Мама, отвали! Что хотят сказать дети, но боятся

Моим детям: Анне, Антону, Арине,

выросшим, к моему удивлению, приличными

людьми и, как это бывает, быстрее,

чем мне хотелось бы.

Будьте как дети.

(с) Евангелие от Матфея. Да и от Марка то же.

Я не собираюсь вас учить воспитывать детей. Хотя у меня трое детей, и я по праву считаюсь «многодетным отцом», я не собираюсь передавать вам свой опыт. Разве что пару раз в качестве примера я приведу истории из жизни своей семьи, но и эти примеры вряд ли можно назвать авторскими. Многое в этой книге заимствовано: у других авторов, у жизни, у людей, встреченных в ней. И из ошибок… Очень многое в этой книге – из ошибок. Даже если кто-то не понимал, что это ошибка, я все равно видел в ней нечто, о чем хотел рассказать на своих семинарах. И хотя это мои ошибки тоже, я старался минимизировать свое в этой книге… Если послушать мою жену, я, возможно, окажусь «так себе отцом», а слушать своих детей я вообще опасаюсь, потому как могу оказаться и того хуже. Я не собираюсь вас учить: как калечить… простите, как воспитывать собственных детей – личное дело каждого. Я не собираюсь передавать свой опыт. Тогда о чем же пойдет речь?

Речь пойдет о коммуникации…

Не ослышались. О коммуникации.

Когда я вхожу в зал перед семинаром, я сразу предупреждаю своих слушателей о том, что речь пойдет не о психологии, а о коммуникации. Психолог, психотерапевт, психиатр и прочие специалисты – это помощники, к которым вы можете обращаться. Но есть ситуации, когда обращаться к ним не надо.

Я не учу решать проблемы с детьми, я учу коммуникации с детьми. Вообще-то коммуникация – это база не только человеческих отношений, но и здоровья. И, в общем-то, жизни. Если у вас хорошая коммуникация с кем-то, с кем вы строите отношения (ребенок – родитель, мужчина – женщина, начальник – подчиненный), то вам не нужна помощь специалиста. Не нужна по очень простой причине – вам просто хорошо вместе. Не надо звонить подруге и бегать каждую пятницу к ней, обсуждать с ней проблемы, не нужно тратить деньги на тренеров и коучеров. Если у вас выстроена грамотная коммуникация, в том числе и с собственными детьми, вам ничья помощь ни разу не нужна. Ни социальных работников, ни докторов, ни милиционеров, ни психологов. У вас все ХА-РА-ШО!

Если у вас все хорошо, вам не нужны сторонние специалисты. Да и данная книга, откровенно говоря, будет не нужна… В общем, как было упомянуто в стоящем в эпиграфе Евангелии от Марка: «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные».

Бутылка упадет…

Если держать в руке бутылку воды, а потом резко разжать руку, что произойдет с бутылкой?.. хорошо подумайте… правильно, она упадет. Откуда вы это знаете? Откуда вы знаете и знали, что бутылка упадет? На моих семинарах я разжимаю руку, и бутылка… совершенно верно… падает. Все слушатели, сколько бы их не было, знали это заранее. Кто-то из опыта, кто-то из знаний физики. Других источников никто ни разу не назвал. Опыт и знание. Благодаря этому они угадывали, чтó произойдет с бутылкой, если я произведу действие – отпущу руку… Все мои слушатели – от Канады до Владивостока, независимо от количества в аудитории, независимо от возраста и социального статуса – угадывали, чтó произойдет с бутылкой.

Еще что-то общее я заметил среди своих слушателей: никто из них никогда ни разу не приносил с собой на лекцию дисковый, устаревший телефон. Я спрашивал. Никто не оставил его в гардеробе. Ни у кого он не был спрятан в сумке. А еще, практически каждый из них пользуется микроволновыми печами, а не разводит костер каждый раз, когда надо приготовить ужин, не полощет белье в реке и практически у всех моих слушателей были современные холодильники, утюги и прочие гаджеты. Уверен, и среди читателей данной книги не найдется таких, кто живет в каменном веке или пользуется бытовыми приборами средневековья. Какое это имеет отношение к теме? Самое непосредственное… За последние 15-20 лет в области коммуникации (сейчас мы имеем в виду коммуникации с детьми) были также открыты, изобретены и внедрены десятки новых принципов, подходов и эффективностей. Но если про бытовые новшества: новые гаджеты, стиральные порошки с фантастическими эффектами, микроволновыми печами со сверхвозможностями мы с вами знаем благодаря продавцам товаров народного потребления, то про новинки коммуникации знают немногие, еще меньше их применяют и уж совсем мало взяли их в свое ежедневное употребление. Говоря проще, в отличие от закона тяготения, который подсказывает нам, что бутылка, если разжать пальцы, упадет, новые законы коммуникации с детьми не так известны широкой публике, а личный опыт… ох уж этот личный опыт воспитания детей… ох уж эта кислая смесь из бабушкиных заветов, маменькиных запретов, книжных догм серии «сам себе психолог» и цитат из пабликов ВКонтакте и Instagram… в общем, про личный опыт поговорим ниже.

Итак… За последние 15-20 лет открыта масса новых законов межличностных коммуникаций, в том числе, коммуникаций с детьми, которые позволяют легко и, очень часто, с удовольствием добиваться тех же целей, на которые у наших предков уходили месяца, но законы эти нам либо не ведомы, либо не используются (в отличие от товаров народного потребления).

Как мне видится личностный и профессиональный рост? Если вы работаете бухгалтером и хотите развиваться в области бухгалтерии, значит, вы регулярно читаете специальную литературу, где рассказываются всевозможные новые требования, законы, приводятся примеры новых форм и справок (2НДФЛ, балансовая ведомость и т. п.). Если вы хотите быть востребованным врачом, значит, вы читаете литературу по своей специальности, стараетесь следить за новинками, общаетесь с коллегами, получая ответы. То есть постоянно потребляете новую информацию, на основе которой оттачиваете свое мастерство специалиста. Точно так же мне казалось, что если я родитель, имею одного, двух, трех и более детей, значит, я должен постоянно пополнять свой багаж знаний, искать новости и развивать свое поведение таким образом, чтобы мое воспитание было более эффективным и результативным в сравнении с другими людьми и уж тем более с людьми старшего поколения. Абсолютно на каждом своем семинаре (на момент написания первого издания книги их было прочитано почти двести пятьдесят)… на каждом своем семинаре я спрашиваю родителей: «Сколько книг по детской психологии, по коммуникации, по работе мозга вы прочли за последний год?». На их смущенные лица смотреть печально. Еще печальнее тот факт, что подавляющее число родителей последние 5-10 лет вообще не читали ни одной книги по родительскому, так сказать, профилю. То есть сидит у меня на семинаре родитель троих детей, работающий маркетологом. И по маркетингу он развивает свои знания, а по воспитанию детей – нет. По принципу «чего там нового, мы сами с усами». Вот мне прямо в эти минуты обидно за детей, словно они какой-то неликвид и воспитываются по остаточному принципу.

Задача моих семинаров, равно как и этой книги – хотя бы частично восполнить имеющийся пробел: рассказать вам про новинки в области психологии, коммуникации и в некоторых смежных науках. Ваше право либо вооружиться предложенными мною новинками и начать применять на практике, либо похоронить под спудом своих привычных убеждений и стереотипов.

Бутылка упадет. Вы это знаете ДО падения бутылки.

Бутылка упадет. Я разложу вам мозг ребенка на такие винтики, я разберу законы, по которым он развивается, на такие мелкие пазлы и предложу вам собрать его вновь, что после этого вы уже не сможете воспитывать собственного ребенка по старинке.

Ну, конечно, если дочитаете книгу или досидите мой семинар до конца.

Бутылка упадет…

В чем главное отличие психологии в нашей стране от психологии в других странах? Вопрос, имеющий массу ответов. Сделайте паузу десять секунд и предложите свой ответ. Прокрутите его в голове. В чем отличие отечественной психологии от психологии других стран?

Во всех странах мира диплом психолога выдают в медицинских вузах. И только в одной стране мира его выдают в ПЕ-ДА-ГО-ГИ-ЧЕС-КИХ. А в наши дни и вовсе в каких угодно, включая экономические и коммерческие.

Во всех странах мира психология – это наука, так или иначе связанная с медициной. И только в одной стране мира психология рассматривается как морально-нравственная область, часть воспитательного процесса. Я сейчас имею в виду восприятие слова «психология» в обывательском сознании.

Во всех странах мира поведение ребенка рассматривается, в первую очередь, как следствие работы жидкостей в организме, и только в одной стране мира – как результат воспитания.

Во всех странах мира, если девяти-, шести-, пятилетний ребенок падает на пол, кричит, что есть дури «Мама! Дура! Уйди!», брызжет соплями или слюнями, на него смотрят как на человека, который испытывает нарушение жидкостного баланса, смотрят как на человека, которому плохо и которого необходимо как можно быстрее вывести из зоны дискомфорта. Для взрослых – это сигнал о том, что ребенку больно. И только в одной стране мира… пишу с многоточиями, чтобы дошло… только в одной стране мира… если ребенок упал на пол… кричит «Мама! Дура! Уйди!»… брызжет соплями или слюнями… ему сначала «всыпят»… отругают… прочитают нотацию о том, как плохо он себя ведет (позорит семью, бабушку, школу, партию и т. д.)… погрузят еще глубже и еще надежнее (точнее, безнадежнее) в зону дискомфорта. А уже потом, если ребенок будет периодически демонстрировать аналогичное поведение… возможно… еще раз повторю… ВОЗМОЖНО… отведут к специалисту.

Во всех странах мира поведение – следствие химических процессов в организме человека, обмена веществ, жидкостных сочетаний и т. п. И только в одной стране мира очень часто поведение отрывают от здоровья индивидуума, и оно – поведение выступает неким таким морально-нравственным аспектом, являющимся краеугольным камнем здорового общества. При этом здоровье отдельных индивидуумов, в данном случае детей, не всегда является объектом для полного изучения. Главное, как говорится, чтобы общество было здорово, а отдельные индивидуумы не в счет.

Но…

Нельзя приготовить свежий салат из гнилых фруктов. Нельзя построить здоровое общество – семейную пару, семью, компанию, государство, если отдельные его элементы не здоровы. И здоровье людей – элементов общества – напрямую зависит… и зависит тотально… от того, насколько грамотно выстраивалась коммуникация в детстве.

Преступления: ПРЕСС ТУПость ЛЕНь и Я

Мы совершаем несколько преступлений перед детьми… Это громкое слово «ПРЕСТУПЛЕНИЕ» я специально употребил в названии данной главы, и прошу его повторить как можно осознаннее про себя… и для себя…

МЫ СОВЕРШАЕМ НЕСКОЛЬКО ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПЕРЕД ДЕТЬМИ. И тем они страшнее, чем больше их неочевидность. В их неочевидности наибольшая их опасность. Чтобы понять очевидность этих преступлений, необходимо иметь специальное образование. Или прожить годы, чтобы потом заподозрить самого себя в этих преступлениях: «Если бы только раньше знать».

Вам повезло!

То самое «раньше» – это сейчас.

Преступление № 1.

Мы разучиваем детей нас любить, мы учим их нам угождать.

Как любит ребенок? Он просто любит. Безотносительно. Он любит ТОТАЛЬНО. (Читайте книги ОШО про тотальность чувств.) Всем существом своим не потому, что… а просто любит. Если хотите, ребенок – буддист. Он даже дзен-буддист… Он любит беспричинно. Просто любит. В своем первородстве он пребывает в ощущении наполненности, наполненности любовью, и эти его ощущения никак не связаны ни с какими благами или условиями, приходящими извне…1

Механизм поведения-угождения, заложенный когда-то давно родителями, остается в ребенке надолго, подавляя характер, веру, делая его податливым к манипуляциям существом…

МЫ РАЗУЧИВАЕМ РЕБЕНКА НАС ЛЮБИТЬ, МЫ УЧИМ ЕГО НАМ УГОЖДАТЬ… Если ты будешь вести себя так-то, то ты получишь… (дальше называется та или иная штука, ради которой он должен нам угождать, простите, стараться вести себя хорошо, простите, правильно нас любить…) машинка, кукла, планшет, поход в Макдоналдс и т. д. Если ты НЕ будешь себя вести так-то (как нам нужно), то ты получишь… тут уже предлагаются иные варианты «поощрения»: ремень, кулак, запрет на поход в кружок, запрет на просмотр телевизора, отправка в угол и прочие наказания. Если ты будешь вести себя плохо (читай: не так, как мы требуем), то ты получишь еще больше «пряников». Говоря образно, мы орошаем океан детских чувств и эмоций, систематизируем его по условиям и требованиям, и в итоге получаем вместо океана любви склад разложенных по полочкам бутылочек с пресной, невкусной, но правильно упакованной водой. Мы капля за каплей формируем в изначально открытом существе – своем ребенке – так называемую вынужденную беспомощность. (подробности далее)

… продвижение и успехи в жизни у человека зависят от того,

как он научился служить…

МЫ РАЗУЧИВАЕМ РЕБЕНКА НАС ЛЮБИТЬ, МЫ УЧИМ ЕГО НАМ УГОЖДАТЬ. Мы сами вырываем у него ростки осознанности и подсаживаем его на рефлексы. Вместо того, чтобы взращивать понимание, почему надо вести себя так-то и так-то, мы просто начинаем вырабатывать в нем обычные рефлексы, животные рефлексы, рефлексы, которые так хорошо описал профессор Павлов в своих работах с … собаками.

РЕБЕНОК ПЕРЕСТАЕТ НАС ЛЮБИТЬ, ОН НАЧИНАЕТ НАМ СЛУЖИТЬ. Ради тех благ, на которые мы его подсаживаем. Потом меняются блага и дрессировщики, на смену игрушкам приходят более серьезные предметы, ради которых надо вести себя так-то и так-то, вместо родителей приходят другие, иногда не просто чужие, но и опасные люди, но механизм вот этого вот поведения-угождения, заложенный когда-то давно родителями, остается в нем, подавляя характер, веру, делая его податливым к манипуляциям существом.

МЫ РАЗУЧИВАЕМ РЕБЕНКА НАС ЛЮБИТЬ, МЫ УЧИМ ЕГО НАМ УГОЖДАТЬ. Если в семье двое детей, зачастую бóльшую благосклонность от родителей получает не тот, кто искреннее, а тот, кто более умело может подстраиваться. Кто лучше служит. Если в семье двое детей, но один не совсем удобно любит, но любит искренне, чаще всего основные блага достаются второму, иной раз менее преданному и искреннему, но более гибкому… Иногда один любит самозабвенно, ярко, эмоционально, но… не так удобно, как другой. И в то время, когда другой, более удобный, получает основные дивиденды от своего благополучного (читай, удобного для нас поведения), первый получает исключительно «пряники» в кавычках.

Дальше – больше. Дальнейшее продвижение и успехи в жизни у человека зависят от того, кáк он научился служить, подстраиваться и … лицемерить.

МЫ РАЗУЧИВАЕМ ДЕТЕЙ НАС ЛЮБИТЬ, МЫ УЧИМ ИХ НАМ УГОЖДАТЬ.

Некоторые родители в своей потребности запрещать и дрессировать детей добились отличных результатов. Им мало просто наказывать ребенка или лишать его благ, они выдвигают ультиматумы, при которых в случае несоответствия лишают ребенка того, чтó ему дорого и важно. Например, при плохой оценке могут запретить ему идти на танцы, или забрать компьютер, пока ребенок не получит пятерку или хотя бы четверку по алгебре, могут лишить возможности видеться с друзьями до соблюдения определенных условий.

В самом начале, лет семь назад, когда я начал работать над темой, которой сейчас делюсь с вами, я встречался с сотнями детей. Спасибо руководителям детских коллективов, которые давали мне возможность общаться с подростками. Неподготовленному, мне иной раз было дико слышать такие признания от детей. Я думал, что дети что-то придумывают, что не могут быть родители настолько… как бы мягче сказать… извращенными в своих наказаниях. Спустя семь лет я имею сотни подтверждений того, как родители используют методы дрессировки в своих воспитательных процессах. Уверен, что каждый родитель, использующий это, привлеки его к ответственности, найдет объяснения, оправдания, почему он прибегает к таким вынужденным шагам, но для меня, как и для других моих коллег, данная система дрессировки носит одно, однозначное название. Лишать человека дорогого и важного ради того, чтобы он выполнял то, что вы хотите, называется «нацизм». И нет этому явлению никаких других названий. Можно, конечно, вопить об опасности нацизма в масштабах страны, но по мне такой вот бытовой, скрытый, неосознанный нацизм по отношению к отдельно взятому конкретному ребенку не менее опасен.

Еще одно неприятное удивление, постигшее меня в процессе работы над темой. Многие родители в разговорах искренне не понимают, как это «не наказать, если ребенок сделал что-то не так». То есть такая опция, как «можно не наказывать» вообще отсутствует в паттернах поведения. И когда я говорю о том, что существуют целые методики эффективного развития личности, которые вообще не используют наказание как способ воздействия на ребенка, в этот момент слушатели в зале начинают смотреть на меня с нескрываемым подозрением и осторожностью.

Да, такие методики существуют. Но применять их к ребенку, не изменившись самому, пока ни у кого не получилось.

Преступление № 2.

Когда запрещаем детям делать то, что делаем сами.

Врать – нехорошо. Обманывать маму – нехорошо. Есть в комнате нельзя. Не смей кричать на родителей. Вбиваем мы неустанно правила хорошего поведения в юные головушки. Обманывать маму – нехорошо. Кто бы спорил. Ребенок тоже не спорит, старается, старается усердно выполнять, испытывая чувство вины, ежели пришлось слукавить… Обманывать маму – нехорошо… Говорим мы вновь и вновь, едва вскроется некое лукавство… В это время звонит телефон. Мама берет трубку «Дорогой, это твоя мама звонит». «Скажи, что меня нет дома», – просит отец свою жену. «Так!!!» – мотает на ус ребенок. Врать – нехорошо. Вдалбливаем мы очередную истину. Звонок. «Скажи, что меня нет дома»… Таааак!!!! Уже более настойчиво «мотает на ус» наш идеальный ребенок. Мне нельзя, а им, значит… «Есть в комнате нельзя, сейчас отца позову»… ребенок покорно влачит на себе участь быть наказанным, в редких случаях покорно несет картофель фри и сок обратно на кухню, боясь отцовского припадка воспитания… Начинается футбол, Россия–Англия, отец, некогда такой правильный и весь строгий, берет рыбу, берет пиво и отправляется туда, где стоит самый большой телевизор (а на кухне он стоит редко)… Тааааааак!!!!! Уже окончательно делает вывод ребенок… И вывод один: вырасту – можно будет обманывать. Это свое подсознательное желание он возводит, иной раз, чуть ли не в идею фикс, запихивая в глубокое подсознание, а когда до взрослости остаются считанные месяцы, вместе со всеми прочими подростковыми и проблемными моментами наружу вылезает еще один «демоненок» – бесцеремонный обманщик (будущий лицемер): я же теперь взрослый, значит мне можно как взрослым – обманывать, вести двойные стандарты.

Каждый раз, когда мы делаем что-то, что запрещаем ребенку, мы его, пусть на толику, но предаем… А если запрещаем, не потрудившись объяснить на понятном ему языке, почему ему нельзя, не только Личность в нем подавляем, но и сажаем семена целого букета психологических проблем, которые могут в будущем дать плохие плоды. В глубине своей души ребенок так хочет походить на нас, он так желает тождественности со своими самыми родными людьми – мамой и папой, а мы своим бесцеремонным поведением демонстрируем, что он пока еще маленький, чтобы быть нам ровней. Пока ему надо подрасти и уж когда он подрастет, мы смело запишем его в клуб людей с двойными стандартами…

Есть правило, о котором многие родители постоянно забывают:

РЕБЕНОК ИМЕЕТ ПРАВО НА ТАКИЕ ЖЕ ЭМОЦИИ, НА КАКИЕ МЫ ДАЕМ ПРАВО СЕБЕ.

Угадайте, почему?

Потому, что он сделан из того же материала, что и взрослый. И если мы имеем право уставать, кричать, обижаться, наказывать, запрещать и даже бить детей, то давайте не будем односторонними: они имеют право на такие же чувства, эмоции и модели поведения, которые мы позволяем себе. В том числе по отношению к нам!

Подробнее об этом чуть позже, а пока…

Преступление № 3.

Когда не выполняем перед детьми своих обещаний.

Ребенок – личность. Кто бы с этим спорил. Кого из взрослых ни спрошу, каждый вторит: «Ребенок – личность, которую нужно уважать». На словах – да. На деле – увы!.. Один из показателей уважения к человеку – выполнять обещания, которые вы этому человеку дали. Нельзя уважать человека на словах, если на деле вы его «динамите». Это будет что угодно, только не уважение. Уважение на деле это, в первую очередь, демонстрация этого уважения выполнением данных обязательств.

Будешь себя хорошо вести, в субботу отведем тебя в цирк (в кинотеатр, в Макдоналдс… подставляйте кому что актуальнее). Будешь хорошо учиться, куплю тебе самокат, планшет, мотоцикл (опять же, кто чем манипулирует). Ребенок старается, «из кожи вон лезет», чтобы угодить вам и заслужить награду… УГОДИТЬ вам и ЗАСЛУЖИТЬ награду… УГОДИТЬ и ЗАСЛУЖИТЬ… Проходит неделя, пришла суббота – время долгожданной награды (подачки от дрессировщика-взрослого). Ладно, если бы мы пошли и выполнили то, что обещали: сводили, купили, подарили… Практика показывает, что очень часто именно в этот день, в этот момент у родителя, давшего обещание, появляются неотложные, важные для него, взрослого, дела, а обещание, данное ребенку, автоматически переносится на второй, третий, десятый план. Завтра… давай в другой раз… может быть через неделю… что ты пристал, видишь, нет времени… нет денег… нет желания…

Как вы чувствуете себя, когда кто-то дает вам обещание, берет деньги, грозится сделать некую работу, но в назначенный срок ее не выполняет? Думается мне, что каждый человек чувствует себя не совсем комильфо.

Ребенок – такой же живой человек, личность которого, как мы чуть выше определили, каждый согласен уважать. Вот и давайте попробуем рассматривать обещания, данные детям, как минимум на равных с обещаниями, которые мы даем начальству, клиентам, бизнесу, работе.

Дал слово – держись. Не дал – берегись.

Мы же еще и хитрим. По совести, что делает любой воспитанный человек, который не выполнил обещания (по сути, обманул) другого? Правильно, он извиняется, просит прощения. Предлагает что-то в виде компенсации. Если не получается выполнить в назначенный срок обещание, надо бы подойти к ребенку, посмотреть ему в глаза и сказать: «Извини, твоя мама (папа, бабушка) не совсем обязательные по жизни люди. Для них нормально срывать сроки, менять свое решение. Мама еще в школе, когда назначала мальчикам свидания, особо не заморачивалась и не всегда приходила. Мы тебя обманули». Нет же… Мы же прикрываем свой обман… да, да, обман… громкими лозунгами типа: «Ты видишь, у нас появилось важное (ребенок слышит – более важное, чем ты) дело…», «Не видишь, что нам срочно надо (ребенок видит, что он мешает) сделать новые дела?», «Хватит клянчить, мало ли что я тебе обещал (ребенок слышит, что он надоедает, что он не нужен)».

Дорогие мои, так не получится!!! Даже если вы не верите в закон кармы, бумеранга и прочую эзотерику, люди, дающие обещания и не выполняющие их, называются… сами подставьте то слово, каким разрешите ребенка вас назвать. И не требуйте в дальнейшем от него честности, уважения и обязательности в выполнении обещаний, данных вам.

Помните, дети учатся не на ваших словах. Дети учатся на ваших поступках. Слова они могут запомнить, заучить и даже какое-то время выполнять то, что выучил… Но в моменты выбора, в моменты выбора поведенческой реакции он, ваш ребенок, скорее всего, сделает не так, как мама или папа говорили, а так, как мама или папа делают сами.

Преступление № 4.

Когда не разделяем с ребенком его интересов.

Давайте признаемся честно, наступает такой момент, когда детские увлечения, интересы, цели становятся нам попросту неинтересны или надоедают своей эпизодичностью и пустотой. Для нас, застывших в мире важности и необходимости, любое действие должно иметь смысл или значение (нам так кажется). Все, что делаем мы, важное. Но не все, что делает ребенок, важное. Планы ребенка можно менять, переиначивать. Ребенок зовет нас в мир своих увлечений, в мир своих «несерьезных» (с нашей точки зрения) игр, планов. Но нам либо некогда, либо мы не видим в них смысл. Мы иногда садимся поиграть с ребенком, делая ему одолжение. Ребенок же в игре этой своей живет… Живет своим пока не сильно развитым разумом, своими пока еще не сдавленными воспитанием эмоциями… Эта самая игра, с которой он каждый день к нам пристает, для него есть самая, что ни на есть, реальная жизнь. И каждый раз, когда мы отнекиваемся от детских предложений, мы демонстрируем свое невежество и неуважение. Мы демонстрируем, что его интересы в наших глазах – пустое место. Не искушенный в тонкостях психологии, ребенок мыслит примерно так: «Папе не интересен мой пистолет, ему не интересен я». Маме некогда со мной поиграть в дом Барби, ей не интересно быть со мной в моем доме (Барби же в данный момент лучшая подруга и это их дом, куда вас любезно позвали). Они отказываются идти со мной по лужам, они меня бросают.