- -
- 100%
- +
– Нет, просто играю. Мама сейчас придет. Пошла за супом для тебя.
– Что бы я без вас делала? – искренне спрашиваю я и усаживаюсь на диван.
– Как твоя нога? Очень болит?
– Почти и не болит. Твоя мама настоящая волшебница.
– У тебя тоже есть дочка?
Поджав губы, киваю.
– Расскажи о ней.
– Ее зовут Аманда. Ей шесть лет.
Дочь Мелиссы пересаживается ко мне.
– Такая маленькая?
– Да, совсем крошка, – с улыбкой отвечаю я. – У нее каштановые вьющиеся волосы и светлые глаза.
– Не разные, как у тебя?
– Не совсем. Лишь небольшое карее пятнышко на голубых глазах.
– Она любит играть?
– Конечно. Любит мягкие игрушки, особенно своего плюшевого кота. Ее папа привез ей игрушку из командировки, когда она была еще младенцем, и с тех пор она с ним не расстается.
– Ты скучаешь по ней?
Я тяжело сглатываю и едва нахожу силы, чтобы ответить.
– Просто невероятно сильно скучаю.
– А она приедет сюда?
– Не знаю, Мария. Скорее, я отправлюсь к ней.
Лицо девочки окрашивается удивлением.
– Ты уедешь? Бросишь нас?
– Не брошу, что ты. Но мы должны быть вместе, понимаешь? Как ты и твоя мама.
Мария задумывается. Затем уверенно кивает головой.
– Да. Я бы хотела, чтобы мама приехала за мной, несмотря ни на что.
– Как спалось? – над нами раздается голос Мелиссы.
Я вздрагиваю.
– Бог мой, Мел. Как же ты меня напугала. Мария, ты что, взялась тренировать маму? – щекочу девочку, на что она громко смеется. – Иди поиграй. – Затем обращаюсь к подруге, – долго я спала?
Глянув на время, Мел отвечает:
– Почти пятнадцать часов.
– Ого. Серьезно? Ты поставила мне укол…
– Легкое снотворное. Тебе нужно было хорошенько отдохнуть и расслабиться. Как себя чувствуешь?
– Будто заново родилась. Но в этот раз калекой. Вода появилась?
– Сразу, как ты поставила трубу на место. Ты снова наш герой.
Скромно улыбаюсь.
– Рада, что смогла помочь. Надолго это? – показываю на ногу.
– Нужен абсолютный покой. Недели три, не меньше.
– Ты шутишь, да?
Она качает головой.
– Никаких шуток. Я не могу сделать рентген, поэтому не знаю точно, в каком состоянии сустав. Тебе нужно беречь ногу, иначе останешься хромой.
– Мне завтра в город.
– Несколько раз справятся без тебя.
– Мел, сделай что-нибудь.
– Могу только отмотать время назад, чтобы ты не упала в шахту.
– Мелисса, – от досады начинаю покусывать щеку изнутри.
– Послушай меня, Грейс, – док наклоняется и грозно шепчет, – перестань изображать Рэмбо. Здесь есть мужики, которые в состоянии съездить в город без тебя. А ты должна думать о дочери. С такой травмой не уйти даже от безногого мертвеца. Ты подвергнешь опасности не только себя, но и остальных. Ты хотела бы, чтобы кто-то из-за своего эгоизма подвел твоего мужа?
Ее голос звенит от напряжения и жесткости, несмотря на шепот, синие глаза искрятся ледяными искрами. Стискиваю зубы и чувствую, как слезы рвутся наружу. Шепчу в ответ, умоляя ее, хотя понимаю, что она права и от нее действительно ничего не зависит.
– Я с ума сойду просто сидеть и ничего не делать.
– Отличный стимул поскорее поправиться.
Вяло сползаю по спинке дивана.
– Ты права. Конечно, ты права, Мел, – бесцветным голосом произношу я.
– Позову кого-нибудь, чтобы отнесли тебя в комнату.
– Ладно.
В эту же секунду входит Ник, виновато потупив взгляд.
– Привет, напарник, как ты?
– А вот и подмога. Отнеси Грейс в комнату, ей нужно отдохнуть.
Кивнув, пехотинец берет меня на руки. Он старше меня на пять лет, высокий, каштановые волосы отливают медью, а темные глаза без конца оценивают обстановку. Ник всегда собран, готов к любому повороту событий.
Пока идем по коридору, пытаюсь возражать.
– Можешь меня поставить, я дойду сама. Просто не хотела спорить с Мел.
– Не обсуждается.
– Мел запретила мне ездить в город.
– И правильно. Пока тебя не будет, Картер назначил командиром меня.
– Отличное решение. Я считаю, что ты и должен возглавлять команду. Не понимаю, почему он меня выбрал.
– Потому что я ушел из армии не просто так. А тебе нужно чем-то заниматься. Картер свое дело знает, хоть и старается казаться иногда идиотом.
– Вот и пришли, – вздыхаю я.
– Грейс, прости, что не удержал. Ты доверилась мне, а я тебя подвел.
Отмахиваюсь и выдавливаю улыбку.
– Брось, это не твоя вина. Я жива, и это главное. А нога быстро заживет.
– Выздоравливай скорее, напарник. Иначе кто будет прикрывать мою спину?
– Непременно. Ты и не заметишь моего отсутствия. И да, Ник, – окликаю его у порога, – постарайся найти кофе.
Он широко улыбается.
– Есть, мэм.
Следующие две недели не нахожу себе места. Стараюсь помогать на кухне, на сортировке припасов, в медпункте. У Мел нашелся толстый медицинский справочник, в котором описаны специальные упражнения. Стараюсь их делать, чтобы скорее встать на ноги.
Ночами подолгу не сплю, думаю о Брюсе и Аманде. В слабом освещении ночника рассматриваю фото в медальоне. Муж держит дочь на руках, они улыбаются друг другу. Больше всего на свете хочу обнять их. Как только узнаю, что с ними все в порядке, все встанет на свои места.
Картер говорит, что именно поэтому и не хотел обзаводиться семьей. Одному спасаться легче, да и погибать не так страшно, когда знаешь, что никто не нуждается в твоей защите или в твоей жизни. Конечно, он лукавит. Картер очень помогал мне, когда все это только началось. Он переживает за брата почти так же сильно, как и я.
В одну из ночей засыпаю на удивление быстро, и мне снится моя семья.
***
Вспышка.
За первый год супружеской жизни нам с Брюсом удалось побыть рядом всего пару месяцев. Каким-то чудом ему удалось вырваться на несколько дней, самому оплатить самолет и приехать на нашу первую годовщину.
– Грейси, я дома! – прокричал он, ворвавшись в наш небольшой дом.
Когда я сбегала по лестнице, то была уверена, что его глубокий голос мне почудился. Отпуск был не так давно, и дома муж должен был оказаться не раньше, чем через шестнадцать недель.
– Брюс!
Я скакала вокруг него, как дитя, то и дело взвизгивая от радости.
Запрыгнула к нему на руки, обхватив ногами крепкий торс, он бросил дорожную сумку и букет цветов на пол, чтобы удержать меня в объятиях. Сжав ладонями лицо любимого человека, я зацеловала улыбающиеся щеки, ровный нос, широкий лоб с хмурой морщинкой, волевой подбородок. Заглянув в голубые глаза, снова почувствовала, что лечу к небесам.
– Почему ты не сообщил, что приедешь?
– Хотел сделать сюрприз. Сегодня наша первая годовщина. Мы не должны отмечать ее порознь.
От счастья я расплакалась. Он тепло улыбнулся.
– Грейс, моя глупышка. Ты опять плачешь?
– Ты превратил меня в сентиментальную нюню.
Брюс запрокинул голову и чарующе рассмеялся. Провел рукой по моим длинным светлым волосам.
– Как же я скучал. – Он сглотнул, пытаясь протолкнуть ком, застрявший в горле.
Мы набрали ванну, и я смывала с мужа напряжение его работы и нелегкого пути до дома. Мочалкой стирала тревожные мысли, вездесущую песчаную пыль и всю жестокость Ближнего Востока. Взамен наполняла силой нашего совместного дома, полного любви и поддержки. Брюс молчал, наслаждаясь уютом и моими прикосновениями. Мы боялись говорить, зная, что невольно проскочит то, что пытаемся игнорировать – через два дня он снова уедет.
Поздно вечером я зашла в гостиную, держа поднос с закусками. Брюс сидел на полу перед камином в одних домашних штанах и орудовал кочергой.
– Нужно было сходить в магазин, без тебя я питаюсь подножным кормом. Это все, что нашла.
На тарелке лежали ломтики сыра, нежирного мяса, злаковые батончики и его любимая салями.
Он улыбнулся.
– Лучший праздничный ужин, который только можно вообразить.
Я легонько укусила его за плечо и села рядом.
– Не подначивай.
– Серьезно. Еще вчера я был у черта на куличиках среди враждебно настроенных аборигенов, а сегодня вижу тебя в свете камина.
Прижавшись к нему, я вдохнула с его кожи пряное тепло, что так невообразимо сочеталось со свежей прохладой.
– Как мне не хватает твоего запаха… – сдавленно произнесла я.
Брюс продолжительно поцеловал меня в макушку и крепче стиснул в объятиях.
– На днях я шел по базару, по ряду с пряностями и вдруг замер у одного лотка. Мне показалось, что я услышал твое присутствие.
– Как это? Пахло конфетами? – хихикнула я.
– Это была горячая карамель с солью.
Волна любви пробежала от самой моей поясницы до кончиков волос, оставшись дрожью в пальцах.
– Никогда ничего не покупал у торговцев. Но тут не смог удержаться. Ел эту карамель, и меня не отпускали мысли о тебе. Вечером первым делом направился к командиру и вымолил у него отпустить меня на несколько дней.
Я поцеловала его с такой нежностью, словно копила ее всю жизнь именно для этого поцелуя. Лишь для этого мужчины.
– Значит, я пахну, как соленая карамель.
– Думаешь, это глупо?
Я с серьезной миной отрицательно помотала головой. Он смотрел на меня, как завороженный.
– В этом вся ты. Вот я наслаждаюсь твоей сладостью, теплом, но вдруг на язык попадает крупица соли, и мой мир переворачивается. Я люблю тебя до безумия.
Он пропустил прядь моих волос между пальцами и поднес к носу. Затем прижал ко лбу.
– Знаешь, – сбивчиво начал он. – До тебя война была легче. Меня не тянуло домой. Меня ничто не пугало. Сейчас каждый час там тянется, как неделя. Минута без тебя превращается в смертельную вечность, которую я боюсь не пережить.
По моей щеке сбежала слеза.
– Но то, что ты моя жена, сильнее всего этого. То, что ты ждешь меня здесь, в нашем доме – лучший стимул вернуться целым и невредимым.
Он поднял глаза. На светло-голубой радужке плясали блики очага. В его глазах блестели слезы.
– Я счастлив быть твоим. Я счастлив быть с тобой. Я счастлив, что впервые в жизни могу быть собой. Могу не скрывать свои чувства и мысли, зная, что ты поймешь меня целиком, что ты не осудишь ни мой страх, ни мою слабость.
– Никогда, – я коснулась губами уголка его губ.
– Я привез тебе подарок.
Он достал из кармана тяжелый серебряный кулон в форме солдатского жетона на длинной цепочке.
– Открой.
Я с удивлением обнаружила сбоку крошечную щелочку, просунув ноготь, открыла. Внутри были часы, а на тонкой крышке – место для фотографии. Брюс улыбался мне с изображения.
–У меня точно такой же, но с твоим фото, – он достал парное украшение. – Хочу, чтобы мы всегда были рядом.
Я крепко обняла его, чувствуя себя чертовой счастливицей. Я сорвала зеро, джек-пот и что там еще только можно сорвать в казино. Я выиграла эту жизнь, выйдя за Брюса.
– У меня тоже есть подарок. Только я волнуюсь. Мы это не обсуждали. Не знаю, как ты отреагируешь.
– Грейси, я буду рад, что бы это ни было.
Я глубоко вдохнула и прикрыла глаза. Задержала дыхание, затем резко вытолкнула воздух из легких.
– Я сейчас.
Ушла в ванную, вернулась через пару минут, сжимая подарок в кулаке. Устроившись в объятиях любимого, прошептала.
– Я редко говорю это. Но ты знаешь, что я люблю тебя всей душой.
– Знаю, родная.
Я протянула разжатую ладонь и показала положительный тест на беременность.
– Ты станешь папой. Скоро мы будем ждать тебя вдвоем.
Не понадобилось никаких слов, чтобы передать, как он счастлив. Все было написано на его лице, в глазах цвета святой веры. Целуя мой живот, он тихонько заплакал.
– Хочу девочку с такими же глазами, как у тебя.
Мамочка, проснись.
Вспышка.
Глава 3
– Аманда, постой, не уходи.
Вздрагиваю от звука собственного голоса и просыпаюсь. Часы показывают четыре утра, можно поспать еще немного.
Закрываю глаза, но тут же открываю и сажусь, прислушиваясь. Вокруг тихо, но эта тишина какая-то напряженная. В воздухе почти осязаемо висит тревога, и она словно готова вот-вот взорваться и залить все кровью.
Трясу головой, отгоняя дурные мысли. Решаю все же пройтись, чтобы убедиться, что все в порядке. Натягиваю футболку Брюса, штаны, шнурую ботинки, морщась, когда почти зажившая нога встает не так, как нужно.
Иду по корпусу, стараясь переносить вес на здоровую ногу, но при этом не хромать.
В общем зале довольно много людей. Но ни одного военного.
– Извините, – обращаюсь к женщине средних лет, одной из поваров. – Что-то случилось? Где солдаты?
– Мы не знаем, Грейс. После часу ночи прибежал часовой, и они все сорвались в командный пункт.
Сердце начинает сильно стучать.
– Спасибо.
Ускоряю шаг, стараясь не думать о том, что, возможно, знаю, в чем дело. Ворвавшись к Картеру, застаю там всех ребят, склонившихся над картой города.
– В чем дело?
– Грейс, вернись к себе.
– Черта с два. Что случилось?
– Уйди, пока я тебя не вытолкал, – рычит Картер.
– Только попробуй. Я должна знать.
– Картер, она наш человек, расскажи ей.
Командир сверлит меня взглядом.
– Ник и группа не вернулись из города.
Чтобы не упасть, мне приходится вцепиться пальцами в столешницу.
– Когда они уехали?
– Вчера в девять утра, как обычно. Ты знаешь, если группа не возвращается до полуночи, это плохой знак.
– Нужно идти за ними.
– Спасибо, как же мы без тебя не догадались. Как раз обсуждаем план.
– Я пойду.
– Грейс… – начинает Картер, но я не даю ему продолжить.
– Я уйду с твоего разрешения или без, ясно? Я знаю город, знаю Ника и маршруты группы. Кого бы ты ни отправил, я иду с ними.
Картер молчит и смотрит на ребят. Возражений нет, но он все равно сомневается.
– Набирай группу.
Осматриваю комнату.
– Ричард, Спенсер и Люк. Собирайтесь. Возьмите стволы, на всякий случай. Я тоже кое-что прихвачу. Через пятнадцать минут встречаемся на блокпосте.
Все расходятся. Картер придерживает меня за руку.
– Если с тобой что-нибудь случится, как я буду смотреть в глаза брату?
– Я вернусь. Мы вернемся все вместе.
В назначенное время группа спускается вниз, к еще одной припрятанной машине. Эта не такая надежная, но вариантов немного. Объясняю водителю, куда ехать.
Час дороги до города тянется очень долго. Мы вглядываемся в предрассветные сумерки, вдруг наши попали в аварию.
На месте, где мы обычно паркуемся во время вылазок, «хаммера» нет. На двух других возможных точках – тоже. Я недоуменно качаю головой.
– Как такое возможно?
– Может, они сбежали? – с заднего сиденья подает голос Спенсер.
Меня буквально подкидывает от этих слов.
– Соображаешь, что несешь?
– Вдруг они нашли жирное место, хорошенько затарились там и рванули в свободное плавание.
– Бред. Ребята не бросили бы базу. Даже если они хотели бы уйти, то их никто не держит насильно.
– Да, только «хаммер» и винтовки им тоже никто не подарил бы.
– Лучше заткнись, пока я не переехала тебя машиной.
– Я просто делаю предположения.
– А если серьезно, – в разговор вклинивается Люк, – вдруг кто-то из них решил не делиться? Пришил остальных и все.
– Никто из них не способен на такое.
– Как насчет Троя?
– Трой? Он сосунок. Против троих военных у него не было бы шансов.
– Откуда нам знать. Может, он ловко прикидывался все время? С чего бы он так рвался на работу в город?
– Нет. Никто из них, даже Трой, не мог предать своих людей.
– Знаешь, Грейс. Прими дружеский совет, – с нежностью аллигатора протягивает Спенсер, – никогда не стремись отвечать за действия других людей. Но будь всегда готова ответить за свои.
– В таком случае прислушайся к этому совету сам. И не примеряй на других свою гнилую натуру.
– Ричард, а ты что думаешь? – Люк обращается к водителю, который все это время никак не реагировал на наш спор, спокойно управляя транспортом.
– Думаю, что гнать на своих – последнее дело. Вряд ли кто-то из них просто крыса, решившая сбежать с корабля. Но кое-что меня беспокоит. Они действительно могли попасть в ловушку.
– И в чью же? – ехидно спрашивает Спенс. Я взяла его из-за того, что он профи, но у меня совершенно вылетело из головы то, что он болтливая скотина. И сам при первой же возможности запросто продаст нас всех.
Следующий мой вдох приносит догадку и ледяной ужас.
– Мейсон? Думаешь, он вернулся?
– Черт его знает. Не будем исключать эту вероятность.
Повисает напряженное молчание. Четыре месяца назад мы столкнулись с Мейсоном и его бандой. Законченные отморозки. Пользуются мертвецами как оружием, как прикрытием, а живыми – как наживкой. Их интересуют «блага». Они одними из первых обчистили оружейные магазины и даже оружейный сейф в офисе шерифа. Они не раз вылавливали наших людей, чтобы выведать местоположение базы, но остались с носом. Однажды мы столкнулись с ними в жуткой перестрелке, это было очень похоже на войну. Вдобавок к свистящим пулям и разрывам гранат на шум сползались полчища зомби. Одним лишь чудом нам удалось не просто выстоять, но и прогнать шайку головорезов из города. Ричард прав – нельзя надеяться, что они ушли так просто и не могут вернуться в любой момент.
– Грейс, что дальше? Мы объехали все точки и не можем просто колесить по городу.
– Люк, ты, кажется, разбираешься в технике?
– Немного.
– Карл сказал однажды, что при желании городскую телевышку можно использовать как антенну для усилителя сигнала раций. Может, мы могли бы попытаться связаться с Ником. Если они где-то здесь, то сигнал найдется.
Люк задумывается на несколько секунд.
– Теоретически это возможно. Если вышка работает.
– Она пахала еще месяц после окончания вещания. Наверное, от генератора. Мы могли бы заправить его.
– «Мы могли бы», «можно попробовать», «теоретически возможно», «если», «вдруг», «наверное». Чип и Дейл, вы умные, конечно, но что если это все впустую?
– Не попробуешь – не узнаешь, Гаечка.
Офис крошечной телекомпании расположен в городской ратуше Рок-Спрингс. Карл говорил, что генераторы должны быть расположены в подвале.
Припарковавшись максимально близко к входу, оставляем Ричарда в машине. Взяв из машины канистру с топливом, осторожно входим в здание. Холл, продуваемый всеми ветрами, завален мусором и человеческими останками.
Перевернув винтовку, Спенс прикладом стучит в пол. Эхо гулко раскатывается по каменному, некогда красивому помещению.
– Чисто, идем.
Найдя спуск в подвал, включаем фонарики, ножи на изготовке. Спустившись с последней ступени, Люк обводит фонарем узкий коридор и свистит.
– Раньше нужно было стучаться прежде, чем войти в комнату, потому что невежливо. Теперь тоже нужно стучаться, потому что тебя могут сожрать.
– Это наказание всем невежливым и невоспитанным чурбанам.
Люк коротко смеется в ответ на мою шутку.
– Генераторы здесь.
Он входит в нужную комнату и присматривается к табличкам, что висят над каждым пунктом энергии.
– Вот этот. Спенс, дай канистру.
Пока техник заливает топливо, наш ворчун находит новый повод для беспокойства.
– Что, если сигнал перехватит кто-то чужой? Тот же Мейсон.
– Причитаешь, как моя бабуля. Уймись уже, – цыкает на него Люк. – Лучше скрестите пальцы. На счет три. Три.
Он несколько раз дергает за трос, чтобы завести генератор. Наконец, раздается тарахтение мотора, затем звук превращается в мерное гудение.
– Супер! Так, быстро валим на вышку, надолго генератора не хватит.
– Нужно было сразу кого-то туда отправить, – хлопаю себя по лбу от того, что хорошая мысль пришла в голову так поздно.
– Чертовы олухи, какого хрена я вообще с вами поехал.
С этими словами он тянет дверь на себя и тут же падает от свалившегося на него трупа охранника. Мертвец страшно клацает зубами в опасной близости от носа Спенсера. Последний упал на собственную левую руку, правой старается держать здоровяка подальше от своей плоти. Через две секунды я уже вытаскиваю нож из головы нападавшего. Мертвая кровь струей капает на лицо нашего человека. Сбросив труп, подаю Спенсу руку и помогаю встать. Достаю из разгрузки бутылку с водой.
– Смой скорее, пока в глаза не попало.
Вернувшись на улицу, направляемся к вышке, она стоит метрах в ста за ратушей.
– Грейс, пойдешь наверх со мной, поможешь настроить нужную частоту, – командует Люк.
Бросаю взгляд на Спенсера. И без слов понятно, что он остается внизу прикрывать нас. Люк поднимается первым. Еще стоя внизу, оглядываюсь.
– Совсем нет мертвецов. Только тот, что заблудился в подвале. А на улице мы видели хоть кого-то?
– Ты что, соскучилась по ним?
– Нет. Но это странно.
Карабкаясь наверх, постоянно оглядываю улицы города, что открываются лучше и лучше. Надеюсь увидеть «хаммер» или хотя бы скопление зомби. То, что никого нет – не просто странно. Невозможно.
На верхней площадке Люк возится с аппаратурой, подключает передатчик моей рации. Я зачитываю ему параметры с обратной стороны щитка.
– Попробуй выйти на связь, – командует техник через несколько минут.
– Ник, прием.
Тишина.
– Ник? Ты слышишь меня, это Грейс. Прием. – С угасающей надеждой гляжу на Люка. – Ник, прошу, ответь. Где же ты?
Молчание. Люк предлагает:
– Давай попробуем другую…
– Грейс? … ты?
Я вскидываю ладонь, останавливая Люка.
– Ник! Слава богу!
– Где ты? – Слова едва различимы сквозь помехи.
– Мы на телевышке. Ищем вас повсюду. Где вы?
– За городом… юго-запад… склад.
– Что за склад? Далеко от города?
– Мы в жопе, Грейс.
Помехи сменяются жутким шипением. Связь прерывается.
Я бросаюсь вниз по вертикальной лестнице. Люк задерживается на несколько секунд, пока отключает мою рацию.
Футах в пяти над землей я попросту спрыгиваю на землю, нет времени на чертовы ступени. Нога взвывает от негодования, но я почти не замечаю.
– Сработало? – нетерпеливо спрашивает Спенсер.
– Быстро в машину. Люк, бегом.
Едва за последним из нас успевает закрыться дверь, я тараторю.
– На юго-запад, за город. Быстро.
Ричард бьет по газам.
– В чем дело? Тебе удалось связаться с ними?
– У них проблемы. Они на каком-то складе. Идеи? Кто отсюда родом?
Люк разворачивает большую подробную карту Рок-Спрингс.
– Что там за склады – ума не приложу, но точно видел их на карте. Думаю, это хранилища корма для скота или что-то в этом роде. Около десятка здоровенных амбаров.
– И где мы будем искать? – Кажется, столкновение с зомби повлияло на Спенсера. Он ведет себя не как мудак.
– Сориентируемся. Возможно, все трупаки ушли туда. Иначе почему их нет на улицах? И почему Ник не может выбраться?
Ехать приходится недолго, не больше двадцати минут, прежде чем мы замечаем высокие постройки.
Въехав на проселочную дорогу, что ведет между амбарами, мы хором ахаем.
Вокруг одного из хранилищ буквально кишат мертвецы. Насколько видно, они обступили постройку по всему периметру и без конца долбятся в обшитые металлическими листами стены, самих себя привлекая на этот грохот. Заунывные стоны мертвецов, щелканье зубов, хрипы, проходящие сквозь гнилые связки. Кошмарная симфония смерти заполоняет округу.
– Даю руку на отсечение, металл прибили специально, чтобы мертвецы не могли отойти оттуда, – Спенс нервно чешет затылок.
– Грейс, рация. Мы должны точно знать, что они там, прежде, чем полезем сломя голову разгонять голодающих.
Согласно киваю.
– Ник, слышишь меня?
– Грейс? Где ты?
– Прямо на твоем пороге. Скажи, не в твою ли гримерку ломятся все эти поклонники?
– Слава Богу. Да, это все к нам. Вставай в очередь. Мы сыграли для них неплохой концерт, они просят на бис, вот только патронов больше нет. Выход только один, а они повсюду.
– Ты не против, если я пошумлю тут немного?
– Даже и не знаю. Нечестно, по отношению к ним.
– Ну, тогда я поехала домой.
– Эй! – вскрикивает Ник.
– Брось, неужели я брошу тебя, старина. Дай нам пару минут. Придумаем, как отвлечь их от тебя. Как подам сигнал, выходите. Все целы?
–Да, но есть еще проблема. Мы заперты снаружи.
Я замираю.
– Что? Кто это сделал?
– Если бы я знал. Грейс, меня развели, как школьника. Будьте осторожны.
– Принято. Двигайтесь к дверям. Как смогу, выпущу вас. Конец связи, – смотрю на остальных, – Что думаете? Неужели, действительно Мейсон?
– Вполне возможно. Этот фокус с мертвецами в его духе. Если это он, то, скорее всего, нас тоже поджидают.
– Вариантов немного. Их нужно вытаскивать. Но будьте начеку. Предлагаю следующее.– Снимаю тяжелый разгрузочный жилет, оставив при себе лишь пистолет, пару обойм и нож. – Есть у кого глушитель для «Беретты»?