Последнее лето перед революцией

Сергей Вавилов. Затерянный в радиоэфире

Сергей Иванович Вавилов (25 лет).

Выпускник физико-математического факультета Московского университета.

Восточный фронт. Город Молодечно.

5-й радиотелеграфный дивизион.

«Часа в 4 утра налетели немецкие аэропланы. Грохот, свист бомб и снарядов. Пиииии… жжж… бах etc. Я держусь страусовской тактики, повернулся на другой бок и заснул. Если суждено быть исковерканным, то лучше уж во сне. Так что аэропланов я не видал. Разговоры ходят разнообразные, говорят, было 20 аппаратов, сбросили 60 бомб etc. Телеграфисты видели, как штабные без штанов в автомобилях удирали от бомб». 46

Ему всего двадцать пять. И он безумно влюблен. О, его любовь намного ярче, чем банальный вечерний флирт с фронтовыми медсестрами. Его любовь – это глубокая, истинная страсть, это спасение от ужасов войны. Дама сердца Сергея Вавилова – это наука. Великая Физика.

«А, правда, есть что-то экстатическое в этом сплошном бессоньи (сплю по 2–3 часа), лихорадочной безумной погоде и вечном напряжении. Воет, поет, стонет флейта антенной мачты, стучит мотор и электромагнитный призрак реет в пространстве. Может быть, эти дни выкуют из меня нового человека, здесь опять совсем рядом со столькими загадками и ребусами.

Ледяной ветер, рваные тучи то рассеются, то вновь соберутся и сеют холодным, острым дождем. На солнце ежеминутно вспыхивают радуги, яркие, плотные, широкие, почти телесные и «рядом» – вот одна оперлась концом о какую-то халупу. Электромагнитный мост. Кажется, я снова стану физиком и чувствую опять пафос науки. Война, Бог с ней – тут живая явь науки».47

Но как блестящий студент, гордость и надежда отечественной науки, оказался на фронте, а не в лаборатории? Он пришел сюда с другой войны, развернувшейся в стенах высших учебных заведений империи.

Это и правда была настоящая война – за свободу слова, за право выражать свое мнение, за возможность критиковать власть. До 1911 года российские университеты оставались автономными островками демократии в темном океане самодержавия. Университетские профессора не только поощряли студенческие акции протеста (а манифестаций было множество: против смертной казни и политического произвола, за неприкосновенность личности и освобождение политзаключенных), но и сами принимали активное участие в деятельности либеральной оппозиции48. Разумеется, консервативно настроенные министры Николая II, «Хозяина земли Русской»49, не могли позволить университетам и далее служить «ареной дерзкой и безнаказанной пропаганды революционных идей»50.

В 1911 году противостояние власти и высших учебных заведений подошло к своей кульминации. Министр народного просвещения Лев Аристидович Кассо, в нарушение целого ряда законов, подготовил ряд репрессивных постановлений: возложил «всю тяжесть ответственности» за студенческие сходки на университетских преподавателей и, по сути, назначил профессоров правительственными агентами. Эти приказы вызвали новую, небывалую по силе, волну манифестаций. Радикальные студенты врывались в аудитории с криками «Бастуй, товарищи!» и разливали сернистый водород51.

В ответ министр Кассо – вновь нарушая законы – приказал ввести на территории высших учебных заведений полицейские силы. Обстановку в столичном университете ярко описывали «Русские ведомости»: «Присутствие большого количества полицейских со штыками и винтовками вдоль длинных коридоров университета, профессора с группой студентов, конвоируемые вооруженными городовыми на лекции, городовые с ружьями, охраняющие аудитории, где читаются лекции, свист, крики и пение революционных песен, пары удушливого газа, распространяющихся в коридорах и аудиториях – все это представляет собой такую картину, какую еще стены Петербургского университета не видели»52.

В альма-матер Сергея Вавилова – Московском университете – атмосфера раскалилась до критической температуры. Более 130 профессоров и приват-доцентов были уволены или ушли в отставку в знак протеста против правительства Николая II. Оставшиеся преподаватели, «переломив себя», пытались читать лекции в условиях полицейской оккупации университета, однако студенты в аудиториях их освистывали, оскорбляли, порой даже с применением физической силы. Многие профессора не выдерживали давления: «с Н. Я. Марром случился истерический припадок, А. А. Жижиленко упал в глубокий обморок, а ректор Д. Д. Гримм просто заплакал и не смог читать лекцию»53.

В числе покинувших Московский университет был и крупнейший российский физик Пётр Николаевич Лебедев54, в университетской лаборатории которого начал свои первые исследования Сергей Вавилов.

16 февраля 1911 года Вавилов писал в дневнике: «Я сейчас в странном положении самого неустойчивого равновесия, каждую минуту я могу пойти направо, налево, вознестись на небо или провалиться к черту на кулички: я совсем запутался и заблудился; почва, та точка, за которую я держусь руками и ногами, т.е. университет, сейчас находится в каком-то бешеном танце, студенты разбежались, профессора разбегаются»55.

После увольнения Лебедева нашему герою пришлось постоянно курсировать между старыми и новыми лабораторными точками, разбросанными по Москве, чтобы продолжить свою научную работу. Запись из дневника 1912 года: «Я занят, ношусь с Пресни на Моховую, на Волхонку, на Тверскую и т. д.».

Гениальный профессор Лебедев внезапно скончался в 1912 году в возрасте 46 лет. От пережитых стрессов остановилось сердце. И развитие отечественной физики с уходом Лебедева – тоже едва не остановилось. «Печальная процессия, в которой так много учеников, многие из которых только потому и решили сделаться физиками, что в России был П. Н. Лебедев», – писал Сергей, погрузившись во мрак отчаяния, не понимая, как жить дальше без любимого наставника. Заканчивая университет в 1914 году, Вавилов терзался сомнениями: академическая среда под давлением министерства заплесневела; куда идти, где свет? Сергей решил на время радикально сменить сферу деятельности. Назло всему миру записался в армию. Превосходно владеть шестью языками, тонко разбираться в европейском искусстве и литературе, не говоря уже о точных науках, – и стать простым солдатом!

Запись в дневнике от 28 мая 1914 года: «Finis. Сдал сегодня на «Удовлетворительно» астрономию и почил на лаврах. Стою на обрыве. Положим, если буду служить – 11⁄2 года пройдут. Ну, а дальше. Дороги для меня другой, кроме научной, нет… Подумаю, отдохну и приведусь в порядок. Устал я. Да надо бы написать хоть два слова об университете. Когда-то я писал о нем, что это только проходной двор к науке. Больше и теперь ничего не скажу. Все было мертво, внешне и невесело. Конечно, Kommerzsсhule56

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

«Поддерживать видимость» (пер. с французского).

2

Сергей Иванович Вавилов «Дневники 1909–1954. В двух книгах. Книга 1: 1909–1916».

3

«Дневники императора Николая II: Том II, 1905–1917».

4

«Переписка Николая и Александры. 1914–1917 / [сост. А. А. Сергеев]. – М.: «Захаров», 2013.

5

Крылатая фраза «Мы всего лишь карлики на плечах гигантов» принадлежит французскому философу XII века Бернару Шартрскому и означает «новые достижения с опорой на открытия предыдущих деятелей».

6

Замок Балморал в Шотландии – летняя резиденция королевы Виктории, построенная в 1852 году. С замком связано немало важных событий в жизни английской королевской семьи.

7

Цитата из культового фильма Фрэнсиса Форда Копполы «Крёстный отец» (1972), снятого по одноименному роману Марио Пьюзо.

8

Цитаты с плаката «Согласие» (Россия, 1914).

9

По преданию, знатная вдова София воспитала в благочестии 3 дочерей, которым дала имена, соответствующие 3 христианским добродетелям. Отроковицы отличались необычайной красотой и благоразумием. Узнав, что они христианки, правитель италийской области Антиох доложил о них императору. Тот призвал их к себе и, обещая различные почести, склонял принести жертву Артемиде, но они открыто исповедали веру во Христа. Вере было 12 лет, Надежде 10, Любови – 9 лет. На глазах матери их по очереди подвергали пыткам, а затем казнили. Но ни одна из мучениц, видя страдания сестер, не поколебалась в вере, а стоящая рядом София призывала их быть стойкими и не бояться мук. София погребла тела дочерей недалеко от города и пребывала на их могиле в непрестанной молитве, а на 3-й день скончалась. Она также считается мученицей, хотя приняла страдания за Христа не телом, а сердцем. (О. В. Л., Герасименко Н. В. Вера, Надежда, Любовь и София // Православная энциклопедия. – М., 2004.).

10

Сергей Иванов, Сергей Бунтман «Судьба собора Святой Софии» (2020).

11

Письмо Екатерины II императору Священной Римской империи Иосифу II от 10 (21) сентября 1782 года.

12

Данилевский Н. Я. Константинополь // Данилевский Н. Я. Горе победителям. Политические статьи. М.: АЛИР, ГУП ОБЛИЗДАТ. 1998.

13

NARA, Стамбул, том 295, доклады из Мерсина от 3 июля 1915 г. и из Константинополя «Туннель Бахче» от 3 сентября 1915 г.; McMeekin, The Berlin-Baghdad Express, 233–258.

14

Речь о стратегических проливах Босфоре и Дарданеллах, соединявших российские черноморские порты со Средиземным морем.

15

Юджин Роган «Падение Османской империи. Первая мировая война на Ближнем Востоке, 1914–1920».

16

Жорж Морис Палеолог «Царская Россия во время мировой войны».

17

Цитата из культового фильма Фрэнсиса Форда Копполы «Крёстный отец» (1972), снятого по одноименному роману Марио Пьюзо.

18

Речь Николая II от 17 января 1895 года перед представителями дворянств, земств и городов в Николаевском зале Зимнего дворца.

19

Высочайший манифест от 20 июля 1914 года о вступлении России в войну.

20

Считается, что этой фразой германский император одобрил План Шлиффена, нацеленный на молниеносные победы – сначала над Францией и всего через два месяца над Россией.

21

Перевод с французского. Оригинал: Annales de la propriété industrielle, artistique et littéraire, 01.12.1883 – с.283.

22

Н. А. Епанчин в своей книге «На службе трех императоров» писал: «Александр III любил выпить в конце завтрака чашку шоколада, и вот, когда ему был подан шоколад, государь попробовал и резко отодвинул чашку. "Не могу добиться,– сказал он Зедделеру,– чтобы мне подавали порядочный шоколад"».

23

Франсуа-Эмиль Бракье родился в 1846 году, император Александр III – в 1845 году.

24

Перевод с французского. Оригинал: L'Écho de Paris, 21.06.1897 – с. 2.

25

Источник: Léon Braquier // Wikipédia – L’encyclopédie libre que vous pouvez.

26

«Переписка Николая и Александры. 1914–1917 / [сост. А. А. Сергеев]. – М.: «Захаров», 2013.

27

«Солнечный Луч» – семейное прозвище цесаревича Алексея, наследника российского трона, страдавшего от гемофилии. Мальчик много болел, часто испытывал страшные боли, страдал от высокой температуры, и тогда отец садился у кровати Алексея и читал ослабевшему сыну письма от матери, сестер и наставников.

28

С. В. Мироненко, З. И. Перегудова, Д. А. Андреев, В. М. Хрусталев «Дневники императора Николая II: история изучения, публикации».

29

Белевская М.Я. «Ставка Верховного Главнокомандующего в Могилёве, 1915–1918 г.» (Вильно, 1932).

30

«Проектор», 1916, № 3, 1 февраля, с. 14.

31

«Проектор», 1916, № 15, 1 августа, с. 12.

32

Вениамин Евгеньевич Вишневский «Художественные фильмы дореволюционной России» (фильмографическое описание), издание 1945 года.

33

Братья Люмьер, родоначальники кино: Луи Жан Люмьер (1864-1948) – младший брат, изобретатель аппарата «Синематограф», и Огюст Луи Мари Николя Люмьер (1862-1954) – старший брат, организатор и продюсер.

34

По некоторым данным, рост Николая II был 170 см.

35

Светлана Андреевна Лиманова «"Царская кинохроника" и экранный образ Николая II: идеологическая трансформация».

36

Так называл кино Максим Горький.

37

Московское отделение фирмы «Братья Пате» – российский филиал крупной французской компании Pathé, которая занималась производством собственных и распространением зарубежных кинофильмов в России.

38

Перевод с английского. Оригинал: John Foster Fraser «Side shows in Armageddon» / Harper’s Magazine (January, 1919).

39

«Переписка Николая и Александры. 1914–1917 / [сост. А. А. Сергеев]. – М.: «Захаров», 2013.

40

Алексей Алексеевич Брусилов «Мои воспоминания».

41

«Переписка Николая и Александры. 1914–1917 / [сост. А. А. Сергеев]. – М.: «Захаров», 2013.

42

Лев Николаевич Толстой «Война и мир» (том III, часть 1).

43

«Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота Георгия Шавельского».

44

Там же.

45

«Дневники императора Николая II: Том II, 1905–1917».

46

Сергей Иванович Вавилов «Дневники 1909–1954. В двух книгах. Книга 1: 1909–1916».

47

Там же.

48

Е. А. Ростовцев «1911 год в жизни университетской корпорации (власть и Петербургский университет».

49

Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 года.

50

По выражению генерал-губернатора Санкт-Петербурга Д. Ф. Трепова.

51

Е. А. Ростовцев «1911 год в жизни университетской корпорации (власть и Петербургский университет».

52

В высших учебных заведениях. // Русские ведомости. 1911. 1 февраля. №25. С. 3.

53

Там же.

54

Пётр Николаевич Лебедев (24 февраля [8 марта] 1866, Москва, Российская империя – 1 [14] марта 1912, там же) – русский физик-экспериментатор, первым подтвердивший на опыте вывод Максвелла о наличии светового давления и первым разработавшим основы резонансного воздействия полей на резонаторы независимо от их природы. Создатель первой в России научной физической школы, ординарный профессор Императорского Московского университета (1900—1911). Покинул Московский университет в связи с «делом Кассо

55

Сергей Иванович Вавилов «Дневники 1909–1954. В двух книгах. Книга 1: 1909–1916».

56

Коммерческая школа (нем.).