем, чтобы их убрать.
– Значит, тогда они знали о моем выступлении и подготовились заранее.
– Кто – они? – не понимала Дарья.
– Нужно пробить этого Мишина, кто он такой, чем интересуется, к кому приехал. Но самое главное – его переписка. Установим его связь с зачинщиками погромов, которые нам уже известны, тогда докажем, что он как-то связан с убийством подростков. Что ты о нем можешь сказать? – Василиса посмотрела на Хопрову.
– Директрису достал его радикализм. Она спрашивала, когда он закончит прогулки в ее кабинет, – вспомнила Даша разговор в кабинете директора.
– Завтра с утра ты, – следователь показала на Дарью, – свяжешься со своим чудесным другом и попросишь, чтобы он взломал его соцсети. Я свяжусь с твоей директрисой и расспрошу, почему Марат Мишин попадал к ней в кабинет. Запрошу характеристику. А ты, – теперь она обратилась к парню, – возьмешь все эти снимки допросишь Марата. И хватит лопать! Ты хоть нам что-нибудь оставь.
Костя громко сглотнул и посмотрел на обкусанную палку колбасы. Девушки рассмеялись.
На следующее утро Костик отследил и приволок Мишина в кабинет Василисы.
– Не дергайся! – сказал запыхавшийся чопик. – Иначе я тебе нос сломаю!
– Вы не имеете права, – дурашливо задергал ногами Марат.
– Слушай ты, Галустян недобитый, мне стоит только свистнуть своим, что это ты наших пацанов завалил на стадионе, и теперь тебя толпа порвет на куски, понял?
– Прям все, как я люблю, – усмехнулся Мишин. – Тебе хана, чувак!
– Слушай сюда, опарыш …
В кабинет вошел Ершов.
– Что тут происходит?
– Веду допрос, Станислав Степанович.
– Не вмешивайся, дядь Стас, у нас тут все только начинается.
– Костик, сейчас же с ними с моего племянника наручники.
– Да ладно, так это он к вам приехал? – чопик почесал макушку. – Посмотрите материальчик, что мы собрали на вашего племянника, – Костик сунул в руки начальника фотографии.
– Значит, ты участвовал во всех трех эпизодах погромов? – Ершов рассматривал снимки.
– Он их организовывал, – уверенно ответил Костик. – И мы это докажем, когда вскроем его личику.
– О! Не хочу вас разочаровывать, но вы там ни черта не найдете!
– Конечно, – Костик сжал кулаки. – Но у нас есть программка, которая восстанавливает все удаленные переписки. Вот смотрите, это, – чопик указал на последний снимок, – Степка и Денис стоят рядом с ним. Их забили до смерти, а на вашем родственнике ни царапинки!
– Я выпишу ордер на домашний арест, – сказал хмуро Ершов. – А вы пока найдите мне улики, настоящие…
– Идет, – согласился Костик.
– А как же планшет, дядь Стас?! Планшет ни в коем случае не должен попасть к Чернышеву! – закричал Марат, когда его уводили из кабинета.
– О чем это он? – спросил озадаченно Ершов.
– Понятия не имею, – ответил Костик.
После того, как начальник вышел, чопик сел за стол Василисы, набросал что-то на бумаге, подумал и направился под Купол к видеонаблюдению. Там он провел время до обеда.
В этот момент Василиса и Дарья выполняли свои задачи. Василиса пообщалась с директором школы, получила характеристику от классного руководителя Марата. Дарья созвонилась со своим чудесным знакомым, но тот ответил, что помочь ничем не может, так как сервер защищен сквозным шифрованием, которое переписывает пароли каждые двадцать секунд.
– Взломать эту сеть можно только изнутри, – закончила Дарья «докладывать» Василисе.
– Только изнутри, – задумавшись, повторила девушка. – Ну, конечно. Макса не отпускали ФСБшники. Он работает них по-прежнему.
– Ты о чем? – не поняла девочка.
– Когда мы встретились с Максом у кладбища, он рассказал мне, как попал в деревню. Он был на крючке у ФСБ за одну хакерскую атаку. Сотрудники госбезопасности привлекли Макса для того, чтобы он хакнул сеть одной деревеньки на севере Урала.
– Партизаны?
– Да. Но Макс не смог этого сделать, потому что коды безопасности переписывались каждые двадцать секунд. Тогда ФСБ его отпустили. И через несколько минут за первым же поворотом Марата поджидали люди Чернышева. Они привезли его сюда, сменили ему имя и фамилию.
– Ты думаешь, что ФСБшники его тут нашли.
– Они его и не теряли. Знали, что Чернышев обязательно придет на помощь талантливому подростку. А еще они знали, что систему можно взломать только изнутри.
– И как они заставили Макса работать на них, ведь в деревне они не могли его застать?
– Все просто. Они угрожали его семье.
– Значит, ниточка есть, и ее нужно искать в ФСБ, – Дарья настрочила сообщение своему другу.
– Ты думаешь, твой волшебник из разведки ее найдет? – усомнилась Василиса.
– Думаю, да, если знать, где искать. К тому же, подтвердится наша версия про Макса.
– Ладно, подождем, – согласилась Василиса.
Некоторое время обе молчали. Тишину нарушил звонок Костика с новостью, что Марат Мишин племянник Ершова. Начальник охраны посадил своего родственника под домашний арест и теперь требует на него улики.
– А еще Мишин кричал Ершову, что планшет ни в коем случае не должен попасть к Чернышеву. Так что я сейчас заеду домой за планшетом и через полчаса буду у вас. Я такое нарыл, что А-ЯР 123 покажется просто птенчиком.
– О господи! – сердце Василисы упало. – Ты серьезно?!
– Абсолютно, приеду – расскажу.
– Ждем.
– Что там? – с тревогой спросила Дарья.
– Не знаю, но мне не нравится возбуждение Костика.
Опять воцарилось молчание полное тревоги.
– О чем думаешь? – спросила Дарья.
– Марат и Максим связаны. Ты говоришь, Макс спас тебя в гостинице, так?
Дарья кивнула.
– Как Максим оказался в твоем номере в самый нужный момент?
– Максим знал, что толпа обезбашенных идет к гостинице, – предположила Дарья. – А в каком номере я нахожусь, узнал от Пантеры. Она ведь подрабатывает в отеле.
– От кого Максим узнал, что толпа соберется в гостинице?
– Получается, от Марата.
– А что если они работали вместе? Макс как крутой айтишник, Марат как организатор?
– Вполне возможно.
– И от своего дядечки Марат знал о моем выступлении на собрании. Поэтому, пока я писала свое обращение, ребятки спланировали атаку, в ходе которой и убрали все лишние хвосты. Только одно не могу понять: в чем смысл всей этой крысиной возни? – Василиса задумчиво постучала костяшками пальцев по столу.
– Когда Макс вел меня из гостиницы, он говорил о том, что у Чернышева есть тайная организация, которая отключает видеонаблюдение на несколько минут. Еще он говорил, что Институт головного мозга уходит на несколько этажей вниз и что в подземелье держат людей. Он про все это знал, откуда?
– Он просто травил нас байками, чтобы мы не вышли на его любимую Пантеру. Про отключение камер Пелагея ненароком проболталась у меня на допросе.
– Да, байками. Но кто-то же их распространяет. Кто-то же знает правду. Зачем Чернышев так запросто нам все это показал?
– Потому что я его об этом попросила, – резко ответила Василиса. – А еще Макс сказал тебе, что ты не виновна. Откуда он про это знал? – она поднялась со своего кресла и подошла к окну. – Что-то страшное творится у нас под носом, – девушка отодвинул штору, – я это чувствую.
Василиса смотрела на пышную зелень за окном и кладбищенское безмолвие.
– А кто был третьим?
– Что?
– Кто был третьим погибшим в стычке на стадионе? Один работал в Тайнике, второй был с КПП, а кто третий-то?
Василиса задумалась.
– Крот в охране, который отключал камеры.
– Значит, он стал им не нужен, если они от него избавились. Значит, и видеонаблюдение теперь им стало не нужно.
– Получается, что так, – Василиса отошла от окна и опять опустилась в кресло. – Тебе не кажется, что вырисовывается схема? – девушку, как молния, вдруг поразила страшная догадка. – Костик сказал, что нарыл что-то такое, от чего А-ЯР 123 покажется нам просто птенчиком… смотри, камеры отключает крот, в этот момент на КПП стоит тоже свой человек. Они что-то провозили и устанавливали… – последние слова Василисы заглушил мощный хлопок.
Она видела, как лопнули и посыпались стекла от ударной волны. Дашку опрокинуло вместе со стулом к дверям. Девушка крутила головой, теребила уши, чтобы вернуть себе слух. Вскоре мир пронзительных сирен обрушился на нее, вой шел отовсюду. Машины экстренной помощи заполнили улицы деревни Партизаны.
– Что это? Война? – Дарья поднималась по стеночке.
– Взрыв. Они что-то взорвали. Идем, нужно найти Костика.
Обе, шатаясь, вышли из дома, забрались в машину. Вскоре их автомобиль двигался в потоке с машинами скорой помощи, пожарными и службой охраны.
– Ну, после такого сюда точно набегут федералы и военные, – сказала Дарья.
– Твоя правда, – согласилась Василиса.
Они подъехали к подножию горы.
– Что взорвалось-то? – Дарья осматривала ленты оцепления и людей в спецовках.
– Купол, – сказала женщина, стоящая рядом.
– Избавились от улик.
– Костик?! – Дарья посмотрела на Василису.
Следователь кивнула, нырнула под ленту оцепления. Она тронула за плечо Ершова.
– Станислав Степанович!
Начальник резко обернулся, метнул безумный взгляд.
– Ты какого черта тут делаешь?! – заорал Ершов. – Тоже хочешь сдохнуть?! Первого раза тебе не хватило?!
– Где Костик?
– Думают, если взорвали камеры вместе с моими ребятами, я испугался?! Да здравствует анархия!? Хрен вам!!! – непонятно кому кричал Ершов. – Навести порядок на улицах! Ввести комендантский час! В случае сопротивления стрелять на поражение!
Притихшие подчиненные ошарашенно смотрели на обезумевшего начальника, к которому уже спешил господин Чернышев.
– Станислав Степанович, поговорим, – мальчик взял его за локоть отвел в сторону, начал что-то ему доказывать.
– Пойдем, – Василиса подошла к Дарье. – Тут его нет.
– Подожди, – Хопрова подошла к девушке, сидящей у развалин. – Пантера, – она тронула ее за руку, осматривая окровавленную одежду Пантелеевой, – что там у тебя? – Дарья глядела на юбку, в подол которой было что-то завернуто.
– Это Максим, – улыбнулась наивно Пелагея и вынула человеческую руку, оторванную по локоть.
– О господи, – Василиса закрыла лицо руками.
– С чего ты взяла, что это Максим? – Дарья присела рядом.
– Он подарил мне такое же кольцо, – Пантера с любовью потрогала на мертвой руке красивое серебряное кольцо и показала на свой палец, жутко улыбнулась. – Вот видишь, это Максим, – Пелагея вдруг сняла кольцо с пальца и отдала его Дарье, – Ему оно больше не нужно, – она стала тереться своей щекой о мертвую ладонь.
– Пойдем, – Василиса теребила Дарью за рукав. – Пойдем, пойдем.
Они примчались к дому Костика. Дверь была приоткрыта.
– Ничем хорошим это никогда не заканчивается, – прошептала Дарья, следуя за Василисой.
– Костя, – громко позвала девушка, оглядывая разгромленную гостиную.
– Что там? – выглядывала из-за плеча Дарья.
– Погром, – почему-то шепотом ответила Василиса и прошла в столовую. Из-за барной стойки виднелся мужской ботинок. Василиса сделала глубокий вдох и шагнула за стойку. Закрыла глаза, закусила губу и наклонила голову.
– Что там? Что? – с ужасом спрашивала Дарья, держась за притолоку.
– Иди, посмотри, – ответила тихо Василиса, шатаясь, прошла мимо девочки.
– Нет! Нет! Я не хочу! – Дарья, глотая слезы, осела на порог столовой.
Василиса вышла на крыльцо. Села на ступеньки. Судорожно выдохнула и набрала Ершова.
– Станислав Степанович, пришлите наряд на адрес Костика, тут его труп, – просто сказала она в в трубку и сразу отключилась.
Ершов ошарашенно посмотрел на свой телефон.
– Капитан, – подозвал он рыжебородого, – возьми Серегу и ребят.
– Кто? – глухо спросил Семен.
– Костик, – хмуро ответил Ершов.
Капитан медленно кивнул, отшатнулся в сторону и пошел прочь.
Глава 25 Связь
При взрыве погибли только два человека: Максим, который приехал под Купол по вызову Костика, и девушка, что стояла на ресепшене в холле «Пирамиды». Ударная волна разрушила стеклянный потолок и огромная люстра рухнула прямо на бедняжку. Остальные египтяне, которые находились в этот момент в холле, получили лишь небольшие порезы.
На следующий день опустошенная Василиса сидела на балконе в плетеном кресле, молча глядела на кладбищенские кресты. Рядом дымилась, остывая, чашка мятного чая и в режиме сна еле слышно гудел ноутбук. Где-то лаяли собаки, кричали петухи. Вся деревня сидела по домам за плотно закрытыми воротами и рольставнями. По улицам патрулировали черные джипы с решетками на окнах и золотыми буквами ЧОП на дверцах. Вдалеке раздавались одиночные редкие выстрелы: несколько групп спецназа стояла у стен деревни Партизаны. Служба охраны держала КПП. На штурм силовики не шли из-за большого количества журналистов, многие из которых уже перебрались за стены деревни по прямому приказу господина Чернышева.