Эффект тени
- -
- 100%
- +
Поначалу, когда его впервые сумели поймать именно для выполнения хакерских задач, Арча посадили в тюрьму и хотели, чтобы он работал изо дня в день именно там. Вот только не учли характер молодого дарования, на которого не действовали никакие привычные им способы убеждения.
Тогда Арч и получил шрам на лице и несколько – на теле. Физическое давление успеха не возымело, как и моральное – из близких родственников у него остался только отец, который семью бросил ещё до рождения сына, поэтому тот к нему никаких чувств не питал. Даже ненависти – исключительно безразличие, как к случайному прохожему.
Постоянная волокита в попытках хоть как-то надавить на упрямого хакера приводила лишь к тому, что даже с дулом у виска Арч принципиально отказывался работать. Угрозы, что он проведёт остаток своих дней в тюрьме в одиночной камере, вызывали у него только зевоту. По сути, так оно и могло сложиться, если бы его куратором не стала Мия Геланц.
МОПМА всегда было самой важной организацией, главенствующей над всеми остальными. Магические способности, проявляющиеся у людей рандомно при эмоциональном всплеске, испокон веков считались опасными и запретными, но только в одном варианте этой неизведанной природной мутации – тёмной магии.
По какой-то только им ведомой причине, древние люди не страшились магии света, наоборот, иметь такие магические способности считалось даром богов. Раньше. А теперь стало частью обихода, обыденностью, просто неопасным проявлением физических процессов.
Так как светлой магией обладали только полпроцента от всего многомиллиардного населения планеты, некоторые люди могли ни разу в жизни не встретить такого мага. С тёмными было сложнее, так как статистика их выявления намеренно умалчивалась. По официальной причине – чтобы население не впадало в панику и жило спокойной размеренной жизнью.
Такое отношение Арч считал лицемерием, ведь природа у светлой и тёмной магии, определённо, была одинаковая, даже проявлялась она идентично. Сколько бы учёные ни бились, изобрести что-то медикаментозное для выявления магических способностей так и не смогли.
Самым надёжным методом выявить в человеке способность к магии оставался самый древний и прямолинейный – провокация. Сразу после совершеннолетия все граждане обязаны были пройти соответствующий тест в МОПМА. Суть метода провокации состояла в том, что сильные эмоции приводили к резкому и неконтролируемому всплеску живущей в человеке магии и выдавали его даже против воли носителя.
Каким способом эти эмоции вызывали – было отдельной «песней», о которой потом никто никогда в своей жизни не забывал.
О том, что было на тестировании, спрашивать считалось верхом бестактности, поэтому об этом предпочитали не говорить никогда. Воспоминание о проведённой экзекуции оставалось жить у каждого внутри, подчиняясь самым сильным инстинктам и заставляя обходить стороной ярко-белые здания Министерства ограничения и предотвращения магической активности.
Что касалось Арча, то Мия, несмотря на свою юность, стала единственной, кто преуспел в вербовке несговорчивого хакера. Она просто доходчиво объяснила ему весь расклад и обрисовала все возможные варианты дальнейших событий его жизни.
Без угроз, насилия и сотрясания воздуха громкими речами или пистолетом. И Арч поверил… в то, что девица явно повёрнута на этой их идее с тёмными магами и предотвращением всемирного зла. И в то, что на этом можно неплохо сыграть, свинтить из тюрьмы и заиметь неплохую «крышу». Пусть не сразу, но в перспективе – вполне.
Поначалу удавалось неважно. После первой выполненной задачи МОПМА Арча отпустили, что стало большой ошибкой. Когда его услуги потребовались вновь, хитрого хакера оказалось не так-то просто отыскать.
Несколько недель Арч успешно скрывался, обманывая поисковый искусственный интеллект и удалённо стирая записи с камер видеонаблюдения при необходимости. Не оставлять за собой цифровой след в современном мире было ещё сложнее, но и с этим он нашёл, как справиться.
Исчезнувший парнишка произвёл фурор, сам того не желая, набив себе цену в глазах уже всех силовых структур. Убежать не получится, если тебя ищет весь мир. По крайней мере, не тогда, когда опыта для этого не хватало.
Арча поймали, на этот раз пристроив на выполнение определённых задач в другое Министерство. Выполнив порученное, он сбежал сам, впервые опробовав своё новоприобретённое умение избавляться от электронных наручников.
Сегодня был первый раз, когда его конвоиры, наконец, осознали, что надевать их на Арча – затея глупая и бесполезная. Не только потому, что он от них с лёгкостью избавлялся. Арч просто в какой-то момент сдался. Привык к такой странной жизни, в которой его бесконечно куда-то тащат, что-то требуют, чем-то угрожают.
Единственное, что радовало, – при всей сложности отношений между управленческими структурами, переписку они друг с другом явно вели, посему, если его подписывали на какое-то дело в одной организации, другие от него сразу же отставали, и можно было «пожить спокойно», а не заметать следы, скрываясь от навязчивых поисков.
Работёнка на МОПМА – вообще самый идеальный вариант, чего бы им там не нужно было от Арча. По сути, большинство выдаваемых ему задач он мог решить за пару-тройку часов, но каждый раз специально затягивал, чтобы какое-то время никто к нему не лез.
В отличие от штатных сотрудников организаций, ему не ставили дедлайнов, но и не платили за это. Так что, Арч мог позволить себе своевольничать, как вздумается. Всё равно их спецы, как ни старались, могли решать подобные вопросы неделями и даже месяцами.
Сигарета в зубах привычно дымила, настраивая на нужный ритм мыслей и привлекая к себе внимание прохожих. За курение в общественных местах, коей эта улица в центре города, разумеется, являлась, был положен штраф в круглую сумму, которую многие из прохожих и за месяц не зарабатывали. Правильно, наверное, но Арч штрафы не платил – за его душонкой всегда приходили по другим вопросам, но ни разу – по таким пустяковым.
До дома можно было добраться и на общественном транспорте, и на такси, но сегодня Арч предпочёл прогуляться, пока была такая возможность. Когда куда-то идёшь – мысли ворочаются в голове быстрее, а в поездке разве что в очередной раз начнёт смаривать сон.
Какую сделку выкатить МОПМА в этот раз? Очевидно, что оплату он сможет потребовать только перед выполнением работы, а никак не после, когда до него вновь никому не будет дела до очередной кибератаки или чего-то подобного.
Вот только… Арч выпустил в серое небо струйку дыма. Ему ничего не нужно было в этой жизни. Кроме одного, того, чего никогда не было, но так хотелось вкусить хотя бы раз. И того, чего ему не за что не дадут.
Свой первый гнорск Арч получил в двенадцать лет. Поздно, по меркам его сверстников, но мать только к этому времени смогла накопить нужную сумму, надеясь, что такая покупка не только пойдёт на пользу в развитии замкнутого и необщительного чада, но и поможет сыну справиться с настигшей его серьёзной психотравмой.
Так и вышло. Денег на посещение каких-то курсов у них не было, и это стало отправной точкой в том, что самоучка достиг таких высот, которые не смог бы ему дать ни один преподаватель. Сейчас Арч и вовсе считал, что преподнесение информации на блюдечке затормаживало развитие навыков и вводило ограничения в сознание. Когда говорят, что можно, а что – нельзя, начинаешь принимать это за аксиому и подстраиваться, вместо того чтобы самому диктовать свои законы мирозданию.
К пятнадцати годам Арч пришёл к тому, что научился с помощью миниатюрной, модельно устаревшей машинки зарабатывать неплохие деньги. Поначалу мать пыталась понять, откуда они, но объяснения сына звучали для неё, словно он говорил на другом языке, поэтому она только тихо попросила не загреметь с этим в тюрьму. Собственно, о том, что в итоге туда это Арча и привело, она уже не узнала.
Сейчас в деньгах он не нуждался вообще. Пользоваться наворованным было сложновато, но с его умениями – вполне возможно. Да и… именно вором или мошенником Арч себя не считал, отбирая лишь то, что было заработано нечестным путём.
Разумеется, прослеженным им от самого начала и до конца, которого никто другой в мире найти бы теперь не смог, хотя далеко не всегда деньги текли на его счёт. Часто сердобольные – с его подачи – мафиози жертвовали крупные суммы в проверенные хакером благотворительные фонды.
Порой Арча посещало желание как-нибудь увидеть лица этих самых мафиози в тот момент, когда это происходило. Вот только, вспоминая холодное дуло пистолета у виска или затылка, он благополучно это желание из головы выгонял.
Малоэтажный центр города сменился панельными высотками. На улицах сразу стало грязнее, словно здесь проходила какая-то незримая граница.
Монохромность серого пейзажа напомнила, что в ней немного не хватает ещё одной серой ноты, и Арч достал очередную сигарету. Безусловно, Мия права в своих неизменных нравоучениях. Вот только они с ней были из разных миров, и госпоже лейтенанту, в отличие от него, жизнь наверняка была уготована куда более радужная… и долгая.
Глава 4
Возле своей квартиры Арч остановился, нахмурился и склонил голову набок, разглядывая входную дверь, ещё недавно выломанную. За время его «катания» на машине, разговоров по душам и прогулки до дома, дверь вернули на место, и не абы как, а прямо-таки добротно. Открыв её, Арч пару раз качнул ей туда-сюда, отмечая – даже петли смазали.
– Ну обалдеть, – хмыкнул он и захлопнул дверь нарочито громко. Вот только получилось не так, как обычно. Весь косяк поменяли что ли?
В любом случае, одной проблемой стало меньше. Ещё и той, которые Арч особенно не любил – где была необходимость контактировать с другими людьми. Панель управления домашним ИИ приветливо мигнула, отреагировав на возвращение хозяина, но Арч её проигнорировал и прошёл вглубь квартиры, включая музыку на устаревшем компьютере.
Миниатюрного «динозавра» он нашёл на свалке ещё будучи подростком. Сколько бы не минуло лет и съёмного жилья, Арч всегда за ним возвращался и притаскивал с собой в новое жилище. Каких-то других вещей, к которым он бы так прикипел, у Арча не было. Только вот колонки каждый раз были всё более новые и навороченные, а блок для музыки – всё тот же.
Тишина отступила перед тяжёлыми аккордами и отбивающими ритм барабанами. Сегодня за ним не придут, так что можно было позволить себе такую роскошь.
Оставленный утром на столе гнорск моргал зелёной лампочкой «важных сообщений». Нехотя Арч открыл его, быстро изучая, что ему прислали в этот раз. Заглянув в папку с кодами доступа, он не удержался от довольной ухмылки. Знали бы они, кого впускали в свой «дом», – ни за что бы не поделились.
Тонкая крышка гнорска еле слышно стукнула об основание. В ближайшие пару дней Арч и не собирался заниматься «заказом» – пока он «в работе», есть хотя бы немного времени побыть свободным. Кажется, у ребят, с которыми он играл в одной музыкальной группе, сегодня или завтра был концерт, надо было предупредить, что их вечно занятой неизвестно где гитарист наконец-то сможет прийти…
В дверь позвонили. Даже за грохочущей музыкой был отлично слышен мерзкий звук звонка. Единственным, кто знал, где в очередной раз обитал Арч, помимо спецслужб, был только его друг Рэм. Вот только у него всегда имелся ключ от нового обиталища Арча, он бы точно звонить не стал. Спецы тоже отпадали – раз дали задание, значит, на время отстали и отсвечивать не будут.
Какое-то время Арч игнорировал противное дребезжание, раскачиваясь на стуле в ожидании, что визитёру наскучит и он уйдёт. Увы, кем бы ни был незваный гость, он оказался весьма настойчивым. Тяжело вздохнув и поднявшись, Арч поплёлся в прихожую.
Прежде чем открыть дверь, он распахнул обувницу у входа и достал оттуда автомат. Пользоваться подобными штуковинами Арч особо не умел, но расстрел кого-либо в упор особых навыков и не требовал.
Щелчок снимаемого предохранителя растворился в грохочущей позади музыке. Встав спиной к стене, Арч осторожно приоткрыл дверь, первым делом показывая визитёру дуло автомата. Не самая здравая идея, если тот ожидал чего-то подобного и был гораздо более умел, чем обитатель квартиры, но, если нет – необходимое впечатление должно было произвести.
В полумраке лестничной площадки переминался с ноги на ногу сосед из квартиры через стену – пару раз случалось наталкиваться на него в лифте. Лысоватый приземистый мужичок в белой майке и обвисших застиранных шортах знатно обалдел от увиденного, поэтому замер, как вкопанный.
– Проблемы? – спросил Арч, на всякий случай не отводя дуло в сторону: – кто знает, может, жизнь бедолагу совсем довела до края, и он решил пойти на нечто весьма опрометчивое, да только позвонил не в ту дверь.
– Я… это… сосед ваш со сто семьдесят первой квартиры, – начал мужчина хрипловатым голосом. Видя, что парень продолжает молча и спокойно на него смотреть, держа на мушке, он стал запинаться ещё больше: – Вкус у вас… этот… музыкальный… отличный. Как у меня в молодости… Я… это… у меня колонки сдохли. Сделаете погромче?
– Сто семьдесят первой? – прищурился Арч и усмехнулся, когда мужичок закивал. Он снова поставил автомат на предохранитель и по-хозяйски закинул его на плечо, оценивающе разглядывая притихшего соседа. – Лады, – фыркнул Арч и захлопнул дверь.
В сказанные слова гостя он не верил ни разу, предполагая, что мужик пришёл его уму-разуму учить, как и многие до него, но такого «тёплого» приёма сосед явно не ожидал.
Автомат отправился на своё незаконное место в обувницу, а Арч поплёлся обратно в комнату. Пальцы быстро пробежались по подсвеченной сенсорной клавиатуре гнорска, а на коммуникатор пришло уведомление о списании.
Даже если сосед наврал, пусть развлекается, лишь бы не приходил. Видеть лишний раз хотя бы кого-то – Арч считал выше своих сил. И так были те, кто приходил за ним непростительно часто, хватало и их с лихвой.
Чуть больше года назад бунтарский дух Арча ещё сопротивлялся. Он часто менял гаджеты, квартиры, одежду и внешний вид, в попытках отсрочить визиты спецов, но всё было тщетно. Теперь Арч переезжал раз в пару-тройку месяцев, когда в очередной квартире становилось некомфортно жить из-за запылённости.
Разумеется, он слышал и про клининг, и про домашних андроидов, которые становились всё популярнее, но всё это – лишние социальные взаимодействия. Даже с треклятым роботом. А тем более – с искусственным интеллектом или – да ну нафиг – с уборщиками-людьми. По этой же причине Арч не жил в гостиницах – там есть администратор, с ним тоже непременно приходилось бы взаимодействовать. Так что, проживание в съёмной квартире казалось ему лучшим вариантом.
Каждое новое место его обитания спецы знали и отыскивали в два счёта, поэтому все эти шпионские игры и попытки от них укрыться Арч давно забросил. На время. Всегда можно найти вариант, как убежать, даже от всевидящего глаза искусственного интеллекта.
Искусственное всегда будет искусственным – лишь обученном на том, на что способен человек. Просто инструмент, способный только комбинировать вложенное создателем. Как известно, с развитием технологий люди становились всё глупее и глупее. Это было очень на руку таким редким пасынкам общества, как Арч. Всё можно обойти, было бы желание.
Помассировав переносицу, он с тоской покосился на гнорск. Работать не хотелось. Только выйти на улицу, покурить, сесть на мотоцикл и свалить на хрен из этого города. А лучше – из этой жизни. Только мотоцикла нет – отобрали. И убежать не получится – формально, он свободен, но уезжать из столицы не может. Никак и ни на чём.
Выругавшись, Арч вновь закурил, закинув ноги на стол, который служил только для сваленных на него чашек. Немного свободы в клубящемся в затхлой комнате дыме прочистило мозги. Спецы напуганы. Даже, скорее, в панике. Как приятно это осознавать, но, увы, это лишь означало, что принесёт их негодная гораздо раньше, чем хотелось бы.
– Никогда не думал, что за отключение пожарки можешь и присесть, и сгореть ненароком? – послышался позади знакомый сварливый голос Рэма.
– Только ты не начинай, хватит с меня нотаций сегодня, – Арч толкнулся ногой, оборачиваясь на крутящемся компьютерном стуле и протягивая другу руку в приветственном жесте.
– Опять та цаца? Копша? Ты ей в душу запал, как пить дать, – ухмыльнулся Рэм, пожав его руку в ответ и грузно опускаясь на соседний стул. На укоризненный взгляд Арча он только рассмеялся: – Ну да, куда нам до таких дамочек.
– Ты её как будто видел, – безучастно хмыкнул Арч, затягиваясь. В отличие от друга, ему на подобное было плевать – и без того есть куча проблем.
– Видал-видал, – закивал Рэм, – когда тебя в прошлый раз брали, меня как раз к тебе сюда принесло. Я в сторонке стоял, а её ни с кем не перепутаешь – такая, фактуристая. – Он обрисовал руками женскую фигуру и вновь щербато улыбнулся на фырканье Арча. – Да, такая точно на дрища не покусится, так что тебе ничего не светит.
– И слава всем богам, в которых я не верю, – хмыкнул Арч, стуча тонкими пальцами по подлокотнику стула. – Ты чего пришёл-то?
– Ты не звал, вот и пришёл. Всё как обычно, – потешался Рэм, но по его хитрому прищуру Арч догадался – врёт и не краснеет. – Ладно, с хорошими новостями пришёл. Твои завтра в «Точке» играют, пойдёшь? Или опять Ворста брать придётся, который лажает на каждом аккорде?
– Приду, конечно. – Арч приободрился, покосившись на пылящуюся в углу гитару. Всё складывалось очень кстати, наверняка, именно пару дней отсрочки у него и было. Не больше.
– Вот и славно. На, принёс тебе ещё, – Рэм поставил на столешницу три новые кружки.
– Братишка, я безмерно тебе благодарен, но, ты не думал, что однажды схлопочешь штраф за воровство? – Арч вопросительно поднял густые брови, и этот вопрос его действительно волновал.
Принципиальный Рэм отказывался от любой его финансовой поддержки, оправдывая своё поведение чем-то вроде «сдурел, я тебе содержанка, что ли?».
– Они разбились. Всяко бывает, – деланно пожал плечами Рэм. – Ты бы полабал хоть до завтра, а то будешь не лучше Ворста. Так, дружеский совет. Хрен тебя знает, патлатый, что в тебе девчата находят, но придут на тебя пялиться. Не подведи ребят.
– Харизму, – хмыкнул Арч и протянул Рэму сигарету, которую тот также принципиально ни за что не попросит, но примет, если ему предложить. – Иногда твои шутки совсем не смешные, дружище.
– Иногда я и не шучу, – ухмыльнулся Рэм, но сменил тему.
Проболтав ещё пару часов, друг сгрёб немытые кружки со столешницы в мусорный пакет. Наставительно указав пальцем на гитару, Рэм молча протянул другу руку на прощание и ушёл, предварительно отключив по-прежнему грохочущую музыку. Ожидаемо, чтобы заниматься «дрищу патлатому» не мешала.
На душе потеплело. Рэм был единственным человеком после матери, с кем Арчу действительно нравилось общаться и проводить время вместе. Никого другого в свой комфортный кокон он пускать не собирался.
На концерте людей будет не много, как обычно всегда бывало на их выступлениях, да и такое ещё можно было потерпеть взамен на то, что приносила ему музыка. Неудивительно, что нечто живое ценилось с каждым годом всё меньше и меньше.
Нейронка знает, что надо кожаным, каковы их предпочтения в процентном соотношении, что «зайдёт» и запишется на подкорку. Не то, чтобы это Арча раздражало, наоборот, отсеивало ненужное: прислушиваясь к разговорам после выступления своей группы, он всё меньше слышал какие-либо неприятные слова в их адрес. Чужие сюда не приходят. Только свои.
Весь вечер Арч провёл за тем, чтобы по кругу проигрывать предстоящие партии, коих в ассортименте группы было не сказать, что много – играли они нечасто, и больше для себя, чем для широкой аудитории. И это, разумеется, Арча более чем устраивало.
Концерт представлял из себя капустник, где помимо группы Арча выступали и многие другие. Это привносило определённые неудобства как с отстройкой, так и с порядком выступления. А вот сами члены группы его устраивали полностью, как и он – их, когда соблаговолял заявляться на концерты.
Отношения в группе были чисто деловыми, если за сутки Арч не сообщал о своём присутствии на концерте или репетиции, его заменяли Ворстом. Если же мог, то запасной гитарист без обид уступал, потому что хакер был единственным источником финансирования их общего хобби.
Подходя к клубу, Арч брезгливо натянул капюшон чёрного балахона и поправил гитару за спиной. Никаких фанаток у него не было, да и не могло быть – это всё насмешки Рэма, которые тот почему-то находил забавными, в отличие от самого Арча. В любом случае, осторожность не повредит. Друг уже поджидал его в небольшой очереди у входа и приветственно махнул рукой.
Привычно кивнув ему на входную дверь, Арч прошёл мимо очереди и зашёл внутрь. Парня с гитарой пропустили сразу же, а вот к Рэму возникли вопросы. Зная, что охрана никогда не заходит в зал для проверки тех, кто вертится на сцене, Арч буднично бросил им:
– Это вокалист. Пропустите.
Спорить никто не стал, и Рэм юркнул следом за Арчем с удивительной для такого грузного человека ловкостью. В выступлениях Рэм никаким образом не участвовал, но любил наблюдать за приготовлениями со стороны и чувствовать себя приобщённым к этому действу, а Арчу просто было плевать.
– Мы вторые, – протягивая руку в приветственном жесте, сказал подошедший Гронт – реальный вокалист группы. Получив ответное рукопожатие и утвердительный кивок, он ушёл решать какие-то организационные вопросы.
Вообще, касаться кого-либо Арч не любил, но грёбанные нормы приличия предпочитал соблюдать хотя бы там, где ему были рады. Спецам и копам он руку жать бы не стал. Впрочем, те и не предлагали рукопожатий, недооценивали его и не сказать, что уважали. Что ж, это было более чем взаимно.
Первая выступающая группа вальяжно настраивала инструменты – в отличие от остальных участников, у них было на это гораздо больше времени.
– Слушай, я тут пошерстил, – Рэм доверительно наклонился к Арчу, и тот прислушался, – этот самый, которого тебе поручили отыскать, ну, ты вчера говорил… В общем. Уверен, что это человек, и далеко не малолетний хакер из маминого подвала. Он не только спецов твоей копши нагнул, походу, а ещё до хрена кого. Если ты на него выйдешь, а ты выйдешь – я-то знаю – будь осторожнее. Переходить дорогу такому человеку чревато. Не забывай, на тебя ещё и мафия зуб точит, но они пока не знают, что причина их бед именно ты, а этот вычислит на раз два…
– Учишь меня кибербезопасности? Серьёзно? – Арч деланно положил руку на сердце. – Умиляешь меня до глубины моей тёмной преступной душонки, дружище. Если бы все, кого заставляли меня нагнуть грёбаные силовики, догадались, кто причина их бед, поверь, мы бы тут не сидели сейчас. Справлюсь. Никто в этом мире не представляет, что самое страшное в мире оружие – это мой гнорск.
– Самонадеянно, но меня устраивает, – кивнул Рэм, отстраняясь.
Хмыкнув на его выжидательный взгляд, Арч вытащил пачку сигарет из кармана и протянул одну другу вместе с зажигалкой. Сам покурил по дороге – сейчас было не до этого.
Кивнув Рэму, он поднялся и ушёл за кулисы, разыскивая там укромное место для очередного прогона материала. Вся эта хакерская деятельность вечно отвлекает от того, что действительно нравилось, и чем хотелось бы заниматься всегда.
Бесцеремонно разместившись на каком-то приземистом оборудовании, Арч достал гитару из чехла и по новому кругу начал играть. Он кивнул прошедшему мимо барабанщику – отлично, теперь перед выступлением его точно не потеряют.
На отстройку давали десять минут. Ребята суетились, хотя Арч каждый раз этому усмехался – тому мониторингу и прочим сопутствующим приблудам, что были у них, могли позавидовать многие именитые попсовые певцы. Как, собственно, и самим инструментам. Уж на что Арч ни разу не скупился, даже рискуя с крупными выводами, так это на любимое хобби.
Сцена была привычно узкой, и приходилось ютиться, как попало. Когда все были готовы, барабанщик отсчитал ударами палочек друг о друга обратный отсчёт, и…
Всё вокруг для Арча растворилось, уплыло на дальние, ничего незначащие планы. Остался только он, гриф и струны, создающие нечто невероятное, терзающее душу и одновременно освобождающее её. Для него зал был пуст.