Мрак твоего сознания

– В том видении, что произошло после нашего знакомства. Я был зол… на тебя. – я недоуменно нахмурилась от такой информации. Но демон продолжил. – И поэтому вскочил, придя в сознание от увиденного. Я успел перед выстрелом узнать, кто он такой, и к сожалению, сорвался из-за ревностных чувств. Но еще и от бесконтрольной ситуации, когда ты бросилась к Водопаду Забвения.

– Что? – какая к черту ревность? Я аж опешила!

– Я увидел истинную картину происходящего ранее, я увидел твою смерть. И хотел защитить тебя, подставив тем самым себя. Но не выдержал бы такого исхода, банально не успев его остановить. Тогда бы это был настоящий конец, мы бы разлетелись для перерождения и встретились бы неизвестно когда и неясно где. Ему легче, он умер и снова появится уже в полноценном теле. А я не хотел потерять тебя, я давал клятву. Так же как и ты. И только эта теплая мысль, что ты веришь в меня и любишь, не могла отпустить ни за какие коврижки, натолкнула меня на новый виток незримого будущего. Но тогда ты очень испугалась моего облика, замкнувшись, не обращала внимания, что мне в тот момент было так же страшно. Ты простила меня, затаив испуг глубоко внутри и ни разу это не поднимала для разбирательства с пристрастием. Твоя любовь ко мне была важнее чем всё остальное, и ты приняла меня таим какой я есть. Но я не врал – ты самая последняя на свете, кому я причиню боль. Но к сожалению…

Я посчитала нужным сесть на стульчик, чтобы заранее приготовится к неизбежному. Демон опустил взгляд на секунду. Но потом словно воспарил духом, продолжил в более радостном тоне.

– Закрепив клятвой на жизнь свое отношение к тебе, как к Истинной Паре, я не смогу оставить тебя и дать погибнуть. Перерождение прошло бы успешно, по сравнению с вечностью в небытие, это пшик, но для меня это оставалось вечностью. Не стоит обо мне переживать. Невозможно убить мертвого. Для меня остается главным – твоя половина души у меня. А моя половина у тебя. И я по-своему счастлив. Не стану говорить о том, что тебе и так известно. Но потеряй мы друг друга одновременно в пустоте, заполненной призраками, не знающие, когда приобретут плоть и кровь – мне осталось убить его, не полностью, но хоть на время отдалить. Что бы ты выжила. Я верил в тебя, и заранее знал, что я стану таким, какой есть сейчас. И просто хочу, чтобы ты была счастлива. Но…

– Но?… – я не выдержала по конец и тут же эмоции взяли вверх.

– Я должен закончить начатое. – твердо сказал он, и прозвучало словно это не для меня произносилось.

– Что? – ага, красноречие так и плещет.

– Отпустить тебя. – вразумительно. Но легче мне не стало.

– Нет! – я подорвалась и остановилась рядом с ним, задрав голову.

– Любимая. – он больше ничего не произнес, притянул меня к себе и крепко обнял, нежными эмоциями затмевая мою тревогу. Создавалось впечатление, что он сейчас поцелует мне макушку на прощание и уйдет навсегда. Не на вечность, а именно навсегда. Меня не покидало чувство острой потери в эти мгновенья объятий.

– Ты мне веришь? – он спросил тихо, уткнувшись мне в волосы носом. А я не смела его подозревать в чем бы то ни было. И утвердительно сказала.

– Верю. Но почему ты говоришь так, что… Что хочешь меня покинуть? – неприминула я уточнить о том, что тревожило холодом мою душу.

– Мне повторить свои слова клятвы и обещания быть с тобой рядом? – хмыкнул он, немного расслабляя руки и заглянул мне в глаза. Я немного сбавила обороты терзаний и напряженности момента, противоречивость его слов отправив без внимания. Сам себя не обманешь, а меня тем более.

Он опять прижал меня к своему телу.

– Ты моя сладкая. Не грусти! Почувствуй гармонию жизни и любви. Окунись в эти чувства, отпусти все плохое. Больше ничего подобного произойти не может, я не позволю. У тебя есть то, чего нет у других. Это мы как единое целое.

Он убаюкивал мою душу, усыплял напряженную бдительность словами поддержки. Я только сейчас смогла вдохнуть свободней, принимая его исповедь. И выдохнуть с удовольствием все разочарования одним потоком, одновременно услышать отголоски приятных моментов из жизни. Теперь же я была впервые благодарна своей некромантии. Демон не исчез в огне, растворившись пеплом по ветру. Нет. Он в полной памяти, все так же способен чувствовать. Правда не говорит в слух, а пользуется тем что его способности после смерти раздвинули границы его возможностей читать мысли и общаться телепатическим методом. А тело… для поддержания жизни мозг не нужен. Это было известно испокон веков во многих мирах, на всех существ из флоры и фауны. Без воздуха демоны и раньше обходились. Чистокровным вообще не требовался. Их хоть в космос выкинь, только в скафандр облачить, что бы банально не простыл. И единственный инстинкт к данному существованию и поддержанию организма в тонусе – подавать свежий кусок мяса и литр крови. Сердце у него хоть и заново выращенное в инкубаторе регенератора, чисто для не нарушения целостности организма, биться не будет, но всецело отвечающее за чувственность души. Ведь это главный связующий символ. Так что всё в комплекте, только кожа холодна и глаза светятся зленым светом. Но я люблю его ничуть не меньше.

Я неохотно высвободилась из его объятий и взяла в руки тюбик с кремом. По негласной просьбе, я решила замазать этим зельем на настойке из целебной травы с живительных магий сочных ягод золотых драконов. Драконьи природные выжимки довольно распространенные медикаменты для устранения телесных повреждений. Многие в моей практике врачевания вставали на ноги с его помощью, начиная с полевых условий применения, после космических стычек создала капсулу на основе драконьей магии с чистой стихии целительства. Не обходила стороной и бытовые случайности, по вине собственной неуклюжести или глупости.

На живом человеке такие раны затянуться менее чем за двадцать минут, глубокие порезы за два часа, оторванная конечность примерно за сутки. Но на мертвом теле не думаю, что заживет, но во всяком случае не будет пропускать трупный запах, замедлив на долгий срок путь разложения.

Не придавая значения этим знаниям какую-то надежду, но очень пожелала ему оставаться таким неизменным как можно дольше и не истлел со временем. Поднятие демонической расы было у меня впервые, и я честно не знала, как долго это продлится. Безумно скучала по его необыкновенно синим глазам. Где-то внутри загорелось отчаянное желание увидеть их вновь. Но у меня был только тюбик с кремом и могущественная смертоносная некромантия.

Я стряхнула глупые мысли, закончив толстым слоем обрабатывать раны. Немножко задумалась и накинула на них непроницаемый морок. Чудненько. Захочет помыть руки, крем не сотрётся, не испачкает что-либо своей густой консистенцией. Рэвинер благодарно улыбнулся, посмотрел изучающим взглядом на свои ладони и вынес вердикт.

– Ты чудо! – не успев отшатнуться он меня быстро чмокнул в нос.

– Николоооль! – махала у меня перед лицом руками Алиса. – Ты где? Возвращайся!

Я проморгалась, ощутив высохшие глаза. Ой. Чет я глубоко так ушла во вчерашний день.

– Чего ты визжишь? – обратилась к ней, перехватив ее мельтешащие пальцы, останавливая.

– Да у тебя кровь уже свернулась в стакане. И про меня забыла. Тебе к тому же звонят без конца. – выдала трель вампирка.

– Кто звонит? Дай сюда. – я перехватила из ее рук свой собственный сорб, который демон вчера еще забрал. Недолго я переживала на эту тему. Он сам созвонился с бывшим маршалом и посоветовал бдить, но пока не беспокоить меня. Не маленькие, разберутся. Сам зомби появился в проеме двери со стороны кухни.

И вот я теперь смотрю на сорб. Прежде чем нажать на активацию связи, я вывела карту на галоэкране. Смущал один момент – при вызове высвечиваются инициалы собеседника или предварительное приветствие на языке собеседника. В этот раз над сорбом маячила жуткая, кривобокая, но объемная пиктограмма с кучей рун. Это что за чумное устройство использует загадочный абонент? Прежде чем ответить, я дождалась точных координат на карте. Шесть галактик от моего места нахождения. И самое интересное – Аранэя в том же направлении, только чуть левее.

– Знаете, с таких расстояний мне еще не поступали звонки. Про их устройство я вообще молчу. Это даже не аналогичный сорбу инструмент связи. Тут замешана личная аура. И она крайне сильна, что означает – сильнее нас всех взятых, но пугает другое – на том конце знают кто я.

– Ты поговоришь? – серьезно спросил Рэв, пока я разглядывала светящийся шар.

Я лишь хмыкнула нервозно, ожидая услышать или увидеть что угодно, даже самого Дьявола, но собравшись духом приняла вызов.

– Приветствую. На связи Маршал космической гвардии демонов, сынов Дьявола. Николь дэ Альма. – отрапортовала я на всеобщем языке. Имени своего я не боялась произносить. Кто посмеет меня взять в оборот на имя методом колдовства и призыва – сам пострадает.

На том конце шелохнулась рассеянная нервозность и связь прервалась. А мы все переглянулись.

– И как это понимать? – выдохнула я легкое оцепенение захватившее дух с момента вызова.

– Кажется ты испугала их. – хмыкнула смешно подруга. – Нет бы сказать «здрасте, кто это?». А ты стала перечислять свои страшные титулы.

Я покривила губами в задумчивости.

– Есть еще предложения? – обратилась я к зомби, глядя сквозь голограмму звездной карты.

– Ты ведь знаешь это планету, не так ли? – вопросом на вопрос ответил демон, пройдя сквозь полотно звезд и присаживаясь на соседний диванчик. – Прошу прощения, что изучал данные о твоих действиях в реестре. Но там упоминалось о встрече с кэтфолками и это наводит на определенные мысли.

Я внимательно слушала, пусть роется где хочет, на него открыла доступ ко всей информации с моего оборудования. Он опять приподнялся и увеличил карту, приблизив точку, откуда был совершен вызов.

– Мне даже не кажется. Я уверен, что именно здесь находятся без вести пропавшие сородичи. Вот тут, в паре световых лет находятся хоровод красных гигантов, о которых они упоминали. – он обозначил искомый ориентир. – Уверен, их видно невооруженным глазом ночью.

Я покрутила карту так и эдак. Точно, больше всего похоже на обитаемую планету. Солнце имеет стабильную орбиту, не слишком яркая. Вокруг звезды на удаленном расстоянии летают еще несколько газовых гигантов с астероидными поясами.

– Слушай…– я что-то совсем забыла о самом важном. – А кто теперь на Ширане будет…

Замолчала потому что не смогла договорить, но зомби и так понял к чему веду.

– Я. – просто ответил он. Алиса посмотрела на него скептически.

– Разве старейшины допустят такое – планетой правит зомби? – ох кому-то сейчас прилетит за такие слова. Но мой, во всех смыслах, зомби и бровью не повел.

– Я в гробу лежу? – с ленцой уточнил у нее Рэвинер. Та махнула головой.

– Я с тобой невнятно разговариваю? – та опять махнула головой недоуменно.

– Ну и где ты увидела мертвого демона? – окончательно выбил ее из колеи, мертвый демон. Он вообще если с кем-то желает говорит, то любому в зоне видимости транслирует всем свои мысли, за исключением особо важных и личных тем со мной. Алиса запнулась. Подруга, не зная, что сказать, перевела на меня недоуменный взгляд.

Я посмотрела на зомби.

– Ты никому не сказал что с тобой стало? – озвучила я вопрос несколько иначе, но в целом вампирка удовлетворилась помощью зала и тоже уставлюсь на демона-зомби.

– Когда выходил на связь, я накинул фантом на глаза. Пощупать меня они не имели возможность. Раздал им указания следить за куполом и по возможности не убивать многоликого, коли тот застрял на планете. Космическое пространство на орбите очистили от врагов. Остальное не их дело, что касается моей персоны. – просто промолвил мертвый принц, наследник престола. И действительно – его выдавали только глаза. Магия не принадлежит телу, она идет от души и самосознания. В этом есть свои плюсы – его теперь захочешь – не убьешь. Удобно.

– Да ну вас, пойду я отсюда. Ничего я не понимаю в вашей кошмарной политике. Демоны. – сдалась подруга и ушла. Я хрюкнула, стараясь сдержать смех. И почему я смеюсь?

– Потому что я рядом. – прошептал мне в ушко Рэвинер и потянул меня за руку.

Поднялась с дивана, утягиваемая им в центр круглой приемной. Свет стен и потолка выключился. В пространстве ярко засветились звезды голографической карты.

– Потанцуй со мной. – обнимая меня за талию, нежно сказал демон. А я и не думала отказываться.

Его прохладная ладонь нашла мою, легонько сжав и поднимая в стойку закрытой позиции лицом к лицу, со стороны сердца, нежным объятием за талию он прислонил меня к себе. Глаза неотрывно смотрели в мои. Зазвучала тихая музыка, мелодичные трели и звуки плачущих скрипок двигали нас в вальсирующим танце, не позволяя отпустить друг друга даже на мгновенье. Я была одурманена красивой атмосферой, блестящих в воздухе цветных звезд. Плавно передвигаясь по комнате, околдовано смотрела ему в глаза. Я его люблю даже таким холодным, игнорируя зеленое свечение очей напротив. Шаг в шаг, в любую сторону сценария – мы движемся одновременно как единое целое. На нас двоих было одно тепло – тепло моего тела. Мне даже показалось, что его рука стала теплей, согревшись на талии и руке. Нам было хорошо, словно две пушинки на ветру, грациозно кружащихся среди миллионов звезд. На душе было спокойно и легко. На его губах искрилась тень улыбки, даря поистине одурманивающее чувство жизненного счастья. Я не считала его мертвым. Для меня он жил, для меня дарил свое внимание и преданность нашим чувствам. Мы потерялись во времени – оно нам не нужно. Мы оба любим каждое мгновение видеть и чувствовать друг друга, растягивая вечность на это. Нам не нужно говорить в слух, души сплелись настолько тесно, создавая плавный градиент связующего чувства между половинами призрачных слияний.

Когда музыка стихла, звезды замерли вместе с нами. Я не позволяла себе отстраниться от мускулистого тела, все так же удерживаемая его руками. Моя ладонь на его плече мягким движением проскользила по его шее, прохладной щеке, оставляя теплые дорожки. Пальцы непроизвольно углубились в височную область волос и продолжили скольжение до затылка.

Мне хотелось сделать это.

Я, приподнявшись на носочки, одновременно пригнула его к себе, чтобы поцеловать.

Мои горячие губы сомкнулись с его холодными губами. Не углубляя поцелуй, мы застыли влюбленной скульптурой, освещенная сполохами света. По моему телу пробежала волна горячего потока крови, обдав теплым облаком его кожу.

Сердце продолжало биться, словно пытаясь насытить сразу два истощенных организма. Я не хотела прерывать поцелуй, такой простой и легкий. Но Рэвинер безмолвно отстранился и взял мое лицо в ладони.

– Сейчас я счастлив как никогда. – проникновенно, с открытой улыбкой, прозвучали его мысли. А я чуть не растаяла от его таких живых эмоций. Обняла его крепко, прильнув к груди, чтобы банально не стечь на пол, но кто ж мне даст, пока он рядом так же крепко обнимает меня, зарывшись носом в волосы. Его любовь осталась всё такой же трепетной и ласковой. Кто еще с такой нежной улыбкой будет смотреть на меня, заправлять локоны за ушко… К кому я смогу всегда обратиться со сложной задачей, но следом забыть обо всех невзгодах, лишь увидев тепло чувств, после визави которых любая проблема становится посмешищем назло врагам.

Но умопомрачительное и захватывающее дух пришлось прекратить. Демон услышал что-то в соседней каюте и попросил приготовиться. Я неохотно расцепила руки, уже примерно догадываясь о ем речь. И не ошиблась, открыв галоэкран с видом на кухню.

Мне открылась любопытная сцена. Демон незаметно удалился, пока я вслушивалась в занимательный разговор на повышенных тонах.

– Потому что мы с тобой поругаемся! – сладко проворковала Алиса, пока над ней возвышался в бешенстве красный эльф. В дальнем кресле, почти в углу, сидел скрючившись Лаур. С первого взгляда могло показаться, что его бьёт током, в действительности же он старался не ржать.

– Если ты сейчас не прекратишь, я пересмотрю свои принципы не бить женщин и задушу тебя прямо сиюсекундно. А потом я надругаюсь над твоим телом и мне абсолютно плевать, что будет дальше!

– Зачем мне такая мучительно долгая и скучная прелюдия, я люблю страсть! – пропела в предвкушении подруга.

– Ну все. – рыкнул всклокоченный Эмаан и развернулся на выход со стороны приемной. Так, я жду гостя. Очень злого и гостя. Видимо идёт просить оторванную руку и разгрызенное сердце вампирки. Ну хоть услышала более-менее предысторию, Алиса достаточно предсказуема и мне ясно, о чем сейчас я буду слушать гневные тирады.

– Я ее убью! Я даю ей последний шанс, и лично пришел тебя предупредить, мне все равно, но я ее убью и на тебя у меня тоже планы достаточно кровожадные.

– Какие? – удивилась я, задрав брови в потолок. Ничёси!

– Ты украла у меня любовь, дьявольское отродие! А взамен подсунула мне эту клыкастую нимфоманку! – свирепо рычал на весь корабль эльф. Может позвать Рэвинера, пусть его успокоит, у него лучше получается. Но тот скрылся, послав мне воздушный поцелуй на удачу. Понятно. Будем разбираться по порядку

– Так. Давай по возрастающей. Начнем с Алисы – что с ней не так. Молодая. Красивая. Обаятельная. Отнюдь не скучная… – но мой поток перечислений положительных качеств жестко прервали. Не быть мне свахой.

– Я эльф! Мы не заключаем отношения с другими расами! И скажу даже большее – у меня есть возлюбленный. И мне плевать на твое мнение! Верни мне мою любовь к нему!

– Стопэ! – перекричала его я кое как. Я ни в коем разе не запрещаю ему любить кого то, но тем не менее отбросила кандидатуру подруги в качестве его пары. Эмаан заткнулся, просто стоял напротив и сверлил меня буравчиками.

– Я благосклонно отношусь к любым узам, какого бы пола они не были. – спокойно произнесла я, примирительно раскрыв ладони. Не зря попросила Рэва о нем рассказать и прекрасно помню, что женщины для него стали исчадием ада. Но тут всплыла еще одна деталь, что стало подсказкой его мании к гомосексуальным отношениям. И решила уточнить.

– Ответь на один вопрос, и я тебе с радостью помогу. – он подобрался, немного сбавив свой накал ненависти. – Ты уже давно состоишь в нетрадиционных отношениях?

Он сощурил глаза. Аура полыхнула, он хотел возразить что то, но передумал, промолвив прохладным тоном другое.

– Гораздо дольше чем все находящиеся здесь вместе взятых. – ага. Звучит честно как кирпич над темечком. Теперь понятно, что я действительно нарушила баланс его чувств. Капсула в мед блоке все-таки подвела. Она настроена так, что на молекулярном уровне восстанавливает все несоответствия. И в этот раз задела его ДНК, одна из частиц которых отвечает за расширения сексуализированной коннотации, подразумевающего желание отбросить традиционные «условности» и сексуальную мораль, тем самым провоцируя организм подстраиваться под желание тела. Гормоны подхватили связующую стихию и вплелись в ему подобный набор неразумных клеток, а душа… а что душа. Она и в прошлой жизни любила, в каком бы теле не находилась. И мне это надо исправить.

– Попрошу Алису больше тебя не беспокоить, вынуждая тебя испытывать противоречивые чувства. Пока ты сам на нее не успел наброситься, изготовлю лекарство от твоей хвори и верну как было. – решила про себя не медлить не секундой больше, отправила злющего и негодующего эльфа в каюту успокаиваться. Забежала на кухню, вручила в зубы подруги лекцию по поведению в момент раскола семьи ее безобразными методами и ушла в лабораторию, игнорируя ее завывания о несправедливости. Я тоже не знала, что тут такое твориться. Развращают чужих мужчин! Не позволю!

Через пару дней создала вакцину, возвращающую на исходную позицию молекул, ответственные за однополую любовь. Так и сохраню по умолчанию в параметрах капсулы, чтобы не тревожить чувства. Эльф остался счастлив до безобразия, чем меня напугал острее своих ранее дурацких выходок и даже поджучивал вампирессу. А та смирилась с положением дел и отвяла, мол, еще молода и все впереди.

Подлетая к планете Аранэя, родина первозданных эльфов.

Сказать что-либо о планете было невозможно – ее не было видно. Мои сканеры и датчики улавливали некую субстанцию, но на галоэкране отражался лишь космос. Зеркальный щит? И не видно же ни-че-го!

– Поползновения на свою территорию эльфы пресекали решительно и бескомпромиссно. – прошуршал в голове голос Рэвинера. Я только угукнула и начала медленный спуск в неизвестность. Эмаан немного цинично хмыкнул. В капитанском мостике собрались все, натащив подушки из своих кают. Вот как знала, что они мне понадобятся, узрев подобные у кэтфолков. Дьявол с ними, я в кресле, но я очень рада такой поддержке. Сейчас будет вход в атмосферу. Я выправила курс, переворачивая корабль в удобную позицию для приземления. Хотела включить уже прожектора сканирования площади под днищем, но не тут-то было – всё к чертям заглохло. Комнату освещал только галоэкран, в котором отразилось молоко тумана.

– Это нормально. – сказал лесной стебель с гаденькой улыбочкой. Я недоуменно обернулась на голос.

– И как по-твоему я посажу корабль, не имея над ним управления? – закипая, процедила сквозь зубы. Нет я не была зла, но недавнее происшествие, чуть не обратившееся катастрофой, вздыбило мои волосы от страха. Рэвинер положил предупреждающе руку на мое плечо.

– Твой корабль ползет по воздуху как улитка, плавно снижаясь. Расслабься. – сбросив с себя дразнящую мои нервы маску, Эмаан поудобней расположился на полу, закинув ногу на ногу. Алиса тоже нервничала. Детям было фиолетово – Лаур рядом со мной восторженно разглядывал голограмму с туманом, будто увидел прекрасное что то, Эланси клевала носом.

– Магия природы сама доставит нас на нужную площадку. Смотри лучше в монитор свой. – договорил эльф и уставился сквозь меня. Мы хоть и подружились, но как был язвой, так им и остался. Но появились другие черты характера, которые меня пугали. Нет, он не делал сверхъестественных маневров поддеть меня, здесь нечто иное.

И я старалась избегать пробуждения непривычных эмоций, и не дай случай столкнуться с ним неожиданно – засюсюкает! Не знаю, что на него нашло, возможно "выздоровление" подействовало, но от его "мимимишных" ласк не было проходу. И обнимет, и пошутит, даже пару раз целовал в макушку, исключительно искренне, словно брат. Я его как-то спросила, случаем не в меня ли он втюрился, пока «болел»? Он сделал рожу, покраснел, смутился и исчез с горизонта аж на сутки! Рэвинер злорадно ржал, но без ревности, обнимая мою дерганую тушку. Потом опять началось! Но вот мне привычнее видеть на его лице циничность и прохладный тон голоса, а не вот это вот всё! Либо его вразумили, либо сам допер, что меня смущает своим нестандартным поведением и лишь иногда показывает настоящую улыбку, от которой Алиса плавится. Красивый, умный и главное преданный дружбе Рэвинеру, несмотря на трагичность сюжетной линии жизни.

Заметила на периферии, как зомби чуть сощурил глаза на друга и видимо что-то сказал. Отнюдь не ласковое. Если Лаур сидит и тихо веселился, значит и вправду так оно и есть – он ведь в курсе особенностей своей планеты. Только на чувстве доверия к нему, я развернулась и узрела некоторое изменения.

Аранэя как и предполагалось была вся в зеленых беспросветных джунглях. Ни клочочка земли. Украдкой вздохнув, позволила себе насладиться медленным спуском в чащу многовекового леса, представив, что смотрю фильм.

Опускаясь сквозь пышные стволы деревьев, я оценила масштаб природы.

Кроны были настолько далеки от поверхности, что я с любопытством глянула на приборы, пытаясь выяснить какие же это значения. Меня несказанно впечатлило. Давно не испытывала таких чувств о, казалось бы, значении флоры разных миров.

Сотни метров высоты! Та площадка, предназначенная для стоянки космических кораблей, казалось крохотной, однако вмещала в себя дюжину моих кораблей.

Стаи удивительных птиц со спокойствием и бесстрашием летали под днищем. Просто до них было слишком далеко.

Физика тут не дружила с магией, а была туго сплетена с ней. По мере спуска сумрак не сгущался, сменяясь на странное сияние. Свет излучала сама природа. Кора деревьев, листва, какие-то мелькающие в густой растительности насекомые и хвосты пушистых зверей светились оттенками золота и серебра. Это было самое великолепное и настолько волшебное, что отбивало дар речи. Всё чёрное и гнетущее в моих мыслях само собой обратилось во внимание, обесточив мозг. Я была уверена лишь в одном – мои глаза больше не пытались проецировать картинки в розовый пластилин, отмечая невозможные факты. На заднем плане кто-то хохотнул. Наверное, над моим вытянутым лицом.

Я разглядывала всё это, не смея упустить ни одного движения, ни шевеления листа. Забыла о корабле, времени и прочих неурядицах, и несоответствиях действительности. Поймала себя на мысли, что эта раса красива как сам этот высоченный древний лес. Даже не сразу отвлеклась от зрелища окликом, и лишь когда чья-то рука легла на мое плечо, я прервала любование и посмотрела на хозяина конечности. Эмаан со снисходительной улыбкой (мягко!) произнес: