Тобол

Лошади паслись в степи у озера и на полянах в предгорьях, но пить ходили к ближайшей речушке, стекающей с гор, так как эта часть озера была соленой. В лощинах было немало травы, особенно рядом с густыми зарослями ежевики. На полянах встречаются кусты шиповника, жимолости татарской и гребенщика. Весной лошади едят траву только на открытых местах, на полянах, но к осени, когда основная часть травы выгорает, им приходится выщипывать траву из-под кустов, собирая остатки прежней весенней «роскоши». Собаке приходится уходить с табуном все дальше от загона вместе с лошадьми, занятыми поиском пищи.

Люди часто приезжают к берегам озера отдохнуть и полечиться в местных целебных грязях, но лошади и собаки обходят грязь стороной. Они предпочитают ходить там, где земля тверже и не скользит. Местные красоты привычны для животных и даже для местных жителей. Им кажутся странными восторженные возгласы приезжающих туристов, ведь здесь был и есть их дом, и он не меняется с годами. Но красота окружающего мира заставляет ощутить умиротворение человека, чьей душе не чуждо понимание прекрасного.

Озеро Ала-Коль прекрасно в любое время года, хотя растительности на его берегах не много. С северо-востока к берегу прилегает песчаная пустошь Бармаккум, рядом с которой расположены пастбища для скота. Часть озера, где реки впадают в него, вода в озере пресна на вкус, но на противоположной стороне от устьев рек, впадающих в него, вода озера Ала-Коль довольно солона.

Неброская красота здешних мест завораживает тишиной и невысказанностью. Огромные белые пятна солончаков без единого темного камня или веточки растений, синева неба и голубизна озера создает ощущение сказочной нереальности. В стороне от солончаков растительность вновь покрывает степь и дает пищу животным. Ума побывала почти на всех берегах большого озера, когда ее хозяин ездил закупать жеребят для своего табуна.

Лишь однажды ранней осенью Ума была удивлена, когда хозяин поехал с рыбаками на лодке и взял ее с собой. Причина, по которой Уму оторвали от ее работы, была проста – у одного из рыбаков был хороший, породистый кобель и хозяин Умы решил получить от собаки потомство. Но заодно друг – рыбак решил свозить товарища на лодочную прогулку на Птичий остров.

На Птичьем острове Ума растерялась от огромного количества птиц. Лодка пристала к берегу в том месте, где стая фламинго отдыхала во время полдневной жары, готовясь к отлету в теплые страны. Птицы подпустили лодку на удивление близко, и как только дно лодки прикоснулось к песчано-илистому дну озера, вся стая испугано взлетела. Даже отважная Ума прижалась к дну лодки от резкого шума крыльев удивительных розовых птиц с загнутыми клювами. Но не только фламинго проживают на острове. Люди и собака увидели здесь много разных птиц. На острове обитают до сорока видов птиц, и в эту пору многие из них собрались в стаи, готовясь к перелету. Ума и раньше видела многих из птиц, но на острове их было значительно больше, чем на прибрежных пастбищах. Остров напугал собаку своей необычной шумной возней. Путешествие ей не понравилось, и только в конечном пункте ее пути Ума получила удовольствие от общения с отцом ее будущих четырех щенков, которые появились ближе к зиме.

Ума и другие пастушьи собаки не часто видели мясо или кости от хозяев, они предпочитали не ожидать милости от людей, а охотиться самостоятельно. Благо, что в заповеднике нет недостатка в живности. В прибрежных зарослях встречаются кабаны, сибирские косули, ондатра, водяная полевка, водяная кутора, заяц-толай, гребенщиковая песчанка, суслики, тушканчики и множество других животных. Ума никогда не приносила добычу домой. Она охотилась в то время, когда табун отдыхал или спокойно пасся. Убедившись, что хозяйское добро в сохранности, Ума заботилась о собственном пропитании, съедая добычу невдалеке от пасущегося табуна. Или на рассвете, пока лошади спали в загоне. Иногда судьба баловала ее отбившимся от семейства слабым диким поросенком, но это было не часто, потому что поросята были слишком быстрой и громкой добычей, а у их папаш всегда припасены острые как нож клыки, способные разодрать не одну собаку. Стоило испугать поросенка, и сразу его громкий визг напоминал о необходимости уносить ноги как можно скорее, пока не пришли его мамаша или папаша, поэтому Ума нередко отдавала предпочтение тушканчикам, хоть и маленьким, но не опасным. И если тушканчиков или мышей поймать несколько штук – можно дождаться вечера и поймать кого-то покрупнее, ондатру или зайца.

Нередко собака выпрашивала еду у туристов, отдыхающих на берегу озера или крала еду у тех, кто не положил пищу повыше или не укрыл чем-нибудь от любителей чужого добра. Не только Ума, но и все собаки этого края любили поживиться за счет туристов, разбивающих палатки на берегу озера. Собаки бродили между палатками ранним утром, пока отдыхающие спали, и вынюхивали «вкусности». Просыпаясь утром, многие незадачливые туристы обнаруживали, что остались без своих мясных припасов, а собак уже давно не было видно в округе – они несли свою непростую службу у стад и табунов. И лишь изредка Ума могла честно попросить лакомство, если табун днем проходил недалеко от палаток. Но даже тем, кто только что угощал собаку, не разрешалось подходить к лошадям. Если кто-то нарушал запрет и пытался подойти к табуну слишком близко, из доброжелательной большой собаки, Ума мгновенно превращалась в серьезного зверя с большими клыками.

Примечания